С первого взгляда и навсегда

С первого взгляда и навсегда. Доброго времени суток, дорогой мой читатель. Лето. Солнце. Море. Что может быть прекраснее? Это сочетание навеяло и родилась эта работа. Лёгкая, как лето. Тёплая, как солнце. Непредсказуемая, как море. Работа написана в рамках проекта: «Озвучка на два голоса» от студии «Эленико». Буду благодарна за ваше внимание. *** P S: в работе использованы имена участников группы BTS потому, что с другими именами моё вдохновение не работает. Ещё очень важная заметка: работа в стиле омегаверс — это единственный жанр, которому я отдаю предпочтение. *** Очень сложно оказалось писать работу по заявке, придерживаясь определённых требований. Работа должна быть лёгкой, летней, морской и романтичной. Однако кто я такая. чтобы не закрутить слегка сюжет. Чуть-чуть. Так сказать для вкуса. Очень надеюсь, что получилось задуманное. *** Приятного прочтения. Отзывы покажут: получилось или нет. Беты нет. Если встретите ошибку — ПБ работает. Заранее спасибо. Я старалась. *** Что может быть прекраснее, чем море? Только море на закате. На море темнеет рано. И даже с закрытыми глазами ты будешь видеть как прекрасно море в лучах уходящего солнца. Ветер лениво перебирает лёгкий, ажурный тюль на распахнутых окнах. Воздух уже не горячий, но всё ещё пахнет солью и солнцем, и неизменно — цветами. Цветы, особая часть таинства ночи. Под аромат цветов гуляется и дышится особенно приятно. Цветы везде: в саду, вдоль низких заборов, в парках, в вазонах на пляже, и в доме. В доме их особенно любят и с каждым днём всё больше и больше становится ваз с цветами. Цветы любит омега, который уснул, изнеженный ненасытной любовью альфы. Цветы любит сам альфа, потому что их любит омега. Цветы любит маленький мальчик, который просыпается рано-рано, чтобы сорвать первым маленький букет и принести любимому папе. Цветы уже любит будущий омега, который ещё совсем крохотный, похожий на фасолинку, но уже выбирающий каким ароматом ему дышать этой ночью. Альфа не спит. Не потому, что его что-то тревожит. Нет. Он не спит потому, что ему нравится смотреть на ночное море и думать. Думать и вспоминать. Альфа вспоминает каким было море в ту ночь, когда Тэхён показал свой любимый уголок, скрытый от чужого взгляда. Теперь это их место: Чонгука старшего, Чонгука младшего, Тэхёна и Виёна. Да-да, у неродившейся пока омеги уже есть имя. Чонгук прикрывает глаза. Море дышит, шепчет, играет волнами. Кто бы мог подумать, что каприз беременного брата альфы приведёт к тому, что у Чонгука появится семья, за которую он готов и жизнь отдать. — Не спишь? — слышит альфа детский голос. Чонгук открывает глаза. Около кресла стоит мальчик-альфа. — А ты почему не спишь, Гуки? — Чонгук притягивает к себе ребёнка и усаживает на колени. — Расскажи мне — просит мальчик. Не говорит о чём, альфа и так знает. — Ты уже наизусть знаешь, Гук. Не надоело слушать? — Не-а — зевает мальчик, — не надоело. Расскажи. — Ну, слушай… Альфа знает, что мальчик заснёт не дослушав до конца знакомую историю знакомства Чонгука и Тэхёна, но всё равно будет тихо рассказывать потому, что это очень важно для тезки, который стал его сыном. А Тэхён проснувшись посреди ночи от того, что нет под боком горячего тела, знает где искать супруга. Конечно же на балконе, в любимом кресле и с любимым сыном на руках — спящих сладко-сладко под монотонный рокот моря. Так происходит часто, но омега не сердится. У альф с самого начала завязалась связь, которая крепчает с каждым прожитым днём. И про историю, которую рассказывает Чонгук Гуку, тоже знает. Тэхён и сам её любит слушать. Слушать и дополнять. Эта история их семьи, которая зародилась неожиданно. История, которую они будут дополнять новыми подробностями. История, которая никогда не закончится. Тэхён осторожно разбудит супруга. Чонгук отнесёт мальчика в его комнату, а потом вернётся, обнимет омегу и они уснут. А на следующую ночь всё повторится снова… /// — Если ты, Чонгук, не оторвёшь свою задницу от этого кресла и не примешь предложение то я натравлю на тебя Чимина и тогда тебя уже ничего не спасёт. Вот такой фразой Юнги просто вынудил Чонгука, серьёзного делового человека, который даже самого чёрта не боится, но боится одного крохотного человечка с виду птенчика, но с начинкой дьявола, оторвать свой зад в бредовых брюках от офисного кресла и перенести его в кресло самолета, который приземлился в аэропорту известного курорта. Чимин, он же любимый брат альфы, он же супруг его друга и компаньона — Юнги, естественно летел вместе с альфами. Вернее, это Чимин носивший наследного принца семейства Мин решил, что их крохе необходим морской воздух, песок и крики чаек. При чём здесь чайка? А это вы у Чимина спросите. Юнги бережно поддерживает под локоток своего омегу, помогает тому спустится по трапу. Омега пыхтит, отмахивается шляпой от духоты что накрыла прилетевших, но довольно щурит свои голубые глаза. Мечта осуществилась. Да попробовал бы Юнги не осуществить мечту, её тогда осуществил бы братишка, который в омеге души не чает. Дополнение — когда омега душка и паинька, это под вопросом. Омега не просто захотел понюхать морской воздух и пройтись по горячему песку. У Чимина в его светлой голове созрел план, который он намеревался осуществить — женить Чонгука на омеге. План отличный, мешало выполнению одно — братишка был прочно женат на своей работе. Но. Ожидание ребёнка не оставили выбора Чонгуку поскольку с беременностью в Чимине проснулись все черти ада, сатана, дьявол… короче, все неземные сказочные монстры. И как только прозвучала фраза: «…я натравлю на тебя Чимина…» Чонгук тут же задвинул важные дела в папку. Закрыл кабинет на ключ и собрал необходимые вещи в путь. Лучше пять дней на море, чем пять минут ада с беременным братом. Чонгук просто не находил слов глядя на спокойного друга, который выполнял все прихоти омеги с улыбкой и любовью в глазах. — Чонгук — альфа вздрогнул. Голова резко дёрнулась и шею пронзила короткая боль. Он посмотрел вниз. На него смотрел Чимин в глазах которого бушевало нечто. — Где такси? Альфа пожал плечами, окидывая взглядом остановку на которой альфы и омега стояли — ВСЕГО НЕСКОЛЬКО СЕКУНД! — У мужа своего спроси — огрызнулся альфа, — он заказывал. — А я знаю — в тон альфе летит заявление, — поэтому и спрашиваю. Где такси? Ответить альфа не успевает. Около них тормозит машина канареечного цвета с наклейками в виде шашечек. Юнги уже распахивает заднюю дверцу и помогает омеге занять место на заднем сиденье. Чонгук закидывает чемоданы в багажник и садится на переднее место рядом с водителем. — Адрес скажи, Чонгук — требует Чимин. Чонгук закатывает глаза и скрипит зубами. А то он не знает. Называет адрес понимающе хмыкнущему водителю. Машина плавно трогается с места и отправляется в путь. Водитель, он представился Хосоком, оказался на редкость понятливым, весёлым и разговорчивым. Он успевал уверенно вести машину, одновременно озвучивал названия достопримечательностей, которые мелькали по сторонам дороги и даже успел рассказать несколько легенд местного фольклора. Альфы были поражены красотой пейзажа и тем, что капризный Чимин не только слушал и активно крутил головой, но и с удовольствием вступил в диалог с Хосоком. Наконец-то авто остановилось около ворот снятого на неделю дома. — Вам повезло — Хосок открывает багажник, — этот дом никогда не сдавали и вы первые отдыхающие. — А кто хозяин? — живо интересуется Чимин. Разглядывая стену из камня служащую забором вокруг дома и увитую плетистыми розами. — Магнат у которого денег куры не клюют или же мафия местная, которая прячет за стенами дома свои тайны? — Не, не мафия — смеётся Хосок — обычный человек. А как хозяин усадьбы помер три года назад, дом стоит свободным. — Но, за домом же ухаживают — не спрашивает, утверждает Чонгук, который через ажур кованых ворот видит ухоженные цветники, расположенные вдоль каменистых дорожек, небольшой фонтан посреди огромного двора. Да и дом выглядит живым. — Ухаживают, да — подтверждает Хосок, — соседи. — Альфа показывает в сторону небольшого домика, который выглядит просто крошечным по сравнению с усадьбой. — Тэхён и ухаживает. — и тут же поясняет видя интерес и вопрос в глазах — Омега. Он живёт в домике с сыном, альфочкой. Интересный пацан, скажу я вам. Его местные все любят, как и Тэхёна. Только сразу скажу — лицо Хосока становится серьёзным, и смотрит почему-то на Чонгука — подкатывать не смейте к Тэхёну. Я не угрожаю, прошу. Он слишком много пережил и здесь все жители считают его своим сыном. Так что если что, будете иметь дело со всеми. — Местная мафия! — радостно хлопает в ладоши Чимин и тянет на себя ворота, которые поддаются на удивление легко — нужно обязательно с ним подружиться. Хосок, вы обязаны нас представить друг другу. Омега омеге не враг, а друг и мне необходим тот кто покажет и расскажет об этом месте всё. Поможете? — Помогу — улыбается водитель, — Тэхён очень душевный человек. Хосок стоит и ждёт пока Чонгук и Юнги заберут багаж. — Так вы не сказали почему дом три года стоял пустым и почему его сдали — обращается к Хосоку Чонгук. Альфа неожиданно ловит себя на том, что впервые за много лет вот так просто подпустил близко к себе незнакомого человека, да ещё и интересуется посторонним омегой. Нонсенс. — А-а — машет рукой Хосок, — там какое-то завещание было. Вроде как условие: три года Тэхён ухаживает, а потом этот дом ему достаётся. — А почему этот Тэхён сам сюда не переедет, а живёт в своём доме? Он выглядит намного старше и меньше — удивляется Юнги. — Так Тэхён и не собирается переезжать. Его свой дом устраивает — спокойно отвечает Хосок, — а этот он пока решил сдавать. Знаете, уход за таким домом требует вложений, а Тэ и так слишком потратился. — А ты обо всех обитателях курорта так подробно всё знаешь — не сдерживается от шпильки Чонгук, — подозрительно. — Альфа сам не понимает, что его так задело. — Не, не обо всех — Хосок закрывает багажник. — Только о своём брате. Так что имейте ввиду. Увижу взгляд в сторону Тэхёна, глаз лишишься. — Альфа неожиданно переходит на «ты» и слишком серьёзным становится взгляд Хосока. Слишком. Уже не весельчак таксист, а человек который защищает близкого и за которого любого порвёт. — А ты всех так предупреждаешь? — тоже не остаётся в долгу Чонгук, которого (почему-то) задевает тон альфы ещё больше. — Твой брат особенный или его больше защищать некому? — Я предупредил. — спокойно отвечает Хосок — Выводы сделаешь сам, вижу не дурак. Хосок спокойно отступает на шаг. Не сдаётся под гневным взглядом, не пугается, не тушует, а просто отступает. Показывает, что не боится, и не провоцирует конфликт. — Хорошего отдыха — это Хосок говорит Чимину и Юнги, которые замерли и наблюдали за поединком. Юнги может поклясться — таким Чонгука он видит впервые. Чтобы за секунды, да Чонгук потерял равновесие. Да ладно. Это воздух морской так действует или что? Чонгук огрызается из-за омеги, которого даже не видел? Что-то новое. Хосок тем временем уже открывает водительскую дверь и прежде чем исчезнуть в салоне авто, кидает последнее слово Чонгуку: — я предупредил! — Это что такое было? — шепчет Чимин супругу провожая взглядом стартовавший с места автомобиль, а потом переводит внимание на брата который тоже смотрит но, не вослед такси, а на небольшой домик утопающий в цветах, примыкающий к арендованной усадьбе и о чём-то размышляет, — нашего Гуки на место поставили? — Не знаю — шепчет в ответ Юнги, — но чтобы Чонгук так себя вёл это я вижу впервые. Мы чего-то не знаем или мне кажется? — Узнаем. — уверенно отвечает Чимин — Или я не брат своего брата — омега гордо выпячивает довольно большой животик и первым входит во двор снятого для отдыха дома. — Вау! — Чимин в восторге от красоты открывшейся взгляду — Юнги, Чонгук. Вы только посмотрите как красиво! — Не поспоришь — Юнги шагает следом за восторженным супругом и тоже с удовольствием рассматривает ухоженные цветники, подстриженные деревья, аккуратно подстриженный газон и сам дом, увитый плетистыми розами — прямо сказка. Чимин, где ты это чудо нашёл? Чонгук, — Юнги оглядывается на друга, который тоже крутит-вертит головой рассматривая всё вокруг — отдых обещает быть приятным. — Посмотрим — хмыкает Чонгук, — пока всё нравится. — Не будь ханжой, братишка — кричит Чимин и уже спешит по ступеням, поднимаясь на просторную площадку окружённую каменными перилами — научись получать удовольствие от красоты или я тебя научу. — Юнги своего учи — огрызается альфа, но так чтобы Чимин не услышал, а не то ответка не заржавеет. Чимин только с виду цыпленочек невинный, уж Чон-то знает какой на самом деле его братик. Лучше сразу сделать вид, что отдых приносит удовольствие иначе Чимин устроит такой тарарам. — Не расстраивайся, Гук — толкает в бок друг Юнги, — неделя и ты вернешься назад в своё болото из цифр, кодов и законов. Не расстраивай моего птенчика, он твоего племянника носит. — Удивляюсь твоей стойкости, Юнги. Как тебе удаётся жить под одной крышей с моим неугомонным братом? Или он тебя чем-то спаивает для того, чтобы ты ходил с улыбкой блаженного. — Чонгук поднимается вместе с альфой на площадку и замирает. Всего несколько метров выше земли, а вид… просто захватывает дух. — Вот встретишь своего омегу, тогда и поговорим — Юнги осматривается. — Красота. Чимин не шутил когда говорил, что мы будем отдыхать в сказке. — Втягивает воздух что есть силы — ты только вдохни, Чон, в твоём офисе так не пахнет. Уверен, омеги здесь огонь! — Вдохну-вдохну… потом… — Чонгук направляется к распахнутой двери, чтобы войти в дом где уже звенит восторженный голосок Чимина. — Мне и без омег хорошо. Хватает Чимина. Я прилетел отдыхать, а не про омег разговаривать. Так что эта тема закрыта. — Свой омега это не то, что поддаётся описанию — прилетает в след от Юнги, — а Чимин мой омега. Поговорим когда встретишь своего. Первый день прошёл без всплесков у беременного Чимина, которого всё же утомил перелёт и смена часовых поясов, поэтому Чонгук и супруги Мин никуда не выходили, отдыхали в доме. Кроме просторных, светлых комнат с окнами на лазурное море, за домом отдыхающие нашли две беседки, довольно большой бассейн с шезлонгами, зонтиками от палящего солнца и огромный сад. После заказанного обеда сон сморил альф и омегу и они проспали несколько часов спокойным сном. Ужин тоже заказали, решив оставить закупку продуктов и готовку на другие дни. На море темнело рано. Стоило солнцу скрыться за горизонтом как дом засверкал разноцветными гирляндами. В саду, вокруг беседок вспыхнули искрами садовые фигурки. Вдоль дорожек зажглись фонари на высоких ножках. Усадьба превратилась в сказочный дом. Чимин пищал от восторга. Оказалось, что вода в бассейне за день успела прогреться и альфы с омегой не отказали себе в удовольствии поплескаться в воде. После сытного ужина жильцы разбрелись по комнатам. Чонгук принял душ, завалился на кровать и поймал себя на мысли, что за весь день он не прикоснулся к ноутбуку, который так и лежал сироткой на прикроватном столике, как и телефон, который ни разу не позвонил. С телефоном выяснилось быстро, он просто разрядился. Альфа поставил гаджет на зарядку и с удивлением посмотрел на включившийся экран. Ни одного звонка с работы. Когда такое было? Стоило ему удивиться как булькнуло сообщение. Чонгук открыл. «Твоим сотрудникам я пообещал снести головы если они сделают хоть один звонок» Альфа усмехнулся. Чимин. Этого омегу слушались и обожали даже грозные инвесторы, не то что сотрудники. — Понятно, почему такая тишина. Но, ведь сводки я же посмотреть смогу — пробормотал альфа и потянулся к ноутбуку. И тут же булькнуло второе сообщение: «Сводок не увидишь пока мы здесь отдыхаем — гласило послание, — научись уже доверять команде, Чонгук» — это от Юнги. — Спелись значит — рассмеялся альфа, закрыл ноут и убрал в сторону — значит отдых, море и солнце. И никакой работы. Хорошо. Чонгук немного пролистал ленту новостей. Включил телевизор, там шла какая-то мелодрама. Скривился, выключил и завалился на кровать. Однако сон ускакал в дальние дали и альфа, покрутившись, покинул кровать и вышел на балкон. Ветер лениво перебирал тонкие занавески на открытых окнах. На балконе стояли кресла и столик. Альфа уселся, вытянул ноги и с удовольствием вдохнул полной грудью ароматный, ночной воздух. Пахло солью, дымом от шашлыков, цветами. Откуда-то с побережья долетали смех и звуки музыки. Люди отдыхали. На курорте жизнь не замирала с приходом ночи. Чонгук прикрыл глаза. Чувства сразу же обострились. Слух различал даже слова песен и некоторые слова людей. Даже ароматы изменились, стали ярче, насыщеннее. До носа альфы долетел тонкий, еле осязаемый аромат спелой вишни. Тот самый, которым пахнет вишня когда становится сладкой и вкусной. Следом за ароматом пришли звуки шагов. Альфа открыл глаза и резко встал на ноги. Шагнул к перилам, перегнулся и всмотрелся в ту сторону откуда донеслись шаги. Острый взгляд выхватил движение, кто-то ходил по саду. Чонгук хотел было окликнуть, мало-ли, может воры, но из-за беседки вышел омега. Не так хорошо как хотелось бы, но Чонгук разглядел при свете ночных фонарей хрупкую фигуру, миловидное лицо, волосы омеги были собраны на макушке в высокий хвост, который при движении покачивался. Омега неторопливо двигался вдоль цветочных рядов — он поливал цветы. «Так вот какой он, брат Хосока» альфа внимательно следил за движениями омеги. Кроме того омега двигал перед собой тачку, в которую летели вырванные сорняки, сухие листья и потерявшие привлекательность бутоны цветов. «Значит по ночам за садом ухаживает» подумал альфа. «А почему один? Работы по уходу много. Один только сад чего стоит. Интересно, а в доме он тоже убирает. Когда?» Омега тем временем разворачивается и уходит за дом. Чонгук какое-то время ещё стоит в надежде, что тот появится, но так и не дожидается. Уходит в комнату, ложится и засыпает. Утро начинается с того, что с альфы стягивают простынь. Чонгук приоткрывает один глаз и видит недовольное личико Чимина, который жамкает пальчиками несчастную ткань и вот-вот расплачется. — Чим, ты чего? — альфа с трудом принимает вертикальное положение и у него наконец-то открываются оба глаза — Юнги обидел? — Не-а — мотает головой омега, — я… я… я лимонад хочу. Мозг альфы работает медленно и Чонгук откровенно не понимает, почему братишка просит у него лимонад если у него есть целый муж? Однако слёзки, что уже блестят на ресницах приводят в чувство Чонгука, а вопрос так и умирает внутри не вырвавшись наружу. Чонгук сползает на край, тянет к себе омегу чтобы тот встал между ног. Даже следующий вопрос: где Юнги — так же не озвучен. — А какой лимонад ты хочешь? — альфа осторожно обнимает омегу, сильно не прижимает. Понимает как будет рычать на него Юнги когда почувствует его запах на омеге. Юнги тот ещё собственник и то, что Чонгук брат Чимина, совершенно не имеет оправданий перед альфой у которого инстинкты самца защитника своего потомства оголены до предела. Однако расстроенный братишка намного важнее воплей друга, да и Чонгук знает, Юнги возмущается для порядку и только когда Чимин не слышит. — Из клубники — бурчит Чимин, — из неспелой. — Так вроде сезон клубники прошёл — осторожно напоминает Чонгук, а сам уже бьёт себя по лбу. Чимин жуёт эту ягоду тоннами со времени появления пузожителя и пахнет соответственно, что позволяет предположить о наличии ещё одного маленького ягодного мальчика. Чимин пахнет малиной, а к его сладкому аромату добавились клубничные нотки. Правда иногда и лаймом попахивает, что сбивает с толку. Чонгук откровенно не понимает нежелание родителей узнать пол ребёнка. Предполагает конечно, что это желание Чимина и всё же. Сколько бы проблем в исполнении желаний отпало, а то колбасит омегу как море в шторм. То селёдку требует, то мясо свежее. Да ладно селёдка. Ладно мясо. Свежую говядину и так в Корее едят с удовольствием. Так нет же. Все свои блюда омега поливает сладкими сиропами ягодными и украшает свежими ягодками, да ломтиками лимона и лайма. Тут даже гурманы в обморок от вкусовых пристрастий падают, не то что Юнги и Чонгук. Но не спелая клубника явно перебор. — Так сказал бы Юнги, он точно принесёт — попытка сбросить ответственность на главного сперматозоидоносца тут же проваливается с треском. Ну ладно, Чонгук пытался. — А он принёс — отстраняется омега от брата. Чонгук уже не наблюдает слёзок и расстройства. Настроение беременного омеги поменяло дислокацию. — И-и? — осторожно уточняет Чонгук — Ты выпил что-ли или не хватило? — Не выпил — вылил — дует губы омега теперь уже капризно, — он её помыл. И ругался, что в грязной ягоде бактерии живут и у меня будет болеть живот. А потом заявил, что и не спелую ягоду в лимонад добавлять не станет. Только на тебя вся надежда — глазки котика, бровки домиком… «Господи, дай мне силы не заржать» — молит про себя альфа глядя на омегу. И представляет лицо Юнги. Хотя… того хрен возьмёшь таким действием. И не такое проходил. — Солнце моё, не переживай. Я для своего племяша на всё готов — выдаёт альфа. — Давай ты пойдёшь к себе, а быстро на базар метнусь и принесу. А Юнги мы не скажем. — Точно? — на всякий случай уточняет омега, — даже Юнги не скажешь? — Принесу готовый лимонад. А то, что там не мытые ягоды говорить не стану. Юнги же мне верит. Не стану же я своих любимых омег подставлять. — слова звучат уверенно, а в голове крутятся вопросы: где найти базар, если он есть в городе. Где взять ягоды, если уже не сезон. Магазин отпадает — у Чимина чуйка, не обманешь. И самое главное — как выдать нормальный продукт за то, что хочет выпить омега при этом сохранить и свою голову и друга в лице Юнги не потерять. Выпроваживание омеги заняло ещё некоторое время. Чонгук едва себя сдерживал когда клялся на пальчиках и на дохлых мухах, что выполнит заказ брата и не спалится перед Юнги. Как только Чимин поддался на уговоры, клятвы, обещания, и покинул комнату Чонгука, альфа выдохнул, но потом забегал. На душ — десять минут. На выбор одежды — пять минут. На покидание усадьбы — три минуты. Миссия: напои вредным, но полезным — начинается. Покинуть дом незаметно — первый этап пройден. Недовольный Чимин пыхтит в комнате, а обеспокоенный Юнги вертится вокруг и уговаривает выпить свежеприготовленный лимонад, поэтому супругам не до Чонгука. Альфа толкает воротину от себя и оказывается на улице. Второй этап операции — определить местонахождение базара, рынка, на худой конец овощного магазина. Гугл в помощь. Но, осечка. Впопыхах Чонгук забывает свой телефон в комнате. Вернуться не вариант. Чонгук не был бы успешным бизнесменом если бы не его способность блестяще находить выход в самой безвыходной ситуации. Хозяин усадьбы! Кто молодец? Естественно, Чонгук. Спасибо таксист, что указал на домик проживания владельца усадьбой. Чонгук бодро подрывается с места и спешит к аккуратному домику, утопающему в зелени. Калитка лишь для вида, до того хрупка и мала. Звонка нет. Альфа, как воспитанный человек, стучит по металлу, но в ответ тишина. Чонгук решается войти без приглашения. Не ударят же за такую вольность, да и усадьбу они снимают, мало-ли какие могут возникнуть вопросы. — Хозяева — громко кричит альфа, — можно войти? Мы снимаем вашу усадьбу. Возникли некоторые вопросы. На зов альфы никто не отвечает и он решает пройти дальше. От калитки дом не разглядеть, только неширокая дорожка из мелкого камня проложена с изгибом, за которым видимо скрывается дом. По обеим сторонам дорожки благоухают цветы и альфа видит уже знакомые фонари на высоких ножках, которые питаются днём солнцем, а потом светят весь остаток тёмного времени суток. Чонгук проходит метра три и выходит на просторный двор. Действительно, дом стоял здесь, укрытый от людского любопытства. Во дворе стояла беседка состоящая из крыши, а стенами служили всё те же знакомые плетистые розы. Сам двор был покрыт подстриженным газоном. Тут же стояли качели и расположился небольшой надувной бассейн в котором плескался мальчик. Чонгук, ничего лучше не придумал как окликнуть мальчика, а так как мальчик довольно шумно плескался в воде, то и альфа крикнул слишком громко. Мальчишка взвизгнув от испуга упал в воду. И не важно, что бассейн был альфе по колено, этого оказалось достаточно чтобы мальчишка скрылся под водой с головой. Чонгуку хватило пары секунд понять, что мальчик не всплывает и рванул спасать утопающего. Альфа выудил тельце из воды, упал на колени, а мальчика уложил на бок и стал похлопывать по спине. — Дыши… чёрт… дыши, я сказал. Поняв, что его манипуляции ни к чему не приводят, Чонгук аккуратно положил мальчика спиной на траву и лихорадочно вспоминал азы оказания первой помощи. — Так — бормотал испуганный Чонгук, — на спину положил. Теперь нужно зажать нос и открыть рот чтобы наполнить воздухом лёгкие пацана. Не дрейфь, альфа, это всего лишь пацан, который не дышит… папу его за все подробности. Альфе повезло, мальчишка сам очухался. Видимо не так много воды хлебанул, а пока Чонгук его туда-сюда вертел, организм откликнулся на движение и воздух пошёл куда нужно. Мальчик резко вдохнул, глаза распахнул, закашлялся, вода пошла носом и он заплакал. — Тише, тише — альфа сгрёб мальчишку, прижал к груди — дыши, пацан, дыши. Всё хорошо. «Почему так болит голова?» Чонгук еле слышно застонал. Голова болела, словно по ней молотками настучали. Альфа с трудом приоткрыл глаза. Яркий свет резанул так, что светлячки запрыгали, перед глазами замелькали разноцветные круги и откуда-то издалека начали проступать голоса. Вторая попытка открыть глаза оказалась удачнее. Свет уже не обжигал, а лишь вызывал неприятные ощущения, и альфа предпринял попытку подняться, а голоса обрели слова. — Лежи давай, герой спасатель — чьи-то сильные руку удержали Чонгука на месте, а голос казался до боли знакомым. — Я его убил? — второй голос был незнакомым, но приятным. — Тэ, если бы ты его убил, то мы уже его закопали бы. А он живой, да ещё и дёргается. Лежи, я сказал — опять эти руки… — глаза открыть можешь, герой? Чонгук с трудом приподнял налившиеся свинцом веки. Когда перед глазами перестал плавать разноцветный кисель, альфа увидел склонившихся над собой незнакомого омегу и… таксиста Хосока. — Ну вот. А ты: убил… убил. Ничего с твоим гостем не случилось. Голова целая, подумаешь поболит. Он альфа, шишки альфу украшают — и Хосок хохотнул. — Извините меня — омега был бледен, — я подумал что вы хотите Гуки украсть, вот и стукнул. Сильно болит? — Встать помогите — Чонгук поднимает голову и тут же морщится. Хосок и омега с двух сторон подстраховывают и под руки придерживая помогают альфе сесть. Чонгук стараясь не делать резких движений осматривается. Оказывается, он сидит прямо на траве около детского бассейна. Чуть в стороне, тоже на траве, сидит мальчик, а по бокам альфы стоят на коленях Хосок и омега. — Чем это вы меня так? — хрипит альфа. Поднимает руку и осторожно ощупывает затылок, чувствуя под пальцами здоровенную шишку. Волосы мокрые, но на пальцах крови нет. — Вот — омега показывает на лежащий предмет. Чонгуку становится немного не по себе. На траве лежит кувшин из толстенного стекла и пахнет чем-то сладким. Он такие знает, видел в родительском доме — их хрен разобьешь. — Повезло, не убили — сквозь боль усмехается альфа, — а вы в курсе какой срок положен за покушение на жизнь человека? Лицо омеги становится ещё белее, а в глазах появляется паника. — Только не полиция… пожалуйста — почти шепчет омега, — скажите сколько, я заплачу. Пожалуйста. — Ну ты и гнида — Хосок щурится, — если богатый, всё можно, да? А то, что к племяннику моему приставал, не считается? Да я тебя сам засужу! — Стоп — Чонгук вытягивает вперёд руку, второй голову придерживает. — Я пошутил. А к мальчику я не приставал. Он в воду упал и захлебнулся, я его спасал вообще-то. То в воры записывают, то в бандиты… Ну вы даёте. Я за помощью шёл, а не за тем чтобы сбитым птахом на траве валяться. — За помощью? Спасли? Вы моего Гуки спасли? — омега то на сына смотрит, то на альфу. — Чонгук, это правда? — омега смотрит на мальчика, который кивает. — Да, пап. Я поскользнулся. — Чонгук? — Чонгук выдаёт то-ли смех, то-ли хрюк — Вашего сына зовут Чонгук? Тёзка значит. Ну и дела. — Может мы в дом пройдём — предлагает омега, — всё же жарко, а я вас по голове ударил. Там поговорим, пожалуйста. — Помогай, таксист, — альфа обращается к Хосоку. — Я сам вряд-ли встану. Хосок поднимается на ноги и протягивает руку. Чонгук захватывает ладонь в ладонь и со стоном встаёт на ноги. Голова кружится и ему требуется немного времени для того, чтобы тело обрело стойкость. Хосок помогает Чонгуку войти в дом. Омега уже суетится, достаёт ещё один такой же кувшин из холодильника, наливает жидкость в высокие стаканы, предлагает альфе. Тот с некоторым недоверием принюхивается. Пахнет клубникой, но как-то странно. — Чего нюхаешь — пей. — Хосок всё ещё хмурится, — травить тебя никто не собирается. Вкуснее лимонада ты ещё точно не попробуешь. А на цвет не смотри, не всё то золото, что блестит. Чонгук видит переживание омеги, ему становится неудобно. Шутки его никто не оценил, омегу почти до истерики довёл. Артист-юморист, блин. Главное чтобы Чимин не узнал, тогда отбитой головой не отделается. Да и как-то нужно реабилитироваться перед хозяином-омегой. Сам же пацана напугал. А мальчишка-то молоток, гостя не сдал, да и смотрит не злобно, а с интересом. Да ещё и тёзка. А омега-то хорош. Чонгук разглядывает чудо перед собой уже подробнее. Ростом ниже на голову, стройный, глазищи большие, губки… м-м-м… И пахнет сладкой вишней. В голове неожиданно возникает желание провести носом по тонкой шее и вдохнуть аромат прямо с запаховой железы. Там-то точно всё намного ароматнее и вкуснее. Во рту резко выделяется слюна и возникает зуд в дёснах. Впервые первобытные инстинкты накрывают альфу, а ведь не мальчик. Хорошо хоть вовремя в себя приходит и чтобы притушить разгорающееся пламя в груди, альфа отважно делает большой глоток и неожиданно закашливается. Лимонад холодом горло сковывает, но на мгновение. Чонгук даже про ушибленный затылок забывает. Воздух открытым ртом хватает, руками машет словно воздухом горло согреть пытается. Однако стоит ему закрыть рот, приходит вкус: кислинка лайма, сладость клубники и ещё что-то, не может понять Чонгук. Но, это обалденно вкусно. — Ты точно своей смертью не умрёшь — констатирует Хосок, — кто так лимонад пьёт? Он же ледяной! Тэхён, готовь аптечку. Этот герой-спасатель точно с ангиной сляжет. Ну, туристы. Ну, никакого ума. Каждый раз одно и тоже. Тэ, ты хоть этикетки наклеивай что-ли: хлебнёшь — умрёшь! — Ангина. Ха! — Чонгук улыбается, — я болел ангиной последний раз в детстве. И не такое холодное пил и ел. — И вновь делает большой глоток освежающего напитка. — М-м-м — мычит, — вкусно как. Что вы туда добавляете, не пойму. — Да-а — тянет Хосок, — таких самоуверенных я не встречал. Ну-ну, часа через два по другому запоешь. Так за чем пришёл-то, спаситель утопающих. — Чимин лимонад хочет. Он беременный — поясняет хлопающему ресницами омеге, — у него что ни не день, то новые запросы. Он меня разбудил и попросил лимонад из незрелой клубники. Я вот и решил спросить у хозяина усадьбы где тут рынок или базар. На худой конец магазин с фермерскими продуктами. В калитку постучал, никто не ответил. Во внутрь двора прошёл, там пацан купается. Он меня увидел, испугался. Поскользнулся и в воду упал. Я его вытащил. Искусственное дыхание не потребовалось делать, сам задышал. А потом я уже не знаю что было. Очнулся — шишка на затылке и обвинения в краже. Как-то так. — Так это вы мой дом на неделю арендовали? — омега охает и прикрывает рукой рот. — Как неудобно. Боже. Я не знал, что это вы. — Не понял, Тэхён. — Хосок смотрит на омегу, — ты с арендаторами не знакомился что-ли? Тэхён! — Чего сразу, Тэхён — огрызается омега, — я не успел. Вчера было некогда, сам знаешь. Я даже ночью цветы поливал. Думал, сегодня зайти. А гость сам зашёл. Правда не очень удачно, но мы же познакомились. Так ведь? — омега протягивает рук — меня Тэхён зовут, а сына моего Чонгуком. Это мой старший и единственный брат, Хосок. — Чонгук — альфа осторожно сжимает в своей ладони тонкие пальцы омеги и не спешит разжимать пожатие, — очень приятно познакомиться. Жаль, что наше знакомство произошло таким образом. — Вы скажите сколько заплатить за то, что я вас ударил — омега тушуется и суетливо забирает ладонь, — только не пишите заявление в полицию, пожалуйста. Я вам мазь дам. Она знаете какая, любую рану, любой ушиб быстро залечивает. Я сейчас — омега подрывается, но Чонгук успевает задержать его перехватив за руку. — Пожалуйста, не суетитесь. Я не так сильно пострадал. Не переживайте. Я не собираюсь никуда идти. — и тут альфу осенило: лимонад! Чонгук уже отпускает руку омеги, он видит как сжимаются от его жеста плечи Тэхёна. Омега не переносит прикосновения альф? Этот вопрос он уточнит у Хосока. — Но. Вы можете меня спасти от гнева Чимина если угостите своим лимонадом. Мне без лимонада вход в дом закрыт. Омега слегка зависает, но потом приходит в себя. Направляется к холодильнику, открывает и достает пузатый кувшин с напитком. Ставит перед альфой. — Вы правда не напишите заявление? — спрашивает осторожно. — Я верну вам деньги за аренду усадьбы, только не пишите, пожалуйста. — Тэхён, ничего не нужно возвращать. Вы меня же только что спасли от гнева беременного омеги, а это вам не шишка на затылке — альфа неожиданно смеётся. — Вы приходите, я вас познакомлю. Чимин замечательный, но только когда сытый и все его хотелки исполнены — и Чонгук вновь смеётся. Со смехом пропадает напряжение и Чонгук довольно любуется улыбкой Тэхёна. — Не все омеги такие жестокие как ваш — Хосок хмыкает, — это же надо такое захотеть — лимонад из не спелой клубники. Вот когда Тэхён ходил Гуком, у него закидонов не было. Это вы там, в столице избалованы, а у нас всё просто. Чонгуку кажется или Хосок защищает от него омегу? Вон как феромонами кидается. Что же произошло с омегой коли он в одиночку сына растит, да от альф шарахается. А Хосок тем временем кувшин подхватывает и в руки Чонгука вкладывает, да телом брата старательно загораживает. Точно — защищает. — Голова уже не кружится? — Хосок смотрит прямо в глаза альфе — Ты лимонад хотел. Забирай и неси своему омеге, он ведь беременный и ждать не должен. — Хосок — Тэхён тянет брата за руку, — перестань нападать на гостя. — А я не нападаю — альфа на брата не смотрит, а продолжает сверлить недовольным взглядом Чонгука, — я ему говорю, что нехорошо заставлять ждать своего беременного омегу. — Ты прав, таксист. Не должен. Я уже убегаю. Спасибо, Тэхён, вы меня выручили. — заглядывает за спину Хосока Чонгук и вежливо улыбается. — Но, голова немного болит, будет удобно если я попрошу тебя — Чонгук усмехается глядя на Хосока, — проводить меня до усадьбы. Проводишь? — Провожу — цедит сквозь зубы Хосок, — а как же. Желание гостя для нас закон. Не только Хосок провожает Чонгука. Тэхён тоже идёт с альфами, но правда до калитки. Отойдя от калитки на несколько шагов, Чонгук останавливается. Разворачивается к Хосоку. — Ты что там за представление устроил, таксист? — А ты не понял? — Хосок смотрит в упор — Я же понял, что не так и сильно тебя Тэ по голове приложил. Жертва. У тебя муж на сносях, а ты чужого омегу глазами раздеваешь. Думаешь, если омега живёт один то его некому защитить? — Умный — хмыкает Чонгук, — понятливый. Надо же. Всё увидел. Всё услышал. Только я не говорил, что Чимин мой омега. — Ты сказал, что Чимин беременный! — почти рычит закипающий Хосок, а руки сжимаются в кулаки. — Остынь, альфа! — Чонгук понимает, что ещё немного и его лицо попробует кулак. — Чимин мой родной брат. У него альфа есть — мой друг, Юнги. Мы втроём сюда приехали. Не видел? Забыл? Хосок замирает, с недоверием смотрит на Чонгука. Вспоминает, злость отступает, разум приходит в себя. — Я думал, что это твой — ещё с недоверием, но уже спокойно отвечает Хосок. — Ну ты даёшь — толкает в плечо альфу Чонгук, — ты не видел как Юнги вокруг Чимина носится? А ты чего так на меня накинулся-то? Я так и не понял. — Неважно — Хосок неожиданно вновь ершится, — топай давай. Отнеси брату лимонад. Вижу, сам дойдёшь, а мне пора по делам. Альфа разворачивается и отходит на пару шагов, но потом останавливается, разворачивается и говорит стоящему в недоумении Чонгуку: — за лимонадом можешь приходить, твоё право. Но на Тэхёна больше так не пялься, без глаз останешься. Я не шучу. Не из таких он, отдыхающий… Я предупредил. Не оставляя шанса Чонгуку ответить Хосок уходит. А Чонгук стоит ещё какое-то время, пожимает плечами, и забывая что в усадьбе его ждут, решает догнать Хосока. Что на него нашло? — И что это было? Не из таких — каких? Не понял. Ладно, разберёмся. — бормочет альфа спеша догнать скрывшегося альфу. И, уже знакомая калитка и узкая дорожка в окружении цветущих растений. Да только альфа доходит лишь до поворота и тут же тормозит: он слышит недовольный голос омеги и чуть повышенный, Хосока. «Что ты устроил, Хосок? Какая муха тебя укусила. Человек пришёл за лимонадом.» «Знаю я этих ходоков, Тэхён. Один уже приходил, что получили?» «Может прекратишь всех под одну гребёнку мерять, Хос. Чонгука вообще-то омега сюда послал» «Кто и куда его послал, я уже выяснил. Давай поговорим лучше о другом, Тэхён. Луис принял условия?» «Нет. Не принял. Он сказал, что денег у него достаточно и он не пойдёт на сделку. Что делать, не знаю. Я не могу отдать ему сына, Хосок» «И не отдадим. Я найму другого адвоката» «Другой адвокат потребует денег. У нас их больше нет, Хос. У тебя семья, ребёнок. Я отдам усадьбу, Хосок. Пусть забирает и катится ко всем чертям» «Нет, Тэхён. Усадьба останется. Это гарантия вашего благополучия. А на адвоката я найду деньги. Мы с Джином уже это обсудили. Я продам фирму» «Нет! Только не это. Хосок, пожалуйста. Никакая усадьба не стоит таких жертв. Пожалуйста. Пусть он её заберёт и исчезнет из нашей жизни навсегда» «Он не исчезнет, Тэ. Такие не останавливаются. Отдашь усадьбу, значит и сына отдашь. Иди в дом, а я поехал на встречу с покупателем. И это не обсуждается. Я уже всё решил» В голове Чонгука каша от услышанного. Вот это тайны Мадридского двора. Оказывается у омеги проблемы и большие. И тут же альфа задаётся вопросом: а почему Хосок был удивлён, что усадьбу сдали? Не знал или притворился? И это только первый вопрос зазвучал в голове. Остальные возникнуть не успели потому, что перед собой Чонгук увидел злющего Хосока. — А ты ещё и подслушиваешь, отдыхающий! — зашипел альфа. Резко схватил за плечи, развернул и толкнул к выходу. — Уходи, пока Тэхён тебя не увидел. За калиткой альфа шипеть не перестал. — Вали в усадьбу, отдыхающий. И сюда дорогу забудь. Без лимонада обойдётесь! Узнаю, что приходил — сразу место для отдыха изменится. Ясно?! — А ты чё такой дерзкий, а? — Чонгука хрен испугаешь — я может помочь хочу. — Чем это? — А-а… — Что здесь происходит? — увлеченные потасовкой альфы одновременно разворачивают головы на голос — перед ними стоит Тэхён. — Хосок? — Что сразу, Хосок! — Да не ори, ты — Чонгук толкает альфу в грудь, — отойди. Тэхён, я оказался случайно не в том месте и услышал ваш разговор с братом. За подслушивания извиняться не стану. В вот вопрос задам — у вас проблемы? Если я правильно понял, у вас хотят забрать сына. Я могу помочь. — Что? — удивляется Тэхён — помочь? — Ты и помочь? — переспрашивает Хосок, уже вернувший себе спокойствие после вспышки недовольства. А хотя… Подожди-ка, Тэхён. Хосок прищуривается, отступает на шаг и начинает рассматривать Чонгука с головы до ног. — Хм… возможно-возможно… Вопрос: у тебя деньги есть? Нужно много. — Есть — кивает Чонгук ещё не совсем понимая возникшего интереса к его личности и в какую авантюру он вливается. Видел бы сейчас Чонгука Юнги, точно бы вызвал психушку. Чтобы вот так, с разбегу, да на помощь к незнакомым людям. Не проверив на лояльность и порядочность… Да ну… Однако факт на лицо и это не бред и не перегрев на солнце. — Тогда ты нам подходишь! У тебя пять минут на то, чтобы отнести лимонад Чимину. Ждём тебя в доме. Или зассал? — Чего? — Чонгука так давно не оскорбляли. Пошли давай… таксист, или кто ты там. Не пугай проблемами — они меня сами боятся. А лимонад Чимини подождёт. — Хосок, остановись — Тэхён пытается притормозить брата, да куда там. Хосоку словно шлея под хвост попала. Он с какого-то перепуга в Чонгуке спасителя разглядел. И заметьте — Хосок слишком разборчив в людям и доверие его нужно постараться заслужить. А тут, словно перемкнуло-щёлкнуло тумблером альфийское сознание и отключились все рецепторы осторожности. Вот точно магнитные бури влияют на умы и инстинкты. Хосок подталкивает Чонгука, тот в свою очередь в долгу не остаётся, то же толкается. Тэхёну остаётся только вздохнуть и спешить за альфами в дом. А внутри дома Чонгук, уже по-хозяйски, плюхается на стул, а напротив усаживается Хосок. Кувшин с лимонадом аккуратно ставится посередине. Тэхён делает ещё одну попытку призвать брата к разуму, но получает только сердитый рык. Тогда омега переключается на Чонгука и пробует убедить, что его беременный омега ждёт лимонад. На это Чонгук реагирует, но не так как хотелось бы Тэхёну. Чонгук встаёт, но лишь для того чтобы всучить кувшин в руки Чонгука младшего и со словами: неси быстрее, а не то Чимин всех покусает — отправляет сына омеги в усадьбу. Самое странное то, что мальчик не пугается слова «покусает» и не возмущается, что его выбрали посыльным, а с радостью улепетывает из дома. Тэхён даже знает причину этой радости. Гуки обожает знакомиться с людьми, особенно с омегами. Хосок смеётся на огорчение Тэхёна такому поведению сына и успокаивает словами, что альфа он и в Африке альфа и что общение с омегами только на пользу Гуку. Тэхён не согласен, но… — Ну, выкладывай — Чонгуку не терпится услышать суть проблемы. Вы можете ответить на вопрос: что происходит в голове человека когда он начинает рассказывать о своих проблемах совершенно незнакомому собеседнику? В чём логика? Нет ответа. Видимо, там на небе кто-то решает, что именно этому человеку мы можем довериться и доверить самое сокровенное, а самое главное — этот незнакомый человек нас не осудит, выслушает и поможет даже. — Не стану грузить подробностями нашей жизни с Тэхёном — начинает Хосок, бросая быстрый взгляд на омегу, который выглядел очень растерянным. — Мы с ним детдомовские, но сразу скажу, что нас не бросили, нет. У нас родители погибли в автокатастрофе. Так случилось, что это произошло на одной и той же трассе. В больнице оказались тоже вместе, оттуда нас отправили в детдом потому как ни один родственник не появился. Никто не захотел взвалить на свои плечи заботу о нас. Да, и такое бывает. Мы с Тэ не родные, но несчастье нас сделало родными потому, что только мы у друг друга и остались. Росли, жили, дрались, выживали. Я выпустился первым, всё же на два года старше. Пошёл работать, Тэхёну помогал. Потом и Тэ вышел, государство выделило средство на приобретение квартиры, но Тэ решил купить этот домик. А я когда с армии пришёл — Хосок запнулся, — обалдел. У моего братика на руках месячный Гук… — Хосок… — Погоди, Тэ — мягко останавливает Хосок брата, — ты же знаешь, я люблю племяша. Ты не виноват в том, что я был в армии и что я не смог уберечь тебя от ошибки, но я не жалею, что наш Чонгук появился таким образом. Так вот… Короче суть в чём. В усадьбе, которую вы сняли, жила семья. Ну как семья, дедушка и внук, которого родители подкинули и навещали раз в год. Короче, жили и думаю так и живут, в своё удовольствие. Этот внучок оказался редкостной скотиной. Увидел одинокого омегу, который мир только узнавал, голову задурил и ребёнка заделал. Когда про беременность узнал, просто слинял. — Погоди — Чонгук прервал Хосока, — Тэхён, он тебя просто бросил или было ещё что-то? — Чонгук смотрел на омегу, который был бледен и сжимал пальцы чтобы не выдать дрожь в конечностях и смотрел куда угодно, но только не на альф. — Если у вас была взаимность, дедушка не знал или вы скрывались? Ты ведь мог пойти и сказать про беременность. Омега оторвал взгляд стола и посмотрел на Чонгука. Губы скривились в усмешке. Только в этой усмешке было столько горечи, что нежный аромат омеги наполнился кислотой. — А я и пошёл. Да толку. Луис сбежал, а дедушка… А дедушка сказал, что его внук бесплоден. Вот так и сказал. Но, предложил денег, считая что я начну претензии предъявлять. Я отказался. А спустя время этот дедушка сам пришёл, извинялся, говорил какой его внук подлец и лицемер, предложил помощь. Только к тому времени мне помощь их стала не нужна, Хосок с армии вернулся. Стало легче жить. — Всё же совесть у дедули проснулась. Видимо узнал каков на самом деле его внучок — Чонгук скрипнул зубами, — а дальше что. — А дальше — Тэхён усмехнулся вновь, — а дальше небеса решили, что такому как Луис вредно размножаться. Он простыл и его сперматазоиды сбежали. Он стал, как и говорил дедушке, неспособным на продолжение рода. — Он что, появился и требует Чонгука себе? — Ага, требует — Хосок вмешивается в разговор. — Появился спустя годы, когда все деньги свои профукал и вспомнил, что есть дедушка с деньгами и усадьбой. Да малость опоздал, лет на несколько. Два с лишним года назад дедушки не стало. А усадьбу он отписал правнуку, то есть Чонгуку. Дедуля решил наказать внучка за его обман и чёрствость. Отписал все средства что были Чонгуку, а Тэхёна опекуном назначил распорядителем наследства до наступления совершеннолетия Гуки. Только условие ещё одно поставил. Решил, что денег правнуку и так будет достаточно, а усадьбу оставил за Тэхёном. — И что? — Чонгук искренне недоумевал — так это нормальное желание. На сколько я понял, Тэхён на усадьбу не претендует. — Не всё так гладко — Хосок мрачнеет — Луис решил оспорить завещание. Он нанял адвокатов, которые подкупают всех подряд. Мы устали отбиваться и доказывать, что Тэхён не невменяемый. Что он не соблазнял Луиса и не задумывал развести дедушку. Знаешь сколько бреда уже выслушали? Было три суда. Три! А сейчас Луис подключил своих родителей и они собираются забрать Чонгука, лишить опекунства Тэхёна. — В смысле? — у Чонгука челюсть с полом встретилась — это по какому такому праву? — По праву денег, Чонгук. По праву денег. — Стоп — Чонгук слегка хлопнул по столу, — ты спросил есть ли у меня деньги. Это что значит? Нужно оплатить адвоката? — Нет. Ну, конечно, на адвоката тоже не хватает, но я заработаю. У меня небольшая фирма по извозу. Покупатель уже есть. — Хосок, нет — Тэхён хватает брата за руки, — пожалуйста не продавай. Я отдам им этот дом. Отпишу все активы, я же опекун, я могу. — Это не спасёт, Тэхён. — Пожалуйста, братик, подумай. У тебя омега и скоро ребёнок будет. — Нет, Хосок прав — вмешивается Чонгук — даже отдав всё, у вас заберут сына в любом случае. Но, ведь выход есть. Да, Хосок? Ты ведь знаешь. Говори. — Завещание. Условие о замужестве — Хосок смотрит в глаза чонгука, — через месяц истечёт условие и тогда Тэхён лишится всего. Да и чёрт с ним, с домом и активами. Дедушка оказался хитрее, он сделал дополнение к завещанию. И если Тэхён не выйдет замуж, то и Чонгук вместе с домом и активами переходят под опекунство Луиса. — Стоп — Чонгук начинает растирать виски. Голова уже гудела от информации — я правильно понял, что Тэхёну нужно было выйти замуж и тогда этот Луис останется с носом. Так? — братья одновременно кивают — А выйти замуж не судьба что-ли? Вы знали условие. В чём проблема? На свете много альф, которые согласятся на фиктивный брак. — А проблема в том, Чонгук — Хосок останавливает поток красноречия и недоумения альфы, — что о дополнительном условии мы узнали недавно, совершенно случайно. Луис так был уверен в адвокатах, что припёрся на слушание пьяным и его язык оказался врагом для хозяина. Взял и ляпнул не подумавши. А слово не воробей, сказал «а» говори «б». — Всё равно не пойму проблемы. Не убедил. — Сейчас убедю — Хосок хмыкнул, — супруг Тэхёна должен быть о-очень состоятелен, иметь серьёзных адвокатов и много-много нулей на счету, Чонгук. Такого можно найти для скромного омеги у которого техническое образование, маленький магазинчик, сын и практически нет денег? А, забыл. Срок — неделя. — Убедил — Чонгук кивает, — одно уточнение: если все эти условия соблюдаются, то Луис… — Луис остаётся за бортом лайнера и беззаботной жизни — рыкает Хосок, — сволочь! — Тогда — Чонгук смотрит в глаза Хосока некоторое время, потом переводит взгляд на Тэхёна, который поник окончательно — в таком случае… А где у вас загс? Омега резко вскидывает голову. — Что… Какой загс, вы о чём? У вас омега беременный. Что вы вообще творите? Что вы скажите Чимину? — Чимину? А, Чимину — Чонгук хмыкает, — Чимин будет только рад когда увидит меня наконец окольцованным. И не оставляя шанса омеге прийти в себя, Чонгук поднимается на ноги. — Хосок, мы идём в усадьбу объявлять о нашей свадьбе. Тэхён, прошу — альфа делает приглашающий жест рукой, да только омега не в восторге. Смотрит широко раскрытыми глазами на альф и всё больше бледнеет. — Что… я не пойду. Хосок… я не пойду. Какая свадьба, вы в своём уме?! — Не подведи, турист. Обманешь моего брата, я тебе голову снесу — Хосок не слушает Тэхёна, у него другая цель. Ему нужно Тэхёна из-за стола вытащить. Омега уцепился за край стола и головой мотает. Он на такое не подписывался. Он не согласен. Он Чонгука впервые видит. Какая свадьба? Альфа женат! Однако Хосок и Чонгук подхватывают омегу под руки и практически волокут из дома. — Где его носит? — Чимин нарезает круги по просторной гостинной, а следом за омегой бегает Юнги расставив руки чтобы Чимин не зацепился не за что и не дай бог не поранил и себя и малыша. — Я от жажды помираю, а моему брату на это наплевать! — Мини, пожалуйста, присядь — уговаривает Чимина Юнги вот уже добрых полчаса. — Я не понимаю, почему Чонгука ты отправил за лимонадом, а не меня. Уже давно бы напились с малышом. — Ты меня не понимаешь — пыхтит омега, не прекращая движения, но уже довольно уставший — наш ребёнок мне сказал, что хочет лимонад из незрелой клубники и что достать его может только Чонгук. Чимин наконец останавливается перевести дух чем тут же пользуется Юнги и аккуратно усаживает омегу на диван. — Чима, я всё понимаю, но недозрелая клубника. Ты точно понял запрос малыша? — Пф-ф — фыркает омега. — Точнее некуда. Юнги, во мне сидит тот кто уже книгу рекордов гиннесса переплюнул своими запросами. Я даже записывать стал, чтобы потом нашему чуду предъявить за все его изысканные кулинарные пристрастия. Я же себя подопытным кроликом чувствую. Это не дитя, это необъяснимый гурман. Это я мягко выразился. Скажу только одно, если мой брат не появится сейчас, я его найду и такое устрою. — Здравствуйте — детский голосок прерывает возмущения Чимина. Супруги одновременно поворачиваются на звук. В дверях стоит мальчик с кувшином в руках. — Я вам лимонад принёс. — Наконец-то — стонет Юнги и просто летит к мальчику, — спаситель ты наш. — Только он холодный, вы скажите чтобы ваш омега пил осторожно. — мальчик передаёт кувшин в руки Юнги. Спустя время, Юнги и мальчик наблюдают с каким наслаждением, мелкими глотками пьёт омега. — Уф-ф — довольный Чимин откидывается на спинку дивана, а Юнги мысленно молится всем богам за то, что он послал им мальчика. — А ты кто такой — Чимин отдаёт пустой стакан Юнги, встаёт и направляется к мальчику, который так и стоял в дверях — почему не проходишь? Мы не кусаемся. — Ваш альфа будет недоволен — спокойно отвечает мальчик, — моё имя Чонгук, но все зовут меня Гуки потому, что я ещё маленький для полного имени. А вы Чимин? — Чимин — подтверждает омега с интересом рассматривая неожиданного гостя. Такой занятный… — Откуда знаешь? — Так к нам ваш альфа, Чонгук пришёл — машет в сторону двора мальчик, — ему папа по голове сумкой ударил, он упал. Но, не волнуйтесь — мальчик тут же выставляет обе руки вперёд и машет ими перед омегой как веером, — они уже разговаривают. А меня к вам отправили. С вашим альфой всё нормально, только шишка на голове. Это же не дядя Хосок его ударил. Вот если бы дядя Хосок, то тогда был бы синяк. — Я ничего не понимаю, Юнги — омега смотрит с испугом на супруга. — Шишка? Чонгука ударили. Какой папа, какой дядя Хосок? Какой мой альфа, Юнги?! Юнги не омега, успевает кое-что сообразить. Он обнимает паникующего Чимина за плечи, а потом обращается к мальчику: — пацан, ты говори осторожнее. Это мой супруг и он носит нашего ребёнка. Чонгук не его альфа. Где Чонгук и что с ним сделала ваша семейка? — Ничего не сделала — Юнги и Чимин вздрагивают, из-за спины мальчика появляется Чонгук, собственной персоной живой и невредимый. Альфа входит в дом, следом за ним входят незнакомые омега и альфа. — Юнги, Чимин, знакомьтесь — Чонгук показывает на омегу — мой будущий супруг. Тэхён. Тэхён, это мой родной брат Чимин и его супруг Юнги. А это — Чонгук делает жест рукой в сторону Хосока, — Хосок. Он брат Тэхёна. А этот молодой человек, сын Тэхёна и зовут его как и меня — Чонгук. — Я сейчас упаду в обморок — лепечет Чимин и ищет опору в руках Юнги, — Юнги, ущипни меня. — Лучше присядем и я всё объясню — Чонгук жестом приглашает гостей пройти к дивану. — Юнги, Чимин, вы тоже присядьте. Потребовалось достаточно много времени, чтобы Чимин и Юнги наконец поняли всё о чём им поведал Чонгук и гости. Чимин по нескольку раз переспрашивал, уточнял пока наконец-то не успокоился и принял подробности приключения брата, и неприятные подробности ситуации Тэхёна. — Малыш, я тебя прошу — Чимин устало поглаживал свой живот, — давай ты будешь аккуратнее в своих пожеланиях, я не хочу лишиться брата. В комнате раздался смех. Смеялись все, уж больно огорчённый был вид у омеги и слишком серьёзной была просьба к гастрономическим всплескам малыша. Однако смех смехом, но Чимин смеялся недолго. Омега смотрит на Тэхёна, потом на Чонгука. — А теперь — Чимин посмотрел на альф и омегу, — у меня последний вопрос к Чонгуку и Тэхёну. Вы думает стать супругами просто? Расписался, штамп в паспорт и всё. Я вас огорчу. Это будет фальшивка, на которую не клюнет Луис. Метка. Метка показывает чистоту и правдивость вашего союза. Готовы ли вы на этот шаг? И, Тэхён. Это для альфы метка не так важна, для омеги метка это невозможность вернуть всё назад. Вы подумали о том, что станет с вами когда вы отыграете спектакль и через время подадите документы на развод. Что будет с вами, Тэхён? Метка, поставленная альфе со временем исчезнет, к сожалению такова природа, а метка альфы поставленная омеге обретает вас на одиночество. Вы готовы пойти на этот шаг? — Я понимаю всю серьёзность — глаза Тэхёна грустные, несмотря на то, что недавно смеялся. Чимин видел — Тэхёну не смешно. — Ради спокойствия сына я готов пойти на фиктивный брак. — Фиктивный? — Чимин поднимает бровки — вам придётся жить с моим братом под одной крышей, Тэхён. Чонгук медийная личность. Как бы он не ненавидел прессу и все сборища, вам придётся вместе с ним на публике появляться. Вы на это готовы? А развод. Развод это будет сложно. Столько грязи… вы уверены, что хотите этого для себя. У вас сын, его пожалеют акулы, которые гоняются за моим братом? Нет. Не пожалеют. И спрятать мальчика у вас не получится, как и вашу жизнь. Эти суки, такие кровожадные, вы даже не представляете себе на что они готовы пойти ради малейшей тайны. — омега замолкает, думает. — А ты, Чонгук. Ты чем думал, когда кидался такими словами? Забыл через что нам с Юнги пришлось пройти? Этот мальчик, омега… они не виноваты, что их использовали и бросили. Ты… у тебя есть деньги, связи. Помоги им, найми адвокатов, которые этого Луиса закатают в асфальт, но не порти жизнь людям. — Я не против вашей свадьбы — Чимин вновь обращается к Тэхёну, — не считайте меня стервозным или сволочью или же снобом. Я просто не хочу, чтобы вашу жизнь месили грязными сапогами те, кто это сделает, поверьте. Я не хочу, чтобы вы сломались. Я… — омега встретился взглядом с Юнги, который держал омегу за руку всё это время и нежно поглаживал, успокаивал, смотрел с такой любовью, что у Тэхёна в груди жгло — я прошёл через ад… и… сломался. Юнги собрал, Чонгук помог ему собрать меня до конца. Думаете почему они так вокруг меня носятся? Из-за капризов или из-за беременности? Нет. Они просто до сих пор боятся, что я… — и омега не выдержал, всхлипнул и оказался прижатым к груди своего альфы. И вот тут Чонгук растерялся. Чимин был прав, он опрометчиво бросил клич, да только не подумал о последствиях. Чимин прав — что будет с Тэхёном и Гуком, когда весь мир узнает о браке? — Мы пожалуй пойдём — Хосок поднялся на ноги, протянул руку брату — Тэ, пойдём. Спасибо вам за предложение, но мы сами как-нибудь. Чимин, спасибо вам, что сказали правду. Вы правы, Тэхён не должен проходить через боль ещё раз. Я этого не позволю. Тэхён. Пошли. Чонгук смотрел как поднимается с дивана растерянный омега, на всхлипывающего брата, которого они с Юнги действительно чуть не потеряли и в груди альфы заклокотало недовольство. Он не должен отпускать омегу, который уже захватил его сердце. Да. Очень быстро. Так не бывает… наверное, но это так. Альфа чувствует, что Тэхён его омега, что маленький тёзка уже его сын и поэтому… — Не навредят. Слово даю. — Чонгук тоже поднимается с дивана — Хосок, поверь мне. Тэхён, я понимаю абсурдность ситуации и недоверие моим словам, но ты мой омега. Я не знаю как это объяснить, но это так. Никому, слышишь, никому не позволю нанести вред тебе и Гуку. Было время когда я был недостаточно силён и не смог как следует защитить брата. Это время прошло. Чимин и Юнги это подтвердят. Да, я не отрицаю, вашу прежнюю жизнь заденут. Тем более, что Луис заинтересован. Но, Луис это не угроза. Он продажный, а значит за деньги закроет свой рот навсегда. Я хочу чтобы ты меня услышал, Тэхён. Мы встретились взглядом и моё сердце забилось. Просто, поверь. А метка — альфа смотрел очень серьёзно, — метка будет, если только ты сам этого захочешь. И в семью играть я не буду. Я на самом деле хочу построит с тобой отношения и хочу чтобы Чонгук назвал меня отцом. Я не тороплю. Подумай. — Хосок, ты сказал, что осталось неделя? — альфа кивнул — что же, неделя это много и мало. Много для того, чтобы подумать и мало для того, чтобы как следует подготовить торжество, если конечно Тэхён не передумает. Тэхён, пожалуйста, не говори сейчас ничего. Позволь мне начать ухаживать, через шесть дней я буду ждать тебя и Чонгука в отделении вашего загса. Ваше присутствие будет ответом. Согласен? — омега пожал плечами и еле заметно кивнул. Хосок, Тэхён и мальчик ушли. После их ухода ненадолго повисла тишина. Чимин пил, третий по счёту, стакан лимонада, сопел носиком и поглядывал то в сторону Юнги, то в сторону брата, но молчал. И даже не возмутился когда Юнги лимонад подогревал. Юнги поглядывал в сторону задумчивого друга и ждал когда кто-то из братьев наконец обретёт голос. Конечно же он ставил на омегу, Чимин не умел долго хранить молчание. Хорошо, что заключить пари было не с кем, а то бы Юнги продул — первым подал голос Чонгук. Альфа наконец оторвался от созерцания пола под ногами, поднял голову и выдал: — я не знаю как организовать свидание. — В смысле? — Юнги удивился. — Конечно не знает — спокойно подтверждает слова брата Чимин, — свидание это тебе не экскортницу в гостинице тискать, тут мозги нужны. Вкуснота — с удовольствием делает ещё один глоток ароматного напитка, — надо Тэхёна расспросить как он его делает. Юнги. — А? — альфа не спешит с ответом потому как не знает на какие слова реагировать. — Вкусный лимонад говорю — омега ставит стакан с недопитым напитком на столик — уф, напился наконец. — откидывается на спинку, гладит живот и ворчит: — прямо водяной какой-то там у меня сидит. Всё пьёт и пьёт. Чонгук, ты какое свидание хочешь устроить: романтичное или как пойдёт? — Что значит «как пойдёт», Чим. — Чонгук весь во внимании. — А то и значит — ворчит омега удобнее устраиваясь, — как пойдёт, это когда ты не знаешь куда поведёшь омегу, но в результате свидание оказывается неповторимым и запоминающимся. Да, Юнги? — Это точно — улыбается альфа, понимая о чём говорит Чимин. — Такие свидания не забудешь. — Тогда лучше романтик — предлагает Чонгук — не нравится мне как вы переглядываетесь. И слово дурацкое какое-то «как пойдёт». — Тогда слушай — омега мгновенно меняется в лице. Его глаза загораются и Чимин радостно хлопает в ладоши — я тебе помогу всё устроить. Только свидание не состоялось. Вернее, оно состоялось, но совсем не так как задумывалось и совсем не в том месте. После планирования свидания альфы и омега отправились гулять пока было не жарко. Пару часов им хватило, вернее Чимину, который устал и начал капризничать. Вернулись в дом. Обнаружили готовый обед и записку — Тэхён написал, что это маленькая благодарность за спасение сына. Было очень вкусно и приятно. После обеда разбрелись по комнатам. Чонгук почувствовал лёгкую усталость, но списал это на бурное утро и прогулку под солнцем, поэтому альфа тоже решил подремать. Проснулся от того, что его горло жгло огнём, тело было мокрым от пота и его лихорадило. «Что это со мной?» альфа с трудом принял вертикальное положение. Голова была тяжелой, почему-то было холодно хотя тело пылало. — Твою ж — голос выдал хрип и горло заболело ещё сильнее — простыл! Серьёзно? Да ну… — Чонгук, долго будешь валяться? Я придумал как ты будешь обхаживать Тэхёна! — в комнату, естественно без стука, влетел Чимин, за омегой маячил Юнги, куда без него. — Чонгук, ты чего — омега уставился на бледного, трясущегося от лихорадки брата — что с тобой? — Чимин, быстро из комнаты — Юнги отреагировал быстрее омеги. Не слушая возмущения альфа аккуратно выставил омегу за дверь и закрыл её. — Ты заболел что-ли, Чонгук? — Юнги держал дверь, потому что её пытался открыть Чимин, говорит можешь? — альфа мотнул головой, попытался что-то сказать. Но, раздался хрип и Чонгук зашёлся в кашле. — Я сейчас — Юнги мгновенно развернулся и скользнул за дверь. Успел перехватить Чимина, не позволив ему войти и плотно закрыл дверь. Чонгук со стоном упал на спину. Отдохнул называется. Альфа понял — Хосок оказался прав, нечего пить ледяной напиток. На рассуждения больше не осталось сил и альфа провалился в дрёму. Второе пробуждение было другим. Тело было чужим, голова болела, а ещё было очень жарко. Альфа чувствует как на его лоб опускается прохладная ткань и мычит довольно, вернее хрипит. Веки с трудом открываются. В комнате полумрак, свет падает с боку от торшера, что стоит около кровати. — Чонгук — слышит тихий голос, поворот головы даётся с трудом. Рядом с кроватью, на стуле, сидит Тэхён и с тревогой смотрит на заболевшего. — Можете сказать что у вас болит? — Го…к-х-х… горло к-х-х… хрипит альфа. — Всё, ничего не говорите — торопится успокоить альфу омега, — молчите, пожалуйста. Лежите и молчите. Я постараюсь вам помочь. Только надо на бок развернуться. Можете? Надо укол поставить. Какое счастье, что альфа не видит пылающих щёк Тэхёна когда Чонгук с трудом и с его помощью повернулся лицом к окну и попытался стянуть с себя спортивные штаны. У него ничего не вышло, руки не слушались. Тэхёну пришлось всё сделать самому. И ведь не впервой омеге лицезреть голый зад альф, омега вообще-то на медика учился и работает терапевтом на скорой помощи. Но, это же зад понравившегося ему Чонгука. Огромная разница между прочим. А зад у альфы что надо: упругий, красивый. Так и хочется погладить… Омега и гладит… осторожно, спиртовой салфеткой протирает. Дольше чем необходимо. Укол Чонгук не почувствовал. Все говорят, что у Тэхёна лёгкая рука. Штаны, с сожалением, занимают положенное место, а омега помогает альфе перевернуться на спину. Затем Тэхён зовёт Хосока. Да-да, именно Хосока. У Чонгука ангина, Чимин беременный, а Юнги может запросто подхватить заразу и перенести на омегу. Хосок помогает приподняться Чонгуку, подсовывает под спину подушки. Ворчит про то, что его никто не слушает, негромко ругает брата, напоминая про этикетки на кувшинах, но помогает. Чонгук так себя ещё ни разу не чувствовал. Развезло, тело не слушалось, кости выкручивало ноющей болью — противно. Голос омеги звучал глухо, как сквозь туман. Тэхён заставил открыть рот, смазал какой-то противной мазью от которой альфа зашёлся в кашле, потом пил какую-то микстуру, тоже горькую и невкусную. Затем омега поставил капельницу и сидел тихо пока весь раствор не закончился. А потом альфа окончательно провалился в темноту беспокойного сна. Третье пробуждение было уже не тяжелым, но тело всё еще ломило. Чонгук открыл глаза — за открытым окном ярко светило солнце. Альфа через силу потянулся и тут же зашёлся в кашле: — к-х-х-х… у-у-у-а-а-у — раздался вой рядом с его головой. Чонгук с опаской повернул голову. На подушке сидел лохматый комочек и выл под звуки кашля. Стоило кашлю прекратится, собака, а это был маленький шпиц, тоже замолчал. — Ты откуда здесь? — голос альфы был сиплым и слова давались с трудом — Почему воешь, потерялся? — пёсиль склоняет маленькую голову в бок, слушает. — Может с подушки слезешь? к-х-х-х-е-е — кашель вновь рвётся из груди. — у-у-у-а-а-у-у — вторит альфе собачка, подняв голову. — Тае, фу! — в комнату быстро входит Тэхён — я всё слышу. Быстро слез с кровати, негодник. Кто тебе разрешал мешать больному. Шпиц не торопится покидать мягкое место, наоборот укладывается, поджав под себя лапы и превращаясь в пушистый шарик. — Как вы себя чувствуете? — Тэхён присаживается на стул — всё так же или получше? — Лучше — хрипит альфа, — твой брат колдун? — Что? — омега с удивлением смотрит на Чонгука — Колдун? — протягивает руку, прикасается тыльной стороной ладони, проверяет температуру. Но, лоб хоть и влажный от испарины, но уже не горячий как прежде. — Я не брежу — хрипит Чонгук и улыбается, — просто напоминаю слова Хосока про то, что заболею. Я не помню когда в последний раз болел, а тут какой-то глоток лимонада меня уложил. Точно заколдован. — альфа пытается засмеяться, уж больно милым выглядит удивление омеги, но простуда вновь ломает планы и Чонгук заходится кашлем под аккомпанемент воя шпица, который тут же принимает участие. Тэхён сокрушенно всплескивает руками, подхватывает пёсиля и выдворяет из комнаты за дверь, потом пытается оправдаться за действия собаки, но Чонгук машет на омегу руками. Когда кашель сходит на нет, омега протягивает альфе стакан с какой-то мутной жидкостью и заставляет пить мелкими глотками. Напиток кислый, но приятно холодит рецепторы и Чонгук неожиданно понимает, что колющая боль отступает, заглушается. — А говорите не колдуны — усмехается, вертит в руке пустой стакан и принюхивается в попытке понять запах — горло уже так болит. — Не колдун, а медик — поправляет омега альфу и забирает стакан, — я работу терапевтом на скорой помощи. А этот напиток, настой трав. — А собака? Она тоже в комплекс лечения входит или как? — Собака? Это Тани, мой шпиц. — улыбается Тэхён, — у него какая-то маниакальная зависимость от болеющих людей. Вернее, он очень пристально наблюдает за состоянием больного и если видит что-то тревожное, начинает выть. Он так зовёт на помощь. Извините, я не заметил как он проскользнул в комнату. У него просто нюх за болящих. — На всех так реагирует? — Нет, только на тех кто ему понравился. — Уважаю. У вашей собаки отличный вкус. Мне ещё ни разу не делали такого комплемента — хихикает альфа и тут же начинает подкашливать. За дверью слышно скуление, а затем отчаянный вой собаки. — Да запустите его, ради бога — кашель отпустил и Чонгук может разговаривать, — сорвет голос. Оно вам надо? Пусть уж лучше здесь бдит, чем на уши весь дом ставит. Омега вздыхает и идёт к двери. Стоит двери приоткрыться как в комнату влетает пушистый вихрь и заходится лаем. Шпиц недоволен действиями омеги и выражает недовольство таким способом. Альфа и омега смеются и наблюдают за нарезающим круги шпицем. — Если он незаметно проскользнул, то как на кровать залез — Чонгук откидывается на подушку, наблюдение за истерящим волчком вызвало головокружение. — Сейчас увидите — Тэхён усаживается на стул и вместе с альфой наблюдают за метаниями собаки. Собака тем временем приступает к действию. Хватается зубами за угол одеяла и рыча начинает тянуть рывками на себя, при этом отступает назад до тех пор пока одеяло не оказывается на полу. Дальше собака не успокаивается, тратит ещё несколько минут чтобы сбить одеяло в подобие горки, каждый раз проверяя достаточно высоты или нет. Через несколько минут довольный шпиц устраивается на подушке и с гордостью тявкает. — Вот, пожалуйста — смеётся омега, — поэтому я и слежу чтобы Тани оставался подальше от больных. — Зря — альфа протягивает руку и с удовольствием ворошит мягкую шерсть довольной собачки, — такой доктор быстро на ноги поставить, даже очень больного человека. — Собака, словно понимая, выдаёт радостный гавк и укладывается на подушку. — Тэхён, — альфа осторожно касается руки омеги. Не берёт в свою, а именно касается — Извини. — За что? — За то, что заболел вместо того чтобы устроить тебе свидание. — Пускай это будет нашим первым свиданием — улыбается омега, — выздоравливайте. А свидание… свидание можно и здесь организовать, в комнате. Шучу — опять смеется, увидев как встрепенулся Чонгук — я пошутил. У вас постельный режим, даже не вздумайте его нарушать. — А я нет. Вы моё лечение на сегодня закончили? — До вечера да, вечером поставлю уколы, надо обработать горло. — Тогда, я попрошу тебя покинуть комнату, извини. Раз уж я не могу выходить из комнаты, то хочу устроить для тебя сюрприз. — Какой сюрприз. Свидание? — смеётся омега, — так это не сюрприз, я же сам напросился. — Не порти мне романтику — грозит пальцем альфа, — забудь свои слова и иди заниматься своими делами. Тани можешь не забирать. Этот звоночек будет меня охранять. И знаешь — Чонгук становится серьёзным, — я себя очень странно чувствую. Такое чувство, что всё происходит не со мной. Всё так быстро развивается, а у меня ощущение что мы знакомы тысячу лет. Можешь позвать Чимина, пожалуйста. — Ему не желателен контакт с вами. Ангина же, а Чимин ребёночка носит. — Тогда Юнги позови. — И Юнги не позову, его тем более. — А Хосока можно? — остаётся только вариант с братом омеги, если конечно он пойдёт на встречу. — Всех перечислил или остался кто — смеётся тихо омега, а в груди альфы сердце сильно-сильно бьётся. Так сильно, что вот-вот грудину сломает. — Неа, не всех — подхватывает смех альфа, но смеётся с осторожностью. Если и сейчас кашель начнётся, всю романтическую обстановку сломает. — Чонгук, тезка, остался. — А уже тут — раздаётся звонкий голосок, и тут же около кровати появляется мальчик — помочь, папа? — Выйди, Чонгук — строжится омега, — я что тебе говорил? — Меня простуда не берёт — гордо отвечает мальчик, — я тебе буду помогать потому, что ты омега и ты слабый. Один ты дядю Чонгука на бок не повернешь. — А зачем меня поворачивать? — альфа вступает в диалог. — Зачем зачем, укол поставить надо? Надо — маленький пальчик строго поднимается вверх — ты тяжёлый, а папа омега. Не понятно что-ли. — Теперь понятно — кивает альфа еле сдерживая улыбку, — только укол мне папа твой уже поставил и я уже могу сам развернуться, но всё равно спасибо за заботу. Мальчик внимательным взглядом сканирует альфу. Удовлетворённо кивает головой, подхватывает на руки собачку. — Раз можешь сам повернуться, значит я могу уйти. И Тани заберу. Не дыши на него. Собаку труднее лечить. Ясно? Он маленький и знаешь как плачет когда укол ему ставят. Пап, я пошёл. Если нужна моя помощь ты скажи, я приду и всё сделаю. Альфа и омега наблюдают как мальчик уходит. — Хороший у тебя сын — Чонгук говорит это с лёгкой улыбкой, — серьёзный какой и внимательный. — Это да — улыбается в ответ омега, — он моя гордость и моя радость. — и тут же становится грустным. — Я боюсь его потерять. Очень боюсь. — Не потеряешь, обещаю. — альфа осторожно накрывает пальцы омеги, те вздрагивают, но омега руку не убирает. — А давай сегодня распишимся — Чонгук делает неожиданное предложение. — Давай не будем ждать воскресенья. Пойдём и распишемся. — А как же обещанные свидания и ухаживания? — грустно улыбается омега — Разве так можно быстро взять и пожениться. Это нормально? Я думал вы шутите. И вообще, у вас ангина. — Значит ты не поверил. Ясно — качает головой Чонгук, — только скажу ещё раз. Я очень хочу чтобы рядом со мной был именно ты. Как тебе объяснить, как доказать? Знаешь, я ведь не невинный, у меня были отношения. Только они были пресными, недолгими. Всё время чего-то не хватало. А тебя увидел и понял. Другого я рядом не вижу. Давай, попробуем жить вместе. Если ты всё же поймёшь, что я не тот — отпущу, обещаю. А ангина, это пустяк. Твоё присутствие лучшее лекарство. Вот увидишь, к вечеру от простуды не останется и следа. — Слишком быстро всё — шепчет омега. — Страшно. — Давай бояться вместе — альфа заглядывает в глаза омеге, — вместе не страшно. Поверь. — Попробую поверить — шепчет вновь омега, — давай попробуем… Свидание всё же состоялось. Но. Через два дня и в парке. Тэхён был удивлён, что за сутки ангина сошла на нет, но для надёжности всё же продержал альфу в комнате ещё день. Сказать, что Чонгук был против, не-а. Он был доволен. Омега практически не выходил из комнаты. Они много разговаривали и смеялись. Через сутки карантин омега отменил и Чонгук был выпущен на волю, где его ждали Чимин и Юнги, и допрос. Супруги Мин всё ещё не пришли в себя после заявления Чонгука и представления им Тэхёна в качестве супруга альфы. Однако нахождение омеги в течении двух суток в доме, его волнение и ухаживание за альфой, а так же беспокойство за состояние беременного Чимина развеяли все сомнения и супруги приняли и омегу, и мальчика тёзку, и сумасшедшей комочек по имени Тани. Последнему Чимин был особенно рад. Омега всегда хотел завести собаку и никак не мог определиться среди множества пород. Милашка шпиц сразил омегу наповал. А когда Чимин узнал, что этот маленький, неугомонный ещё и такой ответственный в отношении больных, омега просто посмотрел на Юнги. И скажу наперёд — уехали супруги с моря уже с переноской для животных, в которой весело крутился неугомонный комочек счастья Тани младший. Имя не оспаривалось и другие не рассматривались. Допрос Чимин устроил. На экзекуции присутствовали все: Чонгук, Тэхён, Хосок, младший Чонгук и сам Чимин. Однако допрос быстро перетёк в дружескую беседу и омега благословил брата и Тэхёна. А Тэхён… Тэхён был просто счастлив. На пятый день знакомства Чонгук пригласил Тэхёна в местный ресторан. Была приятная атмосфера, вино, тихая музыка и только они, Чонгук откупил весь зал на вечер. После ресторана омега и альфа гуляли по набережной. Когда устали бродить по дорожкам, спустились к морю. Сняли надоевшую за вечер обувь и гуляли под звёздами босиком. Случился смешной казус. Парочка забыла свою обувь, а когда поняли что слишком далеко ушли и не знают где она осталась, Чонгук нёс Тэхёна до дома на руках. Правда на следующий день шипел, когда омега обрабатывал небольшие ранки на подошвах. Но омега обрабатывал аккуратно, да и ещё и старательно надувал щёки обдувая ссадины, чем вызывал тахикардию в сердце альфы. Не обошлось без подколок со стороны язвы Юнги и хихиканий Чимина. Хосок тоже смешно фыркал, но когда он принёс потрепанные волнами туфли, уже хохотал вместе со всеми. Туфли, кстати, Чонгук забрал, не позволил выкинуть. Сказал, что будет их бережно хранить. Что и сделал. Эти туфли омега и альфа будут показывать с гордостью своим внукам и рассказывать историю их потрёпанности, каждый раз меняя сюжет. И вот наступает день, когда альфа стоит перед дверьми местного дворца бракосочетания. Чонгук очень старался держаться, но выходило это плохо. Уже третий букет был безжалостно истреблен пальцами. Предусмотрительный и наученный своим опытом Чимин заказал несколько букетов. С Юнги происходило так же и омега чуть не лишился своего букета, омега опыт учёл, а альфа был благодарен брату. — А если он не придёт? — в который раз Чонгук спрашивал у стоящих рядом Юнги и Чимина, — даже Хосока нет. — Чонгук, — до церемонии ещё есть время, не переживай — терпеливо успокаивал друга Юнги. — Оставь в покое букет, Чонгук — Чимин сердится на брата, который уже распотрошил третий по счёту — что ты будешь дарить Тэхёну? И хватит причитать. От твоих причитаний я опять в туалет хочу. Юнги, проводи меня. — требует от супруга. — А ты — строго смотрит на бледнеющего всё больше брата, — стой здесь и не двигайся, мы сейчас придём. На счёт не двигайся можно было и не говорить. У Чонгука ноги словно к земле приросли. Он не сдвинется с места, боится. А вдруг переместится и тогда Тэхёна не увидит. Мины возвращаются через минут пять и Чимин вздыхает, глядя на брата. — Так он до росписи не дотянет. Юнги, ты Хосоку звонил? — Звонил — спокойно отвечает Юнги, — при тебе звонил. Они уже на подъезде. — Юнги? — омега неожиданно с подозрением смотрит на мужа, — ты почему такой спокойный, а? Тебя вообще ничего не волнует? — Меня волнуешь ты и наш малыш — обнимает омегу альфа и нежно гладит по животу, — остальное мелочи. — Свадьба моего брата мелочи?! — Свадьба твоего брата, это повод наконец-то засыпать спокойно и без слов: «господи, когда же Чонгук уже себе омегу найдёт» — смеётся Юнги. — Это да — тоже смеётся омега. — Эй, я вообще-то здесь — возмущается Чонгук, — хватит говорить обо мне в моем присутствии. — О-о — губки Чимина очаровательно вытягиваются, — ты здесь… я уж думал мы тебя потеряли — и хихикает. — Потеряли не меня — Чонгук смотрит на истерзанные цветы, вздыхает — Мини, я опять букет помял. Есть ещё? — Юнги, букет! — командует омега. Перед Чонгуком возникает новая жертва — И хватит страдать и убивать цветы. Тэхён придёт, не сомневайся. — Мне бы ваше спокойствие — ворчит Чонгук, — а вдруг… — Если ты слово ещё хоть скажешь, то помятым будешь уже ты — грозит брату кулачком омега. — Вон он, твоя тревога, подъехал — и кивает за спину альфы. А дальше как в тумане. Потрясающе красивый омега, немного бледный от волнения принимает свадебный букет, и позволяет увлечь себя в гостеприимно распахнутые двери дворца бракосочетания. Слова согласия, обмен кольцами и первый, робкий поцелуй уже в качестве супругов. Шумные слова поздравления роняющего слёзы радости Чимина и от сдержанного Юнги. Крепкое рукопожатие Хосока и тихое «поздравляю» от супруга альфы Джина. Громкое «Ура!» от тёзки — Чонгука, и тихое, слышное только альфе: «а можно я тебя отцом буду звать?» Слёзы на глазах Чонгука и Тэхёна. Слёзы радости, а не грусти. И лепет Тэхёна «скажи, что я не сплю»… Затем не менее шумное застолье. Не в ресторане с кучей гостей, а в маленьком доме, на зеленой поляне, и только в кругу близких и родных. Праздник для себя, не для толпы. Радость для друзей и родных, не для репортеров. И фотографии, которые сделаны на камеру телефонов самими альфами и омегами. Настоящая свадьба, не фальшивая. Совсем стемнело. Все потихоньку стали расходиться. Первым Юнги увёл уставшего Чимина. Затем уехали Хосок и Джин, прихватив с собой Гуки. Чонгук и Тэхён входят во двор. — Стало как-то тихо — омега чувствует себя неловко. — Да, — соглашается альфа, — я уже привыкать стал к шуму. Что дальше будем делать? — М-м… не знаю — тушуется Тэхён, — я впервые вышел замуж. Что там после застолья… — А я бы на море сходил поплавать — предлагает Чонгук, — ни разу ночью не купался. А ты? — Конечно же купался — фыркает омега и неловкость отступает, — я же живу рядом с морем. У меня даже место любимое есть. — Покажешь? Любимое место омеги оказывается совсем рядом. Ночью море становится особенно волшебным, но куда привёл омега альфу, отличалось от всего что когда либо видел Чонгук. Небольшая бухточка, закрытая со всех сторон скалами, но позволяющим видеть и море и спокойно проникать воде вовнутрь. Здесь не было холодного ветра, вода в самом глубоком месте была по грудь альфе и оказалась волшебно тёплой. А на небольшой площадке оказалось очень удобно было лежать и наблюдать за морем. Море, словно огромное зеркало, отражало звёзды, и вяло плывущую луну, которая окрашивала воду в нежные оттенки серебра. Волны мягко накатывали на скалы и разбивались, взлетая вверх сверкающими брызгами. Лёгкий морской бриз играл с волосами. Воздух был наполнен ароматом соли и водорослей. — Спасибо тебе, Чонгук — голос омеги оторвал альфу от созерцания ночной красоты природы. Альфа повернул голову и посмотрел на сидящего рядом Тэхёна. Звёзды отражались в глазах омеги, а волосы были влажными после купания. — За что? — За то, что… — омега запнулся слегка, — что не спешишь. Что не торопишься… я… — Я понимаю, Тэхён — Чонгук не стал обнимать или хватать за руку омегу, пока ему было и так хорошо — не переживай. Для меня важно то, что ты согласился быть со мной, а обязанности супруга… они подождут. Я не тороплю, правда. Всё хорошо. — Спасибо — прошелестели слова еле слышно. Омега несмело придвинулся к альфе и прижался к тёплому боку. Потом вздохнул и положил голову на плечо замершему Чонгуку… Море казалось безмолвным и таинственным в ночной тишине. Волны теперь звучали иначе — они шептали свои древние секреты, рассказывая истории о кораблях, пиратах и затерянных сокровищах. В их ритме слышался пульс самой природы. Эта ночь навсегда осталась в памяти как момент абсолютного покоя и гармонии с окружающим миром. Каждый звук, каждый шорох, каждый блик звёздного света — всё казалось особенно значимым и настоящим в этом волшебном месте у моря. Спустя время Лёгкий ветерок ласкал лица молодой пары укрывшейся в любимом тайном месте. Здесь никогда никого не бывает, это любимое место пары. Когда-то, много лет назад, омеге понравился альфа и он смог доверить ему своё сердце настолько, что привёл в это место, поверил в любовь. В этом месте омега и альфа проводят все свои годовщины своего знакомства. Как и всегда, омега расстилает покрывало на площадке, теперь уже прикрывает камни, бережет тело любимого от прохлады камня. У пары немного изменилась традиция, они стали приходить чуть раньше, чтобы проводить заход солнца. Поэтому они садятся рядом, прикрывают плечи вторым покрывалом и наслаждаются звуками моря, криками чаек, прикрывают глаза и вспоминают своё знакомство. Ждут когда край солнца полностью погрузится за горизонт и идут купаться. Потом вновь сидят на тёплых камнях, укрывшись одним покрывалом на двоих и любуются ночным небом. Чонгук достаёт термос, разливает по кружкам горячий глинтвейн. Тэхён с благодарностью принимает согревающий напиток, ветерок холодит обнажённые тела. Альфа и омега поздравляют друг друга с ещё одним прожитым счастливым годом. Всю ночь альфа и омега вспоминают счастливые моменты их совместной жизни. Ближе к концу ночи, как и многие года ранее, они снова признаются друг другу в любви. И как только край неба окрашивается в оттенки розового и голубого от восходящего солнца, пара отправляется домой, чтобы отметить годовщину уже с друзьями и близкими, оставив тихий уголок ждать встречи на следующую годовщину любви. Конец Очень надеюсь, что история о море и любви получилась достойной вашего внимания, мои требовательные читатели. Ваши лайки лучшая награда. Отзывы согреют сердце. Спасибо вам, что читаете. Люблю вас всех.