pure love

Особенно Чонгуку нравится проводить время с Тэхеном, прогуливаясь по уличкам вечернего города. В свете уличных фонарей Ким смотрится еще красивее. Его визг, когда он видит котов, заставляет Чонгука с ревностью смотреть на то, как парень гладит чужую шерстку, а тот мурлычет и тянется к руке, просится домой. Чон не готов делить своего ангела, он полностью принадлежит ему. Даже когда Ким просто вежливо улыбается продавцам, прохожим, мужчина злится, но не показывает этого. Но Тэхен не глуп, он видит реакции чужого тела. Они заходят в кофейню, в которой познакомились полгода назад. Тэхен присаживается за столик у окна, Чонгук идёт к бариста, чтобы оплатить заказ, который начали делать еще в момент как они зашли. Американо, сладкий айс латте и кусочек чизкейка. Мужчина берёт разнос с заказом и возвращается за стол, где у парня уже крутится какой-то незнакомец. Чонгук не слышит разговора, но Тэхен отрицательно кивает несколько раз подряд, а когда видит приближающегося Чона, на губах расцветает ехидная улыбка. Мужчина шумно ставит разнос на стол, привлекая внимание незнакомца. — Я так полагаю, вы потерялись и не можете найти выход из кофейни? — не мигая, спокойно говорит Чонгук. Но это спокойствие притворное, Тэхен видит, как играют желваки под кожей, как его мужчина держится из последних сил. — У тебя проблемы? — вскинув бровь. Ким берет стакан со своим кофе и прячет улыбку в нем, уводя взгляд; знает — слова этого незнакомца были лишними. Чонгук хватает незванного гостя за шиворот его футболки, она трещит под натиском. Тащит на выход, игнорируя сопротивление и выпады в его сторону, Чон в разы шире и больше. А потом тот нервный возвращается за столик и делает глоток своего кофе, недовольно нахмурившись. — Любимый, ты ревнуешь? — Тэхен кладет свою ладонь на чужую руку, удовлетворенно улыбнувшись. — Ты знаешь, как я этого не люблю. — Я его отшил, но когда ты подошел мне захотелось посмотреть, как ты его поставишь на место. Мой мужчина, — его голос мурлычащий, успокаивающий, особенно на последних словах. Буря внутри угасает, Тэхен рядом, его и больше ничей. Парень берет чайную ложку и надламывает кусочек десерта, кладёт в рот, сладко облизываясь и смотря с вызовом в глаза Чонгука. Целый день он играет с огнем, постоянно поддерживает зрительный контакт, опуская взгляд на губы, облизываясь и томно прикрывая глаза, прямо как во время оргазма. Самое трудное для Чонгука — сдержаться, потому что они находятся в общественном месте, зато дотерпев до дома он обязательно выпустит накопившееся напряжение. Они идеально сошлись в сексе, Тэхен кажется таким нежным и ласковым, но оказался довольно разносторонним и извращенным, прямо как Чонгук. Пара возвращается домой, Тэхен, как кролик, спешит к подъезду постоянно оборачиваясь назад, чтобы увидеть как далеко находится Чонгук, волк, следующий по пятам. Двери лифта закрываются и мужчина тотчас жадно целует его, обхватив чужую талию. Доигрался. Чон держался из последних сил, теперь кролик в клетке. Ким прижат к стене, лифт поднимается медленно, неспеша, и мужчина позволяет себе просунуть руку в чужие брюки, сжав одну ягодицу в руке. Они едва добираются до квартиры, задыхаясь от желания, все никак не насытясь поцелуями. На лице Тэхена резкий румянец, его глаза блестят от возбуждения, вот так легко его всегда было завести. Ревнующий и злой Чонгук — лучше любого порно. Чонгук не теряет времени, он просто подхватывает его на руки и несет в гостинную, плюхнувшись не глядя. Его внимание сосредоточено на его ангеле, жаждящем, просящем. Чон укладывает его между своих ног, целует в висок, за ушком. — Гук… — Сейчас, маленький. Мужчина раздевает его, небрежно откинув одежду. Проводит по оголенной, нагретой коже, задевает вставшие соски и срывает стон, который тут же подхватывает устами. Он проводит пальцами по кубикам пресса, вниз, под кромку брюк, заставляя Кима выгнуться на встречу руке. Сначала легкое, ненавязчивое прикосновение, а после нарастающее, тягучее. Вокруг головки, по всей длине, как же филигранно это умел делать Чонгук. Он точно знал, как нравится Тэхену, каждое его движение было продуманым, ни капли дискомфорта, Чон знал, когда надо надавить, когда чуть замедлится, а когда вовсе остановится, чтобы удержать его на грани оргазма. Он мог долго играть с ним подобным образом, пока Тэхен не начнет умолять, терять разум и шептать что-то непонятное, совсем запутанное, словно сошел с ума. Чонгук проводит ноготком по уретре, заставляя своего ангела заскулить. Мужчина поднимает взгляд на выключенную плазму, чтобы видеть это выражение лица. Ким хватается за его предплечья, болезненно сжимая, зубы терзают нижнюю губу, брови сдвинуты к переносице, глаза зажмурены. Эстетичное удовольствие. Чону стыдно в этом признаться, но он вполне себе может кончить только от одного вида его мальчика прямо сейчас. Когда оргазм остается на грани уже в третий раз, Тэхен всхлипывает, шепча «Пожалуйста, Гук, пожалуйста, я больше не могу.» и мужчина сжалился, проделав еще пару фрикций. Парень затрясся в экстазе, издавая нечленораздельные звуки, член запульсировал, пачкая одежду порциями спермы. Чонгук приглаживает чужие, взмокшие волосы ладонью и оставляет поцелуй на лбу. — Тебе хорошо? Тэхен поднимает тяжелую голову, чтобы посмотреть мокрыми, блестящими глазами в чужие и кивает, потому что сказать что-то оказывается самой трудной задачей. Проходит еще пара минут, прежде чем Чонгук услышал тихое сопение. Он аккуратно укладывает его на диван, снимает всю одежду, чтобы постирать. Заботливо протирает влажным полотенцем, смывая остатки семени, а после отправляется в душ, чтобы снять свое напряжение, используя кусочки из памяти. Только после этого Чонгук возвращается к Тэхену, ложится рядом, обняв со спины, укутывая его своими руками. Рядом с ним он всегда будет в безопасности.