Бабадук

‎– Смотри, не стукнись. – напоминает Андрей, ожидая от мужчины какой-либо реакции, но тот лишь молча натянул черный плащ, стоя к нему спиной. ‎       Коваля всегда раздражало такое отношение к работе. Сначала Валера откровенно смеётся, кидая уже наверное заученную им фразу «Не парься ты так», а потом отчего-то вечно всё идёт не по плану. То в потёмках стукнется обо что-нибудь головой из-за аномального роста (а к костюму же ещё, о Боже, прилагается обувь на платформе), то побежит пугать несчастных клиентов ни в ту комнату (а их, к слову, можно было по пальцам сосчитать). И чем дальше разрастается их бизнес – увеличивается количество заказов и приходят покрупнее компании людей, тем больше Валера начинает лажать. ‎ – Услышал меня? – нарочито строго обращается Андрей, не выдерживая настолько откровенной расхлябанности. ‎       Мужчина вздрогнул, на миг застыв с маской в руках, после чего наконец повернулся к своему, между прочим,  начальнику с еле скрываемой улыбкой. Видно было, что тот уже с сотню раз все понял. Видите ли, за ответы на вопросы начальства ему ещё никто не платит – его работа, по его мнению, исключительно щеголять в модном образе духов и монстров. ‎ – Сильно не сигать, на кухню не пробегать, перед входом в коридор пригибаться. – театрально перечислил Валера, даже не пытаясь скрыть насмешливой улыбки. Для него это все цирк, что-ли? Доиграется ведь, Андрей точно ему закажет костюм Пенивайза.       ‎Валера уже молча сжал в руках маску, отчего-то гипнотизируя ее взглядом, но после он все же неспешно прислонил не к лицу. Второй чуть подрагивающей рукой он не с первого раза застегнул ее на макушке. Мастера действительно постарались – от одного этого куска пластика подростки кричали, как от лезвия ножа. А вот Андрей наоборот, замолкал – кричать на самого Бабадука было даже как-то неловко. ‎       Иногда даже было удивительно, как быстро и капитально он перевоплощался. В миг темные шоколадные волосы скрылись за черной шляпой, а теплые ладони рук, не без помощи Андрея, за когтистыми перчатками. И вот перед ним стоит не неудавшийся актер, а вполне себе состоявшийся в жизни монстр, отвоевавший себе целый двухэтажный дом. ‎– И не чуди, на камерах все видно. – бросает ему Андрей, прежде чем выйти из гримёрки в зону ожидания к несчастным девочкам. За маской не было слышно ответа, но наверняка это было покорное согласие со всеми предъявами начальства. ‎– Так, мебель не ломать, дверьми ни в коем случае не хлопать. Дом старее, чем моя прабабушка. Что-то будет сломано – погоним вас отсюда ссаными тряпками. – по регламенту перед ним, напуганно поджав хвосты, сидят не дети – профессиональные фотографы. Девочки данный факт с удовольствием приняли, подхватив манеру общения. – Руки держим при себе, только фоткаем. Сколько, говорите, занимаетесь фотографией? ‎– Уже как два месяца! – отвечает одна из них, на что Андрей показательно хмыкает. ‎ – Вот будет повод поднабраться опыта.       ‎Только он начал открывать дверь, в крошечную щель тут же просочился поток густого искусственного дыма. Луч фонарика вовсе слабо пробивался сквозь его толщу, и на девочек это произвело несгладимое впечатление – они схватили друг друга за руки, настороженно уставившись во тьму беспроглядного коридора. Андрей бы возможно этому умилился, если бы не прописанные компанией правила безопасности. Но разве заставишь испуганных подростков отлипнуть друг от друга?       ‎На фразу, что ему нужно отойти проверить проводку, у него чуть не отняли фонарик – единственный стабильный источник освещения, но он героически отбился, оставляя девочек ждать своего возвращения в начале коридора.       ‎Проверить наличие на месте Валеры было, разумеется, важнее какой-то там проводки. Андрей нашел его за темным углом, бегло проведя по его устрашающей фигуре лучом фонарика, а после позорно вздрогнул от неожиданности, когда тот шутливо потянулся к нему когтистыми руками, стремясь провести ими ему по щеке. Вдарил бы ему, только вот маску жалко повредить.       ‎Убедившись в наличии Бабадука в необходимом месте, Андрей устремился по коридору к выходу, натыкаясь на забитых подростков у стенки. Если они сейчас взбудоражены, что же будет потом, когда в уши вдарит оглушающий звук молнии и хрип монстра? Ну, главное чтобы не бегали – камеры все записывают, и потом у него однозначно будут проблемы. А вот чужое нежное моральное состояние – не его зона ответственности.       ‎Под мольбы девочек он выскочил из коридора, почти судорожно закрыв за собой дверь, и в ту же секунду услышал за ней рокочущие звуки. Андрею отчего-то было смешно от мысли, что под такое музыкальное сопровождение Валера будет гонятся за детьми, спотыкаясь в темноте и пригибаясь перед входом в каждую комнату.       ‎Как же хорошо, что у самого Андрея костюм попроще.       Поспешно юркнув в гримёрку, он вновь вздрогнул всем телом, хватаясь за разрывающееся биением сердце, – Кира в образе умершей девочки непоколебимо прятала в сумку пачку сигарет. Андрею было бы искренне жалко случайного прохожего, ненароком увидевшего такую сцену – девушка в ободранном черном платье, с белоснежным лицом и такими же белыми глазами курит у служебного входа едкие Винстоны. Ну, собственно, это тоже не его проблемы, правила Кира таким образом не нарушает. Лишь бы не опаздывала. – Уже вернулась? – бросает Андрей, взглядом выискивая свой костюм. – Беги быстрее, минут через пять будет твоя сцена. – И без Вас знаю, господин начальник. – шутливо протягивает девушка, распахивая дверь. И не врёт же, действительно знает – отчего-то с девочкой, возрастом сильно не отличавшейся от тех, кого они прямо сейчас пугают, возни меньше, чем с Валерой. Видно – дисциплина студентки.       ‎Квест проходил на удивление тихо. Тихо – если не брать в счёт крики девочек на абсолютно любое действие Валеры. И отчего-то Андрей, разодетый в образ сумашедшей матери, не вызывал у них должного испуга. Видимо, чтобы наводить ужас на детей, нужно одеваться тотал блэк и носить платформы.       ‎У Андрея было совсем мало сцен в этом квесте, да и признаться, они были из разряда: пробеги, напугай и тащись обратно в гримёрку к ноутбуку, смотреть по камерам, не нарушают ли правила подростки. У Кирки и то их было больше, но, признаться, бегала она ещё чаще. Один Валера ходит непоколебимо и скребётся когтями по стенам. И для кого, спрашивается? В темноте дети все равно столь пугающий жест не заметят. Иногда Андрею казалось, что Валера через камеры пытается напугать и его. Да куда ещё больше-то?       Андрей пробегает через коридор в последний раз – минут через пять квест закончится. Валера покажется в конце темнеющего коридора, Кира побежит с устрашающим лицом на девочек, а Андрей под шумок тихо сбежит, стискивая на ходу нелепый костюм.       Голова уже раскалывалась от громких звуков, от надоевшей беготни тянуло ноги, лицо таяло под неудобной маской. Андрей, в очередной раз напрыгнув на сжавшуюся в стену девочку, отбежал подальше в темный угол. Невольно облокачиваясь тяжёлой головой об стену, он стянул с себя маску. Сейчас должен быть звездный час Валеры и Киры – эпичное появление из тьмы. Но из-за угла на девочек выглянула только фигура пониже, с двумя хвостиками, театрально склоняя голову набок. Двухметровая тень же не соизволила явиться, в самый важный и необходимый момент.       Андрей невольно стиснул зубы, ощущая, как от немого возмущения тянет челюсть. Он, по понятным причинам, на многие проделки Валеры услужливо закрывал глаза, но сейчас это было бы не то что неправильно – даже унизительно. Мужчина отлипнул от стены, проходя ближе к коридору – достаточно близко, чтобы видеть, что происходит, но при этом не быть замеченным девочками. Так, он считает до трёх. Не будет Валеры – уволит к чертовому Бабадуку. Раз       Свет в ближайших к коридору комнатах полностью отключился, погружая нервного Андрея в полную тьму. Два       Коридор судорожно замерцал, музыка стала тревожнее, громче, но даже так сквозь нее были слышны крики девочек от резко выскакивающей на них Киры. Три       Андрея словно прошибло током, когда он почувствовал настойчивое прикосновение к плечу – ноги невольно подкосились, а спина непроизвольно согнулась, будто мужчина хотел таким образом спрятаться. Руки задрожали, но даже так Андрей нашел в себе силы схватится за стену напротив, чтобы удержать равновесие. Темная фигура в ответ судорожно вжала мужчину в стену, выбивая из него воздух.       Андрей чувствовал – как его требовательно схватили за волосы, оттягивая голову назад, как уткнулись теплым лицом куда-то в зону шеи. И тут стало понятно, что в стену его вжимает не грозный Бабадук, а очевидно глупый Валера.       Андрей, безуспешно борясь с мурашками, заполонившими позвоночник, и параллельно разжигающейся в нем злостью, выгнулся в сторону мужчины, сумев ощутить на себе его по-щенячьи нежные глаза, хоть и не различимые сейчас в темноте. Вопросы отпали сами собой. По крайней мере, ему сейчас не хотелось их задавать – особенно когда чужие теплые руки коснулись его щек, не позволяя увернутся от стремительного поцелуя.       Разгоряченная влажная спина окончательно уткнулась в ледяную стену, заставляя Андрея почти блаженно морщится. Валера же навис сверху, не отстраняясь от мужчины ни на шаг, опаляя его теплым частым дыханием. Он был настолько близко, что даже сквозь плотную ткань костюма просачивался его родной ни с чем несравнимый запах. Андрей не выдержал, схватил его на ощупь за затылок и вновь нетерпеливо впился в чужие губы, на что не получил никакого протеста – мужчина лишь сильнее прижал его тело к себе, покорно опуская голову, чтобы тому было проще доставать до уровня губ. Андрей скоро к черту выбросит эти платформы – и так разница в росте большая, а тут ещё и они ситуацию усложняют.       Валера виноватым, почти смиренным тоном что-то шептал ему на ухо, но напряжённая музыка была настолько громкая, что до Андрей толком не разбирал смысл сказанного. А абсолютная темень скрывала не то, что его мимику – все его тело. Андрей не видел, не слышал, но настолько остро чувствовал, что, казалось, монстр здесь уже был он. Он на ощупь схватил мужчину за щеку, очерчивая пальцами скулу, но нежность в душе уступила родной строгости. – Ты идиот. – заявил Андрей ему на ухо, как неоспоримый факт, но почувствовав кроткий поцелуй на своей руке, сжалился, уже тише добавляя, – Любимый идиот.       Как-то уже и не хотелось ругаться. И не потому что перед ним, нелепо согнувшись, нависал Бабадук. Потому что перед ним был Валера.       Мужчина как-то быстро отстранился, и Андрей неожиданно для себя вздохнул полной грудью, ощущая головокружение и лёгкую досаду. В осточертевшей темноте он мог только гадать, какую эмоцию приняло чужое лицо, но тело откровенно выдавало суетливую спешку. В считанные секунды Валера натянул откуда-то взявшаюся в темноте когтистую перчатку, причем только одну, и без маски вылетел в коридор, под продолжающую насиловать мозг страшную музыку.       И что это было вообще?       Из коридора тут же послышались девичьи крики, мелодия стала ещё злее и напряжённее. Сбитый с толку Андрей уже без какой-либо осторожности выглянул в коридор, натыкаясь на ту самую последнюю сцену, в которой и должен присутствовать Валера. Монстр выпрямился в спине, запрокидывая вверх голову с цилиндрической шляпой, а рукой с единственной перчаткой тянулся к девочкам (голая рука предусмотрительно была спрятана за его спиной).       Девочки визжали от страха – настолько сильно, что их крики эхом отражались от стен, сливаясь в единый мерзкий звук. И Андрей их прекрасно понимал – отчего-то он сам был напуган не меньше. И он даже не знал, какой вариант страшнее – то, что он сошел с ума и напрочь перепутал между собой все сцены или то, что Кира в предательском заговоре с Валерой и умышленно тянула время, растягивая свое короткое представление минут на пять. И ради чего все это? Чтобы Валера впечатал его лицом в стену, напугав до чёртиков Он вытрясет все подробности из Валеры позже, когда этот квест наконец-то закончится. И пусть тот только попробует отмолчаться. Не поздоровится ни ему, ни Кире – раз уж они очевидно действовали заодно. Андрей, ощущая окутывающий его звон в ушах, поплелся обходным путем в гримёрку, по пути растегивая нелепое висящее на нем шторой платье. Главное, чтобы оба этих недоразумения сумели без происшествий закончить этот чертов квест. Но квест закончился также громко, как и начался – перепуганные девочки снесли дверь. Впервые такое было за все четыре года беспрерывной работы. Надо бы им сказать спасибо, что они ни кого не пришлибли ею, кроме самого Андрея, пытавшегося предотвратить столкновение. Удар дверью, признаться, оказался фатальным – перед глазами плыло пуще прежнего, а ноги, казалось, вовсе перестали его держать.       Зато подростки явно были ну очень довольные – так и не скажешь, что за ними гонялся ужасающий монстр. Они вновь сели в зале ожидания, друг на против друга, и вели премилейшую беседу, будто бы Андрей прям сейчас не потеряет сознание от переизбытка выбевающих из колеи событий.       Пока юные фотографы, чуть не сгинувшие от рук монстра, активно высказывали свои эмоции и задавали каверзные вопросы, из коридора вывалился Валера, сжимая в руках нелепую при ярком освещении шляпу. Отчего-то Андрей задержал на его лице взгляд, активно подавляя в себе неуместную улыбку, но вышло плохо – Валера при виде его вмиг стал довольный, как сытый Бабадук. И выглядел он как-то до ужаса мило со своими растрёпанными каштановыми волосами и все ещё чуть напряжённым взглядом. Наверное, ждал, что ему серьезно влетит. Ждал, и все равно вышел через коридор, зная, что тут его поджидает Андрей.       Девочки сразу запищали – Валера им очень понравился. Особенно после того, когда он каждой из девочек услужливо налил по стакану воды из кулера. Вот что, а подлизываться Валера умел – Андрей давно знает по себе.       Уделив девочкам пятиминутное внимание, он сразу же юркнул в гримёрку, бросая Андрею какой-то выжидающий взгляд. Тот уже даже и не знал, что думать. Наверное, он просто уже устал гадать и делать предположения. Ему так хотелось подползти к Валере, положить тяжёлую (ещё и ушибленную дверью) голову ему на колени, и просто послушать его. Прямо как в старые-добрые времена, когда их квест был известен всего паре человек, и заказы у них были далеко не пять раз в день, как сейчас. Каждый новый исполненный ими вживую квест был целым событием, которое они могли ещё долго обсуждать. Сейчас же на обсуждения даже нет времени – каких-то ничтожных полчаса, за которые бы успеть в порядок себя привести и подготовить все для следующего квеста.       Когда девочки совершенно точно не собирались падать в обморок после пережитого ужаса (что не скажешь об Андрее), мужчина вывел их через основной выход, подводя к воротам. Солнце уже медленно кралось к горизонту, из-за чего летняя жара постепенно спадала на нет. Девчонки ещё долго не могли с ним распрощаться, расхваливая то актеров, то музыку, но в итоге все дружно сошлись на том, что главное преимущество квеста – до безумия красивый Валера. На этом и разошлись. Обессиленно толкнув скрипучую дверь в гримёрку, он обнаружил все ещё одетого в остатки костюма Валеру, и вновь возвращающуюся с перекура Кирку. Вместе опять наверняка стояли у служебного входа – дух девочки дым пускал, а Бабадук промышлял пассивным курением. Ну, Андрей надеялся, что они вдоволь посплетничали, потому что сейчас его очередь. Но уже наедине с Валерой, без Киры. – Кир. – мягко намекнул Андрей девушке, но она лишь бросает на него недоумевающий взгляд. Мужчина не сдержал тяжелого усталого выдоха. – Пройдись, подыши ещё. Все равно этот квест последний на сегодня.       Дышит, Кира, видимо сигаретами, потому что пачку она в очередной раз взяла с собой. Насмешливо улыбаясь, она оглядела Валеру с ног до головы, и теперь стало очевидно, что она тоже при делах. Ну, с ней он обговорит на улице, у ее уже родного служебного выхода. – Ты как, Андрюш? – отчего-то сразу обеспокоенно спросил Валера, вводя мужчину в ступор. – Голова болит? Андрей молча приблизился к нему, почти крадясь, ощущая всем телом как мужчина невольно сдерживает дыхание. Словно они всё ещё были там, в темноте, когда на ощупь находили тела друг друга, и гадали по расположению расплывчатого силуэта эмоции и чувства. Лишь бы им не пришлось гадать сейчас. – Все замечательно, меня всего лишь снесли вместе с дверью. – до этого досадная ситуация сейчас казалась до одури смешной. – Спасибо, хоть полностью с петель ее не сорвали. Чужие теплые руки мягко обхватили его голову, будто бы таким способом залечивая и ментальные, и физические увечья за этот безумный квест. Андрея отчего-то трясло при виде зелёных, разгорающихся любовью глаз напротив него. Так близко они были, что он в них невольно терялся, на ощупь выискивая выход, прямо как из игровой зоны квеста в самом начале их совместного карьерного пути. Позорно несдержавшись, Андрей уткнулся лбом Валере в грудь, крепко хватая его за стройную спину. И наконец стало так спокойно. – Вот зачем ты это сделал? – не отлипая от мужчины беззлобно пролепетал он. – Так просто? Захотел и сделал? Нужно головой думать иногда. Валера фантомно провел по его кудрявым волосам, будто бы убаюкивая и успокаивая, и, признаться честно, Андрею этого очень не хватало не то, что весь день – наверное весь этот загруженный месяц. – Не просто. – отчего-то долго думая произнес Валера, умиротворенно дыша в кудрявую макушку. Односложный ответ вызвал глухое раздражение и то самое упорство начальника, но Андрей огромным усилием воли сумел сдержаться – он уже и не настаивал на чётком ответе. К тому же Валера очевидно устал не меньше Андрея – он ненавязчиво отстранился, цепляясь за пуговицы своего костюма. Иногда Андрей жалел Валеру, скорее не как начальник, а как партнёр. Ему казалось, что тот стал невольным заложником этого тесного, душного костюма – как же он наверняка сильно сковывал движения и мешал вдохнуть полной грудью. И знал ведь Андрей, что мужчина образ Бабадука до ужаса невзлюбил. Валера был наполнен почти детскими мечтами о невероятных проектах, шоу, телевидении, и его не останавливал даже тот факт, что он буквально являлся вчерашним студентом – без опыта, связей и личных достижений. Андрей принял его в свое время на работу без лишних раздумий, из-за срочной нужды в актёрах, ещё даже не зная толком в лицо – и ни разу искренне не жалел, разве что в шутку бурчал временами. А вот Валера наверняка жалел, что сунулся сюда, став невольным заключённым одной единственной роли, одного единственного костюма. Видно даже было, что снимать его нелегче, чем потом снова вынужденно натягивать на себя на следующий рабочий день. И ведь кроме этого жуткого костюма у него больше и нет ничего. Ну хорошо, Андрей ещё есть. И возможность поясничать, вместе с образом монстра будто натягивая на себя ещё и образ разгильдяя. Так и держат его тут, получается, ненавистный Бабадук, любимый Андрей и возможность строить из себя идиота. Валера с минуту стоял у вертикального зеркала, сжимая в руках скрытую на костюме молнию. Но после, все же, с скрипучим звуком, потянул ее вниз, обнажая под костюмом тонкую влажную футболку, сквозь которую просвечивало стройное тело. И что он в себе, глядя в зеркало, пытался такого обнаружить? Для Андрея Валера был всегда один и тот же – и в их квартире в нерабочее время, и в маске когтистого Бабадука во время квеста, и сразу же после всей этой беготни в потной футболке и нелепых облегающих шортах. И, надевая бесспорно ужасающий костюм монстра, Бабадуком Валера вдруг не становится – за его клыкастой маской все ещё скрывается любимый Андреем мужчина. Руки как-то сами, на автомате, потянулись к чужому телу: или помочь, или облапать, третьего варианта нет. Стянув с торса мужчины костюм, Андрей невольно застыл, наблюдая за тем, как тот с небольшим усилием стискивает его с зауженных бедер, а потом с подкаченных ног. Поймав через зеркало чужой улыбчивый взгляд, Андрей откровенно смутился, но не отступил – глаза не отвел. – Блять, ещё нужно убрать эти... – Валера согнулся, сквозь футболку будто нарочно выставляя свою рельефную спину, с четко очерченным, выпирающим позвоночником. Полностью стянув с ног костюм, он бросил взгляд снизу вверх на невольно задержавшего дыхание Андрея. – Ну, карточки, которые девчонки раскидали. Валера на недовольный, почти ноющий тон мужчины сразу не ответил, с удивительной лёгкостью выпрямляясь в спине (у Андрея бы она треснула от таких выкрутасов), но после, сжимая в руках костюм, как-то тихо сказал: – Я убрал уже. Пока твоя сцена была. Отчего-то эта информация пробудила в душе Андрея не облегчение, а удивление с примесью недоверия. Обычно в такие моменты говорят, что, мол, сейчас дождь пойдет. И при этом всем Андрей знал (ну хорошо, скорее надеялся) – в чужой душе скрывается забота и самоотдача. Но отчего-то Валера никогда после квеста не помогал – запирался в гримерке или специально долго стоял у служебного входа с Кирой, а Андрею приходилось это все разгребать. Мужчина задумчиво провел по чужой нежной щеке. Все же это неожиданность от Валеры в кои то веки оказалась приятной. И сейчас стало очевидно: за маской монстра всегда скрывался Валера, а за образом беспечного разгильдяя – чуткий партнер, на которого хочется и можно положиться. Все же Валера чудил иногда, да. Да взять хоть этот квест: прижать, целуя, к стене начальника во время собственной сцены – это нужно ещё додуматься до такого. Но ведь квест прошел замечательно, что было видно не только по воодушевленным лицам девочек, но и по выматанным Кире и Валере. Они всегда выкладывались на полную. По-настоящему талантливые актеры. Андрей, спустя долгие часы переговоров с знакомыми из киноиндустрии, нашел наконец ребятам каждому по проекту. Потому что костюмы им явно были уже маловаты, нужно нечто большее. Ну а хорорр квест в дёшево обустроенном здании – отличная галочка для портфолио, полезный опыт и незабываемые впечатления. Только рассказать им это все осталось – рассказать и не заплакать. Самое тяжёлое, как и всегда, оставил напоследок. Валера небрежно накинул свою кожанку, прямо на влажную, почти неприлично облегающую одежду. Андрей бы наверняка засмотрелся на него, но даже сейчас у него в голове был план задач – найти где-то здесь свое худи и положить ключ на стол Кире, чтобы она закрыла потом за собой дверь. Андрей не верил в стереотипы, но переодевалась Кирка дольше всех – ей и грим смыть, и платье темное снять. Иногда он невольно благодарил дизайнеров костюмов, что Валере не нужен был никакой грим, иначе ждал бы его до поздней ночи. Ключ звякнул о стол в зоне ожидания. Андрей бросил взгляд на Валеру, надеясь, что тот готов бежать сломя голову домой, но тот не мог отлипнуть уже от другого зеркала, пытаясь привести свои растрёпанные волосы в порядок. Андрей на этот раз терпеть не стал, сдался – крепко схватил мужчину за волосы, вгрызаясь в приоткрытые губы. – Ну сколько раз говорить тебе, оставляй ключ в гримерке! – воскликнул из ниоткуда взявшийся женский голос, заставляя Андрея почти отпрыгнуть от Валеры. Кира, всё ещё в костюме и с гримом, выглядывающая из-за двери, даже не шелохнулась, из-за чего мужчине захотелось провалится сквозь землю. – Лови. – непринужденно кинул ей ключи Валера. Девушка словила их на лету одной рукой, одобрительно ему кивая. – Спасибо. – Кира почти скрылась за дверью, но тут ей вновь что-то взбрело в голову, и она уже тише им сказала шутливым, приказным тоном: – Ах, да. И не чудите больше. По камерам все видно. А ещё они все записывают.