Гипотеза Сей-чана

Утреняя тренировка прошла отвратительно. Команда была разлажена, все играли паршиво, да и сам Чихиро никак не мог взять себя в руки. Акаши раздражался, бесконечно делал замечания, выбешивая Чихиро ещё больше. В итоге они, как обычно, разругались прямо в конце тренировки. Акаши нудел прямо в ухо, Чихиро отмахивался, как от назойливой мошки, и, в конце концов, они, смерив друг друга недовольными взглядами, разошлись в разные концы раздевалки. Чихиро срывает с себя футболку и швыряет её в шкафчик. Собственная неудача неприятно давит, портя настроение. Ещё больше злит, что винить некого, кроме себя. Кажется, так плохо он не играл даже тогда, когда только пришёл в команду. Нужно остаться после уроков и отработать дриблинг. И броски не помешало бы. Да и вообще… Погрузившись в размышления, Чихиро вздрагивает, когда стоявший рядом Мибучи повышает голос: — Но, Сей-чан, тебе тоже нужно отдыхать! Перегрузками сделаешь только хуже! — кудахчет тот, кружа вокруг Акаши словно наседка. И зачем только так орать?.. Чихиро раздражённо щёлкает языком. Акаши лишь поднимает ладонь, останавливая поток ненужной заботы. — Я в порядке, Рео, — говорит он. Мибучи обречённо машет рукой и выходит из раздевалки, уводя за собой притихших от усталости Небую и Хаяму. Акаши аккуратно складывает тренировочную футболку и, заметив косой взгляд Чихиро, поворачивается к нему лицом. — Мибучи прав, — мстительно замечает Чихиро, не давая Акаши начать очередную нотацию. — Тебе нужно заботиться о себе, Сей-чан. Затолкав вещи в сумку, он собирается покинуть раздевалку, чтобы не выслушивать возмущение из-за фамильярного обращения, но тишина со стороны Акаши заставляет настороженно обернуться. Тот стоит, замерев с футболкой в одной руке, и пялится на Чихиро, широко раскрыв глаза. Вид настолько комичен, что приходится сжать зубы, чтобы не заржать. Он похож на удивлённого кота. Когда Мибучи обращался к Акаши столь фамильярно, он никак не реагировал, легко приняв это, но, видимо, слышать такое от Чихиро было непривычно. Уходя, Чихиро успевает заметить, как уши Акаши медленно краснеют от злости, и это окончательно поднимает ему настроение. Ну надо же. Впервые удалось лишить этого выскочку дара речи. Повеселев, остаток вечера Чихиро вспоминает, с каким лицом на него смотрел Акаши. Нужно завтра ещё разок так его назвать. Просто чтобы посмотреть, насколько хватит у того терпения.

***

Всю тренировку Чихиро ждёт подходящего момента. При других дразнить не хочется хотя бы потому, что эти личные группиз во главе Мибучи тут же налетят на него, а разбираться ещё и с ними совсем не хочется. Поэтому, подгадав момент, когда сокомандники оказываются далеко, Чихиро проходит мимо, наклоняется и, понизив голос, издевательски тянет: — Хороший бросок, Сей-чан. Акаши, как по сценарию, резко оборачивается, но, к удивлению Чихиро, как и вчера, ничего не говорит. Только сглатывает и зло выдыхает. Приятно выводить его из себя. В конце концов, этот нахальный парень с первых дней, игнорируя все приличия и нормы, зовёт его по имени. Без всяких уважительных суффиксов, хотя Чихиро старше на два года. Никакой субординации. Значит, ему тоже можно. Дав самому себе разрешение, Чихиро перестаёт сдерживаться. Всю следующую неделю, когда нужно обратиться к Акаши, он использует издевательское «Сей-чан». «Сей-чан, подстрахуй меня», «Сей-чан, я опоздаю на тренировку, завуч задержал», «Пас, Сей-чан!» Чихиро ждёт, когда же тот наконец взорвётся. Когда начнёт огрызаться. Когда потребует прекратить. Но, к его удивлению, Акаши и слова против не говорит; лишь делает то странное лицо, которое Чихиро заметил в первый день. Это сбивает с толку. Когда так к нему обращается Мибучи, Акаши и ухом не ведёт. А вот с Чихиро почему-то всё иначе. Да, ничего не говорит, но видно, что ему не всё равно. И в Чихиро просыпается азарт. Хочется докопаться. Понять, что именно скрывается за этой странной реакцией. Вывести Акаши на эмоции, заставить наконец проявиться и не делать вид, что ничего не происходит. Чихиро смешно от самого себя. Всего пару дней назад он чуть ли не молился, чтобы лишний раз не пересекаться с Акаши, а теперь сам, словно какой-то сталкер, ищет встречи. И в последующие дни, наплевав на здравый смысл, принимается проверять догадки. Иногда специально задержится рядом на пару секунд дольше обычного, ожидая наконец вспышки раздражения. Но её всё нет. Акаши неизменно сбивается всего на мгновение, шумно выдыхает, отводит взгляд, а затем продолжает заниматься своими делами так, будто ничего не случилось. И чем старательнее он делает вид, что ничего не происходит, тем очевиднее становится, что что-то не так. Чихиро хочет докопаться до истины. Они снова остаются вдвоём после тренировки. Команда уже разошлась, а они продолжают отрабатывать аллей-уп. Пока комбинация удаётся лишь в шести случаях из десяти — а Акаши этого недостаточно. Нужно довести до идеала, до автоматизма. Чёртов перфекционист. Тренировка настолько интенсивная, что на эти сорок минут Чихиро забывает и о своей миссии, и обо всём остальном. В раздевалку он вваливается едва живой. Ладони гудят от постоянных пасов, ноги ноют от бесконечных прыжков. Чихиро устало складывает форму, краем глаза наблюдая за Акаши. Тот стоит через пару шкафчиков, аккуратно сворачивает футболку, поправляет вещи в сумке. Взгляд Чихиро невольно скользит по его обнажённой спине. Пот блестит на коже, медленно стекает по лопаткам, выдавая, что даже Акаши не железный и эта тренировка вымотала его не меньше. Кроме них в раздевалке никого. Идеальный момент. Несмотря на усталость, Чихиро всё-таки поднимается на ноги и подходит ближе. Просто чтобы снова подействовать на нервы, просто чтобы увидеть очередную знакомую реакцию. — Сей-чан. Акаши даже не оборачивается. — М? Чихиро прислоняется плечом к соседнему шкафчику и продолжает наблюдать. Акаши, не получив ответа, молча заканчивает сбор вещей и натягивает школьную форму, слой за слоем возвращая привычный аккуратный вид. Только теперь Чихиро замечает, что движения стали чуть медленными, излишне выверенными. Значит, всё-таки задело. Он едва заметно усмехается и делает ещё полшага вперёд. Теперь между ними остаётся совсем немного места. Настолько, что стоит одному из них потянуться за сумкой, и их плечи наверняка соприкоснутся. Акаши, будто почувствовав чужое присутствие слишком близко, бросает на него косой взгляд. — Что-то хотел, Чихиро? От его нарочито ровного тона уголок губ Чихиро сам собой ползёт вверх. Вот оно. Это самое выражение лица он уже видел. То самое, когда Акаши изо всех сил делает вид, что ничего не происходит. — А ты слишком быстро привык. — К чему? — К тому, как я тебя называю. Акаши ничего не говорит. Только окатывает острым взглядом, словно Чихиро не достоин того, чтобы ему отвечали. Раньше Чихиро был уверен: ещё немного — и Акаши сорвётся. Прочитает очередную лекцию о неуважении, о правилах команды, о том, как вообще следует обращаться к капитану. Но ничего подобного не происходило. Каждый раз одна и та же реакция. Короткая пауза. Выдох. Этот взгляд, будто Акаши пытается понять, как реагировать. У Акаши никогда не возникало проблем с тем, чтобы спорить с Чихиро. Более того, они могли собачиться долго и со вкусом, не уступая друг другу ни в упрямстве, ни в желании оставить последнее слово за собой. Акаши легко мог осадить за грубость, напомнить о субординации, но сейчас почему-то только молчал. Если бы его действительно бесило, он бы уже давно остановил это. А значит… Ему это нравится? Такая мысль кажется настолько неожиданной, что Чихиро на секунду теряется. Возможно ли такое? Волнение вспыхивает мгновенно. Хочется тут же проверить эту теорию, убедиться, что он не ошибается. Адреналин снова разгоняется в крови — почти как перед матчем. Может, с ним самим что-то не так? Иначе почему он наклоняется чуть ближе? Почему так легко вторгается в личные границы Акаши, хотя свои всегда тщательно оберегает? — Сей-чан, — произносит Чихиро, стараясь сделать это привычно насмешливо — но голос неожиданно выдаёт его. Вместо привычной издёвки получается тихая хрипотца, от которой самому становится не по себе. На этот раз реакция следует сразу. Акаши вскидывается, поднимает голову, глядит огромными глазами в лицо Чихиро. И вот теперь Чихиро уверен. Злость точно выглядит иначе. Уж ему-то это отлично известно. Акаши, когда злится, становится ещё холоднее. Его голос становится жёстче, взгляд — острее. Но сейчас он совсем другой. Чихиро успевает заметить, как взгляд Акаши на мгновение задерживается на его лице, а потом, будто против собственной воли, опускается к губам. Всего на секунду, но этого хватает. Акаши тут же отводит взгляд, словно сам понимает, что сделал, но уже слишком поздно. Он сглатывает, медленно выдыхает, пытаясь вернуть привычное спокойствие; только тело предательски выдаёт его раньше, чем он успевает взять себя в руки. Сначала начинают краснеть уши, а потом краска постепенно расползается по шее. Чихиро знает, что Акаши, как и многие рыжие, легко краснеет, и это не всегда значит, что он смущён. После бега, от жары или сильной нагрузки у него часто проступает румянец, поэтому сам по себе этот признак ещё ничего не доказывает. Но чем дольше Чихиро смотрит, тем очевиднее становится ответ. Да ла-а-адно… Акаши же это точно нравится. Эта мысль появляется настолько неожиданно, что Чихиро почти хочет отмахнуться от неё, но все предыдущие дни вдруг складываются в одну картину: странные паузы, попытки делать вид, что ничего не происходит, сбившиеся выдохи и полное отсутствие привычного раздражения. Всё это время он думал, что Акаши просто терпит. Но сейчас, видя расширенные зрачки и сбитое дыхание, эти странности складываются в очевидную картину. Всё это время Чихиро пытался вывести Акаши из себя, ждал, когда тот сорвётся, когда наконец перестанет терпеть его издёвки. А Акаши, оказывается, всё это время просто не знал, что делать с собственной реакцией. И почему-то именно эта мысль выбивает Чихиро из колеи сильнее, чем должна. Потому что он ведь не собирался заходить так далеко. Это был лишь способ немного поддеть заносчивого капитана, заставить хоть раз потерять привычное спокойствие. Словно, пока Чихиро пытался найти слабое место другого человека, случайно нашёл что-то, что зацепило его самого. Чихиро резко отступает на шаг, будто только сейчас вспоминает, насколько близко стоял. Воздух между ними сразу меняется. Напряжение, которое ещё секунду назад казалось почти осязаемым, рассыпается. Чихиро первым отводит взгляд. Нарочито спокойно закрывает шкафчик. Они оба слишком быстро возвращаются к привычным движениям. Слишком старательно делают вид, что ничего не произошло. Чихиро выходит первым, закинув сумку на плечо. Он не знает, что именно изменилось. Знает только одно: кажется, он полез туда, куда не стоило. И привычного спокойствия, кажется, больше не будет.