The Circus: Шоу за барной стойкой.

Тяжёлые дубовые двери института захлопнулись за спиной Помни с глухим, почти зловещим стуком. Она замерла на крыльце, и в ту же секунду на её лицо упали первые крупные, ледяные капли. Синоптики в утренних новостях явно наврали: никакого солнца не предвиделось. Небо над городом затянуло свинцовыми, угрюмыми тучами, и через мгновение на город обрушился настоящий шквальный ливень. — Только не это, — прошептала Помни, судорожно прижимая к груди папку с первыми лекциями. Зонта у неё не было. Как не было пока и понимания, в какую сторону бежать. Весь её аккуратный, идеальный мир, который она пыталась выстроить за первую неделю учёбы, рушился прямо сейчас. Новые туфли моментально налились ледяной водой, превращая каждый шаг в пытку. Холодные струи затекали за шиворот, волосы прилипли к лицу, а рюкзак за спиной, казалось, потяжелел втрое. Помни бежала по незнакомым улицам, испуганно озираясь по сторонам. Огромные серые здания давили на неё, толпы людей под зонтами равнодушно проносились мимо, а машины, проезжающие по лужам, грозили окатить её с ног до головы. Паника, копившаяся все эти дни от чужого города, тесной комнаты в общежитии и строгих профессоров, наконец-то подступила к горлу. На глаза навернулись слёзы, смешиваясь с дождевой водой. Она окончательно заблудилась. Силы были на исходе, когда на очередном тупиковом перекрёстке её взгляд выхватил яркое пятно. На фоне серой стены выделялись большие панорамные окна, из которых на мокрый, блестящий асфальт падал тёплый, мягкий золотистый свет. Над деревянным козырьком, с которого ровными струями стекала вода, мягко светилась неоновая вывеска кафе: «The Circus». Не думая ни секунды, ведомая лишь желанием согреться, Помни рванула к заветной двери. Она схватилась за начищенную медную ручку, потянула её на себя и буквально ввалилась внутрь. Дверной колокольчик звякнул как-то испуганно, в тон самой девчушки. Она едва не запуталась в собственных ногах, вваливаясь в тёплое помещение, и судорожно поправила сползающую лямку тяжёлого рюкзака. С её подола начищенного паркета мгновенно натекла приличная лужа. Помни уставилась на светящееся меню над стойкой, чувствуя, как паника подступает к горлу — она даже не знала, чего хочет. — Ого, полегче, мелкая, — раздался ленивый, чуть хрипловатый голос. — За тобой гналась стая бродячих первокурсников или ты просто решила открыть здесь филиал городского бассейна? Помни вздрогнула и перевела взгляд на парня за стойкой. Он опирался локтями на деревянную поверхность, крутя в пальцах барную ложку. Высокий, взъерошенный, в фирменном фартуке поверх свободной рубашки фиолетового оттенка. На его лице играла наглая, до ушей, ухмылка. — Я... — Девушка сглотнула, крепче сжимая ремешок рюкзака. — Я просто хотела кофе. Самый обычный. Чёрный. — Скукотища, — вынес он вердикт, смерив её оценивающим взглядом от мокрой макушки до заляпанных туфель. — Чёрный кофе для тех, у кого уже умерла надежда на будущее. А тебе, судя по испуганным глазам, нужно кое-что покрепче, чтобы вообще дожить до сессии. – Взгляд девушки, который все ещё блуждал по парню, дойдя до начала груди нашел небольшой бейджик с именем и не успел его прочесть, как парень произнес, – Меня, кстати, Джекс зовут. Он ловко перепрыгнул бы через стойку, будь тут менеджер, но вместо этого просто лениво обогнул её, держа в руках небольшое сухое полотенце и целую пачку бумажных салфеток. — Так, «городская русалка», держи, — Джекс бесцеремонно опустил полотенце прямо ей на голову и слегка взъерошил его, заставляя Помни зажмуриться. — Вытирайся, а то шеф меня прибьёт, если ты превратишь ковёр у столика в болото. И папочку свою несчастную на стойку положи, пока твои великие конспекты не превратились в кашу. Девушка с каре растерянно моргнула, высунув нос из-под мягкой ткани, которая пахла кондиционером и неуловимо — корицей. Вся его наглость вдруг показалась не такой уж пугающей. — Спасибо, — тихо буркнула она, принимая салфетки и пытаясь хоть немного промокнуть мокрую куртку. — Не за что. Намотай на ус: спасение утопающих первокурсников входит в мои неписаные обязанности, — Джекс вернулся за стойку и хитро прищурился. — Ну так что? Доверишься моему вкусу, или продолжим гипнотизировать меню? Помни нерешительно переступила с ноги на ногу, чувствуя, как приятное тепло от полотенца постепенно прогоняет озноб. Она посмотрела на огромную неоновую доску с ценами, затем на хитрую ухмылку Джекса и обречённо вздохнула. — Ладно. Твоя взяла. Делай свой секретный напиток, — она аккуратно положила подсохшую папку на край стойки. — Только без фанатизма, ладно? — Отличный выбор, куколка. Доверие профессионалам — первый шаг к спасению, — Джекс шутливо отдал честь двумя пальцами и тут же принялся за работу. Он двигался на удивление ловко и быстро, растеряв всю свою напускную лень. Помни с замиранием сердца наблюдала, как он взбивает молоко в пышную пену, добавляет туда густой карамельный сироп и щепотку секретных специй. Через пару минут перед ней вырос высокий прозрачный бокал, до краёв наполненный горячим рафом, верхушку которого украшала огромная шапка из маршмеллоу, щедро политая шоколадным топингом и посыпанная цветной крошкой. Это выглядело до безумия уютно и сладко. — Вуаля! Фирменный «Анти-стресс 3000», — гордо провозгласил парень, пододвигая бокал к ней вместе с подставкой-костером. — Садись вон за тот дальний столик у окна, там кресла мягкие. И пей, пока маршмеллоу не растаяли. Помни благодарно кивнула, забирая напиток и свои вещи. Кресло и правда оказалось невероятно глубоким и мягким. Сделав первый глоток, она едва не зажмурилась от удовольствия — карамельная сладость с лёгкой ноткой корицы моментально разлилась по телу, заставляя забыть о промокших туфлях и строгих профессорах. Город за окном, утопающий в ливне, больше не казался таким пугающим. Спустя полчаса, когда бокал опустел, Помни начала собирать вещи, чтобы отправиться в общежитие. Дождь почти утих. Подняв сумку, она заметила, что картонная подставка под бокал перевернута. На её обратной стороне маркером был набросан быстрый, но очень аккуратный рисунок. Там был изображен крошечный, смешной человечек в шутовском колпаке с бубенчиками, который испуганно махал руками, а рядом стоял высокий, длинноухий кролик с наглой ухмылкой, держащий над шутом огромный зонтик. Чуть ниже размашистым почерком Джекса было выведено: «Не утони по дороге, мелкая. Жду на пересдачу по кофе». Помни почувствовала, как к щекам прилил румянец, а на губах сама собой появилась улыбка — первая искренняя улыбка за всю эту неделю. Она аккуратно спрятала картонку в самый надёжный карман рюкзака. Дверь за Помни закрылась, и колокольчик звякнул напоследок. Джекс проводил её взглядом через панорамное окно, засунув руки в карманы фартука и лениво перекатываясь с пятки на носок. Ухмылка медленно сползла с его лица, уступая место непривычно задумчивому выражению. Эта «городская русалка» определённо зацепила его взгляд — такая маленькая, забавная, со своими круглыми от паники глазами. Что-то в ней было такое, что заставляло прекратить валять дурака, пусть даже на пару минут. — Эй, Ромео, ты так стекло глазами прожжёшь. Полы сами себя не помоют, вообще-то. Джекс вздрогнул от резкого, недовольного голоса за спиной. Из подсобки вышла Зубл — его напарница по смене. С растрёпанными разноцветными волосами, в неизменном чёрном фартуке и с выражением лица, транслирующим глубочайшую ненависть ко всему живому, она выглядела как ходячий протест против рабочего дня. — О, Зубл, радость моя, — Джекс мгновенно нацепил свою фирменную ухмылку, разворачиваясь к ней. — А я-то думал, ты уснула прямо в мешке с кофейными зёрнами. — Не паясничай, — Зубл скрестила руки на груди, оперевшись о стойку и кивнув в сторону окна, где уже скрылся силуэт Помни. — Что это было? Ты налил ей раф с маршмеллоу. Бесплатно. Насыпал туда столько шоколада, будто пытался довести её до сахарного диабета. И даже не съязвил, когда она залила водой ковёр. Неужели наша пушистая гроза первокурсников влюбилась? Джекс театрально схватился за сердце, закатив глаза. — Влюбился? Ты что, пересмотрела дешёвых мелодрам, пока протирала стаканы? — он раздражённо фыркнул, забирая пустой бокал Помни и шумно ставя его в раковину. — У меня просто проснулась профессиональная жалость к утопающим. Она выглядела так, словно её сейчас размажет по асфальту первой же волной депрессии. Если бы она упала в обморок прямо у стойки, мне пришлось бы вызывать скорую, а это лишняя бумажная волокита. Так что я просто спас свои нервы. — Ну да, конечно, — Зубл скептически прищурилась, заметив, как Джекс быстро убрал маркер, которым рисовал на картонке. — Рассказывай сказки кому-нибудь другому. Ты никогда не тратишь столько энергии на обычных посетителей. — Зубл, егоза ты эдакая, займись делом, — Джекс раздражённо крутанул в руках тряпку для протирки стойки и повернулся к ней спиной, скрывая лёгкий румянец на ушах. — Или я скажу шефу, что это ты съела последнюю партию черничных маффинов. Поверь, эта пигалица забудет дорогу сюда уже завтра, как только высохнут её туфли. Зубл лишь хмыкнула, прекрасно понимая, что Джекс врёт сам себе.      *** Выйдя из уютного тепла кафе в прохладные сумерки, Помни только у автобусной остановки резко затормозила. Паника, но уже совсем другого рода, обожгла её изнутри. — Деньги!.. — вырвалось у неё. Она судорожно открыла рюкзак, вытащила кошелёк и похолодела. Она ведь так и не расплатилась! Джекс просто вынес ей этот огромный авторский раф, отправил за столик, а потом она, засмотревшись на рисунок, напрочь забыла про чек. Сам бармен тоже ни слова не сказал про оплату. Неужели он специально её отвлек? Или это была какая-то акция? «Боже, я теперь воровка в его глазах», — Помни закрыла лицо руками. Вариантов исправить ситуацию в голове крутилось немного, но вывод напрашивался один: ей придётся вернуться. И не просто вернуться, а подгадать время так, чтобы попасть именно на смену этого невыносимого, ухмыляющегося парня в фиолетовом худи, чтобы отдать долг. От этой мысли сердце почему-то застучало чуть быстрее. До общежития она добралась на удивление легко. В маленькой комнате её ждала привычная, успокаивающая рутина. Помни аккуратно разложила на просушку свои пострадавшие от ливня конспекты, с облегчением переоделась в сухую домашнюю одежду и принялась за незамысловатый ужин — сварила порцию макарон, параллельно наводя порядок на рабочем столе. В самый последний момент она бережно достала из кармана рюкзака картонную подставку. Разглядывая смешного испуганного шута под огромным зонтом кролика, Помни поймала себя на том, что глупо улыбается. Она осторожно поставила картонку на полочку над столом, прямо рядом с учебниками. — Ого, а это ещё что за карикатура? — раздался мягкий, весёлый голос от двери. В комнату заглянула Рагата — её соседка по общежитию, третьекурсница с копной пушистых каштановых волос. Она как раз несла в руках чайник. — А, это… — Помни тут же залилась краской и попыталась загородить полочку спиной. — Да так, просто картонка из кафе под дождём переждала. — Из кафе? — Рагата с улыбкой обошла её и с любопытством прищурилась, разглядывая рисунок. — Хм, очень узнаваемый почерк. Мелкая, ты что, умудрилась забрести в «The Circus» и познакомиться с Джексом? — Ты его знаешь? — Помни удивлённо округлила глаза. — Его весь студгородок знает, — Рагата добродушно рассмеялась, разливая чай по чашкам. — Он учится на пару курсов старше нас. Настоящий вредина и трикстер, вечно подшучивает над первокурсниками. Но рисует неплохо, этого у него не отнять. Надо же, целую картину тебе оставил. Обычно он людям только нервы портит. — Он... он не взял с меня деньги за кофе, — тихо призналась Помни, утыкаясь носом в свою чашку. — Я случайно ушла и не заплатила. Теперь придётся возвращаться. Рагата хитро улыбнулась, отпивая чай, и мягко подмигнула: — Ну, зная Джекса, он точно сделал это не по доброте душевной. Похоже, наша «городская русалка» оставила о себе память. Так что иди, возвращай долг. Заодно проверишь, нарисует ли он тебе продолжение комикса. Помни лишь смущённо спрятала лицо в ладонях, но где-то глубоко внутри паника перед огромным новым городом окончательно исчезла, уступив место предвкушению следующей субботы.