Незнакомец

Ночной Мистик-Фоллс дышал прохладой и запахом влажной хвои. Элина прислонилась к перилам старого моста, пытаясь унять дрожь в пальцах — не от холода, а от странного, почти осязаемого чувства, что за ней наблюдают. — Красивое место, чтобы предаваться меланхолии, не находишь? — голос раздался слишком близко, заставив её вздрогнуть. Она резко обернулась. У края парапета стоял мужчина. Он не возник из ниоткуда, нет — он просто *был* там, словно сливался с тенями. На нем был идеально сидящий темный пиджак, а в осанке сквозило то высокомерное спокойствие, которое присуще лишь тем, кто привык повелевать мирами. — Вы меня напугали, — выдохнула Элина, прижимая ладони к груди. — Прости, дорогая. Моя манера появления может показаться... излишне эффектной, — он сделал шаг вперед, и свет луны выхватил его лицо: острые скулы, легкая, почти хищная усмешка и глаза, в которых читался опасный, вековой опыт. — Кол. Кол Майклсон. — Элина, — представилась она, чувствуя, как сердце колотится о ребра. От этого человека исходила волна силы, настолько древней и хаотичной, что воздух вокруг него казался наэлектризованным. — Элина... — он смаковал её имя, словно дорогое вино. — Знаешь, в этом городе слишком много правил, слишком много драмы и слишком много скучных героев. Мне не хватало кого-то, кто просто стоит здесь и смотрит на луну, не пытаясь спасти мир или уничтожить его. Он подошел вплотную. Элина должна была отступить, почувствовать угрозу, но вместо этого ощутила странное притяжение. В его взгляде не было жажды крови — там было любопытство, жадное и искреннее. — Вы не из этих мест, — констатировала она, стараясь, чтобы голос не дрожал. — О, я из мест, о которых в этих лесах даже не смеют шептаться, — Кол протянул руку и едва коснулся кончиками пальцев её щеки. Его кожа была прохладной, но прикосновение обожгло. — Я путешествовал веками, видел, как империи рассыпаются в прах, а боги умирают от старости. Но здесь... здесь есть нечто странное. Ты. Он наклонился к самому её уху, и его шепот заставил волоски на её коже встать дыбом. — Скажи мне, Элина, ты веришь в судьбу? Или ты предпочитаешь, чтобы я сам написал твою историю этой ночью? Элина посмотрела в его темные глаза и поняла: с этого момента её жизнь больше никогда не будет спокойной. И, что самое пугающее, она этого не боялась. Кол улыбнулся — на этот раз мягче, но в этой мягкости скрывалась бездна. Он протянул ей руку, приглашая в танец, которого не было в программе этого вечера, но который был неизбежен.