Эхо одной победы

Экран главного компьютера базы автоботов по-прежнему транслировал пустую кабину «Джекхаммера», из глубины которой доносилось лишь тихое шипение неисправной проводки и редкое попискивание датчиков. Самого пилота видно не было — Уилджек так и лежал где-то под приборной панелью в глубоком системном офлайне. — Ну и чего мы стоим? — Мико нарушила тишину, активно жестикулируя. — Док, делай что-нибудь! Он там не умер вообще? Отцовство — штука страшная, но чтобы настолько! — Он не умер, Мико, — сквозь зубы процедил Рэтчет, сердито стуча по клавишам, чтобы настроить удаленную телеметрию корабля. — Его процессор просто ушел в защитную перезагрузку от перенапряжения когнитивных платформ. Проще говоря, у этого подрывника заклинило мысленные шестеренки! — Джеки… — Балкхед жалобно шмыгнул носовой перегородкой и подался вперед, отчего медицинская кушетка под ним предупреждающе скрипнула. — Рэтчет, а вдруг он шлемом сильно ударился? Ты слышал, какой был стук? У него и так с логикой не всегда ладно, а если он там последние чипы стряс? — Туда ему и дорога! — рявкнул медик, не переставая ворчать. — Раньше надо было чипами думать, когда вы на крыше устраивали этот энергетический сабантуй! Арси, Бамблби, почему вы стоите как вкопанные? Живо настройте заземление для земного моста! Когда этот летучий шлакодел очнется, он либо врежется в ближайший астероид, либо примчится сюда на сверхсветовой. Арси, которая всё это время стояла, скрестив манипуляторы на груди и качая головой, наконец отлепилась от стены. — Знаешь, Балк, — протянула синяя фемка, иронично приподняв оптическую бровь. — Я видела, как Уилджек в одиночку шел на штурмовой отряд десептиконов. Видела, как он смеялся в лицо Дредвингу, когда у него в руках оставалась одна неисправная граната. Но я никогда, слышишь, никогда не думала, что его сможет вырубить обычное слово из четырех букв. — Из пяти, — пискнул Рэтчет со своего места. — Слово «С-П-А-Р-К». Бамблби выдал серию прерывистых, свистящих звуков, активно размахивая манипуляторами. — Он говорит, что Уилджек просто не привык к ответственности, которая не взрывается, — перевел Раф, не отрываясь от своего ноутбука. — И что теперь «Джекхаммер» придется переименовывать в семейный минивэн. — Очень смешно, Би! — буркнул Балкхед, пряча лицевую пластину в огромных ладонях. — Вам всем смешно, а у меня внутри… у меня там датчики давления скачут! И вообще, мне кажется, или в отсеке стало как-то жарко? — Это не жарко, это твоя система охлаждения пытается справиться с двойной нагрузкой! — Рэтчет резко повернулся к нему, держа в руке новый, более мощный сканер. — А ну-ка, сиди смирно и не дергайся. Если ты сейчас перегреешься, мне придется остужать тебя жидким азотом, а это вредно для деления энергона в матрице! — Эй, Джек, — тихонько шепнула Мико, подталкивая друга локтем. — Смотри, Балк реально паникует. Слушай, а у трансформеров бывает этот… как его… токсикоз? Ну, когда тошнит от вида моторного масла или тянет пожевать ржавые гайки? Джеки пожал плечами, выглядя не менее растерянным. — Откуда мне знать, Мико? Я обычный человеческий подросток. Моя мама ворчит, если я поздно прихожу, но она точно не робот-крушитель. Спроси лучше у Рэтчета. — Рэтчет! — тут же звонко выкрикнула девочка. — А Балкхеда будет тошнить? А у него изменятся вкусовые предпочтения? Рэтчет на секунду замер, его диагностический прибор завис над грудью Балкхеда. Медик медленно повернул голову к человеческой платформе, и его оптознаки запылали недобрым светом. — Мико. Если ты сейчас же не замолчишь, я запру тебя в кладовой со сломанными инструментами, и ты будешь вручную перебирать гайки сорок восьмого калибра до конца своих дней! У нас и так чрезвычайная ситуация! Оптимус, скажи ей! Лидер автоботов, до этого молча наблюдавший за назревающим хаосом, сделал шаг вперед. Его глубокий, размеренный голос мгновенно заставил всех притихнуть. — Мико, Рэтчет прав в одном — ситуация требует деликатности и сосредоточенности. Балкхед, как ты себя чувствуешь? Твое внутреннее состояние стабильно? Зеленый великан вздохнул, его плечевые щитки опустились. — Да нормально я, Оптимус… Просто как-то… непривычно. Внутри как будто второй мотор работает, только очень маленький. И… честно говоря, мне немного страшно. Что мы с Джеки делать-то будем? Мы же крушители! Мы умеем ломать, крушить, взрывать. А тут… бетка. Она же хрупкая, наверное? — Хрупкая?! — Рэтчет всплеснул руками. — С твоими-то генами и генами этого кочевого подрывника?! Да этот спарк, едва выйдя из искрового отсека, скорее всего, разнесет мне половину лаборатории и соберет из медицинского стола термоядерную мину! Хрупкая она у него, надо же! В этот момент из динамиков компьютера раздался громкий, металлический кашель, за которым последовал откровенный, сочный кибертронский ругательный оборот. — Шлак… Мой шлем… — На экране наконец-то появилось размытое изображение. Уилджек медленно, держась за край пилотского кресла, поднимался с пола. Его маска была слегка перекошена, а один из боковых датчиков на голове уныло мигал желтым цветом. Он потряс головой, отчего по кабине разнесся тихий скрежет. — О, очухался! — победоносно крикнула Мико. — Привет, папаша! Как полет? Земля вызывает Уилджека! Уилджек сфокусировал оптику на экране. Когда он увидел суровое лицо Рэчета и виноватый фейсплейт Балкхеда, его корпус снова заметно вздрогнул, и он инстинктивно отшатнулся назад, едва не упав на рычаг управления гипердрайвом. — Так… — Уилджек тяжело задышал, его вентиляция работала со свистом. — Док. Повтори еще раз. Только медленно. И без твоих обычных медицинских шуточек. Что ты там сказал про Балка? — Я не шучу такими вещами, Уилджек, — ледяным тоном ответил Рэтчет. — У меня нет времени на твою клоунаду. Балкхед носит твоего спарка. Период формирования искры уже начался. Уровень энергетического слияния после вашей… «вечеринки» составил девяносто восемь процентов. Ты понимаешь, что это значит, или тебе нужно нарисовать схему? Уилджек на экране схватился за голову обеими руками. — Девяносто восемь?.. Но мы же просто… Мы просто открыли те три бочки сверхзаряженного… Ну, ладно, четыре бочки. И мы разговаривали! Мы вспоминали старые времена на Кибертроне, отряд Крушителей, как мы выкуривали инсектиконов из нор… Балк, скажи мне, что док просто сошел с ума на этой отсталой планете! — Джеки… — Балкхед поднял на него свои большие, полные искренней грусти и смущения оптознаки. — Рэтчет говорит правду. Помнишь, когда мы сидели у самого края крыши, ты еще обнял меня за плечевую пластину и сказал, что ради меня готов остаться на Земле навсегда? И что наши внутренние частоты поймали один резонанс? Уилджек замер. Его манипуляторы медленно опустились. — Я… ну да, помню. Я это говорил. Но я думал, это от энергона! У меня процессоры плыли! — А соединение интерфейс-кабелей для «быстрой подзарядки и калибровки систем» тебе тоже привиделось от энергона?! — взревел Рэтчет, окончательно теряя терпение. — Вы замкнули свои искровые контуры в состоянии сильнейшего энергетического опьянения! Твоя искра, Уилджек, буквально пробила защитное поле Балкхеда и оставила там свой отпечаток! Теперь это необратимый процесс! Уилджек молчал несколько секунд. Его оптика то сужалась, то расширялась. Он посмотрел на Балкхеда, потом на Оптимуса, который смотрел на него с укоризненным, но понимающим сочувствием, потом на детей. — О, Праймус… — прошептал белый крушитель. — Я… я стану… У меня будет спарк? От Балка? — Именно так, Уилджек, — спокойно подтвердил Оптимус Прайм. — И сейчас твоему партнеру как никогда нужна поддержка. Его системы нестабильны. Уилджек вдруг резко выпрямился. Его унылый вид мгновенно исчез, сменившись выражением дикой, безумной решимости. Он яростно ударил кулаком по приборной панели корабля. — Так, всё! — крикнул он. — Док, активируй земной мост! Прямо сейчас! Координаты моего сектора у тебя есть! — Не ори на меня, подрывник! — огрызнулся Рэтчет, но уже потянулся к главному рычагу активации портала. — Мост готов. Шагай давай, пока твой корабль не улетел в другую галактику. — Балк, держись! — крикнул Уилджек в экран, хватая свои мечи и закрепляя их за спиной. — Я лечу! Никуда не уходи! Слышишь? Не поднимай ничего тяжелее своего манипулятора! Если десептиконы сунутся — я их всех на атомы расщеплю! Ворота открывай, Рэтчет! Экран погас. В дальнем конце главного зала с оглушительным гулом и треском развернулась огромная, крутящаяся зелено-синяя воронка земного моста. Воздух на базе мгновенно заискрился от статического электричества. Не успел портал стабилизироваться до конца, как из него на бешеной скорости, едва не проехавшись на коленях по металлическому полу, вылетел Уилджек. Его мечи звякнули за спиной, а сам он, тяжело дыша, диким взглядом обвел помещение, пока портал за его спиной с хлопком закрывался. — Где он?! — крикнул Уилджек, тяжело топая к медицинской зоне. — Балк! Балкхед так и сидел на кушетке, растерянно моргая. Уилджек подлетел к нему вплотную, затормозив в каком-то сантиметре от его коленей. Он протянул манипуляторы, словно хотел обнять огромного зеленого бота, но тут же испуганно отдернул их назад, будто Балкхед был сделан из тончайшего стекла. — Так… подожди… — забормотал Уилджек, его голос дрожал от избытка эмоций. — К тебе можно прикасаться? Рэтчет, к нему можно прикасаться?! Оно там внутри не сломается, если я его обниму? — О, клянусь функционалом, дайте мне кто-нибудь гаечный ключ потяжелее… — Ратчет прикрыл лицевую пластину рукой, тихо постанывая от этой картины.