ОПЕРАЦИЯ 00J

Джисона выписали из больницы. Он был слаб, но уже мог ходить и говорить. Его память оставалась пустой — только Хёнджин и работа. Всё остальное — белый лист. Хёнджин привёз его в его же квартиру. Джисон вошёл внутрь и остановился, оглядываясь. — Я жил здесь? — спросил он. — Да, — ответил Хёнджин. — Это твой дом. Джисон прошёлся по комнатам, прикасаясь к вещам. Книги, музыкальные инструменты, фотографии на стенах. Он остановился перед одной из них — на ней был он и Хёнджин, смеющиеся в каком-то баре. — Это мы, — сказал он, улыбнувшись. — Да, — Хёнджин подошёл ближе. — Мы были там после одной из операций. Ты был в хорошем настроении. — Я всегда был в хорошем настроении? — Ты был тем, кто умел смеяться даже в самые трудные моменты. — Хёнджин усмехнулся. Джисон кивнул, но в его глазах мелькнула грусть. — Жаль, что я не помню этого, — сказал он тихо. — Ты вспомнишь, — ответил Хёнджин. В этот момент в дверь постучали. Джисон и Хёнджин переглянулись. — Ты кого-то ждал? — спросил Джисон. — Нет, — ответил Хёнджин, и на его лице появилось странное выражение. — Но я знаю, кто это. Он открыл дверь. На пороге стоял Минхо. В руках он держал маленькую коробку, перевязанную белой лентой. На его лице была тёплая, но немного неуверенная улыбка. — Привет, — сказал он, глядя на Хёнджина. — Привет, — ответил Хёнджин, но в его голосе было предупреждение. — Что ты здесь делаешь? — Я хочу поговорить с ним, — сказал Минхо, кивая в сторону Джисона. Джисон подошёл к двери и посмотрел на незнакомца. Он был высоким, стройным, с тёмными глазами, в которых горел какой-то странный огонь. Джисон почувствовал, что его сердце забилось быстрее, хотя он не понимал почему. — Вы кто? — спросил он, и в его голосе было любопытство. Минхо на мгновение замер. Его лицо дрогнуло, но он быстро взял себя в руки. — Меня зовут Ли Минхо, — сказал он, протягивая руку. — Я... коллега Хёнджина. Я слышал, что с вами случилось несчастье, и хотел навестить вас. Джисон посмотрел на протянутую руку, а потом на Хёнджина. — Ты говорил, что у меня нет других коллег, — сказал он. Хёнджин открыл рот, чтобы ответить, но Минхо опередил его. — Мы работаем в разных отделах, — сказал он быстро. — Мы редко пересекались. Но я много слышал о вас. Джисон улыбнулся. — Много? — он пожал руку Минхо. — Это приятно слышать. Прикосновение было коротким, но Минхо почувствовал, как по его телу пробежал электрический разряд. Он смотрел в глаза Джисона — те самые золотые глаза, которые смотрели на него с ненавистью, с любовью, с болью. А теперь в них была только пустота. Но Минхо не сдавался. — Я принёс вам подарок, — сказал он, протягивая коробку. — Это... чтобы вы быстрее поправились. Джисон взял коробку и открыл её. Внутри был маленький серый котёнок. — О, — выдохнул Джисон, и его глаза засияли. — Пушок... Он замолчал, удивлённый тем, что назвал котёнка по имени. — Пушок? — переспросил он, глядя на котёнка. — Откуда я знаю его имя? — Это ваш кот, — сказал Минхо, улыбаясь. — Хёнджин присматривал за ним, пока вы были в больнице. Я подумал, что вам будет приятно снова увидеть его. Джисон взял котёнка на руки, и тот сразу же начал тереться о его ладонь, мурлыкая. Джисон поднял на него взгляд, и в нём мелькнуло что-то похожее на узнавание. — Вы... вы кажетесь мне знакомым, — сказал он. — Мы точно не встречались раньше? Минхо почувствовал, как его сердце пропустило удар. — Возможно, — сказал он, стараясь говорить спокойно. — Возможно, мы виделись на каких-то мероприятиях. Но мы не были близко знакомы. — Жаль, — сказал Джисон, улыбаясь котёнку. — Вы кажетесь хорошим человеком. Минхо сглотнул ком в горле. — Спасибо, — сказал он. Они стояли и смотрели друг на друга, и в воздухе висело что-то невысказанное. Хёнджин наблюдал за ними, чувствуя, как его сердце разрывается. — Я, пожалуй, пойду, — сказал Хёнджин. — У меня есть дела. Минхо, ты проводишь меня? Минхо понял намёк. — Да, — сказал он, глядя на Джисона. — Мне тоже пора. Но я зайду завтра, если вы не против. — Буду рад, — ответил Джисон. — И спасибо за Пушка. Вы вернули мне часть моего сердца. Минхо улыбнулся, и в его улыбке была такая боль, что Хёнджин едва сдержал слёзы. Они вышли из квартиры, и когда дверь закрылась, Минхо прислонился к стене. — Он совсем не помнит, — прошептал он. — Но он чувствует, — сказал Хёнджин. — Этого недостаточно, — ответил Минхо. Они разошлись, и Минхо остался один в коридоре. На следующее утро Минхо снова пришёл к Джисону. Он принёс кофе. И книги. И коробку с любимым печеньем Джисона, о котором он знал из их встреч. Джисон открыл дверь и удивлённо посмотрел на него. — Вы снова пришли, — сказал он, но в его голосе не было раздражения. — Я обещал, — ответил Минхо, улыбаясь. — Хотите выпить со мной? Джисон задумался на мгновение, а потом улыбнулся. — Почему бы и нет, — сказал он, открывая дверь шире. — Проходите. Они сели на кухне, и Джисон смотрел, как Минхо разливает кофе. — Вы знаете, как я люблю кофе? — спросил он. — Хёнджин рассказывал, — ответил Минхо. — Без сахара. Чёрный. Крепкий. — Точно, — Джисон удивлённо поднял брови. — Как вы запомнили? — Я хорошо запоминаю детали, — ответил Минхо. Они пили кофе, и Минхо рассказывал истории — не о них, а о работе, о городе, о смешных случаях. Джисон слушал и смеялся, и в его смехе было столько тепла, что Минхо казалось, что он снова слышит того самого Джисона. — Вы забавный, — сказал Джисон. — Я рад, что мы встретились. — Я тоже, — ответил Минхо, и его сердце сжалось. Через несколько дней Джисон и Минхо стали проводить время вместе каждый день. Они гуляли по городу, сидели в кафе, играли с Пушком. Джисон смеялся, и Минхо чувствовал, как его душа наполняется светом. Но в глазах Джисона всё ещё была пустота. Он не помнил. Но он начинал чувствовать. — Минхо, — сказал Джисон однажды вечером, когда они сидели на скамейке в парке. — Ты кажешься мне очень важным человеком. Я не знаю почему. Минхо посмотрел на него, и его глаза наполнились слезами. И в этот момент он понял, что, возможно, потеря памяти — это не конец.