Unattainable ambitions

Тони сидел, подперев щеку ладонью, и молча смотрел на ребенка, перевязанного почти с головы до ног. Под действием сильного успокоительного тот наконец-то спал, впервые за несколько часов перестав вздрагивать от каждого шороха. Белые бинты скрывали большую часть его тела, но не могли скрыть худобу, выступающие скулы и темные круги под глазами. Старк устало потер переносицу. Он до сих пор не понимал, как обычная операция по зачистке очередной базы Гидры превратилась… в это. Изначально все выглядело до смешного обыденно. Очередная база. Еще одна точка на карте и еще одна надежда, что на этот раз они наконец выйдут на след Зимнего Солдата или хотя бы найдут информацию о том, что Гидра собирается делать дальше. Квинджет с полным составом Мстителей опустился в нескольких сотнях метров от комплекса. Как и десятки раз до этого, команда разделилась еще в воздухе, распределив сектора до посадки и решив, кому какой участок достанется. Обычно подобные операции заканчивались одинаково: эффектное появления, короткий бой, аресты, изъятые документы и очередная разрушенная база Гидры. Правда в этот раз все немного отличалось. Когда Старк, Роджерс и Роуди зашли в свой сектор, их встретило… ничего. Буквально. База выглядела так, словно ее в спешке покинули несколько недель назад. Ни людей. Ни документов. Ни сигнала тревоги от вторжения посторонних лиц. — Кеп, мне послышалось, или только что кто-то кричал? — настороженно спрашивает Тони и наталкивается на такие же два сбитых с толку взгляда. — Надеюсь, послышалось, — бросает ему Стив, пока они продвигаются в глубь базы, связываясь по наушнику с другими группами. — Клинт, Романофф, что у вас там? — Ничего подозрительного. Лишь несколько документов и разрушенное оборудование. А у вас? — первым отзывается Соколиный глаз. — У нас… — начинает Тони, но вздрагивает, снова слыша далекий приглушенный крик. — … Начинается очередной дешевый хоррор фильм, — заканчивает за него Роуди. — Знаешь, как в тех ужастиках, что мы вечерами смотрим? Исследователи ходят по заброшкам, слышат шорохи и крики, в после появляется чудовище и сжирает их. — Ой, фуу.. Вы правда такое смотрели…? — встревает в их разговор Сэм, но обрывается. В этот раз это был лязг цепей. Вот теперь им не послышалось. — Что происходит? — слышатся настороженый голос Наташи. — У нас тут крики…чьи-то, — почти шепотом отвечает Стив. — Мы скоро будет у вас. Боги в курсе событий? — отвечает Романофф, и из динамика слышаться стуки и шорохи. Похоже к ним мчаться на всех парах. — Боги? Какие Боги? А кто их звал? — Ну так… Они сами прилетели. Фьюри их предупредил. — Подожди! Двоих?! И этого напыщенного Северного Оленя? — Его самого, — доноситься язвительных голос сзади, где из вспыхнувшего зеленым портала выходят Тор и Локи. — Ты какого… — Тони запинаешься под взглядом Стив в немом «не выражаться». — …Кхм, лешего, здесь забыл? — Подождите. Вы притащили… его?! — Стив напрягся, понимая что Локи не то, что спину не прикроет — к нему вообще спиной поворачиваться нельзя. Ведь Лафейсон никогда не упустит шанс всадить туда нож. — Нат, как это понимать? Он почти поработил Нью-Йорк! — У Фьюри спроси. Мы сами только что узнали, и тоже в восторге от новостей. — Надеюсь Тор держит его на коротком подводке, — отзывается Клинт и отключается. Все снова вздрагивают и переглядываются друг с другом, кидаясь мрачными взглядами. — Знаешь, ледышка, впервые в жизни я искренне надеюсь, что самая больше проблема которую я могу здесь встретить — это ты. — Боюсь, Старк, сегодня тебя ждет куда более неприятный сюрприз, — с усмешкой отзывается Бог коварства. Перекинувшись еще несколькими колкостями, команда все же решают продолжить путь в глубь базы. И чем ниже под землю они спускаются, тем громче становятся крики и странные звуки, раздающиеся из темных низов коридора. Поначалу многие пытаются убедить себя, что это очередной эксперимент Гидры. Возможно, какой-то подопытный мутировал или потерял контроль над своими способностями? Возможно, там находится что-то опасное, что им придется остановить? Но чем ближе они подходили к источнику шума, тем сильнее менялись выражение их лиц. Потому что в этих криках нет злости. Нет ярости или ненависти. Только страх и отчаяние. То самое, которое появляется, когда человек уже перестает верить, что кто-нибудь придет и спасет его. Стив останавливается первым. — Это ребенок… — тихо произносит Роджерс, будто сам не верит своим словам. Даже Тони, который обычно не способен молчать дольше нескольких секунд, ничего не отвечает. В ушах начинает звенеть. Это самое страшное, что когда либо создавала Гидра. Не очередная пушка Судного дня, а ребенок. Люди вкладывают миллиарды в зло с удивительной изобретательностью. Ребенок… Почему именно ребенок? Эта жизнь не щадит никого, особенно из нервную систему, коротая начинает давать сбои в своей системе исправности. Никак иначе Старк не может объяснить от чего к него начал глаз дергаться. — Он один, — на выдохе произносит Тор, подходя ближе к “клетке” в которой находился мальчик. На руках, ногах, и даже шее были наручники от которых тянулись металические цепи. Зрелище заставило его подавиться воздухом. В Асгарде дети — сокровище и самая большая ценность, а так же будущее. Почему на Земле все злодеи так стараются, что их будущее вообще не наступило? — Боже, где вас носит! Мы… что? — запнулся Клинт появляясь из-за угла и в которого чуть не врезались Наташа и Сэм. Ибо тот резко останавливается, как и его сердце, когда видит картину перед собой. А вот и другая часть команды подоспела, что наконец-то нашла их в этих подземных лабиринтах. Они хотели бы начать с обвинений, но быстро поняли, что самое хорошее решение которое они могут принять — заткнуться. Мальчик, что до этого отчаянно дергал цепи, теперь смиренно сидел на коленях в самом углу комнаты, не сводя с незнакомцев настороженного взгляда. В тусклом свете единственной лампы наконец удалось рассмотреть его целиком. На вид парню было не больше двенадцати-четырнадцати. Но из-за худобы и больничной одежды, что висела на нем мешком, тот казался еще мельче. Лицо мальчика покрывали бесчисленные ссадины и порезы, уже пожелтевшие синяки, засохшая кровь на лбу, разбитый нос, а под левым глазом темнел свежий кровоподтек. Но сильнее всего взгляд цеплялся за руки. Запястья были стерты почти до крови. Кожа под тяжелыми металлическими браслетами давно превратилась в одну сплошную багровую полосу, а пальцы были разодраны насквозь, что едва сохраняли форму. Засохшая кровь смешалась с ржавчиной, а свежие алые капли медленно стекали на пол. Такие же кандалы сдавливали щиколотки… ишею. Толстый металлический ошейник впивался в кожу так глубоко, что под ним уже появились темно-фиолетовые следы и воспаленные раны. Каждое движение отзывалось тихим лязгом цепей, будто они заранее позаботилась о том, чтобы ребенок ни на секунду не забывал, что он пленник. Тони почувствовал, как внутри что-то неприятно сжалось. Кто-то позади чуть ли не падает на пол от увиденного. Это, кажется, был Клинт, которого вовремя поймал Стив и Роуди, держа под руки, чтобы окончательно не откинулся. Старк не то что двинуться не может, даже вздохнуть не получалось, будто кислород перекрыли. — Дитя… — первым к мальчику подходит Локи, медленно ступая по осколкам и бумагам на полу. Бог хитрости и коварства всегда считал, что самое жестокие вещи в этой жизни творил сам. Что ж, у него появился достойный аргумент, ведь люди порой хуже чудовищ. Стоило Лафейсону протянуть руку к клетке, как ребенок так же поднимает свою, складывая в своеобразный знак… — ААААААААА! — слышится визг Бартона, который отключается окончательно. Пусть спит, несчастный. — Это что за хрень?! — в последний момент отпрыгивает к стене Локи, ошарашенным взглядом смотря на липкую субстанцию, где только что стоял. И не понятно чем было вызвано его удивление — тем, что парень замахнулся на Бога, или просто от неожиданности? — Паутина?! — Пацан, ты хоть знаешь, кто я?! — Так, тихо! — хапает брата Тор, который уже готов идти с войной, на ребенка. Но останавливается почти мгновенно, когда видит как мальчик заходиться в истерике и рвано дышит, смотря на их топку с ужасом. — Не видите что ли, ему страшно! На удивление у Одинсона и правда получилось быстро всех заткнуть. — Здравствуй? Ты наверно, напуган сейчас? Но больше никто не причинит тебе вреда. Клянусь честью Асгарда, — Тор отпускает брата, и проходит вперед, вставая на корточки в метре от клетки, чтобы быть на уровне глаз ребенка. — Как тебя зовут? Я — Тор, Бог грома. На последней фразе лицо мальчика вытягивается, от чего никто не может сдержать улыбку. Кто, черт подери, знал, что Тор оказывается умеет с детьми нянчиться?! — Не бойся, я хороший. А вот этот, — Тор кивает на Локи, что стоит за его спиной и закатывает глаза. — Мой брат. Иногда он бывает… сложным. Но не причинит тебе вреда. — Какая чудесная репутация, — ворчит себе под нос Локи, но никто не обращает на это внимани. — Кстати, он тоже Бог, Локи зовут. А вот те ребятки, что со мной — Мстители. Герои Земли… И тут ему очень хотелось скать, что Земле не особо повезло с такими героями. Но главное то, что ребенок успокоился и слушает, что ему рассказывают. — Я могу подойти? — видя медленный кивот, Тор поднимается с ног и берется за решетку, выламывая ее. Мальчик вздрагивает от громкого звука и забивается в дальний угол. — Напугал? Давай мы избавим тебя от… оков? Хорошо? Я аккуратно. Обещаю. Но если что, можешь пулять в меня паутиной. — П..Пит..ер… — Тор вздрагивает, как и остальные, что притихли и просто наблюдали за разворачивающейся картиной на их глазах. Никто не ожидал, что мальчик заговорит. — Приятно познакомиться, Питер, — Тор мягко улыбаешься и аккуратно снимает цели с тела ребенка, что с грохотом падают на бетонные плиты. а после заматывает его в собственную накидку, поднимая на руки. Питер в его руках вздрагивает, касаясь собственной шеи. Впервые за долгое время на ней не было тяжести. И он, кажется, совершенно не понимал, что теперь делать с этой свободой.