Все киборги не любят тестировочные стенды

Дженсен возвращался в Шариф Индастриз, вполне довольный проведённой операцией и предвкушая, как он будет разбираться с добытыми файлами. Правда, вначале нужно было решить ещё одну маленькую проблему. — Притчард, я зайду к тебе? — тронул он висок. — Ты со мной за эти два часа не наобщался? — в словах явно слышался намёк «я вот с тобой — вполне». Увы, откладывать вопрос до завтра не стоило. — У меня что-то координация барахлит. Посмотришь? Ещё полчаса назад это было едва заметное отклонение и сотые доли секунды тормозов. Такое могло бы и подождать. Но проблема явно прогрессировала, и пока Дженсен выбирался из чужого офисного здания, глюки становились всё заметнее. Сейчас ему приходилось уделять некоторое внимание, чтобы его не заносило влево, а мизинец и безымянный палец на правой руке иногда непроизвольно подрагивали, от этого отвлекая. Притчард ожидаемо не обрадовался. — Дженсен, сколько раз говорить, я тебе не кибернетик. И не твоя личная техпомощь. Ты вообще, судя по геолокации, только что прошёл мимо клиники «Протез», какого туда не зашёл? — Не люблю их. — Почему это? У тебя там VIP-страховка от компании, полный сервис. Даже кофе, небось, предлагают. — Предлагают, — стиснул зубы Дженсен, сосредотачиваясь, чтобы попасть в турникет и не снести его. Контроль за словами при этом несколько подвёл: — А потом раскладывают на этом их чёртовом кресле. — Ты предпочитаешь, чтобы я разложил тебя прямо на рабочем столе? У меня, уж прости, больше негде, — не упустил такой оплошности его собеседник. От привычных ядовитых фраз стало даже полегче, но всё же Дженсен, секунду подумав, решил ответить честно, а не встречной подколкой. — Ты меня при осмотре не отключаешь. А они — всегда, даже на банальной диагностике. — Ну что ты. Предпочитаю, чтобы ты по полной наслаждался ощущениями. Это было правдой, Притчард всегда быстро и будто между делом подправлял что-то «на живую», не укладывая в наркоз. У него и нечем, наверное, было — откуда бы. Да, порой это было больно, но зато быстро, и Дженсен хотя бы понимал, что с ним делают. А то он однажды уже оказался без сознания в чужих руках… И проснулся после этого «совершенно другим человеком», спасибо, больше не хотелось. Хакер тем временем продолжал язвить: — А ты не пробовал, ну не знаю, не смотреть на них таким взглядом, будто хочешь шею свернуть? Может, они просто предпочитают не рисковать к тебе подходить без фиксации. — Хочешь сказать, тебя на диагностиках они не отключали? Притчард фыркнул — как Дженсен «совершенно случайно» знал, свою диагностику хакер тоже предпочитал делать по возможности сам. Но врать он не стал, только отмахнулся: — Это у них просто стандарт процедуры. «Для комфорта пациента». — И как, комфортно? — продолжил давить Дженсен. Притчард в инфолинке запыхтел ещё сильнее. И сдался: — Ладно, приходи. Так и быть, подержу тебя за ручку в процессе. *** Когда Дженсен зашёл в кабинет, то сразу заметил необычную пустоту на столе. Никакого хлама, даже монитор чуть сдвинут, и ни единого батончика — на что он, если честно, немного рассчитывал. При взгляде на него Притчард растянул губы в максимально ехидном оскале и с намёком похлопал рукой по столешнице. Вот же мудак, а… На это нужно было достойно ответить, но, как назло, мысли не складывались в достаточно острую фразу — слишком большой ресурс внимания уходил на то, чтобы удерживать в рамках всё сильнее гулявшую координацию и не сносить собой стены и двери. Поэтому, лишь мгновение поколебавшись, он решил, что действие тоже будет отличным ответом — и, скинув плащ, без возражений разлёгся прямо перед хакером. Дёрнувшийся глаз он заметить успел, но не более: Притчард тут же взял себя в руки и явно начал планировать ответные меры. Ну и пусть, лечь и расслабиться, перестав воевать с собственным телом — с кибернетической его частью — оказалось внезапно хорошо. — Какой ты сегодня… сговорчивый, — попытался уколоть Притчард, но в ответ получил только довольное «угу» — то есть, явно не то, на что он рассчитывал. Так что он взял паузу, поводил над его протезами диагностом, хмыкнул и начал разматывать провода. В клиниках подключали уже после препарата, ну или где-то на самой грани уплывающего сознания, в чём, видимо, и заключался «комфорт». Не то чтобы это было так уж физически неприятно — хотя в какой-то мере было. Куда сложнее было осознавать, что сейчас та часть, которую ты так старательно пытается считать «собой», в чём убеждаешь себя день за днём, может в любую секунду оказаться под полным чужим контролем. Или отключённой. Дженсен помнил, как он впервые увидел «свою» руку, выполняющую действия по командам калибровочной программы, хотя в остальном он чувствовал её как обычно. От ощущений выворачивало, особенно учитывая, что это было начало его реабилитации — ему тогда ещё много с чем было сложно. И можно не сомневаться, тот случай отбросил его адаптацию на приличное время назад. Возможно, это было настолько заметно, что ему и перестали позволять «сознательные» осмотры. Хотя кто их знает, может, и правда стандарт, а как раз тогда было его нарушение — Дженсен был VIP-клиентом, и он очень настаивал. Притчард обычно обходился беспроводной диагностикой и локальной калибровкой конкретного импланта, без подключения к управляющей системе. У Дженсена вообще было подозрение, что вместо калибровки он просто нагружает внешний контакт мощным разрядом, чтобы имплант ребутнулся, а дальше Страж здоровья доделывает всю работу. Иными словами, принцип «выключить-включить» — сам же говорил, что он хакер, а не кибернетик. Но доказать это Дженсен не мог. Притчард тем временем уткнулся носом в экран, старательно игнорируя лежащее перед ним тело. — Правую руку вытяни вперёд, — скомандовал он. — Сожми в кулак. Поверни. Расслабь. Локоть опусти. Целиком. Теперь левую. Спасибо Дженсен говорить не планировал, но оценил. Через программу диагностики команды проходят быстрее и чётче — и оценке движений не мешают мелкие неточности, которые всегда может допускать человеческий мозг. Но Притчард, очевидно, что-то понимал. И даже не стал тыкать во внезапно обнаруженную уязвимость. Хотя бы на практике, на словах-то он точно сейчас отыграется. Или нет? Ещё поднятая рука постепенно как-то потяжелела, удерживать её стало сложнее, будто перегруженную на тренировке. Только бионические протезы не умели уставать. Дженсен скосил взгляд: неужели и правда опустился до такой мелкой пакости? Хотя бы фак тогда уже скрутил, как-то несерьёзно. Но Притчард щурился и увлечённо клацал клавишами, кажется, вообще забыв о его существовании. — Опускать можно? — напомнил о себе Дженсен. — А? Да, можно. Полежи вообще спокойно. Только ничего не запускай. Ладно… Лежать было хорошо. Ничего не запускать при этом — так и вовсе прекрасно. Первые минут десять. Потом стало скучновато, плюс то ли от усталости, то ли от духоты он стал немного уплывать. Ожесточённый стук по клавишам над ухом этому только способствовал. Дженсен снова скосил глаза: нет, здесь точно очень душно, Притчард вон сидит какой-то бледный. Он немного всмотрелся, и на его желание мгновенно среагировала КАСИ, проводя первичный анализ. Чёрт, Притчард же просил не запускать ничего… Впрочем, судя по тахикардии, которую она рисовала хакеру — КАСИ тоже нещадно глючило. Дженсен торопливо её отключил. Мысли тянулись медленно и неспешно, будто увязая во времени. Вентиляция… он же точно на этой неделе её проверял. Ну в смысле, пользовался. Не вздумал же хакер её как-то перекрыть? Батончиков ему, что ли, жалко. Это было бы крайне глупо — на грудь уже откровенно давило. Дженсен хотел поднять руку, чтобы потереть глаза… и не смог. Об этом, кажется, стоило сказать. Но не успел: Притчард резко вскочил, дёргая из компьютера провода — грубо, не за штекер, чего за ним никогда не водилось. Он, наоборот, грозился некоторым руки за такое оторвать. И так же резко, вместе с запутавшимися волосами, рванул с головы резинку. — Мне нужно прямое подключение, — коротко выплюнул он. Проинформировал — не спросил. Ну приехали. Дженсен, вообще-то, на такое не подписывался, и если это какая-то дурацкая шутка… Про это сказать он тоже не успел: хакер вогнал штекер себе в затылок чётким и отработанным движением. И это был… безусловно новый опыт. Компьютер ощущался как-то нейтральнее — зря Дженсен раньше на него гнал. Притчард рухнул обратно в кресло, вцепляясь пальцами в подлокотники и больше не глядя в монитор — не было необходимости. Зрачки у него были во всю радужку, как у чёртового наркомана в приходе. Моргать он тоже забыл, уставившись в одну точку. — Какого хрена ты тво… — всё же попытался возмутиться Дженсен, но посреди короткой, в общем-то, фразы у него внезапно не хватило дыхания, и пришлось её прервать. С некоторым трудом набрав в грудь воздуха, он уже внимательнее отнёсся к подбору слов: — Ты не делаешь… лучше. — Это не я, это долбаный вирус, — зло выдохнул хакер. — Что? — Не отвлекай! — рявкнул он, продолжая сверлить взглядом пустоту перед собой. Дженсен благоразумно заткнулся, но теперь куча вопросов металась у него в голове, прорываясь сквозь туман от нехватки воздуха. Что это она, а никакая не духота в кабинете — теперь не было сомнений. Его грудная клетка, полностью заменённая по причине несовместимых с жизнью травм, управлялась как и любой другой имплант. «Железные лёгкие» были уникальным проектом Шариф Индастриз и спасали его уже не раз, куда лучше живых справляясь и с нагрузками, и с отравляющими веществами. А по рекламным слоганам были ещё и неуязвимы для болезнетворных бактерий и вирусов, хотя в его случае с ними и так расправлялся Страж здоровья. А вот перед вирусом компьютерным они, похоже, оказались вполне уязвимы. Как и другие импланты, которые явно уже далеко не все работали. Но проверять он боялся, опасаясь этим помешать Притчарду, который сейчас ковырялся в его системе… в его заражённой вирусом системе — до Дженсена внезапно дошло — в прямом, мать его, подключении. И вряд ли его антивирусная защита в чём-то лучше, чем у Дженсена — Притчард за этим тщательно следил, присылая пакеты обновлений чуть ли не каждые пару дней. Так какого… Притчард внезапно закрыл глаза, откидываясь на спинку кресла и даже немного сползая. Дженсен ощутил запоздало накатившую панику, но тут его грудная клетка наконец сделала полный вдох. И ещё один. И ещё — без какого-либо контроля с его стороны. Насыщенная кислородом кровь ударила по мозгам не хуже крепкого виски, вызывая головокружение и растекающуюся по телу эйфорию. Но вот говорить, никак не управляя дыханием, всё ещё было довольно проблематично. Тем временем Притчард, не открывая глаз, потёр рукой лоб и сказал: — Сейчас всё перезагружу, и будет нормально работать. Переживи уж разок. И свет вокруг погас. Очнулся он резко, не как после лекарств, но противное ощущение, что он что-то пропустил, всё равно имело место. Провода уже были убраны, неизменный хвост хакера — завязан, хоть и кривовато. Сам он снова пялился в монитор, что-то жуя. Не иначе как импланты подкармливал. Импланты! Дженсен резко сел — и на удивление у него это получилось. Даже не закружилось ничего, не задрожало. Тело слушалось как всегда идеально. А вот нервы, кажется, были ни к чёрту — их ему проводами заменить не додумались. — Ты какого хрена творил?! — с ходу начал он. — Выполнял свои прямые обязанности, — оскалился хакер, даже не переведя на него взгляд, — обеспечивал кибербезопасность сотрудников компании. Которые то пароли на стикере к монитору прилепят, то подключатся неизвестно куда, решив, что загружать данные прямо в башку удобнее, чем на флешку. Ну блин, в Дженсена нейроимпланты что, для красоты напихали? Он всегда так системы взламывал — и раньше проблем не было. Впрочем, он и не про это собирался спрашивать. — Зачем ты ко мне напрямую полез? — О, прости за твою утраченную кибернетическую девственность, ситуация вынуждала. Если захочешь жаловаться — учти, что в твоём контракте априори стоит согласие на любые манипуляции по настройке и диагностике. В том числе, по моему усмотрению. Дженсен тот контракт со всеми его «галочками» проклял уже давно, в нём и похуже пункты были. Хотя, конечно… Но опять же, вопрос был в другом. — Я не про это, — встряхнул он головой, начиная закипать. — Что за отбитые методы — ты же мог сам напороться на вирус. Одно дело запустить его в компьютер, и совсем другое… — Ты меня ещё и информационной безопасности учить будешь? — Притчард наконец посмотрел на него и изогнул бровь. — Я, по-твоему, что, вирусов в жизни не видел? Ты не поверишь, я их даже сам писал. И куда покруче, чем эта мелочь. От моего бы ты так долго не проползал — аж через полгорода протащиться успел, пока он всерьёз за систему взялся. — Это всё равно не оправдывает риска… — Дженсен, мать твою, ты идиот?! — ноздри хакера опасно раздулись. — Если бы вирус оказался у меня в системе и отрубил импланты, я максимум бы головную боль заработал, а успей он дожрать твои жизнеобеспечивающие системы — и ты за две минуты бы сдох нахрен! И Шариф бы меня тогда по головке не погладил. А теперь убери свою задницу с моего рабочего стола и наконец свали ко всем чертям! С этой стороны Дженсен ситуацию не рассматривал. Просто ещё не успел. И да, Шариф бы его… потере точно бы не обрадовался. Слишком многое в него вложено, и Притчард это отлично знал. Подетально. Может, и правда всё было не так страшно, это он себя накрутить успел. Ну там кислородное голодание, отключение имплантов, перезагрузка ещё эта чёртова — сложно ситуацию трезво оценивать, надо бы вначале в себя прийти. — Ладно, — выдохнул он, слезая со стола, — возможно, я преувеличиваю, но я же тоже за твою безопасность отвечаю. — Физическую, а не кибернетическую, не лезь на мою территорию, — отрезал хакер. — Не буду, — не стал спорить Дженсен, направляясь к двери. — И кхм… спасибо, что всё починил. — Пожалуйста, — припечатало его в спину. — Больше не обращайтесь. *** Едва дверь закрылась, Притчард заблокировал её с компа, отрубил инфолинк и погасил монитор. Ещё бы и свет погасить, но на компьютере доступ не был настроен, делать его сейчас — сил не было, а вставать… Если Дженсен кое-как доковылял сюда на непослушных ногах, то у Притчарда сейчас этот подвиг повторить бы не получилось. Не из-за вируса, конечно, у него-то ноги были органические. Просто не держали. Пока он действовал, то не позволял липкому страху мешать своей концентрации. Стычка с Дженсеном, необходимость держать лицо ещё немного оттянули этот момент. Но теперь его накрыло мощнейшей отдачей. Насчёт мелкого вируса он, конечно, соврал: эта дрянь оказалась злобной, живучей и очень стремительной. Вымотала до предела, почти всё время заставляя ощущать себя отстающим, каждую секунду, несмотря на все усилия, выигрывая пространство в системе, неумолимо отжирая у чужих имплантов проценты функциональности, сводя их к нулю. Пока он не рискнул сократить цепочку доступа на один компьютер. Насчёт головной боли — тоже ложь. Единственная правда, что, в отличие от Дженсена, он бы действительно не сдох. Но итоговой целью вируса было физически вывести из строя железо, и достань он до его нейроимплантов, лежащих посреди нежных органических мозгов… Притчард пытался не представлять — получалось так себе. Но во время работы он это просто учитывал, а не думал. Как, кстати, и о Шарифе и его мнении. Это он уже сейчас для Дженсена изобрёл. А тогда только старательно гнал от себя мысль, что если б Дженсен чуть лояльнее относился к «Протезу»… У них на приёме вряд ли нашёлся бы достаточно умелый хакер. И достаточно отбитый. Скорее всего, они — как Дженсен сейчас — даже не успели бы ничего понять.