Анестетики

как называеться состояние, когда сам себя ненавидишь, но все еще лучше остальних? Трэвис часто задавался этим вопросом, но ответ все еще не получил. В гнилых хрущевках явно есть люди хуже него, но ведь быть лучшим среди худших не очень обнадеживает. Какой шанс того, что тощий пацан с депрессией и шизанутым отцом не повеситься до тридцати? Единственная причина, по которой он это еще не сделал, — это Сал. Хочеться, чтобы этот урод с ублюдским вкусом в музыке сдох раньше него, и, если понадобиться, Трэвису не составит труда задушить Сала и его наркоманов друзей собственными руками. Конечно, Трэвису нравиться представлять, как он задушит этого ублюдка, но, если он опоздает на завтрак, то задушат уже самого Трэвиса руки собственного отца. Хоть сейчас и были новогодние каникулы, которые так ждали его говнори одноклассники и прыщавые одноклассницы, но Трэвис каникулы ненавидел, потому что у отца появлялась возможность тероризировать сына намного чаще. Трэвис ходил на все дополнительные задания, лишь бы не возвращаться домой. Даже с одноклассниками с одинаковыми челками на пол лица было находиться приятнее, чем с отцом. Трэвис посмотрел на часы и, выдохнув, вышел на кухню, где первым же делом увидел картину, которая повторялась из раза в раз, как день сурка. Мать готовила, а отец сидел у себя в кабинете, даже не думая помочь, но Трэвис какого-то хуя должен все и всем, так что, пока мать готовит, он моет посуду. Трэвису ее не жалко даже. Ему никого не жалко, даже себя. Ему жалко только пидора Сала, который выкладывает тупые гейские фанфики под своим именем. Он больной. Возможно, Трэвис тоже больной, раз постоянно вспоминает этого говноря? Да и пусть. Даже если он все таки влюбился в Сала, то это не отменяет того факта, что он его ненавидит его всей душой. Трэвис гомофоб только по той причине, что ему насрать на окружающих и на то, с кем они встречаются.

***

Трэвис наконец-то домыл всю посуду, и, на удивление, сегодня отец оказался добрым и разрешил Трэвису сегодня не идти в церковь на целый день. Скорее всего, он просто решил сегодня опять нажраться в хлам, вот и радостный, но Трэвису и на это тоже посрать. После завтрака Трэвиса выгнали погулять на улицу. «Вот бы сдохнуть от холода», — пронеслось в голове, но, к сожалению, родители не датут ему здохнуть без мучений.

***

Когда он вышел на улицу, первым же делом увидел Сала, который сидел на лавке возле соседнего подъезда. Ощущалось это как красная тряпка для быка, и от этого у Трэвиса сразу поднялось настроение. Блондин усмехнулся и быстрым шагом направился в его сторону, чтоб набить ему гейскую крашеную морду, но, к его несчастью, в этот же момент из подъезда вышел Ларри — в очко ебали. Трэвис споткнулся об камень и не упал, но его уже все ровно заметили. «Кажется, мне сейчас набьют ебало», — подумал Трэвис и оказался прав. Ларри направился в его сторону. Трэвис в свою очередь сделал шаг назад и невольно пожал плечи. — Трэвис. Ларри обошел его по кругу и нахмурился: — Какого хуя ты здесь делаешь? У тебя фетиш доебываться к Салли? Трэвис метнулся взглядом вокруг, и, хоть людей было предостаточно, но помогать ему никто не собирался: — Тебе какая блять разница?.. Где я до него доебываюсь? Я просто хожу. Ларри пнул его по ботинку и махнул головой в другую сторону: — Ну вот и пиздуй отсюда. Ходи подальше отсюда, сталкер мамкин. Хоть Трэвису и хотелось врезать Ларри, но убежать было реально лучшим решением, так что он послушно убежал, а Ларри поржал ему в след и вернулся обратно к Салу. Сал тихо посмеялся под протезом и подвинулся к краю лавочки, освобождая место для Ларри. — Ты вовремя вышел.. Ларри сел рядом и положил руки на колени: — Да что там. Он же слабый додик, что он тебе сделает. Сал улыбнулся и пожал плечами: — Ничего наверное.. не знаю, у него всего пару раз получалось меня ударить. Сал откинул голову, и сразу же послышался недовольный голос Ларри: — Ей, ты что, в наушниках все время сидел! Как жестоко... Сал посмеялся и протянул один наушник Ларри, а тот подвинулся поближе, поскольку провод у наушников был коротковат. Ларри надел наушник и тоже откинул голову на спинку лавочки, уставившись на утреннее небо, где вместо солнца были облака и снег. Но ему так нравилось даже больше. Разве что ни Сал, ни Ларри куртки носить не любили и большую часть зимы ходили в кофтах. Ларри повернул голову к Салу и придвинул его к себе. Сал прижался к нему боком и нахмурился под маской. Что это вообще все значит. Они не встречаются и по сути просто друзья, но в тоже время постоянно обжимались, слушали музыку из одних наушников. Носили вещи друг друга, да и просто не по дружески все это. Страшно и немного грустно от всей этой неизвестности. Может быть, когда нибудь сад наберётся сил и спросит, а может быть, они так и останутся во френдзоне. Сал нахмурился и повернул голову к Ларри, который, судя по всему, смотрел на него все это время. Сал посмотрел ему в глаза и спросил: — Все нормально? Ларри замер и приоткрыл рот, собираясь что-то сказать, но в итоге молчах кивнул и только спустя пару минут все же заговорил: — Я просто так подумал... Все же из-за кое кого.. хотя, наверное, лучше сказать благодаря кое кому, у меня нету прям причин деприсовать и умирать, знаешь... Сал хмыкнул и кивнул: — И кто же это? Ларри прокусил язык и вернул взгляд обратно на тучи: — Забей. Потом расскажу. Сал расстроено поджал губу и кивнул: — Мм... Сал уже понял, что это не про него, и говорить Ларри отказался просто чтоб не расстроить его. Еще пару секунд сад молча пялился на Ларри, но быстро так же вернул взгляд в небо.

***

Трэвис в это время уже сидел дома и пару мину смотрел на это все с окна, но нахмурился и быстро задернул шторы. Окутывало такое желание — одновременно и ревности, и желание свернуть обоим шею. Трэвис сам описать это чувство не может, но в какой-то степени он понимает, что просто завидует, да и свернуть шею он не сможет никому. Толи боиться, толи в душе все еще осталась капля здорового разума, что это определенно ненормально. Все же в блондине изредка просыпается осознание того, что это все плохо, но что уже сделаешь. Все и так плохо. Может, правда уже стоит перестать придумывать оправдания своим поступкам и правда просто повеситься? И ведь никто даже не заметит. Друзей у него толком нету, кроме какого-то семнадцатилетнего пацана, у которого Трэвис покупает дурь на все деньги, что у него есть. Но вряд-ли даже он заметит пропажу Трэвиса, поскольку в девяносто процентов времени он накуренный и последнее, на что обратит внимание, — это на то, кому он продает шмаль.