Одна из них. Возвращение

      Впервые за долгое время возвращаясь домой, девушка окинула взглядом раскинувшиеся перед ней снежные холмы. Прищурившись от порыва пронизывающего ветра, она подняла выше ворот толстого шерстяного плаща и натянула шляпу ниже, скрывая лицо от солнца и холода.       Втянув носом сырой воздух, коснулась пятками боков лошади, посылая её вперёд, вниз по склону.       Вдали виднелся очередной городок, улицы которого уже жили своей жизнью. Проходя этими самыми улицами, Вивьен с её спутником привлекала взгляды прохожих, на что уже давно не обращала внимание.       Оказавшись у местного трактира, она спешилась. Занемевшие от долгой езды ноги тут же отозвались противным покалыванием, отчего девушка слегка поморщилась. Отпустив поводья и выпрямившись, она потёрла шею, разминаясь и потягиваясь, пока тело привыкало к движению. Окинула взглядом округу.       Заметив внизу глядящие на неё янтарные глаза четвероногого друга, склонила голову в его сторону.       Недостаточно высокий для волка и чересчур серый и массивный для обычной собаки, полуволк-полупёс уже ждал возможности подкрепиться, почти по-щенячьи глядя то на хозяйку, то на обходящих его стороной местных.       Девушка хмыкнула сама себе. Взяв лошадь под уздцы, подвела к колодцу. Набрав воду, поставила ведро рядом. После отступила на шаг назад, похлопав по вороной шее, приглашая верную спутницу выпить и отдохнуть.       Напоить — напоили, теперь пора заняться поиском еды.       Прикупив с небольшим запасом овса и оставив Жанну с её лакомством, Вивьен прошла к трактиру. Заказав две порции, осталась ждать на улице. Лоуэлла пускать, как обычно, не захотели, значит, можно пообедать и здесь. Благо, погода пока позволяла.       Девушка остановилась около входа в заведение, оперевшись спиной на каменную стену и подняв глаза к небу.       Ветер там гнал облака, то скрывая высокое солнце, то вновь выпуская из-за туч. Будь погода такая же, как и утром, Вивьен бы всё же скрылась от мокрого снега в помещении, а Лоуэллу достала место в каком-нибудь амбаре. Однако надо пользоваться возможностью. Февраль во Франции не слишком-то радует такими светлыми днями.       Через несколько минут Вивьен уже сидела на одной из бочек, в стороне от входа в трактир, чтоб не мешать своим видом постояльцам, выбирая что-то более съедобное в тарелке.       Ногу слегка толкнули. Она глянула на уже расправившегося со своей порцией пса, пристально следящего за ней, явно намекающего на добавку с её доли.       Вивьен спокойно отвернулась, игнорируя гипнотизирующие её глаза, слишком живые и тёплые для опасного хищника. Через пару минут всё же сдалась, отложила ему почти объеденную от мяса кость, и Лоуэлл, ловко её поймав, так же быстро расправился и с ней.       Он ещё немного посидел, всё надеясь на новое угощение. Через время, видимо, всё же понял, что больше поблажек не будет, так что просто тяжко вздохнул, уложив тяжёлую голову вместе с лапой прямо на сапог девушки.       Уголки рта дрогнули в полуулыбке, но посмотреть на него сейчас снова означало дать надежду на её новую милость. Как раз этого, с оставшимися деньгами, Вивьен позволить себе не могла.       Доедая свою кашу, девушка по привычке перевела внимание на улицу и горожан. Кто-то спешил по своим делам, кто-то ругался с соседкой из-за украденных яиц, где-то бегали дети, крича и смеясь. Лоуэлл от подобного то и дело ворчал, водя ушами.       Вид на улочки вдруг загородила зеленоватая карета, из окна показалось миловидное светлое личико молоденькой девицы, с почти детским интересом оглядывающей прохожих.       Вивьен напрягла память, вспоминая. Знакомое лицо. Кажется, день назад эта мадемуазель останавливалась в том же постоялом дворе, что и она. И до этого ещё раз. Но Вивьен её тогда обогнала, выехала раньше на несколько часов, и вот — они снова пересеклись.       Лоуэлл рядом тоже поднял голову, принюхиваясь. Видимо, и он отметил нечто знакомое.       Не важно. Вивьен всё равно вскоре продолжит путь, а вот богатым девицам нужен более долгий отдых. Так что вряд ли они снова пересекутся...       Девушка так и сделала. Через час снова выдвинулась в дорогу. Выйдя с городка, пустила лошадь рысью по накатанной телегами дороге, превратившейся в серую кашу. Отрываясь от шума горожан, стремясь дальше, к тихим, белым просторам полей и лесов...       Лоуэлл тоже поначалу бежал следом, а после свернул к голым кустам и лесу, выбирая свой, только ему известный путь, оставляя за собой лишь следы волчьих грязных лап на снегу.       Пока он отошёл и набрался сил за время отдыха, можно и ускориться. Большая часть пути уже пройдена, до Парижа оставалось всего ничего, и Вивьен торопилась поскорее добраться домой.       Девушка чуть крепче сжала поводья. В груди копилось неуёмное нетерпение, заставляя всплывать мысли об одном и том же, предугадывая то, что может ждать её дальше.       Как примет её место, которое она привыкла называть домом? Как отнесётся капитан? Ответа на своё письмо она так и не дождалась, так что, не исключено, что её приезд окажется сюрпризом. Будет ли де Тревиль рад её возвращению, или отнесётся нейтрально?       Что-то на краю сознания подкидывало ещё вариант — что, если она со своими желаниями и возвращением окажется обузой?       Но рациональная часть сознания твердила ей, стараясь успокоить, что капитан Тревиль не из таких, а ненужных ему людей, он вовсе не выбирает и не принимает. А значит, от неё был какой-то толк.       Остаётся только надеяться, что она сможет пригодиться и сейчас. А если нет... А если нет, то она найдет в себе силы идти другой дорогой, искать свой собственный, новый путь. Даже оставаясь привязанной к этому...       К вечеру пришло время остановиться на ночлег.       Проследив за тем, чтобы Жанна была хорошо накормлена, и найдя местечко для ночёвки Лоуэлла, Вивьен заказала комнату и себе, а оставшись одна, наконец смогла ненадолго расслабиться.       Сбросить с себя походный мужской костюм... Тяжёлый тёмно-зелёный плащ, уже намокший от снега, повесить просохнуть вместе со шляпой, стянуть высокие сапоги и размять затёкшие икры и ступни.       Умываться пришлось наскоро и почти холодной водой. Длинные пальцы, потрескавшиеся от холода и дороги, коротко прошлись по лицу и шее, окатив их водой. Вытираться она не стала, с недавних пор брезгуя полотенцами от местных заведений — просто стряхнула лишнюю воду с рук.       Почти на ощупь нашла в сумке гребень. Одним движением распустила пучок густых, почти черных волос, позволив им опуститься до самых лопаток. Зарылась пальцами в пряди, слегка массируя голову, не сдержав блаженного вздоха. Как хорошо, когда больше ничего не давит и не тянет...       Через несколько минут, развалившись на не самой чистой кровати, в плотной льняной рубашке и походных широких штанах, девушка подняла темные глаза на серый потрескавшийся потолок. Невольно сравнивала свою жизнь сейчас, с прошлой.       Всего три недели назад она жила в роскошной вилле, ходила в дорогих платьях, получая уйму комплиментов, носила неудобные высокие прически, жила в комнате с видом на раскидистые холмы, ела самые различные деликатесы, и даже зимой, время от времени, грелась в солнечных лучах. Вивьен даже не задавалась вопросом, почему и правильно ли она сделала, что променяла это всё, на долгий путь домой... На пронизывающий до костей ветер, снег, мороз, дождь, и вечные туманы и слякоть. На вновь заострившиеся линии щек, ноющую спину, ощущение липкого пота, огрубевшую кожу... Она только иногда удивлялась сама себе, но ни разу не сомневалась в этом решении.       Дворцы, званые ужины, занятия для высшего общества... Она от них отвыкла. Куда проще в сражении следить за тем, как противник держит шпагу и куда в следующий раз ударит, чем выискивать фальшь в милой улыбке, прячущейся за бокалом вина и комплиментами.       Вивьен уже несколько месяцев нестерпимо тянет домой... В гарнизон, полный королевских солдат, где всё просто и понятно. Есть товарищи, есть приказы, есть враги, и есть шпага. И пусть такая жизнь тяжелее... Только в ней Вивьен чувствовала себя живой.       Долгие, цепляющиеся одну за другую мысли, мешали, но одновременно убаюкивали. Воспоминания успокаивали, и Вивьен сама не заметила, как провалилась в сон.       Поутру собралась быстро. Как и всегда, впрочем. Однако выезжала позже привычного времени — на улице уже рассвело. Только из-за туч и утреннего тумана видимость была ужасная, будто на мир опустились вечные сумерки. Неудивительно, что она проспала.       Выходя во внутренний двор трактира, она поправила шляпу, опуская пониже, скрываясь от лишних глаз и ветра. Направилась к конюшне, быстро оседлала Жанну и подозвала Лоуэлла.       Только вот того на месте не оказалось.       Нахмурившись, Вивьен вывела лошадь на улицу, окинула двор взглядом. Четвероногий друг оказался у знакомой зелёной кареты, обнюхивая её и обходя со стороны. Девушка подошла ближе, собираясь забрать его и отчитать, однако застыла, прислушиваясь.       За каретой слышалась возня, а после взволнованный мягкий тихий голос:       — Благодарю, месье, у меня уже есть сопровождающий...       — И как же он... такую мадемуазель... Ещё и одну оставил?.. Непоря-ядок... — от глухого скрежета и спутанности, с которым протянул мужчина эти слова, Вивьен передёрнуло.       Внутри всё похолодело. Оставив лошадь, она лёгкой тенью скользнула за карету.       Застыв на месте, окинула взглядом прижавшуюся к двери девушку, и напирающего на неё круглого низкого мужичка.       Вытянувшись и расправив плечи, как на построении, Вивьен ещё сильнее натянула шляпу на лоб, подняла подбородок выше, стремясь выглядеть крупнее. В два шага оказалась подле девушки, открыла дверцу экипажа. Постаралась сделать голос как можно холоднее:       — Прошу прощения за задержку, мадемуазель.       Девушка в первую секунду растерянно хлопнула глазами, затем быстро спохватилась, взявшись за протянутую руку, поднялась в карету.       — Ой, я уже заждалась, благодарю, Жак, — она неловко посмеялась, усаживаясь. Вивьен тут же закрыла дверцу, на всякий случай отрезая девицу от событий на улице.       Мужчина, оказавшись близко к Вивьен, попятился. И без того низкого роста, на таком расстоянии он и вовсе казался незначительным.       Видимо, он и сам это понял, так как принялся спешно извиняться, как только взгляд его упал на рукоять шпаги, торчащую из-под плаща.       — А я... А я тут... Помог, вашей госпоже! Проследил, чтоб никто, никак... В ваше отсутствие... Что же вы, нельзя такую даму одну бросать...       Он отошёл дальше, и, всё ещё бормоча оправдания, быстро скрылся за углом дома.       Вивьен ещё несколько секунд смотрела в ту сторону, пока её не отвлёк шумный вздох:       — Ох... Ну и навязчивый же попался. Большое спасибо, вы так мне помогли... Могу ли я узнать имя своего спасителя? — девушка улыбнулась, говоря неожиданно бодро для той, кто только что мог оказаться в опасности.       Вивьен приподняла шляпу и глянула на девицу, негромко ответив:       — Вивьен.       — Вив... Ой, погодите, вы что же... — девушка склонилась чуть ближе, словно стремясь рассмотреть, затем тихо охнула и прикрыла рот от удивления. На её губах расцвела поражённая улыбка, — Так вы... Вы же девушка!..       Позади Вивьен появился волк, толкнул её руку мокрым носом, будто подгоняя.       Юная девчушка глянула на пса позади, затем улыбнулась ещё шире, будто встретила давнюю знакомую:       — Ой, а мы же с вами виделись уже несколько раз, помните? По дороге сюда, останавливались в одних и тех же местах...       Вивьен слегка улыбнулась её говорливости, кивнула, подтверждая. Она тоже её узнала. Лёгкие светлые кудри и совсем юный нежный профиль с изящными чертами чётко отпечатались в памяти за всего пару случайных встреч.       — Судя по всему, нам по пути. Куда же вы направляетесь?       Девушка отошла вместе с Лоуэллом, подозвала ближе Жанну, намереваясь уже ехать, на ходу ответив:       — В Париж.       Девица всплеснула руками:       — Ой, надо же! И мне туда же.       Вивьен тем временем уже запрыгнула на лошадь. Мягко произнесла, глянув на девушку:       — Будьте в следующий раз осторожнее в такой длинной поездке. Не выходите без своего сопровождающего, особенно в темное время суток.       Она согласно закивала, как ребенок, и быстро проговорила:       — Не буду, не буду, после такого... Уж поверьте.       Из трактира наконец показался кучер. Заметив странного путника, подошёл ближе к своей подопечной:       — Всё в порядке, мадемуазель?       — Да-да, всё уже хорошо...       Вивьен двинулась дальше по дороге, остаток разговора она почти не слышала, только вежливо сказала на прощание:       — Удачной дороги.       Однако, спустя несколько минут, позади послышался цокот копыт. Карета её догнала, пристроившись в один темп с ней. Из окна вновь показалось миловидное личико:       — Простите, а вы что же, всю дорогу вот так вот, верхом, на лошади? Я тут подумала... Я ничего не могу предложить вам в благодарность за своё спасение, но, может, вы хотите поехать со мной? Будете моей спутницей, и вам легче, и мне спокойнее, — она улыбнулась так мягко, будто сама уговаривала ребёнка.       Вивьен помедлила, позволила себе вежливую улыбку:       — Спасибо, за предложение, но не хочу вас стеснять.       — Ну что вы, вы нисколечко не стесните, места полно, а со мной больше никого нет!..       Вивьен посмотрела на своего волка, немного подумав, всё же покачала головой:       — Не могу оставить своего друга одного, а идти без перерыва ему сложно. Мы вас задержим.       Девица тоже устремила взгляд на крупного пса. Её улыбка на миг пропала, она рассматривала животное как нечто диковинное. Раздумывая, даже не заметила как закусила губу, но несколько секунд спустя осторожно спросила:       — А этот ваш... Друг... Не кусается?       — Не кусается, если не трогать, — она мягко качнула головой.       Девушка оживилась:       — Тогда пускай едет с нами!       Вивьен заметила, как голова кучера нервно дёрнулась в их сторону, услышав подобный вердикт, но мужчина всё же промолчал. Сдерживая свою улыбку, она наконец сдалась, всё же принимая предложение.       Спешившись, привязав Жанну и запустив Лоуэлла вперёд, сама вскоре тоже оказалась в карете.       Волк, будто доказывая своё послушание, спокойно лёг на полу, и глазом не поведя в сторону новой спутницы. Опустил лохматую морду на лапы, пока Вивьен села напротив девушки.       Та, от вида новых знакомых, прямо-таки засияла.       Кажется, поездка в таком месте обещает быть не менее долгой, чем верхом...       Дальнейшая дорога и впрямь ощущалась долгой. Но ни капли не скучной.       Холод и сырость, от которых хотелось сильнее укутаться в плащ, окружающую тьму в углах кареты и её мерное покачивание, разбавляли непрерывные разговоры.       Амели Морель, как Вивьен узнала, только сев в карету, то и дело цеплялась то за одну тему, то за другую, выглядывала в окно и говорила обо всем, что видела.       Вивьен же наблюдала за ней с лёгкой снисходительностью, молча удивляясь её активности и количеству энергии.       Даже Лоуэлл внизу чуть опустил уши и тяжко вздохнул, слушая щебет Амели. На что губы Вивьен сами дрогнули в ещё большей улыбке, которую она тут же скрыла, тоже повернувшись к окну.       — Ой, а вы, кстати, в Париж по делу направляетесь? — Амели перевела взгляд с окна на девушку.       Вивьен подозревала, что та спросила только чтобы продолжить тему и рассказать за себя, но всё же ответила честно:       — Можно сказать, направляюсь домой.       — Ох, так вы были в путешествии!.. — она всплеснула руками, её лицо озарилось ещё большим интересом, — Или по делам? Судя по вам, вы давно едете, так устали... Далеко вы были?       — Ездила по работе за границу.       — А куда конкретно? И что же у вас за работа? Простите, за бестактный вопрос, просто вы... Вы ведь одеты вот так... И я всё думаю... — Амели разволновалась, смущённо опустила глаза, сцепив руки и сжимая их вместе.       Вивьен покачала головой, заверяя её:       — Ничего, вы не первая, кто интересуется подобным. Я... — девушка немного запнулась, подбирая слова, — Служила солдатом, в некотором роде... Поэтому хожу вот так. Это куда практичней. По заданию ездила во Флоренцию.       Взволнованное личико Морель вновь перестало что-либо омрачать, она с явным интересом продолжила:       — Ну надо же! Там наверное так красиво и солнечно... А вот я никогда не выезжала за границу... Я, в общем-то, вообще никуда не выезжала из своего городка, — она неловко пожала плечами и повернулась к окну, её взгляд вдруг стал чуть рассеянным, словно неуверенным, — А теперь вот, еду в Париж... Так волнительно!       Вивьен поинтересовалась в ответ:       — И по какой же причине вы сами едете?       — Ой, как хорошо, что вы спросили... Мне совсем не с кем поделиться!.. Дело в том, что у меня довольно запутанная и сложная история вышла... Так получилось, что я жила у дяди, вернее, он мне больше приходится не родным дедом, но это не столь важно... — её глаза блуждали по полу кареты, она снова принялась заламывать ручки, сжимая перчатки на них, — Я считалась сиротой, но вот, всего пару месяцев назад, как раз на мое пятнадцатилетие, мне пришло письмо... И вы не поверите, от кого!       Вивьен наблюдала за ней с лёгкой улыбкой. Волосы пятнадцатилетней девицей озарились выглянувшем солнцем, стали прямо-таки золотые, а темно-бордовый плащ добавлял тепла образу. Голубые глазки Амели уже сияли от волнения.       Девушка не смогла удержаться и не поддержать разговор:       — И от кого же?       — Мне написала моя матушка!.. — девчушка выпалила это с таким всплеском эмоций, что на миг сама смутилась, быстро прикрыв губы рукой, стараясь сдержать всё, что волновало её. Затем продолжила уже чуть тише, — Оказалось, что у неё при моем рождении возникли проблемы... И... Её родители не хотели, чтобы она меня воспитывала... Так вышло... Что она считала меня погибшей, но на самом деле меня отдали её дяде... И вот, совсем недавно, матушка вернулась из-за границы, прибыла в Париж... И дядя написал ей, рассказал обо мне...       Амели путалась в словах, и пока рассказывала даже слегка запыхалась, продолжая бегать взглядом с одного угла кареты, в другой.       — И что же ваша матушка ответила?       Амели, будто вопрос Вивьен придал ей сил и сосредоточенности, снова глянула на свою спутницу:       — Она была потрясена... И, кажется, очень рада... Мы какое-то время ещё общались... И вот теперь, она пригласила меня к себе!.. Прямо в Париж! Представляете? А я вот не могу поверить...       Вивьен мягко вздохнула, наблюдая за метаниями девушки:       — Вы очень ждёте встречи с ней?       Морель подняла на неё робкий взгляд, затем, тоже улыбнувшись, тихо выдохнула:       — Да... Но... Признаться честно... Ох, мне так неловко... Я ведь совсем её не знаю... Не знаю даже, как к ней обращаться... Даже не представляю, как она выглядит... Конечно, по письмам, она кажется замечательным человеком!.. И, как бы там ни было, она моя мама...       Вивьен поддержала:       — Думаю, ваша встреча пройдет хорошо. Если уж она пожелала увидеться, значит, и впрямь дорожит вами.       Амели тут же поддержала:       — Ну конечно хорошо!.. Она уже столько для меня делает... За эти последние два месяца, я получала подарков больше, чем когда-либо в жизни, — она неловко засмеялась.       Затем, будто вспомнив, быстро вытянула из-за ворота золотую цепочку. Раскрыв ладонь, показала изящный медальон с голубым камушком. Голос её понизился, наполнился ещё большим теплом:       — Вот... Это мамин... Она писала, что носила его в моём возрасте... Я обычно храню его вместе с письмами, так как такую дорогую вещь сложно носить каждый день... Но сейчас, в путешествии, он будто бы придает мне сил, и позволяет чуть меньше сомневаться, — девушка снова смущённо улыбнулась, — Глупо, верно?..       Вивьен покачала головой, ответила той же спокойной улыбкой:       — Вовсе нет. Видимо, матушка вас очень любит и действительно ждёт встречи с вами, раз дарит такие вещи, — она отвела взгляд. Открытость Амели заставляла волноваться за неё же, так что девушка продолжила серьезнее, — Но впредь, лучше удержитесь, и не показывайте подобное незнакомцам. Такая вещь часто привлекает разбойников, а вам, как юной девушке без должного сопровождения, стоит быть осторожнее.       Амели растерянно хлопнула глазами, затем покраснела, быстро спрятав украшение. Согласна кивнула, немного нервно поправляя ворот и золотистые кудри:       — Да-да, вы правы... Я совсем не подумала... А ведь дядюшка предупреждал меня, просил не болтать попусту... А я всё равно вам уже всё высказала, — Морель снова засмеялась и, будто стараясь унять свое беспокойство, вновь устремила взгляд в окно, к густой линии серого леса на горизонте.       Вивьен мягко склонила голову, будто успокаивая ребёнка:       — Ничего. Но ваш дядюшка прав, в следующий раз лучше быть осмотрительней.       Амели согласна кивнула и будто бы чуть расслабилась от её слов, немного опустив плечи. Затем, зацепившись за следующую тему, продолжила:       — Ну, в следующий раз я вряд ли поеду без сопровождения, и наверняка не скоро. Задержусь у мамы, поживу с ней... А там, она меня точно не пустит без охраны. Так что за следующий раз переживать явно не стоит. Она и так взяла расходы на себя, за эту поездку... Я ей так благодарна...       — И всё же.       Амели согласно кивнула.       Настало несколько минут тишины. Взгляд Морель снова цеплялся то за окно, то за дверцу кареты, то упирался в пол или стену напротив, пока девица явно о чем-то раздумывала. Может, искала новую тему для разговора?       Видимо, всё-таки выбрав одну, она снова посмотрела на Вивьен:       — А ваши родители? Далеко живут? Как они относятся к тому, что вы... Ну... Такой работой занимаетесь?       Вивьен опустила глаза, задумавшись над ответом.       Не то чтобы Амели застала врасплох с таким вопросом — тему родительства она уже подняла, так что Вивьен волей-неволей сравнивала наивную девушку с собой пятнадцатилетней, вспоминая те времена и родителей. Но всё же такого вопроса в лоб она не ждала.       Вздохнув и пожав плечами, будто тема нисколечко её не цепляла, ответила:       — Меня тоже можно назвать сиротой.       Амели тут же прикрыла рот руками, глянув с неподдельной жалостью и сочувствием:       — Простите меня, ради бога, мне не стоило спрашивать...       Вивьен тут же улыбнулась её реакции, покачав головой:       — Не беспокойтесь, они не погибли. Просто... Мы уже слишком давно не пересекались.       — Отчего так?       — Это долгая история, — постаралась ответить как можно мягче и тоже принялась рассматривать белые пейзажи за окном.       Обижать своей холодностью столь милого ребёнка ей не хотелось. Но и рассказывать свою историю от начала до конца, как сделала сама Морель, она не могла.       Амели замолчала, понимая, что влезла не в своё дело. Пока сама Вивьен не могла отделаться от всплывающих мыслей.       Действительно ли они живы? А брат с сестрой? Всё ли в порядке? Как живут сейчас? За десять лет могло столько всего измениться...       Но не смотря на лёгкое волнение, копошащееся внутри, она понимала, что давно отпустила это. Не желала ворошить прошлое, не желала искать, влезать в это... То, что происходило с ней сейчас, её вполне устраивало. А её давняя семья должна жить своей жизнью, не задумываясь и не вспоминая о когда-то якобы почившей дочери.       Дальнейшая часть поездки проходила спокойно. Амели продолжала развлекать Вивьен самыми разными рассказами и историями, и обе отвлеклись от волнующих их тем.       По ходу разговора Вивьен всё больше узнавала о девушке. И то, что настоящая фамилия девушки оказалась де Сорель, и что жила она в небогатом сельском домике, а её дядя управлял фермерским хозяйством, и то, что боялся брата. Оттого и послушался его — присматривал за девочкой, помалкивая и боясь выдать себя. Узнала так же, что сейчас дела идут не очень, они не богаты, а её мама им очень помогает.       Спустя ещё несколько часов дороги Вивьен ощутила, как в карете постепенно стало чуть теплее. От стен перестало тянуть холодом, за окном стих ветер, а дневной свет разбавлял ощущение сырости и мрачности. Воздух внутри стал комфортнее. А когда они повернули, и солнечные лучи упали на саму Вивьен, слепя глаза, она даже не стала отворачиваться и прятаться от них. Сидела, наслаждаясь редким теплом.       За последние несколько недель это стало роскошью. При том, что ей ещё повезло. В этом году зима оказалась не столь суровой — более сырой и влажной, чем обычно бывает. А прояснившаяся погода давала надежду на скорый приход весны.       К вечеру всё снова поменялось. Третья остановка за день создавала ощущение, что Вивьен куда-то опаздывает, и что можно было бы ехать быстрее. Однако она давно не ощущала такого комфорта и уютной компании. Пожалуй, со времён, как выехала из Тосканского герцогства. Потому опускала мысль о том, что могла бы добраться быстрее, оставляя радость за то, что под конец пути ей встретилась такая компания.       Всё равно до Парижа оставался всего пару дней езды... Она ещё успеет, спешить ей уже некуда..       На ночь остановились рано, ещё не успело стемнеть. Не так, как привыкла делать Вивьен. Вокруг только-только опускались сумерки, а с неба еле заметно моросил дождь.       Для отдыха девушка сама выбрала постоялый двор, решив, что так удобнее, особенно для её новой знакомой, которая была готова разделить с ней комнату. Так и шанс того, что ночлег будет заметно лучше предыдущих, значительно повышался.       Вивьен вышла из кареты первой, по привычке обвела взглядом местность, подала руку спутнице.       — Ой, как же похолодало... — Амели вышла из кареты, вся сжавшись и потирая ручки в розоватых перчатках.       Вивьен с еле заметной улыбкой согласилась:       — Будем надеяться, что здесь сможем отогреться.       Оставив Лоуэлла у входа, они обе зашли в трактир.       Хозяином оказался пухлый высокий мужичок, с густыми, но уже поседевшими усами. Новых гостей он радушно принял, а вот на вопрос, может ли Вивьен запустить Лоуэлла, неодобрительно покосился в сторону полуволка, выглянувшего из-за двери.       — Пёс, и в моей гостинице?       — Это обученная служебная собака. Вреда он не причинит, — настояла Вивьен.       Мужчина, Теодор Гарро, как они узнали, поставил руки в боки, присматриваясь к зверю. Слегка склонив голову и нахмурив густые брови, тихо заговорил:       — Что-то ваша собака, больно смахивает на волка.       Вивьен тут же ответила, удержавшись от того, чтобы закатить глаза:       — Всего-то схожий окрас.       Часто этого объяснения хватало. Хоть внешний силуэт с далека и впрямь выдавал в животном дикого зверя, многие, стоило присмотреться, терялись, замечая его менее вытянутую морду с более округлыми ушами, массивные плечи и лапы, не такую уж густую шерсть как для лесного хищника. А знакомясь с повадками, так и вовсе нехотя соглашались, что это точно пёс.       Гарро же поджал губы, так что они вовсе скрылись за усами, после покачал головой:       — Простите, не могу. Будь вы одни, я б пустил, но а так... Он мне всех постояльцев распугает!       Вивьен коротко вздохнула и кивнула.       — Тогда мне две порции похлёбки.       Мужчина заулыбался, хлопнув руками:       — Вот это можно! У меня лучшая еда, нигде в округе такую не найдете! — и направился к кухне.       Вивьен вернулась к Амели. Та уже прошла к своей комнате, а теперь, увидев свою спутницу, счастливо улыбнулась, подбежав ближе:       — Ой, не зря вы настояли на этом месте! Там, где я останавливалась последние дни, было вовсе не так удобно... Грязно, холодно... А в некоторых комнатах ещё и крыша протекала! — девушка взяла Вивьен под руку, — Ну, да вы и сами знаете. Хорошо всё-таки, что мы вместе поехали, да?       Вивьен неосознанно накрыла её руку своей, кивнула:       — Верно, хорошее место. Теперь, когда вы оставили вещи, спустимся поужинать?       Амели быстро и согласно закивала, ещё крепче обняв её руку.       Сев и дождавшись еды, Вивьен, вопреки привычке, осталась и ела с девушкой. Не красиво будет, если первым делом, она пойдет кормить Лоуэлла, а её бросит в одиночестве.       Похлёбка и впрямь была неплохая, обе девушки остались сыты и довольны.       Вивьен, то и дело, посматривала в сторону двери. Внутри заворочалось чувство несправедливости, что она тут уже ест, а Лоуэлл нет.       Быстро вернув внимание обратно в свою тарелку, она напомнила себе, что до отъезда так и было. И это было нормой. Но, кажется, за время дороги у неё стали просыпаться старые привычки...       Видимо, заметив её метания, Амели с улыбкой вздохнула:       — Вам вовсе не обязательно сидеть здесь со мной. Нужно ведь покормить... Эм.. Луэля..?       Вивьен улыбнулась, покачала головой, исправляя:       — Лоуэлла, — затем вздохнула, отпивая вино, — Я же не могу бросить вас одну.       Личико Морель ещё больше потеплело, и без того довольное, теперь в мягком свете свечи выглядело слишком приятно:       — Ой, ну вы же всего-то во двор! А я буду тут, никуда сама не выйду, и, если что, сразу позову вас, — она чуть подвинулась ближе, весело хихикнув, — К тому же, мне ведь с вами теперь ничего не страшно.       От такого доверия внутри стало и тепло и неловко. Снова по привычке едва заметно кивнув, Вивьен всё-таки поднялась, забрала вторую порцию и вышла на улицу.       Кожи тут же коснулся холодный воздух, и она поправила перчатки и рукава, прикрывая открывшиеся запястья.       Обойдя двор поближе к домам, чтобы меньше топтаться по растянутой грязи, оказалась возле конюшни.       Кучер куда-то испарился, так и не отведя её лошадь внутрь. Вивьен неодобрительно покачала головой, но тут же смягчила выражение лица и сама стала неподалёку от Жанны, успокаивая её.       Подозвав Лоуэлла, она пересыпала и поставила ему еду, а лошадь принялась отвязывать от кареты. Та сначала, как и всегда, безразлично стояла не шевелясь, лишь ухом повела в сторону хозяйки. Однако, стоило Вивьен коснуться поводьев, Жанна заставила её остановиться. Слегка приподняла голову в сторону въезда во двор, прислушиваясь.       Девушка похлопала её по шее, давая понять, что сейчас всё тихо и спокойно. Но теперь её снова отвлекли — перевернув миску и закончив с едой, Лоуэлл тоже навострил уши. Весь собрался и выпрямился, в темноте ещё больше напоминая своих диких сородичей. Немного постояв, отбежал к въезду во двор и снова застыл, слушая.       Вивьен нахмурилась, присматриваясь к полутьме. Со всех сторон окружали каменные дома — сбоку конюшня, напротив трактир, с другой стороны и позади амбары. И только со стороны открытых ворот тянуло ветром и странной тишиной.       Девушка сделала несколько шагов следом за волком. Она давно научилась доверять четвероногому другу, и тот ещё ни разу не подводил в своей интуиции.       Спустя минуту и сама Вивьен ощутила топот лошадей, а во дворе показалось пятеро всадников.       Что-то в груди невольно напряглось... затем чуть отпустило. Всего-то путники.       Вивьен сделала знак Лоуэллу, чтоб возвращался, а сама подошла к Жанне, отвязывая и направляясь в конюшню.       Внутри шевельнулось воспоминание, и Вивьен, замедлившись, снова обернулась в сторону мужчин в плащах. Синих плащах. Такой крой она знала слишком хорошо и даже в темноте его различила. Сама же такое носила.       Не может быть...       Застыв на месте, она продолжила наблюдать. Мужчины спешились, под одеждами явно мелькнуло оружие. Действительно... Мушкетеры.       Сердце пропустило удар. Вивьен ощутила желание сразу приблизиться, понаблюдать лучше, и одновременно уйти в тень зданий. Но она всё ещё стояла на месте.       Подметила и их излишнюю собранность, резкость, скрытые повязками лица. Что здесь делают королевские мушкетеры? Пришли кого-то ловить? А зачем скрывать лица...       Один из мужчин дал другим знак, и трое направились к таверне, пока двое стали проходиться вдоль сараев, к конюшням. Без лошадей.       Вивьен снова нахмурилась, мотнула головой, но теперь всё же поспешила скрыться, уводя Жанну в стойло.       Какая разница зачем они здесь и во что одеты? Это же мушкетеры...       Однако оглядываться она не перестала.       Поставив Жанну и усадив Лоуэлла рядом, стала идти к выходу, сама не замечая, как поступь из уверенной и твердой превратилась в тихую и слишком осторожную.       И внутри и снаружи всё затихло. Будто мир на мгновение затаил дыхание.       Вдруг где-то раздался выстрел.       Собственный пистолет оказались в руках молниеносно. Во входе показались те двое. Вскинули оружие, заметив её.       Вивьен тут же пригнулась, пропуская свистящие пули над головой.       Мимо пронеслась тень.       — Лоуэлл, назад! — резко бросила она, однако волк уже с рыком вцепился в руку одного нападавшего.       Тот заорал, потянулся за шпагой, и Вивьен тут же остановила его выстрелом.       В два шага оказалась вблизи, выхватив свою шпагу. Сразу вступила в бой и со вторым. Одновременно, в пару движений отпихнув пса в ближайшее пустое стойло, захлопнула дверцу.       В деревянную балку позади вонзились две шпаги. Туда, где она стояла секунду назад.       Сразу за этим посыпались новые удары.       Поднялся шум. Лошади вскинулись от выстрелов, пока Лоуэлл всё ещё метался и рычал.       Мужчины в суматохе попятились. Вивьен воспользовалась моментом — стала теснить к выходу. Раненый явно сдавал позиции, давая больше пространства для маневра своему дружку.       Вивьен надавила ещё больше, выталкивая их на улицу.       Те стали оглядываться, и девушка быстро пробила защиту раненого. Чиркнула шпагой около лица, сбивая шляпу.       Повязка следом тоже съехала, обнажая бледное лицо захватчика. Тот, в панике глядя по сторонам, попятился дальше.       Из трактира показалось трое — тут же запрыгнули в сёдла.       Её противники, обернувшись, тоже понеслись к лошадям.       Вивьен кинулась в догонку — схватить хотя бы одного, допросить, узнать, в чем дело...       Почти догнав его, рука Вивьен дрогнула — из трактира донёсся чей-то крик.       Сделав ещё пару шагов вслед беглецам, она обернулась назад. С раскрытой двери трактира доносились причитания и возгласы.       Больно закусив губу от злости, раздражённо рыкнув, она побежала к дому.       Всадники тем временем уже уносились со двора.       Оказавшись на пороге, Вивьен остановилась, оглядывая перевёрнутые стулья.       Сердце колотилось где-то в горле, мешая нормально вздохнуть.       — Помогите! — послышался мужской голос.       Вивьен тут же помчалась наверх, к комнатам.       Выбежав в коридор, она невольно застыла, чуть отшатнувшись назад.       Звал её Гарро и тут же поманил рукой:       — Скорей! Помогите!       Из комнаты, поддерживаемая хозяином заведения, показалась Амели.       Вивьен метнулась к ней. Приобняла хрупкие плечи, удерживая её. Морель согнулась, вцепившись тонкими пальцами в руки девушки.       — Б-больно...       Вивьен опустила взгляд — в боку кровь. Ткань нежного платья уже пропиталась, липла к пальцам...       Движения вмиг стали выверенными, слишком чёткими.       — Помогите её уложить. Несите одеяла, живо!       Вивьен опустилась вместе с девушкой на пол, прямо в коридоре, зажимая рану руками.       Морель зашипела от боли, тут же закашлявшись.       — Вив.. Вивьен... Вы же... Мне поможете, да?..       Вивьен сглотнула. Тихо, твёрдо проговорила:       — Тише. Берегите силы.       Принесенные Гарром одеяло подложила под голову девушке, второе быстро прижала к ране.       Амели тихонько всхлипнула, зажмурившись.       Вивьен стянула ремень, принялась обвязывать и затягивать рану.       Руки девчушки то и дело мешались, цепляясь за её собственные.       — Прошу вас, Вивьен... — о чем она просила, можно было лишь догадываться — слова потонули в новом приступе кашля. На губах девушки блеснула кровь.       Внутри Вивьен всё похолодело.       На мгновение, она остановилась. Снова бросила взгляд на рану, высоко, близко к груди. Такие ранения ей были слишком хорошо знакомы...       Игнорируя пульсирующую в висках кровь и подкатывающий к горлу ком, желание методично продолжить попытки вылечить, она взяла девушку за руку. Крепко сжала, снимая перчатки и у себя, и у нее, согревая чужие руки.       Заставила себя выдохнуть не правдивое:       — Всё хорошо. Всё будет хорошо...       Амели снова вцепилась в её руку как в единственное спасение, морщась от боли, еле заметно улыбнулась:       — С.. спасибо.. вам...       От благодарности в такой ситуации в груди словно резанули. Она кивнула, приобняла девушку, уложив себе на колени. Поджав губы, старалась не сводить с неё взгляд, осторожно погладила чужие волосы.       — Ничего... Ничего, — вышло тише, чем она рассчитывала.       Амели прижалась к ней, снова закашляла, тяжело дыша и вздрагивая от боли.       Вивьен обняла её крепче, продолжая осторожно гладить:       — Всё будет хорошо... — голос еле заметно дрогнул, сорвался до хрипотцы.       Она старалась до последнего оставаться рядом. Считала её вздохи...       Ещё, и ещё один... Совсем слабый.       Пока не настала тишина.       Пульс и сердце в маленькой груди ещё колотились, но тело девушки больше не двигалось.       Вивьен рвано выдохнула. Подняла взгляд вверх, зажмурившись, сжимая зубы до боли.       Спустя какое-то время, заставила себя разжать объятия. Всё же отпустила девочку, аккуратно уложив обратно на одеяла.       Глянув на испуганное, застывшее выражение лица юной девицы, покачала головой, сжав руки на коленях. Затем осторожно провела дрогнувшими пальцами по её векам, закрывая голубые глаза. Немного помедлив, накрыла одеялом.       Пахло кровью и сыростью. Стало мутить. Сладковатый, липкий, мерзкий запах железа она не чувствовала уже давно... Как же спокойно жилось ей без этого. И к такому она собралась возвращаться..?       Вивьен поднялась, стала надевать обратно пояс, сосредотачиваясь на простых движениях.       Перевела холодный взгляд на хозяина трактира:       — Что произошло? — голос всё ещё слегка севший. Оттого стальные нотки в нём звучали ещё ярче.       — Я... Я не знаю... Они ворвались и убили всех постояльцев! Да ещё и меня ограбили... Назвались мушкетерами... А.. Атос, кажется. Так его звали.       Вивьен нахмурилась сильнее. Имя ей знакомо. Следом за ним всплыло и лицо. Атос?.. Он вовсе не был похож на человека, способного на такое...       — Убили всех? Почему тебя пощадили?       Гарро, не смотря на внушительные размеры, немного попятился, то ли от её взгляда, то ли от тона:       — Я... Я не знаю... Только назвались, сказали, запомнить, кто сделал...       Девушка плотнее поджала губы.       Что за глупость, оставлять кого-то свидетелем, да ещё назваться... Если только не специально...       На лестнице послышались шаги.       Рука Вивьен сама сразу легла на шпагу.       В коридоре показался кучер, сопровождавший Амели.       — О боже... — мужчина застыл, отшатнувшись назад, — Это... Госпожа..?       — Где вы были? — Вивьен тут же повернулась к нему. Вопрос прозвучал резче, чем она хотела.       Он с трудом перевёл взгляд от тела, на девушку:       — Я... Я был в конюшне...       Прятался, значит. Пока его госпожу тут...       Вивьен одёрнула себя. Не ей ставить кому-то в вину, что его не было рядом с Амели.       Она отошла, пока мужчины засуетились, стали накрывать девушку, уносить тело.       Она заставила себя не оборачиваться и не смотреть. Прошла в комнату Морель, коротко осмотрев — всё на месте, кроме сдвинутого к стене стула. Девушка прошла дальше, заметив блеснувшую в свете свечи цепочку. Наклонилась, поднимая из-под кровати.       Кулон, который Амели подарила мама... Видимо, решив, что это грабители, Амели сразу попыталась спрятать самое ценное... Кулон остался, а она...       Вивьен мотнула головой, обрывая мысли. Быстрым шагом направилась на улицу.       Оказавшись во дворе, втянула морозный воздух. Прикрыла глаза.       От минутной слабости дыхание вновь сбилось. Внутри кипела злость, согревая даже сейчас.       Девушка задержала вдох на несколько секунд, и только позже позволила себе выдохнуть, уже спокойнне. Приподняла голову вверх, немного выпрямив плечи.       С неба неспеша полетел пушистый снег, мягко накрывая все следы скрывшихся убийц.       Так тихо... Вовсе не похоже на то, что она сейчас испытывает.       Вернув Лоуэлла из конюшни, и теперь забрав его к себе в комнату, она отмывала руки от крови, стараясь вычистить и мысли.       Ночь предстояла тяжёлая, а ей ещё нужно было отдохнуть перед дорогой.       И она в действительности проворочалась в кровати до утра, так и не заснув.       В голове роились мысли, образы, сменялись яркими вспышками, как при лихорадке. Вивьен тщетно старалась сосредоточиться на чем-то другом. То проваливаясь в дрёму, то вновь возвращаясь в реальность, она уже не понимала, что хуже.       Собралась раньше обычного, выехала ещё затемно. Почти сразу пустила лошадь галопом, уносясь от злополучного места дальше, взбодрившись и окончательно проснувшись от потока холодного ветра в лицо. Жаль, от себя так же убежать нельзя.       Выбирая позже самый простенький трактир и остановившись на отдых, мелькнуло осознание — если бы она поступила так же вчера и не настояла тогда на остановке в том месте...       Она сразу отметала эти мысли. Однако, следом за этим, за обедом с Лоуэллом, приходили следующие. Если бы вечером она покормила Лоуэлла и уже вернулась в трактир, то тогда бы успела, прикрыла...       Вивьен нахмурилась. Свою порцию она так и не доела, вновь отправившись в дорогу.       Довёл до предела найденный в кармане кулон. Она совсем забыла его отдать. Теперь она была уже далеко, а он путешествовал вместе с ней, став дополнительной ношей, ничуть не легче собственных мыслей. Девушка быстро сунула его в ближайшую седельную сумку.       За день добравшись до окрестностей Парижа, снова остановилась на ночлег, который казался сейчас излишней тратой времени и пыткой для себя.       И так же, снова рано утром, вышла в путь. Вчера она долго не давала привалов и остановок для Жанны. Теперь же будто извинялась — большую часть пути шла рядом пешком, давая ей отдых за вчерашнюю спешку.       К часам семи утра, показался Париж. Вивьен на минутку остановилась — перевести дух и собраться.       Солнце уже слепило глаза, отражаясь от снега, а город возвышался средь белых холмов. Совсем не верилось, что она наконец здесь...       Внутреннее волнение заставляло немного нервно перебирать в руках край плаща и поводья лошади. Тихая радость мелькнула внутри. На душе даже чуть потеплело... Но развиться чувство так и не смогло — его словно сдуло пролетевшим потоком ветра, возвращая воспоминания о вчерашней ночи.       Вивьен направилась к знакомым улицам.       Обходя привычные места, она то и дело смотрела по сторонам, отмечала то, что уже поменялось, и что оставалось прежним. Погруженная в своё занятие, ей даже удалось ненадолго остыть.       На главной улице время от времени мелькали знакомые лица — вот булочник, к которому она захаживала, там семья швеи, у которой она заказывала свой плащ, а здесь другой торговец, которому она когда-то помогла...       На соседней улице она снимала комнату. Хозяевами были старик со старухой, не задававшие лишних вопросов, и она появлялась перед ними только как простая девушка. Было бы здорово снова их увидеть...       От знакомых лиц внутри ненадолго становилось спокойнее. Город ощущался как никогда своим, будто и не тронутый временем, словно только и ждал, пока она вернётся обратно, чтобы зажить новой жизнью.       От мыслей отвлёк шум впереди. Прямо на дороге разлёгся парнишка.       Вивьен замедлилась, приподняв брови, глянула на щепки вокруг него и выбитое окно на втором этаже. Любовничек, бежавший от разъяренного мужа своей возлюбленной?       Парень поморщился и тут же подскочил на ноги, болезненно касаясь бока со стороны шпаги рукояти шпаги.       Из окна показалась старушка, потрясая кулаком и указывая в сторону беглеца:       — Ловите его! Убийца!       Девушка нахмурилась.       Внутри вновь шевельнулось что-то неприятное, грызущее и тянущее куда-то вниз, как напоминание того, что она не в силах исправить.       Ну уж нет.... Этого она не отпустит.       Пора заступать на службу.       Юноша быстро поковылял в её сторону, оглядываясь в сторону дома из которого бежал.       Вивьен среагировала быстрее: перехватив того за руку, остановила внезапно взметнувшимся кинжалом у его горла:       — Стойте спокойно.       Смуглый парень скрыл удивленный взгляд под усмешкой:       — Везёт же мне сегодня на женщин с кинжалами...       Он попытался вырваться, но лезвие только сильнее врезалось в кожу.       — Я не виновен!.. — тихо выпалил он, — Меня подставили.       Вивьен упускать ещё одного думающего, что ему никакой закон не указ, не собиралась.       — Это решит суд, после того, как тебя арестуют, — проговорила холодно и безразлично.       — Бросьте, эти разбираться не станут! — он снова дёрнулся.       Лоуэлл сбоку коротко рыкнул. Вивьен на мгновение отвела взгляд к нему.       Парень оказался изворотливым — этого момента ему было достаточно. Он тут же оттолкнулся, выкручиваясь из её хватки и бросаясь наутёк.       Преследователи, выбежавшие из дома, пронеслись следом, крича что-то в догонку.       Вивьен проследила взглядом за обоими, затем перевела его на Лоуэлла, приподняв бровь в недоумении.       Тот отвернулся, будто ничего и не произошло, перед этим почему-то огрызнувшись именно на преследователей, а не юношу.       Догонять девушка никого не стала, лишь покачав головой. Спрятала кинжал и направилась дальше. Раз уж угрозы от парня Лоуэлл не почуял, значит, тот и впрямь не стоил того, чтобы за ним гоняться.       Вивьен прошла дальше по улице. Через несколько минут она уже стояла у, как и всегда открытых, ворот гарнизона мушкетеров...       Она замерла на входе, игнорируя проходящих мимо людей. Вгляделась в открывшийся перед ней двор.       Сердце затрепетало внутри. Девушка переступила с ноги на ногу, вновь и вновь собираясь сделать первый шаг.       Может, стоило всё же одеться как раньше? Собрать волосы, вновь примерить облик юноши? Пройти не привлекая внимания, дойти до Тревиля... Может, она сама себе навредит тем, что явится к нему вот так?       Вивьен быстро отмела эти мысли. Прятаться больше не её. Она слишком хорошо прочувствовала, какого жить под солнцем, чтобы теперь вновь скрываться в тени...       Изнутри доносился негромкий шум — мужские голоса, временами, отрывочный смех. Ржание лошадей. Звон точившегося оружия. Ругань старого буфетчика... Повеяло сыростью и холодком. Или Вивьен так показалось...       Закусив изнутри щёку, она выпрямилась, почти рывком сделав первые, излишне уверенные шаги, навстречу родному месту, так что даже Жанна, которую она потянула за собой, недовольно фыркнула.       Миновав арку с воротами и оказавшись во дворе, шум настиг её ещё больше. Следом накрыли запахи — пороха, сена, еды, лошадей. Одновременно с этим её будто отрезали от остального мира. Звуки города остались на втором плане, где-то далеко за спиной. А здесь было спокойно, прохладно и по-своему тихо.       В груди спёрло дыхание, пока она осматривала всё с излишней торопливостью, будто не могла поверить. Всё настолько привычно, настолько родное... Неужели она снова здесь...       Ещё не до конца проснувшиеся солдаты, бродившие туда-сюда, бросали взгляды на зашедшую путницу и её друга.       Вивьен мигом отвернулась.       Словно из неоткуда появилось жуткое желание ступить в сторону, увести и себя, и Жанну с Лоуэллом, под навес. Мимо прошло всего пару человек, рассматривая её, но ей показалось, будто взглядов было сотня. И они давили со всех сторон. Из темных окон, из углов, из приоткрытых дверей...       Она сжала покрепче поводья, чуть выше подняв подбородок, заставила себя идти ровно, и не прятаться по бокам дороги. Остановилась у лестницы, ведущей на балкон и второй этаж. Снова обвела взглядом двор.       Из своего кабинета вышел слишком знакомый человек. Вивьен почувствовала как сердце заколотилось ещё быстрее.       Его сопровождал другой мушкетер, лицо которого она помнила лишь смутно. Они направились вниз.       — Атос с остальными ещё не возвращался? — голос капитана всё такой же собранный, почти строгий. Слишком привычный и родной.       На знакомом имени внутри всё замерло, Вивьен прислушалась.       — Нет, сегодня их ещё не видели.       — Хорошо, тогда как объявяться — пусть сразу идут ко мне.       Девушка качнула головой, отгоняя тревожные мысли. После узнает.       Мужчины уже как раз спускались по лестнице. Вивьен шагнула чуть ближе:       — Капитан...       Его взгляд упал на неё как на случайного прохожего — без должного внимания, коротко, и между делом, пока он протягивал бумаги подчинённому. Сердце ухнуло куда-то вниз. На мгновение ей показалось, что он её и не узнает.       — Капитан я для своих подчинённых. По какому делу вы здесь?       Сдерживая желание замяться, девушка едва заметно улыбнулась. С лёгкой надеждой приподняла шляпу, затем вовсе сняла, открывая лицо, снова посмотрев на него:       — Так значит, я больше не вхожу в список ваших подчинённых?       Тревиль на мгновение нахмурился, будто бы сбитый с толку такой фразой. Замедлившись, он присмотрелся уже внимательней.       В его светлых глазах только спустя несколько секунд, наконец, мелькнуло узнавание. Он замялся, открыл, затем закрыл рот, будто не решаясь, что сказать. Может, не сразу определился, каким именем её назвать? И всё же, удивлённо выдохнул:       — Вивьен?..       Девушка сама не заметила, как затаила дыхание, теперь отпуская его. Улыбнулась немного увереннее:       — Вы узнали меня, капитан.       Тревиль, тут же вернув свою собранность, кивнул мушкетёру рядом, освобождая его, затем снова посмотрел на неё. Словно пытался убедиться — не обознался ли.       Покачал головой:       — Признаться... Тебя довольно легко не узнать.       Уголки губ сами собой поползли вверх. Стало даже как-то неловко.       Вовсе не верилось, что Тревиль стоял вот так — прямо перед ней. Сам он практически не изменился — то же вечно нахмуренное лицо, тот же взгляд, манеры, речь. Те же внимательные блекло-голубые глаза. Разве что, может морщин прибавилось в уголках этих самых глаз.       Де Тревиль отступил в сторону, указал рукой:       — Пройдем ко мне, там обо всём поговорим.       Девушка с готовностью кивнула, и, приказав Лоуэллу сидеть на месте у лестницы, быстро направилась за капитаном.       — Почему же не предупредила о приезде? — на ходу спросил он, теперь будто приходя в себя от увиденного, и заметно смягчившись.       — Я вам писала, но, судя по всему, письмо не дошло, — Вивьен покачала головой.       Тревиль пропустил её первой в свой кабинет, зашёл следом, прикрыв дверь.       В спокойной обстановке, наедине, девушка вдруг ощутила детское желание его обнять. Человек, который принял её к себе, дал место для стабильной жизни, дал новый смысл... Она действительно соскучилась по нему. Но был бы уместен её порыв..? Вот будь она мужчиной, могла бы и не задумываться...       Она уже почти отвернулась от него, когда Тревиль сам шагнул ближе, раскрыв руки. Обнял её не как женщину, а как своего бойца, притянув к себе и похлопав по плечам... И Вивьен тут же отозвалась на этот порыв. В груди стало слишком тепло и как-то тесно, так, что улыбку сдержать было уже невозможно.       Капитан и сам улыбнулся, отстраняясь:       — Рад тебя видеть.       Девушка искренне согласилась:       — Я тоже.       — Рада, что вернулась?       — Да, я давно об этом думала...       Тревиль прошел к своему столу, отодвинул стул напротив, приглашая девушку сесть, сам сел на своё место.       — А как же дело в Тоскане? Как всё прошло?       Вивьен вздохнула, села на предложенное место, впервые почувствовав, что можно ненадолго расслабиться и не думать ни о чем.       — Не волнуйтесь, там уже давно всё спокойно. Потому-то и вернулась сюда.       Капитан откинулся назад, поставив локти на ручки стула и сложив ладони вместе.       — Расскажешь, как всё прошло? Не слишком тяжело было? Как там мадам де Монре? Как дела с её мужем?       Девушка тоже приняла более расслабленную позу, припоминая последние события:       — Всё в порядке. Все противники их брака либо просто отступили от своих идей, либо были наказаны синьором Моретти. Он прекрасно заботиться о госпоже — не даёт никому и пальцем её тронуть. Так что у меня был хороший союзник в этом деле, — она шире улыбнулась, тихо вздохнув, — Последнее время у них чуть ли не идеальные отношения. Алессандро и впрямь очень её любит. И оставаться дальше мне не было смысла... В общем-то, Элоиза сама предложила мне вернуться.       Тревиль сидел, слушая её внимательно и глядя тепло:       — Вот как. И ты не захотела остаться в солнечной и теплой Флоренции и вернулась сюда?       — Я соскучилась по Франции и Парижу. Честно говоря, оказалось, что вести светскую жизнь уже не моё... Мне захотелось домой. А дом даже плохой погодой не испортишь, — она ответила тем же лёгким настроением.       — Домой, в гарнизон? Хочешь вернуться?       Теперь девушка кивнула уже серьезнее:       — Да, я готова. Вот только... — она отвела взгляд, собираясь с мыслями, брови сами сдвинулись, выдавая её волнение, — Я бы хотела служить вам открыто. Не прятаться больше под образом юноши, — ей самой стало неловко от понимания, как звучит её просьба, так что она быстро добавила, — Я пойму, если вы откажите. Так же, ваш отказ будет означать, что больше вы в свой полк меня не примете... Я больше не хочу прятаться. И приму любое ваше решение.       Тревиль молчал. Опустив взгляд и задумавшись, он время от времени проходился им по напряжённой девушке, ожидавшей его вердикт. Ответил он, на самом деле быстро, но для Вивьен это показалось вечностью:       — Ты уже давно показала себя и заслужила моё доверие. У меня нет причин тебя не принять. К тому же, раз король знает про тебя, значит, и проблем сверху не будет.       Он поднялся, отошёл за спину Вивьен — к двери, ведущей в арсенал. Сама девушка тоже сразу поднялась.       Тревиль прошел в комнату, скрылся где-то в стороне. Вивьен без разрешения заходить не решилась. Затем вернулся с мушкетёрским мундиром — кожаным наплечом, с выгравированной лилией на нём. Серого оттенка, с явными царапинами — следами боя.       Эту вещь Вивьен всегда узнает. Однажды Тревиль её уже выдавал, и именно ей...       — Мне хорошие солдаты всегда нужны, — он подошёл ближе с мягкой улыбкой.       Вивьен автоматически стала ровнее. Капитан помог надеть и закрепить наплечник на левом плече.       — А за мушкетеров не беспокойся. Они не станут придавать этому значения, если человек, которого они примут, так же хорошо владеет шпагой, как и они сами.       Мундир лежал на руке привычной, лёгкой тяжестью. Вивьен даже показалось, будто руку слегка жжет от возложенной на неё чести и ответственности. Однако трепет внутри и гордость было ничем не перекрыть.       Она прямо и открыто посмотрела на капитана:       — Спасибо.       Затем обратила внимание на комнату, за его спиной, на оружейную, на стоявшие там мушкеты. Мелькнула мысль:       — Если вдруг хотите испытать мои навыки, проверить, можете испробовать хоть сейчас. Несмотря на отсутствие сражений, я продолжала тренироваться...       Тревиль улыбнулся, прищурился в своей манере, довольно, почти по-отечески посмотрев на неё:       — Я бы принял тебя и так. Я полностью доверяю твоим навыкам. Ну раз уж ты сама предложила — небольшая формальность только придаст тебе уверенности, — он слегка хлопнул по плечу, затем качнул головой в сторону выхода, — Идём.       Вивьен, внутренне трепещущая от волнения, быстро пошла следом.       Оба вышли из кабинета.       Руки девушки тут же покрылись мурашками - в помещении было ощутимо теплее. Теперь-то, стоя на балконе, как раз под лучами утреннего солнца, и глядя на контрастно-темный двор внизу, она ощущала это гораздо более явно. Закрытое со всех сторон двухэтажными домами, пространство между ними просто ещё не успело прогреться. Воздух был всё ещё морозным.       Внизу послышался шум.       — В чем дело? — Тревиль нахмурился, стал спускаться по лестнице и тут же сам встретился с проблемой.       — Капитан... Этот вот, не даёт пройти!       На нижней ступеньке, посреди дороги, разлёгся её волк.       Его жёлтые глаза метнулись к Вивьен наверху, но тут же закрылись. Он больше прижал уши, будто ничего не происходит.       Весь его вид говорил о том, что он никому не мешает, никого не трогает и всего-то решил прилечь. Опустил большую морду на лапы и даже прикрыл глаза.       Только вот приблизиться к такому чуду другим явно было боязливо, да и он бросал на них предупреждающие взгляды, хоть пока и не рычал. А беспокойное "кыш-кыш" и махи руками на расстоянии полутора метров от него его вовсе не волновали.       Тревиль перевел взгляд на Вивьен.       Она тут же спохватилась, скрывая появившуюся улыбку, поспешила вниз, вперёд капитана, уже подходя к волку сказала:       — Лоуэлл, ко мне.       Он подскочил ещё до того, как она дошла, и вместе с ней сошел на землю, наблюдая за хозяйкой и став чуть позади.       Она глянула на мужчину мушкетера:       — Приношу свои извинения.       Тот фыркнул, будто бы "ничего", отмахнувшись и поднявшись наверх, куда и направлялся.       Тревиль же спустился, остановился напротив Вивьен и волка, теперь обратив внимание на него.       — Ты планируешь чтобы он жил с тобой? В гарнизоне?       Вивьен быстро кивнула:       — Да, капитан. Если позволите. Я была благодарна за то письмо во Флоренцию и никому там он не навредил. Поверьте, такое как сейчас не повторится. Он обученный, и даже в такой ситуации никого специально не тронет... Главное не трогать его.       Де Тревиль тяжело вздохнул. Смерил её серьезным взглядом, явно говорящим за себя: «Под твою ответственность». Но всё же кивнул и направился в противоположную сторону двора, под навесы.       Парочка вышедших на улицу мужчин заинтересованно поглядывали в сторону капитана и девушки. Однако Тревиль, кажется, вовсе не планировал что-то кому-то объяснять.       Остановившись как раз около этих двоих, он кивнул одному:       — Подготовьте мишени.       Мужчина немного растерянно обвёл взглядом капитана и его спутницу, но молча выполнил приказ, поставив мишени. Сам же отошёл в сторону, наблюдая за происходящим. В выражении лица его, и его дружка, явно читались попытки понять, что к чему, и что здесь забыла девушка в таком образе, да ещё рядом с капитаном.       Около них пристроился ещё один парень помоложе, тоже в недоумении наблюдая за происходящим.       Вивьен же стала на должное расстоянии. Перевела внимание на мишень, фокусируясь только на ней.       По приказу капитана достала пистолет, ловко зарядила и подняла, прицеливаясь.       Рука прямая, твердая, даже слишком. Без всяких сомнений. Снова прозвучал приказ, и Вивьен, уже вовсе уверенная в своем выстреле, сразу спустила курок.       Опустив пистолет, присмотрелась сквозь рассеивающийся дым. На пару сантиметров выше середины, но практически в цель.       Её глаза сами невольно скользнули по зрителям - те проморгались, прогоняя дремоту окончательно, уже с более явным интересом перевели взгляды с мишени, обратно на неё.       Такое внимание отвлекало. Вивьен ощутила стойкое желание отступить на пару шагов назад, спрятаться от их любопытных глаз за Тревилем.       Тут же напомнила себе, что сейчас оценивают не они, а он.       Слегка нахмурившись, снова перезарядила пистолет. Прицелившись гораздо точнее, на этот раз не спеша, сделала ещё выстрел.       Теперь, более сосредоточенная, попала прямо в яблочко. Сбоку послышалось удивлённое фырканье, что отозвалось внутри еле заметным ликованием.       Тревиль же кивнул и приказал принести мушкет.       Девушка так же по команде установила его, зарядила, выстрелила. Стрелять из подобного оружия ей всегда давалось сложнее, и всё же, она не далеко ушла от прежнего результата.       Вивьен снова коротко глянула на капитана. Тот удовлетворённо кивнул, а Вивьен позволила себе выпрямиться уже куда более уверенно, скрывая тихую радость внутри.       — Ноэль, проведешь тренировочный бой, - обратился он к парню.       Третий из наблюдателей опешил, растерянно кивнул в сторону Вивьен:       — С ней? - не увидев возражений от капитана, замотал головой, быстро отнекиваясь, - Вы серьезно? Я не буду драться с женщиной...       Де Тревиль посмотрел в его сторону так, что парень быстро замолчал. Снова покачав головой, показывая, что явно не одобряет такое, всё же неспеша вынул шпагу и лениво вышел к свободному пространству под навесом.       — Не беспокойтесь, мадемуазель, я буду осторожен... - Ноэль сказал это чуть смущённо, как факт, что не станет давить на девушку. Только вот со стороны это слышалось как издёвка, и двое его дружков-наблюдателей довольно засмеялись.       Девушка обвела его взглядом. Знакомое лицо, да и имя смутно тоже. Светлый, довольно молодо выглядевший для своих лет, он смотрел, будто бы заранее извиняясь.       Она постаралась вспомнить, были ли у них совместные задания, как он дерётся, как держится в бою...       Сама пока тоже вынула шпагу, остановилась напротив в полной готовности, приняв боевую стойку.       Ноэль выглядел всё ещё частично витающим где-то во сне. Его не серьезное отношение к ситуации, кольнуло изнутри едким ощущением несправедливости.       Вивьен тут же напомнила себе - по её наблюдениям, именно такие чаще всего проигрывают. Нельзя недооценивать противника, кем бы он ни был.       Девушка первая сделала выпад, несколько пробных ударов, прощупывая его реакцию и стиль.       Парень быстро всё отбил, его брови слегка дрогнули в удивлении. Видимо, стал постепенно просыпаться.       Они снова обменялись ударами.       Вивьен следила за его походкой, умением держаться, старалась, по-привычке, считать противника.       Подобное Ноэлю явно не понравилось.       Парень напрягся, теперь сам делал выпады. Испробовал пару самых простых финтов. Только вот Вивьен не повелась, перенаправила удары, сама пользуясь его открытостью.       На пробу, почти достала до него, и тот, явно не ожидавший, что у нее выйдет, в последний момент увернулся.       Вивьен прямо-таки видела, как он закипает под пристальными взглядами друзей.       Удары стали быстрее, жёстче. Ноэль старался продавить силой, уже не задумываясь о том, что перед ним женщина, наконец увидев перед собой противника.       Внутри колыхнулся лёгкий проблеск удовлетворения. Удары парня короткие, сильные... Уже спустя несколько секунд таких атак, его движения стали тяжелее.       Она парировала все выпады. Следом попыталась вымотать его внимание своей же чередой обманчивых ударов. Легко сдвинулась в сторону, уводя его шпагу от себя, оставляя его открытым...       Остриё шпаги застыло около его горла. Вивьен вовремя остановила руку, удерживая лезвие в паре сантиметров от кожи.       Ноэль ошарашенно выдохнул и замер.       Позади послышался голос капитана:       — Довольно.       Вивьен отвела шпагу в сторону, отступив назад. Сердце колотилось внутри, давая ощутить тот долгожданный трепет во время боя. Она тихо, но длинно выдохнула, стремясь успокоить дыхание.       Ноэль нахмурился, сверля её взглядом. Что-то в этом взгляде ей не понравилось...       Не так на неё обычно смотрят те, кто недооценивал... Она ожидала очередной злости проигравшего, или наоборот, не желанного признания. Ноэль же будто опасался её. Не в плане боя, а глубже... Словно увидев что-то своё, какой-то сон наяву, или призрака.       Вивьен всё же быстро отмахнулась от этого ощущения. Не столь важно, что он там думает.       Кивнув парню, заканчивая дуэль и пряча шпагу, повернулась к капитану, снова направляя свое внимание на него.       Де Тревиль хмыкнул, позволив лицу чуть смягчиться:       — Ты, как всегда, в хорошей форме, и снова это доказала. Я в тебе не сомневался.       Вивьен чуть расслабилась, успокаивая волнение после боя. Позволила себе едва заметную улыбку, которую незнающий её человек и не заметил бы.       Тревиль обратился к двоим наблюдающим:       — Всех на общий сбор. Сейчас.       Вивьен, от его командного тона и того, как быстро послушались те двое, наконец полностью почувствовала — она снова дома.       Вот такая жизнь её устраивала — понятные, четкие приказы, человек, за которым хочется следовать, команда, полностью доверяющая ему и товарищам.       Капитан отошёл в сторону, о чем-то договорился с помощниками.       Вивьен осмотрелась по сторонам. Снова встретилась взглядом с Ноэлем.       Парень всё продолжал её рассматривать. Спустя секунду, быстро опустив глаза и чуть больше нахмурившись, обошёл её стороной, проходя мимо. Вивьен ещё немного понаблюдала. И что на него нашло?       Двор уже оживился. С разных сторон начинали стягиваться к середине площадки мужчины, так что она тоже поспешила вернуться к капитану.       Через несколько минут мушкетеры выстроились, тихо и лениво переговариваясь между собой.       Почти всех этих мужчин она знала до отъезда. Исключением разве что было несколько особо молодых парней, явно младше её, и парочка зрелых господ.       Тревиль прошел к середине строя, стал напротив, окинув их взглядом. Вивьен незамедлительно проследовала за ним, остановившись справа от капитана.       Она, как и де Тревиль, обвела взглядом присутствующих. Здесь явно были не все. Вполне возможно, кто-то был на патруле или на каком-то задании.       Вивьен мысленно сделала пометку, что для многих станет новостью, что их ряды пополнил новый боец.       Став так, чтобы под плащом было явно видно мушкетерский мундир, она устремила взгляд вдаль, как на построении, слушая капитана.       — И так. С сегодняшнего дня, мадемуазель будет служить с вами, — по отряду пронеслись шепотки и удивлённые фразы, — Вивьен уже доказала свои верность и умения, как мне, так и лично королю. Это всё, что вам требуется знать.       Разговоры стали чуть громче, многие вовсе расслабились, озираясь друг на друга и глазея на неё.       С середины строя послышался весёлый голос:       — А я-то думал нам симпатичную повариху прислали, чтоб веселее жилось.       Следом за ним осмелел ещё кто-то:       — А шпагу мадемуазель кто держать будет? А то, если что, я могу, — он довольно заозирался на друзей по сторонам, подначивая, и те в ответ поддержали.       Лицо Вивьен стало жёстче, подбородок еле заметно вздёрнулся выше. Она безошибочно нашла говорящего взглядом. Сравнив парня с теми, кого знала до отъезда, поняла, что парень и сам служит не более двух лет. Не оборачиваясь к нему, а только глядя, Вивьен чётко проговорила:       — Для начала, удержите свою, если вдруг осмелитесь встать против меня.       По отряду пронеслось полу восхищённое "о-о-о...", кто-то рассмеялся, кто-то даже присвистнул. Некоторые немного поменялись в лице, выглядя чуть более заинтересованными.       — Довольно, — резко отрезал капитан, — Ведите себя как подобает своему званию, — он обвёл свой отряд тяжёлым взглядом, дождался, пока последние смешки утихнут, а лица собравшихся хоть чуть-чуть посерьёзнеют. Коротко посмотрел на Вивьен, будто что-то проверяя, затем удовлетворённо кивнул, — Свободны.       Все стали расходиться, то и дело поглядывая на неë и переговариваясь между собой.       Вивьен краем глаза заметила оседлавшего лошадь мушкетера. Синий плащ скользнул вниз, затем лег на бока лошади.       Девушка ощутила как быстро возвращается в реальность, словно из сна. Прежнее волнение вновь взметнулось в груди.       Она быстро направилась за Тревилем, пока тот не ушел обратно в кабинет.       — Капитан!       Он остановился на лестнице, обернувшись к ней.       Вместе с его взглядом Вивьен почувствовала ещё с десяток чужих. Игнорируя их, она продолжила уже тише:       — Нужно поговорить. По дороге произошло кое-что, что касается мушкетёров.       Тревиль кивнул, снова пропустил её к себе в кабинет.       Едва за ней закрылась дверь, Вивьен уже начала:       — Пару дней назад я встретила отряд из пяти человек. Все в мушкетёрских мундирах... Но лица скрыты повязками. Они напали и ограбили людей в трактире, где я остановилась. Трое человек погибло, — она напряжённо застыла по середине комнаты, ожидая его реакции.       Тот, слушая её, опёрся руками на стол. Затем отвернулся, тяжело вздохнув:       — Это уже вторая жалоба на неделе.       Вивьен удивлённо приподняла брови, не веря, переспросила:       — Мушкетеры грабят и убивают невинных людей?       Тревиль покачал головой:       — Единственный отряд, находившийся вдали от Парижа, не присылает никаких вестей. Там были одни из лучших и доверенных бойцов...       Вивьен невольно сжала край плаща, больше нахмурилась, но капитан опередил её вопрос:       — Их уже ищут. Сегодня утром должны вернуться Атос с остальными, доложить, что смогли выяснить...       Девушка отвела взгляд, задумавшись:       — Один... Из тех людей... Назвался Атосом. Сама не слышала, это передал хозяин трактира. Тот человек сказал, чтобы запомнили, кто это сделал.       Капитан молчал. Вивьен же не могла находится в спокойствии, так же, как он. Захотелось сразу высказать догадки, объяснить. Только она понимала — Тревиль и сам уже обо всем догадался.       Раз отряд, выбранный лично Тревилем, вдруг где-то пропадает, а кто-то, скрывая лица, но не форму и имя, грабит и убивает, пороча звание отряда и репутацию, то уже ясно, куда исчез отряд, и откуда у самозванцев мушкетёрская форма... Часть волнения отпустила — это были не мушкетёры.       Вспомнив ещё деталь, она снова заговорила:       — Я ранила одного. Стянула повязку и шляпу... Было темно, но я смогу его узнать. Если я могу помочь — пожалуйста... Я готова работать хоть сейчас.       Тревиль как-то мягко хмыкнул:       — Если мы сможем выйти на след этих мерзавцев, я подключу тебя к расследованию, для опознания. Пока отдыхай. Постарайся не покидать гарнизон надолго, на случай, если понадобится помощь.       Девушка быстро кивнула. Тревиль продолжил:       — Я попросил, чтобы приготовили комнату. Спроси Адама, он проведёт тебя.       — Да, конечно...       Через минуту она была уже на улице.       Внутреннее волнение чуть поутихло, и она смогла ненадолго отпустить тревоги. Мысль, что капитан обо всем знает и уже разбирается, позволяла пока снять с себя ощущение ответственности. Если бы ещё не тот противный еле тлеющий огонёк внутри, что жжётся и не даёт полного покоя...       Она мотнула головой, прогоняя мысли. Всё же капитан прав, для начала ей стоит хотя бы обустроиться здесь. И, пока есть свободное время, лучше заняться этим.       Вивьен не спеша спустилась по лестнице.       У нее ещё полно дел, которыми можно занять себя... Привести оружие и комнату в порядок, позаботиться о Лоуэлле и проследить, чтобы хорошо позаботились о Жанне...       Как только она подошла к комнатам, к ней подскочил светлый рослый юноша:       — Мадемуазель?.. Я Адам, капитан просил провести вас...       Голос у парня, не смотря на его рост, был совсем ещё мальчишеский. А судя по одежде и отсутствию оружия, тот был простым помощником.       Девушка последовала за ним, благодарно кивнув, пока Адам тщетно пытался не рассматривать её.       Он остановился напротив одной из комнат, пропуская Вивьен.       — Вот ваша комната. Ваши вещи тоже уже здесь.       Девушка прошла дальше, окинула взглядом каменные серые стены, низкую кровать, простенький стол под окном, сундук и небольшой шкаф. Её походные сумки при этом умещались с краю, у кровати. Минимум, который нужен для солдата.       Она обернулась к парню:       — Благодарю, Адам. Можешь идти.       Юноша отступил. Она вышла, поманив за собой Лоуэлла, который всё это время ждал её команды во дворе. Этим жестом привлекла ещё больше внимания.       Мысленно вздохнула.       Как только пёс оказался внутри комнаты, она прикрыла дверь, отрезая все разговоры и насмешливые улыбки.       Глянув на виляющего хвостом друга, девушка погладила его за ухом, невольно улыбнувшись. И как только это создание умудрялось отвлекать её от всех лишних волнений?       Скинув плащ, она открыла окно, впуская сырой воздух. Глянула во двор, наблюдая за прохожими. Улицы Парижа уже наполнились едва уловимым теплом, первыми признаками приближения весны. А нескончаемая суматоха на них только добавляла ощущения жизни.       Позади что-то глухо бухнуло, и девушка тут же обернулась.       — Лоуэлл! Нельзя! — она присела около зверя, быстро забирая сумку с остатками еды. Остатков было не много, большая их часть — уже в виде крошек на полу и на морде пса.       Она подняла сумку, на дне блеснуло украшение. Девушка помедлила, доставая кулон. После посмотрела на друга.       Полуволк попятился в сторону, облизываясь, отвернулся, вильнув хвостом, и только изобразив виноватый вид.       Вивьен недовольно нахмурилась, покачав головой. Припомнила, когда они последний раз полноценно ели... Рано утром в трактире им никто кашу не выдал. Лишь пару кусков хлеба и сыр, которые Лоуэлл благополучно сожрал сейчас.       Она вздохнула.       Ладно, для начала — завтрак.       Вивьен снова оказалась во дворе. Заказав у седого и хромого буфетчика Сержа мясо для Лоуэлла, села с краю стола во дворе, поглядывая по сторонам. Под неодобрительное ворчание старика, положила псу в миску кости, а следом и сама принялась есть свою порцию.       Неужели нормальная и теплая еда впервые за долгое время... Лоуэлл у её ног тоже был несказанно рад — вылизывал и выгрызал мясо, полностью сосредоточившись на своем занятии. Игнорируя даже проходящих мимо по своим делам мужчин.       Вивьен старалась следовать его примеру, глядя в тарелку. И всё же внимание то и дело перескакивало на округу, подмечая чистящих оружие, убирающих двор, или заводивших в конюшню лошадей мужчин.       Со стороны ворот послышался цокот. Вбежала тройка лошадей, а всадники быстро спрыгнули на землю.       Вивьен обвела их взглядом. Брови едва заметно взметнулись вверх. Темный здоровяк, бледный, молчаливый старший и весь из себя изящный любитель женщин и Бога.       Сердце заколотилось быстрее. Это же тройка неразлучных. Не узнать знаменитых друзей, да ещё лучших в полку мушкетёров, было бы трудно.       Даже пребывая под чужим именем, стараясь держать образ юноши, и оттого ни с кем близко не контактируя, она достаточно наблюдала за этими тремя со стороны, чтобы успеть за три года сложить о них своё впечатление. В то время она даже иногда восхищалась ими...       Девушка спешно опустила глаза, быстро напомнив себе, что друзьями они всё же не были. Она для них, как и для всех остальных — простая незнакомка. Нечего пялиться.       Сбоку послышалось ворчливое:       — Жрать охота...       Второй укоризненно и одновременно с улыбкой вздохнул:       — Портос...       Двое направились к лестнице наверх, приблизившись и к столу. Третий задержался у своей лошади, что-то поправляя.       Девушка всё же коротко глянула на того, кто носил имя Атос. Со времён, когда она последний раз его видела, он практически не поменялся. Тяжёлый взгляд, точные движения. Словно его не интересует ничего вокруг. Может лишь стал чуть более собранным. По такому человеку сложно сказать, на что он действительно способен.       Мужчина всё же отошёл, приказав накормить лошадей, а Вивьен отвернулась.       — Надо же, у нас гостья, — Арамис присмотрелся к ней, слегка повернув голову к Портосу.       Вивьен чуть крепче сжала ложку, чувствуя, как во рту пересохло, а к щекам и шее прихлынул жар. Захотелось встать и уйти...       Стоит ли ответить?.. К ней ведь не обращались, и мужчины всё ещё стоят поодаль.       — Кажется, не просто гостья... — Портос тоже заинтересовался, кивнул, обращая внимание на её мундир.       Второй с интересом снял перчатки после дороги и сложил руки, оглянулся по сторонам, будто ища ответ:       — Кажется, мы пропустили что-то важное.       Мимо проходящий мушкетёр усмехнулся:       — О, да вы опоздали. Это теперь наша новая... — он замялся, — Сослуживец.       Брови мужчин больше взметнулись вверх.       — О как, — хмыкнул Портос.       — Тогда нам стоило сразу же представиться... — Арамис приподнял шляпу, собираясь назваться, уже подошёл ближе, как его прервал возглас:       — Я ищу Атоса!       Уже подошедший к лестнице и лишь смеривший девушку коротким взглядом, мужчина остановился:       — Вы его нашли.       Все четверо обернулись в сторону явившегося юноши.       Вивьен прошлась по парню взглядом. Утренний беглец. Вот так встреча.       Тот поднял пистолет, направив его на мужчину. Все трое переглянулись.       — Я д'Артаньян из Лупьяка, что в Гаскони, — многозначительно произнёс гасконец. После опустил пистолет и отошёл в сторону, — Готовься к битве. Один из нас встретит гибель.       Девушка невольно следила за реакцией мушкетеров. Даже Лоуэлл позади насторожился, приподняв уши.       Атос со вздохом вынул шпагу, вышел на середину двора:       — Могу я узнать причину?       — Ты убил моего отца, — уверенно заявил д'Артаньян.       — Вы ошибаетесь, я не тот, кто вам нужен.       Юноша же пропустил это мимо ушей и с криком: «Убийца!» бросился в атаку.       — Так ты отрицаешь, что хладнокровно убил Александра д'Артаньяна два дня назад?       Девушка напряглась, прислушиваясь. Уже с более явным интересом перевела взгляд на Атоса.       — Я помню тех, кого убиваю. Это имя мне ничего не говорит.       — Значит, ты ещё и лжец! — гасконец с новым яростным выпадом бросился вперёд.       Они обменялись ударами. Вивьен отставила свою тарелку и отпила вина, вспомнив, что её это не касается и следить ей тут не за чем.       Одновременно прислушалась к разговору рядом:       — Удивительно, он почти не уступает Атосу.       — Что за чушь. Атос просто жалеет этого дурачка.       Тактика у парня и впрямь хромала, и через несколько секунд, он оказался прижат кинжалом к деревянной колонне:       — Довольно. Я мог воткнуть его в твоё горло. Это ошибка может стоит тебе жизни.       Атос отошёл и отвернулся, на ходу бросив:       — Я не убивал твоего отца и не хочу убивать тебя.       Вслед мушкетёру полетел тот же кинжал, встряв в нескольких сантиметрах от его тела.       Д'Артаньян вновь поднял шпагу:       — А я мог бы воткнуть его тебе в спину. Теперь сразись со мной, или умри на коленях! Исход будет один.       Атос продолжил ровно стоять, явно показывая свои намерения.       Парень снова рванул. На этот раз его атаку остановил Арамис. Мягко произнёс, удержав его шпагу своей:       — Он же сказал: «Довольно».       — Что ж, ладно, — вздохнул парень, — Сражусь с вами обоими.       Вивьен скрыла едва заметную усмешку в кружке вина. Какой настойчивый юноша. Неудивительно, что утром сбежал от неё.       — Может, сразу с тремя? — подключился Портос, — А теперь, во имя всего святого, убери шпагу.       — Тогда вам придется убить меня.       Парень принялся отбиваться и атаковать сразу троих. И вскоре уже оказался прижат к лестнице сразу тремя остриями.       Сокрушенно выдохнул, упрямо бегая глазами по сторонам, стараясь найти выход из положения.       — Прекратите сейчас же! — в гарнизоне послышался женский голос. Следом за ним явилась и его носительница, — Разве трое на одного — это честно?       Молодая девушка остановилась у ворот. Темные тёплые волосы, но мягкая светлая кожа, и такие же светлые глаза. Прямо как...       Вивьен моргнула, переведя взгляд на мужчин.       Атос тут же убрал шпагу:       — Мы не собирались его убивать.       Портос удивлённо повернулся:       — Правда?       — В следующий раз, предупреждай, — поддержал второй, тоже опуская оружие.       — Мадам Бонасье, что вас привело сюда? — обратился Атос.       Мадам быстрым шагом направилась к побежденному юноше:       — Я следила за ним, чтобы он не натворил глупостей.       Тот поднялся, резко ответив:       — Я могу постоять за себя без помощи женщин!       — Довольно болтовни. Если бы мужчины думали головой, а не шпагой, больше достойных осталось бы в живых.       Вивьен получше присмотрелась к мадам Бонасье. Девушка ничуть не сомневалась в своих высказываниях, а мужчины, от греха подальше, слегка разошлись в стороны от неё.       Во дворе показались ещё люди, привлёкшие внимание. Капитан Тревиль и несколько мушкетеров остановились рядом:       — Что здесь происходит? — все обернулись к нему, переглянувшись, но смолчав и не выдавая друг друга.       — Неважно. Удалось отыскать Корнэ?       — До монастыря он не добрался, — сразу ответил Атос, — Мне нужно двадцать человек, чтобы отыскать дорогу в Шартр.       Тревиль вздохнул, позади него появилось двое гвардейцев:       — Атос, я сожалею. Эти люди здесь, чтобы арестовать тебя.       Друзья мужчины тут же выросли за его спиной, став рядом. Капитан продолжил:       — Ты немедленно предстанешь перед королем по обвинению в грабеже и убийствах.       Вивьен и сама напряглась, вслушиваясь. Теперь жалобы дошли и до короля. И, похоже, не одна. Что она не делилась произошедшим с кем-то ещё, что д'Артаньян, если это всё же тот случай, вряд ли обращался куда-то.       Тревиль обвел взглядом обоих мушкетеров позади Атоса:       — Я обещал, что обойдется без происшествий.       Те нехотя спрятали шпаги, неспеша отступили назад.       Атос обернулся напоследок к д'Артаньяну, на ходу складывая оружие:       — Я не тот, кого ты ищешь.       — Почему тогда отец назвал мне твое имя перед смертью? — парень подошёл ближе, всё ещё не смирившийся с поражением.       — Я не знаю.       Атоса уже уводила стража, а Арамис с Портосом пошли следом. Капитан повернулся к девушке:       — Вивьен.       Та встретила его взгляд.       — Ты тоже идёшь.       Она кивнула, тут же поднявшись. Отправив Лоуэлла к своей комнате, направилась следом за мушкетерами.       Стараясь собраться и на ходу незаметно привести себя в порядок, она не отставала от капитана. Быстро поправила темные волосы, спрятав их больше под шляпу, чтобы не выбивались из пучка. Струсила пыль с камзола.       По мере приближения к дворцу, ладони только больше потели, а лицо становилось всё более холодным и сдержанным. Она оглядывала практически не изменившиеся коридоры и виды за окном, пытаясь отвлечься от эмоций и перенаправить внимание.       В зале, перед королём, сделать также оказалось не так-то просто.       Сам кардинал Ришелье указывал на Атоса, его голос прогремел на весь зал, чеканя слова:       — Этот человек предстал перед судом по обвинению в разбое, грабежах, — он сделал многозначительную паузу, — И убийствах. Пользуясь доверием капитана де Тревиля, его люди бесчинствуют на улицах.       Вивьен стояла, как и остальные мушкетеры, слева от Атоса. Полный зал людей давил своими пустыми, высокими потолками и заполненным пространством вокруг самой девушки. Слушая кардинала, она одновременно следила за реакцией Тревиля.       — Эти обвинения ложь, Ваше Величество.       — Есть свидетели, — уверенно продолжил кардинал.       Затем отступил, махнув рукой на стоявшего в стороне мужчину:       — Ты, поведай королю, что случилось.       Крупный мужчина спешно заговорил:       — Я держу этот трактир... Мушкетёр, по имени Атос, и его банда, ограбили меня... и убили двоих постояльцев. Мишеля Фурнье и гасконца по имени Александр д'Артаньян.       Сами же мушкетёры в замешательстве переглянулись.       — Я впервые в жизни вижу этого человека, — спокойно ответил Атос.       Кардинал подозвал нового свидетеля. Рыжеватый юноша склонился:       — Я вез своих господ домой, бандит напал на нас в переулке... назвался Атосом. Он убил обоих...       — Вы говорите об этом человеке? — кардинал снова указал на обвиняемого.       Парень замялся, качнув головой:       — Полагаю, что да, на нём такая же форма...       — Здесь не прозвучало ни слова правды! — сразу ответил Атос, — Эти господа ошибаются.       — Это ещё не всё! — кардинал снова подозвал кого-то.       Вивьен скользнула взглядом по мужчине и удивлённо замерла. Перед глазами на миг мелькнул образ липких от крови рук и пропитанных темным одеял...       Трактирщик Гарро, склонившись, тоже взволнованно заговорил:       — Мушкетеры напали и на мой трактир. Убили троих постояльцев и ограбили меня...       Девушка слегка поджала губы, стараясь утихомирить недовольство внутри. Нельзя винить человека в том, что он желает справедливости...       — Я так же не знаком и с ним, — резче ответил Атос.       Тревиль взмахнул рукой, прерывая его, вышел ближе к королю:       — Позвольте, у меня тоже есть свидетель.       Капитан встретился взглядом с девушкой.       Сердце Вивьен ухнуло вниз, сбивая ровный вдох.       Коротко глянув по сторонам, она выступила вперёд, оказываясь чуть дальше Атоса. Теперь всё внимание было направлено уже на неё.       Пространство перед ней показалось слишком большим и открытым, словно всё вокруг может в любой момент дрогнуть, уходя из-под ног.       Снова на миг найдя глаза капитана, она тут же стала прямее, вдохнув чуть глубже, обратилась к королю:       — Ваше Величество, — вышло чуть настойчивее, чем она планировала, она тут же сделала тон ровнее и спокойнее, — Я была одной из постояльцев у месье Гарро.       Её глаза нашли мужчину. Тот тоже её узнал, удивлённо рассматривая её форму. Она продолжила увереннее и чётче:       — Нападавшие действительно носили мушкетёрскую форму, но лица у всех были скрыты. Я ранила, и смогу опознать одного из них, — она чуть помедлила, сжала сильнее сцепленные, скрывавшиеся за спиной под плащом руки, с нажимом продолжила, — Я не встречала среди мушкетеров похожего человека. И никто из них не ранен.       Король в замешательстве прищурился, пройдясь по ней взглядом. После, узнавая её, бросил странный взгляд на Тревиля. Капитан же будто не заметил, обращаясь сначала к кардиналу:       — Как видите, не всё так гладко, как вам кажется.       Он повернулся к королю:       — Ваше Величество, в этом деле явно замешан кто-то ещё.       Ришелье приблизился к Тревилю:       — Ваши люди бесчинствуют на улицах Парижа, пользуясь своим положением. Закон для всех един, неужели преступник не понесет наказание?       Людовик, наблюдая за ним, только вздохнул, покачав головой:       — Кардинал прав, мы не можем поощрять беззаконие...       Тревиль тут же продолжил, сверля Его Величество взглядом:       — Позвольте моим людям разобраться в этом деле. Кто-то явно намеренно портит репутацию вашего отряда.       Король прервал его, небрежно приподняв руку:       — Да-да, Тревиль, вы тоже правы... Тогда, отложим вынесение приговора до выяснения всех обстоятельств.       Кардинал снова попытался вмешаться:       — Ваше Величество...       Людовик и его остановил жестом:       — А пока обвиняемый будет под стражей в Шатле. Мы же не можем позволить потенциальному убийце бродить на свободе, — он хмыкнул с лёгкой улыбкой, глянув на супругу и Тревиля, ожидая, что те поддержат его шутку.       Королева лишь мягко улыбнулась, скрывая взгляд.       Его Величество поднялся, дав знак, что суд окончен.       Кардинал слегка поджал губы, нехотя кивнув. Выпрямившись, посмотрел в сторону собравшихся. Серые, слишком внимательные глаза на секунду задержались на девушке.       Отчего-то от этого действия внутри пробрал мороз. Она своих глаз не отвела, и вскоре кардинал сам отвернулся. Так, что Вивьен даже на миг решила, будто ей показалось. Ощущение опасности, оставшееся внутри, подсказывало — не показалось.       Король одним из первых покинул зал, а капитан быстрым шагом направился за ним.       Вивьен ненадолго замерла, наблюдая за выходящими.       Атоса провели мимо неё, и оба обменялись взглядами. Глаза мужчины холодные и серьезные, но девушка отчего-то ощутила лёгкий прилив уверенности. Она сделала всё, что могла сейчас. И надеялась быть полезной в деле и дальше.       Остальные мушкетеры стали выходить, Арамис с Портосом уже скрылись в коридоре, догоняя капитана. Вивьен поспешила следом.       Остановившись неподалеку от мужчин, она обвела взглядом капитана и уходящего, явно не в духе, короля.       Тревиль и сам хмурился сильнее обычного.       — Хотите спасти Атоса — найдите Корнэ, — он прошел мимо, направляясь к выходу из дворца.       Портос кивнул, вместе с Арамисом пойдя следом за капитаном. Девушка последовала их примеру.       На ходу услышала:       — Нам может понадобиться ваша помощь.       Она повернулась на голос, быстро скрывая удивление от обращения к себе. Арамис шел чуть впереди неё и пояснил:       — Раз уж вы видели нападающего, это может оказаться весьма кстати.       Вивьен тут же собралась, кивнула, понимая, что от неё требуется.       Оказавшись на улице, она уже мысленно готовилась к поездке и сотрудничеству.       Они прошли очередной пост охраны, повернув за угол здания. Взгляд девушки что-то задержало, отозвавшись внутри. Она сбавила шаг, нахмурившись. Затем, качнув головой, не веря своим глазам, отступила немного назад.       Позади осталось четверо гвардейцев, стоявших к ней полу боком и говоривших о чем-то между собой. Вивьен присмотрелась к каждому и задержалась на одном. Слишком знакомое лицо... Она уже видела этот профиль — в темноте, при вспышке выстрела.       Опустив глаза ниже, она отметила, как тот прижимал к себе правую руку. Внутри всё стало постепенно вскипать.       — Вы идёте? — послышалось недовольное дальше по коридору.       Она быстро глянула на мужчин, помедлив, снова бросила взгляд на знакомое лицо и мотнула головой:       — Мне нужно кое-что проверить, — отступила ещё на шаг назад, уже собираясь уходить.       Портос наоборот, подошёл чуть ближе, больше нахмурился:       — Что-то серьёзное?       Девушка снова неопределённо качнула головой:       — Может не стоить времени. У вас есть один след, видимо, благодаря гасконцу. Если мой окажется верным — выйдем на одно и тоже.       Портос с Арамисом переглянулись, но ничего не сказали. Вивьен же поспешила за уходящим гвардейцем.       Мужчина оставил других на посту, направившись с дружком из дворца. Вивьен намеренно чуть отстала, оставаясь вне зоны видимости, стараясь не спешить.       Не выпуская его из виду надолго, поймала себя на ощущении, будто вновь вернулась на два года назад. Тихо следовала за ничего не подозревающей жертвой, скрываясь в тени и не привлекая внимания.       Снова отдельно от остальных. Способная тихо решить то, что другим не прикажешь, но не способная быть полноценной частью этих "других".       Уже на улицах города, она остановилась за очередным углом. Просто прислонилась к стене, будто счищая грязь с ботинок и вовсе не глядя в сторону уходящих мужчин.       Между лопаток запекло, так, как когда чувствуешь чужой взгляд. Или как когда боишься ощутить... Она на всякий случай коротко осмотрела улицу за собой, выглянув из-под шляпы. Никого, заметившего её, нет.       Вивьен повела плечом, сбрасывая наваждение, и вновь направилась вперёд.       Как она привыкла к этой роли. И как теперь она ей претит. Она не хочет так... всегда.       Гвардеец скрылся в одной из таверн. Подождав немного, девушка последовала за ним.       Место прям облюбовали слуги кардинала. То тут, то там, сидели мужчины в красно-черных мундирах. Простых выпивох тоже хватало, так что она не слишком выделялась. Лишь прикрыла плотнее наплечник и мысленно порадовалась, что ещё не надела синий мушкетерский плащ.       Она села через столик от мужчины. Заказала выпивку, наблюдая за ним. Тот через несколько минут тоже уселся, поздоровавшись с остальными, что-то рассказывая и смеясь.       Она ещё раз обвела его взглядом. Теперь, в мутном свете с окна и темном помещении она точно узнала лицо под шляпой — это он. Худощавый, но не низкий, с вытянутым носом, сейчас преспокойно выпивал вместе с друзьями и лыбился во все тридцать два.       Она прищурилась, сжала челюсти и отвела взгляд, отпив со своей кружки. Тут же поморщилась — крепкое...       Рядом на столе зазвенели монеты:       — Эй! Ещё вина моим друзьям!       Те дружно загоготали, допивая остатки со своих кружек и ожидая добавки.       Разносчица быстро подала ещё один кувшин. Второй гвардеец подбросил в воздухе пару монет, слегка толкнул друга в бок локтем:       — Если бы не кардинал, мы бы сейчас так не гуляли.       У того улыбка пропала, он зашипел:       — Тише! И аккуратнее...       — Брось, тут все свои, — он сделал несколько больших глотков вина, наклонился ближе к другу и впрямь понизив голос, — Вот поэтому, я и люблю Его Высокопреосвященство. Не нужно ломать голову над моральными дилеммами. Он уже всё продумал сам. Всего-то и нужно было слегка растормошить этих зазнавшихся синих увальней...       Вивьен крепче сжала стакан, стараясь не упустить ни единого слова.       — Годэ бы не понравилось, что ты столько болтаешь... — покачал головой второй, отпив вина.       — Ему сейчас не до того, — мужчина усмехнулся, — Ты его видел сегодня? Сам припрятал деньги того продажного посла и ходит довольный. Повезло, что нам ещё перепало. Давно я так не пировал, — он пожал плечами, затем понизил голос, — Знаешь, такое счастье за пять человек — да это почти подарок.       Второй фыркнул:       — "Подарок"... Это тебе-то повезло, ничем платить не надо... И вообще, сказал же, говори меньше.       — Анри, не нервничай, — усмехнувшись, протянул он, — А если кто и услышит нас, так не поймет что к чему. Так что всё под контролем, — он хлопнул Анри по плечу, тот вздрогнул, отклонившись:       — Сказал же, аккуратнее!..       — А рука что, всё ещё болит?       Мужчина опустил взгляд, осторожно положил руку на стол, и только теперь Вивьен наконец заметила небольшое уплотнение под черным камзолом. На самой руке бинтов не было видно, словно мужчина и не хотел, чтобы кто-то знал о его ране. Неужто прятал её даже от своих?       Гвардеец недовольно пробормотал:       — Ещё бы... Этот идиот с его псом... Кому вообще придет в голову таскать с собой такое чудовище?       Второй хмыкнул:       — Судя по всему, тот не очень дружит с головой. Хотя выстрел был меткий.       Анри сильнее насупился:       — Смешно тебе? Я, может, вообще не смогу теперь правой рукой шпагу держать! Он ещё и видел меня...       — Подумаешь — мало путников в округе? Кто тебя узнает, было же темно.       Второй поморщился:       — Всё равно... Не спокойно, — повёл плечами, затем цокнул языком, — Хотел расслабиться, а ты своими разговорами всё веселье сбил!       Девушка села ровнее. Мысли заметались в голове, пока кровь пульсировала в висках. Кардинал, плата, пять человек...       В таверне внезапно показалось слишком душно. Она крепче сжала руку на глиняной кружке. Опустила взгляд на темно-бордовую жидкость в ней. Слегка поморщилась... Аппетит окончательно пропал.       Через несколько минут Анри поднялся, направляясь к трактирщику.       Вивьен тоже встала. Это её шанс не упустить его.       Они столкнулись в проходе.       — Эй, смотри, куда идёшь!       Она больше наклонила голову, скрывая лицо шляпой:       — Прошу прощения.       Выскользнув из чужого кармана, в руках девушки мелькнул серый платок. Уже на выходе у трактира, она спрятала его одним движением за ткань камзола.       Оказавшись на улице, не давая себе передышки и времени на обдумывания, быстрым шагом направилась к гарнизону.       Послеобеденное солнце слепило. В спешке, она несколько раз почти столкнулась с прохожими, пока в голове засело лишь одно слово.       В гарнизон она почти влетела. Привычно осмотрелась по сторонам и стремительно подошла к лестнице. Только оказавшись у двери капитана, наконец, притормозила, потратив время на то, чтобы постучать.       Де Тревиль открыл почти сразу.       — Вивьен? Проходи.       Девушка тут же оказалась внутри кабинета, посмотрела на капитана, закрывшего дверь.       — Я нашла его. Это гвардеец по имени Анри. Под управлением некого Годэ...       Тревиль нахмурился, прошел к столу:       — Уверена?       Она быстро кивнула:       — Это не всё. Им заплатили.       Капитан на миг отвёл взгляд, затем снова посмотрел на девушку:       — Выяснила, кто?       Вивьен помедлила. Тихо сглотнув, ощущая, как во рту пересохло, всё же высказала:       — Кардинал.       Лицо Тревиля изменилось.       На несколько секунд воцарилась тишина.       Он выровнялся, слегка приподняв голову. Тоже, чуть погодя, уже куда собраннее продолжил:       — Это серьёзное обвинение.       — Знаю, — девушка от волнения переступила с ноги на ногу, глянула в сторону окна, — Но гвардейцы сыпят золотом направо и налево, и прямо произнесли, что платил кардинал. И так же проговорились про пятерых мушкетеров. И продажного посла... Если это имеет значение.       Мужчина сильнее нахмурился:       — Про письма не упоминали?       — Нет.       Тревиль прикрыл глаза. Отошёл в сторону, тоже опустив взгляд на улицу. Затем снова обратился, не поворачиваясь:       — Тебя видели?       — Нет.       Он кивнул, теперь став вполоборота:       — Хорошо. Следи за ним. Выясни, где остальные. Сама не лезь. И, если будет возможность... Они нужны живыми.       Девушка быстро кивнула, принимая приказ.       Выйдя из кабинета, почти слетела по лестнице. Перепрыгнув две ступеньки, обернулась в сторону комнат:       — Лоуэлл, ко мне!       В этот раз даже не заметила любопытных взглядов на ней.       Полуволк быстро выскочил из открытого коридора, догнав хозяйку.       Она вышла с гарнизона, вместе с другом направившись к таверне. Оставив пса снаружи, осторожно зашла, неспеша обводя взглядом помещение. Анри тут не оказалось.       Не зря взяла Лоуэлла.       Снова оказавшись на улице, присела около волка, вытянув чужой платок, протянула псу:       — Ищи. Нам нельзя его упустить...       Лоуэлл заинтересованно подошёл ближе, обнюхал её руку с платком, затем отошёл к таверне, обведя носом её дверь и порог. А после припустил рысью по улице.       Пройдя несколько улиц, волк остановился около неприметной аптекарской лавки. Вивьен неспеша прошла мимо.       За мутными стёклами виднелись силуэты. Седой хозяин и та же пара гвардейцев.       Девушка удовлетворённо хмыкнула и ушла за угол здания, опустила руку к псу:       — Молодец, мальчик, — легонько погладила его за ухом, — А теперь — домой. Не хватало ещё, чтобы он тебя увидел...       Лоуэлл помялся рядом, покрутившись у её ног и наблюдая за хозяйкой.       Она глянула на волка уже строже, кивнула на другую сторону улицы:       — Домой.       Нехотя, но Лоуэлл послушался, неспеша побежал туда же, откуда они пришли.       Вивьен снова сконцентрировалась на цели.       Через пару минут гвардейцы показались на улице. Аптекарь ещё что-то сказал им на прощание, после чего вернулся к себе.       Один из гвардейцев хохотнул ему в ответ:       — Разберемся.       — Да, так явно полегче будет... Рука даже не тянет.       Уже оба явно навеселе, они направились по улице, не особо замечая что-то вокруг себя.       Остановилась Вивьен вновь в таверне. Немного погодя и зайдя после мужчин, заняла уже дальний столик в тени. Не привлекать внимание так проще, а стараться подслушать не было необходимости. Мужчины и так болтали слишком громко, как для тех, кто хранит подобную тайну.       Слушая их разговоры, сидя с всё таким же почти нетронутым стаканом вина, она сама не заметила, как свет за окном стал тускнеть. В помещении стало ещё темнее, а народу прибавилось — люди возвращались с работы, собирались в компании, со всех сторон стал доносится пьяный гогот.       Атмосфера всё больше раздражала. Ожидание начинало выводить, скручивая внутренности ничем не оправданным напряжением. Ощущение стремительного приближения какой-то опасности, заставляло сидеть на стуле слишком ровно. Пальцы сами нашли шнурок на камзоле, наматывая его и разматывая обратно, пытаясь занять себя хоть чем-то.       Спустя время мужчины зашевелились. Лениво собираясь, заплатили и вышли из таверны.       Вивьен оживилась. Наконец-то.       Снова отпила со своего стакана, желая промочить пересохшее горло — только зря в рот набрала. Горечь лишь усилила жажду. Через пару минут и она покинула заведение.       Воздух на улицах стал ощутимо холоднее, солнце уже скрылось за стенами зданий, погружая Париж в тень. Вивьен поправила плащ у горла и расправила ставшим похожим на пружинку шнурок. Направилась следом за солдатами.       Анри с дружком выглядели на удивление бодро, даже учитывая, сколько они выпили. Шли по главной улице слишком прямо и уверенно.       На одном из поворотов стали замедляться.       Внутри всё сковало напряжением. Анри уже несколько раз порывался оглянуться, но, видимо, не решался. Сейчас же остановился, махнув рукой другу, чтоб шел дальше, отошёл в сторонку, будто поправляя ножны. Вот-вот обернётся.       Ещё до того, как мужчина отошёл к стене, Вивьен уже оказалась рядом с хозяйкой, собирающей с верёвок новые ткани, завязала разговор, мягко улыбнувшись, поинтересовалась её делом и ценой. Женщина растерялась, но поддержала беседу.       Оглянувшись, Анри видел лишь спешивших завершить свои дела горожан, убирающих торговые лавки, заводящих детей домой, или ковыляющих с бутылем выпивки вдоль улицы.       Мужчина вернулся к другу, а после свернул с главной улицы.       Вивьен мысленно хмыкнула. Не дурак её гвардеец. Почуял-таки неладное. Стоило быть осторожнее.       Распрощавшись с женщиной и пообещав забежать к ней посмотреть ткани на новую рубашку, она направилась дальше, не сворачивая.       Раз уж принялись проверять, пусть поверят, что за ними никого нет.       Теперь Вивьен выбрала иной маршрут. Чуть ускорив шаг, она обходила параллельно их пути, лишь замечая мужчин раз в несколько минут на пересечениях улиц. За их спинами она больше не появлялась, а те ни разу и не глянули в её сторону.       Пару раз с раздражением натыкаясь на тупики среди привычных улиц, она больше ускорялась, стараясь нагнать мужчин.       Былая уверенность вдруг испарилась. Из-за спешки она даже несколько раз опередила гвардейцев, почти потеряв их направление. Знакомые улицы подводили... Всё-таки, как бы там не казалось, местами Париж изменился. Стоит как-нибудь сходить, проверить некоторые лазейки...       Уже смеркалось, когда гвардейцы всё же вышли на главную улицу. Успокоились, заметно расслабившись и явно направляясь к концу города.       Вивьен на улицу возвращаться не стремилась. Пусть и дальше думают, что им показалось.       Её догадки подтвердились — гвардейцы вышли за городские ворота, направившись дорогой вдоль домов. Она увидела их уже уходящими по полю и заметно отдалившимися.       Сама Вивьен направилась вдоль лесополосы, а после ещё больше ушла вглубь леса. Две фигуры в черно-красных камзолах на открытой местности и на фоне снега не заметить было трудно. Она же намеренно медлила, оставалась в тени деревьев и кустов, отпуская их всё на большее расстояние. Даже обернись они сейчас, в надвигающихся сумерках — среди темных голых стволов и кустов увидеть силуэт девушки было бы сложно.       Через несколько минут среди снега и деревьев выросла башня, а следом за ней – полуразрушенные каменные стены.       Вивьен остановилась, присматриваясь. Вот и пришли. Сразу чуть присела, неосознанно потянувшись к рукояти пистолета.       Если это действительно их укрытие, будет тяжело... Приблизившись к краю леса и припав к земле, окинула взглядом заброшенный форпост.       Высокие стены, возвышающиеся над ровом, тонкий мост к единственному входу, одна башня. Она упустила момент, как гвардейцы прошли через часового. Тот, в отличии от них, расслабленно не выглядел — стоял ровно, осматривая местность.       Девушка потратила несколько минут на то, чтобы сменить позицию. Обошла по лесу с разных сторон.       Одна из стен поста была практически полностью разрушена, открывая вид на внутренний двор. Только вот добраться через ров незаметными, всё равно остаётся невозможным. Значит, вход всё же один... Или лобовая атака. Людей много, вовсе не пять, как тех подставных мушкетеров. Куча простых стражников — она уже насчитала человек пятнадцать. Внутри наверняка есть ещё...       Нужно доложить Тревилю, медлить нельзя. Вдруг они и этой ночью выдвинутся на охоту? Снова будут безнаказанно грабить и убивать...       Вивьен поднялась со снега, тихо обтрусила почти мокрые колени и попятилась обратно.       Через несколько шагов замерла, заметив движение. Со стороны дороги приближалось несколько силуэтов. Девушка снова прижалась к земле, наблюдая за ними.       Те к руинам не спешили. Остановились неподалёку за небольшим холмом, так же, как и она, спрятавшись за выступом. Она присмотрелась. Двое из пришедших, в синих плащах... Мушкетёры. Надо же.       Осторожно приблизившись ещё немного, но всё ещё не выходя из леса, прислушалась. Действительно, эти были ей знакомы. Понаблюдав с пол минуты, по ним даже с далека и в сумерках можно было узнать Портоса с Арамисом.       Вот и свиделись, как она и говорила.       Немного помедлив, она всё же вышла из тени деревьев. Подкралась сзади, стараясь не шуметь. Только на расстоянии нескольких шагов её услышали — д'Артаньян вздрогнул и обернулся, почти вынимая шпагу.       Девушка застыла, приподняв руки.       Мысленно хмыкнула, стараясь сдержать нейтральное выражение лица. Не слишком-то внимательны мушкетеры к тем, кто подкрадывается к ним со спины.       Все четверо мужчин удивлённо воззрились на неё. Арамис с Портосом переглянулись.       — Вот так встреча, — Арамис обвёл её взглядом с каким-то интересом, — Я так понимаю, след оказался не ложным?       Девушка кивнула, присев рядом. Д'Артаньян пробормотал, убирая руку со шпаги:       — Обязательно так подкрадываться?       — Стоило бежать к вам, сломя голову? — Вивьен невольно вспомнилась утренняя сцена, с отчаянной дракой гасконца.       Портос фыркнул, а Арамис снова обратился к девушке:       — Давно вы здесь?       Она кивнула:       — Около получаса.       — Да как вы их нашли...       Вивьен перевела взгляд на четвертого мужчину, впервые подавшего голос со своего места. Помятый и бледный, со связанными руками, среди мушкетеров и гасконца сидел гвардеец, явно сгорающий от злости.       Девушка прищурилась, отводя презрительный взгляд от него:       — Ваши друзья и привели. Стоит меньше трепаться, пока пьёте.       Портос фыркнул, грубовато хлопнул по спине гвардейца, так что тот вздрогнул:       — Что вы, Дюжон не из таких. Он очень старался сдержать тайну.       Арамис не глядя на них, а достав с кармана тоненькую складную зрительную трубу, присмотрелся к местности и охранникам, поддержал настрой друга:       — Не очень-то вышло... — затем опустил её, — Войти незаметными будет сложно.       — Нужно как-то отвлечь? — предположил д'Артаньян.       — И тихо, — добавила Вивьен.       Глянула поочерёдно на лежащих мужчин по бокам от неё, немного подвинулась, затем всё же осталась на месте. Так и не решившись сесть на их уровне, устремила взгляд поверх их голов, на стены поста. Впрочем, они ведь осматривают местность, а она там уже всё видела.       Как можно увереннее, продолжила:       — Наверху минимум двое стрелков. Укрыться будет негде.       Арамис присмотрелся, кивнул:       — Я мог бы снять парочку прямо отсюда.       — Пока будешь перезаряжать, остальные разбегутся, — пробубнил Портос.       Девушка добавила:       — Если повезет, успеют вызвать подмогу. Людей там достаточно, я насчитала пятнадцать.       — Значит, и мушкетов достаточно... А у нас... — мужчина мельком глянул на друга, гасконца и задержался на девушке и её оружие, — Восемь пистолетов.       Мушкетеры снова вернулись к наблюдению. Вивьен, как бы между прочим, поинтересовалась, глянув на Арамиса:       — Капитану докладывать не собираетесь?       — Долго. Пока соберём отряд... — слегка качнул головой, — Тем более, официально, у нас на них пока ничего нет.       Вивьен чуть отвернулась, раздумывая над его словами. Действительно, в случае, если пара-тройка служащих принесут доказательства виновности гвардейцев, не привлекая руководство, никого уже не будет интересовать, каким образом они достали эти доказательства. А открытое нападение всем отрядом на гвардию может вызвать вопросы...       Дюжон вдруг зашевелился:       — Вам ни за что их не одолеть, лагерь прекрасно охраняется, вы просто помрёте там!       Портос снова стукнул его, усмирив, и тот быстро замолк.       — Надо что-то придумать...       Д'Артаньян вдруг задумался, обернулся назад, будто сам себе неуверенно сообщив:       — Кажется, у меня есть одна идея...       Он уехал, забрав привязанную в стороне лошадь. Вернулся гасконец не один. В тонком силуэте, Вивьен, присмотревшись, узнала мадам Бонасье. Удивлённо приподняла бровь.       Тихо переговорив в стороне, д'Артаньян подвёл её ближе.       — Не беспокойся, если что, мы тебя прикроем.       Девушка кивнула, сняв плащ и поёжившись от холода, протянула его парню. Оставаясь в открытом ярко-оранжевом платье, с высоко собранными каштановыми кудрями и вызывающим макияжем, недовольно проговорила:       — Давайте уже скорее закончим.       И это была его идея? Привести в такое место девушку?       Вивьен раздражённо отвернулась. Рисковать чужой, никак не связанной с этим делом жизнью...       Она смолчала, не уверенная, что имеет право высказаться, наблюдая, как девушка несмело отдалилась, направляясь к стражнику.       Слегка поджатые к шее, открытые плечи выдавали её напряжение и скованность. Однако, оказавшись у гвардейца на мосту, она вдруг переменилась, старательно начиная играть. Он отвлекся, глядя на неё.       Вся компания, оставив связанного по рукам и ногам Дюжона, двинулась следом. Портос с Арамисом первыми, д'Артаньян поспешил за ними, Вивьен оставалось только замыкать ряд.       Уже около моста они услышали слова.       — Пятьдесят су, и я отведу тебя в рай.       Стражник скептически нахмурился, опуская только что вскинутый мушкет:       — Ты что, из этих психов проповедников?       Констанция почти закатила глаза, раздражённо выдохнув:       — Это метафора.       Тот всё равно не понял, разведя руками и тупо глядя на неё. Она вздохнула:       — Неважно, — постаралась снова натянуть уверенную улыбку, подходя ближе, — Можешь делать всё, что вздумается... Я вся твоя, — она чуть обошла его, пока он повернулся за ней, и остановилась вплотную, — Так понятно?       Гвардеец обвёл её придирчивым, не слишком заинтересованным взглядом, задержавшись на её декольте, чуть поджал губы:       — Да... — коротко приподнял прядь её волос, тут же пустив, — Пять су.       Вивьен захотелось вылезти из укрытия прямо сейчас и закончить наконец этот спектакль.       Девушка и сама тут же вышла из роли горячей обольстительницы, возмущённо уставившись на гвардейца:       — Пять?!       Тот пожал плечами:       — Десять. Не больше.       Мадам Бонасье замялась, затем вспомнила, зачем здесь, качнула головой, раздражённо закатив глаза:       — Ладно.       Гвардеец довольно заулыбался, теперь уже в его глазах мелькнул интерес.       Тут же позади него возник Портос, обхватив руками его шею, слегка придушил, дождавшись, пока тот обмякнет в руках.       Послышались шаги и Портос поспешил присесть, отпуская бессознательного стражника прямо на девушку.       В тёмном промежутке между стен форпоста под светом факела показался гвардеец. Увидев тень сослуживца наклонившегося над девушкой, лишь усмехнулся:       — Эй, я следующий!       Вивьен поморщилась, сжав крепче рукоять пистолета, так что перчатки заскрипели на гладкой поверхности.       Гвардеец скрылся, а Портос поднялся, утаскивая с собой тело часового, кое-как прошёл по узкому мосту мимо девушки, пропыхтев:       — Простите... — следом, как можно тише и аккуратнее, опустил с себя ненужную ношу прямо с моста в ров.       За ним прошел Арамис, на секунду задержавшись около девушки, покачал головой:       — Десять су? Как не стыдно.       Вивьен ощутила жгучее желание кого-нибудь ударить.       Она проскользнула вперёд быстрее д'Артаньяна. Бросила злой взгляд в спину Арамиса, затем мягко глянула на мадам Бонасье:       — Знайте — ваш поступок достоин уважения.       Та будто смущённо отвела взгляд, пока Вивьен поспешила за мушкетерами. Д'Артаньян позади задержался, что-то проговорив и вручив девушке пистолет. Она даже услышала её имя.       Вивьен уже была около Портоса с Арамисом. Те застыли в узком проходе между стен, окинув взглядом открывшийся лагерь изнутри, уже с оружием наготове.       Девушка встала у дальней стены, около здоровяка, где больше обзор. Д'Артаньян, догнав, пристроился рядом с Арамисом, даже не прижавшись к стене.       Портос посмотрел на пистолеты в её руках:       — Хорошо стреляете?       Вивьен припомнила, как стреляет он. Сдержалась от этого упоминания, вовремя одёрнув себя и коротко ответив:       — Достаточно.       Арамис выглянул, нашёл взглядом гвардейца у костра, стоявшего без оружия, с рубашкой нараспашку, да ещё и выпивающего вино.       — А вот и он. Годэ. Думает, он никому не по зубам, — он выдохнул, став ровнее, — По моему сигналу. Внезапность — наш козырь.       Взгляд гасконца изменился. Кажется, даже не услышав слов мушкетёра, он сорвался с места, покидая укрытие, вместо внезапности, заорав:       — Годэ!       Вивьен прижалась ближе к стене. Сразу видно, горячая кровь.       Гвардейцы тут же зашевелились, выхватывая шпаги.       Около их укрытия уже врезалась пара пуль, отбив крошку с каменных стен.       — Внезапность могла стать нашим козырем... — быстро пробормотал Арамис и выскочил следом, прикрывая д'Артаньяна выстрелами.       Портос тоже вышел из укрытия вслед за Арамисом, поддерживая его на открытом пространстве. Вивьен по привычке сдвинулась в противоположную сторону, держась стены.       Обернувшись, быстро выстрелила в часового наверху. Другого убрал Портос. Сверху уже не нападут.       Мушкетеры скрылись за выступом стены, отвлекая на себя чужие выстрелы.       Девушка спрятала пистолет, перебежала открытую местность и снова прижалась к каменным глыбам. Второй рукой выхватила шпагу.       Тут же налетело двое стражников.       Уклонилась от удара одного — шпага чиркнула по камню над головой. Пригнувшись, нанесла удар под руку. Так же чётко сразила второго.       Д'Артаньян уже прорвался к Годэ, сражаясь единолично с ним.       Девушка прицелилась в бежавшего на него гвардейца, резко смещая внимание на новую угрозу.       Уже почти спустив курок, краем глаза заметила движение. Сбоку стражник вскинул пистолет.       Чёрт, слишком быстро...       Выстрелив, инстинктивно отклонилась назад. Тут же прозвучал второй выстрел.       Целившийся в нее гвардеец свалился на землю.       Вивьен растерянно обвела глазами пространство вокруг, стараясь что-то разглядеть сквозь поднявшийся дым.       Встретившийся с ней взглядом Арамис, замер на долю секунды. Опустил пистолет, едва кивнув.       Девушка свободнее выдохнула, отметив его, моргнула, приходя в себя. Двинулась дальше.       Коротко глянув в сторону мушкетеров, сдвинулась чуть правее, не мешая им. Приняла на себя тех, что остались у них за спинами.       Справившись с ещё парой-тройкой нападающих, приметила её раненого гвардейца. Он убегал из лагеря, вслед за Годэ.       Девушка прищурилась, бросилась наперерез.       Перепрыгнув через одно из разрушенных окон, оказалась снаружи, прямо перед ними. Сразу атаковала, не давая уйти.       Позвала, чуть обернувшись назад:       — Д'Артаньян!       Тот сразу догнал, забирая и яростно оттесняя своего противника.       Анри Вивьен оставила себе.       Пятясь и с трудом отбивая удары левой рукой, он поражённо выдохнул:       — Это ты!.. Ты мушкетёр!       Девушка поджала губы, не собираясь с ним сейчас болтать. Еле сдерживалась от того, чтоб не ранить насмерть.       Внезапно подскочил второй.       Вивьен уклонилась, едва спасаясь от острия у глаза.       Шляпа слетела, пряди, державшиеся под ней, упали на лицо, а свет от факелов очертил мягкий профиль.       Гвардейцы даже слегка замешкались.       — Женщина?! — удивлённо фыркнул дружок Анри, — Точно сумасшедшая!       Девушка осыпала обоих ударами. Резанула по ногам второго.       — Бернар! Ах ты тварь!.. — Анри от ярости позабыл о всякой осторожности, влетел слишком близко.       Замахнувшись, его рука встретилась с лезвием кинжала Вивьен. Мужчина тут же заорал. Следом получил второй удар — рукоять шпаги врезалась ему прямо в висок.       Анри покачнулся и упал на землю. Вивьен ненадолго остановилась, стараясь утихомирить сбившееся дыхание. Окинула его взглядом — не умер ли? Мужчина дышал, хоть и без сознания.       Девушка глянула на его друга — тот скулил, но подняться не мог.       Подняла голову, осмотрев поле боя — местами лежали тела, куда меньше, чем было живых. Разбежались.       Где-то дальше, во дворе, всё ещё слышался звон шпаг.       Вивьен подхватила шляпу, наскоро запихнув завязки за ремень, подняла пистолет у другого убитого гвардейца. Осторожно выглянула за стены — д'Артаньян сражался с Годэ.       Прижав того к земле, он замахнулся.       — Д'Артаньян! — его остановил голос Арамиса.       Он подбежал на несколько шагов ближе:       — Он нужен нам живым.       Парень помедлил, но, поморщившись, всё же презрительно фыркнул, испепеляя своего противника взглядом:       — Много чести умереть в бою. Пусть лучше тебя повесят.       Затем убрал шпагу от его горла, отвернулся, почти устало повернувшись спиной.       Годэ едва заметно потянулся рукой за пазуху.       Девушка напряглась, вскинула пистолет. Стоило гвардейцу приподняться, как сзади прозвучал предупреждающий крик мушкетеров, и её выстрел.       Она попала в бедро. Мужчина так и не дошел до обернувшегося д'Артаньяна. Свалился, держась за ногу.       Вивьен подошла ближе, бросив пистолет. Арамис тоже подоспел. Д'Артаньян отшвырнул ногой кинжал, который достал Годэ.       — Меткий выстрел, — усмехнулся мушкетёр, глянув на ногу раненого.       Она слегка кивнула, немного успокаиваясь. От затянувшегося сражения жар прилил к щекам, лёгкие жгло. Да, тренировки с настоящим боем не сравнятся...       Ещё раз посмотрела на Годэ. Доказательств у них теперь достаточно.       Портос присвистнул где-то сбоку, у телеги с вещами:       — А вот и пропавшие мундиры.       Среди всей этой разрухи показался ещё один дрожащий силуэт. В шоке разглядывая побоище вокруг, вышла Констанция.       Окинув взглядом её голые плечи, Вивьен сама неосознанно потянулась к завязкам на своём плаще, как к девушке уже подоспел д'Артаньян. Парень подошёл ближе, укрыл её своим плащом. Что-то проговорил, успокаивая.       Вивьен же замерла на мгновение, задержав руку. Затем моргнула, расслабившись и отвернувшись.       — Теперь нужно собрать этих бедолаг и отправить в Шатле, — скомандовал Арамис, — Нужны люди.       Девушка кивнула. Связав раненых и переведя их в одно место, осталась сторожить с Портосом, пока Арамис с гасконцем поехали за капитаном и отвозить Констанцию домой.       Стоя рядом с пленными, она поглядывала в сторону опёршегося на телегу Портоса. Затем прошлась взглядом по пришедшему в себя Анри.       Немного помедлив, решила попытать удачу. Неспеша остановилась напротив, глянув на него сверху вниз:       — В трактире Гарро, кто именно из ваших дружков убил находившуюся там девушку?       Портос рядом насторожился, повернувшись к ним и слушая.       Анри поморщился, отвернувшись:       — Так я тебе и сказал.       Взгляд девушки похолодел:       — Что вы у неё взяли?       — Да пошла ты... — он попытался пнуть, но не достал. Девушка не сдвинулась.       Портос нахмурился, став рядом, предупреждающе пробасил:       — Эй, полегче, — его присутствие рядом ощущалось слишком явно.       Вивьен чуть выше вскинула подбородок, тихо, уж слишком спокойно для её внутреннего холода, проговорила:       — Чем меньше лично на вас убийств, тем легче будет ваша участь. Расстреляют вас, повесят, лишат головы, или же вас забьёт толпа, — она неспеша перечислила, делая паузы, наблюдая, как лица Анри и его друга сильнее бледнеют. Затем ещё больше понизила голос, — Решать вам.       Бернар глянул по сторонам, потом, не сдержавшись, выкрикнул:       — Годэ! Это всё Годэ! Почти все убийства на нём! Мы лишь запугивали людей и участвовали в засаде, но это он всё устроил!       Их главарь, услышав подобные обвинения, злобно зашипел, покрутившись на месте. Верёвки двинуться не дали, и ему оставалось только бросать испепеляющие взгляды на Бернара.       Вивьен перевела взгляд на мужчину. Плотно сжав губы, и немного подумав, кивнула:       — Хорошо, что тебя не убили.       Мысленно ей уже виделись картины того, как их станут допрашивать. Вряд ли они сразу сдадут кардинала. Придется немного помучиться.       Она отошла, повернувшись к ним спиной. Обтрусила и надела обратно шляпу.       Позади послышались тяжёлые неспешные шаги.       — А что за девушка была там? — Портос так и остался стоять немного за спиной, — Ваша родственница?       Вивьен покачала головой, затем обернулась:       — Нет. Просто слишком юная попутчица.       Портос тихо хмыкнул, будто сам себе, но отошёл, больше не став донимать.       Вивьен на мгновение подняла на него взгляд, затем тоже отвернулась.       Стала поправлять ремень с пистолетами и немного замедлилась, ощутив в кармане штанов что-то увесистое.       Запустила руку, затем вытянула от туда небольшой кулон.       С губ сорвался вдох. Она же сама забрала его перед завтраком. Девушка аккуратно погладила драгоценный камушек внутри украшения. Сжала ладонь, устремив взгляд вдаль.       Преступники понесут наказание. Однако, ей стоило завершить ещё одно дело.       Мушкетёр с гасконцем вернулись быстро. Де Тревиль коротко оглядел масштабы лагеря, кивнул, приказав сначала вести нарушителей в гарнизон.       Вивьен подвели рыжего коня. Она бросила озадаченный взгляд на лошадь, затем на Арамиса, который держал поводья.       — Ваша лошадь отказалась куда-либо идти. Пришлось взять этого.       Скрывая лёгкую улыбку, девушка кивнула, запрыгивая в седло. Сидела она непривычно низко, а жеребца под ней то и дело уводило куда-то в сторону.       Вернувшись в гарнизон и пересмотрев все найденные вещи, капитан покинул их, прямо посреди ночи направляясь к королю.       Вивьен позволила себе перевести дух.       Присматривая за пленными, которых наскоро подлатали, она так и не вернулась в комнату, сидя во дворе и обдумывая случившееся.       Что теперь будет, когда станет известно, что на королевских мушкетёров поднял руку сам кардинал?       К рассвету, получив указ от короля, повели будущих заключённых в Шатле.       Помимо участвовавших в деле, отправилось ещё двое мушкетёров. Вивьен ехала среди них, уже верхом на Жанне.       По мере их приближения, стены знаменитой тюрьмы всё больше возвышались над землёй. В нижней части стен, на сплошной каменной кладке, не видно было ни единого окна. Подобная закрытость и изоляция заставляли поёжиться.       Миновав ворота, Вивьен крепче сжала поводья, осматривая всё вокруг. Воздух показался спёртым, сырым, от камня веяло холодом, а с подземных стоков тянуло какой-то гадостью.       Она поджала губы, игнорируя ощущения. По привычке подметила количество дверей, окон, углов во дворе, где можно было спрятаться...       Она мысленно хмыкнула. Раньше одна мысль попасть сюда доводила до паники, а теперь она добровольно переступает порог тюрьмы. Да ещё в роли кого... Привела сюда пленных.       В одном из внутренних дворов они спешились.       Откуда-то внизу послышались надрывные крики и Вивьен инстинктивно обернулась, ища источник. Глянув на решетки на окнах, тут же остановила себя, вспомнив, где находится. Для этого места это естественно.       Арамис отдал два свёртка с указами. Стражник кивнул, и остальные служащие принялись забирать с телеги пленных, уводя по двое внутрь.       Портос с Арамисом подошли ближе к двери. Д'Артаньян пристроился рядом.       Вивьен осталась в стороне, краем глаза поглядывая на пленных. Проводила взглядом Анри...       С соседних дверей показался мушкетёр. Атос сощурился, глянув на серое небо, неспеша вышел, потирая запястья. Его друзья довольно заулыбались.       Каждый по очереди приобнял и хлопнул по плечу друга.       — Я уж думал, буду сидеть здесь вечность, — проговорил он.       — Ты от нас так просто не избавишься, — усмехнулся Портос, снова положив руку ему на плечо.       На губах вечно серьезного мушкетёра мелькнула едва заметная тёплая улыбка. Он коротко глянул на д'Артаньяна, слегка кивнул, на что парень прямо-таки засиял.       Девушка отвела взгляд. Счастливое воссоединение отзывалось в груди лёгким тёплом.       Она мельком посмотрела на последних уходящих пленных. Немного помялась на месте, переступив с ноги на ногу, ожидая возвращение в гарнизон. В кармане от движения ощутила лёгкую тяжесть.       Вивьен тихо вздохнула, глядя на серые стены. Вот бы все дела так хорошо завершались.       Девушка специально нащупала в кармане кулон, крутя его между пальцев, так и не заметив чужой, короткий, внимательный взгляд. Все мушкетеры, пребывая в приподнятом настроение, сели верхом, отправляясь домой.       Дальнейшим утром отдохнуть она себе так и не позволила. Предупредив, что покинет гарнизон на некоторое время, прошлась по известным торговым лавкам, поспрашивала людей. Переговорив с особо большим любитель сплетен, узнала о женщине де Сорель, несколько месяцев назад прибывшей во Францию.       Её домик оказался в десяти минутах езды от Парижа. Дом ухоженный, но достаточно скромный, с двором, садом, несколькими слугами. Вокруг простирался вид на поля и леса, а с холма виднелась сама столица.       Сердце вдруг защемило. Амели бы здесь понравилось. В особенности весной, когда деревья зацветут...       Вивьен набрала в грудь побольше воздуха, прогоняя мысли. Немного покрутившись у ворот, всё же спешилась, сообщила слугам о встрече. Сняла на ходу шляпу.       Стоя в прихожей и рассматривая на удивление не дешёвый интерьер внутри, снова подумала — этим столиком Амели бы восхитилась. А лестница.. она бы чувствовала себя на ней принцессой.       Девушка сжала зубы. Невольно вздрогнула, услышав шаги, и быстро обернулась.       К ней вышла молодая женщина — чуть старше самой Вивьен. Зелёное платье и скромные украшения приятно гармонировали с её рыжеватым оттенком волос.       — Вы просили встречи со мной?.. — голос показался до боли знакомым, растерянным. Ещё совсем молодым.       Девушка сглотнула. Быстро кивнув, тихо заговорила:       — Мадам де Сорель?.. — получилось немного сипло, она быстро собралась, — Я... По поводу вашей дочери.       Мадам подошла ближе, став напротив, моргнула светлыми голубыми глазками:       — Да? Что-то случилось? Она должна приехать на днях...       Внутренности Вивьен скрутило. Ей ещё не сообщили...       Она вздохнула, подбирая слова. Позволила себе сказать чуть больше:       — Мы с ней вместе ехали в Париж. Она рассказала, куда направляется... Ей очень не терпелось вас встретить, — она запнулась, глядя в знакомые глаза, вдохнула глубже, не смея отводить взгляд, — По дороге на нас напали. Амели оказалась ранена...       Де Сорель в шоке раскрыла глаза, приоткрыв рот, взволнованно нахмурилась, сжав её руку:       — Что произошло?.. Как она?       Вивьен глянула на её руку. Немного помедлив, накрыла её своей, затем снова посмотрела на женщину, как можно ровнее проговорила:       — К сожалению, она... — девушка замялась, — Она скончалась... Мне.. мне жаль...       Чужая рука крепче вцепилась в её запястье:       — Как?.. Этого не может быть. Её же должны были сопроводить!..       — Амели оказалась одна, и...       Де Сорель замотала головой, прижала ладошку к губам, слегка склонившись:       — Не может быть... Не может быть...       Ноги женщины вдруг ослабли, плечи дрогнули и она опустилась на пол. Вивьен, замявшись, рефлекторно придержала её, давая опору в виде своей руки. Только та не пыталась держаться.       Оказавшись на коленях напротив рыдающей женщины, вцепившейся в неё, она растерянно обвела её взглядом. Приоткрыла и тут же закрыла рот, не зная, что сказать.       Подняла взгляд, только сейчас замечая собравшихся вокруг слуг. Быстро опустила глаза, чуть дрогнувшей рукой погладила женщину по спине.       Снова едва слышно повторила:       — Мне жаль...       Слишком явно ощущая на себе и хозяйке дома чужие взгляды, поджала губы, собираясь. Крепко приобняв рукой де Сорель за плечи, помогла ей подняться, подвела к дивану в гостиной.       Усадив её, протянула свой платок, продолжая придерживать женщину за плечи. Та прижалась головой к её шее, сбивчиво пробормотала:       — Как же... Как же... Я её только нашла... Моя маленькая... Она столько радовалась... Я.. я ведь...       Вивьен кивнула, неуверенно коснулась её волос, погладив, закрывая её от любопытных глаз прислуги:       — Знаю... Знаю... Мне очень жаль...       Де Сорель старалась успокоиться. Вытирая мокрые щёки платком, через несколько минут она смогла отстраниться, поджимая губы, опустила голову.       — П-прошу прощения... За всё это...       Вивьен покачала головой:       — Ничего.       Девушка посидела рядом, дожидаясь, пока женщина придет в себя. Приказала служанке принести воды, помогла хозяйке отпить.       После, немного помедлив, запустила руку в карман. Вытянув украшение на тонкой цепочке, протянула владелице:       — Амели... Спрятала его, когда на неё напали. Не хотела, чтобы.. его украли.       Женщина дрожащей рукой забрала кулон, снова прижала платок к губам, всхлипнув. Чужие плечи задрожали ещё сильнее.       Через несколько секунд смогла вымолвить:       — С.. спасибо.. вам...       Вивьен плотнее сжала губы. Кивнула, снова чувствуя как чужая благодарность отзывается резью внутри. За что её благодарить?..       Она на миг прикрыла глаза, утихомиривая жгучее ощущение несправедливости.       Спустя минуты женщина сама поднялась. Снова поблагодарив, провела её до порога. Долго попрощавшись, всё же отпустила её.       Вивьен вышла во двор, окинув взглядом округу. Глубоко вдохнула носом и медленно выдохнула через рот. Постояв так пару секунд на пороге и бросив короткий взгляд за плечо, на дом, кивнула сама себе, быстрым шагом направившись к воротам.       На ходу одела шляпу, затем запрыгнула в седло.       Снова помедлила, посмотрев на окружавшие её холмы. Картинка перед глазами на секунду размылась, в глазах защипало.       Она моргнула, сразу посылая лошадь вперёд. Холодный ветер отрезвлял, помогая вернуться в реальность.       Впереди маячил Париж, а дом лишившийся ребенка во второй раз женщины остался позади. Ей и самой стоит оставить всё так. Впереди ещё много дел и заданий, а возможно, и людей, которые будут в ней нуждаться... Она должна собраться, ради них.       Гарнизон встретил её привычными звуками. Людей, провожавших её взглядами, было меньше, чем утром. Она в их сторону смотреть не стала, отводя Жанну в конюшню.       На пути в свою комнату, задержалась взглядом на вышедшем капитане. К нему подбежал молодой мушкетер, что-то взволнованно проговорил. Тревиль тихо выругался, опустив взгляд.       Вивьен напряглась, неосознанно приблизившись на пару шагов. Мушкетер отошёл по новому поручению, а Тревиль повернулся, замечая её.       Она не удержалась от того, чтобы не поинтересоваться:       — Капитан?..       Он подошёл ближе, явно направляясь к выходу с гарнизона, задержался рядом.       — Пленные гвардейцы, что устраивали засаду на Корнэ, мертвы.       Девушка нахмурилась, став ровнее. Тревиль продолжил, будто отвечая на её взгляд:       — Яд. Стражники оправдываются, говорят, ничего не видели. Будто бы они все разом отравились перед задержанием... Их даже не успели допросить, — тон его слишком явно выдавал негодование.       Мужчина немного помедлил, успокаиваясь, затем заговорил тише:       — Ты ни с кем не делилась о том, что слышала?       Вивьен мотнула головой. Конечно такой информацией она делиться не станет.       Капитан кивнул:       — Пусть так будет и дальше.       Он снова пошел к воротам, видимо, собираясь во дворец.       Девушка осталась стоять.       Невольно вспомнился взгляд, там, на суде... По спине снова пробежал холодок.       Если кардинал способен на такое... Что можно ожидать от него дальше?