Семь вопросов до рассвета

Звонкий стук моих каблуков отчетливо отбивался от светлого кафеля в подъезде. День выдался бесконечно долгим. Очередная изнурительная сессия с Элианом вытянула из меня последние силы, и единственным желанием было как можно скорее оказаться дома. Снять эти проклятые туфли. Умыться. Забраться под свежие простыни и хотя бы на несколько часов забыть обо всем. Я раздраженно нажала на кнопку лифта, мысленно ворча, что ждать его придется вечность — второй подъемник в доме сломался еще неделю назад. Когда двери наконец разъехались, я облегченно выдохнула и зашла внутрь. Нажала кнопку своего этажа и прислонилась к стене. Тишина. Никого из соседей. Никаких бессмысленных разговоров о погоде, ремонте или чужих собаках. Моя социальная батарейка давно показывала ноль процентов, и даже вежливая улыбка сейчас казалась непосильной задачей. Я уже почти расслабилась, когда перед самым закрытием дверей между створками появилась мужская ладонь. Лифт недовольно пискнул, двери остановились и медленно разъехались обратно. А затем в кабину вошел он. Легион. Он появился так, будто этот обшарпанный лифт принадлежал именно ему. Спокойный, уверенный, раздражающе невозмутимый. Руки спрятаны в карманы брюк, темный пиджак небрежно распахнут, на лице — та самая самодовольная полуулыбка, которую мне хотелось стереть. От него пахло ночным воздухом, сигаретным дымом и знакомым парфюмом. Тем самым, который почему-то всегда заставлял меня напрягаться сильнее, чем хотелось бы. Двери закрылись с тяжелым металлическим звуком. Лифт дернулся и медленно пополз вверх. Легион встал справа от меня, чуть впереди, демонстративно глядя куда-то в сторону, словно мы были совершенно незнакомыми людьми. Я закатила глаза. — Что ты здесь делаешь? — настороженно спросила я, прожигая его спину взглядом. Клянусь, если бы я и вправду могла это сделать, от него осталась бы только кучка пепла на грязном полу. — И я рад тебя видеть, моя милая жница, — отозвался он, слегка повернув голову. Ровно настолько, чтобы я могла отчетливо увидеть его издевательскую ухмылку. — Я серьезно. Что тебе нужно? Я чертовски устала и не в том настроении, чтобы терпеть твои глупые выходки. — Почему сразу «нужно»? Может, я просто хотел… Договорить он не успел. Под нашими ногами что-то оглушительно хрустнуло. Кабина резко, со страшным металлическим скрежетом дернулась и замерла мертвой хваткой где-то между четвертым и пятым этажами. Я потеряла равновесие. Каблук соскользнул, тело подалось вперед, и прежде чем я успела что-либо сделать, мои ладони уперлись в спину Легиона. Он даже не качнулся, будто вместо человека передо мной была стена. Только натянувшаяся ткань пиджака и ощущение твердости мышц под пальцами напомнили, что это не камень. Свет над головой моргнул. Раз. Другой. А затем погас. Темнота накрыла нас мгновенно. Она была настолько плотная, что я перестала понимать, где заканчивается кабина и начинается пространство вокруг. — Твою ж мать… — первое, что вылетело из моих губ. — Ты в порядке? — его голос прозвучал неожиданно близко. — Ага, — выдохнула я, поспешно убирая руки от его спины и нащупывая позади себя холодную стену. — Насколько это вообще возможно. Послышался сухой шорох, и вскоре лицо Легиона тускло осветилось экраном телефона. — Сети нет, — коротко бросил он. — Вызови диспетчера, — потребовала я, всматриваясь в его резкие черты в синеватом отсвете мобильного. Он послушно нажал на желтую кнопку на панели. В ответ из динамика раздалось лишь мертвое, глухое шипение. Этот лифт не меняли, кажется, со времен постройки дома. — Не работает, — констатировал Легион. — Блять… — я тоже вытащила свой телефон, взглянула на пустые палочки антенны и обреченно вздохнула. — У меня сети тоже нет. Что делать? Легион вместо ответа повел себя совершенно непредсказуемо. Он спокойно опустился прямо на пол, вытянув длинные ноги в узком пространстве. Экран его телефона погас, я заблокировала свой, и кабина снова погрузилась в абсолютную тьму. — Ждать, — послышался снизу его невозмутимый голос. — Будем пробовать звонить еще раз чуть позже. Рано или поздно кто-нибудь вызовет мастера. Но, похоже, мы тут на несколько часов так точно. Перспектива стоять на шпильках, пока Легион вальяжно отдыхает у моих ног, казалась чистым издевательством, но и опускаться на грязный пол в приличном платье не хотелось. Я замерла, не зная, что делать, как вдруг снизу донесся тихий шелест снимаемой одежды. — Садись, — сказал Легион, негромко похлопав ладонью где-то внизу. Словно прочитав мои мысли, он снял свой дорогой пиджак, который, судя по всему, стоил как этот лифт, и расстелил его, чтобы я могла сесть.  Моё упрямство на секунду капитулировало перед ноющими от усталости ногами. Чертыхаясь про себя, я аккурасно опустилась на ткань, случайно задев плечо Легиона рукой. Касание обожгло сквозь тонкую ткань платья. — Спасибо, — тихо буркнула я, поспешно убирая руку и усаживаясь поудобнее. — Надо же, моя милая жница умеет быть благодарной, — в его голосе, долетевшем справа, послышалась мягкая, почти кошачья усмешка. Я почувствовала, как он лениво откинул голову назад, прижимаясь затылком к стене. — Я тронут. — Не обольщайся, — отозвалась я, крепче обнимая свои колени, чтобы ненароком снова его не коснуться. В замкнутом пространстве становилось душно. — Это просто вежливость. Исключительно из уважения к чужому имуществу. — Ну разумеется, — хмыкнул он. Очередной шорох подсказал, что он чуть пошевелился, устраиваясь удобнее, и теперь его плечо находилось всего в паре сантиметров от моего. В темноте это расстояние казалось микроскопическим. — И чем же ты планируешь заниматься следующие несколько часов в этой глухой коробке, Тесса? Пытаться перемолчать меня? — Именно, — буркнула я, утыкаясь подбородком в колени. — Собираюсь насладиться тишиной. И тебе советую. — Плохая идея, — вкрадчиво протянул Легион, и по интонации я поняла, что он задумал какую-то очередную пакость. — У меня в запасе вечность, а твоё терпение лопнет уже через полчаса. К тому же, сидеть без дела скучно. Предлагаю сыграть. Я напряглась, инстинктивно вжимаясь спиной в стену. — Какая еще игра? Что ты задумал? — Семь вопросов, — его голос стал тише, глубже, зазвучав совсем рядом. — Самых честных, уродливых и неудобных. Один вопрос от меня — один от тебя. Врать нельзя, молчать тоже. Всё равно нас никто не слышит, так почему бы не поговорить откровенно? Он замолчал, оставляя последнее слово за мной. Напряжение между нами сгустилось. Я слышала его ровное дыхание и понимала, что он ждет моей реакции, уверенный в своей победе. Я уже открыла рот, чтобы послать его к черту, но слова так и не сорвались. В конце концов, выбора у меня все равно не было. Несколько часов в темноте, без телефона, без возможности выйти... И тут я всерьез задумалась. А почему бы и нет? Что я вообще о нем знаю, кроме его бесконечных издевок и тайн? Это, возможно, мой первый и последний шанс узнать его получше, нащупать его собственные больные точки и понять, что творится в его голове. — Хорошо, начинай. В ответ послышался тихий, вкрадчивый смешок Легиона. Он явно остался доволен моим ответом. — Смело, — одобрил он, и я почти физически ощутила, как его невидимый взгляд сфокусировался на мне. — Тогда... вопрос первый, моя милая жница…