Тёплый прилив

Всякий, кого вытаскивают из моря, обычно пахнет солоновато-рыбным душком — но с Вэнь Цзэнянь всё было иначе. Морская вода смыла парфюм, нанесённый за ухом, и на смену ему проступил свежий, прозрачный аромат — её собственный, естественный, с холодной ноткой, будто единственным на всём этом тропическом муссонном острове снежным полем. Она произнесла лишь эту фразу — и отступила. Даже промокшие насквозь волосы, прилипшие к коже головы, ничуть не убавляли её красоты; она выглядела как русалка, соблазняющая броситься в море вслед за ней. — Я не притворялась, что не знаю тебя, — сказала Мэн Нин. — А что тогда? Вэнь Цзэнянь протянула руку и попыталась выжать воротник своей рубашки, но воды не выжалось ни капли. Ткань, добротная и качественная, впитала воду и полностью передала её коже — теперь рубашку выжать было уже нельзя, зато та белоснежная кожа под ней стала ещё более гладкой и блестящей. Мэн Нин, соблюдая приличия, отвела взгляд ниже, к её щиколоткам — но и капроновые чулки тоже промокли, плотно облепив стройные голени, поблёскивая на солнце. — Я просто думала, что ты меня не помнишь, — сказала Мэн Нин. — В конце концов, вся твоя дальнейшая жизнь сложилась совершенно иначе. — Разве я не говорила вчера вечером? Юношеские сны труднее всего забыть. Сказав это, она пошла вперёд: — На сегодня всё, тебе пора на работу. — А твои туфли... — напомнила Мэн Нин. Обе пары обуви только что были утеряны в воде. Вэнь Цзэнянь лишь ответила: — Неважно. Мэн Нин побежала в диспетчерскую и вскоре снова догнала силуэт Вэнь Цзэнянь, вручив ей белое махровое полотенце и пару тапочек. Пока она размышляла, как бы намекнуть Вэнь Цзэнянь, что её рубашка теперь просвечивает насквозь, та сама забрала полотенце из её рук. — Спасибо, — сказала Вэнь Цзэнянь. — А тапочки не нужны, я теперь ношу только каблуки. Теперь она снова была лишь той небожительницей, на которую все смотрят снизу вверх. Тем самым сном, которым грезят все вокруг. ****** Мэн Нин вернулась в общежитие, снова приняла душ, переоделась в дневной купальник с длинными рукавами для дежурства и поднялась на вышку наблюдения. Ци Сяо, придя на смену, была крайне возмущена: — Ну как так, почему ты вообще не загораешь? — Загорела, — серьёзно ответила Мэн Нин. — По сравнению с прежней собой — на два оттенка потемнела. Ци Сяо швырнула ей в лицо полотенце: — Да иди ты. Мэн Нин сняла полотенце с лица, смеясь. До наступления пикового сезона перед китайским Новым годом отель C переживал относительно спокойный период. Сегодня на пляже было немного людей, и, что редкость, весь день прошёл без происшествий. Когда Ци Сяо пришла помочь Мэн Нин собирать флажки, обозначающие зоны купания, она спросила: — Ты здесь уже пять лет — скольких людей ты спасла? Работа спасателя не ограничивается только спасением тонущих гостей. Потерявшиеся дети, мелкие кражи, тайная фотосъёмка, тепловые удары — всё это тоже входило в их обязанности. — Девяносто девять. Ци Сяо скривила губы: — Ну всё, значит, желание на фейерверк не сработало — ты загадала поскорее спасти сотого человека, а сегодня вон как спокойно прошло. — А разве спокойствие — это не хорошо? — сказала Мэн Нин и вдруг осеклась. Ци Сяо обернулась и спросила: — Что такое? Мэн Нин покачала головой, аккуратно сложив флажки, как полагалось по правилам: — Ничего, — и тут же спросила у Ци Сяо: — А ты чего так переживаешь, сбудется желание или нет — что ты загадала? — Загадала, чтобы моя тайная влюблённость взаимной оказалась. Для Мэн Нин это стало неожиданностью: — У тебя есть кто-то, кто тебе нравится тайно? — У кого нет такого человека? — Ци Сяо приподняла бровь. — А у тебя разве никогда не было тайной влюблённости? Мэн Нин лишь улыбнулась. — Опять ты за своё — как только речь заходит о твоих чувствах, ты сразу становишься такой неоткровенной. Они вдвоём отнесли флажки обратно в диспетчерскую и вместе направились в сторону столовой. По дороге Мэн Нин вспоминала недавний разговор. Она вдруг осознала — С чего вообще взялось, что спасённый ею человек непременно должен быть гостем отеля C? Если отбросить это ограничение, то Вэнь Цзэнянь как раз оказывалась той самой сотой, кого она спасла. ****** После служебного обеда обе вернулись в общежитие. Ци Сяо, напевая себе под нос, собирала нехитрый багаж. На завтра у них с Мэн Нин была очередная смена выходных, и рано утром им предстояло отправиться на катере с острова. Мэн Нин собирать особо было нечего — просто закинула в рюкзак пару сменных вещей, и всё. На следующий день рано утром обе стояли на причале. К ним подбежал Сяо Чжан, управляющий катером: — Мэн Нин-цзе, Ци Сяо-сяоцзе, у вас сегодня выходной? Может быть, из-за того, что этот причал был всё же на приличном расстоянии от отеля C, здесь, казалось, всё ещё царила утренняя дымка и обрывки прекрасного сна, вот-вот готового развеяться. Сяо Чжан тоже, вопреки правилам, не назвал их английскими именами, а по-свойски обратился «цзе». Их катер был первым рейсом с острова: доставив их в город, Сяо Чжан должен был забрать первую партию сегодняшних туристов и вернуться обратно на остров. Ци Сяо болтала с Сяо Чжаном: — Слышала, в тот день, когда Гвинет приехала на остров, именно ты её встречал? Сяо Чжан кивнул. — Ну и как? Каково это — увидеть её так близко? Сяо Чжан покраснел. — Чего ты так стесняешься? У тебя всё равно нет шансов, — со смехом поддразнила его Ци Сяо. — Ци Сяо-сяоцзе, ты о чём вообще? Я даже и не думал в этом направлении, между мной и такими, как она, пропасть слишком велика, — испугался Сяо Чжан. Ци Сяо замахала руками: — Да я не об этом. Под гул мотора и шум набегающих волн она понизила голос и спросила у Мэн Нин: — Ты ведь тоже считаешь, что все слухи о ней — правда, да? — Какие слухи? На самом деле после того, как вчера Вэнь Цзэнянь раскрыла, что они старые знакомые, они больше ни разу не виделись. Та внезапная сцена казалась чем-то вроде наваждения — таким, что случается на рассвете, когда человек ещё толком не проснулся. — Да не сплетни какие-то, просто с тех пор, как она устроилась на работу, о ней ни разу не ходило никаких романтических слухов ни с кем. Я имею в виду, — Ци Сяо понизила голос ещё сильнее, — многие говорят, что она — королева лесбийского мира, и это ведь точно правда, да? Мэн Нин: — Не знаю. — Да ладно тебе, не прикидывайся! Хватит уже! — Ци Сяо толкнула её в бок. — Мы же с тобой с первого взгляда друг друга узнали — вот и с ней та же история: стоило мне на неё посмотреть, я сразу поняла, что она точно любит женщин. — Просто не знаю, какие женщины ей нравятся. Договорив, Ци Сяо снова обернулась, глядя на всё удаляющийся отель C — его высокие полукруглые крыши делали его похожим на сказочный замок, каким его все себе представляют. Ци Сяо произнесла ту самую классическую фразу, которую говорит каждый, покидая остров: — Придётся возвращаться в реальную жизнь. ****** Мэн Нин и Ци Сяо вместе снимали квартиру в городе — иначе, если бы каждую неделю приходилось останавливаться в бюджетной гостинице, расходы вышли бы немаленькие, да и неудобно это было бы. Кроме них двоих, квартиру снимала ещё одна девушка — Сун Сяо, дизайнер в рекламном агентстве. Они доехали на метро до дома; Сун Сяо была уже на работе. Вдвоём они спустились вниз за продуктами — хотя еда в столовой пятизвёздочного отеля, конечно, была отменного качества, но, питаясь ею подолгу, всегда начинаешь скучать по домашнему вкусу. Если после долгого пребывания в отеле C по дороге домой ещё сохранялось некое чувство лёгкой нереальности происходящего, то стоило спуститься на рынок под домом — и они окончательно возвращались в настоящую, реальную жизнь. Квартира, которую снимали Мэн Нин и Ци Сяо, находилась в старом районе города, а прямо под домом располагался традиционный продуктовый рынок. Час был ещё довольно ранний, и рынок как раз оживал вовсю. Живые куры и гуси хлопали крыльями в клетках; проходя мимо этого ряда, приходилось уворачиваться от летящих перьев. От ларька с паровыми булочками поднимался густой пар, аппарат для свежемолотого соевого молока непрерывно жужжал. Хозяин овощного прилавка как раз опрыскивал водой помидоры из пульверизатора, отчего их свежий румянец казался ещё сочнее. У Ци Сяо разыгрался аппетит при виде этого, и она спросила у Мэн Нин: — Сделаем яичницу с помидорами? Мэн Нин кивнула. Она протиснулась вперёд и отобрала несколько штук. Рядом какая-то тётушка громко торговалась с соседним продавцом, так что и им с продавцом приходилось выкрикивать цены друг другу, перекрикивая шум. Наконец, оплатив покупку по QR-коду, Ци Сяо снова протиснулась обратно к Мэн Нин: — Тебе не кажется, что это какая-то раздвоенность? — Что именно? — Жизнь в отеле C — и настоящая жизнь, которая начинается, когда мы возвращаемся в город. — Есть немного, — кивнула Мэн Нин. Такое еженедельное резкое переключение иногда мозг просто не успевал переварить. Ци Сяо пошла дальше вместе с ней: — Давай ещё горькой дыни купим, хочу горькую дыню с кальмаром пожарить, — и тут же добавила: — Иногда я думаю — мы же не сможем всю жизнь работать спасателями в отеле C? Но если уйти оттуда — сможем ли мы привыкнуть к обычной жизни? Может, стоит попробовать перевестись на административную должность. Договорив, она спросила у Мэн Нин: — Ты знаешь, чем занялись те спасатели, что уволились раньше? — Не знаю. — А ты сама никогда не думала, чем будешь заниматься дальше? Ведь с возрастом пройти нормативы физподготовки будет всё труднее. — Если честно, никогда не задумывалась, — Мэн Нин указала Ци Сяо на один из прилавков: — Вон там хорошая горькая дыня. — Да ладно тебе! — Ци Сяо, направляясь туда, продолжала прежнюю тему: — Ты вообще только о настоящем думаешь, а о будущем — нет? У тебя случайно не тип личности ESFP? Хотя, глядя на тебя, вообще не скажешь, что ты экстравертка. Обе вернулись домой, приготовили обед, а потом надолго заснули после сытного дневного сна. Когда Мэн Нин проснулась, Ци Сяо сидела в гостиной, вполглаза смотрела какую-то бытовую семейную драму по телевизору и одновременно листала телефон. Взглянув на Мэн Нин, она перевела взгляд на её запястье: — Вот всё думаю — ты и во сне чётки не снимаешь, тебе разве не мешает, не давит? — Нет, — Мэн Нин покачала головой, —привыкла уже. — Слушай, вечером, когда Сун Сяо с работы придёт, пойдём вместе на шашлыки? Наелись уже пятизвёздочной кухни, хочется чего-то такого, уличного. — Давай. — Отлично! — Ци Сяо тут же оживилась: — Сейчас посмотрю, куда пойти поесть! Открыла оранжевое приложение и начала листать список. На деле каждый раз при выборе энтузиазма было хоть отбавляй, а когда доходило до дела, лень было идти далеко, и по старой привычке выбирали заведение прямо под домом. Ци Сяо заказала жареные устрицы на гриле, а ещё куриные крылышки и говяжьи шашлычки — и тут пришла плохая новость от Сун Сяо: — Мне сверхурочно работать! — Бедолага ты. — Но вы меня дождитесь! На шашлыки я уже не успею, но потом свожу вас в бар потусить! — В какой бар? Дорогой? — Бесплатно! Мне начальник ваучер подарил! Ци Сяо спросила у Мэн Нин: — Пойдём? — Мэн Нин было всё равно, и так и эдак, поэтому Ци Сяо ответила Сун Сяо: — Ждём тебя! Заодно как следует поругаем твоего босса вместе с тобой! Когда Сун Сяо наконец освободилась с работы и подъехала, все трое взяли такси и отправились в бар. Мэн Нин, постепенно понимая, в какую сторону едет машина, выпрямилась на сиденье. Когда все трое вышли из машины, она вдруг сказала Ци Сяо и Сун Сяо: — Может, вы вдвоём сходите? Что-то я устала немного. — Да ладно тебе! — Сун Сяо вцепилась в неё, не отпуская: — Я всю неделю не могла поругать своего начальника! Уже готова взорваться! Мэн Нин на мгновение заколебалась: — Ладно, пойдём. Освещение в баре, как всегда, было размытым, туманным, создавая совершенно иную атмосферу зыбкого, томного сна. Мэн Нин указала на столик в углу: — Может, сядем там? — Мэн Нин боится, что к ней кто-нибудь начнёт подкатывать, — усмехнулась Ци Сяо. Все трое подошли к столику, и Ци Сяо спросила у Сун Сяо: — Ты вообще в реальной жизни видела кого-нибудь красивее Мэн Нин? А я вот на этой неделе видела. — Кого? — Я тебе разве не рассказывала? К нам в отель C должна была приехать почётный исполнительный менеджер группы компаний, Гвинет Вон. — Та самая ABC? — Но она отлично говорит по-китайски, вообще без акцента. Разве не все говорят, что она королева лесбийского мира? — Ци Сяо, заговорив об этом, приняла серьёзный вид: — Королева, настоящая королева! Сун Сяо, будучи гетеросексуальной девушкой, не совсем понимала: — Насколько королева? Ци Сяо задумалась: — Ну вот если бы она пришла в этот бар, к ней бы подкатило минимум двадцать женщин, вот такая королева! Услышав это, Мэн Нин вздрогнула и невольно окинула взглядом весь бар.