Ничего не было

      – Присоединяясь ко мне, ты получишь безграничные возможности, я дам тебе всё, что ты пожелаешь.       – Я уже сказала, я ни за что не отдамся тебе, ты плюёшь на чувства людей и пользуешься ими!       – Так значит вот как ты меня видишь... – он посмотрел на неё слегка разочарованно и уже будто безразлично. Но вдруг его будто что-то рассмешило, и он довольно улыбнулся. Дотторе резко оказался прямо перед ней и близко наклонился, держа руки за спиной, и, понижая тон, продолжил: – Говоришь, не отдашься мне?       Люмин испуганно сделала шаг назад и, немного покраснев, опустила голову и что-то промямлила. Дотторе положил руку ей на плечо, обошёл её и встал сзади, кладя уже обе руки на плечи. От него повеяло тяжёлым парфюмом. Руки в перчатках скользили по голой коже плеч, продвигаясь по рукам вниз.       – Что ты хочешь...       – Моя милая Люмин... – он перебил её, сжав её ладони своими руками, и приблизился к её уху настолько, что его губы чуть коснулись её ушной раковины, – Я хочу тебя.       По телу прошли мурашки и повеяло холодом. Ей ещё никогда не говорили такого. Она даже не знает, что думать.       Дотторе склонил к ней голову, рассматривая её выражение лица. Оно больше не было злым, а только тревожным. Дотторе поправил волосы, которые лезли ей на лицо, и попытался поймать её взгляд. Она смотрела куда-то вниз, но никак не на него. Он взял её за подбородок, заставляя смотреть на него. Его лицо было неприлично близко к её, он внимательно на неё смотрел.       – Уделишь мне ещё немного времени?       Люмин чувствовала страх и в то же время возбуждение. Он был очень обольстительным. И она тоже его хотела. Он ей показался сексуальным ещё в первый раз, когда они встретились, но тогда ей показалось, что им точно не по пути. Она понимала, что так нельзя и это плохо — хотеть человека, который начал приставать ни с того ни с сего. Но тело овладело разумом, и она кротко кивнула.       – Я покажу тебе, что я не такой бесчувственный, как ты думаешь.       

***

      Люмин оказалась кинута на кровать лицом вниз. Она не могла двигаться, её руки были завёрнуты за спину сильными руками Дотторе. Она не могла посмотреть на него, но чувствовала его самодовольную ухмылку. Он склонился над ней, горячо выдохнув у её уха, и сказал:       – Теперь не отвертишься.       – Н-н... – Люмин что-то хотела ответить, но не смогла договорить. Дотторе прижался пахом прямо к её вагине, – А-ах! – она издала звонкий стон и уже не смогла ничего ответить ему. Такой слабой она себя ещё не ощущала. Он ещё немного потёрся твёрдо стоящим членом о неё через одежду. Страх перед мужчиной заставил по её телу пройтись мурашкам. Но тело откликалось ему. Возбуждение овладело ею полностью. Ей хотелось только, чтобы он побыстрее вставил и выебал её как последнюю суку. – М-ммм, – смогла только промычать она.       – О-оо, так тебе нравится?       Люмин распахнула глаза, приходя в сознание.       – Ты что творишь?! – внезапно кинула она, пытаясь развернуться и получить хоть какой-нибудь контроль. Однако Дотторе решил не объяснять ей, что он творит; он не был заинтересован в милом разговоре, тем более она уже лежит под ним, осталось только...       – Мгх! – Дотторе вжал её голову в простыню. Теперь ей стало больно.       – Вот так, хорошая девочка, – мягко сказал он.       Всё так же крепко держа её голову, свободной рукой он принялся развязывать её платье. Люмин чувствовала кожей, как он вытягивает ленту, держащую её одежду. Гладкая лента проходилась сначала с одной стороны, потом с другой, лаская кожу. Развязав наполовину, он стянул платье вместе с её нижним бельём, оставляя её нагой.       Он перевернул Люмин к себе, вставая между её ног, и поднял её руки над головой, держа тонкие запястья одной рукой, исключая любые попытки рыпаться. Хотя, кажется, Люмин уже и не пыталась вырываться. Дотторе озабоченно посмотрел на её лицо. Она только жмурилась и отводила голову вбок, не желая пересекаться с насильником взглядом. Его это только позабавило.       Дотторе чёткими движениями принялся снимать ремень и расстёгивать ширинку. Люмин, чувствуя возню и бездействие, открыла глаза. И тут же густо покраснела, ведь перед ней... Перед ней стоял Дотторе с высунутым членом. И этот огромный, красный член собирался оказаться внутри неё. Чувствуя безысходность, она снова начала отнекиваться, но Дотторе заткнул её жалкие попытки, накрыв рот ладонью. От обиды её глаза заблестели от слёз. Член ныл, желая побыстрее закончить с этим. Медлить уже не было смысла, и Дотторе подставил член ко входу.       Он бесцеремонно вошёл в неё, сразу толкаясь так глубоко, как смог. Стенки её влагалища сдавливали его внутри, и, вытаскивая член почти полностью, он снова вдолбился в неё ещё глубже. Девушка чувствовала раздирающую боль от его размера и застонала от боли. Он всё так же продолжал входить в неё во всю длину, нашёптывая что-то вроде: «Да-да, вот так, давай».       Привыкнув к крупному члену внутри, он перестал её царапать, и теперь его стало приятно ощущать. Стоны боли превратились в стоны наслаждения. Дотторе, поняв, что сопротивления никакого нет, отпустил её запястья и убрал ладонь со рта. Освободив руки, он переместил их на её бёдра, твёрдо сжимая, чуть помогая себе входить в неё сильнее. Он двигался жадно, вбирая всё, что он может получить в этот день.       Когда терпеть уже было невозможно, он стал двигаться по-зверски быстро. Стоны Люмин становились криками каждый раз, когда он вбивался с бешеной силой. Дойдя до предела, последний раз вжавшись в неё, он излился внутрь. Люмин протяжно застонала, а Дотторе тяжело выдохнул.       Он наконец вышел из неё и поспешно оделся обратно. Будто только что ничего и не было. Люмин пыталась отдышаться и справиться с беспокойством о том, что в неё только что кончили и она крупно попала. Она закрыла лицо руками и свернулась калачиком. Бедная девочка. Дотторе лишь одарил её брезгливым взглядом. Он кинул ей её шмотки и без лишних слов направился к выходу. Перед дверью он остановился:       – На столе лежат таблетки. Тебе стоит их выпить, если не хочешь ребёнка.       – Таблетки?       Но, не дав объяснений, её оставили одну. На столе действительно лежали таблетки и стоял стакан воды. Она оделась, пригладила руками растрепавшиеся и прилипшие к коже волосы, привела себя в порядок как могла. Она подошла к столу и приняла все таблетки, которые там лежали. Опустошив стакан воды, она услышала грохот снаружи. Решила проверить, что происходит.       Дверь резко распахнулась, и на пороге оказался Странник.       – Люмин! – он подбежал к ней, заключая в осторожные объятия. – Люмин, моя хорошая, с тобой всё в порядке? – он погладил её по волосам и обеспокоенно посмотрел в глаза.       Путешественница сглотнула, но быстро закивала.       – Он с тобой ничего не делал?       По щекам Люмин потекли слёзы. Она не хотела этого. Ничего не хотела.       Комната, в которой они только что были, оказалась иллюзорной. Она исчезла, будто её никогда и не было. Но её и не было. Она всегда была иллюзией. Ничего не было. Сегодня ничего не случилось.       – Нам нужно скорее выбираться отсюда.       Странник крепко взял её, как принцессу, и полетел к выходу.       Оказавшись в реальном мире, Люмин принялась оттирать слёзы. Странник и Альбедо непонимающе переглянулись. А после она вцепилась в Странника и крепко его обняла.       Они провели в объятиях очень много времени.       В тот момент холод бескровного тела куклы был теплее всего на свете.