Право выбора

Когда они расстались, шум Большого зала ещё долго преследовал его. Смех. Музыка. Звон кубков. Люди старались забыть, что за стенами Винтерфелла уже собиралась армия мёртвых. Тирион шёл по пустым каменным коридорам один. Никто его не окликнул. Никто не остановил. Факелы на стенах бросали длинные тени, и весь замок казался странно тихим, будто сам затаил дыхание в ожидании рассвета. Если рассвет вообще наступит. Добравшись до своей комнаты, он медленно закрыл дверь. Снял тяжёлую золотую брошь Десницы и положил её на стол. На несколько мгновений задержал на ней взгляд. Сколько лет он прожил, стараясь быть полезным? Сначала отцу. Потом Джоффри. Потом Дейенерис. Всегда кому-то. Но никогда самому себе. Он устало опустился в кресло. Налил себе вина. Поднёс кубок к губам. Но так и не сделал ни глотка. Перед глазами снова возникло её лицо. Не то лицо, которое он увидел сегодня. Другое. Совсем юное. Испуганная девочка в свадебном платье. Большие голубые глаза, полные слёз, которые она так отчаянно старалась не пролить. Он помнил тот день до мельчайших подробностей. Её дрожащий голос. — Я не хочу этого. И свой собственный ответ. — И я не хочу. Потом была их первая ночь. Свеча. Книга в его руках. Жёсткий каменный пол вместо супружеского ложа. Он тогда думал, что поступает правильно. И до сих пор не жалел об этом. Потом она исчезла. Осталась только пустая комната. И воспоминание о девушке, которой он так и не смог помочь. Он медленно закрыл глаза. Сегодня всё было иначе. Она сидела рядом с ним спокойно. Без страха. Без настороженности. Они разговаривали так, словно между ними никогда не было лжи, войны и долгих лет разлуки. А потом она сказала те самые слова. — Вы были самым лучшим из моих мужей. Он мысленно повторил их ещё раз. Лучшим. Одно-единственное слово. Такое простое. И почему-то именно оно оказалось тяжелее всех наград, которые он когда-либо получал. Он грустно усмехнулся. Почти с нежностью. Только сейчас он понял, как отчаянно ему хотелось услышать это именно от неё. От Сансы Старк. Он покачал головой. — Каким же глупцом ты был, Тирион Ланнистер, — тихо сказал он самому себе. Потом посмотрел на кубок. Так и не притронулся к нему. И едва слышно произнёс: — Жаль только... Он сделал долгую паузу. — Что этого оказалось недостаточно. В комнате воцарилась тишина. И именно в этот момент в дверь негромко постучали. Стук повторился. Негромкий. Почти робкий. Тирион поднял голову. — Войдите. Дверь медленно открылась. На пороге стояла Санса. Несколько долгих мгновений они просто смотрели друг на друга. Будто оба пытались понять, не ошиблись ли дверью. Потом она тихо вошла. Закрыла дверь, но не до конца. Тирион уже хотел предложить ей сесть. Спросить, что случилось. Но что-то в её лице заставило его промолчать. Она выглядела спокойной. Не испуганной. Не растерянной. Только очень усталой. Словно прожила за один день ещё одну жизнь. Санса медленно подошла к окну. За стеклом кружился снег. Где-то далеко слышался вой ветра. И ещё дальше - глухой рокот тысяч шагов, которых никто не мог услышать, но все знали, что они приближаются. Она долго смотрела в темноту. Не оборачиваясь, сказала: — Сегодня все говорят о завтрашнем дне. Тирион ждал. — А мне кажется... Она глубоко вдохнула. — Завтра может не наступить. Он кивнул. — Может. Снова наступила тишина. Настолько глубокая, что было слышно, как потрескивают дрова в камине. Наконец Санса повернулась. Их взгляды встретились. Впервые за этот вечер они были совсем одни. Только мужчина и женщина, которым судьба когда-то дала одно имя на двоих - муж и жена. Она сделала несколько медленных шагов. Остановилась совсем близко. — Если мы погибнем... Она не договорила сразу. Словно боялась собственных слов. — Я не хочу умереть... Её глаза не отрывались от его лица. — Так и не узнав, что могло бы быть. Тирион почувствовал, как перехватило дыхание. На одно короткое мгновение он решил, что ослышался. Искал в её лице другое объяснение. Думал, что она говорит о жизни. О доме. О будущем Севера. О чём угодно. Только не о них. Но она продолжала смотреть прямо ему в глаза. Спокойно. Не отводя взгляда. И тогда он понял. Сердце забилось так сильно, что ему показалось, будто она тоже может его услышать. Он отвёл глаза первым. Не потому, что не выдержал её взгляда. Потому что слишком долго не позволял себе даже мечтать о подобном. Когда он снова посмотрел на неё, его голос был почти шёпотом. — А утром? Санса долго молчит. — Если утро наступит... Она грустно улыбается. — Ты снова будешь Десницей своей королевы. — А я... Она смотрит в окно. — Я снова стану леди Винтерфелла. Потом тихо добавляет: — Если нам вообще будет куда возвращаться. Ещё один шаг. Теперь их разделяло лишь несколько дюймов. Она смотрела на него так, как никогда прежде. А как на мужчину, которому наконец доверяла. — Но сегодня... Её голос дрогнул впервые. Совсем чуть-чуть. — Сегодня я хочу сама сделать выбор. Тирион долго молчал. Он видел перед собой уже не испуганную девочку. Перед ним стояла женщина, которая пережила войну, предательства, плен, насилие и одиночество. И несмотря ни на что, сохранила способность доверять. Ему. Он медленно поднялся. Подошёл ближе. Остановился так, чтобы между ними оставалось последнее, едва заметное расстояние. Он не прикоснулся к ней. Только тихо сказал: — Тогда на этот раз решение должно принадлежать только тебе. Санса ничего не ответила. Её взгляд стал ответом. Она сама сделала последний шаг. Они едва коснулись друг друга. Тирион закрыл глаза всего на одно мгновение. Потом молча повернулся. Подошёл к двери. Осторожно повернул ключ в замке. И, не говоря больше ни слова, закрыл дверь. За окном продолжал идти снег.