сыграть реквием

Гулкий выстрел раздается эхом, заставляя поморщиться. Шагая сквозь опавшую листву, которая гниёт. Толстоватый мужчина жадно вдыхает воздух, подходя к упавшему другу. Хотя какой друг? Если он готовил втайне от них мятеж. К нему бегло подходит парень примерного возраста, как и отпрыск этого ублюдка. — Он дышит, — с хитрой улыбкой на губах произносит блондин. — Я знаю, — отвечает тот мужчина, направляя ствол револьвера ко лбу Тадаши Суэхиро. — Хочешь пристрелить ему черепушку? Думаешь, он заслуживает такой быстрой смерти? — блондин переходит к левому уху, пока Кинкару машет свободной ладонью, чтобы тот не мешался. — Пристрели ему что-то другое. Чтобы мучался дольше. — Ага, и чтобы смог сбежать. Слушай, Дзëно, а ты случаем не в заговоре с ним? Небось за спиной у меня продумали все вплоть до мелочей. — Нет, нет, господин Гэндо, вы какого мнения обо мне? — отмахивается Саигику, подняв руки в знак капитуляции. — Хорошего, Дзëно, хорошего. Только, ради Бога, не мельтеши рядом, а то я твои коленки пристрелю заодно с коленками Тадаши. Дзëно отнял у него итак драгоценное время, так что Гэндо выстрелил в лоб Суэхиро-старшего. Саигику вновь морщится, но после подходит к Кинкару. Тот утирает свое потное лицо платком. Нервничал все-таки. — Проследи за выродком Тадаши, — он убрал мокрый платок в карман своего пиджака. — Если заметишь, что он тоже замышляет мятеж — убей его. И напиши, что его любимый папаша мёртв. По официальной версии его загрыз медведь, — он хлопает по плечу светловолосого и после продолжает: — я рассчитываю на тебя, Дзëно. Гэндо Кинкару не прощает измен и ценит, когда ему подчиняются. Когда власть в его руках и никто её не отнимет. Повторить судьбу Тадаши не хотелось, поэтому он кивает, поворачивая голову в сторону трупа, чьи глаза бездушно смотрят на темное небо.

ーっっー

Nn3изSтв3Nnй Твой отец мёртв. Глупости. Его отец столько лет уезжает каждую осень на охоту с остальными Господами. Тэтте смотрит на сообщение и выдыхает.

бред

Набирает он, но аккаунт удален. Как быстро. Суэхиро убирает телефон в сторону, прикусывая нижнюю губу. Может ли это сообщение быть правдой? Отец говорил, что лучше не верить таким сообщениям и ждать, когда кто-то из Господ Сирануи появится в их доме и скажет всё как есть. На следующий день в доме Суэхиро появляется Гэндо. Они сидят напротив друг друга, брюнет откидывается на спинку дивана, ковыряя кожу возле ногтевой пластины большого пальца. Господ первого района до сих пор внушает страх, как в детстве. Скорее, это из-за его уродливой натуры. Жалкое подобие надежды сидит глубоко внутри и Кинкару сейчас скажет, что Тадаши жив — и плевать, что ранен. — Добрый день, Тэтте, — начал Кинкару, отпивая немного чая. Господи, до чего же мерзкий вкус. Он чуть отодвигает чашку с блюдцем от края и вновь продолжает: — Твой отец умер. Знаешь, когда я его нашёл, то его тело было всë изуродовано.. Его загрыз один из медведей. Брюнет замирает, он смотрит сквозь Гэндо, прокручивая только что сказанные слова. Отец умер. Он мёртв. То «шуточное» сообщение оказалось правдивым. Зрение плывет и картинка становится мутной, побудив желание моргнуть, чтобы зрение вновь вернулось в прежнее состояние. Он моргает и ничего не проходит. Предложения, что говорит Кинкару, неясны словно Суэхиро оказался под толщей воды, из которой не может выбраться. Гэндо утирает стекающий пот со своего лба и встает с дивана, подходя к Тэтте, который всхлипывает. Старший кладет свою мясистую ладонь ему на спину, пытаясь как-то утешить. Его ладонь ощущается тяжко и мерзко на спине. — Твой отец в крематории, так что тебе остается подготовить все к похоронам. Тадаши был католиком, верно? — он достаёт из пиджака визитку с агентством. — Что-ж, я пойду. Хорошего дня, Тэтте — Кинкару улыбается ему, но его улыбка лишь фальшь. Брюнет сверлит своим взглядом визитку и выкидывает её в камин, уходя в кабинет отца. Год назад он говорил в какое агентство обратиться, если его убьют; Тадаши был уверен, что его убьют, как и убили Тайро Ичиро. Того убил кто-то из Господ, значит, и его отца убил кто-то из Господ.

クククク

Утро после бдения ужасно, потому что то закончилось позже, чем Суэхиро ожидал и он не выспался. Хотя он не вправе сейчас жаловаться у него же отец умер, как никак. В церкви холодно, а священник говорит монотонно, что Суэхиро невольно хочется заснуть. Тэтте отвлекается от монолога священника, осматривая взглядом тех, кто пришел на похороны. Господа, чиновники, друзья отца, с которыми тот не общался последние пару лет. Рядом с ним садится парень со светлыми волосами. Суэхиро не заостряет свое внимание на нём уходя все дальше в свои мысли. Литургия слова оканчивается и многие начинают уходить, остаются лишь католики. Но вроде бы сейчас ещё и перерыв на пятнадцать минут. Многие до сих пор выражают жалость и сочувствие к брюнету. Он уходит в безлюдное место и останавливается, услышав голоса трёх Господ. Такахаси и Мэдоку слушают Гэндо, который затягивается сигаретой. Они говорят тихо, будто их кто-то может подслушать. Суэхиро подходит ближе к приоткрытой двери и прислушивается. — Подслушиваешь? — произносит кто-то за спиной у Тэтте. Он вздрагивает и оборачивается назад и видит того самого блондина. — Тебе родители не говорили, что подслушивать нехорошо? — Ч-ч-что вы тут делаете? — То же, что и ты. Нахожусь на похоронах Четвёртого Господа. Блондин обходит брюнета и оказывается у него за спиной. Тот кладет свои бледные ладони ему на плечи и слегка опускается голову, чтобы говорить ему на ухо. — Ты же подозреваешь их? Что они все, все эти трое Господ, замешаны в убийстве твоего любимого отца, да, Тэтте Суэхиро?