Белые лепестки

Стефко тем временем был дома. Размышлял о своей жизни и Настке. Точнее, о её отсутствии. Жаль, что Настка всё-таки перешла в школу-интернат. Она ведь всегда заботилась о Стефке, а теперь её в этом доме не стало. Каждый уголок казался пустым, не таким, как прежде. Больше он не услышит её звонкого голоса, никто ему ничего не приготовит, никто не будет его поучать. Мальчика окутала грусть. Не хотелось ничего делать. Только лежать и тосковать. Может, и ему стоит податься в этот интернат? Хоть с Насткой вместе будет. А то уже надоело ему без дела слоняться да дома в одиночестве лежать. Сестра — это всё, что осталось от прошлой жизни. «Меня баба кукуликом звала». От тёплых воспоминаний так горько и жалко стало мальчику. Как же он один со всем справится? Без Настки... Может, сходить погулять? Или Надежду Григорьевну проведать, на Кавку посмотреть? Нет, не будет он гулять. Кавка уже, наверное, полностью выздоровела, и её отпустили. Стефко встал и выглянул в окно. Чудесный погожий день. Солнышко тихонько, едва-едва согревает всё вокруг, пробивая себе путь в жилище. Солнечные лучи будто хотят просочиться в каждую щёлочку, заполнить её своим тусклым светом, который еле долетает до полутёмных углов комнаты. А ласковый ветерок, качающий величественные кроны могучих дубов, нежно шепчет и приглашает детвору позабавиться с ним. Ну и что, что зима? Разве зимой не может быть красиво? Белый снег немного тает на солнце, кристаллики сказочно поблескивают раз за разом. Интересно, сколько их там? Мысли останавливаются перед этой удивительной картиной: они разбегаются, сбегаются снова и вдруг разлетаются на тысячи осколков, сквозь которые спешит промелькнуть кристально чистый лучик. Природа славно постаралась. Если бы не мусор, лежавший повсюду, да аж почерневшие от машинных отходов снежные кучи, Стефко и не поверил бы, что такое возможно. Заворожённый красотой природы, он не заметил, как дверь отворилась и в квартиру вошёл отец. — Есть ли что в доме поесть? — резко прозвучало посреди пустоты комнаты, словно гром среди ясного неба. — Нет ничего. Лучше бы вы сами себе приготовили, потому что некому, — Стефко уже пришёл в себя, но всё ещё поглядывал в окно, не желая продолжать скучный и будничный разговор. — Ишь ты, какой умник! — Отец раздражённо поплёлся на кухню. — Приходишь каждый день после работы домой, голодный и уставший, а в доме ни крошки. Что ж ты сам не состряпал чего-нибудь? — донеслось со стороны кухни. — Некогда мне! Должен бежать, — протараторил Стефко и вылетел из квартиры, на ходу надевая куртку и натягивая шапку. Решил просто походить, посмотреть, как люди живут. Во дворе на игровой площадке дерутся несколько знакомых хулиганов — наверное, решают, кому достанется какая-то «драгоценная» находка. Вон какая-то девчонка поехала на велосипеде. Косички трепещут на ветру. Бабушка ковыляет к магазину. Бабушка. А вот там, у подъезда, старушки сидят на скамейках и обсуждают всё на свете. Бабушка. На дереве одиноко качается кормушка для птиц. Бабушка. Совсем рядом какая-то пожилая женщина подкармливает бездомных кошек. «Баба меня кукуликом звала»...