Больше не друзья.

– Драко. Люциус. Малфой. Когда я так к нему обращаюсь, следует бежать. Бежать подальше, надеясь выжить. И он это прекрасно знает. Быстрым шагом пройдя по каменной кладке школьного двора, я направилась к парню на голову выше меня. Блондин вскинул брови и стал пятиться назад, с наигранным испугом вставляя руки вперёд и без слов говоря: «Успокойся...». – Что я натворил? – широко раскрыв ледяные глаза, он стал делать шаги назад, не отрывая взгляда от меня, пока я сокращала расстояние до каких-то полуметра. – Спроси у Мисти! – ответила я, подходя ещё ближе и заставляя друга прижиматься к дереву спиной – Объясни, почему моя кошка разгуливает по коридорам Хогвартса вместо сна в моей постели! – Я... – Она чуть было не перегрызла глотку миссис Норрис. Представь, что сделал бы со мной Филч! – говорила я высоким тоном. – Я был бы рад избавиться от приставучей кошки Филча... – задумчиво сказал он, но заметив мой яростный взгляд, откашлялся – Позволишь найти себе оправдание? – У тебя минута. – Ладно. Во-первых, это ты выпустила её в гостиную из своей комнаты. А во-вторых, я не заметил, как она вышла и оттуда. Честно говоря, я думаю, что она вышла ещё до меня. Я резко стукнула его по голове. Не больно. По-дружески. – Ты последний выходил, а Пэнси видела её ещё внутри. – Ладно, ладно... Виноват. Только со мной он может признать вину. Обычно он гордый и высокомерный, но не со мной. – В следующий раз сам будешь бегать за ней по всему Хогвартсу, возвращая испуганную красавицу на место! – закончила я. Злилась ли я по-настоящему? О, нет. Точно нет. Он не способен вызвать во мне настоящую злость. Ближе него у меня никого нет, поэтому невозможно его не любить. Он мне почти как брат. Сколько себя помню, он всегда рядом. Последний год был жесток к нам обоим, ко всему Хогвартсу, но даже тогда мы не отвернулись друг от друга. Даже оказавшись по разные стороны. Даже когда он встал на одну ступень с убийцами, а я с героями... Нет, я не способна злиться на него. Не теперь. Мы слишком много пережили. Взять даже ссору на третьем курсе... Я и тогда не злилась, а лишь была разочарована. ~ – Ты перешёл грань. – О чём ты вообще? – Это глупая царапина, Драко! Даже не вывих! Не перелом! И из-за этого животное убили! – Он пытался убить меня – отчужденно ответил он, не глядя мне в глаза. Тогда он ещё не научился просить прощения. Пока нет. – Тебя предупредили, что гиппогриф гордый, что его нельзя злить. Ты сам в этом виноват, полез куда не следует из зависти к Поттеру. Из зависти, как пятилетка! – Зависть к Поттеру? Бред. Чему завидовать? Отсутствию родителей? – усмехнулся Малфой. Неискренне. Я знаю это выражение лица. Искривившиеся губы, надменная усмешка... Тогда я тоже с ними не особо общалась, так что не обращала внимания на такие болезненные замечания. – Я могла спокойно терпеть, когда ты насмехался над ними. Могла смолчать после оскорблений в сторону Грейнджер. Могла даже сделать вид, будто мой лучший друг не хулиган всей школы. Но теперь ты стал убийцей. Эти слова резко сменили его выражение лица. Будто он был несогласен, но слишком боялся потерять меня. Когда я уже хотела уйти, он вжал меня в стену своей "больной" рукой. – Я не убивал его. – Но его убили из-за тебя. Ты доложил отцу, зная на что он способен. Он жесток, и ты знал. Я надеялась, что ты всё-таки в Нарциссу... – Т/и... Пожалуйста... У меня нет друзей кроме тебя. Что угодно... – Ты не можешь исправить ошибку. – Но я не повторю это. Я никому и никогда не наврежу, слышишь? Я не буду бить кого бы то ни было. Не буду калечить, или тем более убивать кого-то. Клянусь. – Драко... – Пожалуйста. ~ Конечно, прощения он тогда не попросил. Возможно, он ещё ни разу не сказал «прости», вот и не знал, что стоит сказать это. Впрочем, я бы посоветовала ему извиниться перед Хагридом, перед покойным Клювокрылом. И он бы не сделал этого. Ведь слаб он был лишь со мной. После этого он действительно никогда и никого не ударил. И не убил. Хотя, должен был... Хотя, ему велели. Нашу дружбу невозможно понять кому-то другому. С самого рождения я, как и Гарри Поттер, знала, что живу не со своими родителями. Что у меня нет семьи... Т/ф были друзьями Малфоев, поскольку учились на одном факультете и курсе с Нарциссой. Я даже слышала, будто моя мать с ней были очень близки, но возможно это слухи. В отличие от подавляющего большинства, семья Т/ф осталась верна принципам и не поддалась Волан-де-Морту. Мне не было и года, когда их убили. И, как бы это странно ни казалось — отдать дочь тем, кто по-сути являются твоими врагами, — мама спасла таким образом мою жизнь. Так и вышло, что я росла в Малфой Мэноре. Люциус с самого начала был против и Нарцисса с трудом уговорила его вырастить меня. Он стал проще лишь когда Лорд исчез и пришлось восстанавливать репутацию, а находящаяся под его опекой дочь погибших членов Ордена Феникса в этом очень даже помогла. Я никогда не считала их своими родителями. Люциуса боялась, Нарциссу уважала и полюбила. Но они не смогли стать моей семьёй. А Драко смог. Забавно. С ним я всегда была собой. Многие в Хогвартсе начали звать нас парочкой ещё на первом курсе. Конечно, я никогда не думала о нём в романтическом плане. Но да, только друг друга мы подпускали настолько близко. Только с ним я ходила за руку. Только со мной он был мягок. Только друг друга мы обнимали настолько крепко. Он мне даже не брат. Он кто-то ещё ближе. Настоящая родная душа. Несмотря на все его ошибки, я люблю его и не могу потерять. И он чувствует то же самое. Я просто знаю. Я просто вижу. Первая неделя учёбы после войны казалась крайне странной. Вроде всё как раньше: уроки, ученики, веселье, гул в коридорах... Но что-то в то же время не так. Ведь столько всего произошло! Кто-то умер, кто-то был искалечен, кто-то спас мир буквально! И все быстро начали забывать произошедшее. Нет, многое и изменилось, например отношения Слизерина и Гриффиндора. Впервые никаких колкостей, только дружелюбное соперничество. Наверное, такого не было веками... Впрочем, кого-то война разъединяет, а кого-то сплочает. А кого-то и так, и так... ~ – Драко, что ты несёшь? – с мутными от перегруженного мозга глазами спросила я. – Верь мне. Просто беги и не возвращайся! – Да о чём ты?! – мой голос сорвался на крик. Я видела его страх. И начинала бояться тоже. Он боится за меня, а я за него. Как и всегда. – Я починил его. Они будут здесь с минуты на минуту. Спасайся. И спасай своего идиота Поттера – с каждым словом он становился всё мрачнее. Ещё на пятом курсе наши отношения дали трещину. Еле заметную. Из-за Амбридж. Мне она не нравилась, а он стал помогать. С этого и началась жизнь по разные стороны. Он всегда со злом, а я с добром. И оба не от всего сердца... Ещё летом, с самого начала я поняла, что он стал одним из них. Тогда как я сама помогала Гарри, вступила в Орден и обещала бороться не хуже родителей. Я знала, что его заставил Люциус. И ни в чём его не винила. И сейчас я знала, что задавать лишние вопросы не нужно. Лишь один. – А ты? Как же ты? – прошептала я подходя ближе. Он привычно пятился назад. Потому что считал себя опасным. Весь год не подпускал близко. Не как раньше. И я не могла привыкнуть. – Меня они считают за своего. Вытерев маленькую слезу, я обняла его, запоминая запах. Мята, яблоки, дождь, пергамент... Так для меня пахла амортенция и так пах он. – Обещай, что не встанем друг против друга даже если заставят – тихо, невесомо произнесла я куда-то в его плечо. – Никогда. ~ И действительно, позже мы оказались с палочками напротив друг друга, но лишь пошли дальше. Я ушла из Хогвартса в тот день и через время присоединилась к Гарри, Гермионе и Рону. Помогала уничтожать крестражи. На самом деле, мне не было дела до того, что в опасности весь мир. Я думала только о нём. Чтобы он был жив. В этом мы с Нарциссой сошлись во взглядах. Такие маленькие и незаметные, но такие спасительные дела. Что сложного сказать, будто Поттер мертв? Или бросить ему палочку ради спасения всех? Но это сказало мне о них всё. И ничего от Люциуса. Как обычно... – Впрочем, на шестом курсе вас уже ознакомили с данными темами – монотонно говорил Снейп. Как всегда делал паузы между словами, произнося их чётким, холодным голосом. За эти годы я привыкла к этому, теперь нет этих мурашек на каждый его взгляд в мою сторону и страха перед деканом. Он стал родным. Пока профессор объяснял задание, немногословно, но ясно, Драко коснулся моей руки. Я повернулась с вопросительным лицом, он кивнул на Гарри. Сузив глаза, я ждала объяснений, на что получила записку на пергаменте рядом. «Пожал мне руку. Мы типа друзья теперь?». Ах, да... Эта ситуация в Большом зале... Гарри почему-то поздоровался с ним так, как раньше отказался. Раньше — в смысле на первом курсе. Мерлин... Я не против, чтобы мои друзья стали и его тоже... Ответила я ухмылкой, мол: «Всё может быть», сразу принимаясь за задание и выбирая ингредиенты для зелья. Ещё пару секунд посмотрев на меня с улыбкой, Драко присоединился. – Т/и, твоя подружка точно рехнулась... – закатив глаза, Драко сел рядом. Через пару минут начнётся ЗОТИ, а пока в классе было мало народу. – Хватит докапываться до Гермионы – не отрывая глаз от написанного в учебнике заклинания произнесла я. Чёрт, знакомо... Отряд Дамблдора будет на высоте, но вспоминать опять это всё? Ладно. – Я не о Грейнджер. Пэнс с чего-то решила, будто мы встречаемся. Округлив глаза, я перевела взгляд на друга. Похоже, он и сам был в шоке от таких заявлений. Вздохнув и посмотрев на неё, я увидела рядом Тео. – Хочет свести нас? Тогда мы сведём её с ним – заговорщически прошептала я ему на ухо и, привычно потеребив платиновые волосы, вернулась к учебнику. – Когда уже перестанешь? – поправляя причёску, простонал Драко. – Когда дементор станет розовым – насмешливо сказала я. – Стоит отправить в Азкабан Амбридж — так и будет... Наконец-то он понял, что Амбридж лишь клоунесса, а не достойный уважения профессор. Наверняка уже пожалел, что был чем-то вроде её приспешника. Неважно. В класс вошёл Люпин. Да, теперь ученикам стало всё равно, что он оборотень. Из всех за эти годы он самый адекватный... Впрочем, я была бы не против оставить Слизнорта и передать ЗОТИ Снейпу. – Многим из вас знакомо это заклинание. Патронус является как защитой от дементоров, так и своеобразным способом передачи информации... О, да. Знаем, помним, проходили. Гарри научился ещё на третьем курсе, мы в основном на пятом. Я даже немного помню, у кого кто. У меня была ласточка. У Гермионы точно выдра... Ладно, сегодня и узнаем. – Зря они начинают год с таких сложных заклинаний... – поморщился Драко. С третьего курса привык скептически относиться к ЗОТИ. Я толкнула его локтем в бок, вспоминая какое счастливое воспоминание действовало лучше всего... Да, тогда это казалось очень счастливым, но многое изменилось. – Мистер Поттер, не желаете продемонстрировать? – Легко, профессор. Экспекто Патронум! Из его палочки полился белый свет, приобретая черты благородного оленя с ветвеобразными рогами. – Прекрасно, кто ещё может попробовать? Разумеется, наша компания зашевелилась. Невилл неуверенно встал, подталкиваемый Роном. Были б тут Когтевранцы... Гермиона без труда показала свой Патронус. Меня подозвали. Я же вспомнила только одно действительно самое счастливое воспоминание, которое вместе с тем и одно из худших. – Экспекто Патронум. ~ – Драко! – я буквально набросилась на него, отчего ему пришлось впечататься спиной в стену. Я зарылась пальцами в его волосы, обвивая ноги вокруг его бёдер. Он сжимал мою талию, будто и сам не веря, что всё кончилось. Всего минуту назад Волан-де-Морт был жив, но сейчас он рассыпался в пепел. И первой из оцепенения и радостного шока вышла я, сходу побежав к лучшему другу. ~ Ласточка уже через секунду рассеялась в воздухе. Никто и не понял, что я вспомнила нечто такое. – Мистер Малфой, а вы? – сказал профессор, глядя на единственного не увлеченного студента. – Это обязательно? – вздохнув, спросил он. – Нет, дело ваше. Кто следующий? – Ну и дурак – шепнула я, садясь обратно. – Я не знаю, какое воспоминание подойдёт. Счастливые... Их мало – тихо ответил он. И мы поняли друг друга. Да, действительно. Всё забылось из-за войны. Даже Гарри, кажется, было нелегко снова вызвать Патронус. Один из моих любимых и одновременно не поддающихся мне предметов. Прорицание. Трелони однозначно стала не менее родной, чем остальные профессора. Но понять её трудно. Всё в прорицании, даже учитель, загадка, которую крайне трудно разгадать. – Мисс Т/ф, как успехи? – спросила она. Что-то в этом тоне казалось странным, будто обеспокоенность и недосказанность. Да и вопрос непонятный... – Как обычно. Ничего о будущем узнать не получается... – пожала я плечами – Похоже, у меня нет способностей к вашей дисциплине. Сузив глаза, которые обычно казались просто огромными, она отвернулась. И что это было?