Любовь в четырёх стенах

1960 год. Миллисент Хиллер — лучшая ученица средней школы Хоукинс: лучшие оценки, всегда готова помочь, участвовала в школьных постановках и имела богатых родителей, что давало школе преимущество и из‑за чего школа получила финансирование.Карие глаза девушки напоминали крепкий кофе с каплей сливок — в них смешивались тёмные и светлые полутона. Тёмный блонд её волос напоминал пшеницу на закате: в нём сплетались тёплые медовые и приглушённые золотистые оттенки, будто солнце задержалось в прядях и не спешило уходить. Её любимой одеждой для школы было лаконичное платье‑сарафан в мелкую клетку коричнево‑бежевой гаммы с пуговицами по центру. Под него она любила носить белую блузу с объёмными рукавами и крупным бантом у ворота. На голове — аккуратный белый берет: он придавал силуэту собранность и делал образ чуть «европейским», что в 60‑е считалось особенно стильным. На ногах — коричневые туфли в стиле Mary Jane с ремешком и устойчивым каблуком, а под ними — плотные белые гольфы до середины икры: практичный и каноничный штрих для американской школьницы тех лет. Весь учительский состав школы возлагал на неё огромные надежды, и каждый не упускал шанса похвалить её в кругу учителей и строить предположения, кем она станет: врачом в больнице Хоукинса или, может быть, учёным в лаборатории. Ведь каждый считал, что работа в медицинской или исследовательской сфере прибавляла престиж семье и школе. Семья Хиллер была богата: владела Melvald’s General Store — это место было практически самой популярной закусочной во всём Хоукинсе, и каждый ребёнок мечтал отпраздновать там свой день рождения или другой праздник. Там продавали вкусные молочные коктейли, и все в городе любили это место. К 1980‑м годам здание переоборудовали в бакалейную лавку — торговую точку, специализирующуюся на продаже сухих, нескоропортящихся продовольственных товаров первой необходимости, владельцем которой стал Дональд Мелвальд. Но это было через целых 20 лет. Также её семья владела ещё несколькими магазинами и была близкими друзьями мэра города, поэтому получала лучшее финансирование и все блага, которые мог предоставить Хоукинс. Из‑за этого в школе к ней часто относились скептически. Она не имела большого круга друзей, её часто считали заносчивой и не давали даже шанса на дружбу. Из‑за этого ближе к своим 11 годам она стала замкнутой и почти всегда ходила с опущенной головой. К 13 годам она стала самой лучшей ученицей Хоукинса, так как из‑за отсутствия друзей у неё возникла гиперфиксация на учёбе и оценках, а её родители только радовались, что на банкете у своих друзей могли похвастаться своей золотой доченькой. Летом 1960 года её родители решили отдать её в герлскауты: там девочки занимались благотворительностью, экологией, изучали основы лидерства, а также участвовали в национальных мероприятиях. Они посчитали, что там маленькая Милли найдёт себе друзей и перестанет сидеть дома. Так Миллисент попала в компанию девочек‑скаутов. Как бы она ни пыталась, ей не нравилась такая активная общественная жизнь. Да и пьесы в школе ей не нравились: на неё все вокруг возложили свои ожидания, которым она старалась соответствовать. Спустя месяц её нахождения в герлскаут‑отряде её родители решились на отчаянный шаг и отправили её в лагерь для скаутов. Там она ужасно себя чувствовала, живя в комнате с незнакомыми ей девочками и будучи вынужденной общаться с ними. Она отсчитывала дни до выезда из лагеря, когда наконец‑то сможет вернуться домой, дочитать книгу или сходить погулять в лес возле дома, рассматривая птиц вокруг. Она любила одиночество, и оно было ей в радость. То, как отчаянно её родители пытались приобщить её к социальной жизни, её раздражало. В их лагере был свободный день, не расписанный поминутно. Миллисент решила пойти прогуляться по лесу. Лагерь был в глуши, но она легко ориентировалась и не боялась потеряться. Она знала, что выходить за пределы лагеря запрещено, но надеялась, что после нарушения правил её отправят домой и она продолжит наслаждаться одиночеством. Она зашла в лес и пошла вглубь по тропинке, осматривая деревья и цветы вокруг. Она обожала всё, что связано с природой: как только она научилась ходить и говорить, сразу поняла, что любит лес, и просила родителей гулять именно там. Она увидела ярко‑красный чемодан, который лежал в кустах, и он привлёк её внимание. Она оглянулась по сторонам, чтобы убедиться, что вокруг нет его хозяина, и подошла ближе. Присев на корточки возле чемодана, она увидела, что он без замка и его можно легко открыть. Она поправила свои косички, откинув их назад, и открыла чемодан. Внутри она увидела странное вещество, внешне напоминающее пульсирующий камень или руду. Она сузила глаза, рассматривая его, пока не касаясь. Ни в одной энциклопедии она не видела такой руды — это было что‑то новое. Вещество выглядело как тёмная, почти чёрная руда, но изнутри её пронизывали яркие красно‑алые прожилки, будто по трещинам бежала раскалённая лава. Поверхность была неровной, бугристой, с зазубренными краями, и казалось, что она едва заметно пульсирует — словно внутри бьётся чужое, чуждое сердце. Вещество источало мрачную энергию: даже на расстоянии от него будто веяло холодом и чем‑то запретным. Оно словно «пропитывало» всё, к чему прикасалось. 13‑летняя Милли рассматривала камень как что‑то инопланетное. Собравшись с силами, она протянула руку и взяла камень в ладонь… В тот миг, когда пальцы девочки коснулись пульсирующей поверхности камня, мир будто замер: красно‑алые прожилки вспыхнули, будто отзываясь на прикосновение, и из глубин субстанции вырвались тончайшие нити тьмы — не дым, не пар, а нечто плотное и вязкое, похожее на застывающие в воздухе чернила. Они скользнули по коже, проникая под неё, и Миллисент почувствовала не боль, а леденящий холод, который начался в кончиках пальцев и стремительно растёкся по венам, добираясь до самого сердца. С первыми мгновениями вселения пришло и странное ощущение — будто внутри головы раскрылась пустота, в которую влилась чужая сила. Ей показалось, что она может на секунду потерять равновесие, будто пол уходит из‑под ног, а пространство вокруг становится зыбким, как отражение в воде. Миллисент выбросила камень обратно в чемодан, но процесс было не остановить. Она от страха оцепенела и опомнившись, встала и поспешила обратно к лагерю. Она не понимала, что с ней происходит, но точно знала, что что‑то в ней изменилось. Придя в свою комнату, она весь вечер сидела молча, обдумывая то, что произошло в лесу. Она всегда была немногословна, так что её соседки по комнате не удивились. Спустя время, по возвращении домой, она чувствовала злость, остро реагировала на происходящее, а потом снова замыкалась. И вот в один день, в порыве негативных эмоций, после школы она вышла из школьного автобуса. Проходя мимо игровой площадки возле дома, она дёрнула рукой — и качели согнулись пополам. Она сразу же успокоилась и встала, замерев: она не могла понять, как это произошло. Сделала ли это она, или это какая‑то магия? Она снова подняла руку и подняла с земли огромный камень, после чего убежала домой и заперлась у себя в комнате: ей было ужасно страшно, она боялась того, что сделала. После этого случая она начала двигать предметы в комнате. Она больше не думала о том, как она это делает и поддаётся ли это объяснению, — она просто это делала. И с каждым разом у неё это получалось лучше, чем в предыдущий раз. Её родители заметили, что после лагеря их дочь замкнулась ещё больше, и это их насторожило. Они стали внимательнее к ней, но, конечно, не могли подумать про какую‑то мистику. Они просто решили, что в лагере у неё был неприятный опыт или буллинг, или, может, ещё что‑то, о чём они не знали. Но всё было иначе. Они не могли и догадаться, что их жизнь не будет прежней. В тот момент, когда девочка взяла в руку загадочный камень, в неё вселились силы Истязателя Разума — ужасной сущности, которая и подарила ей телекинез. У семьи Хиллер было двое детей. Младший ребёнок в семье — Джонни, ему было 8 лет. Он был любимцем родителей, и они оправдывали любые его поступки. Они уже планировали передать ему все семейные бизнесы и связи, что раздражало Миллисент и вселяло в неё ненависть к брату, которую она в себе подавляла, ведь считала, что должна любить брата, как подобает старшей сестре. Когда в неё вселился Истязатель Разума, он выкрутил ненависть Миллисент к брату на максимальную ступень. Это и стало отправной точкой, после которой жизнь семьи перевернулась на 180 градусов. Родители однажды оставили 8‑летнего Джонни со старшей сестрой и уехали на встречу с мэром города. Миллисент была не в себе в этот день и решила отвести брата в дальнюю точку Хоукинса. Там было жутко: Истязатель Разума обожал такие места, и его контроль над Милли в этот день был на высоте. Поэтому случилось то, что произошло дальше. Девочка резко подняла брата в воздух. Джонни кричал, дёргая ногами и руками, пытаясь сохранить себе жизнь, но сестре было всё равно. Она сжимала руку, душа его телекинезом, безжалостно. Она была не в себе и не контролировала свои действия. На её лице застыла жуткая улыбка. Спустя минуту пыток над Джонни она дёрнула головой и сломала брату шею, после чего сжала руку — и его глаза вылетели из орбит. Девочку отбросила невидимая сила назад, и она отключилась. Сзади, из глубины леса Хоукинса, вышли мужчины в белой форме. В середине показался мужчина, который, кажется, был лидером и главным среди этих людей. Работники лаборатории часто гуляли по Хоукинсу, ища интересные им материалы. Доктор Мартин Бреннер — у мужчины зрелые черты лица и сосредоточенное, слегка суровое выражение. Волосы короткие, аккуратно уложенные, полностью седые. Он одет в строгий тёмно‑серый костюм в едва заметную клетку, белую рубашку и тёмный галстук — облик подчёркивает его статус и сдержанность. На левом запястье видны часы с тонким браслетом. Весь Хоукинс знал доктора Бреннера: его считали идолом в мире учёных города. Никто на самом деле не знал, чем он занимается, — это придавало ему загадочности. Наиболее распространённая версия заключалась в том, что доктор Бреннер занимался разработкой лекарств. Все знали, что он был главным в лаборатории, и для жителей Хоукинса он был знаменитостью и значимым человеком. Мужчины подошли к лежащим на земле детям. Мартин Бреннер не обратил внимания на Джонни: ему была интереснее девочка, которая продемонстрировала способности прямо на его глазах. Это было именно то, что ему нужно. Два года назад он уже взял под своё крыло мальчика из семьи Крил, и увидеть девочку с такими же силами было захватывающе. Он посмотрел на двух мужчин рядом — своих приближённых. — Поднимите девочку. Она будет новым субъектом в нашей лаборатории, — сказал Бреннер, рассматривая девочку с неподдельным интересом. — Доктор, а что делать с мальчиком? — спросили мужчины, стоящие над телом Джонни. — Сделайте всё так, чтобы выглядело, будто его убили, а его сестру похитили или убили — на ваше усмотрение. Мне всё равно. Мне интереснее изучить её, — произнёс Бреннер, не отрывая взгляда от девочки, пока его люди поднимали ребёнка. — Будет сделано, сэр. Следующие месяцы для семьи Хиллер были сложными: они не находили себе места, потеряв сразу двоих детей, причём тело дочери даже не было найдено. Спустя время история перестала обсуждаться, и город вернулся к своим обычным делам. Родители не знали, что именно их девочка виновата в смерти сына и что сейчас она находится в настоящем аду под названием «Национальная лаборатория Хоукинса».