Связанные одной целью

      Хибари Кёя был непростым ребёнком. И дело было даже не в трудности характера, тайнах семьи или необыкновенном будущем.       Хибари Кёя в первую очередь отличался своим восприятием. Всю осознанную жизнь он ощущал людей на совершенно ином уровне. Он видел их силу и слабость, их жадность, страхи и ложь: как те натягивают фальшивую улыбку, когда напрягают плечи и ноги, словно готовы сбежать или практически незаметную дрожь в голосе. У него было просто нечеловеческое чутьё на людей — да и те были не настолько сложны, чтобы их не понять.       Хибари Кёя был наблюдательным ребёнком. Он видел, как люди говорят одно, но делают совершенно другое. Он видел, как одни шли за лидером, словно послушное стадо, а другие защищали своё до последнего. Увидев один раз пример, он всегда чувствовал, когда человек поступит аналогичным способом. Он слишком хорошо понимал людей и в то же время не понимал вовсе. Зачем они следуют за кем-то? Или почему они отказываются от своей сознательности? Подобных вопросов было много. И Кёя искал ответы. Как в собственных рассуждениях, так и в книгах.       Ответ пришёл из биологии. Если быть точнее, из этологии. Наука, изучающая поведение животных, удивительно точно описывала то, что видел Хибари в людях. Она буквально дала названия тому, что мальчик чувствовал интуитивно, что было всегда. Хищники и травоядные, защита своей территории, построение иерархии и многое другое — всё это стало обыденностью мальчика к двенадцати годам.       И вот недавно его размеренная жизнь круто изменилась: он проснулся в неизвестном месте в окружении детей. Он был раздражён. Даже не так — он был взбешён ситуацией. Его буквально выдернули с собственной территории, причём так, что он этого не заметил!       Впрочем, свою уязвлённую гордость он отложил на потом. В первую очередь он осмотрелся, исследуя территорию и оценивая всех присутствующих. От него не укрылись как знакомые лица, чьё поведение было в рамках ожидаемого, так и незнакомцы, которых он сразу распределил на категории. Двое детёнышей, кучка разного рода травоядных, Сасагава (Хибари за все годы знакомства так и не определился, куда его отнести) и двое нарушителей спокойствия. Один был раздражающе шумный, но он был занят травоядным и находился дальше второго. Второй... Раздражающий ананас, от которого так и веяло опасностью. Скорее даже кровью. Будь ситуация иная, он бы сразился с тем незамедлительно, но не мог себе позволить действовать импульсивно, пока не изучит территорию.       Он быстро осматривался, собирая информацию по мелочам. Знакомая архитектура, татами больше необходимого, кто как себя ведёт... Закончить задуманное сразу, однако, не удалось. Странный и нахальный детёныш объявил их своей стаей, а следом чутьё стало улавливать что-то ещё. Что-то, что Хибари раньше не улавливал полноценно, но будто сопровождало его жизнь. Изменения чувствовались с пробуждения, но сформулировались не сразу. Практически все присутствующие ощущались... Сильнее? Ярче? Объёмнее. Появилось что-то ещё, чему он пока не мог дать название. Тот же Сасагава стал ощущаться горячим, а его энергия словно распространялась за пределы его собственного тела. Ананас старался выглядеть невинным, но опасностью от него несло на всю комнату. Хибари был почти уверен, что стоит ему ослабить самоконтроль, как его собственное раздражение разойдётся по всему залу этим ощущением. Остальные тоже ощущались так, но терялись на фоне этих двоих.       За анализом своих ощущений он старался игнорировать поднявшийся шум, но эти травоядные переполнили его чашу терпения.       — Заткнитесь, травоядные.       И когда он уже собирался продолжить исследование здания, вмешался хищный ананас. В его словах и глазах отчётливо виднелись насмешка и высокомерие, а та опасность всколыхнулась при виде Хибари. Кёя чувствовал вызов и хотел загрызть наглый фрукт, но сдерживался на последней капле самоконтроля. Перед ним сейчас стояла задача изучения враждебной территории, но поставить на место нарушителя спокойствия очень хотелось прямо сейчас. Тогда же, когда он чуть не сорвался — раздался крик.       Один из его травоядных подал голос. Он наблюдал, как все шумные и не очень травоядные затихли, слушая неуклюжего зверька. Кёя тихо хмыкнул, забавляясь. Половина травоядных здесь были сильнее мелочи, если не больше, но сейчас они послушно заглядывают тому в рот — и действительно делали то, что он хотел.       Это зрелище оказалось достаточно занимательным, чтобы успокоиться. Избиение другого хищника Хибари отложил на потом — сейчас важнее территория. После он обязательно разберётся с этим хищником. И за мелким травоядным понаблюдает позже.       Выскользнув из комнаты, хмурый брюнет быстро стал осматривать обстановку, отслеживая наличие людей и выискивая информацию об этом месте. Задачу упрощало то, что усадьба была вполне стандартной в планировке, пусть и немного запущенной. В иной ситуации ему бы даже приглянулось это место.       Выйдя из зала со стороны предположительного входа, Кёя ожидаемо наткнулся на энгаву. Узкая деревянная галерея тянулась вдоль внутренней стороны дома, открывая вид на сад. Раньше за ним явно ухаживали, но сейчас дорожки стали зарастать, а прошлогодние листья укрыли всё рыжевато-коричневой пеленой. Множество ранее аккуратных кустов разрослись, а небольшой пруд помутнел. Чуть дальше виднелся чайный павильон, который следы заброшенности не обошли стороной.       Кёя оставил павильон на потом, вместо этого двинувшись по энгаве, осматривая территорию. Все двери были задвинуты, а стоило приоткрыть и заглянуть внутрь помещений — всё аккуратно убрано и сложено. Место покидали не в спешке и вандалы сюда не пробирались в отсутствие хозяев. В стороне также можно было увидеть такой же нетронутый склад, на котором виднелся замок. За садом виднелся высокий забор и дикие деревья — маловероятно, что поблизости были другие здания.       Обойдя здание, Хибари наткнулся на гэнкан. Всё помещение было покрыто пылью и лишь цепочка свежих следов прослеживалась на входе — судя по размерам, в усадьбу зашёл и вышел взрослый человек. Первые признаки того, что тут недавно кто-то был. На полках стояло примерно полтора десятка пар разной обуви, все на взрослую ногу и явно давно неиспользуемой.       Чуть подумав, мальчик взял на вид самую маленькую пару. Однако примерив, стало очевидно, что даже она была ему великовата, болтаясь на ноге и только мешая. Недовольно цыкнув, Хибари вернул обувь на место и ещё раз внимательно осмотрел дорожки и спустился на землю. Дорожки складывались из гладкого камня, а листья были сухими — последние несколько дней явно не было дождя — поэтому не стоит откладывать осмотр из-за такой мелочи. Пройдясь до ворот, он осмотрел их: с внешней стороны висел замок. Кёю это бы не остановило, но сейчас это не его цель. За решетчатыми воротами виднелась дорога, по обеим сторонам которой росли деревья.       Вернувшись, Хибари зашёл через главный вход и приступил к осмотру помещений. К этому моменту некоторые травоядные уже шатались по усадьбе, но основную информацию мальчик уже выцепил, так что не беспокоился о затёртых следах. Несколько личных комнат и гостевых, комнаты для слуг, кладовые и кухня — везде была пыль. В последней можно было заметить помимо старой утвари вполне современного вида технику. Была и библиотека, где засели уже рыжий и светлый травоядные. После быстрого осмотра здания Хибари засел в кабинете хозяина, обыскивая помещение на наличие документов.       После ухода угрюмого мальчика из общего зала, дети неловко переглянулись. Тсунаёши вновь посмотрел на малышку у себя на руках — та выглядела спокойнее и радостнее. Тсуна понял, что только имя девочки (не считая трёх самых упрямых мальчишек) они и не знают. И она будто лучше понимает, что происходит.       — А-а, а как твоё имя?       — Йоко! — Йоко задорно улыбнулась, отчётливо радуясь вниманию.       — Йоко-чан такая спокойная. Ты что-то знаешь об этом месте? — по наитию спросил мальчик. Малышка единственная, кто не беспокоился об этом месте.       — Да! Это дом Йоко! Все встрепенулись. Отодвинувший перегородку Гокудера вновь остановился, оглядываясь.       Странный светящийся ребёнок вызывал в нём интерес и вместе с тем вызывал раздражение. Ему хотелось внимательно осмотреть её и вместе с тем уйти, не желая слушать что-то про "семью". Он не нянька! И совершенно не умеет ладить с малышами!       — Твой дом? — неуверенно переспросила Киоко, неловко улыбаясь. Она старалась быть спокойной ради брата и Фууты, что сейчас прижимается к ней, но происходящее до жути пугает. Хотелось бы, чтобы это был просто плохой сон или чья-то шутка. Она проснулась бы и обняла родителей или кого-то наругала бы за плохую шутку.       — Ага!       — А где твои родители? — с мягкой улыбкой спросил Ямамото.       Вот только девочка на его слова разом потускнела и вновь прижалась к Тсунаёши. Немного помолчав, она лишь кратко буркнула:       — Ушли.       Комната в очередной раз погрузилась в тишину. Никто не знал, как успокоить ребёнка и узнавать детали о родителях не стали. Вместо этого, слово взял Мукуро, что не особо заботился о чьих-то родственниках.       — Ку-фу-фу, и как же мы сюда попали?       Девочка завозилась в чужих объятиях и посмотрела на разноглазого мальчика, а после робко улыбнулась.       — Вот так. Пух! И вы здесь! Звёздочка вас принесла. — девочка неловко замахала рукой, пытаясь объяснить необъяснимое.       — Звёздочка?       — Да, Звёздочка! Я загадала желание и Звёздочка его исполнила! — девочка вновь счастливо засмеялась, обнимая сидевшего рядом Тсуну. Последний совершенно не представлял, что делать с маленькими детьми и просто продолжал обнимать.       Ситуация выглядела ещё более безумной. Четырёхлетняя девочка загадала желание на падающую звезду и они волшебным образом появились здесь. В это мог поверить разве что пятилетний Фуута, который единственный выглядел понимающим слова Йоко.       Несмотря на некоторую скептичность, большинство детей здесь были ещё достаточно наивны, а потому некоторые подозрения закрались. Но никто пока не стал поднимать эту тему.       Стоявший возле раздвижной двери Гокудера недовольно цыкнул и вышел в коридор.       — Парень, стой, в одиночку всё равно небезопасно тут бродить! — вновь встрепенулся Ямомото.       — Заткнись. Того пацана ведь не останавливал.       — Но то ведь Хибари-сэмпай... — но закончить фразу мальчик не успел, беловолосый уже исчез в коридоре. — Ну что ж. Давайте разделимся на команды? Часть останется присмотреть за малышами, а часть пойдёт осматривать дом?       Спокойный и улыбчивый Ямомото как-то естественно перехватил лидерство.       Мукуро в какой-то момент исчез из комнаты, незамеченный никем, кроме малышки Наги. Спаннер и Шоичи отправились в одну сторону, а Тсуна и Ямомото в другую. Девочек оставили присматривать за самыми младшими, а старший Сасагава обязан был защищать всех в главном зале на случай, если кто-то появится.       Тсунаёши немного дрожал от страха, но шёл с Ямомото, оглядываясь. Паника нашёптывала, что за любым углом может прятаться опасность, но почему-то Тсуна совершенно не ощущал её. В смешанных чувствах Савада с напарником осматривал комнаты прислуги, кладовки и кухню. Было чисто, помимо пыли, и присутствовало всё необходимое, но личные вещи отсутствовали. Света не было, но водопровод всё ещё работал. По дому тут и там встречалась современная техника, но без электричества она бесполезна. Особенно тщательно дети исследовали кухню — и действительно нашли небольшой запас риса и консервов.       — Стоит приготовить завтрак для всех. — предложил Ямомото и шатен на это лишь согласился.       Тсуна не умел готовить и был довольно неуклюж, поэтому в основном просто помогал по мелочи. На самом деле теперь, когда по всей усадьбе слышались копошение и ругань, было не так страшно, как в полной тишине.       Газовая плита была в рабочем состоянии, а из крана всё же шла вода. Нашлась и большая кастрюля, и полтора десятка мисок. Даже соевый соус, сушёные водоросли нори и некоторые специи с каким-то чаем сохранились.       Ямомото-сан двигался по незнакомой кухне уверенно и Тсуне оставалось лишь завидовать. Сам Такеши объяснял это постоянной помощью отцу в суши-баре, а потому опыта у него было много.       Пока они готовили всё, на кухню заглянули по очереди Мукуро и Гокудера. Первый с любопытством оглянулся и с ехидной ноткой протянул:       — Оя, когда завтрак, мамочка?       На что Тсуна едва не выронил миску, а брюнет лишь посмеялся. Довольно быстро старший скрылся из виду. Седой паренёк был настроен куда менее благодушно и скептично отнёсся к их действиям.       — Ты серьёзно только о еде думаешь, улыбчивый придурок?       — На поиски информации отправилось много ребят, а голодом морить себя нет смысла. — Мальчишка на это лишь раздражённо фыркнул и ушёл.       Заглянула сюда и Киоко с Наги.       — Вы готовите? Ой, отлично! Хару-тян отлично справляется с малышами, поэтому мы с Наги-тян решили немного прибраться в зале. Мы тогда приготовим место для завтрака.       В целом, первый час после пробуждения прошёл бодро. Тсуна неплохо сработался с Ямомото, помогая тому по мелочи. Разложив простой рис с консервированной рыбой и водорослями по тарелкам, перед ним предстала достаточно беспокойная задача — найти всех в этом особняке и позвать на завтрак.       Теперь Савада в одиночестве бродил по коридорам, заглядывая в комнаты — но теперь совсем не боялся из-за ощущения жизни в особняке. Шоичи и Спаннер нашлись в библиотеке, Гокудера-кун был в одной из комнат, Мукуро-сан сам его нашёл, подкравшись со спины. Девочки и Сасагава-сэнпай уже были в зале. Оставался только... Сглотнув, Тсунаёши подошёл к комнате, куда ещё не заглядывал. От неё веяло чем-то подавляющим и мальчик почти бы уверен, кто там находится. Тихонько постучавшись, шатен чуть отодвинул дверь, тут же натыкаясь на стальной взгляд.       — Х-хибари-сан... Ямомото-кун приготовил всем завтрак. В главном зале. — пробормотав мальчик. Хибари ничего не ответил на это, а потому шатен закрыл дверь и убежал обратно.       Когда Тсуна вернулся, все остальные уже были в зале, обсуждая свои находки. В основном всё повторялось и было незначительно — пыль кругом, убранные комнаты и ни души. Ямомото добавил, что продукты были куплены примерно год назад, судя по упаковкам.       Шоичи и Спаннер, недавно вернувшиеся из маленькой библиотеки, были особенно молчаливы. Рыжий паренёк ел, держась за живот, а светловолосый задумчиво ковырялся вилкой в рисе. Гокудера с подозрением косился на тех, но молча ел до поры до времени.       В комнату вошёл последний человек. Хибари Кёя нес с собой несколько документов. Взяв последнюю миску, оставленную специально для него, он оставил на её месте документы и направился на энгаву. Лишь напоследок бросив:       — Около суток назад здесь был взрослый. Ворота заперты снаружи. — и скрылся где-то за пределами внутренних помещений.       Ямомото первым потянулся к документам. Все сидящие за низким столом, принесённым откуда-то Сасагавой Рёхеем, могли наблюдать, как любопытство на лице Такеши медленно сменилось шоком.       — две тысячи... восьмидесятый год? — пробормотал брюнет, неверящим взглядом смотря на дату.       Гокудера, не сводивший подозрительного взгляда с молчаливой парочки, успел заметить, как те коротко переглянулись.       — И что это означает, улыбчивый придурок? — бросил тот, не отворачиваясь от Шоичи и Спаннера.       Ямомото помялся, чувствуя любопытные взгляды на себе. Перечитал ещё раз.       — Возможно, я просто не так понял... Я не особо разбираюсь в официальных документах. Или тут какая-то ошибка... — забормотал Такеши, переворачивая лист в поисках чего-то на следующем.       — Дай сюда. — раздражённому пепельному блондину надоело это окончательно, а потому он просто вырвал из рук растерянного брюнета бумагу. Там, естественно, всё было на японском, но Хаято по какой-то причине всё понимал словно на родном итальянском. Забив на очередную странность, он вчитался в строки документа, что оказался дарственной. Окружающим было видно, как раздражение сменяется вдумчивым вниманием, а следом и крайним удивлением.       — Какого... Figa?!       Документ был дарственной на эту усадьбу, по которой её владельцем назначали Ватасэ Йоко от 10 октября 2080 года. Хаято отчётливо знал, что ещё вчера было только начало 21 века, так почему дарственная оформлена на 80 год? Это ведь просто ошибка, да? Отведя взгляд от документов, он вновь наткнулся на молчаливую парочку. Глаза подозрительно сощурились, а в тоне появился оттенок угрозы.       — Вы оба сидели в библиотеке и что-то скрываете.       Слушать крики экспрессивного итальянца было неприятно, но Шоичи сейчас предпочёл бы их, а не этот спокойный тон, в котором так и чувствовалась угроза. Рыжеволосый понял — если сейчас они не скажут что-то в свою защиту, то их будут бить.       — М-мы просто не успели сказать! Да и кто бы в первую очередь не подумал, что это глупая шутка — указать везде даты выпуска на десятки лет вперёд. Это более вероятно, чем если бы мы переместились в будущее!       Наконец узнав, в чём проблема, дети загомонили. Кто-то вцепился в голову и бормотал о том, что это невозможно, кто-то успокаивал других, а кто-то задумчиво смотрел на выход. Гокудера лишь хватался за голову и весь его вид так и кричал о том, что он думает о своей невольной компании. Определённо ничего хорошего.       Быстрее всех присутствующих принял ситуацию Мукуро. Отделившись от детишек, он уже обследовал особняк, заглянул незамеченным в библиотеку, понаблюдал с крыши за городом в отдалении. В общем, некоторые подозрения и знания у него были и лишь поэтому он не ушёл. А также потому, что возможным источником проблемы была эта радужная малявка. Среди всех его необычных навыков к сожалению не было управления временем, но он действительно допускал такое. В конце концов, чего только не видел в лаборатории, что занималась исследованием сверхчеловеческих способностей. Если к их перемещению руку приложила эта Йоко, то и отправить обратно возможно сможет. Но как заставить её — пока непонятно.       Устроивший хаос своими действиями Хибари Кёя в это время мирно завтракал. сидя на энгаве и наблюдая за садом, не забывая прислушиваться к звукам. До него долетала болтовня травоядных из зала, но он был достаточно далеко, чтобы это его не беспокоило. Когда же миска уже была пуста и стояла в стороне, до подростка донёсся тихий звук подъезжающей машины.       Хибари ухмыльнулся, вновь вставая на ноги и медленно двинувшись ближе к главному входу. Кто-то ведь принёс местного детёныша в этот пустующий дом, значит кто-то должен был вернуться. Была вероятность, что ту бросили специально здесь, но он не исключал и то, что кто-то всё равно придёт. И это случилось.