Изменить все

      Отражение в панорамном окне моего кабинета показывало женщину, которую я выстроила с нуля, кирпичик за кирпичиком. Идеальная осанка, строгий костюм, холодный, оценивающий взгляд. Третье повышение за год. Заместитель директора по внешним отношениям, курирующий сразу три отдела. Прибыль компании росла, и моя позиция была зацементирована: от репутации надежного сотрудника до образа строгой бизнес-леди, готовой перекрыть кислород конкурентам ради успеха.       Никто из моих коллег не знал, что эта женщина когда-то была напуганным ребенком, которого швырнули на холодный асфальт возле собственного подъезда.       Официальная версия звучала как дешевый сюжет криминальной хроники: отец сошел с ума из-за проигрыша в казино, не выдержал финансового давления и решил убить всю семью, чтобы избавить нас от долгов. Мать мертва. Он мертв. А я? Меня оставили в живых лишь для того, чтобы другие боялись. Живое, дышащее напоминание о том, что бывает с теми, кто не платит. Расследование закрыли с позорной скоростью. Идти против людей, стоявших за тем нападением, означало бы подписать себе смертный приговор.       С тех пор я не жила. Я существовала.       Университет, проявив чудеса бюрократического милосердия, позволил мне закончить первый курс заочно, дав время «на восстановление». Но потом поблажки закончились. Мне пришлось вливаться в жизнь обычной студентки, делая вид, что года достаточно, чтобы забыть, как пахнет кровь в родной квартире. Я старалась забыть. Я закапывала себя под тоннами конспектов, вступала во все возможные кружки, тратила свободное время исключительно на сон и еду, лишь бы не оставаться наедине с собственными мыслями.       Два высших образования, первая работа. Короткие, мимолетные интрижки во время учебы, которые глохли, не успев разгореться, едва дело доходило до чего-то большего, чем конфетно-букетный период. На нынешней работе ко мне тоже пытался подступиться один молодой сотрудник, ровесник, видевший во мне кандидатку в спутницы жизни. Правда заключалась в том, что я его не видела. Вообще никак. Ни как мужчину, ни даже как друга. Работа была лишь инструментом. Чем больше денег я заработаю, тем безопаснее и счастливее смогу сделать свою жизнь в будущем. Правда ведь? Я годами твердила себе: «Еще немного, и дальше точно будет лучше». Но это «лучше» так и не наступало, сменяясь лишь новыми дедлайнами и отчетами.       Стук в дверь прервал мои размышления. Не дожидаясь ответа, внутрь вошла Аня, моя секретарша, отбивая четкий ритм шпильками по паркету.       Несмотря на свой типичный, почти стереотипный внешний вид «милой блондинки», Анна была одной из самых сообразительных людей, которых я знала. Она прекрасно разбиралась в огромной куче бумаг и делегировала мои поручения по отделам так, будто щелкала семечки — легко и непринужденно. За чашкой кофе она стала для меня едва ли не единственным приятным собеседником в этом здании.       — Александра Евгеньевна, доброе утро! — с искренней, обезоруживающей радостью в голосе произнесла она, аккуратно кладя небольшую стопку бумаг на край моего стола. — Это документы на подпись. После обеда еще занесу договор на утверждение сделки с бизнес-партнером и…       Она немного театрально подняла бровь и задумчиво посмотрела куда-то в верхний левый угол, припоминая расписание.       — Вечером у вас со Станиславом Владимировичем встреча с потенциальным партнером нашей фирмы. В семь часов. За вами заедет машина, директор будет уже на месте к тому времени, — довольно закончила она, еще мысленно прокручивая список, проверяя, не забыла ли чего. День сегодня действительно выдался не самым насыщенным на форс-мажоры.       — Спасибо большое, Аня, я ценю твою работу, — отозвалась я, задумчиво перелистывая принесенные документы. Перо уверенно ставило подписи в нужных местах, а взгляд автоматически выхватывал важные пункты в тексте. Я перестраховывалась, как всегда. — Как скоро отдел маркетинга направит ответ по нашему письму? Мы отправляли его почти неделю назад.       — Сегодня должны ответить, — уверенно кивнула Аня, забирая уже подписанные листы. — Но, если до пяти вечера ответа не будет, я схожу к ним лично.       Она направилась к двери, но на пороге обернулась и, словно бы невзначай, уточнила: — В субботу все в силе?       Я подняла на нее слегка растерянный взгляд. Мои мысли все еще цеплялись за рабочие письма, мигающие на мониторе. Суббота. Корпоратив.       — Да, я приду, — ответила я, натянув дежурную, вежливую улыбку.       Ане этого было вполне достаточно. Она удовлетворенно кивнула и, тепло улыбнувшись, вышла из кабинета, мягко прикрыв за собой дверь.       Я вздохнула и, напрягая мозг, попыталась снова сконцентрироваться на экране. Когда я только устроилась, корпоративы казались мне пустой тратой времени, несмотря на мое ярое, почти отчаянное желание быть «везде» и «со всеми» в студенческие годы. Ты не работаешь, а просто пьешь, ешь и болтаешь с коллегами ни о чем. Так я думала раньше.       Раньше, все мои попытки интегрироваться в социум, поддерживать светские беседы и улыбаться коллегам преследовали лишь одну цель: отвлечь внимание. Отвлечь других и, что важнее, саму себя от событий прошлых лет.       Но за последний год дышать стало действительно легче. Мимолетные воспоминания все еще просачивались в сознание, но благодаря регулярной работе с психотерапевтом, медикаментозной поддержке и йоге (хотя, будем честны, в большей степени первому), я научилась не цепляться за тот ужас при каждом неудобном случае. Я выстроила контроль над своим разумом. И именно поэтому я буду даже рада присутствовать на этом мероприятии в компании Ани.       Все будет хорошо, — привычно проговорила я про себя, как мантру. — Обязательно будет.       Рабочий день подходил к концу. Как и обещала, Аня принесла долгожданный ответ от отдела маркетинга. Потратив двадцать минут на обсуждение некоторых спорных моментов с начальником отдела по телефону, я подготовила необходимые сводки и отложила их на подставку для отправки директору. Окончательно мы утвердим их после сегодняшней встречи с потенциальным клиентом.       Я взглянула на часы. До приезда машины оставалось чуть больше часа.       Бесцельно сидеть в кабинете в ожидании я не привыкла. Я взяла свой планшет и направилась в открытый опен-спейс нашего блока. Пришло время провести небольшой разбор полетов с новенькими в отделе. Чем быстрее они вникнут в суть работы и перестанут совершать детские ошибки, тем спокойнее будет мне. А спокойствие, как я давно усвоила, было самой большой роскошью, которую я могла себе позволить.