Письма под оливковой рощей

Оставив плетёную корзину с купленными продуктами и прочими вещами на охрану облупившемуся льву без ушей, Лоло заинтересованно, медленными шагами стал приближаться к таинственному зданию, которое видел впервые, несмотря на то, что много где бывал и знал почти каждый закуток приморского городка. Старая деревянная дверь с покосившимися стёклами, грозящими своим видом вот-вот выпасть из рамы, неприятно и достаточно громко скрипнула, открывая Уильяму проход во внутрь большого и невероятно пыльного зала. Дейвисон заглянул нерешительно, с сомнением оглядывая пространство, словно боясь, что оно обрушится на него, стоит ему сделать первый шаг во внутрь. Здание наполняла звенящая тишина, нарушаемая лишь певшими на улице птицами и криками чаек, смешанными с шумом далёких морских волн. Постояв в ожидании около 2-3 минут, шатен всё же решился войти. Тяжёлая дверь за ним с шумом закрылась, подняв с пола несколько слоёв пыли и заставив голубоглазого несколько раз чихнуть в короткий рукав своей одежды. Шмыгнув носом, и поморгав глазами, дабы избавиться от подступивших к ним слёз, Лололошка оглядел зал. Кажется, когда-то это был большой и весьма нарядный холл. На полу лежал старый, частично поеденный молью красный ковёр с золотой вышивкой по периметру, что уже истрепалась и не смотрелась так возвышенно и дорого. Стояло несколько троносов (*высокое и тяжёлое кресло с подлокотниками и высокой спинкой), с лежащими на них пыльными бархатными подушками различных цветов - от красного и золотого, до чёрного и белого. Окна заменяли цветные витражи, изображавшие собой явления из легенд - Лололошка насчитал их около шести. В глубине холла стояла небольшая стойка - вероятно, за ней обслуживали гостей. Подойдя к ней, голубоглазый провёл по поверхности пальцем, оставив длинную полоску, очищенную касанием от пыли. За стойкой было несколько полок, наполненных книгами и свитками. Лоло не стал их трогать, заинтересовавшись длинной винтажной лестницей, ведущей на второй этаж. Ступеньки поскрипывали и жалобно потрескивали под ногами Лололошки, однако их звук не был таким неприятным, как от большой входной двери. Второй этаж представлял из себя бескрайний зал, заставленный высокими стеллажами с книгами и разнообразными свитками. Зал наполнял уличный свет, лившийся вместе со звуком в большие распахнутые окна, доходившие чуть ли не до пола, а на их подоконниках, весьма невысоких, покоились всё те же пыльные, но вероятно, мягкие подушки и свёрнутые валиком ковры и различные ткани. Но неожиданно тишину нарушил звук случайно столкнутой Лололошкой книги, неопрятно лежавшей почти на самом краю стеллажа, а затем звук неторопливых и размеренных шагов, заставивших Дейвисона вздрогнуть и напрячься. Из-за одного из стеллажей неожиданно показался парень, одного роста с Лололошкой, с аккуратно убранными каштановыми локонами, в дорогой и изысканной одежде и позолоченным венцом на голове, схожим с лавровым венком, отображающим его высокий статус, и пронзительным взглядом искрящихся от солнечных лучей карих глаз. В его руках была тяжёлая и старая, на вид, книга, возможно равнявшаяся возрастом с самим зданием. Они переглянулись и Дейвисон растеряно изобразил что-то на подобие поклона. - Не думал... что тут есть ещё кто-то помимо древних фолиантов и призраков прошлого. - пробормотал он, стараясь, чтобы голос не звучал растерянно и глухо. Кареглазый закрыл книгу, продолжая смотреть на незнакомца и словно бы чему-то мысленно удивляясь. - Я тоже. - произнёс он. Лололошка невольно улыбнулся, поднимая упавшую книгу и возвращая её на место. Джон хмыкнул, и в его взгляде промелькнуло что-то тёплое, почти любопытное. Он сделал шаг навстречу, сокращая дистанцию. - Джон. Джон Дейви Харрис. - Лололошка. - представился тот в ответ, наблюдая как Джон убирает свою книгу в первую попавшуюся рядом ячейку в стеллаже между другими изданиями. - Очень приятно. - ответил Харрис. Лололошка почувствовал, как внутри что-то отозвалось на этот тон. Он кивнул, чувствуя, что этот случайный момент в заброшенном зале - начало чего-то, что изменит их обоих. - А ты...? - Что я тут делаю? - продолжил вопрос Лоло кареглазый. - Читаю. По-крайней мере, занимался этим, пока ты не пришёл и не пошумел. - Прости. - Я шучу, Лололошка. - улыбнулся Дейви. - У меня к тебе встречный вопрос, раз уж так всё пошло. - Я... - задумался Уильям на пару мгновений. - Мимо проходил, не поверишь. Шёл домой и случайно забрёл сюда. Не знал, что тут... библиотека. - оглядев пространство, добавил он. - Да... - растянул Джон. - Здание давно заброшено, но тут ещё остались стоящие внимания издания. - И часто ты тут бываешь? - спросил Дейвисон, почему-то неожиданно почувствовав к новому знакомому интерес. Почти как со стариком Андреасом, только куда сильнее. - Ам... да я живу недалеко. Так что да, часто. - пожав плечом, ответил Харрис. - Может, прогуляемся? - неожиданно спросил он. Лололошка на пару мгновений задумался, и, взвесив все «за» и «против», всё же кивнул, соглашаясь. Они спустились по старой лестнице уже вместе. Подойдя к двери, Джон на мгновение остановился и обернулся в пол оборота к Лоло. - Ты закрыл дверь? - приподнял он бровь. Голубоглазый растерянно поморгал. - Она сама захлопнулась, честное слово. А что? Харрис поджал губы и обвёл взглядом ковёр. - Ну... Мы её теперь не откроем. - Почему? - Ну потому что она очень старая и тяжёлая. Если её закрыть до конца, явно не хватит силы, чтобы её отпереть. А учитывая наличие ручки и язычка на двери, чтобы её закрывать на замок, она захлопнулась с концами. Лоло нервно дернул ручку, но та даже не шелохнулась, словно вросла в дверное полотно. Тяжёлое дерево отозвалось глухим, безнадёжным гулом. - Гениально, - пробормотал Джон, потирая переносицу. - Заперты в ловушке из трухи и пыли. Он подошёл к окну, которое до этого казалось лишь источником тусклого света. Стекло было покрыто таким слоем грязи, что казалось мутным, а в углу зияла длинная, острая трещина. Харрис присмотрелся, постучал костяшками пальцев по раме - та жалобно скрипнула, осыпаясь трухой. - Придётся выходить здесь. - он обернулся к Лололошке. - Снимай гиматий. (*верхняя одежда) - Зачем? - не понял тот, но послушно стянул верхнюю одежду. - Накинем на раму. Если просто выбьем стекло, мы перережемся об эти осколки, как колбаса на завтрак. Джон сложил ткань в несколько раз и, примерившись, с силой ударил локтем в центр стекла. Раздался резкий, неприятный хруст, и осколки с тихим звоном посыпались на пол, застревая в плотной ткани. - Давай, лезь первым, - скомандовал он, придерживая края рамы, которые теперь напоминали ощетинившуюся пасть. - Только не дёргайся, там внизу, кажется, старый куст шиповника. Прыгай сразу на дорожку. Лоло зажмурился и, оттолкнувшись, вывалился наружу. Спустя секунду послышался глухой удар о землю и приглушённое ругательство. Джон, не теряя ни секунды, перемахнул через окно следом, едва не зацепившись одеждой за торчащий гвоздь. Приземлившись на мягкую, влажную траву, он тут же вскочил на ноги и оглянулся на библиотеку: тёмный проем окна теперь казался единственным глазом, который с немым укором смотрел им вслед.