Гнев Драконов

Северный ветер тянулся вдоль исполинской ледяной стены, неся с собой колючий снег и промозглый холод. Серое небо низко нависало над землей, а за Стеной медленно расползалась белесая мгла, скрывая бескрайние леса и заснеженные холмы. Внизу темнели ряды деревянных строений Ночного Дозора, конюшни, кузницы и длинные бараки, над которыми лениво поднимался дым редких очагов. Чуть дальше раскинулся лагерь южан — потемневшие от снега шатры, грязь, вытоптанная тысячами ног, и усталые люди, неожиданно для себя оказавшиеся среди льда и ветра. Станнис Баратеон, законный, как он сам считал, король Семи Королевств, медленно шел по боевому ходу внешней крепостной стены Черного Замка, осматривая с высоты свою армию. Зрелище навевало некоторую печаль. Еще совсем недавно под его знаменами собирались десятки тысяч человек. Теперь от тех сил остались одни воспоминания – всего полторы тысячи последовали за ним на Север. Внизу между шатрами горели редкие костры. Люди старались жечь меньше дров — припасы приходилось беречь. Кто-то зашивал старую потрепанную одежду. Кто-то точил оружие, которое уже вряд ли придется использовать против Ланнистеров. В лагере, а их за свою жизнь Баратеон повидал немало, было очень тихо. Один этот факт уже говорил о многом. Эти люди пошли за ним после Черноводной. И продолжали идти до сих пор. Да, это были опытные ветераны. Да, они были ему преданы по-настоящему. Но слишком уж мало их было. Да и боевой дух оставлял желать лучшего. Горстка людей, проигравших свою войну и не слишком веривших, что судьба подарит им еще один шанс. Впрочем, здесь, на Севере, дела вроде бы пошли на лад. К нему охотно, хоть и тайно, присоединились силы лорда Мандерли. Союз с этим северным домом обеспечил его войска столь необходимым серебром и припасами. Его армия переставала быть толпой проигравших и снова становилась силой. Мысли Станниса перешли к женщине, чей совет и привел сюда его вместе с останками армии. Мелисандра. Заклинательница теней, оказавшаяся на деле жрицей нового для Вестероса бога. Рглора, Владыки Света. Раньше Станниса сложно было назвать религиозным человеком. Прямой, практичный, привыкший в жизни руководствоваться людскими законами и здравым смыслом, он не видел для себя реальных причин верить в байки септонов. Кому, когда и чем реально помогли молитвы Семерым? Нет, все эти сказки – лишь утешение для черни, людей, в силу рождения вынужденных вести скромную и тяжелую жизнь. Надежда на то, что за подобную жизнь им непременно воздастся в посмертии – один из тех столпов, на которых держалась власть лордов. Вот пусть септоны и обратят свои призывы к этой самой черни, а господ оставят в покое. Так Станнис считал, пока не познакомился с Мелисандрой. Бог, чьей слугой была эта женщина, отличался от тех, кому поклонялись в Семи Королевствах. Станнис не знал, существует ли Рглор на самом деле или все, что демонстрирует Мелисандра – всего лишь магия. Но какая разница, если это работает? Да, слуги этого бога требовали гораздо большего от своей паствы. Но ведь и давали гораздо больше! Вполне справедливо, как считал Баратеон. Костры, возводимые в ночи жрецами Владыки Света, вопли заживо сжигаемых жертв, приносимых ими своему божеству, выглядели дико даже для прошедшего многое Станниса. Его войску подобное тоже боевой дух не поднимало. Но… Ситуацию, в которой он оказался, последний Баратеон понимал прекрасно. Надеяться ему было не на кого. Из людей. Остатки его армии, сейчас сидевшие под стенами Черного Замка и тихо жаловавшиеся друг другу на тяжелую жизнь и жестокость жрицы, ничем ему не помогут. Они уже никому помочь не в силах, даже самим себе. Что оставалось делать в такой ситуации? Только уповать на высшие силы, которые, к тому же, уже успели доказать собственную полезность. А если он все же проиграет окончательно — что останется Ширин? Каменный остров? Долги семьи? Имя и клеймо проигравшего? Или же просто смерть? Размышления Станниса прервало появление сира Давоса. - Письмо, Ваша Милость. - Письмо? От кого? - Отправителем значится некий Тихо Несторис из Браавоса. Гонец… Станнис жестом оборвал дальнейшую речь своего слуги, взял в руки переданный ему свиток, привычным жестом сломал восковую печать с неизвестным ему оттиском. Его Милости Станнису из дома Баратеонов, Железный банк Браавоса подтверждает получение сведений о вашем прибытии на Север. Банк с сожалением вынужден отметить, что нынешняя власть в Королевской Гавани не демонстрирует достаточной надежности, как заемщик. Война истощает доходы короны. Поступления из западных земель нестабильны. Морская торговля нарушена. Ряд обязательств исполнен не был. При подобных обстоятельствах банк считает разумным поддерживать связь с иными претендентами, способными обеспечить устойчивость управления Семью Королевствами. Нам известно о вашем положении. Нам также известно, что человек, сохранивший твердость после поражения, зачастую оказывается полезнее того, кто проявляет уверенность до первого удара. Если Ваша Милость намерены продолжать борьбу за Железный Трон, наш банк готов предложить свое содействие. Прошу Вас дождаться меня в Черном Замке Ночного Дозора. Тихо Несторис представитель Железного банка Браавоса Прочитав это послание Станнис сухо хмыкнул себе под нос. - Хорошие новости, Ваша Милость? – Проявил обычно несвойственное ему любопытство сир Давос. - Может быть и так, сир. Может быть и так. – Проговорил король, занятый своими мыслями. Железный Банк решился сделать ставку на него? С чего бы вдруг? Не знают его реального положения? Сомнительно… Опять же, они сами пишут, что им все известно. Тогда в чем дело? Смерть Тайвина, вести о которой уже успели дойти до Севера… Да, это может быть ответом. Давнего и надежного партнера, фактически правившего Семью Королевствами, банкиры лишились. Малолетний бастард на Железном Троне, очевидно, не кажется им надежной ставкой. Как и его истеричная мамаша. Да. Это меняло дело. С таким союзником за спиной, с ресурсами, которыми располагал Железный Банк, уже можно было на что-то надеяться. Нет, банкиры не дадут ему армию и не выиграют за него войну. Но серебро покупало зерно, корабли, наемные клинки и время. А времени у Станниса почти не осталось. - Сир Давос, где сейчас Джон Сноу? - Полагаю, в своем кабинете, Ваша Милость. - Думаю, стоит поздравить нового лорда-командующего с удачными для него выборами. И услышать наконец ответ на мое предложение. - Прикажете сопроводить вас, Ваша Милость? - Да, это будет уместно. Кабинет нового лорда-командующего оказался именно таким, каким и представлял его себе Станнис Баратеон. Холодным, тесным и лишенным любых признаков роскоши. Джон Сноу поднялся навстречу вошедшим. Черная одежда висела на нем чуть мешковато — новый глава Ночного Дозора был еще слишком молод для своего звания. Но держался прямо. И смотрел без суеты, спокойно и твердо, удивительно напоминая этим Эддарда Старка. Ну и упрямство, конечно. Черта, которую Баратеон рассмотрел в молодом парне еще при первой встрече. - Ваша Милость. Станнис коротко кивнул. - Лорд-командующий. Секунду они молча смотрели друг на друга. - Поздравляю с избранием. - Благодарю. - Значит, ваши братья решили, что именно вы должны вести их навстречу смерти. Джон слегка нахмурился. - Надеюсь, не только навстречу смерти. - Оптимизм полезен. Иногда. Станнис прошелся по кабинету, остановился у окна. - Сир Давос сообщил мне о результатах выборов. Раз вы избраны, значит, повторю свое предложение в последний раз. Джон молчал. - Сложите черное. Станьте Джоном Старком. Я помогу вам вернуть Винтерфелл. Тишина. - Нет, Ваша Милость. Я действительно сожалею. Станнис даже не обернулся. - Вы хорошо подумали? - Да. Ответ не изменился. Король медленно повернулся. - Вы отказываетесь от дома. От имени. От власти. Ради чего? Джон выдержал взгляд. - Ради клятвы. - Клятвы. В голосе Станниса не было насмешки. Только усталость. - Забавная вещь, клятвы. Люди очень любят прикрываться ими, когда боятся принимать решения. Джон напрягся. - Я не боюсь. - Неужели? Станнис сделал шаг ближе. - Ваш отец нарушил клятву королю ради того, что считал правильным. - Он поступил в соответствии с честью. У меня ситуация совсем другая. - Почему? В чем отличие? Пауза. Молодой волчонок не знал, что ответить, но продолжал демонстрировать упрямство. - Эддард Старк поднял восстание. Нарушил закон. И дал королевству шанс спастись. Джон опять ничего не ответил. Станнис продолжил уже спокойнее: - Я предлагаю вам не титул. Он посмотрел прямо в глаза Джону. - Я предлагаю вам Север. - Север уже занят. - Болтонами? Сноу опять не нашелся с ответом. - Вот именно. Вы понимаете, что стоит на кону. Понимаете, во что Болтоны превратят ваш край. Король отвернулся. - И все же вы отказываетесь. - Да. Тишина. Потом неожиданно Станнис кивнул. - Хорошо. Джон явно ожидал другого. - Хорошо? - А чего вы ждали? Что я прикажу вас повесить за упрямство? Он усмехнулся краем рта. - Я предложил. Вы отказались. Значит, будем работать с тем, что есть. И уже у выхода остановился. - Вот только запомните одну вещь, лорд-командующий. Джон поднял взгляд. - Теперь ваши люди — лишь ваша забота. Как и та свора одичалых, что вы привели из-за стены. Станнис посмотрел в окно на лагерь. - Мои солдаты останутся здесь ненадолго. Я найду им дело. А вы найдите дело своим. Он уже выходил, когда бросил через плечо: - И еще одно. Джон вопросительно поднял голову. - Не повторяйте ошибку вашего отца. - Какую именно? Станнис открыл дверь. - Не путайте честь и долг. Уже направляясь в предоставленные ему местным кастеляном покои, Станнис все еще думал о прошедшем разговоре. Старки… Даже не так, скорее уж вообще – северяне. Грубые, упрямые, необразованные дикари. Мало чем отличающиеся от тех, кто живет по ту сторону Стены. Кичатся своей честью, верностью слову, но предают не реже всех остальных. Проблема была в том, что эти люди были ему нужны. А заполучить их верность он мог, только лишив власти над Севером Болтонов, поддерживаемых Ланнистерами. Как это сделать? Единственный шанс – посадить в Винтерфелле кого-то из лояльных ему Старков. Только Старка Север примет в качестве своего Хранителя без вопросов… Но единственный имевшийся в наличии даже не Старк, а кандидат в таковые, только что отказался. Что ж – теперь придется заняться поисками других. Оказавшись в небольшой комнате с жарко натопленным камином, Станнис снял с плеч тяжелый теплый плащ и раздраженно отбросил его в сторону. Все же разговор с этим малолетним северянином изрядно его раздосадовал. Позади послышалось шуршание ткани. Резко обернувшийся Баратеон увидел заходящую в комнату Мелисандру. Вошедшая женщина двигалась бесшумно и удивительно плавно для человека, проводившего столько времени в дороге. Высокая. Выше большинства женщин Семи Королевств. Стройная, но без болезненной худобы — в ее движениях чувствовалась скрытая сила и уверенность человека, привыкшего, что окружающие уступают дорогу сами. На ней, как обычно, было красное платье. Не яркое, не кричащее, а глубокого темно-алого оттенка, напоминающего угли в очаге за минуту до того, как их раздуют. Ткань выглядела дорогой, плотной и удивительно легкой для столь холодного края. Ни меха, ни подбитых шерстью накидок она не носила даже здесь, у Стены. Поверх платья — узкий пояс из темной кожи без украшений. Единственным украшением оставалось ожерелье. Крупный рубин в оправе из красного золота лежал чуть ниже ключиц и будто жил собственной жизнью — в отсветах камина внутри него временами вспыхивали крошечные алые искры. Лицо жрицы трудно было назвать идеальным по меркам художников из Вольных городов — слишком острые скулы, слишком прямой нос, слишком внимательный взгляд. Но стоило ей заговорить или просто посмотреть на собеседника — недостатки исчезали. Глаза были странными. Красные — так говорили многие. Станнис считал иначе. Не красные. Скорее темно-карие с каким-то теплым отблеском, словно внутри отражалось пламя. Самым необычным были волосы. Густые, длинные, цвета полированного красного дерева с медными отблесками. У огня они казались почти живыми. Король вдруг поймал себя на мысли, что за все время знакомства ни разу не видел Мелисандру замерзшей. И ни разу — растрепанной. - Тебя что-то беспокоит, мой король? - Да. Женщина спокойно остановилась у огня. - Джон Сноу? Станнис недовольно скривился. - Ты уже и мысли читать научилась? - Нет. Просто ты рассчитывал получить Север быстро. Он не ответил. Мелисандра слегка улыбнулась. - И не получил. Станнис подошел к столу, налил себе воды. - Этот мальчишка делает ошибку. - Возможно. Ответ удивил. Он поднял взгляд. - Только возможно? Красная жрица пожала плечами. - Он выбрал свой долг. Станнис резко поставил кружку. - Свой долг? Он посмотрел на нее тяжелым взглядом. - За Стеной собирается нечто, способное уничтожить весь этот мир. У меня полторы тысячи людей. У него несколько сотен черных братьев. А он цепляется за клятвы. Мелисандра спокойно выдержала взгляд. - Разве ты сам поступаешь иначе? Тишина. Станнис медленно отвернулся. Она продолжила: - Разве ты не потерял почти всё именно потому, что не смог отказаться от того, что считал своим долгом? Он ничего не ответил. Женщина подошла ближе. - Ты считаешь себя законным королем. - Потому что так и есть. - Даже сейчас? Он резко повернулся. - Что ты хочешь этим сказать? Она посмотрела прямо в его глаза. - Что ты держишься за Железный Трон так же, как Джон держится за свою черную одежду. Несколько секунд стояла тишина. Потом Станнис неожиданно усмехнулся. Коротко и невесело. - Красиво сказано. Он сел. - Вот только есть разница. - Какая? Он поднял взгляд. - Если Джон проиграет — погибнет Ночной Дозор. Несколько сотен бывших преступников, воров и убийц. Еще пауза. - Если проиграю я — погибнут все. Мелисандра долго молчала. Потом тихо сказала: - Поэтому я и говорю тебе оставить это место. Станнис нахмурился. Она подошла к огню. - Ты ищешь союзников среди людей. Ищешь золото. Ищешь армии. Она посмотрела в пламя. - А враг уже идет. Станнис устало потер переносицу. - Опять это. Что по-твоему я должен сделать? Поскакать ему навстречу? С теми остатками армии, что сейчас мерзнут под стенами? Как мне биться с твоим Великим Иным? Она повернулась. - Он не мой. Пауза. - Я видела снег. Тьму. Мертвых. Он раздраженно махнул рукой. - Ты это говоришь с того дня, как появилась. - Потому что это правда. Тишина. Потом Станнис вспомнил письмо. - Сегодня пришли новости из Браавоса. Мелисандра едва заметно улыбнулась. - Я знаю. Он посмотрел внимательно. - Ты знала заранее? Она качнула головой. - Нет. Потом добавила: — Но я знала, что Владыка Света не оставит Азор Ахая без помощи. Станнис долго молчал. Потом медленно произнес: - Тогда скажи мне вот что. Она подняла глаза. - Если твой бог такой могущественный… почему он послал мне банкира, а не армию? Она не отвечала долго, смотрела в огонь, будто бы пытаясь увидеть там ответ. - Возможно, потому, что даже богам нужны руки, чтобы менять мир. Снова повисла тишина. Баратеон подошел ближе к женщине, взглянул в яркое пламя, горевшее в камине. - Что ты видишь в огне? - Я вижу победу. - Чью? Она не ответила сразу. Эта пауза его насторожила. - Твою, конечно. Ты Азор Ахай. Ты был избран Владыкой Света. Станнис промолчал. Люди за Стеной были врагами. Опасными, но понятными. Они всего лишь хотели жить. Гораздо хуже были те, кто верил. За окном завыл ветер. Где-то за Стеной собирала свои силы вечная ночь. А на юге лорды все еще спорили, кому принадлежит Железный Трон.