Что скрывает сорокопут? Поверье один — дорога по адресу

— Над большим обрывом, падение куда гарантирует стопроцентную смерть, стоит заброшенная машина, легковушка. С её помощью низший или полукровка сможет получить дополнительную силу тёмной материи. Нужно только принести ей дар, — томным голосом рассказывал Скэриэл, стараясь как можно сильнее запугать нас. — Чистокровная душа, вот, что ей нужно. Она как бы передаёт материю из одного тела в другое. — Я удивлена, что наша популяция ещё не стала меньше, — съязвила Оливия, вспомнив, что рассказ Скэриэла — это, по его словам, страшилка для детей в Запретных Землях. — За всё в Октавии нужно платить, а полукровкам и низший особенно. Взамен, человеку пошедшему на такое каждый день будет сниться убитый. Не просто сны, — он покачал указательным пальцем из стороны в сторону. — Его лицо во время смерти, потенциальные дети и жена. Даже если чел по жизни был куском говна, ночью он будет представать в наидобрейшим обличии, — парень усмехнулся. — Иногда всё доходит доходит до абсурда. Например, сон, где покойник становится новым правящим лицом Октавии и уравнивает права всего населения. Большинство не выдерживают, начинают видеть фантомную кровь на руках, через месяца их находят в петле. — Интересно придуманно, — тихо произнёс Леон. — Ну, я вообще не увидела логики, — Оливия слегка усмехнулась. — Причём тут машина? Как это должно напугать кого-то? — Там длинная легенда, машина делает круг по границе Запретных Земель и привозит выжившего к своему дому, — Лоу задумчиво вздохнул. — В Запретных Землях, действительно есть крутой склон со старым авто наверху, который никогда не порастает травой. По канону легенды, души озлобленных чистокровных чистят его. Если прийти одному, они скинут тебя с обрыва, таким образом мстя за себя. — А почему не порастает? — спросил Оливер. Только сейчас я заметил насколько у Брума горят глаза. Он будто насквозь пропитался этой легендой. Любитель мистики, что уж поделать? — А хер его знает, наверное, бомжи, — ответил Скэриэл и встал с пледа. — Скоро практика по тёмной материи у Плуто и Соларуса вместе, нам пора. Все, кроме Оливера, принялись собирать вещи. Парень остался на земле, смотря в одну точку где-то внизу. Позже он прикусил большой палец. — Ребят, вы идите. В запасе ещё десять минут, хочу расспросить Скэриэла про легенду. — А это не может подождать? — Оливия недовольно скривилась. — Мы успеем, — поддержал идею Лоу. Чтобы до конца убедить девушку, он по-дружески улыбнулся. — Дурак, — она легко махнула длинным хвостиком и удалилась в кампус Венериана. • • • Брови невольно нахмурились, практика совершенно не вызывала приятных эмоций. Я был готов хоть туалеты мыть, лишь бы не приходить снова в этот кабинет. Вокруг собирались студенты, совсем скоро класс уже совсем был полон. Но место возле меня так и оставалось пустым. Ни через три минуты, ни через семь Брум не занял его. Надежда, что Оливер не опоздает полностью иссякла, когда прозвенел традиционный звонок, возвещающий о начале пары. А спустя пятьдесят минут я испугался уже по-настоящему. Он никогда ни прогуливал, не хотел ещё больше разочаровывать отца. Значит, что-то случилось. И это что-то, видимо, настолько серьёзное, что задержало собой и Скэриэла, чьё непоявление на паре грозило отчислением. Считая буквально секунды до конца, я всё время оглядывался назад, на Леона. Поймать его взгляд удалось всего один раз, в который тот лишь недоумённо пожал плечами, не отвлекаясь от материала. Зато расположившийся рядом Эллиот постоянно удостаивал меня вопросительным кивком на место Оливера. Я, в свою очередь, упорно делал вид, что не замечаю. Не до него. — Что случилось? — спросил Леон, когда на выходе из кабинета я подошел к нему вплотную. — Не знаю, — нервно и вдобавок отрывисто из-за сбитого дыхания ответил я. — Готье, успокойся. Надо написать Оливии сначала, возможно она с ними, — его спокойствие ужасно раздражало, но, действительно, это предложение сейчас было самым логичным.