Фокус на нас

«Иногда пять минут могут изменить то, что разрушалось неделями.» Мы долго молчали. Река текла так же спокойно, как в тот день, когда мы познакомились. Казалось, весь мир специально затих. — Начинай, — тихо сказала я. Чон глубоко вдохнул. Он не смотрел мне в глаза. Будто понимал, что пока не заслужил этого. — Я не буду говорить, что фотографии были фальшивыми. Потому что они настоящие. Я действительно держал ее за руку. Я почувствовала, как внутри снова все сжалось. Но не перебила. — И я не стану говорить, что это ничего не значило. Потому что для тебя это значило очень много. Я знаю. Он впервые поднял на меня взгляд. — Но это не было свиданием. Это была договоренность. Очень плохая. И очень дорогая. ⸻ Он рассказал все. Как менеджмент заметил интерес журналистов к его поездкам в Бельгию. Как служба безопасности предупредила, что следующей целью прессы станет девушка, к которой он прилетает. Как ему показали фотографии папарацци возле гостиницы. Как один журналист уже расспрашивал сотрудников цветочного магазина. Я почувствовала холод. — Они... действительно приходили? — Да. И тогда я понял... Что если они найдут тебя... Ты больше никогда не сможешь спокойно выйти на работу. ⸻ — И ты решил... Что лучше сделать больно мне? Мой голос дрогнул. Он молчал. Потом очень тихо ответил: — Да. Потому что тогда мне казалось... Что это меньшее зло. Я горько усмехнулась. — Странная логика. — Согласен. Он кивнул. — Сейчас понимаю, насколько она была ужасной. ⸻ — Почему ты не сказал мне? — Потому что испугался. — Меня? — Нет. Того, что ты попросишь отказаться. А я... Я не был уверен, что смогу защитить тебя иначе. Я закрыла глаза. — Ты хотя бы понимаешь... Что я чувствовала, когда открыла новости? — Каждый день. Он сказал это так тихо, что мне сначала показалось, будто я ослышалась. — Что? — Каждый день я представлял именно этот момент. Как ты увидишь фотографии раньше, чем услышишь мой голос. И ненавидел себя за то, что позволил этому случиться. ⸻ Я впервые заметила, насколько он изменился. Под глазами появились темные круги. Он сильно похудел. Даже руки казались тоньше. Это был уже не тот уверенный Чонгук, который шутил со сцены. Передо мной сидел человек, который тоже переживал. По-настоящему. ⸻ — Ты ударил Тэхёна? Он сразу опустил голову. — Да. — Почему? Чонгук долго молчал. Потом честно сказал: — Потому что испугался. — Опять? Он горько усмехнулся. — Да. Я видел, как он рядом с тобой. Как он смотрит на тебя. Как ты рядом с ним впервые улыбнулась после Парижа. И понял... Что могу потерять тебя окончательно. — Это не оправдание. — Я знаю. Он не спорил. Не пытался защититься. — Мне стыдно. Я никогда раньше не поднимал руку из-за ревности. И надеюсь... Никогда больше этого не сделаю. ⸻ Я долго смотрела на воду. — Знаешь... Что оказалось самым страшным? — Что? — Не фотографии. Он удивленно посмотрел на меня. — Самым страшным было то... Что я больше не знала, чему верить. Ты всегда был человеком, рядом с которым мне было спокойно. А потом... Я открыла телефон. И весь мой мир словно кто-то выключил одним заголовком. По моей щеке медленно покатилась слеза. Я быстро вытерла ее. Но Чон все равно заметил. И не сделал ни шага ближе. Он словно понимал, что сейчас любое движение может разрушить хрупкое доверие еще сильнее. ⸻ — Я не прошу простить меня сегодня. Не прошу забыть. И не прошу сделать вид, будто ничего не произошло. Он медленно снял с запястья тонкий черный браслет. Я сразу его узнала. Он почти никогда не снимал его. — Возьми. — Зачем? — Пусть побудет у тебя. Пока ты не решишь... Есть ли у меня шанс вернуть не браслет. А твое доверие. Я посмотрела на украшение. Потом на него. — А если я не верну? Он слабо улыбнулся. — Тогда буду знать, что хотя бы часть меня осталась рядом с тобой. ⸻ Мы еще долго сидели молча. Пять минут давно закончились. Потом десять. Потом тридцать. Никто не следил за временем. Когда начало темнеть, я тихо сказала: — Я не могу сейчас сказать, что все хорошо. Он кивнул. — И не могу сказать, что все закончилось. В его глазах впервые за долгое время появилась надежда. Очень осторожная. Почти незаметная. — Но... Если ты действительно хочешь вернуть мое доверие... Не обещай. Докажи. Я поднялась со скамейки. И впервые за все время сама подошла к нему. Не чтобы обнять. Не чтобы поцеловать. Я просто осторожно взяла из его ладони черный браслет. — Это не значит, что я тебя простила. — Я знаю. — Это значит... Что я пока не готова отпустить. Он закрыл глаза. И впервые за много дней смог спокойно вдохнуть. Потому что любовь не всегда возвращается одним разговором. Иногда она возвращается с маленького шага. И в этот вечер таким шагом стал обычный черный браслет, который теперь лежал в кармане Ойли.