Люмос в ночи

— Люмос. От внезапно яркой вспышки света и чужого оклика сердце Варки ухает куда-то в школьные ботинки. Он подскакивает на месте мячиком, а затем выдыхает с таким облегчением, будто с плеч упала парочка троллей. — Флинс! А ты что здесь... Лицо товарища на фоне картины с крепко спящим рыцарем кажется еще бледнее обычного в холодном свете волшебной палочки. Свою Варка не зажигал, чтобы не привлекать лишнего внимания, но, похоже, это всё-таки не сработало. — Я совершаю обход перед отбоем, — Кирилл Флинс не без гордости постукивает пальцем по своему значку старосты рядом с крылатой нашивкой, однако тут же хмурится. — У тебя будут проблемы, если завхоз наткнется на нас. Пойдем, отведу тебя в гостиную Гриффиндора. Он лукавит, меняя тему, чтобы отвлечь Варку от понимания того, что спальни Когтеврана находится в другой стороне. Зато совсем рядом располагается кухня, где обитает эльф-домовик Айно, которая всегда рада подкинуть лишнюю порцию печенья для ночного перекуса. Варка отчётливо слышит шорох обертки в карманах чужой мантии, но успешно прикидывается глухим. — Спасибо, но я не могу сейчас пойти в гостиную, — весело возражает он, сосредоточенно сдувая со лба светлую челку. — Собираюсь в Запретный лес. — Куда? — жёлтые глаза Флинса становятся круглыми, словно галеоны. — Позволь поинтересоваться, зачем? — Увидеть кентавров! — бесхитростно улыбнувшись, Варка вот-вот засияет ярче волшебной палочки в чужих руках. — Только это секрет. Ты же меня не выдашь? Это явная уловка, как закинутая в озеро удочка. В отличие от Варки, Кириллу никогда не везёт в рыбалке, и они оба прекрасно об этом знают. — Запретный лес? Исключено, — он задумчиво поднимает взгляд, будто вопрошая темные своды Ховгартса, что ему предпринять. — Как твой друг, я не могу позволить тебе совершать глупости... в одиночку. Варка глупо хлопает глазами на хитринку в чужос тоне, а затем улыбается широко от уха до уха, едва не выпрыгнув из мантии. Шутка ли: разделить с другом целое приключение! Конечно, среди гриффиндорцев у Варки тоже хватало верных товарищей. Но первокурсников Лоэна и Дурина ему не позволила тащить с собой совесть — младшие всё-таки, — а Кэйа накануне надрался огневиски и сейчас крепко спал под надзором брата. Одним словом, на поиски кентавров пришлось отправляться в гордом одиночестве. Но присутствие рядом надёжного спутника, безусловно, добавляет десять очков к истинно гриффиндорскому бесстрашию. Варка готов сорваться с места быстрее, чем сработала бы запрещённая трансгрессия. Но Флинс мягко качает головой и, воровато оглядевшись, отодвигает висящую на стене картину. Изображённый на ней рыцарь сонно ворчит, с лязгом доспеха переворачиваясь на другой бок, однако пропускает студентов в потайную дверь. Варка восхищённо охает и устремляется за Кириллом, не забывая вертеть головой по сторонам узкого коридорчика. После попытки (к счастью, неудачной) разбить себе нос о стену гриффиндорец тоже зажигает палочку. — Флинс, — восторженно окликает он товарища впереди. — а откуда ты знаешь про этот ход? Длинные волосы мерцают в свете его палочки, струясь по мантии синими языками колдовского пламени. Варке очень хочется протянуть руку и слегка потянуть за прядку, проверив ее на осязаемость, но шалость приходится отложить до лучших времён. Пугать друга, согласившегося помочь, точно не хочется. — Ах, этот ход? — Кирилл и не подозревает, какой участи только что избежал, потому голос его звучит спокойно. — Выведал у молодого господина. Варка плотно сжимает губы, чтобы не хохотнуть в голос, живо представив кислое лицо пуффендуйца, которого Флинс обожал дразнить этим обращением. Никто не знал, как наследник древнего чистокровного рода угодил куда-то кроме Слизерина, на котором веками значилась вся его родня. Иллуги был довольно замкнутым, но Кириллу удалось растормошить его, и с тех пор ребята были неразлучны так же, как Варка и Лоэн. Однако, судя по всему, на ночные вылазки Флинс тоже предпочитает отправляться самостоятельно. — Мы успеем вернуться до утра? — немного взволнованно уточняет Варка, не желая доставлять другу проблем. — Твой утренний обход... — Мы успеем, не стоит беспокоиться. Этот ход выведет нас за территорией Хогвартса, окажемся у Запретного леса, — буднично откликается Флинс, будто гуляет с кентаврами каждую ночь. Возможно, так оно и есть, Варка пока недостаточно знает этого загадочного сокурсника. На совместных занятиях Гриффиндора и Когтеврана они отлично работают в паре, понимая друг друга с полуслова. Правда, способности Флинса блестяще проявляют себя лишь на Заклинаниях: он едва ли не чаще Варки взрывает котлы на Зельеварении и проваливает тесты на Истории магии. Но по какой-то неясной причине финальные оценки их дуэта всегда завышаются профессорами после беседы с Кириллом. И причина эта... — Варка, — неожиданно окликает его Флинс. — Ты никогда не спрашивал меня о слухах, которые ходят вокруг моей персоны вот уже пятый год. Варка тянет с ответом, толкая плечом массивную дверь. Та распахивается с противным скрипом, открывая чудесный вид на усыпанное звёздами небо. Пейзаж впереди выглядит менее вдохновляюще, надвинувшись стеной черных скрюченных деревьев. Варка поднимает палочку повыше, делает несколько шагов по направлению к лесу — и понимает, что Кирилл все ещё смотрит на него в ожидании ответа. — Ты о том, что твоя семья в родстве с вейлами? — гриффиндорец вздыхает, обернувшись к другу и непонимающе нахмурясь. — Почему меня должно это волновать? Ветер подхватывает длинные волосы Флинса, окутывая бледное лицо магической синевой, а золотые глаза горят, словно звёзды, отражая свет двух палочек. Варка ловит себя на понимании, что сейчас Кирилл и правда мало похож на обычного студента, но отмахивается от этой мысли. — Ты так легко согласился на то, чтобы я сопровождал тебя в Запретный лес, что я не мог не удивиться, — Флинс задумчиво наклоняет голову к плечу. — Студенты сторонятся меня, поскольку опасаются, что я их заколдую. — Ты? — Варка не может сдержать смеха. Подойдя к товарищу, он ободряюще хлопает его по плечу, стараясь не перегнуть палку с применением силы. Несмотря одинаковый возраст, мускулатурой капитана гриффиндорской квиддичной команды Флинс похвастаться не может. — Слушай, я не такой уж дурак, чтобы не видеть, что ты нравишься всем преподавателям. Я думаю, люди просто тебе завидуют, не принимай близко к сердцу. Да и только женщины-вейлы обладают какими-то чарами, верно? На лице Кирилла застывает маской сложное выражение. На мгновение Варка пугается, что чем-то обидел друга. Но в следующий момент Флинс уже улыбается, словно услышал что-то очень забавное. — Верно. Идем к твоим кентаврам. В Запретном лесу ожидаемо царит мрак, расползаясь под ногами мощной вязью корней. Споткнувшись об один из них, Варка роняет с языка вертевшимся там вопрос: — Флинс, а ты правда дальний потомок вейл? — Как знать? — усмехается когтевранец, не оборачиваясь и поднимая палочку, чтобы осветить узкую тропинку. — Многие люди обладают изумительным обаянием как естественным природным даром, вызывая симпатию одним своим видом и всюду заводя друзей. Как ты, Варка. Слова Флинса тешат самолюбие, щекочут внутри, словно карликовый пушистик в ладонях. Варка расплывается в улыбке, но тут же подозрительно щурится. В первые годы знакомства он наивно вёлся на эту уловку, но сейчас для него становится очевидно, что похвала Кирилла напоминает Дьявольские силки. Незаметно опутывая шелковой лестью, она усыпляет бдительность и деликатно утягивает прочь от изначальной темы разговора, пока собеседник, упиваясь вниманием к своим достоинствам, не забудет о ней вовсе. Варке всего пятнадцать, и он пока недостаточно проницателен. Но его отец работает в Министерстве, так что в последнее лето дом семьи Андриус был полон высокопоставленных гостей, которые вели себя схожим образом. Нежелание делиться информацией о себе — типичная черта чистокровных аристократов, с которой приходится учиться работать. — Рад слышать, — Варка ловко перепрыгивает через яму на лесной дороге. И резко меняет тему. — Мы идем уже минут пятнадцать, надеюсь, не заблудимся. Он хитрит совсем чуть-чуть, допуская в свой голос немного сомнения и беспокойства. И Флинс, не подозревавший в простодушном товарище коварные замыслы, приходит на помощь быстрее, чем успевает осмыслить это. — Не переживай, мы на верном пути, — он слегка подбирает длинную мантию, чтобы та не цеплялась за ветки. — Племя кентавров обитает чуть дальше этой части леса. Глаза Варки вспыхивают азартным блеском. Его друг только что невольно выдал, что неплохо знает Запретный лес. — Флинс, — смеётся он с плохо скрытым торжеством. — Ты, похоже, частый гость тут? Кирилл останавливается под раскидистым деревом, черным от глубокой тени. Даже оно не выглядит так мрачно, как лицо когтевранца, которого только что подловили. Варка вдруг осознает, что за пятнадцать лет жизни, наверное, немногие имели наглость вмешиваться в привычку Флинса дразнить их и отвечали ему той же монетой, щёлкая его собственный нос. Может, подобное Кирилл привык видеть от Иллуги и других близких друзей, но никак не от сокурсника с другого факультета. Варка с любопытством наблюдает за смесью недоумения, растерянности, возмущения на лице Флинса, удивляясь, насколько шокировала друга его безобидная выходка. Захваченный этим зрелищем, он слишком поздно слышит позади себя стук копыт. Круто развернувшись, Варка запинается о собственную ногу, роняет палочку и валится мешком перед хозяйкой чащи. Это, несомненно, кентаврида. Лошадиный круп, белый в серых яблоках, переходит в женский силуэт, целомудренно прикрытый накидкой из листвы и мха. Седые волосы аккуратно подстриженны, придавая незнакомке сходство со строгим профессором Хогвартса. Подобное впечатление усиливает пронзительный взгляд голубых глаз, похожих на две светящиеся луны. И взгляд этот направлен на Варку, который все ещё подметает мантией землю. — Не обязательно падать на колени при виде меня, — ворчливо произносит кентаврида, скрестив руки на груди. Варка резво подскакивает на ноги, неуклюже отряхиваясь, как пёс, вынырнувший из песка. К счастью, Люмос до сих пор мерцает на конце волшебной палочки, так что отыскать и поднять ее не составляет труда. Флинс рядом дышит через раз, застыв так, словно решил прилипнуть к стволу ближайшего дерева. Искоса глянув на друга, Варка видит отражение собственного шока и восторга в чужих глазах. Настоящая кентаврида!.. — Мы, эээ, — говорить приходится, задрав голову. Варка едва не ляпает, что в учебниках по ЗОТИ кентавры казались гораздо меньше, но время прикусывает язык. — Я Варка Андриус, а это мой друг Кирилл Флинс. Мы студенты Хогвартса. — Я не растеряла зрение на старости лет и способна узнать мантии студентов, — хмыкает женщина, кивнув на чужие нашивки. — Раз уж вы выдали мне ваши имена, то отвечу тем же. Меня называют Барбелот-которой-известно-многое. Например, мне известно, что правила запрещают вам сбегать ночью в Запретный лес. Что вас привело, Андриус и Флинс? На этом вопросе язык Кирилла отмирает наконец от нёба. Выскользнув вперёд, Флинс кланяется новой знакомой и улыбается так же любезно, как при Варке делал это множество раз с профессорами Нефер, Лаумой и Инеффой. — Прошу простить за беспокойство, госпожа Барбелот. Мой друг выразил желание увидеть кентавров, чтобы... Заминка в его речи метко отражает, что Флинс понятия не имеет о конечной цели их приключения. А ведь она заключается совсем не в том, чтобы поглядеть на мифических существ, как в магловском зоопарке. Варка ещё не успел сообщить другу о своих намерениях, потому спешит на помощь, пока их не поняли превратно. — Чтобы вы предсказали мне будущее! При звуках громкого уверенного голоса, грянувшего посреди леса, где-то с шорохом взлетает вспугнутая птица. Вместе с ней взлетают и брови Барбелот. — Уверены ли вы в том, что говорите, юноша? Знать свое будущее — слишком тяжкое бремя, чтобы брать на себя эту ношу из праздного любопытства. Взгляд Флинса — встревоженный, предостерегающий. Но в ушах Варки все ещё звучит эхо зловещих новостей, подслушанных у двери в кабинет отца. Словно далёкий треск разрушенных устоев магического мира доносится до Запретного леса, оставаясь в пределах памяти. Андриус натягивает на лицо лёгкую улыбку и отвечает кентавриде кивком, глядя в луны ее глаз. — Уверен. Мой отец работает в Министерстве и пророчит мне великие свершения. В этом году я сдаю СОВ, и разве нельзя узнать что-нибудь о моей будущей карьере в Хогвартсе? Варка не лукавит — он давно жаждет пополнить ряды преподавателей. Пускай его способности пока не идеальны, но ему нравится тренировать Лоэна в магических дуэлях, объяснять Джинн основы ЗОТИ, варить простые зелья вместе с Микой. Варка не знает всего, зато если в чем-то разбирается, непременно донесет свою мысль до другого. С огоньком задора в глазах и неизменной терпеливой улыбкой. Возможно, Барбелот видит чистоту его намерений или же просто желает скорее избавиться от назойливых гостей. Утомленно вздохнув, кентаврида изрекает: — Хорошо. Тогда следуйте за мной и постарайтесь не потеряться. Друга можете взять с собой. Едва дождавшись, когда Барбелот обгонит их обоих, Кирилл дергает Варку за рукав с такой силой, что едва не придает мантии новый фасон. — Ты уверен, что тебе это нужно? Предсказания достаточно... опасная тема. Помнишь, когда мы только поступили в Хлвгартс, все обсуждали, как один слизеринец со старших курсов на Прорицаниях пытался узнать будущее со своей девушкой. А по итогу увидел в хрустальном шаре профессора Ведрфельнира нечто ужасное и потерял сознание, его даже уводили в больничное крыло. Доктор Байчжу говорил, этот парень обзавелся седыми волосами и вскоре уехал домой. Его брови нахмурены во время зловещего рассказа, а Варке хочется фыркнуть в голос. Почему этот парень придерживается двойных стандартов, позволяя нарушать правила только себе? Андриус хлопает Флинса по плечу и усмехается: — Расслабься, у меня нет девушки, так что я в безопасности. Кирилл в ответ излучает недовольство, но вынужденно оставляет его при себе. Барбелот приводит их на открытую лесную поляну, тем самым обрубая на корню возможный спор мальчишек. Оба ученика синхронно гасят палочки, убирая их по карманам. Кентаврида останавливается в самом центре и медленно подгибает все четыре ноги одну за другой, чтобы опуститься на траву. Подчиняясь величавому кивку, Варка садится рядом, отметив, что Кирилл деликатно остается в тени. — Закройте глаза, мистер Андриус, — рука женщины с длинными узловатыми пальцами кладется на светлую голову. — И смотрите внимательно. Послушно зажмурившись, Варка ждёт чуда. Звездный свет струится сквозь него, направленный магией кентавриды на годы вперёд. Временные рамки размываются, как Млечный Путь в небе, и под сомкнутыми веками вдруг проступают зыбкие картинки. Постепенно они обретают четкость, и волнение на лице Варки смешивается с восторгом, постепенно переходящим в спокойную серьезность. Он видит себя в кабинете ЗОТИ, увлеченно демонстрирующему в аквариуме водяного черта, пока ученики старательно скрипят перьями. Он видит свое сияющее лицо, когда в Большом зале Гриффиндор получает Кубок школы под его руководством. Он видит... тьму, которая облизывает Хогвартс, проникая сквозь щели в камнях и заголовки Ежедневного Пророка. Магический мир, потонувший в хаосе, и напуганные лица студентов, бегущих за преподавателями к запасным выходам. Бок о бок с коллегами поофессор Андриус распахивает потайной ход за картиной со спящим рыцарем — но находит за ним лишь глухую стену. — Довольно. Видение рассеивается, изгнанное повелительным голосом Барбелот. Варка распахивает глаза и делает судорожный вдох, пытаясь успокоить бешено колотящееся в груди сердце. По спине под мантией струится холодный пот, а лицо, наверное, бледнее луны на небе. Флинс тут же оказывается рядом, ничего не понимая, но обеспокоенно хмурясь: — Что ты увидел? Варка сглатывает ком в горле. Он терпеть не может врать, тем более друзьям, но... — Свою блестящую карьеру. В роли мракоборца, представляешь? Кентаврида задумчиво наклоняет голову к плечу, и Варка напрягается всем телом, ожидая, что его выдумка будет позорно разбита. Но Барбелот остаётся безмолвна, и ни одна морщинка на лице женщины не намекает на то, посетило ли ее то же видение. В молчании юноша поднимается на ноги, ухватившись за руку товарища. Лишь когда Варка выпрямляется полностью, Барбелот грациозно следует его примеру и позволяет своему голосу нарушить тишину. — Вы сами — яркая звезда, мистер Андриус. Но вам обоим пора возвращаться. Сохраните в памяти эту чудную звёздную ночь, Андриус и Флинс. Варка уверен, что невольно сохранит ее, даже если всеми силами постарается забыть. Увиденные падающие звёзды жгут сознание оставленными следами невесёлых мыслей. Но Варка не выдает их, насколько способен. Он смято прощается с Барбелот, сильно уступая Флинсу по части вежливых фраз. Кирилл отказывается от сопровождения, уверяя, что отыщет дорогу в Хогвартс, и этот факт откликается проблеском вялого удивления где-то внутри, под толщей напряжённых размышлений. Бок о бок товарищи углубляются в лес, озаряя себе путь палочками. Но Варка не успевает сделать и пары десятков шагов, как летит на землю от резкого толчка в спину. — Эй! Он садится и трясет головой, пытаясь понять, как Флинс умудрился незаметно пихнуть друга. Однако тот маячит поодаль, всем своим видом ясно говоря, что никак не успел бы дотянуться. Тем не менее, мягкий тычок повторяется, уже в плечо. Варка осторожно поднимает одну руку, вслепую на пробу трогая ночной воздух. Перед глазами остаётся висеть пустота, но пальцы натыкаются на что-то гладкое и кожаное, похожее по форме на лошадиную морду. — Не пугайся, — негромко подсказывает Флинс. — Это фестрал, которого я иногда прихожу кормить. Хорошо, что ты его не видишь. Любой пятикурсник знает о запряженных в кареты фестралах, как и об их природе. По спине Варки пробегает холодок, стоит искоса посмотреть на Кирилла и его прямой взгляд в одну точку. Несомненно, видящий, в отличие от гриффиндорца. Не подавая виду, что внутри все сжимается от невольной грусти за товарища, Варка поднимается на ноги. В который уже раз за сегодняшнюю ночь. — А чего он хочет? — бодро интересуется гриффиндорец, ласково перебирая пальцами позвонки на тощей лошадиной шее. — Жаль, у меня в карманах закуски не найдется. Закуски точно есть в мантии у Флинса, выданные домовиком Айно. Однако когтевранец не спешит вынимать сладости, вместо этого подходя к Варке и укладывая ладонь на голову невидимого фестивала. Фантастический зверь тихо фыркает, словно порывом ночного ветра всколыхнув чужую челку. Флинс на это улыбается — с теплотой, далёкой от его обычной вежливой гримасы. — Пойдем, Варка, — тихо произносит Кирилл, коротко коснувшись плеча гриффиндорца. — Он отведет нас к Ховгартсу до рассвета. Он устремляется за фестралом в темноту Запретного леса, взмахом светящейся палочки приглашая следовать за собой. И Варка следует, чувствуя, как тяжелое бремя выбора ложится на его плечи. Он знает: над головами беззаботных студентов сгущается мрак, не имеющий ничего общего с ночью. Темное колдовство, как и говорили коллеги отца, уже пустило корни в фундамент мирной жизни, подтачивая ее основы. Глядя в спину Флинса, озаряющего тропу, Варка хочет лишь одного: защитить, чтобы не появилось больше учеников, способных видеть фестралов. Мечта о наставничестве самолично откладывается на полку и запирается на ключ. Принести в жертву такую малость — лёгкая плата за то, чтобы на корню остановить зло, подобно рыцарю с картины поднять против него не только палочку, но и щит. Не пройдет и десятка лет, как Хогвартс будет разрушен — и Варка-преподаватель не сумеет воспротивиться. Но Варке-мракоборцу по силам стать ореолом света, как Люмос в ночи.