See you on the other side

Кафе “По ту сторону” Этим утром посетителей было не очень много; обычно по субботам людей приходит гораздо больше. Возможно, дело было в проливном дожде, что накрыл Сеул несколько дней назад. Сезон муссонов начался. Ли Минхо – владелец заведения – внимательно оглядывал свое кафе, пока нес сет закусок гостям: были ли у кого-нибудь кошмары этой ночью? Последнее время к нему заходят в бодром расположении духа, и никто за неделю не принес ему даже маленького кошмарика. Он изголодался. Единственное, на чем он держится — это монетки, которые люди бросают в фонтан поблизости. Не так питательно, как страшные сны, но все же лучше, чем ничего. Ли повел носом, принюхиваясь, но так ничего и не обнаружил. Разочарованный, вернулся на кухню. Оставалось только надеяться, что кто-то все же заглянет сегодня. Вскоре колокольчик на входе зазвонил, ознаменовав приход новых гостей. Минхо тут же вышел и схватил со стойки меню в нетерпеливом ожидании. Может, хоть тут повезет? Две девушки присели за столик в углу, небрежно стряхивая воду с зонтов прямо на пол. — Зонты можно посушить вон там. — указал один из посетителей на специальную подставку при входе. — Молодые совсем манер не знают. — проворчал он своему другу. Тот в согласии кивнул, и они вновь принялись за свою еду. Девушки, виновато поклонившись, отнесли зонтики на сушилку и вернулись за столик. — Пожалуйста, Ваше меню. Что-нибудь сразу хотите заказать? — Минхо вмиг оказался возле новых гостей. — Мы посмотрим пока, спасибо. Девушки начали изучать меню, но довольно быстро переключились на разговор. — Мне сегодня такой ужасный сон снился, не передать! — начала та, что выглядела чуть моложе. — Я шла по пустой трассе и буквально выплевывала осколки стекла! Иду, и просто вытаскиваю осколки изо рта! Из щек, из языка, из десен… Б-р-р! До сих пор помню это ужасное ощущение… Хэин-онни, как думаешь, к чему может такое сниться? Ли тут же навострил уши. Неужели он наконец сможет как следует поесть? Кажется, Боги его услышали. — Ваши закуски. — он расставил несколько небольших тарелок по столу. — Выбрали что-нибудь? — А, нет, пока еще нет. Минут через пять подойдете? — Конечно, не торопитесь. — он улыбнулся и пошел за стойку. Каких усилий ему стоила эта учтивость! Его уже начинало потряхивать от нетерпения. Но здесь хотя бы перспектива была. Подождать еще несколько минут – ничто в сравнению с тем, сколько он уже ждал. К тому же, все должно быть добровольно. Нельзя спешить в таком тонком деле. Вскоре девушки сами подозвали его, и он услужливо подошел к ним, приняв заказ. Хэин — та, что постарше — почти сразу же вернулась к разговору: — Ты знаешь, я слышала, что такой сон снится к проблемам со здоровьем. Следи за своим состоянием и хорошо питайся! — Ну вот… Этого мне еще не хватало. – поникла подруга. – Знаешь же, что мы с Хансоком недавно расстались. Я от этого-то не отошла толком, а тут еще и кошмары эти… — Эти? То есть их было больше одного? Сонхи, ну-ка выкладывай! — спросила подруга. Минхо очень внимательно слушал разговор двух девушек, уже предвкушая сладкий вкус кошмаров одной из них. Если их и правда было несколько, это ж прям пир! — Ну, последние недели две как-то прям активно были, да… Может, стресс накопился, не знаю. На работе еще достали. У нас новый сотрудник же в прошлом месяце появился, так у нас с ним что-то странное происходит тоже. — Сонхи отвела глаза, не особо желая продолжать разговор. — Сказала “а” — говори и “б”! Давай, что у вас там случилось? — Мне немного стыдно… помнишь, когда я сильно напилась из-за той ссоры с Хансоком? — Забудешь такое. Названивала мне еще потом полночи и рыдала в трубку. Так, ну и…? — Ну, в тот вечер я встретила в баре Чонина, нашего новенького. Он меня узнал и подсел, заказал еще выпить. Слово за слово… в общем, мы переспали. — Сонхи!! — получилось чуть громче, чем планировалось, так что все гости заведения уставились на девушек. Хэин виновато поклонилась и продолжила чуть тише: — Сонхи, это совсем на тебя не похоже! Как это произошло? Вы же еще с Хансоком вместе были тогда? — Не знаю, я плохо помню ту ночь… но вот как будто бы после нее у меня и начались кошмары. И состояние такое, знаешь, тяжелое, вялое даже. Не знаю. Может, совпадение. И Чонин себя странно ведет как-то. То постоянно вокруг крутится, то внезапно исчезает. Не понимаю, он хочет чего-то или это было на один раз, и мне просто надо расслабиться? “Так, кажется, у нее не просто кошмары. Каковы шансы, что замешан какой-то другой демон? Довольно малы, если так посмотреть. Я уже сколько здесь, лет тридцать? Ни с кем не пересекался. Но, с другой стороны, никогда не говори никогда, верно?” – думал Минхо, внимательно слушая чужой разговор, по пути к их столику. — Вот ваш заказ, пожалуйста. Сырные токпокки, жареный рис с кимчи и самгёпсаль. Вам с мясом помочь или сами справитесь? — Ну, наверное, помочь. Спасибо. Я, конечно, могу пожарить, но не факт, что его потом можно будет есть. — неловко рассмеялась Хэин. Минхо настроил огонь на гриле и аккуратно выложил туда мясо и овощи. Периодически переворачивал, пока девушки накладывали себе закуски. — А хотите кофе? За счет заведения. — он улыбнулся посетительницам, и те сразу же покраснели. Ли решил рискнуть. — Но у меня условие! Я вам кофе, а вы мне — свой сон! – он игриво посмотрел на Сонхи. – Как вам такая сделка? Сонхи смущенно засмеялась: — Да хоть все забирайте, ха-ха-ха! Довольный, Минхо, вернулся на кухню, предвкушая две недели кошмаров. Растянуть или устроить обжираловку? Сложный выбор. Вслед ему раздалось тихое: — Он такой милашка! Как такими вообще рождаются? Для Минхо эти слова были не новы: он очень часто слышит комплименты в свою сторону. Так уж получилось, что тело, которое он получил, оказалась крайне привлекательным в мире людей, и вот уже несколько веков он ходит по этой земле и ловит восторженные взгляды и вздохи прохожих. Иногда его раздражает такое внимание, но прыгнуть в другое тело он тоже не может. По крайней мере, пока. — Не говори! Кстати, о милашках. Что у тебя в итоге с этим Чонином-то? Минхо вынес за столик две чашки кофе и ободряюще похлопал Сонхи по плечу: — Не переживайте, кошмары вас больше не побеспокоят. Вот, пожалуйста. Приятного аппетита! — Спасибо большое. — разом ответили девушки и принялись за еду. Сияя от счастья, Ли вернулся за стойку. “Скорей бы день закончился, я жуть как голоден!”

***

Редакция журнала “Грешные хроники”, три недели спустя Хан Джисон сидел и бездумно пялился в свой компьютер уже около двух часов, так и не написав ни слова. — Нет, ну это издевательство какое-то! — он с психом отъехал от своего стола к соседнему. — Хван, что у тебя там? Есть новости по исчезнувшим? Хван Хёнджин, коллега и по совместительству лучший друг Хана, посмотрел на него поверх чуть съехавших на нос очков: — Если бы были, ты бы их уже знал. Я сейчас над другой статьей работаю. — Это над какой? — Над той, для которой у нас есть хоть какой-то материал! Журнал-то надо выпускать, дедлайн уже на носу. Хан пристально посмотрел на друга, требуя ответа на свой вопрос. Хёнджин закатил глаза. — Помнишь того якобы шамана, который разводил на деньги бедных старушек? — Ну да, был такой. И что там? — Что-что, накрыли его! Шарлатан оказался, как и следовало ожидать. Сейчас вот разгребаю сведения от полиции. Надеюсь, к концу недели статья уже будет готова. — А, понятно. Ну ладно, что ж. — Он уже хотел было вернуться за свой стол, как вдруг в глазах загорелся озорной огонек. — А от полиции — это ты так завуалировал “от Феликса”, да? — он заиграл бровями. Хван шлепнул его по плечу, немного покраснев: — Отстань! — А-а, так я угадал! И как у вас обстоят дела? Очень хорошо, я полагаю? Хёнджин очень старался не улыбаться, но это было невозможно. — Ну, вообще, да, все славно. Я даже удивлен, если честно. Не ожидал, что из случайной встречи в клубе может вырасти что-то серьезное. — Серьезное? — Хан искренне удивился. Обычно у его друга парни не задерживались. — Что, прям-прям? — Ага. Он как лучик солнца, не знаю. Хочу, чтобы он постоянно мне светил. — О-о-о, да кто-то влюбился! — Оста-ань! Все, мне надо работать, иди к себе! — Хван толкнул стул Джисона подальше от себя, и тот поехал прочь, целуясь с воздухом. “Блин, может, тоже над чем-нибудь другим поработать пока? А над чем? Мне ведь и не давали ничего больше. Черт, если к концу месяца статью не сдам, меня ж выгонят нахрен! Надо срочно что-то найти, хоть какие-то зацепки! Придется все с начала разбирать… может, я все-таки что-то упустил?” И Хан в тысячный раз открыл все свои файлы по делам шести бесследно пропавших людей. Он искал любую связь между ними, любое случайное совпадение, хоть что-нибудь, что можно как-то раскрутить и найти ответы. Или подсказки, на крайний случай. Что угодно! Но сколько бы раз он ни изучал свои материалы — все бестолку. — Хван, слушай, а ты не мог бы попросить своего парня кое с чем мне помочь? — Мы еще не в тех отношениях, чтобы я просил об одолжениях. — он был явно недоволен просьбой друга. — Ну пожалуйста! Или ты хочешь, чтобы меня уволили? Кто меня потом содержать будет, ты? Хёнджин снова закатил глаза, на этот раз от излишней любви друга к драматизму. — С чем помочь? — Мне бы отследить историю кредиток этих пропавших. Для начала. Может, найду что-то. А то я пока что так и не продвинулся в расследовании. Вообще. Понимаешь, у этих людей нет ничего общего. Ну, ладно, возраст примерно одинаковый, да, но на этом сходства заканчиваются. Продавец в супермаркете, работник метро, редактор в издательстве, флорист, учительница, психолог. И все из разных районов. Почерка вообще нет! Зацепиться совершенно не за что. — Хан со стоном откинул голову назад. — Зачем я вообще взялся за это дело? — Тебе его дали, так-то. — Да помню я, помню. Я правда хочу помочь. Но у меня нет ни-че-го. Что я скажу Хэин, когда она придет в очередной раз? А она ведь придет, я точно знаю. С тех пор, как ее подруга пропала, полиция разводит руками, так что у нее вся надежда только на нас. Ну, на меня. От души ей сочувствую, кстати. Следователь из меня так себе. — Хан Джисон! – Хёнджин резко стукнул по столу. – Отставить ныть! Ты отличный журналист, и ты это знаешь. В универе был один из лучших. Вспомни свою статью, где ты раскрыл, куда сливался гос. бюджет на кафедре? Это же был фурор для студента-третьекурсника! И ты говоришь, что у тебя ничего нет? — Видимо, мой пик карьеры остался там, на третьем курсе, потому что с тех пор я мало что толкового написал. Что я вообще тут делаю? — он многозначительно посмотрел в окно. — Ты тут работаешь. И тебе нравится твоя работа. — Хёнджин устало потер переносицу. — Так уж и быть, я попрошу Феликса помочь тебе. Но на тебе должок! — Спасибо-спасибо-спасибо! — Хан полез обниматься, но Хёнджин сморщил лицо и выставил вперед руки. — Ладно, ладно, не лезу. Буду ждать вестей от твоего принца! Тут в Хана прилетела ручка с соседнего стола, и он, хихикая себе под нос, вернулся к своим файлам.

***

Через пару дней, когда все в редакции были на обеде и обсуждали свежие новости, их главный редактор привел в столовую незнакомого никому парня. Никто даже не посмотрел на них; все просто продолжили есть и разговаривать. — Минуточку внимания! — теперь у людей в столовой не осталось выбора, и им пришлось посмотреть на вошедших. — Знакомьтесь, ваш новый коллега, Ян Чонин. Богатый опыт в нашем ремесле и куча успешных статей в топовых журналах, так что прошу любить и жаловать. — затем, обратившись к Яну, он повел его в сторону одного из столов. — Так, это твой наставник на первое время, Хан Джисон. Он у нас тоже довольно опытный, поэтому, думаю, быстро споетесь. Хан, посерьезнее, пожалуйста. Хан кивнул головой в повиновении. Очень вовремя, конечно! Для полного счастья ему не хватало именно стажера. — Ну всё, развлекайтесь, детки. А, кстати, зайди ко мне, когда покажешь тут все Чонину, хорошо? — Да, господин Ким. — Джисон отвесил легкий поклон и вернулся к своей еде, но аппетита уже не было. “У меня и так есть, над чем работать, так мне еще и подопечного всучили! Просто класс”. Ян тем временем присел за столик, где уже сидели четверо парней. Все они мысленно отметили статность нового коллеги и его огненно-рыжие волосы, а также изящество, которым было пропитано каждое его движение. — Привет, меня Чонин зовут. А вас? Джисон, как истинный наставник, взял на себя ответственность представить коллег: — Я, как ты уже мог догадаться, Хан Джисон. Это — Хван Хёнджин, вот это — Со Чанбин, а это — Бан Чан. — Приятно познакомиться. — Ян очаровательно улыбнулся, выставляя напоказ свои ямочки, и парни не смогли не улыбнуться в ответ. — Взаимно. — хором ответили все и незаметно вернулись к обсуждению своих статей. Только Джисон помалкивал и лениво копался в своем рисе. — А ты над чем работаешь? — Спросил Чонин, тут же спохватившись. — Ой, прости! Можно на “ты”, или пока рано? — А, да всё в порядке, можем на “ты”, конечно. Мы почти все тут так. Я сейчас… Как сказать, есть одно дело, над которым я уже давно работаю, но оно прям глухарь-глухарь. Зацепок нет, полиция сложила ручки, расследование особо не движется, так что и статья встала. Мне ее дали, как самому компетентному, а в итоге… Так, ладно, чего это я. — он неловко захихикал, но Чонин, кажется, был искренне заинтересован в переживаниях Хана. — Посмотрим вместе потом? Может, смогу чем-то помочь? Иногда свежий взгляд может указать на то, что было скрыто под самым носом. — он легонько щелкнул пальцем по кончику носа Джисона, но тут же его убрал, как будто ничего и не было. — Иногда глаз просто замыливается. Ты же знаешь, как это бывает. — Ну… да. Да, знаю. — Хан всё еще не понимал, привиделось ему это прикосновение или нет. Коллеги, вроде как, ничего не заметили. Что ж, ладно. — Ты будешь что-нибудь? Обед скоро заканчивается. — А, нет, я уже поел, всё хорошо. Спасибо за заботу. — он весело подмигнул Джисону. — Покажешь мне, где тут что? — Да, конечно, пойдем. Устрою тебе хаус-тур по редакции тогда, пока все еще обедают, а потом покажу твое рабочее место. Если вдруг будут вопросы — не стесняйся, задавай. — Стесняться — не в моих правилах, но спасибо, буду знать. Хан не мог понять, нравилась ли ему подобная фамильярность этого парня. Он флиртует или это у него такой характер? Не очень понятно. С одной стороны, это казалось немного непрофессионально и даже в какой-то мере оскорбительно: они ведь только познакомились. С другой стороны, он как будто немного завидовал той свободе и легкости, которые сквозили в его речи и манере поведения. “Ладно, потом пойму. Будет еще время. Сейчас нужно сосредоточиться на работе. А, блин, Сынмин же просил к нему зайти! Интересно, о чем он хотел поговорить? Надеюсь, не о моем увольнении…” — Здесь у нас кофе-станция, вход свободный. Вот тут – печеньки и конфеты, тут – сахар, тут… Э-э, не уверен, что тут. — он с легкой гримасой отвращения закрыл банку чего-то неизвестного и поставил обратно. — Мусорка вот здесь. — он ногой указал на шкафчик под раковиной. — Предсказуемо. — улыбнулся Ян. — И это прекрасно. Мы такое любим. Чем меньше надо думать о бытовых вещах, тем больше сил думать о более важном. О работе, например. Пойдем. Они прошли дальше по коридору. — Вот тут туалеты. Вот тут курилка. Кстати, куришь? — Нет, но могу за компанию. — Ну, тогда тебе придется поискать эту самую компанию, потому что я не курю, хах. Чонин пожал плечами, и они зашли в одну из дверей в коридоре. — Тут наш кабинет. Видишь, на табличке написано “Отдел разоблачений”? Мы сами придумали, чтобы веселее работалось. Здесь сидит Хёнджин, здесь — я, вон там сзади — Чан и Чанбин. Вот тут будет твое место. — Хан провел его в уголок кабинета возле окна. — А это — Минги. — он указал на небольшой кактус, что стоял на подоконнике. — Составит тебе компанию. — Ха-ха-ха, оригинально! Мне у вас определенно нравится. Так что же, хаус-тур окончен, получается? — Ну, в общем и целом — да. Главные места я тебе показал, а остальные, в принципе, это просто кабинеты других отделов. Если вдруг что-то будет нужно сделать, или с кем-то связаться — спрашивай, тебе тут все помогут. У нас ребята классные работают. Босс, правда, вредный, но зато под его руководством журнал расцвел, как мне рассказывали старички. — Правда? А мне он показался немного… Как это? Заносчивым, что ли. — Это у него имидж такой. На самом деле Ким Сынмин — профессионал своего дела. Строгий, да, но справедливый. У него прям чуйка какая-то на эксклюзив и хороших людей. — кажется, Джисон впервые искренне улыбнулся Чонину. — Учту, спасибо. Ну что, покажешь, что у тебя там со статьей? — Да, но чуть позже. Босс же просил зайти. Ты пока располагайся на своем новом месте. Если что понадобится — говори ребятам, они скоро уже вернутся. Добро пожаловать в команду. — он протянул руку. — Спасибо. С нетерпением жду совместной работы. — Ян пожал руку и улыбнулся. Ямочки не заставили себя ждать. “Миленький он такой, конечно. Но как будто бы не такой простой, каким хочет казаться. Посмотрим, что будет” — размышлял Джисон по пути к кабинету. Вскоре он уже постучал в нужную дверь. И тут как-то резко на него обрушилась странная усталость. “Очень вовремя, конечно. Это что, нервы шалят?” — подумал он. Из-за двери тем временем раздался голос: — Входи. Он зашел и присел на диванчик у стены, смотря куда угодно, но только не на Сынмина. Тому, конечно, было интересно, как долго это может продолжаться, но времени на игры не было, так что он сразу перешел к делу. — Ну что, как там наши пропавшие? “Ну кто бы сомневался!” — Пока что подвижек особо нет. Я на днях отправил запрос на проверку истории кредитных карт, может, там найдется хоть что-то. Жду результатов. — И? — И-и… это пока все. — Джисон, ты же знаешь, что эта статья — очень важна. Здесь явно что-то нечисто, нюхом чую. — он нервно покрутил ручку между пальцев. — Мы обязаны найти ответы. Хэин не отпустит эту ситуацию. Ты же знаешь мою сестру. Ее лучшая подруга бесследно пропала, и она не успокоится, пока не раскопает правду. Хан кивнул, прекрасно все понимая. Но информации попросту не было! Как они могут помочь? — Слушай, у меня, возможно, есть кое-что для тебя. — начал Сынмин. — Мне Хэин рассказала, что около месяца назад они с Сонхи были в одном кафе, и работник там вел себя как-то подозрительно, с ее слов. Дерганный немного, и говорил какие-то странные вещи. Кофе им бесплатно дал в обмен на сон Сонхи. Не знаю, может, бред, а может, ее мозг просто пытается хоть за что-то зацепиться, но ты все же загляни, проверь, ладно? — А, конечно! Схожу сегодня же. Что за место? — Он сразу открыл карту в телефоне. — Кафе “По ту сторону”. Имя работника она не помнит, но сказала, что он красавчик. Женщины. — он развел руками, чуть пожав плечами. — Информативно. Ну что ж, ладно. В любом случае, спасибо, что сообщили! Даже такой кусочек информации лучше, чем ничего. Если еще и ответ на мой запрос сегодня придет, я буду прыгать от радости! — Ну ты попридержи коней, Хан. Кто знает, будет ли вообще толк от этого. — Хочется верить, что будет. Вы еще что-нибудь хотели обсудить, или это все? — Да, в общем-то, все. А, и сделай так, чтобы Ян у нас задержался, хорошо? Мы сейчас, может, и не самый популярный криминальный журнал в Сеуле, но с таким сотрудником у нас есть все шансы им стать. Джисон очень удивился такой похвале от Сынмина; на его памяти, он даже ему так рад не был, хотя Хана он очень хотел к себе в команду. Настолько, что даже повышенную ставку предложил. Если Чонин и правда выведет их на новый уровень, это было бы здорово. Но один момент все же не давал ему покоя. “А какова вероятность, что я сейчас просто воспитаю себе замену?” — Крутилось в голове по пути обратно. Он не мог перестать думать о том, что, если его действия в итоге не приведут ни к какому результату, то его просто выгонят. Сынмин, конечно, не говорил этого напрямую, даже намека не давал, что хочет избавиться от него, но Джисон уже надумал себе всякого, и теперь страдал, как часто бывает. Вернувшись, он первым делом проверил почту на предмет новостей от полиции/Феликса/парня Хёнджина. Видимо, сегодня и правда был его день, так как в ящике красовалось ответное письмо с темой “история кредитных карт”. Он тут же отправил прикрепленный документ на печать и, вооружившись карандашом и маркером, принялся вчитываться в каждую строку. — Так, кажется, это все же не было напрасным. — он шептался сам с собой, пересматривая страницы еще раз. — Да, вот оно! Все они посещали одно и то же кафе. Стоп-ка. — он замер над бумагами. Достав телефон, чтобы вбить название в поисковую строку на карте, он понял, что вбивать ничего не нужно — именно об этом месте и говорил Сынмин! Кафе “По ту сторону” — вот, что связывает всех пропавших! Не сдержавшись, он издал победный возглас на весь кабинет: — Йе-ес! Ес-ес-ес!!! — Что у тебя там? — оторвался от компьютера Хёнджин, а за ним и остальные заинтересованно подняли головы. — Есть зацепка! — Да ты что? Серьезно?? От Феликса? — Да, и от Сынмина. Даже как-то странно, что обе нашлись в один день. Не может же быть все так просто, да? — от былого энтузиазма не осталось и следа, и вот Джисон уже разочарованно присел на свой стул. — Эй, ты чего? Ты ведь еще даже не проверил ничего. А вдруг это оно? — Хван присел на корточки рядом, пытаясь немного привести друга в нормальное состояние. Он знал его уже давно, и эти перепады настроения были для него обычным делом. К ним подошел Чан и поинтересовался: — А что за зацепка-то? — Да какое-то кафе. Все пропавшие там бывали, и сегодня Сынмин еще упомянул, что его сестра тоже попросила проверить это место, типа там работник странный. Тут к их небольшой компании присоединился и Чонин. — А, так ты работаешь над теми шестью пропавшими? — О? Ты слышал о них? — Чан немного удивился, ведь это дело не предавалось сильной огласке. — Конечно. Каждый уважающий себя криминальный журналист об этом знает. Я даже пытался немного навести справки. — Правда? — глаза у Хана снова загорелись: а вдруг Ян ему тоже что-нибудь полезное расскажет? — И как успехи, нашел что-нибудь? — Если честно, то не особо. Я поспрашивал их знакомых и коллег, и получился довольно скудный, но стандартный портрет: семей ни у кого не было, все жили одни, приехали в Сеул из небольших городов, друзей раз-два и обчелся. О ком-то даже отзывались как о затворниках, другие просто были не очень общительны. Я подумал, вдруг это просто совпадение? Мало ли что у людей на уме. Может, взяли да с моста спрыгнули, кто ж знает. Хан задумался. Еще утром он мог бы в это поверить, с большой натяжкой, но все же. Но теперь у него была зацепка, была точка соприкосновения всех пропавших. Плюс, если верить Хэин, Сонхи бы никогда просто так не исчезла — они хорошо дружили и много времени проводили вместе. С другой стороны, она также упоминала, что подруга ее последние недели до исчезновения крайне плохо себя чувствовала: была постоянно измотанной, сильно похудела, толком не спала, и выглядела очень болезненно. Но, если бы что-то действительно случилось, тот обзвон больниц и моргов дал бы хоть какой-то результат! “Нет, я все же обязан проверить это место. Не верится, что все они просто решили покончить с собой. Слишком большое совпадение. Не верю”. — Ну, может, ты и прав. Но проверить все же надо. Кто-то хочет со мной? Хан в надежде оглядел парней, но отозвался лишь Чонин. — Я могу, если ты не против. “Похвальный энтузиазм, но я бы все же предпочел кого-то из старичков. Но на безрыбье, как известно…” — М-м, да, конечно, давай. Но это после работы будет, ты не спешишь? — Нет, все в порядке. Меня дома никто не ждет. — в этой фразе, по идее, нет ничего веселого, но у Чонина получилось сделать ее очень двусмысленной и даже завлекающей. Или это у Хана воображение разыгралось. — Ну, ладно, смотри сам.

***

Кафе “По ту сторону”, вечер того же дня Рабочий день постепенно подходил к концу, и людей становилось все больше: многие заходили после тяжелой смены и хотели просто поесть или взять чего-то с собой, чтобы побыстрее оказаться дома, другие же залетали громкими компаниями, празднуя конец очередной недели. Минхо любил такое время, когда даже вздохнуть не было возможности, ведь он мог забыть совершенно обо всем на свете и ненадолго притвориться человеком. Колокольчик снова зазвонил, и двое довольно молодых парней вошли в заведение, подозрительно осматриваясь по сторонам. Ли их заметил, только когда один из них прошел на кухню в поисках главного смены. — Что ж, вам повезло. Главный тут всегда только один, и это я. Ли Минхо. Он вытер руки о тряпку и протянул одну парню, что стоял чуть впереди; тот пожал ее в ответ. — Хан Джисон. Это Ян Чонин, мой коллега. Мы из журнала “Грешные хроники”. – они, как по команде, показали свои бейджики. Минхо внимательно оглядел гостей: у одного были огненно-рыжие волосы, словно он только что из салона вышел, и с хитрым прищуром глаза. Королевская осанка и надменный взгляд, будто он здесь самый-самый, выдавали хорошо знакомое Минхо существо. “Кумихо. Однозначно. Их я узнаю где угодно. Я, правда, думал, что в Сеул они больше не суются после той охоты на лис в девяностых. Что ж, видимо, времена меняются. А это кто, интересно? Кумихо с человеком водится? Любопытно”. Он вернул взгляд к тому, кто представился Хан Джисоном: невысокий рост, слегка отросшие темные кудри, прикрывающие уши, крепкие мышцы, и удивительной глубины глаза, в которых хочется утонуть. На своей памяти он встречал такие глаза лишь раз. — Джи… Джиён? — Эм, нет. Джисон. — Хан прочистил горло. “Неужели невнятно сказал? Как можно спутать мое имя с другим? Тем более женским. Как это понимать вообще??” – недоумевал Хан у себя в голове. А Минхо тем временем застыл и, не отрываясь, смотрел в чужие глаза. Из-под ног словно ушла земля, и воспоминания унесли его в далекое прошлое на почти четыре столетия назад… “Чего он так пялится? Мне некомфортно”. — поежился Хан. Внезапно взгляд Ли сновно стал ясным. — Прошу прощения, я, кхм, кое кого вспомнил. Так что, по какому поводу вы заглянули в мой скромный уголок? Не для романтического ужина, полагаю. Ян рассмеялся, а Хан снова прокашлялся от неловкости. “И правда какой-то несуразный. Надо как следует порасспрашивать его”. — Вы правы, мы к вам по делу. — А, так это надолго? Могу я попросить вас подождать меня вот здесь? — он проводил их в небольшую каморку за кухней, где хранил всякие документы, а также многочисленные упаковки риса. — Я предупрежу своего помощника, чтобы он не терял меня. У нас сейчас час-пик, если можно так сказать, он может занервничать один. — Да, конечно, мы подождем тут. Пока Хан осматривал помещение, Ян уже присел на единственный в комнате стул. — Ой, прости, не подумал. Хочешь присесть? — он жестом указал на свои колени. “Так, ну уж нет, что это за поведение? Мы хоть и не на работе, но это уже ни в какие ворота! Блин, а что я ему скажу?” — Э-э, нет, спасибо, я постою. “Серьезно?! “Нет, спасибо, я постою”? Ну какой же я дурак!! Неужели нельзя было сказать “Чонин, это непрофессионально, мы же на деле” или там “Нет, и впредь попрошу быть поаккуратней в выражениях, мы все же коллеги”. Но нет, “спасибо, я постою”! Боже, дай мне сил вытерпеть самого себя”. Вскоре Минхо вернулся и принес еще пару стульев, вежливо приглашая Хана присесть на один из них. — Так что же, чем обязан визиту? Хан в очередной раз прочистил горло, а затем достал диктофон, блокнот с ручкой и несколько фотографий. — Вы не против записи? — он поставил диктофон на стопку из риса между ними. — Конечно, записывайте, мне не жалко. — Спасибо. Господин Ли, вам знакомы эти люди? — он протянул фотографии Минхо, и тот принялся их изучать. У демонов его вида память была отменная, поэтому, конечно же, он их помнил — они все были у него в гостях. И все принесли ему немного кошмаров на поесть, особенно эта девушка на последней фотографии. Благодаря ей он до сих пор ходит сытый. Вдруг ему кое-что вспомнилось. “Кстати, а она ведь упоминала какого-то Чонина. То-то имя такое знакомое! Хотя-я… сколько у нас Чонинов может быть, тысячи? На вряд ли такое совпадение возможно. Но ведь там не все так гладко было. Разве она не жаловалась на плохое самочувствие? Хм, становится все любопытнее. Надо понаблюдать за этим лисом”. Да, он помнил, все, но с людьми всегда надо быть осторожным. Он столько лет скрывался не для того, чтобы его раскрыл случайный журналист. А коли в деле замешан кумихо — надо быть вдвойне осторожней. — Хм, возможно, они бывали у меня в кафе. — он тщательно подбирал слова, чтобы не ляпнуть чего-то лишнего. — Но это не точно. Всех ведь не запомнишь. У меня тут много людей за день проходит. — У вас? Так вы владелец? — Хан сделал пометку в блокноте. — Да, он самый. А что такое? Что-то произошло с этими людьми? Надо было аккуратно выяснить, зачем эта парочка пожаловала, не вызывая при этом подозрений. Минхо не особо горел желанием становиться частью расследования. Однако этот Джисон не давал ему покоя: не хотелось его так быстро отпускать. — Да, они все пропали. И единственное, что у них есть общего, так это то, что они все заходили к вам. “Так, а вот это уже плохо. Очень-очень плохо. Сейчас журналисты, потом телевидение, потом полиция, потом люди перестанут ходить… в худшем случае меня отправят за решетку. С железяками этими я, конечно же, быстро управлюсь, но тогда меня объявят в розыск, и придется менять тело, но еще не время, ведь я еще не нашел… Так, стоп. Отставить панику. У них же ничего на меня нет, верно? Я законопослушный гражданин, исправно плачу налоги, помогаю детям и старикам”. — он постарался быстро вернуть себе самообладание. — Пропали, значит? И что, совсем без следа? — Да, к сожалению. Мы сейчас проверяем даже самые маленькие зацепки, так что любая информация будет полезна. — А что полиция? — Полиция наша, как часто бывает, решила, что дело не стоит расследования: улик нет, связи между людьми – тоже. — А вы тогда почему расследуете это дело? Хан ненадолго задумался, глянув на Чонина, что все это время сидел, покачиваясь на стуле. — Ну, как вам сказать. Это мой долг. Я хочу помочь тем, кто переживает за этих людей. К нам до этого обращались несколько человек с одной и той же проблемой, но всерьез мы ее восприняли только после пропажи последней девушки, и то, потому что она – сестра нашего босса. — Хм, ясно. А я вам чем могу помочь в таком случае? “Так, а вот об этом я не подумал. Так хотел сюда попасть, что даже толком не продумал план действий. Тоже мне, блин!” — Хан мысленно отругал себя за такой безответственный подход к делу. Пришлось импровизировать. — Вы, эм, может быть, заметили что-нибудь странное в этих людях? – пальцем в небо. “Отлично, Хан, прекрасная работа. Журналист с красным дипломом, сразу видно. Боже, очень сильно тебя прошу, дай мне сил”. — Ну, как вам сказать. Я плохо помню их, ведь это было довольно давно. — ложь, ложь, ложь. Он помнит все и всех: в какой день и в какое время они приходили, были одни или с кем-то, что заказали и даже сколько заплатили. Но сказать он не может, иначе то, что он себе напридумывал, может начать сбываться. — Единственное что, вот эта девушка. — он указал на фото Сонхи. — Смутно припоминаю, что она была не одна. Если я правильно помню, она очень переживала о чем-то и плохо себя чувствовала, так что я решил угостить их кофе за счет заведения, чтобы немного взбодрить. Хан сделал еще несколько пометок у себя в блокноте. — Спасибо. Что-нибудь еще вспомните? Ли “надел” задумчивый взгляд. — Нет, боюсь, что нет. Прошу прощения. — Ничего страшного, но все равно я должен спросить. Вы, конечно, не обязаны, но, может быть, вы бы согласились предоставить нам записи с камер наблюдения? — Хан внимательно посмотрел на Минхо. — Не все, разумеется, только те даты, когда к вам приходили эти люди. Это бы очень помогло нашему расследованию. “Записи с камер… Не знаю даже. Там, конечно, ничего особенного не должно быть, но все же рисковать не хочется”. Он уже готов был отказать, но тут снова встретился с умоляющим взглядом напротив и, не отдавая себе отчета, ответил: — Да, конечно, если это поможет. — О, спасибо огромное, господин Ли! Это очень поможет, правда. “А-а-ащ! Что это сейчас было вообще? Слишком легко я уговорился. Но отказываться было бы, наверное, подозрительно? Они бы могли подумать, что мне есть, что скрывать. Ладно, к черту! Будь, что будет”. — Рад оказаться полезным. Господин Хан, я все подготовлю, и вы сможете зайти за записями послезавтра. В любое время, я всегда здесь. — он мягко улыбнулся журналисту. Кажется, они оба дружно забыли, что с ними в комнате находился еще один человек. Точнее, не совсем человек. Еще точнее — совсем не человек. И он незамедлительно решил напомнить о своем существовании: — Мы заберем записи, спасибо. — Ян вальяжно встал со стула и прошел к двери. — Пойдем? А то уже поздно. — Да, ты прав, простите, что мы вас отвлекли. — Ничего страшного. Никаких криков из зала я не слышал, а, значит, все в порядке, и Намджун со всем справился. Порадую его небольшой премией. — Ха-ха, а вы хороший начальник. — Хан встал и протянул руку Минхо. — приятно было познакомиться, господин Ли. — Можно просто Минхо, господин Хан. — Можно просто Джисон. Они оба сделали небольшой кивок головой и улыбнулись, а затем Минхо проводил внезапных гостей к выходу и по пути завернул им с собой по порции токпокки, которых оказалось приготовлено чуть больше, чем нужно. — Думаю, надо установить за ним слежку. Какой-то он мутный. — сказал Чонин, когда он вышли из кафе. “Еще бы он не был мутным. Пульгасари живет на виду у людей и пытается сойти за своего, надо же! Сколько всего изменилось за последние годы. Хвост даю, он сразу понял, кто я. Надо как-то натравить Хана на него. Только вот как? Они, кажись, поладили? Что это было в конце? Лапы прочь, пульгасари, это моя добыча”. — Ян шел рядом с Ханом и, периодически поглядывая на него, размышлял, иногда улыбаясь или морщась собственным мыслям. Хан тем временем прокручивал в голове разговор с Минхо и не особо следил за Чонином. Зато он внимательно следил за движениями Минхо, за его телом, за его глазами, за микро-выражениями, надеясь найти малейшие признаки лжи. Но он ничего не заметил. Вообще. Что тоже немного странно, ведь обычно люди нервничают, если оказываются втянутыми в какое-то расследование. Даже если они никак не причастны. — Возможно, ты прав. К тому же, зацепок у нас больше нет. Может, сможем что-нибудь узнать. — “Сможем”? Предлагаешь работать вместе? “Ай, блин, ляпнул, даже не подумав. С другой стороны, может это и к лучшему? Помощь мне не помешает. Хотя, он, вроде как, был скептически настроен сегодня днем. Не знаю-не знаю”. — Хан не был уверен, стоит ли привлекать Чонина к делу. Но отказывать ему сейчас было бы не очень красиво, ведь так..? — Ну, если хочешь, можешь присоединиться, наверное. Если тебе не над чем работать… — Мне всегда есть, над чем работать, Хан-и, но я с радостью займусь тобой. В смысле, займусь этим делом с тобой. — Ян снова включил свою милую улыбку, а затем игриво подмигнул Джисону. “Черт, да что это с ним? Ведет себя уж слишком развязно. А может… может, я ему понравился? Он, конечно, милый, но… О-о-о нет, стоп, мы же коллеги, куда меня понесло-то уже? К тому же, он — мой подопечный. Я так не могу. Или могу…? Еще Минхо этот… Такой джентльмен. Улыбка у него такая милая… Ушки такие интересные. И этот зубик передний… просто восторг. Ой-ой. Я, кажется, влип. Надо бы поговорить с Хёнджином. Может, он чего посоветует? А то у меня голова скоро взорвется от мыслей”.

***

Кофейня “Memento mori”, следующий день Хан уже сидел на их привычном месте — дальний столик у окна — и нетерпеливо подергивал ногой. “Этот Хван опять опаздывает. Как же бесит. Каждый раз одно и то же! Неужели так сложно хоть один раз прийти вовремя?” Спустя минут пять блудный друг все же заявился в кафе, пытаясь немного отдышаться по пути к столику. — Прости-прости-прости, но у меня есть уважительная причина! — У тебя всегда она есть. Что на этот раз? Хёнджин залился краской. — Я впервые ночевал у Феликса. Он, казалось, хотел запрыгать от счастья, но сдержался. Смотря на своего друга в таком состоянии, Джисон уже не мог на него злиться. — Так, давай договоримся тогда. Сначала я слушаю о твоих любовных приключениях, мы вместе радуемся за тебя, а затем ты слушаешь мои стенания, и мы оба утешаем меня. Идет? — Идет. Они быстро сделали свой стандартный заказ — два айс-американо, один клубничный чизкейк и один шоколадный — и вернулись за столик. — Ну, слушай. Вчера, когда вы с Чонином ушли в то кафе, я немного задержался на работе. Хотел побольше успеть дописать, мне там совсем чуть-чуть оставалось. В общем, сижу я, пишу, и тут звонок. Это был Феликс. Он такой говорит: “Могу я тебя украсть на романтический ужин?”, а у нас ведь планов не было никаких, поэтому я очень приятно удивился. Разумеется, я согласился. И тут он заходит в офис с букетом хризантем. Хризантем, представляешь?! Как он догадался, я ума не приложу. Хан загадочно улыбнулся, ведь это он помог Феликсу организовать этот вечер и рассказал о любимых цветах друга. Вернул, так сказать, долг. Но Хвану об этом знать было необязательно. — Так, а дальше что? — ему было интересно узнать все самые сочные подробности этого свидания. У самого-то свиданий уже почти полгода не было. — Ну, а дальше… он отвез меня на своей машине в ресторан с видом на реку Хан, и мы ужинали самой лучшей в мире пастой, любуясь видами вечернего Сеула. Джисон-а-а, это было самое восхитительное свидание в моей жизни! Феликс такой галантный! Я в шоке, что такие мужчины еще существуют. Хану вдруг вспомнился вчерашний эпизод со стулом. На лице возникла мимолетная улыбка. — Так, а потом? — А пото-ом… мы поехали к нему. Посмотрели фильм, выпили вина, он угостил меня своим домашним брауни. И когда он только успел его испечь? Ума не приложу. В общем, волшебный вечер! А потом мы пошли спать, и он даже не пытался ничего сделать, представляешь? Просто обнимал меня всю ночь и шептал всякие нежности. — Тогда я ничего не понимаю. Опоздал-то ты почему? Ладно бы там секс-шмекс, но у вас даже не было ничего? — Пока еще нет. Но знаешь, мне в кои-то веки не хочется торопиться. Хочу насладиться этим периодом. — он мечтательно поднял глаза к потолку, а затем вернулся на землю. — А опоздал я потому, что Феликс не хотел отпускать меня голодным, ну разве не чудо? Приготовил мне завтрак и поцеловал на прощание. Я теперь весь день буду об этом поцелуе думать. — О-о, ну всё, теперь официально: Хван Хёнджин по уши втрескался! — Ну да, есть такое. Джи, — он чуть понизил голос и взял Хана за руку. — я очень хочу, чтобы у нас все получилось. — Что-то мне подсказывает, что это взаимно. — он погладил пальцы Хёнджина и тепло улыбнулся ему. — Я очень за тебя рад, правда. Ты достоин самого лучшего. — Спасибо. Очень надеюсь, что Феликс окажется тем самым. У меня хорошее предчувствие насчет него. Они безмолвно переглянулись, продлевая еще ненадолго этот момент разделенной радости, но он довольно быстро прервался. — Что ж, давай теперь обо мне поговорим. В общем, не знаю, заметил ты или нет, но, мне кажется, я понравился Чонину. Подожди-подожди, не смотри так, я объясню. Он немного странно себя вел вчера: сразу на “ты” решил перейти, по носу меня щелкнул, недвусмысленно заигрывал весь день, комментарии какие-то отвешивал. И в конце, когда мы были в том кафе, предложил мне сесть ему на коленки! А, еще не все. Мы вышли, я случайно предложил ему работать вместе, и он сказал такую фразу… Как там было? “Я с удовольствием займусь тобой. Ой, прости, я имел ввиду займусь этим с тобой”. А, нет, подожди, не так было. Он исправил на “займусь этим делом с тобой”. Вот. Разве не странно? Хёнджин внимательно слушал и наблюдал за Ханом. За годы дружбы он уже привык, что парень видит смыслы там, где их нет. Очень часто малейшие знаки внимания он воспринимает как романтический интерес к своей персоне, даже если это просто проявление вежливости. Вчера он не заметил ничего такого со стороны нового коллеги. А по поводу его поведения в кафе… Возможно, Хан немного дорисовал картину? Такое тоже бывает. Тем не менее, ему не хотелось расстраивать друга; у него уже давно никого не было, и Хван видел, как Джисону было одиноко. “Вот бы и он встретил свою родственную душу”. — пронеслось у Хвана в голове. — Так, и тебя это смущает, потому что…? — он решил немного подыграть и дать другу возможность выговориться, вместо того, чтобы сразу осуждать или переубеждать его. — Потому что мы коллеги! И я его наставник. Это неправильно. Мне немного некомфортно. Но в то же время я как будто бы заинтригован. А еще этот владелец кафе, Ли Минхо. Такой тоже галантный, вежливый, очаровательный. Разрешил нам взять записи с камер даже, хотя мог спокойно отказать. Короче, не знаю. Я немного запутался. — Не знаешь, кого выбрать? — он сочувственно посмотрел на Хана. “Бедняга, совсем одичал. Ему срочно нужно кого-то найти! О, может, у Феликса есть кто-то на примете? Надо будет спросить”. — Ну, наверное? Хотя ничего еще даже не понятно толком. Может, я вообще все себе придумал, как обычно. Но все равно, ты можешь понаблюдать за поведением Чонина на следующей неделе и сказать мне, если что-то заметишь? А то вдруг у меня уже галлюцинации на почве сексуальной неудовлетворенности. — Очень сомневаюсь, что такое бывает. Но хорошо, буду приглядывать за вами. А с хозяином-то этим что было? — Если честно, то особо ничего, наверное. Он принес мне стул, был очень любезен, отвечал на все мои вопросы, а конце сказал, что я могу называть его просто по имени и сказал забрать записи завтра. А, хотя, было кое-что еще. Когда мы только представились, он назвал меня каким-то девчачьим именем. Джи…ён, что ли, и очень долго пялился мне в глаза. А потом еще как будто бы очень расстроился, когда я напомнил ему свое имя. Не знаю. Странно немного. — Ну, с именем и правда странно. Может, не расслышал? Джиён - Джисон, похожи же? — Ну не знаю, не знаю. Самую малость, разве что. Ладно, неважно. Я пойду к нему завтра еще раз за записями и сразу же начну их отсматривать. Не хочу терять ни минуты. — А что Чонин? Он пойдет с тобой? — Он, вроде, хотел, но я, наверное, схожу один. Мне показалось, они с Минхо не очень друг другу понравились. Может, получится еще чего-нибудь узнать у него. Плюс, мне все еще немного неловко с Яном. Такое дурацкое чувство. — Ну да, ситуация так себе. Но, думаю, пока еще рано судить о чем-либо. Тебе надо чуть подольше пообщаться с обоими, и тогда наверняка уже все будет видно: и кто заинтересован в тебе, и в ком заинтересован ты сам. Потому что сейчас, судя по всему, ты и сам не знаешь. — Это правда. Я поэтому и написал тебе вчера. Ты отлично помогаешь увидеть ситуацию, как она есть, а ждать я не мог. — Да все в порядке, не парься. Хорошо, что написал, мы же пропустили нашу встречу на прошлой неделе. Вот как раз и нагоним все последние сплетни. Кстати, ты слышал, что Миён переспала с нашим Чаном? — Чего-о? Фотограф Миён?? Да ты что-о-о!?! Она же такая паинька с виду. — Ага, а на деле оказалась совсем не паинькой. Нам Чан вчера за обедом рассказал, что там было, ты как раз ушел Яну все показывать. — Да бли-ин! Ну почему все самое интересное без меня происходит? — Все самое интересное и без нас произошло, так-то. — Хван поиграл бровями и доел свой чизкейк. — Чани-хён теперь ходит и не понимает, что дальше делать и как себя вести. — А она… нравится ему? — Да походу нет. Он ее встретил в баре после работы. Ну, знаешь же, как это бывает. — Ага. А он ей? — А этого мы не знаем. Возможно, что да. — Ауч, неловко получится, если реально да. — Не то слово.

***

Кафе “По ту сторону”, вечер следующего дня Минхо весь день был как на иголках. Записи он подготовил еще вчера, но придет ли Джисон — и когда — он точно не знал. К тому же, день уже подходит к концу, а его все еще не было. Ли думал, что он с утра заявится, поэтому и позвал своего друга-шамана пораньше, чтобы он застал визит Хана. — Ну что, где там твой Джисон? — Шихо подошел на стойку, где Минхо готовил напитки. — Подожди еще немного. Ему нужны эти записи, он придет. — Мы его весь день ждем. У меня, вообще-то, дела есть. — Я оплачу тебе день, сказал же. Какие дела? — Мертвые не ждут. — Шихо дважды постучал по дереву стойки. — Я пойду в кабинет, там посижу. Принеси мне чаю с жасмином, хорошо? — Хорошо, принесу, иди уже. “Ох уж эти шаманы. Проблем не ними не оберешься. Надеюсь только, что эти мучения будут не зря”. Колокольчик зазвенел. Ли тут же обернулся, и в этот раз, к его радости, в дверях показался Хан. Один. — Привет. — с порога помахал ему Ли, попутно вытирая руки и выходя из-за стойки. Джисон улыбнулся и тоже помахал в ответ. — Привет. Прости, что поздно, меня вызвали на работу, хотя должен был быть выходной. — Ничего страшного. Я рад, что ты пришел. Пойдем, я отдам тебе записи. Намджун, присмотришь тут? Из кухни донеслось ленивое “ага”, и они вдвоем пошли в его кабинет aka комнату для хранения риса, где их уже ждал Шихо. — О, это и есть тот самый Джисон? — Он поднялся со стула, чтобы получше осмотреть гостя. — Тот са… чего? — Хан в непонимании бегал глазами от Минхо к Шихо и обратно. — Мин, что это значит? Кто это? — Ч-что… как ты меня назвал? Шихо, срочно проверь. Я не могу больше ждать. Я должен знать. — Хорошо, хорошо. Сейчас все будет. Хан Джисон, присаживайся. — он повел его к стулу, чуть подталкивая. — Что? Зачем? Где записи? Ми-ин? Минхо как-то отстраненно встал в уголке, обнимая себя двумя руками. — Все хорошо, Джи, все хорошо. Я отдам тебе записи буквально через несколько минут. Просто подожди чуть-чуть, ладно? — Т-ш-ш, оба. Джисон, смотри. — непонятно откуда в его руках появился латунный медальон, от которого разило стариной, и Шихо начал водить им из стороны в сторону. Джисон, как завороженный, следил глазами за его движениями. Вскоре веки его опустились, а тело заметно расслабилось. — Расскажи, где ты сейчас? Тихий голос ответил: — Я… не знаю. Тут темно. Мне… мне страшно. — Не бойся, все хорошо. Перед тобой есть дверь, видишь ее? — Д-да. — Можешь ее описать? — Она… деревянная. Синий цвет, как аквамарин. Немного облупленная краска. Круглая медная ручка. — Отлично, молодец. Теперь открой ее, ладно? — А что там? — Выход из темноты. Давай, не бойся, открывай. — Хорошо, я открываю. На пару минут Хан замолчал, и Минхо начал заметно нервничать. — Почему он молчит? Что там? — Ли Минхо, а ну-ка цыц! — шикнул на него Шихо. — У меня тут сеанс, помолчи, пожалуйста. — он повернулся обратно к Хану, сменив голос на мягкий и успокаивающий. — Джисон, ты открыл дверь? — Да. — Что ты там видишь? — М-м-м, деревня. Старая. Люди стоят вокруг… все в ханбоках. Как-то странно на меня смотрят. Что я им сделал? – он чуть поджал губы. — Посмотри на свою обувь, пожалуйста. Скажи, это женская обувь или мужская? — Это… кажется, женская. — А одежда на тебе? — Тоже женская. — Куда ты идешь? — Я… не знаю. Я сижу на земле. Я хочу уйти отсюда. Мне здесь не нравится. Ай! Это что, камень? Кто-то бросился в меня камнем! — он чуть захныкал от боли и нахлынувшей обиды. — За что-о? — Уходи оттуда, не терпи. Куда ты идешь сейчас? — Я иду… здесь есть хижина, на краю деревни. Кажется, надо туда… — Нет, нельзя туда! — шепотом вмешался Минхо. — Не дай ему войти, молю! — Да знаю я, знаю! Джисон, постой. Перед тем, как ты войдешь в хижину, я хочу чтобы ты кое-что мне сказал. — Что? Мне нужно войти туда. Срочно. Меня там ждут. — Сейчас ты войдешь туда, не переживай. Скажи, пожалуйста, как тебя зовут? И Минхо, и Шихо замерли в ожидании ответа. — Джи… Джиён. Мое имя — Сон Джиён. — !!! — Минхо не смог сдержать эмоций и просто отвернулся к стене, сжимая кулаки. Шихо резко щелкнул пальцами, и Джисон открыл глаза. — Что… что тут происходит? — он с осторожностью осмотрел комнату. — Минхо? Сделав несколько глубоких дыхательных циклов и немного успокоившись от накативших воспоминаний, Ли повернулся к Хану. — Все хорошо, Джисон, я же говорил. Вот твои записи. — он подошел к шкафчику около стены, взял оттуда флешку, на которой были шесть дней из жизни его кафе, и протянул ее Джисону. — Занесешь обратно, когда все посмотришь, ладно? — А, конечно, спасибо. Я могу сделать копию, если тебе нужно их вернуть побыстрее? — Не нужно, не торопись. Делай все, что нужно. Просто возвращайся потом, хорошо? — Эм, хорошо, как скажешь. Точно всё нормально? Ты какой-то бледный. — он рефлекторно поднес руку к его лбу, но сразу же одернул себя. — Прости, не знаю, что на меня нашло. — Все в порядке. Может, душно немного. Я выйду тебя проводить и немного пройдусь. Подождешь меня у входа? Хан кивнул и вышел из комнаты. — Ну что, убедился? — Шихо стоял, сложив руки на груди и опершись о стену. — Да. Спасибо. Это он. Она. Он. Что? Как мне теперь называть ее? Его. Черт. — В этой жизни это он. Привыкай. Раз судьба снова свела вас вместе, возможно, еще не все потеряно. Минхо тяжело вздохнул. — Очень на это надеюсь, потому что потерять ее — его — еще раз я просто не могу. Я обещал Джи, что дождусь ее, но если она снова меня покинет, я вернусь в Ад и попрошу обратить меня в пепел. Такой исход кажется намного приятней, чем еще четыре века существовать на этой земле без нее. Угораздило же родиться демоном и полюбить человека… — Ты правда ее любил. — Больше, чем кого-либо. И я ненавижу себя за то, что с ней произошло в тот день. — Это в прошлом, Минхо. Ты не виноват. Она снова здесь, ждет тебя. Ступай, я передам Намджуну, что ты будешь позже. — Спасибо, Шихо. Ты знаешь, где взять оплату. — Конечно. — он открыл дверцу шкафчика, немного приглушив голос. — Кстати, ты бы присмотрел за ним, что ли. Кажется, к нему кто-то присосался. Пока еще это не очень заметно, но если дело и дальше так пойдет — он долго не протянет. Вот, возьми на всякий случай. — Шихо достал откуда-то небольшой кусочек красного дерева с нарисованными на нем китайскими иероглифами. “Наверняка этот лис!” — зло подумал Минхо. Он кивнул шаману, положил деревяшку себе в карман брюк, и вышел, наконец, в зал. Хан, ждавший Ли у стойки, был немного румяный, а по линии роста волос проступали капельки пота. — Ты все? — спросил он дрожащим голосом. — Да, пойдем. Хочешь что-нибудь с собой положу? — Минхо, казалось, ничего не заметил. — Н-не нужно, спасибо. У меня есть немного еды дома. — Как знаешь. — Ли взял свой зонтик, и они вместе вышли из кафе.

***

Квартира Хан Джисона, ночь того же дня — Надо заземлиться, да. Что там советуют обычно? Холодная вода, кислая конфета, вижу-слышу-могу потрогать. Сердце бешено колотилось, тошнота подступала к горлу, бросало в жар, затем сразу в холод. — Божечки, пожалуйста, помоги мне. — он зашел на кухню и выкрутил кран в сторону холодной воды, тяжело дыша. Побрызгал немного себе на лицо, умылся, провел мокрыми руками по затылку и вниз по шее, чувствуя, как холод немного успокаивает. — Где-то у меня был кислый мармелад как раз на такой случай. Только вот где… — он принялся шарить по всем шкафам и ящикам, обнаружив нетронутую пачку на полке с крупами. — Слава Богу. — он тут же ее открыл и закинул несколько штучек себе в рот, чувствуя, как выделяется слюна и морщится лицо на кислоту. Хан подошел к окну и открыл его настежь, впуская свежий воздух, а сам сел на стул и начал рассматривать пространство вокруг. — Вижу гарнитур. Светло-зеленый. Вижу холодильник. Белый. Вижу стол. Деревянный, старый. Вижу засохшие цветы в вазе. Красивые, даже в таком виде. Вижу … вижу немытую сковородку, блин. Дальше. Слышу соседскую собаку. Слышу шум машин. Слышу… черт, воду забыл выключить! — он мигом подошел к раковине и перекрыл кран, а затем сразу сел обратно. — Так, дальше. Могу потрогать… губку для посуды. Могу, но не хочу. Могу потрогать увядшие цветы. — он протянул руку к розам, которые купил себе несколько недель назад. Коснулся жестких лепестков, все еще острых шипов, намеренно укололся чуть сильнее, чем нужно. — Что еще? О, могу потрогать бананы. — Он принялся скользить руками вверх и вниз, немного поглаживая хвостик. Мысли унесло куда-то не туда. — Так, ладно, это была не самая удачная затея, не буду больше трогать бананы. Сделав глубокий вдох, он понял, что паническая атака, грозившая накрыть его еще в кафе и которую он так долго сдерживал, наконец отступила. Теперь, немного придя в себя, Джисон мог сосредоточиться на том, что услышал. Но хотел ли он? — О чем же они говорили? И о ком? Минхо так странно себя вел. О каких четырех веках он говорил? Про какой ад?? Что за чертовщина происходит, я не понимаю! И кто такой этот Шихо вообще? И почему Минхо сказал про демонов… Их же не существует? Стоит ли спрашивать его вообще? Голова снова начала кружиться от всех этих вопросов, на которые у него не было ответов. — Так, так, я понял, понял. Все хорошо, эти мысли мы аккуратно упакуем, перевяжем ленточкой и оставим где-нибудь подальше до лучших времен. А сейчас… Где там эта флешка? Отвлечься на работу — то, что доктор прописал. Флешку он обнаружил в переднем кармане джинс. Не медля ни секунды, сел за компьютер и открыл первый видеофайл. Пришлось прилично отмотать, потому что нужного ему человека не было очень долго. Зато все это время на фоне постоянно маячил Минхо, напоминая ему о подслушанном разговоре. — О, вот он! Кан Джунсо, 29 лет, холост, работал машинистом метро. Пришел один. — Хан делал пометки в свой блокнот. — Заказал еду на вынос. Сидит за стойкой, ждет. Разговаривает с Минхо. А тот… погладил его по плечу? Какого …? О, куда он пошел? А, ну, конечно – на кухню, забрать еду. А что это у него в руке? — он поставил запись на паузу и попытался приблизить. — Похоже на… кофе с собой? Джунсо сначала машет руками, но потом соглашается. Он не заказывал напиток? И Ли не взял с него денег? Или что там было? Блин, ну почему нет звука? Мне надо слышать, о чем они говорят! Закончив с первым файлом, он включил следующий. Здесь пропавшего долго ждать не пришлось: он пришел утром, до обеденного ажиотажа. — Чхве Вонгиль, 35 лет, холост, работал флористом. Сделал заказ и сел за столик. Один. Вот ему выносят закуски, они немного разговаривают. Минхо уходит за стойку и возвращается с … кружкой кофе? Опять? Или что это там у него? Вонгиль отказывается, но потом все же с благодарностью принимает. Минхо… хлопает его по плечу. Так. Два — это совпадение, три — система, так что пока без поспешных выводов. Поехали, кто там дальше? Хан включил третий файл. Полистав немного, он быстро узнал зашедшую в кафе девушку. — Чон Союн, 31 год, не замужем, учительница младших классов. Зашла с двумя подругами. Минхо выносит меню, провожает за столик, разговаривает с ними, потом уходит на кухню. Выносит закуски, принимает заказ, уходит за стойку. Пока ничего особенного, все по стандартной схеме. Так, вот он снова подходит к ним и… кладет руку Союн на плечо! Опять! О чем они говоря-я-ят, черт! Он возвращается за стойку и делает кофе. Да, и выносит его Союн и ее подругам. Кто бы сомневался! Стоит ли смотреть остальные файлы? Стоит, конечно, что за вопросы. Но, кажется, картинка вырисовывается. Неужели Минхо и правда причастен к исчезновениям?…

***

Редакция журнала “Грешные хроники”, на следующий день Утро началось как обычно: работники не спеша подтягивались к кофе-станции и обменивались новостями за выходные. Кто-то сразу шел за свое место, а кто-то задерживался в компании коллег. Хёнджин включил компьютер минут десять десятого, но Хана все еще не было. К половине он уже разобрался с почтой и открыл файлы для работы над новой статьей. Его друга все также не было. “Странно. Это не похоже на него. Надеюсь, все в порядке. Если через полчаса не появится – позвоню”. — решил для себя Хван и вернулся к работе, то и дело поглядывая на часы. Наконец, дверь офиса открылась, и влетел запыхавшийся Хан. — Итак, дорогие коллеги. Сейчас, — Хёнджин взглянул на часы. — десять утра, рабочий день начался час назад, а Хан Джисон только что пришел. Это его первое опоздание, давайте похлопаем! По кабинету раздались не очень ритмичные и крайне ироничные хлопки, а Ян хмыкнул в неверии. — Ты серьезно? Он опаздывает первый раз в жизни? — Ну, сколько я его знаю — а это очень давно, на минуточку — да. Обычно он всегда вовремя, до противного пунктуален. — Однако, Хан-и. Неужели пустился во все тяжкие? — поддразнил его Чан. — Ой, кто бы говорил вообще. Как там Миён поживает? — Хан был на взводе, поэтому даже не подумал, прежде чем сказать это. Чан тут же стушевался и вернулся к экрану. — Блин, прости, я не специально. Просто почти не спал сегодня, а когда спал – одни кошмары снились. Для Хана опаздывать было неприемлемо, и он сам не любил, когда другие опаздывали. Вопрос уважения к своему и чужому времени – ни больше ни меньше, и поэтому то, что сегодня он впервые в жизни опоздал, тем более на работу, не укладывалось у него в голове. — Почему? — Хёнджин тут же подошел к столу Хана. — Все нормально? Ты какой-то взвинченный. — Ну, как сказать. Я достал записи с камер и почти всю ночь провел за их изучением. — Та-ак, это же хорошо? Нашел что-нибудь? — Что-нибудь нашел, но я не уверен, что именно. — В каком смысле? — Хван подошел чуть поближе и облокотился о край стола. Хан понизил голос и, поманив Хёнджина рукой, сказал: — Мне кажется, Минхо, который владелец, может быть как-то связан с исчезновениями. Глаза его друга округлились, а губы чуть приоткрылись в удивлении. — Серьезно? Как ты это понял? — Это, может, прозвучит натянуто, но всех пропавших он как-то касался и давал им кофе. Судя по всему, бесплатно. К тому же, я сопоставил данные от свидетелей с датами посещения, и получилось, что они все исчезали примерно через неделю-полторы после посещения этого кафе. Может, конечно, и совпадение, но все же… Шесть человек. Совпадение ли? — Ну-у, да, немного подозрительно. Слушай, в любом случае, это уже лучше, чем было на прошлой неделе. А насчет Минхо… прямых доказательств его вины все равно нет. Да даже косвенных так-то нет, так что пока не переживай раньше времени. Что дальше делать будешь? — Не знаю. Может, поговорить с ним? Или установить все же слежку для начала? Мы с Яном, кстати, так и хотели сделать. — Так вы все же будете работать вместе? — Наверное? Я пока не решил, но, скорее всего, да. Хотя, если честно, что-то меня все же смущает во всем этом. Я поэтому и пошел один за записями. — Может, стоит поговорить и с ним? Посмотришь, что он скажет, и поймешь, стоит ли продолжать работу вместе. У тебя хорошая чуйка на людей. — Может быть, может быть. Ладно, что ж, так и сделаю, пожалуй. Переговорка свободная, не знаешь? — Да вроде да. Туда пойдете? — Ага. Ян Чонин?— он обратился к коллеге, сидящему у окна. — Пойдем со мной, надо обсудить кое-что. — Да, согласен, надо. — судя по голосу, он был чем-то недоволен, и Хан немного поежился. “Ему-то на что дуться?” Переговорка, к их удаче, как раз освобождалась: там только что закончилась утренняя летучка, и они могли свободно использовать комнату, когда все выйдут. Джисону было не очень комфортно, и он никак не мог понять, почему. Казалось, Чонин прожигал его взглядом. Когда они присели, Хан неуверенно сказал: – Ну, что же, я достал записи. Ян недовольно на него посмотрел. – Да я уже понял, не дурак. Но мы, если мне помнится, собирались вместе туда идти, разве нет? Ледяной тон коллеги отражался от стеклянных стен переговорной и проникал в самые кости. Хан, сам того не желая, начал оправдываться: – Мне показалось, вы не очень поладили с Минхо. Я не хотел неловких ситуаций. Мне нужны были эти записи, так что рисковать я не хотел. – А, то есть предложение работать вместе было пустым звуком? – Чонин, я пока не решил, будем ли мы работать вместе. Пойми меня правильно, ты, как я понимаю, хороший и опытный журналист, но это дело для меня очень важно. Я не имею права допускать ошибки. Мне нужно все тщательно взвесить. Чонин поднялся со своего стула и медленно направился к Хану. Тот неосознанно вдавился в кресло, не понимая, чего ждать. – Что ж, если так, то я помогу тебе принять решение. – он взял его за подбородок и чуть приподнял его, а затем слегка надавил, приоткрывая ему рот. Хан от неожиданности забегал глазами, но сделать ничего не смог, словно его удерживали невидимые тиски. Вдруг он увидел светящийся огонек, что вышел изо рта Чонина и направился в его собственный. Он попытался отстраниться или хотя бы отвернуться, но руки Яна крепко удерживали его на месте. “Откуда в нем столько силы? И что это за хрень такая??” Шарик света подлетал все ближе и ближе, пока, наконец, не влетел прямо в рот к Джисону. Ян тут же силой сомкнул чужие губы, заставляя его проглотить что бы это ни было. Хан начал кашлять, не понимая, что же так обжигало его горло. – Что… что это такое? – Это, мой дорогой Хан-и, лисья бусина. Она чуть ускорит процесс твоего истощения, а также подчинит тебя моей воле. А когда моя прекрасная бусинка выжжет тебя изнутри, я сожру твою печень и выкину твой бесполезный труп в реку Хан. Могу тебя заверить, никто его не найдет, также, как не нашли и других. Твое дело передадут мне, а я повешу все на твоего нового друга. Удачно, не правда ли? В глазах Джисона застыл чистый ужас. Не похоже, что Чонин шутил. Шок от внезапного осознания, что тот, за кем он гонялся все это время, спокойно делил с ним кабинет и обеденный стол, накрыл Хана, словно цунами. Он был совершенно бессилен; тело не подчинялось разуму, а рот словно был заклеен скотчем и не мог издать ни звука. Оставалось только слушать. – Так что, – он лучезарно улыбнулся, и глаза Хана вмиг опустели. – сейчас ты забудешь все, что здесь было, и вместо этого будешь уверен в том, что предложил мне совместную работу над делом. Ты очень хочешь со мной работать, ведь я такой потрясающий журналист. Он сел обратно на место и щелкнул пальцами, и Джисон вновь обрел осознанный взгляд. – Ну так что, будешь моим напарником? Ты такой потрясающий журналист! Поработать с тобой будет огромной честью для меня. – Хан с надеждой посмотрел на коллегу. – Конечно! Буду рад с тобой поработать. Спасибо за предложение, я его очень ценю.

***

Кафе “По ту сторону”, спустя три дня За окнами бушевал ливень, но Минхо все равно готовился к открытию, несмотря на непогоду. У кафе не было выходных и праздничных дней; его двери всегда были открыты для посетителей. Привычная рутина по утрам всегда приносила покой и предвкушение перед новым днем, но сегодня в сердце демона поселилась тревога. От Джисона не было вестей несколько дней, а ведь он даже не удосужился взять хотя бы его телефон. Оставалось только надеяться, что с ним все хорошо и что он все же занесет записи, как и обещал. Конечно, на сами записи ему было плевать; это был лишь предлог, чтобы еще раз увидеться. Вдобавок ко всему, слова Шихо все еще отдавались тревожным гулом в его голове, и он не мог перестать думать о том, что мог сделать этот лис с его Ханом за эти дни. – Да, я знаю, что он не мой. — сам с собой рассуждал Минхо. – Но мне очень хочется верить, что на этот раз судьба будет к нам благосклонна. Не может же быть, что мы случайно столкнулись вот так? Он нашел меня. В дверь постучали, вырвав его из раздумий. – Кого там принесло в такой ливень? Написано же, работаем с десяти. Ну что за народ… О? Джисон? Настрой вмиг изменился. Сначала он обрадовался такому гостю, но потом заметил и второго. От былой радости не осталось и следа. – Какого..? А он чего сюда притащился? Минхо достал ключи и пошел открывать двери незваным гостям, которые неловко ютились под одним несчастным зонтиком. – Доброе утро, Минхо. Ничего, что мы так рано? Просто в офисе куча дел, а я хотел занести тебе записи. – А, конечно, ничего. Заходи. Те. – недовольно добавил он, посмотрев на Чонина. Тот вальяжно зашел в кафе вслед за Ханом и начал по-хозяйски оглядываться по сторонам. – Тебе тут ремонт не помешало бы сделать. Сколько уже лет этой дыре, сто? Джисон кинул удивленный взгляд на Яна, мол, “ты совсем что ли?” Минхо отреагировал спокойно, но сталь в его голосе выдавала еле сдерживаемую неприязнь: – Во-первых, мы с тобой на “ты” не переходили, лис. А во-вторых, ты смеешь приходить в мой дом без приглашения и оскорблять его? В глазах Чонина засверкали искорки. Ему захотелось вывести Минхо на эмоции, на скандал. И он точно знал, на какие кнопочки нажимать. – О, так ты все же догадался? Смышленый пульгасари, я тебя недооценил. Хан в это время стоял у стойки, ничего не понимая и переводя взгляд с Яна на Ли и обратно. Минхо вдруг побледнел. Он не планировал пока открываться Джисону, уж точно не вот так. – Да не боись, я все равно ему память сотру. Бусинка моя уже в нем, так что сложностей не возникнет. – он подмигнул Ли. – Что… Что ты сказал? – Минхо в гневе подлетел в Чонину и схватил его за грудки, отрывая от пола. – Что слышал. – лис легко оттолкнул демона от себя, заставляя его упасть около одного из столиков, слегка ударившись об него головой. – Это теперь моя птичка, так что лапы прочь. Джисон тут же подбежал к Минхо, несмотря на свой ступор. Инстинкт оказался сильнее страха. – Чонин, ты что творишь? Мы не об этом договаривались! Минхо, ты цел? – он помог ему подняться. – Да, все хорошо, Джи. Спасибо. – он встал, потирая ушибленный затылок. – Не лезь, Хан-и, а то сделаю бо-бо. – пригрозил ему Чонин, и Хан быстро стушевался. Минхо встал перед Джисоном, яростно глядя на Яна. – Только посмей его тронуть, лис, или я клянусь… – Что? Что ты сделаешь, а? Не смеши. На что способен ничтожный пульгасари против кумихо? – он показательно стал изучать свои ногти. – Моя магия в разы сильнее твоей. – Ты, судя по всему, совсем еще щенок, раз задаешь такие вопросы. Твои неосторожные действия уже привлекли внимание, так что не думай, что это сойдет тебе с рук. – А кто меня остановит? Ты? – насмешка в его голосе была уж слишком явной. – Не стоит недооценивать других, щенок. Особенно тех, кто старше тебя на несколько веков. К его огромной удаче, сегодня он надел те же брюки, что и в воскресенье. Как только Хан с Яном вошли в кафе, в кармане начало разливаться тепло от талисмана, что Шихо дал ему после их разговора, и это стало самым убедительным доказательством того, что к нему в кафе пожаловал лис. “Как же хорошо, что я не успел вчера в прачечную!” – между делом подумал Минхо и достал талисман, крепко его сжимая. – Убирайся из моего дома, тварь! – он сделал замысловатое движение кистью, и свет от талисмана залил всю комнату, ослепляя Чонина. – Что за..? – Хан стоял, открыв рот, еще больше запутавшись. – Я сплю? У меня галлюцинации? Или, может, я умер..? – он начал рассматривать свои руки. – Джи, ты в порядке? – Минхо поделетел к нему, взял за подбородок и изучающе посмотрел в глаза, по которым он так тосковал уже почти четыре века. Вот только он не осознавал, что его собственные глаза горели ярко-красным пламенем, и это не скрылось от внимания Хана. – М-Минхо? – он неуверенно попятился назад, но врезался в стойку. – Что такое, мышонок ? – На его лице было искренне беспокойство, но Хан видел лишь дьявольски горящие глаза. – Твои глаза… Что с ними? Минхо мельком глянул в зеркало за барной стойкой и наконец понял, чего так испугался Хан. – А, черт! – он быстро отвернулся, пытаясь успокоиться, чтобы его глаза вновь обрели знакомый шоколадный оттенок. – Прости, ты не должен был вот так… – Минхо, что происходит? Что сейчас было вообще? И куда подевался Ян?? – ступор сменился гневом, и единственным, на кого его можно было направить, был владелец заведения. Когда глаза наконец погасли, Ли повернулся к Хану с глубоким сожалением на лице. Он глянул на часы: половина десятого. Кажется, сегодня кафе он не откроет. Впервые за все время своего проживания здесь. По помещению разнесся усталый вздох. – Я все тебе объясню, обещаю. Дай мне минутку привести дела в порядок, хорошо? Ты можешь сделать себе чай или кофе и подождать меня в комнате для риса или присесть где-нибудь здесь. Джисон кивнул и пошел за бар, чтобы сделать себе травяной чай и немного успокоиться. В моменты, когда земля уходит из-под ног, нужно непременно подстелить себе что-то мягкое, что поможет вновь обрести опору. В его случае это мятный чай и что-нибудь сладкое. Минхо, недолго думая, отыскал в своих закромах листок бумаги и быстро нацарапал на нем “Закрыто на инвентаризацию. Приносим извинения за доставленные неудобства” и повесил на дверь. Хан за это время умудрился не только заварить две кружки чая, но еще и раздобыть на кухне половину чизкейка, и со всем этим добром усесться за столик у окна в ожидании владельца. Минхо, увидев, что его тайный запас был обнаружен, принес приборы и сам присел напротив единственного гостя. Они долго молчали. Хан не мог решить с чего начать допрос, а Ли не знал, как начать объяснять человеку все то, что здесь только что произошло. – Ты можешь… – начал Джисон. – Я хотел… — перебил его в ту же секунду Ли. Они оба неловко рассмеялись. Минхо решил в этот раз уступить. – Давай ты сначала. У тебя, наверное, много вопросов. Хан уставился в чашку с остывающим чаем. Запах мяты немного успокаивал, но руки все же подрагивали. – Не то слово. С чего бы начать… Ладно, наверное, лучше будет начать с конца. Куда подевался Чонин? – Этот талисман, – Ли достал деревяшку из кармана и положил ее на стол. – изгнал его. Мой друг – шаман – дал его мне на всякий случай, после той… хм, беседы с тобой. Он заметил, что кто-то подпитывается за твой счет, и решил перестраховаться. – Шаман?? Так это… стой, подожди. Какая беседа? – Ох, Джисон-и, мне о стольком нужно тебе рассказать… Послушаешь меня? Я постараюсь все объяснить. Хан пожал плечами, кивая. “А какие у меня еще варианты? Очень сомневаюсь, что справлюсь с допросом сейчас: мозги набекрень от всего произошедшего за последние дни. А учитывая, что я еще и не сплю толком из-за кошмаров…” – Хорошо, я выслушаю тебя. Но у меня, скорее всего, будут вопросы. – Я бы очень удивился, если бы их не было. – Ли отпил немного чая, собираясь с мыслями. – В общем, как ты мог догадаться, наш мир не так прост. Хан посмотрел на него с выражением “Ой, да правда что ли?”, но перебивать не стал. – Твой коллега – на самом деле кумихо. Ты же знаешь, кто это? – Конечно. Лисы-оборотни, питающиеся человеческой энергией. И печенью, если верить сказкам. – он отломил кусочек чизкейка и отправил себе в рот. – Все верно. Твой дружок не исключение. Насколько я могу судить, все те исчезновения – его рук дело. А, значит, все те пропавшие люди, скорее всего, мертвы. А сказки, на самом-то деле, и не сказки вовсе. Хан от неожиданности поперхнулся десертом. Минхо подождал, пока тот оклемается, и снова заговорил: – Так вот, он и к тебе присосался. Возможно, ты мог заметить, что в последнее время у тебя упадок сил, может быть, даже кошмары бывали? Джисон старательно сохранял спокойное выражение лица, но получалось не очень. Ли попал в самую точку. – Да, все так. Я решил, что просто переутомился, или, может, стресс. Думаешь, это правда Чонин? Хотя, если так подумать, это ведь началось примерно тогда же, когда он к нам пришел. И кошмары стали как-то уж слишком регулярными… При упоминании кошмаров Ли инстинктивно облизнулся. Он уже пару недель снова сидит на одних лишь монетах из фонтана. – Думаю, да. Если верить его словам, он передал тебе свою бусину. Ты, возможно, и не замечаешь этого вовсе, но она постепенно выжигает тебя изнутри. Хан побледел. Уже несколько дней у него была страшная изжога, и он не понимал, с чего вдруг. Если все действительно так, как говорит Минхо, это бы все объяснило. Но, с другой стороны, разве это не бред сумасшедшего? Кумихо, шаманы, магия… Это же сказки, которые ему бабушка в детстве рассказывала! Как можно в это верить? “А как можно не верить собственным глазам?” Он долго торговался сам с собой, пытаясь прийти хоть к какому-то внутреннему консенсусу. Безуспешно. Минхо все это время терпеливо ждал, попивая свой чай и закусывая его чизкейком. Он понимал, что любому человеку потребуется время для принятия того, что мир, который он знал, уже не будет прежним. А ведь он еще даже не рассказал про себя и прошлую жизнь Джисона! Стоит ли вываливать все сразу на неподготовленную голову? Он колебался. Вскоре Хан все же подал неуверенный голос: – Ладно, предположим. Предположим, что все, о чем мне рассказывала бабушка – правда. Предположим, что Ян и правда кумихо, который убил шесть человек и теперь нацелился на меня. Что я могу сделать в этой ситуации? Каковы мои дальнейшие действия? Ли удивился такой хладнокровности. Возможно, это было добрым знаком, и он сможет обо всем рассказать ему? Ну, либо так, либо он сломает своего Хана окончательно. – Во-первых, я хочу, чтобы ты понял, что ты не один в этом. Я буду тебя защищать, чего бы мне это ни стоило, обещаю. Но мне нужно, чтобы ты доверял мне и не боялся. Джисон с подозрением уставился на Минхо. – А почему я должен тебя бояться? Это из-за глаз? Подожди, мне кажется, Ян тебя как-то назвал? Не помню, правда, как. Минхо, а ты…? Тяжело вздохнув, Ли набрался смелости и выпалил: – Я демон. Пульгасари, если быть точнее. Но безобидный, правда. Я наоборот помогаю людям и избавляю их от кошмаров. Именно это я и сделал со всеми пропавшими. Они жаловались на кошмары, и я просто выменял их на кофе. Честный обмен. Никого не похищал и не убивал. Начинать не собираюсь, честное слово. Глаза Джисона стали еще круглее, хотя это, казалось, было невозможно. – П-прости, прости, что? Демон? Который обменивает кошмары на кофе? Это шутка такая? А-а-а, я понял, это пранк, да? – он с облегчением рассмеялся. – Мои коллеги вас с Чонином подговорили? Очень в их стиле. Но Минхо было несмешно. Он всерьез испугался за психическое состояние Хана, смех которого уже перешел в истерический. – Джи, я понимаю, как это выглядит, но это не шутка. Я очень серьезен, поверь, на кону твоя жизнь. Я бы не стал шутить таким. К тому же, ты сам видел мои глаза… Смех резко прекратился. – Но почему? Почему ты так за меня беспокоишься? Ты меня видел-то от силы раза три. – В этой жизни… – тихо промямлил Минхо, но Хан все же услышал. – Повтори? – Я сказал “ в этой жизни”. – чуть более уверенно повторил Ли, глядя ему в глаза. – Думаешь, ты готов услышать еще одну часть истории? Возможно, самую важную. – Готов или нет – это уже не имеет значения. Давай, добивай меня. Что там? – Мы уже были с тобой знакомы. – Минхо отвел глаза к окну, по которому барабанил дождь. – Но это было 389 лет назад, во времена династии Чосон. Не встретив никакой реакции, он медленно перевел взгляд на Хана, мысленно вознося молитвы Небесам. Джисон сидел, не шевелясь. Эмоции на лице прочитать было невозможно – их было слишком много. Ли ждал. – Нет, с меня хватит. – Хан резко встал, разлив остатки чая по столу. – Ты мне, конечно, тоже симпатичен, но это уже слишком, прости. Мне пора. И он вылетел из кафе прямиком под проливной дождь, оставив Минхо в одиночестве.

***

— Еще одну! Ба-а-арме-е-ен! Еще одну-у-у! — Приятель, думаю, тебе уже хватит. Может, такси вызвать? Еще даже полудня нет, а ты уже в стельку! — А мне надо еще-е-е! Того, что я выпил, недостаточно, чтобы забыть все, что произошло утром. — И что же такого произошло утром? — бармен, продолжая натирать бокалы для вина, подошел поближе к Хану и с интересом изогнул бровь. Еще слишком рано, и людей в такое время обычно нет, так что этот уникум сейчас его единственное развлечение. Хан косо посмотрел на парня за стойкой. Кое-как разглядел имя на бейдже. — Ёнджун, вот ты веришь в магию? Я вот нет. Ну, до сегодняшнего дня. Хотя, я еще не решил, если честно. — А в какую именно? — ему стало любопытно, к чему приведет этот разговор. — Да в любую. Демоны, шаманы, оборотни и прочая лабуда. Что бы ты сделал, появись кто-то нибудь из них сейчас в твоем баре? — Хм, наверное, предложил бы им выпить? Я все-таки при исполнении. — ухмыльнулся бармен. — Да ну тебя! Ты не относишься к этому серьезно, Ёнджун. Все, не буду с тобой разговаривать! Он показательно отвернулся, а потом деловито добавил: — Налей мне еще одну! — Ты же обещал не разговаривать? — Как же ты бе-е-есишь! Доигрался, все! Чаевых тебе не видать! – Хан размашисто помахал указательным пальцем перед носом бармена. — Ну ладно, прости, буду серьезнее. Я бы, наверное, в штаны наделал, если честно. Не, ну а что? В моем мире магии нет, так что приходится страдать от похмелья. — Ну вот именно же! Нормальная реакция. И чего он от меня ожидал? — Кто? — Да этот, блин, как его? Пульгасари дурацкий, у которого кафе в трех кварталах отсюда. Он сказал, что мы с ним уже были знакомы во время династии Чосон! И что мой коллега — кумихо, на секундочку — пытается меня убить. И что его друг-шаман дал ему талисман, чтоб изгнать вышеупомянут-ик!-ого коллегу. — он держался хорошо: почти вся его речь вышла более-менее внятной, но к концу икота все же взяла верх. “М-да, совсем парень поплыл. Неужто белка? Может, все же вызвать ему такси? Или лучше сразу скорую?” — Ёнджун разных людей тут повидать успел, но такой бред слышит впервые. – На, попей лучше вот это. – он протянул ему стакан воды. Хан в предвкушении сделал глоток и тут же начал плеваться. – Ты мне что подсунул, а? Черт лысый. – Эй, ты мою шевелюру видел? – обиженно отозвался Ёнджун, запустив пальцы в волосы. – Попрошу! Джисон устало опрокинул голову на руки и застонал. – Ну за что мне все это, Госпо-о-одь? Стоило бармену подумать, что Хан уже впал в алкогольную кому и ему придется его куда-то оттаскивать, чтобы не пугать посетителей, по бару прокатилось недовольное мычание, и практически сразу дверь с грохотом отворились. – Хан-и, ты что тут делаешь средь бела дня? – Кто это? – морщась от яркого света, кое-как поднял голову Джисон. Рыжее пятно мелькнуло у него перед глазами, и в следующий миг его уже подхватили под руки. – А вы кто? – с подозрением уточнил Ёнджун. – Его друг, все в порядке. Надеюсь, он не доставил вам неприятностей? – мило поинтересовался вошедший мужчина. – У него есть, хм, некоторые проблемы… – Все в порядке. Даже наоборот, с ним было интересно побеседовать. – бармен немного успокоился и вернулся к натиранию бокалов. – Надеюсь, он не сильно будет страдать после сегодняшнего. – За все в этом мире надо платить. Всего доброго! – Будем рады видеть вас снова! – привычно бросил Ёнджун, провожая взглядом странных гостей. На улице моросил легкий дождь, что немного привел Хана в чувство. Он проморгался, оглядываясь по сторонам и пытаясь понять, где он оказался, ведь еще секунду назад он был в баре и болтал там с забавным барменом. –Хани-Хани, как же тебя угораздило так напиться? Уж от кого-кого, а от тебя не ожидал! – Кто… — он чуть сощурил глаза. — Чонин? Ян Чонин? Ты что тут делаешь? – вяло проворчал Джисон, пытаясь освободиться из рук коллеги. – Да успокойся ты! А то еще башку расшибешь. – Ты как меня нашел вообще? – алкоголь все активнее выветривался, и реальность возвращалась. – Отойди от меня! Минхо ведь тебя изгнал! Откуда ты узнал, где я был, а?? Джисон все же вырвался из цепкой хватки Чонина и, пошатываясь, встал напротив. Тот уставился на него с хитрым прищуром. – Ты же знаешь, не так ли? Тот пульгасари все тебе рассказал, я прав? Хан попятился. – Даже если и так, то что? – Совершенно ничего. Напротив, так даже интереснее. С прошлыми жертвами все было довольно скучно и по стандартной схеме, а с тобой прямо-таки веселье. Ты же понимаешь, что я могу просто стереть тебе сейчас память, и мы продолжим нашу игру, как ни в чем не бывало? Об этом Джисон, конечно же, не подумал. “Может, все же не стоило убегать от Минхо? Он хотя бы не хотел меня убивать. Вроде бы. А от этого я даже не знаю, чего ожидать теперь”. Чонин тем временем подходил все ближе; было видно, что он наслаждался этим, как самый настоящий хищник, коим он и являлся. Джисон начал пятиться еще сильнее, но очень быстро уткнулся спиной в фонарный столб. Бежать было некуда. – Моя прекрасная птичка решила сбежать из клетки, м-м? Ну, ничего страшного. Ты знаешь, я ведь тебя отовсюду достану. – он провел пальцами по волосам Хана, слегка приглаживая их. – Моя бусинка притягивает меня к тебе как магнитом. Спорим, этого твой новый друг тебе не рассказал? Хан не на шутку перепугался. А что, если он ничего не сможет сделать? Что, если сейчас Ян внушит ему все забыть, а Минхо так и не найдет его, чтобы снова все рассказать? “Черт, ну почему же я сбежал от него? Идиот! Надо было хоть телефонами обменяться… А что теперь? Он меня явно искать не будет после того шоу, что я устроил”. Ян схватил его за подбородок: – Слушай сюда, птичка. Сейчас ты забудешь все, что было сегодня утром. Забудешь про этого пульгасари, забудешь все, что он тебе рассказал, забудешь, кто я такой. Я отвезу тебя домой, чтобы ты проспался, а когда проснешься, то будешь помнить вот что: я – отличный специалист, а ты совершенно не справляешься с этой работой, поэтому завтра ты пойдешь к Сынмину, чтобы убедить его передать это дело мне, а сам напишешь заявление на увольнение. Ты понял меня? Хан несмело кивнул. – Вот и славно. Пойдем, вот моя детка. – и Ян повел его под руку к ярко-красной ауди, что так выделялась на фоне остальных припаркованных на улице машин.

***

Кафе “По ту сторону”, тем же вечером Минхо решил все же не открываться сегодня. Несколько часов он просто сидел на том же месте, тупо пялясь в окно, надеясь, что Хан все же вернется. Сомнения не отпускали его. “Правильно ли я поступил, что все ему рассказал? Но какой у меня был выбор? Память я стирать не умею, а он бы явно не пустил все произошедшее на самотек. Он так испугался… А что, если он больше не вернется? Ведь кто в здравом уме захочет иметь хоть что-то общее с демоном? Хотя, Джиён согласилась когда-то…” Он погрузился в горько-сладкие воспоминания о прошлом. В далекий 1636 год, когда он впервые встретил Сон Джиён. Вспомнил ее глубокие глаза-бусинки, от которых не хотелось отрываться, ее теплые прикосновения и шелковую кожу. Ее чарующий голос. Вспомнил ее взгляд в тот день, который навсегда отпечатался шрамом на его сердце. В животе все свело от болезненных воспоминаний. Минхо посмотрел на подсохшее пятно от чая и недоеденный чизкейк напротив. “Я ведь даже телефон его не успел попросить. Опять! Да что же это такое-то! Будь проклят это лис! Ладно, может, если я приду в редакцию этого журнала, мне подскажут, как найти…” Размышления его были прерваны оглушающими ударами по входной двери. — Джисон?? — Ли в один прыжок оказался у двери, наскоро ее отпирая. — Джисон-и, ты что тут делаешь? Что-то случилось? Хан, задыхаясь и дрожа, залетел в кафе, жестами прося Минхо запереть дверь. — Я… Я… Чонин… он… не смог… память… — он все никак не мог отдышаться, и сдерживаемые до сего момента эмоции вдруг начали захлестывать его с головой. Хозяин кафе слегка приобнял своего самого желанного гостя, от которого разило перегаром, и усадил его на ближайший стул. — Все хорошо, ты в безопасности, можешь отдышаться. — он тихонько поглаживал руки Хана, пытаясь его успокоить. Минуты через три дыхание восстановилось, и дрожь отступила. Но Минхо не переставал поглаживать чужие руки. — Расскажешь, что случилось? Может, чаю сделать? Хан кивнул, сделав глубокий вдох, а затем выдох. Повторил процедуру еще четыре раза. Стало чуть легче. Минхо заварил чай, который ему когда-то подарил Шихо. Это был травяной сбор с успокаивающими свойствами, и, кажется, лучшего момента, чтобы его наконец использовать, просто не могло быть. – Ну что, готов поговорить? – Да, думаю, что да. Во-первых, я хотел извиниться, что убежал вот так. Это было невежливо. – Я тебя умоляю, не извиняйся за это. Когда привычный мир рушится – ты имеешь право хотя бы на это. – И все же. Ты ничего плохого мне не сделал. И, вроде бы, не собираешься делать, верно? – он с подозрением глянул на Ли поверх кружки. – Нет, конечно, ты чего! Я бы никогда… – Хорошо. Просто… я уже ни в чем не уверен. Когда я от тебя ушел, то бездумно слонялся по улицам, пока не набрел на какой-то бар. Там и засел на несколько часов. Напился жутко. Надеялся спрятаться от мира хотя бы на какое-то время. Но Ян меня нашел, представляешь? Он сказал, что его бусина как магнитом притягивает его ко мне, и он меня найдет где угодно. Ты знал об этом? – Не совсем. Я не очень знаком с такими тонкостями их природы, если честно. Мне, в принципе, нечасто кумихо попадались на пути, а те, что попадались, вели довольно отстраненный образ жизни. Черт, это немного усложняет задачу. – Минхо ненадолго задумался. – Подожди-ка, я что-то не понял. То есть, ты хочешь сказать, он нашел тебя и ничего не сделал? Не стер память, не запер, не попытался манипулировать? Просто позволил тебе дальше напиваться? – Э-э, ну-у, не совсем. Возможно, именно поэтому я здесь. Видишь ли, я был уверен, что он сделает все именно так, как ты и сказал, и, похоже, он и сделал, но я, почему-то, ничего не забыл. Точнее, я сделал вид, что забыл. Позволил ему отвести меня домой и притворился, что уснул. На самом деле, думаю, я и правда уснул из-за всего выпитого, но как только проснулся, то понял, что ничего не забыл, а идти и делать то, что он мне приказал, мне не хотелось. Поэтому я и пошел к тебе. Это, наверное, единственное место, где я сейчас безопасно себя чувствую… Ли был тронул последними словами. Это много для него значило. Однако его очень насторожила эта ситуация: почему же гипноз лиса не подействовал на Джисона? Это было очень странно. Обычно гипноз кумихо не действует только на сверхъестественных существ. “Но ведь он человек, разве нет? Очень необычная ситуация. Надо узнать у Шихо”. — мысли зашевелились в голове Минхо, и он решил не скрывать их от Хана. – Так. Если честно, у меня нет идей, почему это могло произойти. Думаю, мне стоит наведаться к Шихо и все с ним обсудить. Он может что-то подсказать. – А можно с тобой? – перебил его Джисон. – О? Ты правда хочешь? – Да, мне же тоже интересно. И к тому же… я бы все же хотел узнать, что было в прошлом. – как-то очень тихо произнес Хан. Минхо удивился такому повороту событий, но в то же время обрадовался. Он больше не отрицал потусторонний мир? Он больше его не боялся? Значит ли это, что Хан все же принял новую реальность? Значит ли это, что у них все же есть шанс..? – Хорошо, конечно. Поедем вместе. Наверное, так будет даже правильней – держаться вместе, особенно сейчас, если лис может так легко тебя найти. Думаю, талисман сможет немного защитить тебя и, возможно, даже скрыть от него. – он взял красную деревяшку со стола, на котором она так и осталась лежать с самого утра, и протянул ее Хану. — Держи. Носи его всегда с собой, ладно? – Хорошо. Спасибо тебе. – он вымученно улыбнулся. – Минхо? – Да? – Можно я сегодня останусь у тебя? Мне страшно возвращаться домой. Страшно даже просто выходить на улицу… Сердце Ли сжималось от сочувствия. “Сколько всего навалилось на этого парня… но он хорошо держится. Если бы я только мог хоть как-то облегчить его переживания!”. – Конечно, ты можешь остаться! Кстати, а ты голоден? – вдруг поинтересовался Минхо. – Ну, если честно, то да. Я ведь, по сути, и не ел сегодня толком… Вот только чизкейк утром. Но сейчас я на сладкое даже смотреть не могу, хах. – усмехнулся Хан. – Состояние критическое! – Минхо игриво потащил Хана за собой на кухню. – Что хочешь? Рамён, жареную курицу, кимпбаб, лапшу, пибимпаб, а, может, на гриле что-нибудь? Я все приготовлю. Хан очень смутился от такого энтузиазма. Выбор блюд был слишком большой, и он был не в том состоянии, чтобы с ним справиться. – А можно жареный рис с кимчи? Хочется чего-то простого и домашнего, если честно. – Можно, конечно! Тебе вообще можно все. Побудешь со мной, пока я готовлю? – Давай! Он присел на стул, который стоял в углу, и стал оглядываться по сторонам. До этого он на кухне не бывал, так что ему не удавалось как следует рассмотреть это место, но теперь возможность наконец появилась, и он собирался взять от нее максимум. Прежде всего в глаза бросилась абсолютная чистота: нигде не было ничего лишнего, все лежало на своих местах, ножи аккуратно висели на стене, тарелки стояли ровными рядами на полках, сковородки были сложены над плитой, а все поверхности были идеально намыты – чуть ли не до блеска. По ощущениями, есть можно было даже с пола. В поле зрения вдруг оказался сам хозяин заведения. Хан с большим удовольствием начал наблюдать за ним – методичные и отточенные годами практики движения, в которых сквозила грация и элегантность. Он настолько увлекся, что даже не заметил, когда Минхо начал с ним разговаривать. — Джисон-и? Ты тут? – А? Прости, что? Я немного отвлеклся. – щеки тут же покраснели, и он в смущении отвел глаза. – Я спросил, какая у тебя любимая еда. – усмехнулся Ли. Ему было приятно осознавать, что Джисон завис, наблюдая за ним. Довольная улыбка заиграла на его губах. – А, это… Да я практически всеядный, на самом-то деле. Ну, теплую еду люблю, чтобы совсем чуть-чуть специй и чтобы такое, знаешь, немного разваренное было. Сладкое очень люблю, фрукты. Хм-м, что еще? Пиццу, точно. Хотелось бы мне когда-нибудь попробовать настоящую итальянскую пиццу… – он мечтательно возвел глаза к потолку. – О, правда? Я тоже пиццу люблю. Если захочешь, может, свожу тебя в Италию как-нибудь. – между делом вставил Минхо, пока выкладывал рис на сковороду. Джисон тут же вернулся с небес на землю. – Чего-о? Это как так? – Ну, скажем так, есть определенные плюсы в том, чтобы быть… ну, тем, кто я есть. – он все еще был немного избирателен в словах, так как не хотел снова напоминать Хану обо всем, что водится в мире. – Быть демоном – это… не плохо? Ну, типа, я в том смысле, что… Блин, прости, я не так выразился наверное… – Все в порядке. – чуть хихикнул Минхо. – Ты можешь спрашивать все, что тебя интересует. Я с радостью тебе все расскажу. – Ты же вроде не злой? Наоборот даже, такой заботливый и вежливый, у тебя вон как чисто на кухне! – затараторил Джисон. – Я просто не понимаю. Мне всегда казалось, что демон – это создание из Ада, желающее людям зла. Ой, прости... — он потупил взгляд, понимая, что немного разошелся в словах. – Все в порядке. — повторил Ли. — Я понимаю, в какой среде ты рос. Людей с детства учат, что демоны – это всегда зло. И это, в какой-то мере, оправданно. Мы не самые добрые существа, но и не самые злые. Есть разные виды демонов: кто-то более безобидный, кто-то – наоборот. Также, как и у людей, по сути. К тому же, среди людей есть те, кто намно-ого превосходит демонов в желании причинить другим вред, не находишь? – Ну, вообще, ты прав. Но Чонин… он убивает людей. А ты… подаешь им кофе? Еду? Почему? – Бесплатный кофе только в обмен на кошмары! Но в остальном – да, все так. Я всегда жил среди людей, потому что в них мое основное пропитание. Кошмары насыщают меня также, как человека мясо или картошка, например. Я, конечно, еще и железо могу есть, но для меня это ощущается скорее как тофу или пустой рис. Сытость есть, но вот удовлетворения — не особо. – То есть, тебе не нужно никому вредить, чтобы жить? И ты действительно даешь кофе тем, кто отдает тебе свои сны? – Именно так. На самом деле, это всего лишь жест доброй воли. Они же платят за свою еду? Вот и я, по сути, плачу. Раньше я так не делал, но, видимо, слишком долго живу среди людей. Постепенно подбираю их привычки, хах. – Минхо добавил к рису кимчи и немного воды, чтобы снизить остроту и сделать его чуть более разваренным. Он запомнил все, что перечислил ему Хан. – Так интересно. Я ведь и вправду сначала подумал, что ты стебешься надо мной. Это все было так нелепо, а теперь даже кажется милым. А какие еще демоны есть, расскажешь? – быстро перевел тему Джисон. – Ой, ну, их достаточно много. – Минхо немного смутился. Стоит ли ему сейчас выкладывать Хану про все, что таится во тьме? Он колебался, и на то были весомые причины. – тебе про всех интересно послушать? Может, лучше про себя расскажешь пока? – Про меня? А что про меня рассказывать? – он ненадолго задумался. – Я самый обычный человек. Как ты уже знаешь, работаю журналистом, расследую всякие таинственные дела, а потом пишу про них. – Кстати, а что это за журнал такой, “Грешные хроники”? Я не особо увлекаюсь новостями и подобным чтивом, так что не представляю даже, о чем вы там пишете. – О, ты запомнил название? — улыбнулся Хан. — Ну, в основном, мы освещаем какие-то таинственные нераскрытые преступления, или те, где якобы замешана магия. Хотя, ввиду последних событий, не удивлюсь, если где-то она и вправду была замешана. Похищения эти – живой пример. Черт, до сих пор не верится, что все это время похититель был буквально у меня под носом… и что я мог стать следующей жертвой. Или, может, все еще могу? — он неуверенно посмотрел на Минхо своими круглыми глазами. “М-да, за что боролись – на то и напоролись. Хорошо я его отвлек, ничего не скажешь”. – досадно подумал Минхо. — Мог, но больше не можешь. Обещаю, я приложу все силы, чтобы тебя защитить. Мы разберемся с этим лисом. Он больше никого не похитит и не убьет. Ли посмотрел на своего гостя. Тот как-то печально улыбался, погрузившись в свои мысли. “Смог ли я его убедить? Непонятно. Но, с другой стороны, может ли он верить простым словам? Вот именно. Так, все, завтра же едем к Шихо, нельзя такое откладывать”. — Кстати, а почему у вас журналисты расследуют дела? Я думал, этим следователи обычно занимаются. Полиция там, все дела..? — он снова решил попробовать немного увести тему. — А, ну, это скорее исключение, чем правило. К тому же, в нашем журнале очень немного тех, кто занимается расследованием напрямую. Просто — как бы это сказать? — мне это нравится. Я с детства такой. Всегда хотелось вывести всех на чистую воду, отыскать правду в море лжи. Поэтому я и стал журналистом. Да… делаю то, что нравится, а мне еще и платят за это. Как-то так. — Это мило. – отозвался Минхо, накладывая еду в тарелку. — Кстати. Ты только не подумай ничего. Но, если тебя и вправду беспокоят кошмары, я могу их забрать. Ты только скажи. — Ты правда можешь это сделать? Было бы здорово. Я уже давно не спал нормально. — он принял горячеватую тарелку из чужих рук и как следует втянул носом аромат только что приготовленной еды. — Конечно! Я постелю тебе наверху. Ты сможешь наконец выспаться, а завтра тогда наведаемся к Шихо. Как тебе план? — Отличный. Ой, это так вкусно! Именно так, как я люблю, вау! Ты просто волшебник, Минхо. О, кстати, а кофе мне тоже будет положен за мои кошмары? — спросил Хан, набивая щеки. — Естественно! Обижаешь. Но лучше утром. Тебе же нужно поспать. — Смотри, я же не отстану! — Ну и не надо. — с нежностью ответил Ли.

***

Редакция журнала “Грешные хроники”, утро следующего дня — Кто-нибудь видел Джисона сегодня? Хёнджин был напуган не на шутку: уже подходило время обеда, а его друга все еще не было на месте, и на телефон он не отвечал. Это совсем на него не похоже. — Эм, вроде бы, нет. — отозвался Чан. — Я тоже не видел. А ты? — Чанбин обратился к Чонину. Тот сидел за своим столом, греясь под редкими лучами солнца, размышляя о том, как бы получше сказать своим коллегам, что Джисона в офисе они могут больше не ждать. — Нет, я не видел его. Сынмин ничего не говорил по этому поводу? Может, он что-то знает. — Хорошая мысль, пойду спрошу. Но если он предупредил Сынмина и не предупредил меня, я оторву его кудрявую башку! — заявил Хёнджин, хлопнув дверью их офиса. “Жду хороших новостей”. — подумал Ян и откинулся на своем кресле, сладко потягиваясь. Хван постучался в кабинет главного редактора, но ждать не стал и сразу заглянул в приоткрытую дверь. Сынмин как раз заканчивал телефонный разговор и махнул Хёнджину, чтоб заходил. — Да, да, я понял, спасибо, что предупредил. Думаю, это не будет проблемой. Бери, сколько нужно. Хорошо, ждем. Пока! — он отложил телефон и обратился к вошедшему. — Ну что, ты в курсе уже? — А? В курсе чего? — он в непонимании захлопал глазами. — Ну, что Джисон взял несколько дней отпуска? Он только что звонил, сказал, что приболел. Полагаю, ты поэтому здесь? — Э-э, не совсем. Ну, отчасти. Я не знал, что он приболел. — с обидой в голосе сказал Хван. — Но пришел я да, из-за него. Хотел спросить, может, вы знаете, почему его нет. — Ну, ты теперь тоже знаешь. Он попросил никому не передавать его статью, сказал, что у него есть подвижки и что он сам продолжит работать над ней. Передашь ребятам, если что? — Да, конечно. Странно, что он ничего мне не сказал. Прибью его, когда вернется! — Эй, не на рабочем месте только, умоляю! Мне тут иски не нужны. Хёнджин чуть поклонился и пошел обратно, взяв себе по пути кофе, чтобы немного успокоить обиду. “Он мне всегда обо всем рассказывал! Как это он не рассказал мне, что заболел? Надеюсь, ничего не произошло. А то он какой-то странный был последние дни, измотанный, рассеянный. Зная его перепады настроения, я бы, может, и не обращал внимания, но он всегда мне докладывает о своем состоянии! Что-то тут явно не чисто. Надо будет заехать к нему после работы”. — рассуждал Хван по пути до их офиса. — Ну что, узнал что-нибудь? — с порога набросился на него Чанбин. — Ага, узнал. Он приболел. Сказал, поработает из дома пока. — Что?? — вскочил Ян, напугав коллег своей резкостью. Все трое уставились на него в непонимании. — Прошу прощения за столь бурную реакцию. — он тут же взял себя в руки. — Просто не ожидал… такого. Мы должны были вместе над этим делом работать, но он, видимо, решил по-другому. — он взглянул на часы, пытаясь продумать свои дальнейшие действия. — Прошу меня простить, мне надо ненадолго отъехать. И он вылетел из офиса, словно торнадо, оставив ребят в полном непонимании молча переглядываться друг с другом. — Это что сейчас было? — прервал тишину Чан. — Не знаю. Но точно ничего хорошего. — задумчиво ответил Хёнджин.

***

В то же время в квартире Ли Минхо — Я не помню, когда последний раз брал отпуск. Не выглядит ли это подозрительно? — Джисон сидел на кровати с телефоном в одной руке и чашкой свежесваренного кофе в другой и размышлял вслух. Минхо не обманул и первым делом с утра принес обещанный кофе, разбудив своего гостя волшебным ароматом. — Ты переживаешь, что лис будет тебя искать? — Минхо присел на край кровати. — Ну, если честно, то да. Он же не дурак. Сразу поймет, что его гипноз не сработал. Он мне приказал уволиться, а я отпуск взял. Тем более, он знает, где я живу. И где искать тебя он тоже знает. — Хан сделал глоток кофе и многозначительно посмотрел на хозяина квартиры. — Если это все, что тебя беспокоит, то можешь не волноваться. Я договорился с Шихо, мы сможем остаться у него, пока тут все не уляжется. Тебе нужно что-то с собой взять? — Да вроде бы нет. Единственное, что мне бы пригодилось, это мой ноутбук. Но он остался дома, а соваться туда сейчас мне бы не хотелось. Поэтому, видимо, и правда небольшой отпуск получается. — Ну и славно. Тебе не помешает немного развеяться. Но, слушай, если ты действительно хочешь, мы можем заехать за ноутбуком. Я уверен, что, смогу тебя защитить, если вдруг что. — улыбнулся Минхо. — Правда? Это было бы здорово! Я все-таки хочу продолжить работу, как и обещал Сынмину. — Тогда решено! Кстати, как спалось? — Ой, шикарно! Давно я так не высыпался, спасибо тебе большое. — Очень рад слышать. Хочешь еще поваляться или начнем собираться? — Я бы с радостью еще повалялся, но, боюсь, лисы не дремлют. Не хочу испытывать судьбу, так что дай мне минут 20 на сборы и я готов. — Конечно. Так, ванная ты знаешь где, полотенца я тебе вчера давал, если что-то еще нужно – говори, не стесняйся. — Хорошо, спасибо большое. — засмеялся Джисон. Когда Минхо вышел из комнаты, Хан упал на подушку и прикрыл глаза. Он как-то слишком быстро привык к присутствию демона рядом. К тому, как тепло он относился к нему. Такое трепетное отношение ему не дарили уже очень давно. Казалось бы, самое обычно тепло и забота со стороны другого человека – и жизнь уже ощущается намного приятнее. Ну, не совсем человека, конечно, но все же. “Демон. Минхо – демон. Очуметь! И я только что провел ночь в обители этого самого демона. М-да, Хан Джисон, и как тебя угораздило во все это ввязаться? Сколько же всего произошло за эту неделю, Господь милостивый! Блин, хотел бы я поделиться этим всем с Хёнджином. Так странно не рассказывать ему о чем-то. Впервые за все годы дружбы у меня появился от него секрет. Но так будет лучше для него самого. Не переживу, если с ним что-то случится, тем более по моей вине”. Вскоре Хан все-таки соизволил пойти в душ и начать собираться. Не хотелось заставлять Минхо ждать. В голове у него до самого выхода крутились разные мысли об их предстоящей поездке. Куда они едут? Где будут спать? Придется ли им делить одну кровать на двоих..?

***

— Я его придушу! Как он смог обойти мой гипноз? Все же было нормально! Все работало! Что пошло не так? Наверняка тот пульгасари что-то с ним сделал! Обоим шею сверну!! Чонин в ярости гнал по улицам города, нарушая всевозможные правила дорожного движения и представлял, как вгрызается в глотку Хан Джисона на глазах у Минхо. Образ был настолько красочным, что у него невольно выделилась слюна. — Приболел, как же… Только дай мне до тебя добраться, птичка, я тебе обеспечу настоящий больничный! Параллельно мечтам о свежей плоти он пытался как следует обдумать все доступные варианты действий. — Так, есть ли сейчас смысл ехать к нему домой? Настолько ли он глуп? Черт, не знаю даже, стоит ли тратить время. Он, конечно, не гений, но чтобы настолько? Маловероятно. — мысли проносились в его голове со скоростью света. Решение нужно принимать быстро, ведь каждая минута была на счету. — Так, ладно. Поеду сразу в эту дыру. Хвост даю, он побежал к своему Минхо! Ян взял курс на кафе демона и понесся туда, совершенно игнорируя красный свет и чуть ли не сбивая всех пешеходов на своём пути. В рекордные сорок минут (и это в обеденный час пик!) он добрался до пункта назначения, вылетел из машины и начал долбиться в закрытые двери заведения с такой силой, что весь район, наверное, услышал. Дверь ему, конечно же, никто не открыл. — Отсидеться решили? Ну уж нет, я сдаваться не собираюсь. Чонин сделал шаг назад, а затем одним мощным ударом ноги снес пластиковую дверь с петель. Та с треском отлетела, задевая собой ближайшие стулья и столики. — Покажитесь, вы! — заорал он во весь голос, входя в пустой зал. Реакции не последовало, и Ян решил осмотреть каждое помещение, каждую комнату, чтобы найти хотя бы какие-то следы пребывания этой парочки. Даже умудрился отыскать вход на второй этаж, где располагалась квартира Минхо. Однако все, что он смог найти, были пустые комнаты и разбросанные вещи. Из груди вырвался злобный рык. Он опоздал. Его птичка сбежала. Остался один вариант: призвать на помощь свою бусинку. Он не хотел этого делать, потому что это очень энергозатратное предприятие, но в этот раз ситуация была критическая, и других вариантов не было. Он подошел к кровати, которая была пропитана запахом Хан Джисона, и, глубоко вдохнув, закрыл глаза. В голове заплясали картинки, сливаясь в один красочный вихрь из каких-то невнятных образов, которые вскоре начали приобретать более ясные очертания. — Так, я слышу шум дороги. Музыка. Стинг? Что? Черт, это все не то! — обычно ему было легче связаться с жертвами. Сейчас что-то явно было по-другому. — Так-так-так, вот оно, кажется. Машина глубокого зеленого цвета. Модель? Хёндай. Серьезно? Как предсказуемо. Ну ладно. Номер трассы, нужен номер трассы… О, вот оно! 113. Значит, едут на запад. Что ж. Устроим небольшую погоню. Ян резко открыл глаза и вернулся в машину. Голова немного кружилась от чрезмерных усилий; он не ожидал, что придется приложить столько сил. Немного оклемавшись, он завел машину и, сделав резкий поворот на выезде, вжал педаль газа в пол отправился ловить свою птичку.

***

— Поверить не могу, что тебе нравится Стинг! — Джисон не мог перестать хихикать. — Он талантливый исполнитель, что в этом такого? Не понимаю. — надулся Минхо. — Да я не спорю, конечно, талантливый! Просто, не знаю, не ожидал как-то. — А что ожидал? — Ну-у, даже не знаю… Что-то потяжелее? Металл там, рок какой-нибудь. Ну, или хотя бы хип-хоп для приличия. Ты же все-таки демон. Минхо странно дернулся на последних словах и, прищурившись, посмотрел на Хана. — А ты… уже свыкся с этим? Больше не страшно? — он все еще боялся спугнуть Джисона разговорами о потустороннем, и потому старался придерживаться нейтральных тем. Хотя его и возмутил его вопрос. “С каких это пор мы вешаем ярлыки на музыку и решаем, что может слушать демон, а что – нет?” — Ну, если честно, свыкнуться полностью — это не так легко. Думаю, мне понадобится еще время, чтобы принять всю эту мутотень. Но насчет тебя я спокоен. — он ободряюще улыбнулся Минхо. — Рад это слышать. — тот улыбнулся в ответ. — А куда мы едем? — Хан оглянулся вокруг и обнаружил номер трассы. 113. “Она, вроде, на запад ведет?” — Я не могу сказать. Шихо был предельно ясен в своих инструкциях. И по этой причине, мышонок, я попрошу тебя сейчас завязать глаза. — Минхо порылся в кармане куртки и достал оттуда что-то типа банданы. Джисон в непонимании уставился на Ли. Ему очень нравилось это ласковое прозвище, но трюк с завязыванием глаз его немного смутил. Нет, он конечно, не против такого, но ни место, ни время не располагали к подобного рода развлечениям. — Мне стоит снова начать беспокоиться насчет тебя? — Нет, конечно. Это простая мера предосторожности. Чтобы запутать лиса и не дать ему подключиться к тебе. — Подключиться ко мне? Что?? — Потерпи немного, Шихо все тебе расскажет. Он насобирал много информации, так что мы на шаг впереди. Хан пожал плечами, но делать было нечего. Он завязал повязку, и мир погас. Остались только музыка и шум дороги. Вскоре не осталось ничего. Кажется, прошло несколько часов. Или даже дней? — Хан-а-а-а, проснись! Открой глазки! Открой глаза-а!! — кто-то упорно тряс его за плечо. — Ай, ну еще пять минут, Боже! — он попытался перевернуться, но наткнулся лбом на что-то твердое. Пришлось все же открыть глаза. Повязки уже не было, и он увидел Минхо, сидящего на корточках прямо перед машиной. Остатки сна быстро выветрились, и Хан осмотрел все вокруг. А вокруг был сплошной лес и какая-то хижина чуть позади машины. — М-Минхо? А где мы? — по коже вдруг побежали мурашки. А вдруг ему не стоило доверять Минхо? А вдруг он заодно с Яном? Или еще что похуже? Голова вдруг закружилась. В животе все скрутило. Воздух разом выбило из легких. — Джи, ты в порядке? Ты какой-то бледный. — Минхо потянулся рукой, чтобы потрогать его лоб, но Хан резко отпрянул. — Мышонок..? — Где мы?? – надрывно крикнул Джисон. — Мы приехали к Шихо, я же говорил. Ты точно в порядке? Что происходит? Тебе страшно? Он кивнул, глотая подступающие слезы. “Я помню, мы ехали к Шихо. Все же было нормально? Потом Мин дал мне повязку, а потом… А что потом? Меня вырубило? А вдруг на повязке было какое-то вещество? Боже, он что, чем-то меня накачал? О нет-нет-нет, зачем я во все это ввязался? Что происходит вообще, все же было нормально…” Его бросило в холодный пот. Сердце заколотилось с неимоверной скоростью. — Шихо, подойди сюда! Я ничего не понимаю. — крикнул куда-то в лес Ли. Вскоре к ним вышел уже знакомый Хану человек. “А если они все заодно? Меня тут и похоронят? И никто не узнает, где я и что со мной случилось? Я ведь даже Хёнджину не сказал ничего…” — мысли уносили Джисона в не самые лучшие места. Страх захватил с головой, а озноб лишь усиливался. Теперь это была полноценная лихорадка. — Что у вас тут происходит? — Шихо подошел поближе, пристально рассматривая Хана. — Боги, да он весь горит! Что случилось? — Я… Я не знаю. Я пытался его разбудить, но он никак не просыпался. А потом открыл глаза, как-то резко побледнел и начал говорить какие-то странные вещи. Я не понимаю. Он словно не узнает меня? Шихо аккуратно взялся средними и безымянными пальцами обеих руками за виски Джисона, большие пальцы соединил на его лбу, а затем закрыл глаза. Какое-то время озноб лишь усиливался, а потом разом прекратился, позволив Хану вновь провалиться в забытье. Минхо стоял в полнейшем непонимании. — Перетащи его в дом, я пока принесу нужные травы. В комнате уже все готово. Ли кивнул, аккуратно взял бессознательного Хана на руки и понес его в хижину. Он уже бывал у Шихо несколько раз, поэтому сразу отправился в гостевую комнату, что находилась в конце коридора по левую сторону от входа. Там действительно уже все было готово: застеленная кровать, два комплекта полотенец на кресле у окна, а на полу возле кровати стояли две пары тапочек. “Ну прямо-таки пять звезд, не иначе! Раскладушку-то не мог поставить, черт старый?” — сетовал Минхо, укладывая Хана на большую кровать посередине комнаты. В душе он, конечно же, был даже рад такому развитию событий, но после всего, что ему довелось сейчас увидеть, он и предположить не мог, как отреагирует Джисон. Возможно, ему придется спать на диване в гостинной? “Если так ему будет спокойнее, буду хоть на коврике у двери спать”. – решил для себя Ли. Он присел рядом с Ханом на кровать и слегка пригладил чужие волосы. Вскоре в коридоре раздались шаги. — Ну что там? — ему не терпелось получить ответы. Шихо же отвечать не спешил. Он прошелся по всем углам комнаты и оставил там тлеть какие-то травы, а затем подошел к Хану и мазнул ему на лбу какой-то символ. — Что это? Краска? — Мазь из облепихи. Лисы ее не переносят. А сам символ чуть ослабит влияние бусины. — Так что это было с ним? Пока мы ехали, все было в порядке, а потом… вот это. Я так испугался за него. — Насколько я могу судить, это и есть суть бусины. Во-первых, чем дольше она находится в организме, тем сильнее отравляет тело и дух. А, во-вторых, чем дальше владелец бусины от ее нынешнего носителя, тем разрушительнее становится ее влияние. Она буквально сжирает его изнутри. — Шихо притих, внимательно рассматривая Джисона, а затем перевел взгляд на друга. — Хо, я не знаю, как долго он протянет. Шок на лице Минхо был яснее июньского неба. — Нет. Нет. Он не может умереть! Нет-нет-нет. Это невозможно. Опять? Я… этого не вынесу. За что Боги так со мной? Почему??? — он вскочил с кровати и со всей силы хлопнул дверью. Та тут же слетела с петель. — Прости, я все починю. Он медленно сполз по стенке, из глаз неизбежным потоком начали струиться слезы. — Шихо, за что они так со мной? Я… я не могу его потерять. Не тогда, когда вновь обрел его спустя столетия поисков… Что мне делать? Шаману было бесконечно жаль своего друга. Он и сам не понимал, за что Боги были с ним так жестоки. Свести с любовью, которую он ждал сотни лет, просто чтобы снова ее отнять? Это не имело смысла. Или они так развлекаются там наверху? — Прости, я не знаю. Единственное, что я могу сейчас, это облегчить его страдания. Помочь вернуть разум и скрывать вас от лиса столько, сколько потребуется. Он не сможет найти это место, как бы ни старался. Это я гарантирую. Минхо посмотрел на него снизу вверх стеклянными глазами. — Хорошо. Хорошо. — он закивал, соглашаясь. — Делай, что можешь. А я сделаю все, что могу я. — он вытер слезы рукавом куртки, медленно поднимаясь с пола. — Присмотришь за ним, ладно? Я постараюсь вернуться как можно скорее. Он бросил полный печали взгляд на Хана, а затем пошел в сторону выхода. Шихо посмотрел ему вслед и тихо сказал: — Надеюсь, у тебя получится, Минхо. Очень надеюсь.

***

Ли не имел понятия, где искать лиса. Но он точно знал, что обязан его найти. Ради Джисона. Он также знал, что Чонин тоже будет их искать. Вопрос лишь в том, в каком месте он устроит засаду: в кафе, на работе, дома у Хана? Куда отправиться на поиски? Ответа не было. Повинуясь странному инстинкту, Минхо решил поехать в редакцию. Спустя три долгих часа он наконец прибыл на место. Уже начинало смеркаться. Даже не выходя из машины он смог увидеть здание, где работает Хан. Это оказалась довольно стандартная офисная высотка, и демон слегка разочаровался, ведь в глубине души он ожидал чего-то более захватывающего. Под стать тематике журнала. “Надеюсь, проблем со входом у меня не возникнет. Что ж, была ни была”. — и он вошел в здание. — Добрый вечер. Вы куда? — охранник вежливо остановил его перед турникетами. — Э-э, редакция журнал “Грешные хроники”. Я могу пройти? — Одну минутку, господин. С какой целью Вы туда направляетесь? — Там работает мой друг. — сходу начал плести Минхо. — Он попросил меня зайти к нему. Я помогаю ему со статьей о пропавших. Вот, принес видеозаписи, о которых он просил. — он достал пустую флешку, которая лежала в его сумке со времен динозавров. Дурацкая привычка таскать с собой всякую мелочь наконец оправдала себя. Охранник все еще смотрел на него с легким подозрением. — И как зовут Вашего друга? — прищурился он. — Ян Чонин. — уверенно ответил Минхо. — Вы можете ему позвонить и сказать, что пришел Ли Минхо. Он все поймет. — Минутку. — он отошел проверить, действительно ли некто по имени Ян Чонин работает в этой редакции. Оказалось, что да – такой человек и правда был в базе данных. Охранник вышел из-за компьютера, прихватив временный пропуск из коробочки на столе, и протянул его Минхо. — Благодарю за Ваше терпение. Пожалуйста, вот пропуск. Лифты прямо по коридору, Вам нужен десятый этаж. — Большое спасибо! Хорошего дня! Довольный своей успешной авантюрой, он отправился к лифтам, параллельно оглядывая интерьер. “А тут довольно миленько для офисного муравейника”. Поднявшись на нужный этаж, он понял, что не знает, куда идти и каков план действий, если он все же встретит здесь лиса. Хотелось бы верить в его благоразумие и в то, что он не начнет бойню прямо тут, но сильно надеяться не приходилось. С кумихо надо быть готовым ко всему. “Сложно. Ладно, будем импровизировать”. — и он пошел изучать таблички на дверях по всему этажу, пока наконец не набрел на место под названием “Отдел разоблачений”. — Очень сомневаюсь, что это официальное название, но как будто бы в стиле того, что описывал Джи. Он легонько постучал по двери, а затем заглянул внутрь. Три головы одновременно оторвались от своих компьютеров и уставились на него. — Добрый вечер! Вам помочь? — вежливо поинтересовался красивый темноволосый парень, что сидел ближе всех к нему. — Э-э, да? Меня зовут Ли Минхо, я… — Ли Минхо?? Тот самый, из кафе “По ту сторону”? Минхо в недоумении уставился на парня, что уже бодрым шагом направлялся к нему. “Я что, знаменитость? Откуда он меня знает, и почему я не знаю его??” – пронеслось у него в голове. — Ну, да? Наверное. — Очень приятно с Вами познакомиться! — парень протянул руку. — Меня зовут Хван Хёнджин, я лучший друг Хана. Он мне много о Вас рассказывал. — Простите, но мне он о Вас не рассказывал. О, взаимно. — Минхо опомнился и пожал руку в ответ. — Если Вы вдруг за Ханом, его тут нет, он на больничном. Буквально сегодня вот взял. — А, нет. На самом деле я ищу Ян Чонина. Вы случайно не знаете, где он? Все трое дружно переглянулись. Ответил снова Хёнджин: — Ну, вообще, он сегодня в обед уехал куда-то. Сказал, что ненадолго, но его уже довольно давно нет. Может, позвонить ему? Мы тоже его немного потеряли, но все как-то не решались связаться. Он какой-то нервный в последнее время… “Еще бы он не был нервным”. — усмехнулся Минхо сам себе. Прикидывая в голове варианты, он решил, что звонок все же будет уместен. Они могут еще долго гоняться друг за другом. Не лучше ли, чтобы один из них просто пришел к другому? Чем раньше, тем лучше. — Да, пожалуйста. Это было бы очень кстати. Можете сказать, что я жду его в офисе? — Хорошо, сейчас. Хван отошел к своему столу за телефоном и набрал нужный номер. После долгих гудков ему наконец ответил крайне раздраженный голос коллеги: — Что? —Эм, и тебе не хворать. – он немного удивился подобному тону. – Не знаю, куда ты решил укатить в разгар рабочего дня, но тут в офисе тебя ждет Ли Минхо, если тебе… Алло? Алло-о?? — Что такое? — взволнованно спросил Ли. — Он… сбросил трубку! Вот гадёныш. Ну, только попадись мне… “Так, и что теперь делать? Он приедет или нет? Чертов лис. Наверное, лучше остаться и немного подождать? Вдруг он все же заявится”. — Я могу подождать его тут? — он все же решил уточнить этот момент у работников. Мешать незнакомым людям не особо хотелось. — Да, конечно. Присаживайтесь вот сюда, это место Джисона. — Хван указал на соседний столик рядом с ним. — Если Вы, конечно, так уверены, что он приедет, можете подождать. — усмехнулся он. — Чай, кофе? — Нет, спасибо. Все в порядке. Не хочу отвлекать вас от работы. — он неловко глянул на двое молчунов позади. Те периодически бросали в его сторону любопытные взгляды, а затем молча переглядывались и возвращались к работе. — Ой, да ладно Вам. Мы тут не в королевской канцелярии все-таки. Можем и отвлечься иногда. — подмигнул ему Хёнджин. “Он и правда лучший друг Джисона? Интересный персонаж. Что ж, подыграю ему”. — Говорите, вы с Ханом – лучшие друзья? Как познакомились? — самый безобидный и оправданный вопрос, как решил Минхо. — Ой, мы с ним с детства дружим. Еще в садике познакомились. Он к нам из другой группы перевелся. Странный был немного, не от мира сего, вот с ним и не общались особо. Но мне он почему-то понравился, потому и начали дружить. Он оказался очень интересным и веселым, когда я узнал его получше. Так-то так. Спрашивать, как вы с ним познакомились, не буду, потому что и так в подробностях все знаю. — Хван чуть хихикнул, как человек, который знает чуть больше, чем ему положено. — А какие у Вас намерения? – тут же серьезно спросил он. — Мои… намерения? — поднял брови Минхо. Молчуны позади прыснули. – Yesssssirrr, Ваши намерения на нашего Хан-и. Я должен понимать, в какие руки он попал. — А, об этом… — смутился Ли. — Намерения у меня самые серьезные, честно говоря. Я ждал его очень много лет и не намерен отпускать. Парни присвистнули, вгоняя Минхо в краску. — Хм, ну, раз так, то тогда благословляю вас, дети мои. — Хёнджин скорчил серьезную мину, подняв подбородок и протянув правую руку вперед, словно посвящал кого-то в рыцари. — В добрый путь! — Хван, а ну прекрати этот цирк! — один из молчунов наконец прервал тишину и сквозь смех попытался заткнуть своего неуемного коллегу. — Ты сейчас человека настолько загонишь, что он сбежит, а Хан тебе потом такое устроит за это… — А у вас тут дружная атмосфера, как я посмотрю? – с улыбкой заметил Минхо. Приятно знать, что Джисон работает в месте, где его ценят. — Это да. Мы друг за друга горой. — вступился второй молчун. Судя по всему, он был довольно невысокого роста, но мышц у него было достаточно, чтобы придать веса своим словам. — Рад это слышать. — Минхо вновь улыбнулся всем присутствующим. “Да где он там провалился? Долго мне еще развлекать всех светской беседой?” Примерно через двадцать долгих минут томительного ожидания в этой оказавшейся очень даже болтливой компании дверь наконец с шумом отворилась, и в кабинет вошел Ян Чонин. Горящими от азарта глазами он обвел всех присутствующих, а затем остановился на том, ради которого он мчался через пол Сеула. — Ну привет, Ли Минхо. Не ожидал тебя так скоро увидеть. — Привет. Есть разговор. Кажется, еще чуть-чуть, и по кабинету полетят молнии. Если бы работники редакции могли слиться со стеной, они бы непременно сейчас это сделали. — Хёнджин, переговорка свободна? — спросил Ян, не сводя глаз с Минхо. — Э-э, вроде как да. По крайней мере, в расписании не было никаких митингов в это время. Все уже почти ушли. — он с тревогой кинул взгляд на своих коллег позади, как бы спрашивая “Что вообще происходит?”, но ответа в их глазах он так и не нашел. — Отлично, пошли. — и он направился прямиком в переговорку, даже не оборачиваясь. Он знал, что Ли непременно последует за ним. “Что бы ни заставило его вернуться, он явно в отчаянии. И это мне только на руку”. — Ян уже начинал планировать, как бы ему обыграть сложившуюся ситуацию в свою сторону. — Прошу. — Чонин любезно открыл дверь и пропустил Минхо в комнату. Затем зашел сам и тут же опустил жалюзи. Ли спокойно наблюдал за его действиями. — Это было так необходимо? — Скажем так, я предпочитаю приватность в подобных делах. Никогда не знаешь, чем они могут закончиться. — он хитро подмигнул Минхо и присел напротив него. — Ну что, ты хотел поговорить? Полагаю, что-то случилось с нашим Хан-и, иначе бы ты так просто не вылез из вашего укрытия. — Он явно был доволен тем, как разворачивались события, ведь ему даже не пришлось искать этого глупого демона: он сам его нашел. — Да, хотел. И да, ты прав. Кое-что действительно случилось. Я здесь, чтобы заключить с тобой сделку. Ян тут же разразился громким смехом, а затем резко стих и пристально посмотрел Минхо в глаза. — Ты не в том положении, чтобы заключать со мной сделки, жалкий пульгасари. Но я, так уж и быть, тебя выслушаю. — Он закинул ноги на стол и чуть откинулся назад, всем видом показывая свою незаинтересованность. Минхо собрал все силы и уверенность, что у него были, дабы ничто не выдало его истинные переживания. — Уверен, ты знаешь о влиянии своей бусины на человека. Я также уверен, что тебе не очень нравится тот факт, что ты не можешь больше обнаружить Хана по своим “каналам связи”. — Ближе к делу. — Его очень смутил тот факт, что Минхо был осведомлен об особенности кумихо иметь связь со своими жертвами. Откуда у него такие глубокие познания? Об этом так просто не распространяются кому попало. — Предлагаю тебе забрать свою бусину из Хана. Он остается жить, ты останешься на свободе и продолжаешь свои грязные дела. Обещаю, что не стану на тебя охотиться. Все выиграют. Брови Яна поползли вверх, а на губах заиграла диковатая улыбка. — Что?? Мне не послышалось? Ты мне угрожаешь? — Не угрожаю, а даю шанс уйти безнаказанным. В противном случае я пойду против всех своих принципов и сожру тебя живьем. — А, вот теперь угрожаешь, ха-ха-ха! А ты забавный. Заинтриговал меня даже вначале. Но нет, все как я и ожидал. — он уставился куда-то в стену, размышляя. — Знаешь, я, пожалуй…. — он перевел взгляд на Ли, внимательно следя за его реакцией. — …откажусь. “Все в порядке, это лишь первый этап переговоров”. — Минхо отчаянно сдерживался от любых эмоциональных проявлений, ведь он знал, что именно этого и ждет от него Ян. Нельзя было ему этого давать. — И что дальше? Ты отказываешься. Что ждет тебя дальше? — Как что? Прекрасная жизнь, полная убийств, разумеется. — Видишь ли, вот тут ты не прав. Если помнишь, однажды я уже изгнал тебя с помощью одной маленькой безделушки. — кажется, он выбрал правильную тактику. Ян сменил свое излишне развязное положение на более собранное. — Так вот, у меня есть знакомый шаман, и именно он мне ее подарил, когда узнал, что кто-то подпитывается от Джисона. Понимаешь, к чему я веду? — Минхо сохранял полное спокойствие. Он должен был выиграть. — Предположим, что нет. Что тогда? — Объясняю: тогда никакой “прекрасной жизнь, полной убийств” тебе не светит. Это я тебе гарантирую. Твой шикарный максимум — жизнь в бегах. Будешь пугаться собственной тени, постоянно оглядываясь. А когда мы найдем тебя, вдоволь наигравшись, ты умрешь в мучениях, и я, как уже сказал, сожру тебя лично. Сомневаюсь, что ты именно этого желаешь, м-м? — Минхо сохранял максимальную холодность, и его монолог, кажется, произвел должный эффект на лиса. Перспектива действительно была так себе, а потому Чонин решил нажать на единственный рычаг, что был ему доступен. — Но ведь тогда твой драгоценный Ханичка умрет, и ты останешься совсем один в своей вечности. Сомневаюсь, что ты именно этого желаешь, м-м? — он самодовольно передразнил Минхо. Тот чуть заметно скрипнул челюстью. —Итак, мы пришли к началу нашего разговора. Забери свою бусину и убирайся из города, пока я добрый. Ян склонил голову, разочарованно цокая. — Это все, конечно, хорошо звучит, но, боюсь, ты кое-чего не учел. Минхо напрягся. — И чего же? — А того, мой дорогой пульгасари, что бусину невозможно забрать назад. Увы и ах, но твой Хан-и обречен. Лисья бусина, оказавшись в организме человека, встраивается во все его системы. Пронизывает каждую клеточку. Отравляет тело изнутри, как самый разрушительный и необратимый яд. Соболезную твоей скорой утрате. Она неизбежна, если что. Лучше тебе как можно скорее принять этот факт. Так что, какие еще варианты есть? Костяшки Минхо побелели от того напряжения, с которым он сжимал кулаки под столом. — Ты еще не понял? Вариант только один. Если Хан умирает – ты тоже труп. На несколько минут в комнате воцарилось молчание. — И что ты предлагаешь? — безучастно спросил Чонин. — Ты находишь способ сохранить Хану жизнь. Это единственное условие, при котором ты остаешься в живых. — М-да. Негусто. Он снова задумался, но вскоре все же спросил: — А шаман твой что? — Он хоть и могущественный, но от бусины избавить не может. — Что ж, жаль, жаль. — Ян снова ненадолго задумался. Ситуация не из простых, и, видимо, ему придется сделать то, чего он совершенно не хотел. — Ладно, я понял. Мне надо кое с кем посоветоваться по этому поводу. Дай мне свой телефон, я тебе позвоню, чтобы сообщить о решении. — И я должен просто так поверить тебе? Лису? — У тебя нет выбора. Да и у меня, впрочем, тоже. Я попытаюсь узнать, можно ли как-то извлечь бусину, не убивая при этом Хана. Я в любом случае не смогу уехать из города, пока моя бусина в нем, так что расслабь булки и запиши свой телефон. — он протянул Минхо свой мобильный, и тот со скептицизмом вбил свой номер. — Хороший пульгасари. Если тебе больше нечего сказать, я пошел. Передавай привет Хану. Надеюсь, он не сдохнет слишко быстро. — и он вышел, не дождавшись ответа. “Спокойно, Минхо, спокойно. Оно того не стоит”. — ему очень хотелось как следует вмазать по этой смазливой лисьей морде за все его поганые слова, но Ян все же был ему нужен, а потому приходилось сдерживать свои порывы. “Пора, наверное, и мне возвращаться. Надеюсь, Шихо смог что-то сделать, чтобы облегчить его мучения”. — мысли о Джисоне немного успокоили его разбушевавшийся гнев, и он, заскочив к ребятам попрощаться, направился на выход.

***

Тем временем в хижине Шихо На лбу было что-то прохладное. Голова немного гудела. Тело ломило, как при сильной простуде. “Что произошло? Куда я опять вляпался?” — первые мысли Хана, когда сознание вернулось. Глаза все еще не хотели открываться, и поэтому он пытался хотя бы слушать и чувствовать. Выходило из рук вон плохо. “Надо попытаться открыть глаза. Давай, на раз, два, три! Черт! Ладно, давай еще раз. Раз, два, три! А-а-а!! Да почему не получается? Я ведь уже проснулся. Пальцы тоже не хотят шевелиться. О нет, а что, если меня парализовало? Господи, я что, теперь всю жизнь так проведу? Нет-нет-нет, пожалуйста, не надо…” — страх резко захлестнул его, и тело начало потряхивать. Тут же на виски опустились чьи-то теплые руки. — О, ты уже проснулся? Ну славно. Долго же ты проспал. Надеюсь, получше себя чувствуешь? “Голос смутно знакомый. Так, надо срочно открывать глаза! Сейчас же! Да, вот прямо сейчас!!” — Доброе утро! — Хан увидел перед собой улыбающееся лицо друга Минхо. — Д-доброе..? Что случилось? Где Минхо? Что со мной? — Ой-ой-ой, притормози! Слишком много вопросов. Ты ж еще в себя толком не пришел. Давай-ка вставай потихоньку, я приготовлю поесть и отвар, который тебе надо будет выпить. Я все объясню, хорошо? Главное, что тебе уже лучше. Вроде как. Джисон попытался хоть немного восстановить события сегодняшнего дня. Что-то даже начало всплывать. Успех. “Звонок Сынмину, кофе от Минхо, его старенький Хёндай, трасса… 113, Стинг, повязка на глаза. А потом… потом все как в тумане. Ладно, может быть, Шихо расскажет? Главное, что я не парализован. Уже хорошо”. — с этой воодушевляющей мыслью он аккуратно приподнялся на кровати, присаживаясь и оглядываясь вокруг. Комната оказалась довольно хорошо обустроенной. “И кровать одна”. — мысль ушла так же быстро, как и пришла, но все же успела оставить свой след в виде легкого румянца на щеках. — Все, встаю! Кое-как поднявшись с постели и все еще испытывая легкое головокружение, он побрел на звуки активной жизнедеятельности. По всей видимости, Шихо действительно что-то готовил. Наконец он забрел на кухню, где хозяин умело колдовал (во всех смыслах этого слова): на плите варился, судя по запаху, кимчичиге, а рядом с ним кипело какое-то непонятное варево, в которое Шихо периодически что-то подкидывал и говорил какие-то незнакомые Джисону слова. Понаблюдав немного из-за угла, он все же решил доложить о своем присутствии: — Хм, Шихо? — О, ты уже здесь! Пока еще не готово, но ты присаживайся. Хан послушно кивнул и сел на один из стульев у деревянного стола в самом центре кухни. Уже пару дней в его голове зрела одна идея. Кажется, лучше момента просто не представится, поэтому он не стал тянуть кота за хвост: — Шихо, ты можешь показать мне мою прошлую жизнь? Пакетик с сушеными травами выпал из рук шамана; практически все содержимое просыпалось на пол. — Ащ! Черт. — Шихо заглянул в пакет. — Так, на эту порцию все же хватит. — прошептал он сам себе, а потом нервно взглянул на Хана: — Ты хоть предупреждай! Тот сидел, виновато понурив глаза. — Прости. Я не знал, как еще сказать. — Не знал он… а у меня несколько месяцев работы коту под хвост! — он потряс пустым пакетиком перед лицом Джисона. Тот еще сильнее вжался в стул. — Эх, ладно, чего уж. Благо, я не делаю свои сборы лишь в одном экземпляре, так что тебе, считай, повезло. Это, кстати, для тебя. — Шихо указал на кипящий котелок. — Чтобы скрыть тебя от этого драного лиса. Ты как себя чувствуешь? Голова немного прочистилась? Не лихорадит? Джисон немного оторопел от такой смены настроений, но все же был благодарен Шихо, что он не стал на него орать. И так тошно было. — Э-э, да вроде нет, все спокойно. Так ты расскажешь, что все-таки произошло? — Конечно, мне скрывать нечего. — он засыпал остатки трав в котелок и помешал, а затем уменьшил огонь и повернулся обратно. — В общем, не знаю, сколько тебе успел рассказать Минхо, поэтому просто скажу всё, что знаю сам. Во-первых, лисья бусина — это буквально отрава для твоего организма, и она медленно сжирает тебя изнутри: органы, психика – все летит. Во-вторых, чем дальше ты от лиса, который дал тебе бусину, тем быстрее активизируется процесс разрушения. Не совсем понимаю, как это работает, но это с тобой и случилось, по-видимому. Вы смогли одурачить его и убраться подальше, но тут настигли последствия, к которым мы не были готовы. Когда вы приехали, у тебя начался приступ. Он ненадолго остановил свой рассказ, чтобы проверить отвар и подмешать еще пару ингредиентов, а затем вернулся к Хану, который терпеливо ждал продолжения. — Ты бредил, у тебя был сильный жар… Минхо очень испугался. Я использовал облепиховую мазь, чтобы немного притупить влияние бусины, но это не продлится вечно. В-третьих, эта бусина, по сути, окно для лиса в твою жизнь. Он может как бы “подключаться” к тебе, видеть твоими глазами. Этот отвар должен сделать тебя невидимым для него на какое-то время. Надеюсь, Минхо скоро вернется, и мы придумаем, что делать дальше. — Шихо, закончив рассказ, выключил огонь , процедил отвар в термос и поставил его перед Джисоном. — Выпей все сегодня. Хан кивнул, но пить кипяток не спешил. Он внимательно слушал рассказ шамана, но одна мысль упорно не хотела его покидать, даже после всего услышанного. — Шихо? — спросил он почти шепотом. — Да? — Какие у меня шансы? — в глазах было отчаяние принявшего свою судьбу человека. — Если честно… — внутри у шамана все сжималось от того, что ему придется сказать этому парнишке. “У него ж буквально вся жизнь впереди. Точнее, могла бы быть. Проклятые лисы!” — подумал Шихо, собираясь с силами. — Если честно… — повторил он. Хан напрягся. — Не уверен, что они есть. Прости. Джисон всеми силами постарался сдержать всхлип, который грозил вот-вот вырваться из груди. “Неужели… неужели я умру? Вот так вот? Из-за какого-то урода, который перевелся в нашу редакцию? Как же так..? Я еще столько всего не успел. Я ведь… даже не узнал, что такое настоящая любовь! За что Бог так со мной?” — мысли горой обрушились на него, отражаясь на лице. Шихо с сочувствием смотрел на Джисона, не понимая, как может помочь ему. Внезапно у него появилась идея. — Слушай, а ты… серьезно говорил насчет прошлой жизни? Правда хочешь узнать? Это сработало: поток мыслей прервался, и Хан вернулся в реальный мир. — А… да. Хочу. Это возможно? — Конечно! Но мне надо закончить тут, а потом подготовить все для сеанса. Подождешь? — У меня есть другие варианты? — грустно усмехнулся Джисон. Шихо поджал губы и вернулся к плите. — Я пока осмотрюсь немного в доме, ты не против? — Нет, конечно, пройдись, осмотри тут все как следует. Можешь даже в сарайчик заглянуть во дворе. Секретов у меня нет. — он подмигнул Хану, который уже был на низком старте. — Хорошо! Спасибо большое. Первым делом он вернулся в гостевую, чтобы повнимательней рассмотреть все, что там было. Шихо действительно ждал их: каждая деталь говорила о том, что хозяин готовился к приезду гостей. Даже тапочки стояли. Сама комната была оформлена довольно нейтрально: бежево-коричневые оттенки разбавлялись темно-зелеными и бордовыми деталями интерьера. Все выглядело гармонично и уместно. Основной свет располагался внизу, так что тут и там стояли торшеры и лампы интересной формы. “Интересно, как это все выглядит ночью? Наверняка очень атмосферно”. — Хан сразу представил, как теплый свет мягко разливается по комнате, создавая уют и побуждая к глубоким задушевным разговорам. Он представил, как они с Минхо сидят вдвоем на кресле и пол ночи разговаривают о всяком, а потом, когда они приглушат свет, наступит совершенно новый этап этих странных отношений. “Возможно. Возможно, наступит. Хотя… стоит ли вообще начинать, если я все равно не протяну долго? Стоит ли причинять такую боль Минхо?” — и вот снова не самые радужные мысли начали пускать корни. Картинки его скорой кончины загорались и затухали во внутреннем взоре. На глазах выступили слезы от отчаяния и бессилия. Он быстро вытер их об рукав кофты. — Так, отставить ныть. Если у меня есть хоть один шанс из миллиона, он стоит того, чтобы не унывать и бороться, так что лучше продолжим незапланированный хаус-тур и немного отвлечемся. Он отправился в следующую комнату, что была по соседству от их с Минхо. Это оказалась ванная. Светлая, просторная, со всеми удобствами. Даже окно было. “И откуда у шамана столько денег на такие интерьерные шедевры? Возможно, я ошибся с выбором профессии?” — усмехнулся сам себе Хан. “Кажется, скоро начнется переоценка всех жизненных выборов, которые я когда-либо делал. Что ж, поглядим”. Дальше по списку была гостиная, что соединялась с кухней. Шихо уже куда-то подевался, так что у Хана была отличная возможность как следует все рассмотреть. Основным материалом здесь выбрали дерево, а вместе с ветками деревьев на стенах и засушенными цветами, что свисали с потолка, комната приобретала немного дикий вид. Небольшой кофейный столик перед светлым диваном, на котором стояла ваза с сухоцветами, на самом диване лежал мягкий с виду плед и несколько темных декоративных подушек. Вдоль стен тянулся длинный стеллаж, который был плотно заставлен разными банками и коробками. Джисон решил засунуть свой нос в чужие дела и начал внимательно рассматривать надписи: лаванда, мята, папоротник, кора красного дуба, бузина, волчий коготь, кошачий клык, лягушачье… сердце? Тут же пожалев о своем решении, Хан отпрянул от шкафа и чуть не опрокинул статую, которая стояла прямо на полу у шкафа и которую он, конечно же, не заметил. “Кто додумался ее сюда поставить?” — негодовал он, в последний момент предотвратив падение. Это оказался какой-то тотем. Возможно, ценный, раз он стоял в доме шамана. — “Че-ерт, пронесло! Надеюсь… пойду-ка я отсюда, от греха подальше”. Он вновь вернулся на кухню. Раковина, плита, чайник, гарнитур и много-много полочек со всякой всячиной. Довольно стандартно. Он вспомнил про отвар, который сделал для него Шихо, и тут же его выпил. Все как раз уже остыло. “Фу, гадость какая!” — он недовольно сморщился, а затем прошелся взглядом по полкам. “Хм, интересно, а сколько всего тут на самом деле для еды, а не для этих шаманских штучек?” Хан, быстро учась, не стал вчитываться в надписи на баночках и просто выглянул в окно, которое он не заметил в первый раз, сидя здесь. Там раскинулся лес. Величественный и огромный. “Даже немного не по себе от этих масштабов. И ведь вокруг больше ничего… и никого. Так странно. Ой, это что, дождь?” – он открыл окно и высунулся чуть сильнее, вытягивая руки вперед. Поток воды быстро промочил насквозь рукава его кофты. Запах мокрой земли заполнил все вокруг. Дождь усиливался; по крыше колотили крупные капли, выбивая все мысли из головы и оставляя после себя приятную пустоту. Когда наконец дискомфорт от мокрых рукавов начал перебивать удовольствие от погоды, Джисон пошел обратно в комнату, чтобы переодеться. Он обнаружил свою сумку стоящей у шкафа в углу рядом с сумкой Минхо. Его до сих пор не было, и Хан начинал волноваться. Достав запасную футболку, он быстро сменил одежду, а намокшую кофту повесил сушиться на дверь. Когда он впопыхах собирался из дома, то не особо понимал, что следует взять и как долго его там не будет, так что гардероб был крайне ограничен. Дождь все никак не хотел останавливаться, Шихо тоже еще не было, и потому он решил завалиться в кровать и просто смотреть в окно. “Отличное времяпрепровождение, как по мне”. – подумал он, укутываясь в плед. Но мечтам о спокойствии не суждено было сбыться: в комнату почти сразу вошел Шихо, и в руках у него была какая-то странная палка из сушеной травы и склянка с жидкостью, совершенно не вызывающей доверия. – Ну что, готов? – бодрым голосом спросил шаман. — Э-э, уже? – немного оторопел Хан. — Ну, да. Как раз время немного убьем, пока Минхо нет. Или ты передумал? – сощурив глаза, спросил Шихо. Хан тут же вскочил с кровати: — Нет! Совсем нет. Давай, конечно, я готов. Что делать? — Ложиться обратно! Хотя, стой. Выпей сначала это, а потом ложись. Я пока подготовлю тут все. – он отдал Хану склянку, а сам ловко выудил из кармана несколько плоских свечей и расставил их по бокам от кровати. Травяную палку он зажег и тут же потушил, оставив ее тлеть у себя в руках. Когда Шихо обернулся, Хан все еще сидел и изучал данную ему склянку. – Ну-у? – многозначительно спросил Шихо. — А что там? Я немного переживаю… — Ничего такого, за что стоит переживать. Просто травы и плоды. Это поможет тебе уснуть. — Надолго? – обеспокоенно уточнил Джисон. — Ровно на столько, на сколько нужно. Не переживай, я уже не раз проводил подобный обряд. И, если вдруг тебя это успокоит, случись с тобой что – Минхо с меня шкуру спустит. Так что я был вдвойне внимательней. Финальная фраза слегка разрядила обстановку, и Джисон залпом проглотил это ужасное пойло. “Ну почему шаманские отвары не могут быть по вкусу как клубничный милкшейк?” Сердце тут же застучало, паника начала было подниматься, но он быстро лег в кровать и постарался удержать самого себя от плохих мыслей. “Если Минхо ему доверяет, значит, я тоже. Минхо… куда же он уехал? Вот бы он сейчас был со мной”. – с такими мыслями он медленно начал проваливаться в глубокий, как ему показалось, сон. Когда Хан вновь открыл глаза, перед ним раскинулась деревня. Он уверенно шагал по улицам, как будто знал эти дороги наизусть. Быстро перебирая ногами, он целенаправленно шел к какому-то зданию, которое сильно выделялось на фоне остальных: оно было огорожено забором, а перед воротами стоял неизвестный человек. По мере того, как Джисон приближался, лицо стоявшего становилось все мягче. — Хорошо прогулялись, госпожа? — Да, отлично, благодарю, Ынсок! Вот, целый букет насобирала. – Джисон протянул руки, в которых красовался букет полевых цветов. Но руки эти были непривычно тонкими и светлыми. Голос тоже прозвучал как-то чуждо. – Чхонми, отнеси цветы в мою комнату, хорошо? Я хочу увидеться с отцом, пока он не уехал. — Конечно, госпожа. В какую вазу поставить букет? — Хм-м… Давай в ту, которая из Китая? — Хорошо, госпожа, будет сделано. Женщина, которая, как оказалось, все это время шла позади Джисона, пошла направо, а он сам отправился налево, мимо многочисленных колонн, которыми был украшен главный вход. Двое стоявших по обе стороны от двери стража поклонились и одновременно распахнули перед ним тяжелые створки. — Отец? – он аккуратно постучал по деревянной перегородке, что отделяла главный зал от кабинета отца. — Джиён? Ты как раз вовремя, проходи. Хан обогнул символическое ограждение и присел перед седым, но статным мужчиной, что увлеченно выводил иероглифы на бумаге. — Ты снова уезжаешь. — немного обиженно проговорил незнакомый голос. — Надолго в этот раз? — На самом деле, поездка моя немного откладывается. — старик был явно чем-то недоволен. Хан немного напрягся. — О? Так это же хорошо? — К сожалению, дочь моя, обстоятельства, вынудившие меня отложить поездку, не самые лучшие. Стало еще больше не по себе. “Он ни разу даже не посмотрел на меня”. – пронеслось в голове. “Что-то явно расстроило его, но что? Не может же быть, что… Нет, невозможно. Он не мог узнать”. — Отец? Что произошло? — аккуратно попытался выяснить голос. — Мне кажется, Сон Джиён, ты отлично знаешь, что произошло. “О нет. Он использовал полное имя. Что-то точно не так!” Тело начала бить мелкая дрожь. Старик вдруг поднял на него глаза, и там не томилось простое недовольство – там горела ненависть. “Что за…?” — Как ты могла, дочь моя? Как ты могла так подвести своего отца? Так опозорить его? Объясни мне, ибо я не в силах понять твоего предательства. — Отец, о чем ты говоришь..? — Джисон начал постепенно отползать куда-то ближе к выходу, но отец поднялся на ноги и начал подходить все ближе. — Не надо этих игр. Я все знаю. Мне рассказал стражник, который видел тебя в лесу с этим… отродьем. — он выплюнул эти слова, словно яд. — Так ты меня отблагодарила за все, что я для тебя сделал? Ты опозорила мое имя, Сон Джиён! “Нет-нет-нет, не может быть! Мы же были осторожны… Нас никто не должен был увидеть… Как это могло произойти?” — холодный пот окатил с ног до головы. — Отец, прошу, я могу объяснить… Но старик не стал ждать. Он схватил дочь за локоть и, не церемонясь, вывел ее на площадь перед их домом, где уже стояли несколько деревенских, как будто бы чего-то ожидая. — Отец..? — глаза бегали в поисках ответа и поддержки, но находили только усмешки и презрение со стороны стоявших. — Прости, но ты знаешь, что я не могу рисковать своим положением. Эти люди,— он указал пальцем в сторону деревни. — надеются на меня. Я не имею права их подвести. — Что? Отец?? Куда они меня ведут? Что происходит??? — легкие нотки нарастающей истерики начали проскакивать в голосе, когда отец передал ее в руки стоявших во дворе. — Прощай, дочь. Мне очень жаль, что ты повелась на чары этого монстра. Джиён начала вырываться, но чужие руки крепко удерживали ее на месте. — Пожалуйста, отпустите меня! Прошу! Я не сделала ничего… — Как же, не сделала! — Вы посмотрите на нее, а! – раздавалось со всех сторон. — А с демоном якшаться, это нормально по-твоему, да? “Ушам не верю. Откуда эти люди знают про нас? Да, все деревенские прекрасно осведомлены о природе Мина, ведь они часто обращались к нему за помощью, приносили подаяния… Уважали его. Или это был лишь страх? В любом случае, я не понимаю, как они узнали про нас?? Мы всегда так тщательно скрывались от посторонних глаз. Неужели кто-то проследил за мной, а я и не заметила? Но зачем?” Тем временем Джиён уже притащили на главную площадь и грубо толкнули на землю. Пока она пыталась немного оклематься от такого неприятного пути, ей в спину прилетел камень. Затем еще один. Затем еще, но этот попал в плечо. А потом еще один, и еще, и вот камни уже начали лететь со всех сторон. Она торопливо прикрыла голову после того, как кто-то попал ей прямо в затылок. — За что?? — рыдания сотрясали ее тело. Она искренне не понимала, за что они с ней так. “Это ведь те же самые люди, которые вчера мне улыбались и благодарили за еду, которую я втихую приносила им и их детям? И это их благодарность? В чем моя вина? В том, что полюбила?” Кое-как собрав все силы, Джиён встала, и, чуть пошатываясь, побрела прочь. В спину ей продолжали лететь камни, оставляя кровоподтеки по всему телу и изредка попадая по голове. В очередной раз потрогав затылок, она обнаружила на пальцах кровь. — О боги… Что же мне делать? — слезы бесконечным потоком лились из глаз, размывая дорогу. Но ей не нужно было видеть; она знала этот путь наизусть. Ноги сами несли ее на окраину деревни, в хижину Минхо. Она знала, что там будет в безопасности. Уже на подходе к двери она остановилась на минутку, чтобы перевести дух, и толкнула дверь внутрь. Та, разумеется, была не заперта. Внутри, прямо посередине хижины, лежал Минхо. Связанный, с какой-то тряпкой во рту. Когда он увидел Джиён, то наконец все понял и тут же начал барахтаться, пытаясь выбраться, и что-то мычать. Но это было бесполезно, ведь люди, что сейчас притаились по обе стороны от двери, сплели веревки из зверобоя – единственного растения, способного сдерживать его силы. Пульгасари не мог выбраться из этих пут; они стали для него ловушкой. — Что..? — тут же из ниоткуда кто-то схватил Джиён и закрыл ей рот, а перед ней появился… один из стражников отца. — Ын…сок? — Раз я не могу с тобой быть, то никто не сможет. — с этими словами он вонзил кинжал точно ей в живот. Резкая боль пронзила все тело, и Джиён, согнулась пополам, хватаясь за рану, из которой уже хлестала кровь. Минхо взвыл, и двое посторонних с усмешкой посмотрели на него. — Ну что, можем возвращаться? — спросил второй. — Ага. — ответил Ынсок. — Думаю, с этими уже все понятно. Пусть он смотрит, как она умирает. Может ли месть быть слаще? — он рассмеялся, покидая хижину демона. Минхо не переставал выть. Он пытался выпутаться, но все было бестолку. — М-Мин? — тихо произнесла Джиён и посмотрела на того, кого выбрало ее сердце. Демон замотал головой, отказываясь принимать происходящее. Он кое-как смог подползти поближе к двери, где вокруг девушки уже образовалась лужа. Она взглянула на него с бесконечной нежностью в глазах, а затем, превозмогая боль, поднялась и достала охотничий нож из его куртки, что висела при входе. Этот маневр стоил ей последних сил, и она рухнула на пол. Джиён погладила Минхо по щеке, а затем аккуратно перерезала веревку, высвобождая его из ловушки. Он тут же выпутался из оставшихся петель, что стягивали его, и вытащил тряпку, которая не давала ему говорить. Он опустился к своей любимой, укладывая ее голову себе на колени, не переставая всхлипывать. — Нет… Джи, пожалуйста, не уходи… Не оставляй меня одного… — Прости… меня. — изо рта вылилось немного крови, и Минхо зажмурил глаза, не в силах смотреть на ее муки. — Возможно, наше время еще не настало… Пообещай мне, что найдешь меня снова. — Джиён, пожалуйста, прошу тебя… Прошу, живи!! — Минхо… я… люблю тебя. — на губах девушки застыла легкая улыбка, но она быстро сменилась пустым выражением лица. — Нет! Нет!! Джиён?? Очнись!! Слышишь? Вернись ко мне, пожалуйста! — он изо всех сил прижимал безжизненное тело к груди. По лесу пронесся отчаянный вопль демона, у которого отобрали его единственную любовь. Хан резко открыл глаза, хватаясь за живот. Попытки отдышаться и понять, где он вообще и что происходит успехом не увенчались. Перед внутренним взором все еще было искаженное страданием и болью лицо Минхо, что нависло над ним. Как из пещеры его позвал тихий голос: — Джисон? Джисон, ты как? На этот раз мир начал собираться по частям, и Хан увидел очертания знакомой комнаты. — Джисо-он? Ответишь мне? — снова чей-то голос. — Ч-что? – он попытался найти его источник. Какой-то человек с озабоченным выражением лица сидел у кровати с тлеющей палочкой в руке. — Ты как? — Я… Как вы меня назвали? — А, черт! Неужели снова не угадал с дозировкой? — в памяти всплыл давний эпизод, когда на одном сеансе регрессии он чуть-чуть ошибся с количеством беладонны, и человеку напрочь отшибло память о своей нынешней жизни. Глаза Джисона стали постепенно проясняться. — Шихо? Что… как все прошло? — О, ты узнаешь меня? Слава Богам!! Я так испугался… Ну, судя по всему, все прошло успешно. Ты помнишь, что ты видел? — Смутно. Скорее образы и ощущения. Живот как-то странно болит, вот тут. — он указал на место, на которое пришелся удар клинком. Хан поднял футболку, чтобы проверить, но там все было в порядке: он увидел лишь родимое пятно, которое было с ним с самого его рождения. — Ничего, это нормально. Образы должны улечься в ближайшее время, и останется лишь каркас из воспоминаний, но все чувства обязательно уйдут. Пойдем на кухню, я заварю тебе чай. Он ускорит процесс исцеления. — Исцеления? От чего? — Ну, опыт прошлой жизни иногда может быть… довольно травмирующим. Простая мера предосторожности. — Хорошо, как скажешь. А который час? — Джисон глянул в окно, но там уже было темно. — Думаю, около девяти. — Минхо еще не вернулся? — Пока нет. Но он скоро будет. Он недавно написал мне, что уже едет обратно. — Ох, слава Богу! А то я очень переживаю. — С ним все будет в порядке. Давай-ка лучше о тебе сейчас позаботимся. Хан согласно кивнул и поднялся с постели, укутываясь в плед. Тело все еще била мелкая дрожь. После небольшого чаепития с печеньем он все же решил выйти из дома и немного прогуляться. Шанс вот так вот побродить на природе выпадал не часто, поэтому захотелось воспользоваться моментом. Погода была чудесная. Ночь уже опустилась на землю, в воздухе витала свежесть после дождя. Джисон вдохнул полной грудью, наполняя легкие лесным воздухом. Тут и там горели звезды, а луна слегка освещала двор своим серебряным сиянием. — Как же хорошо. — он прикрыл глаза, делая еще один глубокий вдох. — Джисон? Взволнованный голос Минхо заставил Хана открыть глаза. Демон стоял перед входом в хижину, но не решался подходить ближе. — Все хорошо, я в норме. Шихо мне рассказал. — Слава Богам! Я так испугался! — он тут же кинулся к нему, крепко прижимая Хана к себе. Тот немного растерялся, но вскоре тоже обнял Минхо в ответ. — А куда ты уходил? — не разжимая рук, спросил Джисон. — Я… ну, как тебе сказать… — Минхо задумался, как бы сообщить Хану обо всем, при этом умалчивая обо… всем. “Мда. Ситуация патовая. И как я могу рассказать, что ему грозит смерть? Как о таком вообще говорят? Стоит ли упоминать лиса, или просто наплести чего-нибудь? Нет, не хочу врать ему. Но и правду говорить тоже не хочу…” — Минхо никак не мог принять решение. — Минхо? — Хан отстранился, как-то странно на него поглядывая. Кажется, его молчание чуть затянулось. — Что успел рассказать тебе Шихо? — прощупать почву оказалось, пожалуй, лучшим, что можно было сделать сейчас. — Ну… наверное, все? Кроме того, куда ты уезжал. — А, даже так… ну, если и правда все, то… я уезжал, чтобы найти выход. — он легонько провел пальцами по щеке Хана, внимательно вглядываясь в его глаза. — Я не прощу себе, если с тобой что-то случится. Я… не смогу пережить этого. Хан видел, что во взгляде Минхо было что-то, что на вряд ли можно найти у человека, с которым ты виделся лишь несколько раз. Да, он сразу понял, что, возможно, он понравился Минхо, но чтобы настолько сильно и так быстро? Видимо, все, что он увидел в своей прошлой жизни, было правдой. Хотя это и выглядело полным бредом, но ведь и демоны еще месяц назад были для него лишь сказками? — Минхо? — М-м? — Я все видел. Брови Минхо поползли к переносице. —Я видел прошлое. Наше прошлое. — Что? Как? Когда ты… — Успокойся. Я попросил Шихо мне показать. Я уже думал об этом, а тут такая возможность… в общем, да. Я теперь все знаю. И я тоже не хочу тебя оставлять. Снова. — Хан отвел глаза куда-то в лес, вспоминая все то, что ему пришлось пережить несколько сотен лет назад. — Ты смог что-нибудь узнать? — Пока, к сожалению, ничего конкретного. Но, надеюсь, узнаю со дня на день. Пока что мы попробуем поднять все связи Шихо. Может, кто-то сможет подсказать. Ты, главное, не отчаивайся, хорошо? Джисон улыбнулся обеспокоенному голосу Минхо. — Конечно. Слушай, у меня к тебе одна просьба есть, если тебе несложно. — Конечно! Что угодно. — Мы можем забыть обо всех этих ужасах и просто хорошо провести этот вечер? Не думая ни о каких лисах, похищениях и смерти. Просто мы вдвоем, в гостях у твоего друга. Можно? — О, ну конечно! Я с огромным удовольствием, мышонок. Чем хочешь заняться? — Не знаю, может, просто поболтаем, выпьем чего-нибудь, фильм посмотрим? Если у Шихо есть настолки, можем поиграть. Не знаю, правда, захочет ли он к нам присоединиться… — У него не будет выбора! — рассмеялся Минхо. — Все сделаем. Еще пожелания будут? — Пока что это все. Может еще появятся, не знаю. — улыбнулся Джисон. — Ну, хорошо. Тогда пойдем внутрь? — Посмотрим на звезды? — тут же вспомнил Хан одно из своих давних желаний – поизучать ночное небо с тем, кто дорог его сердцу. — Сейчас? Или попозже выйдем? — М-м, наверное, потом и правда будет лучше. Ладно, пойдем внутрь тогда. Там Шихо опять что-то готовит. — Надеюсь, и для меня что-нибудь найдется. Я немного проголодался. — Что, моих кошмаров тебе не хватило? — Учитывая то, что мне сегодня пришлось пережить, все ушло туда. — пожал плечами Ли и открыл Хану дверь, галантно пропуская его внутрь. Тот немного виновато закусил губу и прошел прямиком на кухню. — Ну что, детки, какие планы? — весело спросил Шихо. — Пиво и настолки. Или пиво и фильм. Ты с нами, кстати. — Минхо деловито присел за стол. Хан уместился на соседнем стуле. — А, даже так. А если я не хочу пиво? — Критикуешь – предлагай. — Ну, у меня есть пара бутылок отличного вина. Пива, кстати, в любом случае нет, так что не знаю, что вы там уже собрались пить. А для тебя, мой демонический друг, у меня завалялось несколько старинных монеток, тебе понравится. И не надо смотреть на меня щенячьими глазами. Я знаю, что ты оголодал. — Ну что за чудесный человек! — Минхо радостно глянул на Джисона. — Вот как его можно не любить? — Да, он отличный, хоть я и совсем чуть-чуть успел его узнать. — согласно закивал Хан. — Так что, ты с нами? — с надеждой обратился он к Шихо. — Минхо мне вариантов не дал, так что, конечно, я с вами! Как будто бы я мог отказаться, ей-богу. Настолок нет, есть только карты и несколько фильмов на дисках. — Ой, а можно я фильм выберу, пожа-алуйста? — взмолился Хан. Минхо и Шихо пожали плечами. — Давай. Они все во-он там лежат. — шаман указал на тумбу в гостиной, и Хан тут же полетел к ней. Пока он выбирал фильм, два друга решили немного поболтать о насущном. — Ну что, выяснил что-нибудь? Куда ты, кстати, ездил? — шепотом спросил Шихо. — В редакцию, где Хан работает. Я встречался с лисом. — также шепотом ответил Ли. — Ты что?? С ума сдурел? Ой, балда-а-а… Так, ладно, а дальше? — Я предложил ему сделку. Жизнь Джисона в обмен на его собственную. Шихо посмотрел на друга в полном непонимании. Они так старались их скрыть от кумихо, а этот демон сам отправился в его лапы! — В общем, он сказал, что… вариантов безопасно извлечь бусину из человека нет. Меня такой вариант, естественно, не устроил, и после второго раунда переговоров он сказал, что ему надо с кем-то проконсультироваться. Я оставил ему свой номер. — То есть ты собираешься сидеть и ждать звонка от этого лиса, я правильно понимаю? — Он уверил меня, что не сможет уехать из города из-за бусины. Она его как-то удерживает, видимо. Не знаю, возможно, связь хозяина с бусиной намного глубже, чем нам казалось… К тому же, найти решение этой проблемы и в его интересах, Шихо. Он испугался того, что его ждет, если Хан все-таки… умрет. Шихо не совсем понимал, как реагировать. Взрослый пульгасари нескольких сотен лет от роду, а ведет себя как мальчишка-несмышленыш. — М-да-а, и что же мне с вами делать? – он облокотился на собственный кулак и тяжело вздохнул. — Любить и кормить вовремя? — с надеждой спросил Минхо, все еще ожидая свои обещанные монетки. — А если серьезно, то я надеялся, что мы сможем немного покопаться в твоих источниках и связях… — Ну, вообще-то, я уже и так достаточно в них покопался. Хотя, возможно, в книгах, что мне передали, мы сможем найти что-нибудь еще. Это не точно, но шансы есть. — Шихо встал и направился к одному из ящиков ближе к окну. Оттуда он достал небольшой тканевый мешочек и кинул его Минхо. — Приятного аппетита! — Спасибо-спасибо-спасибо! — он тут же высыпал монетки на стол и принялся с хрустом их поглощать. — Боги, это потрясающе! Где ты их достал? — Могут у меня быть свои тайны? А то вам все расскажи да покажи. Ешь давай, пока я добрый, а то как отберу все! — он притворно дернулся к столу, но Минхо тут же защитил свой ужин, обеими руками прикрыв монеты. — Джисон, ну что там? Выбрал? — крикнул он в гостиную. — Да! Будем смотреть Годзиллу! — он залетел на кухню в полном восторге от того, что откопал эту жемчужину в довольно скудной коллекции Шихо. — Что ж… Ящеры – так ящеры. Я схожу за вином, а вы пока настраивайте тут все. — А почему именно Годзилла? — спросил Ли, пока пытался разобраться, как все эти провода подключаются. Их тут было явно больше, чем нужно. Как же он отвык от всех этих технологий! Особенно тех, что уже остались в прошлом. — Ну, во-первых, это было лучшее из того, что оказалось в наличии. А во-вторых, у меня очень теплые воспоминания с этим фильмом. Когда мне было года четыре, мы смотрели его вместе с дедушкой. Я очень боялся, а потому большую часть фильма смотрел из-под его руки. Но мне все равно нравилось. — Джисон тепло улыбнулся воспоминаниям из детства. — Ого! Мило. Так, а я, кажется, разобрался с проводами. Где пульт? — Держи! — он уже держал его наготове. — Момент истины. Оба задержали дыхание в ожидании. Когда вместо темного экрана появилась картинка и начали доноситься звуки, оба дружно выдохнули в облегчении. Фильму все же быть. Вскоре Шихо вернулся из сарая с двумя бутылками вина и поставил их на столик перед телевизором. — Бокалы сам неси, я умотался. — обратился он к Минхо, плюхаясь на диван. Тот закатил глаза, но послушно пошел на кухню и принес три бокала и штопор. — Налить? — спросил Минхо. — Ну, разумеется! — Шихо уже успел закутаться в плед, а Хан сидел на полу и рассматривал узоры на ковре. — Вот так компания, ничего не скажешь… — на его ворчание никто даже не обратил внимание. Все ждали вино. Наконец все было готово, и Хан нажал play, делая осторожный глоток. — Господь! Вино отличное, Шихо! — он повернулся к шаману с огромными от удивления глазами. — Для друзей ничего не жалко. — подмигнули ему в ответ.

***

Деревня Сокчан, тем же вечером Ехать сюда в планы Чонина совсем не входило. Последний раз, когда он здесь был двадцать лет назад, его обозвали позором всего их вида и велели как можно скорее отрастить себе хотя бы пару хвостов. Он до сих пор злился на своего дядю, который позволил себе такие высказывания в его сторону. Мог бы просто промолчать, но нет! Надо было ему опозорить его перед всем семейством. “Не верится, что я снова еду к ним! После того, как меня практически вынудили уехать. Чертов пульгасари со своими угрозами… Зачем я вообще выбрал этого дурацкого Хана себе в жертвы? Черт!! Если бы я только знал, к чему это приведет, то даже не взглянул бы на него! Еще и бусину ему отдал, ну какой же дурак!” — размышлял Чонин, пока ехал. Уже на подъезде к деревне он остановился у обочины и упал головой на руль, еще раз взвешивая все “за” и “против”: узнать информацию, чтобы спасти свою шкурку против вредных родственников, которые готовы его с потрохами съесть. Бонус сего мероприятия – он сможет увидеть маму. Они уже давно не общались нормально, и Ян вдруг понял, насколько соскучился. — Ладно, была ни была! — и он заехал в деревню, в которой родился семьдесят лет назад. Время для лисов идет по-другому, и для их вида он был еще совсем малыш. Его родители очень хотели ребенка, и появление Чонина в их семье стало большой радостью, особенно учитывая тот факт, что дети у кумихо рождаются не очень часто. Возможно, именно поэтому его так сильно все баловали и именно поэтому он вырос таким, каким вырос: крайне самоуверенным, немного ленивым и привыкшим, что все от него в восторге. Воспоминания, что он так старался отгонять все эти годы, моментально нахлынули, стоило ему въехать в деревню. Конечно, время оставило свой след и здесь, но он по-прежнему узнавал дома, улицы, и даже некоторых прохожих. Судя по состоянию зданий и дорог, это место сейчас не в самом лучшем положении. — М-да-а… И почему мама до сих пор здесь живет? У нее было столько шансов переехать, а она выбирает оставаться в этой дыре. Не понимаю… Финальный поворот – и вот он, его родной дом. Краска на воротах сильно пооблупилась, вместо цветов по периметру росли одни сорняки. Жалкое зрелище. “Так… мама бы мне сообщила, если бы уехала, ведь так? Очень странно…” — он неуверенно толкнул дверь ворот, и она со скрипом распахнулась. Внутри было явно симпатичнее, чем снаружи, и его это немного успокоило. — Мам! Мам, ты тут? Это я! — кричал он, одновременно стуча в дверь дома. — Да тут я, тут! Тихо ты! — из-за угла вышла высокая женщина средних лет с копной таких же огненно-рыжих волос, что были у самого Чонина. — Ты чего разорался? Женщина мягко улыбнулась и подошла поближе, заключая сына в объятия. Ян тут же обнял ее в ответ, понимая, как скучал по ее запаху. — Мам, а что у вас тут случилось? Все какое-то старое и странное… — Пойдем лучше в дом, там поговорим. Твой дядя ушел на охоту, поэтому сможем посидеть нормально. “Слава Богам! Как же вовремя я приехал. Надеюсь, мы вообще с ним не пересечемся”. Войдя в дом, он принялся разглядывать все вокруг. К его большой радости, здесь все осталось без изменений: та же мебель, те же шторы, те же картины, та же фотография отца у лестницы. Он легонько погладил ее, думая о том, как бы хотел и его здесь увидеть. Но нет, проклятые охотники отняли у него возможность увидеть отца еще раз много десятков лет назад, поэтому оставалось лишь смотреть на фотографию. Мама тем временем уже успела заварить его любимый чай. Запах, который так плотно ассоциировался с домом, настиг его прямо по пути на кухню. Он остановился и глубоко его вдохнул, крепко запечатывая этот момент в своей памяти. “Дом”. — Ну что, рассказывай, что тебя привело? Как я полагаю, это не потому, что ты соскучился? — мама сидела у окошка и пристально смотрела на сына. Конечно же, она все понимает. — На самом деле, да, кое-что случилось. Но, вообще-то, я еще и соскучился… — Да ладно тебе. Я просто рада, что ты приехал. Пусть и ненадолго. Так что там? — Мам, вот тебе уже – сколько? — больше пятисот лет. Ты всякого повидала. — мама кивнула, немного напрягаясь. Что же там произошло у ее сына? — А вот бывало так, что ты, или кто-то, кого ты знала, отдавали человеку бусину, но забирали ее не тогда, когда он умирал, а раньше? Возможно ли вообще такое? — Ян Чонин, что случилось? И давай без метафор и аналогий. Расскажи, как есть. Ему было немного неловко говорить об этом с мамой. Его ведь и выгнали изначально из-за его излишней сентиментальности, с которой ему пришлось бороться, чтобы выживать. И сейчас он как будто бы снова стал тем маленьким щенком, который не смог придушить соседскую курицу, и теперь ему прилетит от старших. Да, он уже давно не тот щенок. Он вырос, стал более дерзким и жестоким, как того требует жизнь, но совсем избавиться от него не получилось. — Ну, в общем, все было нормально, ты знаешь… Я все делал так, как ты учила. Втирался в доверие, затем подсаживал бусину, затем, когда приходило время, был рядом, чтобы забрать ее в момент смерти, и поедал печень… образцовый лис, так сказать. Но вот последний раз… Что-то пошло не так. Точнее, поначалу все было хорошо, но потом на пути каким-то образом появился пульгасари, и случилось так, что его, по-видимому, что-то связывает с моей последней жертвой. Я пока так и не понял, что, но связь довольно сильная. А, и у него есть друг-шаман… На последних словах мама прикрыла ладонью глаза, как если бы у нее начиналась головная боль. Она всегда так делала, когда Чонин нашкодил. Он прекрасно знал этот жест, а потому немного сжался, повинуясь давно забытой привычке. Спустя несколько долгих минут молчания мама открыла глаза и спросила: — Ты отдал бусину этому человеку, у которого связь с пульгасари, я правильно понимаю? — Да. — Эх, Ин-ни, как же так получилось… С ними лучше вообще не связываться, а этот еще и с шаманом на короткой ноге… Однако. Насколько я понимаю, проблема в том, что этот человек умирает, а пульгасари не хочет, чтобы он умирал, верно? — Да. Женщина снова задумалась. Она нечасто встречалась с демонами этого вида, ибо их изначально не так много в этом мире. Тем не менее, она хорошо осведомлена, что им дорогу лучше не переходить. — Что он тебе сказал? — В смысле? — Ну, вы говорили об этой ситуации? Или что у вас там вообще происходит? Я не очень понимаю… — А, ты об этом. Ну, на самом деле, я и сам не очень понимаю. Сначала они сбежали от меня куда-то, шаман их вроде как защищает, так что отследить через бусину я смог только половину их пути. Потом этот чудак сам приехал ко мне на работу, чтобы обсудить все. Сказал, что если Хан… тот человек умрет, то он устроит мне годы паранойи и бегства, а потом сожрет меня. — Ян смотрел в пол, не выпуская кружку остывшего чая из рук. — Плохо дело. Неважно. — мама уставилась в окно, перебирая в голове все возможные варианты действий. — Тебе не понравится то, что я скажу, но придется дождаться дядю. Мне кажется, он сможет что-то подсказать. — Ты уверена, что мы не справимся без него? Может, у друзей поспрашивать, или у бабушки с дедом? — Сынок, может, уже пора закопать топор войны? Тебе, наверное, кажется, что он тебя ненавидит, но на самом деле это не так. Он тоже тебя любит, как и все мы. Он тоже о тебе беспокоится и желает тебе самого лучшего. Поэтому он и сказал тогда то, что сказал… — Ой, вот только не надо его оправдывать! Можно было и по-другому выразиться, если он и правда хотел помочь. Зачем оскорблять-то? — Ну ты же знаешь, какой он… Лис старой закалки. —А мне-то что… Совсем без него никак? — Совсем. — мама пожала плечами, понимая, что им действительно не на кого больше рассчитывать. Ее брат был на несколько сотен лет старше, так что опыт у него явно богаче, да и знакомых побольше будет. — Так будет правильнее. — Ладно… Когда он возвращается? — Завтра вечером должен. Я постелю тебе в твоей комнате? — Хорошо. Спасибо, мам.

***

Хижина Шихо Когда фильм закончился, а вино было допито, Шихо торжественно объявил, что идет спать. Джисон и Минхо остались одни в гостиной. Тишина стала немного неловкой. — Так это… может, все же выйдем во двор? — с надеждой спросил Хан, намекая на просмотр ночного неба. — Конечно, давай! – оживился Минхо. – Прихвати, а то замерзнешь. — он протянул ему плед, в который до этого был завернут Шихо. Ли прекрасно знал, что шаман выбирает для себя только самое лучшее, так что Хану в нем будет комфортно. — Спасибо. — Джисон тут же укутался в мягкую ткань. Выйдя на улицу, они обнаружили целую россыпь звезд на темном полотне, а высоко в небе сияла луна, чей волшебный свет освещал все вокруг. — Вау… — вырвался благоговейный вздох у обоих сразу. — Я никогда не видел настолько чистого неба… — Джисон не мог отвести глаз от этой красоты. — А ты? — Ты забыл, что я застал времена, когда у человечества еще не было электричества? — усмехнулся Ли, также не сводя глаз с неба. — Раньше такие виды были нормой… Но ты прав, я тоже давно не видел так много звезд. Это удивительно. — Может, приляжем? — Хан неуверенно посмотрел на Минхо. Как он отреагирует? И сразу же добавил, как будто бы оправдываясь: – Так явно будет удобнее смотреть! — Давай, если не боишься заболеть. — Минхо улыбнулся. — Хотя, стой-ка… — и быстро убежал обратно в дом. Спустя пару минут свет в доме погас, а Ли вышел с одеялом в руках; он расстелил его примерно посередине небольшой лужайки перед хижиной, присел, оценивая обстановку, а затем похлопал по месту около себя, подзывая Хана. Тот вмиг оказался рядом, присаживаясь поближе к Минхо. — Прохладно… — как бы между делом прошептал он. Минхо без слов все понял и подсел ближе, заключая Хана в объятия со спины, а затем утянул его на землю, не разжимая рук. — Так лучше? — в голосе можно было услышать улыбку. — Намного… — слегка подрагивал голос Хана. “Как же хорошо, что сейчас темно! А то я бы со стыда сгорел. Наверняка щеки уже красные все”. — подумал он, ощущая на себе чужие руки. Джисон вдруг совершенно позабыл о звездах. Все его внимание сейчас было сосредоточено на руках Минхо, что так тепло его обнимали, и на его груди, что вздымалась от неровного дыхания, которое он чувствовал своей спиной. — Минхо? — М-м? — О чем ты сейчас думаешь? — О тебе. — незамедлительно ответил демон. — А ты? — О тебе. — Минхо чуть крепче сжал его в объятиях. — Знаешь, несмотря на все то, что происходит в последнее время, я очень рад, что встретил тебя. Я никогда не чувствовал себя так… — Как? Джисон почувствовал теплое дыхание у себя на щеке. По коже тут же побежали мурашки. — Вот… так. Ты заставляешь меня чувствовать какие-то неведомые вещи. Свою нужность. А это дорогого стоит. — Но ведь это правда. Ты мне нужен, Хан Джисон. Очень нужен. И я тебя ни за что не отпущу, слышишь? Хан повернулся к Минхо. Заглянул ему в глаза. Протянул руку, чтобы погладить его лицо. Провел пальцами вдоль линии роста волос, мягко коснулся уха, спустился к шее, не отводя взгляда от глаз напротив. — Ли Мин-Хо. — по слогам произнес Хан так тихо, будто боялся спугнуть, как оленя на охоте. — Поцелуй меня. Минхо тут же скользнул рукой вверх по спине Джисона к самой шее, притягивая его к себе поближе, и впился губами в губы напротив так отчаянно, словно только и ждал этой просьбы. Внезапно стало очень жарко. Дыхания начало не хватать, но сил оторваться не было ни у одного, ни у другого. В какой-то момент Минхо навис на Ханом, все еще придерживая его рукой за шею, а другой прижимая его к себе за талию. Руки Джисона бродили вдоль тела Минхо, изучая каждую мышцу под тонким слоем одежды. — Тебе… не холодно? — участливо спросил Хан, пытаясь перевести дыхание. — Нет… Я практически не ощущая перепадов температур. А тебе? Может, лучше вернемся в дом? — Нет, не надо. Я хочу… продолжить здесь. Ты не против? — Ты хочешь… продолжить? Что ты… А-а-а! — не успел он закончить вопрос, как тут же последовал ответ: Хан взял руку Минхо со своей талии и положил на выпирающий из штанов бугорок. — Ты не против? — тихо спросил он. — Ты уверен? Хан кивнул, и Минхо кивнул следом. Он снова припал к губам напротив, но в этот раз поцелуй был пропитан нежностью, участием, заботой… От такого наплыва чувств у Джисона выступили слезы на глазах, и Ли, сразу это почувствовав, в волнении отстранился. — Джи? Все нормально? — Да, да, конечно. Я просто… Минхо, кажется, я люблю тебя. Минхо вытер мокрые дорожки с чужого лица, улыбаясь. — И я люблю тебя. — Пожалуйста, продолжай. — Хан начал извиваться, подавая ему недвусмысленные сигналы, и Минхо полностью опустился, вжимаясь в разгоряченное тело под ним. С их губ почти одновременно сорвался тихий стон, и Хан, притянув Минхо к себе за шею, поцеловал его так развязно, что у демона не осталось никакого контроля над собой.

***

Деревня Сокчан, следующий вечер Ян Джиук возвращался привычной дорогой с охоты. Сегодня улов был что надо: в его багажнике лежало три человека, которых, судя по виду и образу их жизни, искать никто не будет. А тот факт, что их было аж трое, говорил о том, что об охоте можно будет забыть на месяц-другой; им с сестрой должно с головой хватить этого. Уже подъезжая к дому, он заметил ярко-красную — и явно дорогую — машину у самых ворот. — Что за…? Кого это принесло? — совершенно позабыв о еде в багажнике, он побежал домой, чтобы удостовериться, что сестра в порядке. После того случая с Канмином, ее мужем, Джиук стал сильно параноить и везде видел опасность. Что логично, ведь впервые за его восемьсот с лишним лет охотники подобрались к нему настолько близко. — Джису! Джису!! Ты дома? — Мы на кухне! — донесся слегка настороженный голос сестры. — Мы..? — Джиук в смятении отправился на кухню, совершенно не ожидая увидеть там своего блудного племянника. — Ян Чонин. Ты вернулся. — он строго посмотрел на сидевшего на стуле парня. Тот старался избегать взгляда дяди, но надолго его не хватило, и пришлось все же поднять глаза. — Дядя. Здравствуй. — он встал и сделал небольшой поклон в знак уважения, что стоило ему неимоверных усилий. — Рад тебя видеть. — эти слова Джиук произнес с трудом, но он знал, что они будут самыми правильными в данный момент. Он прекрасно понимал, что сказанное им много лет назад в порыве эмоций очень задело Чонина, но извиняться было не в его правилах. Однако сейчас он и правда был рад видеть своего любимого племянника. Ему хотелось восстановить с ним ту связь, что была между ними до того инцидента на их совместной охоте. — Взаимно. — Чонин снова отвел глаза и присел обратно, помешивая сахар, уже давно растворившийся в кофе. — Что привело тебя к нам? — спросил Джиук, тоже наливая себе в кружку ароматный напиток. Чонин молчал, поэтому его мама решила немного помочь этим двоим выстроить между собой мостик. — У Ин-ни сложилась немного необычная ситуация. Думаю, тебе будет интересно послушать. Но ты должен кое-что пообещать. — И что же? — он сразу напрягся. — Не осуждать и не читать нотаций. В такой ситуации мог оказаться любой, но, к сожалению, не повезло именно ему. — Мам! — недовольно пискнул Чонин. — Ладно, ладно. Обещаю без осуждений и нотаций. — начало было многообещающим. — Так что там у тебя? Только давай сам, ладно? — Хорошо. — буркнул младший. — В общем, так получилось, что мне нужно достать бусину из человека, но так, чтобы он не умер при этом, иначе пульгасари меня съест… У него друг — шаман, поэтому сбежать не получится. А если и получится, то все, что мне светит – это жить в вечных бегах. Джиук ожидал чего угодно, но не этого. Как его племянник умудрился повстречать пульгасари? Они же такие редкие здесь! Он сам-то их видел от силы пару раз за всю жизнь. Мальцу еще и ста лет не было, а он уже умудрился вляпаться в то, что другим лисам только снится! — Ну даешь, племянничек. Озадачил ты меня, конечно. — он ненадолго задумался. — Так, ладно. В каком состоянии сейчас человек? — Я не чувствую, потому что они его как-то скрыли от меня. У меня нет никакой информации о нем, но, судя по тому, что пульгасари сам нашел меня в тот же день, как они сбежали, там случилось что-то, что заставило его всерьез испугаться. — Понятно. Что ж. Не знаю, хорошо это или плохо, но чем дальше вы друг от друга — тем быстрее ему будет становиться хуже, это как пить дать. Если ему действительно стало хуже так резко, значит, они убрались достаточно далеко, и времени у нас не так много. — А как это связано? — Чонин в недоумении посмотрел на дядю. — Только не говори, что ты не знал об этом? Ащ, щенок еще совсем! — он небрежно махнул рукой в его сторону. Джиук уже готов было начать читать одну из своих лекций, но после сурового взгляда сестры стушевался и передумал. — Ладно, ладно. Я обещал. Но как-нибудь нам непременно надо будет обсудить все тонкости нашего бытия, хорошо? — Да, хорошо. — Чонин бы и с радостью, ведь ему пришлось уехать до того, как его обучение полностью завершилось. Было в их природе еще много того, о чем он даже не подозревал. — Дай мне подумать немного. Наверное, придется посоветоваться с парочкой лисов для начала. Они могут что-то знать. Если нет, то придется обращаться к своему шаману. Мы не сильно большие друзья, но за ней должок, так что не отвертится. — Хорошо. Спасибо за помощь. — Да подожди ты благодарить, рано еще. Вот спасем твою юную шкурку от пульгасари, тогда и поговорим. А сейчас лучше расскажи, как ты вообще. — Тебе… правда интересно? — Ян явно удивился такому повороту. — Ну, конечно. Что за вопросы такие? Ты же мой племянник. Я… соскучился по тебе, вообще-то. — кажется, Джиук немного покраснел. Он не привык выражать свои чувства, но сейчас это было… уместно? — Я… я тоже скучал, дядя. – сдался Чонин. – Ну, если вкратце, то я много ездил по стране. Последний год крепко обосновался в Сеуле. Там довольно легко находить еду, и мне… — О, черт! Прости, пожалуйста, лисенок, я совсем забыл! — подскочил Джиук. – У меня ж как раз там три человека лежат в багажнике! Поможешь с ужином? И тогда обязательно все обсудим! За едой же явно веселее будет. Я достану то вино, которое бабушка нам недавно подарила. Все ждал подходящего случая, и вот он наконец подвернулся! Ну, что скажешь? Отпразднуем твой приезд? — он резко повеселел, и Чонин, поначалу немного обидевшийся на то, что его так бесцеремонно перебили, к концу этого воодушевляющего монолога и сам подхватил нотки дядиного веселья. “Вечер в семейном кругу спустя столько лет — мне это снится?” — Конечно, помогу. Веди! — Ян поднялся, и на лице у него появились ямочки от широкой улыбки, что мгновенно осветила его лицо. “Боги, как же давно я не видела его прекрасную улыбку! Спасибо за этот чудесный подарок. Видимо, и правда нет худа без добра”. — подумала Джису, любуясь своим любимым сыном. Кажется, в их доме снова поселится мир.

***

Хижина Шихо, в то же время — Я не понимаю! Почему везде, где есть информация о лисах, не пишут об особенностях их бусин?! Все слишком поверхностно! Неужели они настолько плохо изучены? — негодовал Минхо, захлопывая очередную книгу. За сегодняшний день он прочитал их больше, чем за последний год, и ни в одной не нашел ничего полезного. — О кумихо в принципе не так много информации существует, если уж на то пошло. То, что я узнал, было, в основном, от других шаманов, которым повезло (или не очень) столкнуться с ними также близко, как и тебе, поэтому есть хотя бы немного сведений об их природе. Иначе у нас бы вообще ничего не было. — Шихо тоже был не очень удовлетворен их сегодняшним рейдом на привезенные книги, но он изначально понимал, что их шансы невелики. Хан тихонько сидел в углу и не спеша перелистывал старую, дряхлую книжонку, которая чудом не рассыпалась у него в руках. Это оказался сборник зелий, и ему стало очень интересно, что же можно получить, просто сварганив какое-то пойло. Оказалось, достаточно много чего. Он внимательно вчитывался в каждый заголовок, изучал ингредиенты, как будто и вправду собирался что-то готовить. — Ого, хвост хамелеона? И такое бывает… Ой, а что это? Его взгляд зацепился за зелье под интригующим названием “Эликсир бессмертия”. В ингредиентах, как и ожидалось, было что-то немыслимое: цветки сумеречной фиалки, собранные на рассвете, родниковая вода, настоявшаяся под луной в течении всего ее двадцати восьми дневного цикла, восемь капель сосновой живицы, печень лисы, умершей естественной смертью, и щупальце бессмертной медузы. — М-да-а, вот это наборчик, конечно. У кого-то будет хотя бы часть этого безумного списка? Так, и что же оно делает? Посмотрим… О, вот оно: зелье позволяет выпившему его человеку… вернуться из мертвых??? Стоп-ка. Еще раз. “Человек, выпивший зелье, и умерший не своей смертью, будет способен вернуться к жизни”. В заметках приписано, что выпивший обязательно должен быть человеком, а также, что второй раз зелье уже будет бесполезным. То есть, получается, один человек может избежать смерти только один раз. Любопытно. Хан глубоко задумался. Это звучало, как его единственный вариант выжить. Но каковы шансы, что это реально? Это книга, судя по ее виду, еще со времен Чосона. Но, с другой стороны, есть ли у него другие варианты? Судя по тому, что он весь день слышал из разговоров Минхо и Шихо, они так и не смогли ничего найти. Чонин на связь пока тоже не выходил. Это зелье — все что у них есть на данный момент. “Наверное, стоит показать его Шихо? Может, он сможет как-то понять, есть ли вообще надежда, что это может сработать? Не знаю даже. Стоит ли надеяться на волшебный выход из положения? Хотя, сюда меня завела именно магия, а потому и выход наверняка должен быть магическим, разве нет?” — размышлял Джисон, смотря в окно и все также не выпуская книгу из рук. — Ладно, что я теряю? Шихо! Я, возможно, нашел что-то. — он направился в сторону шамана, который уже стоял на кухне и снова что-то готовил. Минхо все еще сидел за книгами на диване, но, когда услышал Джисона, тут же подорвался и пошел за ним. — Что там у тебя? — заинтригованный, Шихо ненадолго оторвался от готовки. — Не знаю, насколько это вообще реально, но… вот. — Так-так-так… Хм, интересно. Я и книгу-то такую не видел никогда. — он внимательно рассматривал обложку. — Где ты ее откопал? — Ну, в той коробке, что стояла у шкафа. Вы с Минхо как раз взяли себе книги оттуда, а когда я подошел, она там сбоку лежала. — Что там? Покажи! — Минхо встал за спиной у шамана и требовал показать ему то, о чем говорил Хан. — Вот тут, смотри. — он открыл книгу на нужной странице, и Ли принялся изучать написанное. — Это правда? — с надеждой спросил он. — Не знаю, если честно, я первый раз такие рецепты вижу. А эти ингредиенты… у меня из всего списка дай боже парочка найдется. — Так… значит, не вариант? — немного разочарованно спросил Джисон. Он ведь и правда на секунду поверил в свою удачу. — Не знаю даже, что тебе сказать. Прости. Мне нужно будет проконсультироваться со своими коллегами по цеху, для начала. Завтра этим и займусь. А вы пока продолжайте изучать книги, ладно? У нас еще целая коробка осталась. — Хорошо. Спасибо, Шихо. — Хан был очень благодарен ему за помощь. А, вообще, последние пару дней он был благодарен всем, кто за всю его жизнь был хоть как-то добр к нему. Когда смерть замаячила на горизонте, восприятие жизни и людей вокруг совершенно изменилось. Он внезапно понял, что все те проблемы, которые не давали ему покоя, на самом-то деле даже и проблемами не назовешь. Так, мелкие неприятности… “И почему я только сейчас это понял? Столько времени потерял… Обидно до жути”. — Должен будешь. — подмигнул ему шаман. Хан грустно улыбнулся. “Ага, если выживу… что, судя по всему, крайне маловероятно”. — Так, поздновато уже. Я, наверное, на боковую, а то завтра далеко ехать надо будет. Хочу пораньше встать. Вы тут сами разберетесь? — Шихо выключил плиту и накрыл крышкой какое-то варево. — Хан, можешь поесть, если что. — А, хорошо. Спасибо большое. Доброй ночи. — И вам. Сильно не шалите! Щеки обоих тут же покрылись румянцем из-за воспоминаний о прошлой ночи. “До сих пор ощущаю фантомные прикосновения Минхо на коже… это было что-то совершенно невероятное. Никогда такого не испытывал. Интересно, а ему каково было? Есть ли у него с чем сравнить?..” — мысли свернули куда-то не туда, и радость быстро сменилась грустью. — Ты чего, любовь моя? — Хан даже не заметил, как демон подкрался к нему сзади, обнял руками за талию и положил свой подбородок ему на плечо. — А, да так, задумался… — он нежно провел пальцами по рукам Минхо. — Судя по выражению твоего лица, это не что-то веселое. — Прости. Я много думаю в последнее время. — Все в порядке. — он повернул Джисона к себе лицом и заглянул ему в глаза. — Ты молодец. Правда. Отлично держишься. Продолжай в том же духе, ладно? Мне нужно, чтоб ты не терял надежду. Пообещаешь мне? — Обещаю. — они сцепились мизинчиками и “скрепили” сделку привычным жестом больших пальцев. — Чем сегодня хочешь заняться? Или сразу в кровать? — уточнил Минхо с лукавой улыбкой. Хан покраснел и шлепнул его по плечу. — А что такого? Вдруг ты устал и хочешь спать? А ты о чем подумал, а-а? — засмеялся Ли, довольный своей маленькой шалостью. — Минхо! Перестань. Я до сих пор отхожу от вчерашнего. — он неловко отвел глаза в сторону. — Правда? А тебе… понравилось? — с нотками волнения в голосе спросил Минхо. — Шутишь? Конечно! Это было потрясающе, правда. Самая удивительная ночь в моей жизни… — В моей тоже. — Слушай, а ты… я хотел спросить… — заикаясь, начал Джисон. Как о таком вообще спрашивать? Но любопытство оказалось сильнее. — А у тебя, ну, есть с чем сравнить? — Что? В смысле, был ли у меня кто-то до тебя? — волнение сменилось весельем от того, как неловко сейчас было Хану. Это было очень мило. — Типа того. Минхо взял его за руку, притянул к губам и оставил на запястье легкий поцелуй. — Джи, ты у меня первый и единственный. — Ч-что? То есть, у нас даже в прошлой жизни, ну, не было ничего? — он не верил своим ушам. — Нет. Тогда все было совсем по-другому, и мы не успели даже обручиться, что уж говорить об… этом. Но я не жалею ни о чем. Каждая секунда ожидания стоила того. — в его глазах словно зажигались звезды, когда он смотрел на Джисона вот так. Беспрекословная преданность. Полное смирение. Абсолютное принятие. — Боже, я даже не мог предположить, что такие чувства реально существуют. — Джисон смотрел в бездонные глаза напротив и понимал, что теперь в них сосредоточен весь его мир. “Кажется, настоящую любовь все же можно вычеркивать из списка того, что не успел”. Он обвил руками шею Минхо и притянул его к себе. — Отвечая на твой вопрос. Сегодня я бы хотел заняться тобой. — он слегка прикоснулся губами к кончику носа напротив, а затем нежно накрыл чужие губы своими. Руки Минхо тут же нашли место на его талии. — Кто я такой, чтобы противиться твоей воле? — он ловко подхватил Хана на руки и понес в их комнату.

***

Когда Джисон проснулся, Минхо все еще мерно посапывал, а Шихо уже успел уехать. Впервые дом был полностью в его распоряжении. На кухне он первым делом открыл окно: свежий запах леса и утренние трели птиц тут же задали отличный тон этому дню. “Как же хорошо за городом, кто бы знал? Тишина, благодать, и никто не беспокоит вечными звонками и дедлайнами! О, черт! Моя статья!! Я совсем про нее забыл в этой суматохе. Хотя, имеет ли вообще что-то смысл теперь? Если мне все же суждено умереть… статье не выйти в свет. Никто так и не узнает, что произошло с теми людьми. Сестра Сынмина всю жизнь будет мучиться в догадках, что же стало с ее подругой. А ведь все пропавшие были чьими-то детьми, сестрами и братьями, дядями и тетями… неужели все так и закончится, и виновник не просто останется безнаказанным, а продолжит совершать свои злодеяния, как ни в чем не бывало?” Ну вот, от былой радости не осталось и следа. Еще глубже задумавшись, Хан собрал себе завтрак из остатков вчерашнего варева шамана и заварил кофе. “Может, все же стоит продолжить работу над статьей? Ради всех погибших и… ради себя. Если я умру, так и не сообщив миру истину, то, получается, моя смерть будет напрасной? Нет, я не могу этого допустить. Я выбрал быть журналистом, им я и умру. Неважно, завтра или через тридцать лет. Я закончу это статью, чего бы мне это ни стоило”. Решительно допив кофе, Хан тихонечко, как мышка, пробрался в их с Минхо комнату и аккуратно достал свой ноутбук из сумки. Мирно спящий демон, кряхтя, перевернулся на другой бок и продолжил смотреть сны. “Интересно, а ему тоже снятся сны? Надо будет спросить как-нибудь”. — сделал мысленную пометку Джисон и также тихо покинул комнату. Он долго не мог решить, где ему было бы комфортнее работать, а потому пересидел практически на каждой поверхности гостиной-кухни, и все было не то. “Стойте-ка, Шихо ведь говорил что-то про сарай? А вдруг…?” Взяв бумагу и карандаш, что лежали на журнальном столике возле вазы, Джисон написал небольшое послание Минхо, чтобы тот не терял его, а затем направился к сараю недалеко от хижины. Дверь оказалась не заперта, к его большой удаче. — Ого!! Вот это Шихо тут оборудовал себе мастерскую… Хан, открыв рот, оглядывался по сторонам просторного помещения, которое, казалось, не заканчивается. То ли интерьер давал такой эффект, то ли это была магия, но создавалось впечатление, словно он открыл не дверь, а портал в другой мир. Он с интересом начал обходить пространство, повинуясь какому-то странному импульсу. Тут и там стояли баночки с самым разным содержимым, пустые колбы, мешочки с травами, какие-то сундуки неизвестно с чем. Мох рос во всех углах, растягиваясь по стенам, а вместо пола была земля, в которой копошились насекомые и черви, как будто бы сарай был не просто строением, а продолжением самого леса. — Так то, что хранится дома, это еще цветочки! Вот где происходит настоящее волшебство. Интересно, а запасы вина он где хранит? Может, как раз-таки в ящиках? А что, логично же? Он потянулся было к одному из сундуков, что привлек его внимание, но в последний момент передумал. “А вдруг там что-то, что мне не стоит видеть? Любопытство, конечно, не грех, но вляпаться в историю тоже не хочется…. У всех есть свои скелеты в шкафу, а у Шихо могут и реальные скелеты храниться. Бр-р!” Поежившись, Хан начал оглядываться в поисках места, где бы присесть. Здесь и правда царила какая-то спокойная и безопасная атмосфера, и потому он решил остаться и поработать здесь. В одном из углов обнаружился небольшой стог сена. Непонятно, зачем он здесь был, но Хану он явно приглянулся. — Ну, попробую. Чем черт не шутит? — он осторожно присел. — Господь! Как же мягко! — и тут же повалился назад, полностью отдавая себя в этот сенный плен. Несколько минут он наслаждался жизнью, но потому все же взял ноутбук и открыл все свои заметки. “Ну что, поработаем? Так, где я остановился… А, вот оно! Ой, неужели в последний раз, когда я работал над статьей, я думал, что Минхо был причастен к похищениям?? Это было так давно! Или просто концентрация событий была настолько плотной, что создается ощущение, будто целый год прошел? Придется как следует заняться редактированием перед тем, как продолжать. Непорядок!” И он приступил к тому, в чем он был всегда чуть лучше остальных — раскрытию миру правды. Когда, спустя несколько пролетевших слишком быстро часов, он наконец выпрямился, чтобы немного размять шею, то увидел, как Минхо стоял в дверях и внимательно за ним наблюдал. — Доброе утро? — улыбнулся Джисон. — Утро? А мы точно в одном мире живем? — усмехнулся Ли. — У нормальных людей уже обед давно закончился. Ты что-нибудь ел? — он подошел поближе и присел рядом, провалившись в сено. — Ну, да, я позавтракал. А ты? А, ну да, прости. Минхо весело рассмеялся. — Если только у тебя не найдется для меня пару кошмаров, то нет. Монетки Шихо я уже прикончил. Но мне пока хватает, спасибо за заботу. — он мягко приобнял Джисона за талию, заглядывая в ноутбук. — Чем занимаешься? — Решил все же закончить статью. Что думаешь? — он повернул к нему экран. Тот пробежался по тексту. Он не был уверен, стоило ли выносить эту информацию в массы. “Грешные хроники”— это газета, которая пишет о сверхъестественном, это буквально часть работы Джисона. Но одно дело писать о шаманах-шарлатанах и прочем, а другое — раскрыть людям правду о мире магии. Многие ли поверят в это? Им ведь всегда нужно логическое объяснение для того, что их ум не в силах постичь”. — Написано отлично, правда. — слегка замялся Ли. — Уверен, что хочешь опубликовать? — Я много думал об этом сегодня. Но, если честно, мне кажется, я должен это сделать. Может быть, меня сочтут сумасшедшим. Ну и пусть. По крайней мере, близкие погибших смогут оплакать их и продолжить свою жизнь. Неизвестность – вот что убивает. И Чонину это больше никогда не сойдет с рук, потому что его лицо станет известно на всю Корею. В то, что он кумихо, может и не поверят, но то, что он был замешан в похищениях, отрицать невозможно. Я – буквально живой свидетель. — Ну, раз ты так решил, то я тебя поддержу. Возможно, твоя статья и правда спасет кому-то жизнь. — он поцеловал Хана в макушку. — Приготовить тебе поесть? — М-м, да, наверное. Я часто могу заработаться и забыть обо всем на свете. Минхо встал и галантно подал руку Джисону. Тот радостно ее принял и поднялся, параллельно стряхивая с себя сено, но внезапно в глазах потемнело, и он упал без сознания прямиком в руки демона.

***

Деревня Сокчан, вечер того же дня Ян Чонин помогал маме с ужином, когда дядя, запыхаясь, влетел на кухню. Чуть позади него шла какая-то женщина, но она явно не спешила. — Джису, могу я Чонина отобрать у тебя? Нам надо кое-что обсудить. — Если честно, я бы предпочла тоже быть частью дискуссии. Он все же мой сын. Я переживаю. — Э-э, ладно, тогда, может, здесь сядем? Суми, ты не против? Женщина, на вид лет пятидесяти, пожала плечами и села на стул у окна. Она была довольно приятной на вид: короткие черные волосы, в которых уже изрядно пробивалась седина, но вот морщины на лице были совсем неглубокие, а одета она была в классический ханбок красно-синего цвета. — Мне все равно, где. Слова сказать можно хоть в подвале. Менее информативными они от этого не станут. — Ой, ты как всегда! — присел рядом Джиук. — Йени, подойди сюда. Это Суми, шаман, о котором я говорил. Суми, это мой племянник, Ян Чонин. — Приятно познакомиться. — учтиво поклонился младший лис. — Взаимно. Что ж, начнем? Не хочу задерживаться здесь дольше необходимого. “Интересное начало. Шаманы все такие или это просто нам так повезло?” — тут же отреагировал в уме Чонин на такое нелестное замечание гостьи, но вслух ответил: — Э-э, да конечно. Дядя уже рассказал вам о моей ситуации, верно? — Да, он меня посвятил, но без деталей. Сказал, что нужна моя помощь, и что замешан другой шаман. Расскажи-ка поподробнее, что у вас там случилось. И Ян Чонин уже в третий раз начал свое повествование. Суми периодически переспрашивала какие-то моменты, задавала наводящие вопросы, а иногда просто хмурилась. Когда рассказ был завершен, она несколько минут молча смотрела в окно, о чем-то размышляя. Джиук, Джису и Чонин бросали друг на друга вопросительные взгляды, не понимая, что теперь говорить или делать. Вдруг шаман негромко заговорила: — Все это очень непросто. Демоны не влюбляются, особенно в людей; это против их природы. К тому же, пульгасари на нашей земле не так много. Если я правильно связала ниточки, мы с ним знакомы. Это Ли Минхо, не так ли? Чонин открыл рот, но от удивления так и не смог ничего сказать. — Как вы..? Откуда?? — он наконец смог вспомнить, как говорить. — Он приходил ко мне. О-очень давно. Искал перерождение своей возлюбленной. — Перерождение? — Да, лисенок, перерождение. С его слов, она умерла много сотен лет назад. Когда он пришел ко мне, он был в отчаянии. Полагаю, что все время с ее смерти он таким и оставался. Как я уже сказала, демоны не влюбляются, но если это происходит, то на всю жизнь. — Так, получается, тот человек, в котором теперь бусина Чонина, — ее перерождение? — сделала логичный вывод Джису. — Полагаю, что да. Иначе он бы не стал влезать так глубоко в дела кумихо. До парней бы это так и не дошло, если бы Джису не задала свой вопрос. В их глазах одновременно загорелись лампочки осознания. — Не может быть… — прошептал себе под нос Чонин. История принимала крайне необычный поворот, и ему становилось не по себе. Ему не чужды были чувства. С ранних лет он был чуть более чувствительным и эмпатичным, чем окружающие его лисы. С годами жизнь это из него выбила, но свою истинную суть ведь никуда не денешь. Ян представил, как пульгасари сотни лет ходит по земле в поисках своей возлюбленной и нигде ее не находит. — А как она умерла? Не знаете? — ему стало любопытно. — Если я правильно помню, ее убили. Подкараулили в доме Минхо, а там на его глазах и убили. Он рассказывал мне свою историю. Нелегкая судьба у них. Но, видимо, Боги решили, что именно так все и должно быть. — Какой ужас… теперь понятно, почему он так крепко вцепился в Джисона. Он, должно быть, совсем потерял надежду, за столько-то лет. Его мысли прервал Джиук своим суровым тоном: — Так, мы тут собрались, чтобы спасти твою шкуру, а не пульгасари посочувствовать. Давайте лучше оставим прошлое и подумаем о будущем, которого может не быть. Суми, что мы можем в этой ситуации сделать? Есть ли возможность безопасно извлечь бусину до его смерти, или, может быть, обхитрить как-то пульгасари с шаманом? Может, мы сможем взломать их укрытие и выкрасть человека? — Дай мне подумать, Джиук. Взламывать и красть мы не будем точно, это их только разозлит. Насколько мне известно, вытащить бусину, не вырвав при этом человеку кишки, возможным тоже не представляется. Наша цель — чтобы и Чонин не оказался в немилости у демона, и чтобы человек остался жив. По хорошему, оба варианта одновременно невозможны. Опять же, это против природы. Однако… — она в очередной раз задумалась. Судя по всему, заканчивать мысль шаман не спешила, и всех присутствующих это начинало немного раздражать. — Однако…? — в надежде спросил Джиук. — Однако, мы можем попытаться обмануть природу. — Мы можем?? — недоверие в голосе Чонина задело Суми. — Какой из меня был бы шаман, если бы я всегда все делала по законам, м-м? Есть одно заклинание — зелье, если быть точнее — и, мне кажется, это именно то, что нам нужно. — Так, и чего же мы тогда ждем? — оживился Джиук и тут же поднялся со стула в боевой готовности. — Да сядь ты, старый лис. Загвоздка в том, что, во-первых, это одно из самых сложных — если не самое сложное — в приготовлении зелий, а, во-вторых, книга, в которой я видела его единственный раз за свою жизнь, уже давно ускользнула из моих рук. — А что это за зелье? И как оно работает? Что это была за книга? — не унимался Чонин. Это ведь было его спасением! И спасением Минхо. — Тише, лисенок, тише. Не все сразу. — засмеялась Суми. — Книга эта старая, ей уже много веков. Само зелье, если верить написанному, способно помочь человеку ускользнуть от смерти, но только один раз. Знаете, в моем роду есть легенда о кумихо, влюбившемся в человека. Хотите послушать? — Да! — в унисон ответили Джису и сыном. — Нет! — твердо заявил Джиук одновременно с остальными. — Прости, братец, но ты в меньшинстве. — самодовольно сложила руки на груди его сестра. — Ой, черт с вами! Развели тут непонятно что… — Суми, расскажите, пожалуйста. — вежливо попросил Чонин. — Это случилось много веков назад. – было заметно, что ей хотелось поделиться этой историей с ними. – Лис по имени Соджун влюбился в человека. Девушка, к сожалению, от роду была тяжело больна. Когда болезнь стала прогрессировать, он понял, что времени у них все меньше. Шанс был только один. Он попросил шамана изобрести эликсир, который бы помог его возлюбленной переиграть смерть. Шаман тот долго искал рецепт, перепробовал много разных ингредиентов, но в итоге все же создал эликсир бессмертия. Когда все было готово, девушка уже была практически на смертном одре; жизнь в ней угасала по часам. Тогда Соджун отдал ей свою бусину в знак вечной преданности, напоил ее зельем, которое, если верить бабушке, мой предок помог изобрести, а затем вонзил кинжал ей в сердце. — она сделала драматическую паузу, и это возымело должный эффект: все находившиеся на кухне затаили дыхание, даже не хотевший ничего слушать Джиук. — Поначалу ничего не происходило, и надежда покинула убитого горем кумихо. Но на следующее утро девушка все же ожила, а бусина, которая осталась у нее внутри, стала ее частью и подарила ей вторую жизнь. Как вы можете представить, это крайне — крайне — редкое явление, ибо сама ситуация довольно уникальная. Но все же редко — не равно никогда. Всем было о чем подумать после такой необычной истории. Первым заговорил Джиук: — Если я правильно понял, мы можем напоить человека зельем, а затем достать бусину? — В теории — да. Но помни, что книга давно утеряна. Найди книгу — будет тебе бусина. — Но как же ее найти? — взволнованно спросила Джису. — Я не знаю. Говорю же, последний раз я ее видела на чердаке своей бабки в прошлом веке. Ее уже нет с нами, так что, полагаю, все вещи давно растащили. Попробую связаться с кузиной, может она хоть что-то подскажет. — Это было бы отлично! Свяжитесь, пожалуйста, а поиски, если что, мы возьмем на себя! — инициативе Джису не было предела. — Ладно, ладно! Но завтра. Сегодня уже поздно, она, скорее всего, не ответит даже. У вас будет лишняя комната? Я, конечно, не хотела оставаться на ночь, но, видимо, придется. — А, да, конечно. На втором этаже есть свободная комната, я сейчас там все подготовлю. — Благодарю. Я пока выйду во двор, если вы не против. Шаман резво направилась к выходу из дома, оставив всех в легком недоумении. — И что это сейчас было? — спросил Чонин, стоило Суми закрыть за собой дверь. — А это, дорогой мой, шаманы. Крайне своеобразный и эксцентричный народ. — в ответе Джиука сквозили годы житейской мудрости, и Чонин молча кивнул, смиряясь с их новой временной соседкой. Стоило ему вернуться к подготовке ужина, как зазвонил телефон. На экране высветилось “Ли чтоб его Минхо”. — И чего он звонит? Я же сказал, что сам позвоню… Алло? – Ян Чонин! Сколько можно ждать от тебя новостей? Время не резиновое, Хану становится хуже! Если у тебя до сих пор ничего нет, клянусь, я из тебя… — Да тише ты. — лис закатил глаза. – Тебе повезло, у меня как раз появились новости буквально только что. В общем, есть зелье, которое должно сработать… — Зелье? Эликсир бессмертия? — Что? Как ты…? Ну, да, оно. А тебе о нем откуда известно? — Нашли в одной из книг, которые нам привезли. И что с ним? Оно действительно способно помочь? — Наш шаман сказала, что да. Это, вроде как, ее предок изобрел. Так говоришь, книга у вас? — Да! Сколько нужно времени, чтобы приготовить его? Нам нужно поспешить, иначе я… — Да знаю я, знаю. Сожрешь меня. Не спеши готовить зубки. Раз книга у вас, можем начать приготовления. Наверное. Надо спросить Суми, она сейчас с нами. Я перезвоню через пять минут. — Что ты… Но Чонин повесил трубку, так и не дослушав. По пути во двор он выцепил дядю из кладовой, и они вместе вышли на улицу. Шаман сидела на земле под деревом с закрытыми глазами, слегка покачиваясь, как бамбук на ветру. — Что у вас? — даже не открывая глаз, она точно знала, кто к ней приближается. — Кажется, вам не нужно связываться с кузиной. Книга нашлась. — Джиук вопросительно посмотрел на племянника. — Правда? И где же? — а вот Суми, казалось, совершенно не была удивлена такому повороту событий. Она знала, что, если чему-то суждено случиться, сама Вселенная будет выстилать для этого дорогу: счастливые случайности, удивительные совпадения… — Ну, судя по всему, они отыскали ее среди кучи книг дома у того шамана. Мне только что звонил Минхо, сказал, что Хану стало хуже. Можем ли мы как-то…? — Ох, лисенок, найти книгу – это только первый шаг, если не полшага. Список ингредиентов там такой, что их за целую жизнь можно не собрать. Нам надо поехать к ним. Вместе с их шаманом нам придется послать клич всем нашим знакомым, а им – своим знакомым, и так далее, пока не найдутся все составляющие. Если нам повезет, управимся за несколько дней. Но если нет… — Когда поедем? — Джиук уже был готов выдвигаться. — Сейчас. — встала с травы Суми с решительным выражением на лице.

***

Шихо приехал вскоре после захода солнца. Все это время Минхо не отходил от Джисона, что совсем обессиленный лежал на кровати. Когда он в очередной раз провалился в беспокойный сон, Ли вышел в коридор, чтобы поговорить с другом. — Что случилось? — когда шаман получил тревожное сообщение от него, то почти сразу помчался обратно, так и не успев собрать никакой информации. — Не знаю, все было нормально, но потом он просто потерял сознание. Я принес его из сарая сюда, он весь горел. Делал холодные компрессы, но больше ничего особо не мог. Он пришел в сознание, но… жизнь как будто угасает в нем, Шихо. — Я сделаю отвар, он должен дать нам еще немного времени. От лиса есть новости? — без особой надежды спросил он. — Вообще-то, да. Оказалось, что их шаман знает о том зелье. Я… ну, в общем, они едут сюда. — Что?? — Шихо в неверии уставился на друга. — Минхо, жилье шамана – это буквально наша святыня! Здесь не могут находиться чужие. — Шихо, пожалуйста, у нас нет времени! Они готовы помочь. Готовы работать вместе. Пожалуйста, я прошу тебя, сделай исключение. — Ащ! Да чтоб вы все провалились… — он был очень зол, что Минхо не спросил его разрешения позвать к нему домой чужих. От них ведь можно чего угодно ожидать! — Прости, но я… я не могу его потерять. Я сделаю все… — Да знаю я, черт. Знаю. Ладно. Так, надо все подготовить. Через десять минут с плиты забери отвар. Остуди его и дай Джисону выпить все до капли, ты понял меня? — Ли кивнул. — Я пока попрячу все, что смогу, и наведу защитное заклинание, пока они не прибыли. Хоть что-то. — Хорошо. Шихо, мне правда жаль… — Да хватит уж! Знаю я тебя. И историю твою знаю. Надеюсь только, что они и правда помогут. Спустя пару часов из открытого окна послышался шум колес по лесной дороге. “А вот и гости прибыли”. — саркастично отметил Шихо и вышел из кухни во двор, чтобы их встретить. Минхо тоже вышел. Старенький джип остановился на лужайке, и оттуда вышли трое. — Здравствуйте. Меня зовут Шихо, я хозяин дома. Хочу сразу предупредить, что любой, кто пришел не из благих намерений, долго здесь находиться не сможет, поэтому лучше нам на берегу все обсудить. — Спасибо, что приняли нас. — произнесла женщина в ханбоке. — Мы понимаем, что жилище шамана – священно, но, коли у нас есть общее дело, поставим перепития на паузу. Ради общего блага. Меня зовут Суми. То зелье передавалось в моей семье поколениями. Если кому-то и под силу его собрать, то это должна быть я. — Хорошо. А вы…? — Шихо многозначительно взглянул на остальных прибывших. — Меня хочут Ян Чонин, а это – мой дядя, Ян Джиук. Спасибо, что позволили приехать. Джиуку не нравилось это поведение племянника. Слишком приторное. Но истинное отношение он мог позволить себе только в мыслях: “Как будто мы им что-то должны! Лучше бы спасибо сказали, что мы соизволили пойти навстречу. Тоже мне!” — Доброй ночи. Приятно… познакомиться. — все же выдавил он. Все это время Минхо не сводил глаз с Суми. Конечно же, он ее помнил. Помнил, как примерно полтора века назад пришел к ней по наводке от какого-то человека. Помнил, как она его приняла, как искренне пыталась помочь найти Джиён. Но, увы, так и не смогла. — Суми. Рад снова встретиться. — он слегка улыбнулся ей. — Взаимно, Минхо. Рада, что ты все-таки нашел ее. Жаль, что при таких обстоятельствах. — на ее лице читалось искреннее сочувствие. — Надеюсь, в этот раз Боги будут к вам благосклонны. — Спасибо. Я тоже на это надеюсь.

***

На следующий день После отвара Хану и правда стало чуть лучше: жар спал, сознание очистилось, но он все равно был без сил, а потому все утро пролежал в кровати. Ближе к обеду Суми заглянула в гостевую комнату, чтобы познакомиться с Джисоном. Ей хотелось помочь ему хоть как-то уже сейчас, и утром она сварила новый отвар, который быстро смог поставить его обратно на ноги. Стоя на пороге, пока остальные укладывали вещи, она отдавала финальные инструкции: — Нужно его пить каждые три часа для поддержания эффекта. Минхо, проследи, ладно? Вечером, когда вернемся, мне надо будет проверить, как циркулирует его энергия, чтобы более точно подобрать пропорции и ингредиенты. Она вздохнула, зная, что результаты проверки будут неутешительные, но говорить им это ей не хотелось. Сейчас у них была только одна задача: собрать все для зелья, и как можно скорее, потому что, такими темпами, Хан может не дожить до следующей недели. Так, у них оставалось примерно пять дней; неделя – если очень повезет. А ведь зелье нужно еще и сварить! Это тоже дело не быстрое. — Все сделаю, Суми. Спасибо за помощь. Вы все вернетесь вечером? — Минхо стоял в дверях, обнимая Джисона за талию, а тот глаз не сводил с Чонина. — Нет, вернемся только мы с Джиуком. Шихо уезжает чуть дальше на юг, так что, скорее всего, вернется через пару дней. Мы отвезем лисенка обратно, и он уже на своей машине поедет к моему знакомому на север за печенью, а мы с Джиуком продолжим поиски на востоке. Утром мне сообщили, что в одной деревне у Восточного моря сможем найти щупальце, но ехать надо будет завтра. Так как времени готовить зелье с нуля у нас нет, приходиться вот так с миру по нитке собирать. — Хорошо. Спасибо еще раз. За твои старания и помощь. — Еще рано благодарить, Минхо. В этот раз я сделаю все, что в моих силах, и даже больше. На этих словах Хан включился в разговор: — В этот раз? — Я все тебе расскажу, мышонок, но чуть позже. Давай проводим всех сначала? — М-м, давай ты сам? Я хочу приготовить кофе. — он был настроен закончить статью сегодня и сразу отправить ее Сынмину, поэтому весь день придется потратить на проверку материалов и редактирование, а для этого нужно как следует заправиться кофеином. — Как скажешь. Справишься там? — Минхо все еще был обеспокоен состоянием Хана и не хотел оставлять его одного. — Конечно. — Джисон шутливо закатил глаза и пошел обратно в дом. Минхо сразу направился к Шихо, чтобы обговорить пару моментов в его отсутствие. — Следи, чтобы этот лис никуда не совал свой длинный нос. Суми, раз вы с ней знакомы, я уже чуть больше доверяю, но этому прохвосту – нет уж. Сарай я закрыл, но если понадобятся какие-то травы или еще что-то для отваров – все должно быть в шкафу в гостиной. Там я держу все самое основное, должно хватить. — Хорошо, как скажешь. Что-нибудь еще? — Я постараюсь побыстрее. Нам очень повезло, что живица и лунная вода у меня уже были, но вот остальное… Не знаю, вроде бы, стоит радоваться, что все так быстро нашлось, но меня не покидает какое-то странное чувство. Слишком легко все, что ли? — Если все происходящее для тебя — легко, то я даже не хочу знать, что для тебя сложно. Поезжай и насобирай нам фиалок, мой милый друг. — Легко сказать! Сумеречная фиалка на деревьях не растет! Знаешь, я тут почитал, этот вид считается вымирающим и растет только в определенных регионах Кореи. Найти хотя бы одну станет огромной удачей. — Если кто-то и сможет – так это ты! — обнадеживающе похлопал его по плечам Минхо. — Да ну тебя… Следи тут за всем, иначе шкуру спущу! — Так точно, босс. — он отдал ему честь, как обычно делали солдаты, и, пожелав всем удачи, вернулся к Хану. Тот уже сидел за своим ноутбуком на кухонном столе, попивая кофе. Напротив него стояла еще одна чашка. — Спасибо, очень вкусно получилось. — Минхо с удовольствием отпил. — Ты снова за статью взялся? — А, да. — не отрываясь от экрана, ответил Джисон. — Хочу сегодня все закончить и отправить. — Понял. Тебя оставить? Тут он уже посмотрел на Минхо. Он не выглядел обиженным, скорее, обеспокоенным. “Ну какой милашка. Интересно, чем он будет заниматься все это время? Без своего кафе, без дел совсем. Все бросил ради меня. Не хочу, чтобы он пропадал на весь день”. — Ну, если можно, то лучше да. Но ты все равно, пожалуйста, иногда подходи ко мне, ладно? Минхо улыбнулся и обошел стол, чтобы обнять его. — Ну, разумеется. Отвар-то тебе должен кто-то давать. Сам ведь не вспомнишь! Хан смутился, но ему нравилась такая забота от демона. — А, ну да, точно. Забыл. — Вот именно! Ладно, оставляю тебя работать. Скоро увидимся! — он чмокнул его в щеку и пошел в гостиную, чтобы снова погрузиться в чтение, ведь у них оставалось еще достаточно неизученных книг.

***

— Ну что, как вы тут? Суми и Джиук вернулись вечером вдвоем, как шаман и обещала. Лис сразу же ушел в выделенную для них комнату, ни с кем не разговаривая. — Все в порядке. — доложил Минхо. — Отвар давал по расписанию, больше никаких приступов не было. — Очень хорошо. Мы заскочили на обратном пути еще кое за чем, чтобы было больше вариативности в плане лечения. Где сейчас Джисон? Мне нужно его осмотреть. — Он… Эм, наверное, в комнате. Пойдем. Я спрошу, закончил ли он, и, думаю, сможешь зайти. Минхо легонько постучал по двери и заглянул внутрь. — Мышонок, ты закончил? Суми хочет тебя осмотреть. — Сейчас! Еще пять минут, и я весь ваш. Мне нужно только отправить все. — Ничего страшного, я подожду. — ответила с улыбкой шаман. — Пойдем пока на кухню, есть разговор. Озабоченный демон последовал за гостьей, а, когда они оказались на кухне, одарил ее вопросительным взглядом. — Минхо, я должна быть с тобой откровенна. Из того, что я увидела, у нас времени – неделя максимум, в худшем случае – дня четыре-пять. Мой отвар сможет заглушать разрушительный эффект от бусины долго, но обратить процесс вспять он не может. Послезавтра Шихо с Чонином должны будут вернуться, и у нас будет все необходимое. На зелье есть лишь одна попытка. Готовиться оно будет ровно семьдесят семь часов; это примерно три дня. Мы буквально ходим по лезвию. Нельзя, чтобы организм Хана сдался раньше. Иначе… все это будет бессмысленно. С каждым словом глаза Минхо приобретали все более печальный оттенок. — Что я… я могу что-то сделать? — почти шепотом спросил он. — Ты можешь просто быть рядом с ним. Следить за его состоянием, чтобы он не нервничал, давать вовремя отвар. Боюсь, что это все. Остальное в руках Богов. — Хорошо. Я понял. Сделаю, что смогу. Эм, Суми? — Да? — Какие у него шансы? — Будет видно после осмотра. Ли послушно кивнул. Ответ его не очень устраивал, но что он мог поделать? Только позволить Суми делать свое дело и надеяться, что два оставшихся ингредиента доставят быстро. — У меня еще один вопрос. Точнее, просьба. Это касается бусины. Я кое-что нашел в книге… — неуверенно начал Минхо. Из комнаты донесся крик: — Я все! Заходите. — Давай потом, ладно?. Пойдем. — Суми свернула тему и направилась в комнату, где Хан уже предусмотрительно лежал на кровати. — Из тебя бы вышел отличный пациент! Жаль, что я не доктор. — усмехнулась шаман, чтобы немного разрядить обстановку. — А то! Ну что, мне просто лежать или…? — Нет, все в порядке, лежи. Я посмотрю, как циркулирует твоя жизненная энергия. Этот показатель — самый надежный. — и она принялась водить руками вдоль тела Джисона, чуть задерживаясь в основных точках: середина таза, пупок, солнечное сплетение, сердце, горло, лоб, макушка. Минхо все это время сидел на кресле у окна и внимательно следил за действиями Суми. Она стояла к нему спиной, поэтому видеть ее лицо у него не было возможности. Оставалось гадать по спине и ждать вердикта от их не-доктора. — Ну, вот и все. Как себя чувствуешь? — она присела на кровать сбоку. — Да вроде неплохо. Закончил вот статью наконец. Теперь можно и помир… — Не смей! — тут же перебил его Минхо. — Не смей заканчивать это предложение, Хан Джисон. Джисон и Суми с удивлением уставились на демона. Реакция им показалось слишком уж острой, ведь все понимали, что Хан просто шутил. — Прости, я не хотел. Это просто шутка. — Глупая шутка. Не хочу ничего слышать. — он вышел из комнаты, хлопнув дверью. — Что это с ним? — спросил Хан. — Он переживает за тебя. Очень сильно. — Суми взяла его за руки и заглянула ему в глаза. — Продержись как можно дольше, ладно? Хотя бы ради него. — Я постараюсь.

***

Ближе к ночи, когда все уже разошлись по комнатам, Минхо и Джисон лежали в кровати каждый в своих мыслях. Неяркий лунный свет освещал их лица, а из открытого окна было слышно, как стрекочут сверчки. — Не спишь? — подал тихий голос Джисон. — Нет. — так же тихо прозвучал ответ. Они не особо разговаривали с того момента, как Хан неудачно пошутил. Минхо словно покрылся иголками и снова зарылся в книги на несколько часов, и только недавно вернулся в комнату. — Расскажешь, откуда ты знаешь Суми? — когда Хан закончил работу над статьей, все вытесненные до этого мысли снова вернулись, а спросить до этого момента он не решался. Не знал даже, как заговорить. — А, это. — Ли, казалось, не был удивлен вопросом. Он уже немного остыл, а потому был готов рассказать свою историю. — Ну, мы познакомились еще в девятнадцатом веке. После того, как тебя … Джиён… убили, я был безутешен. Скитался по миру в поисках хоть кого-то, кто смог бы мне помочь. Я постоянно ждал твоего перерождения. Постоянно пытался выйти на контакт. Но все было тщетно. — по голосу было слышно, что эти воспоминания причиняли ему неимоверную боль. — Я обошел много шаманов, колдунов, ведьм… с кем я только не виделся! Но помочь мне никто так и не смог. И вот однажды мне рассказали про Суми. Она тогда была еще девчонкой, но о ее силе уже ходили слухи. Я решил попытаться. — Но как же так? Ей сколько лет, получается? Больше ста пятидесяти? Или двухсот? — Минхо кивнул. — Это же невозможно. Она не человек? — Ну, как бы тебе объяснить? Шаманы — они не простые люди. Да, в первую очередь, они, конечно, люди, но у них есть особый дар связи с богами. Некоторые из них настолько хорошо овладевают ремеслом, что могут продлевать себе жизнь на многие десятки и даже сотни лет. Но это большая редкость. — А сколько лет Шихо? — любопытство вдруг взяло верх. — Ты уверен, что хочешь знать? — Ну конечно. — Надеюсь, он не станет меня отчитывать, что я раскрываю его тайны, но мы с ним знакомы с 1934. — Чего-о-о?? Ему на вид не больше сорока! — Хан даже подскочил с кровати от удивления. — В этом-то и трюк. Никто никогда ничего не заподозрит. Главное, держаться как можно дальше от людей, иначе будут проблемы. — объяснил демон. — А-а, ничего себе. Ну, ладно, допустим. И что было дальше? Минхо тоже присел на кровати и уставился в окно. — Дальше… дальше я нашел ее селение. К тому времени я уже был словно привидение на вид, поэтому она даже не стала ничего спрашивать – сразу сказала, что, что бы там ни было, она приложит все усилия, чтобы помочь. Я ей все рассказал. Она и правда пыталась. — он ненадолго остановил рассказ, словно погружаясь в эти воспоминания и заново переживая все то, что выпало на его долю. — Но не смогла. Отпускать меня просто так ей тоже не хотелось, поэтому она сделала то, что никому до нее было не под силу — подарила мне забвение. Ну, не так, чтобы я совсем о тебе забыл, но она сделала так, что воспоминания о тебе больше не причиняли мне такой боли, чтобы я смог жить дальше. Она сказала, что, когда ты переродишься, воспоминания вновь будут жечь мое сердце, и что ты сам меня найдешь. Но это произойдет только тогда, когда должно произойти. Не раньше, не позже. Поэтому все мои поиски не имели смысла. Благодаря Суми я смог вернуться в более-менее приемлемое состояние. Путешествовал по миру, изучал его. В конце концов, вернулся в Корею и совершенно не узнал ее. Открыл кафе. Сначала в одном месте, потом в другом, потом еще. Я всегда жил рядом с людьми, ты знаешь, но мое доверие к ним было полностью потеряно в тот злосчастный день, однако, с годами, я все же смог восстановить его. Вот такая вот история. Вместо ответа Джисон крепко прижался к Минхо и обнял его, что было сил. “Сколько же ему пришлось пережить! Я даже не могу представить, через что он прошел. Почти что четыреста лет! Это же так долго. Бедный Минхо… а если ему суждено потерять меня и в этой жизни, что же с ним будет? Неудивительно, что он так отреагировал на шутку”. Хан уже почти смирился с тем, что может умереть, но вот оставить Минхо… это ощущалось совершенно по-другому. Мертвым уже не больно, не страшно, не обидно. А вот живым… — Мин? — Да? — У меня есть один вопрос. Но ты, пожалуйста, не злись, ладно? И честно ответь. — Многообещающее начало. Ну ладно, спрашивай. — Если я все же — тихо, дослушай и ответь, ты обещал! — если я все же не выживу, что будет с тобой? Как ты… справишься? После всего, что ты рассказал, я так боюсь, что тебе придется снова… — Не придется. — отрезал Минхо. — Ты выживешь. — Но если все же… — Если все же, то, поверь, я не стану ждать еще четыреста лет. Я отправлюсь прямиком в Ад, чтобы меня поглотил огонь, что когда-то дал мне жизнь. Это лучше, чем жить в мире, где нет тебя. — Минхо… — в глазах Хана встали слезы. — Ты хотел услышать ответ — вот тебе мой ответ. Но, Джи, послушай меня. — он аккуратно усадил его себе на бедра, заключая целиком в кольцо из рук. — Я сделаю всё — всё — чтобы ты выжил. Ты обязан выжить. Ты понял? — Да. Но, даже если я выживу, я ведь все равно когда-то умру. Обманывать смерть вечно не получится. — Можно мы подумаем об этом после того, как спасем тебе жизнь в этот раз? До следующего еще довольно далеко, хочется верить.

***

На следующий день Джиук и Суми привезли щупальце. Еще через день вернулся Шихо, и вскоре после него — Чонин. Оба принесли свой улов с улыбкой на лице, как рыцари, добывшие платочек от дамы. — Я так долго искал эти цветы, вы не представляете! Уже думал, что не найду, но нет! Не знаю, сколько часов я бродил по тому лесу, совсем отчаялся, но в итоге под утро все же вышел к какому-то обрыву, а там этих фиалок… целое поле! Я себе тоже набрал с запасом, вещица-то редкая. — поделился шаман. Все были очень рады, что получилось добыть оставшиеся ингредиенты без приключений. Ну, как без приключений… — Не могу поверить, что он мог так поступить! Суми, ты же сказала ему, что я еду? Он знал! Как он мог сказать еще кому-то об этой печени? И он ведь знал, как она важна для нас. — жаловался Чонин за ужином. — Мало того, что он заставил нас подрать друг другу хвосты, так еще и цену заломил — мама не горюй! В три раза больше, чем мы договаривались изначально! С тебя, Минхо, компенсация! Я теперь на мели. — Да отдам я тебе эти деньги, не переживай. Хорошо, что все же привез ее, а то ждать, пока еще какая-то лисица отойдет в мир иной, в нашем положении ну уж совсем не вариант. Пока четверо — Минхо, Джисон, Чонин и Джиук сидели за столом и в легком напряжении попивали чай, бросая друга на друга косые взгляды, Суми и Шихо уже во всю трудились. Все ингредиенты были наконец доставлены, и Суми, не медля ни секунды, начала подготовку. Шихо все же разрешил ей использовать свой сарай, так как процесс приготовления эликсира был долгим и требовал максимальной концентрации. Любая ошибка может быть фатальной. Шаманы засели в сарае на все три дня, ведь зелье требовало постоянного внимания. Одному человеку было не под силу его приготовить, и потому они оба целиком и полностью отдались процессу. Отвар для Джисона был приготовлен с большим запасом, поэтому теперь все просто ждали, когда будет готово зелье. В доме шамана началась размеренная и тихая жизнь: никто не отпускал едких комментариев и не переговаривался, как изредка случалось до этого. Все просто занимались своими делами, а лисы возвращались домой только на ночь. На второй день отсутствия шаманов Сынмин наконец дал Хану ответ по поводу его статьи. Он был в восторге! Там было всё, что нужно: таинственная завязка, экшн, неожиданная концовка, и к тому же было замешано сверхъестественное. Идеально комбо для журнала! Босс был доволен, злодей — найден, но пока, к сожалению, не пойман. “Всему свое время”. — размышлял перед сном Джисон. — “В любом случае, теперь он больше не сможет притворяться и делать все, что захочет”. Для Ян Чонина, однако, эта статья стала концом его карьеры журналиста, а также его свободной жизни как гражданина своей страны, ведь из-за тесной связи с полицией (спасибо, Хёнджин) его моментально объявили в розыск. Пока без обвинений, просто для допроса, но, все же, чем дольше он будет укрываться — тем больше подозрений будет у полиции. И он прекрасно это понимал. После того, как Сынмин позвонил ему на следующий день и сказал, что тот уволен и что его теперь ждут в участке, Яна едва оттащили от Джисона. Они сцепились как кошка с собакой. Сколько в них было ярости друг к другу! Пришлось запереть их в разных комнатах и постоянно следить, чтобы они не пересекались. К вечеру третьего дня Хану стало хуже; было ощущение, что отвар совсем перестал помогать, хотя Суми уверяла, что он будет работать до конца. Однако внезапная потасовка к лисом совсем выбила Джисона из равновесия, и теперь он просто лежал на кровати, горячий, с туманом в голове, который становился все сильнее. Минхо кружился вокруг него, пытаясь сделать хоть что-то. В сарай заходить никому было нельзя, поэтому ему приходилось справляться самостоятельно. — Джисон-и, прошу, продержись еще немного, совсем чуть-чуть! Завтра к рассвету зелье будет готово, ты обязан продержаться! — шептал ему на ухо Минхо, параллельно омывая его холодной водой, чтобы хоть немного сбить жар. Хан то приходил в себя, то снова оказывался в плену галлюцинаций и неописуемой боли. Он то метался по кровати, то беспробудно засыпал. Каждый такой раз сердце демона замирало. В голове оставалась лишь одна мысль. “Проснется ли он?” Так прошла ночь. К тому моменту, как утреннее солнце осторожно заглянуло в их комнату, жар Хана уже спал, и Минхо немного задремал, совершенно вымотанный. — Мин... хо… — почти неслышно позвал Джисон. Сил не было даже пошевелить губами. Ли тут же подорвался: — Что? Что такое? Болит? — он снова начал ощупывать его лоб. — Боль…но… — еле слышный хрип. — Где, любовь моя, где больно? Покажи. — Минхо обеспокоено посмотрел на часы. Четыре утра. Зелье уже должно быть готово. Почему они еще не здесь? — Я… не могу больше… Отец пришел за мной. — Что..? Отец? О чем ты? Глаза Хана как-то резко опустели. Он зажмурил их и замотал головой, сжимаясь всем телом. — Нет, отец, прошу… Не надо. Мы ничего… не сделали. Кто эти люди, отец? Нет, прошу, нет!!! Он снова заметался по постели. Глаза закатились. Пот ручьем стекал по лицу, и вскоре на простыне и подушке уже были мокрые пятна, что разрастались все быстрее. Минхо застыл, не понимая, что ему делать. Остаться? Бежать за помощью? Или в сарай? Где это чертово зелье?? Надо было сделать хоть что-то. Но он не мог. Он просто стоял у кровати, скованный первобытным страхом, не в силах пошевелиться. Неужели он снова станет свидетелем смерти своей единственной любви..? Джисон начал скулить, его били судороги. Из носа пошла кровь, а затем хлынула и изо рта. Минхо продолжал стоять. Кровь заполнила рот настолько, что он начал задыхаться в ней. Минхо стоял. — Быстро, переверни его на бок и влей зелье! — послышался чей-то голос, как будто бы из-под воды. — Минхо? Минхо!! Перед ним замаячило чье-то лицо. Он его не видел. Просто продолжал смотреть на Хана, изо рта которого непрерывным потоком лилась кровь. Вдруг его щека загорелась огнем. — Ли Минхо! А ну-ка приди в себя! Ты нужен Джиён! Сейчас!!! — Суми со всей силы отвесила ему еще одну пощечину, чтобы окончательно вывести из ступора. — Джи… Джиён? Это имя медленно заполонило его сознание. Вакуум в голове начал рассеиваться. Минхо оглянулся вокруг: напротив него стояла Суми, пытаясь достучаться до него, а рядом с Ханом на постели сидел Шихо и аккуратно вливал в него какую-то жидкость. — Суми? — неуверенно позвал он шамана. — Ну наконец-то! У нас мало времени, он умирает! Скорее, зови лисов, нужно будет достать бусину, прежде чем он… — Нет. — решительно сказал Минхо. — Что? — Суми совершенно не была готова к такому ответу. — Я сказал, нет. Мы не будем вытаскивать бусину. — Минхо, что это значит? Мы же все обговорили, заранее решили, что Чонин… — Он не заслуживает свою бусину назад! Из-за него Джисон сейчас страдает и мучается! Из-за него он может не вернуться ко мне, ты понимаешь? Он не заслужил ее!! — Минхо… но ведь был уговор… она принадлежит ему, ты же знаешь. — Мне плевать! Этот чертов лис недостоин своей бусины! Он будет всю оставшуюся жизнь скитаться по этой земле, отвергнутый своим видом, одинокий и жалкий до самой смерти! — кричал Минхо, не унимаясь. Суми смотрела на него в неверии. Шихо, хоть и продолжал аккуратно поить Джисона, тоже был шокирован таким поведением друга; он никогда его не видел в таком состоянии. На крики подтянулись сонные лисы. — Что у вас тут… — хрипло начал Чонин, но, увидев развернувшуюся перед ними сцену, тут же замолчал. — Лисенок, будь готов! Скоро настанет момент, ты вот-вот должен будешь забрать бусину, он умирает… — подготавливал его Джиук. Это был очень ответственный момент, права на ошибку не было. — Не подходи к нему! — заорал демон нечеловеческим голосом, преграждая им вход; его глаза горели алым пламенем. Чонин отступил на шаг. Он не ожидал такой реакции. Джиук спохватился быстрее: — Ну-ка отойди! Он должен успеть ее забрать! — он попытался оттолкнуть Минхо, но это оказалось ему не под силу. Он словно пытался сдвинуть гору. Тем временем Минхо стал на две головы выше; его мышцы увеличились, разрывая одежду, что была на нем, а кожа приобрела сине-фиолетовый оттенок. Его человеческий облик меркнул с каждой секундой. Зубы стали острее. Он оскалился, готовый к атаке. Готовый защищать свою любовь до конца. Вдруг стало как-то тихо. Сердце Джисона остановилось. Вены на теле демона вздулись, ноздри расширились, еще чуть-чуть — и он бы бросился на лисов. Тут даже Джиук отошел. Ему никогда не доводилось видеть истинного лица пульгасари, и это явно не то зрелище, на которое ему захочется посмотреть еще раз. Голосом, словно из подземелья, Минхо проревел: — Если Джисон не очнется, я с вас обоих сдеру шкуру и кину на пол своего кафе при входе. Пока у вас есть шанс — бегите. Бегите подальше. Потому что если через сутки он не откроет глаза, я перекопаю каждый клочок земли, чтобы найти вас, и удостоверюсь, что ваша смерть будет в десять раз медленнее и мучительнее, чем была его. Вы поняли? Лисы явно не ожидали такого поворота событий. Согласно договору, в момент, как Джисон испустит последний вздох, Чонин забирает свою бусину, и они с дядей навсегда удаляются с этого места и забывают это всё, как страшный сон. В свете вчерашних событий, Чонин даже подумывал о том, чтобы переехать обратно к семье, ведь в Сеуле ему больше делать нечего. Но то, что произошло с Минхо… этого не ожидал никто. Они оба медленно попятились назад, а затем быстро вернулись в свою комнату, покидали вещи в сумки и вылетели из хижины каждый в свою машину. На слишком высокой для такой местности скорости они выехали на дорогу и помчались как можно дальше. — У меня больше нет бусины. У меня больше нет бусины. — крутилось в голове у Чонина. Конечно, между бусиной и жизнью выбор очевиден, но все же бусина была его частью с самого рождения. Для каждого кумихо это неотъемлемая часть его существа. Это равноценно тому, что человек потеряет руку или ногу. Чертовски больно. — Зато я жив. Это ведь хорошо, правда? — его голос все еще дрожал от увиденного, а теперь и от осознания своего положения. Он ведь теперь словно инвалид. Да, он выжил, но какой ценой? И что делать дальше? Пейзажи мелькали за окном, а в голове была лишь одна мысль: “У меня больше нет бусины”. Пока лисы спешно удалялись прочь от обители Шихо, сам шаман, казалось, потерял над ней контроль: Минхо выгнал их с Суми из комнаты и заперся там с Джисоном. Они в недоумении сидели на кухне и молчали. Наконец Шихо решился подать голос: — Я вообще не понял, что сейчас произошло. Суми задумчиво смотрела в окно. — Он ведь хотел что-то мне сказать тогда. Что-то насчет бусины. Почему я не стала его слушать? Почему решила, что это не имеет значения? — Как думаешь, зелье всё равно подействует? Он ведь, по сути, умер не своей смертью будучи человеком. Все условия соблюдены. — Так-то оно так, но проблема в том, что бусина не должна была остаться в нем в момент смерти. По плану они должны были ее вытащить, так? Это было не спроста. Та девушка, в которую влюбился кумихо в легенде, тоже умерла с бусиной внутри. — Так, а это что-то меняет? — Шихо не понимал, какое это имело значение. — Это меняет всё, мой дорогой. Его глаза округлились. Суми все еще смотрела в окно. — Нам остается только ждать.

***

Весь день и всю ночь Минхо провел, не отходя от Джисона. Тот не подавал никаких признаков жизни. Несмотря на это, демон не переставал верить. Выгнав всех, он прикрыл Хану веки, потому что стеклянные глаза, смотрящие в никуда, очень пугали. Он сменил постельное белье, выкинул окровавленные подушки и простынь за дверь, переодел его в чистую одежду, отмыл лицо и волосы, а затем сел напротив и взял его за руку. — Джисон-и, прошу, вернись ко мне. Я верю, что ты слышишь меня. Верю, что ты ищешь обратный путь. Иди на мой голос, мышонок. Я тебя жду. Возвращайся. Ты нужен мне. Демоническая сущность Минхо с каждым часом отступала все больше, пока совсем не исчезла. К рассвету следующего дня к нему полностью вернулся человеческий облик, и он вновь задремал, упав на кровать без сил рядом с Ханом. За окном бушевала гроза; яркие вспышки молнии было видно даже с закрытыми глазами. Раскаты грома забирали все тревоги, дождь убаюкивал. И чьи-то мягкие поглаживания, что успокаивали лучше, чем самые сильные травы… “Эти пальцы в моих волосах… не хочу, чтобы это прекращалось”. — сонно думал Минхо, не сразу осознавая происходящее. А когда осознал, моментально подскочил на кровати. Напротив лежал Джисон и смотрел на него янтарными глазами. Что было странно, ведь его глаза всегда были темно-карие, почти черные. — Что..? — Минхо чуть склонился, заглядывая в чужие глаза. — Доброе утро. — Хан улыбнулся ему, чуть сощурив глаза. — Доброе… утро. — ему все еще не верилось. Демон протянул руку и коснулся рассыпчатых кудряшек Джисона, его теплой кожи, что еще несколько часов назад была ледяной. Провел пальцем по его пухлой нижней губе. По спинке носа. По щеке. — Джисон? Мне это не снится? — он замер, затаив дыхание. — Надеюсь, что нет. Иначе мы делим один прекрасный сон на двоих, а это попахивает клиникой. — он притянул Минхо к себе и прижался к нему губами. Нежно, с любовью, со страхом снова потерять. Когда они наконец оторвались друг от друга, Джисон прошептал: — Я скучал по тебе, Мин. Я так долго блуждал в темноте. Мне казалось, это никогда не закончится. Но потом… Потом я услышал твой голос. Я слышал, как ты звал меня, и шел на твой прекрасный голос. Ты спас меня. — он улыбнулся, а в глазах расцветала искренняя благодарность. — Спасибо, что продолжал верить. На глазах демона скопились слезы. Они грозились вот-вот покатиться вниз. — Мышонок, я так рад… так рад! Не передать словами. Неужели все позади? Неужели мы теперь… — Прости, малыш, перебью тебя. — деловито начал Хан. — Насчет “позади”. У меня есть небольшая просьба. Можешь, эм, глянуть, что у меня там? Очень мешается… Минхо с круглыми от удивления глазами уставился на Хана. Такой момент испортил! — Э-э, да, конечно. Давай посмотрим. Хан неловко встал, немного пошатываясь, и чуть приспустил штаны. — Ну, что там? Минхо смотрел, не мигая. — Там… Хвост. Серебристый хвост. Ты что, его не чувствуешь? — Чего??? — Хан попытался посмотреть назад, но вместо этого мотнул новообретенной частью тела в сторону и заехал себе по лицу. — Тьфу! Что это такое, Минхо?? — Я… не совсем понимаю. Точнее, у меня есть догадки. Но я все же не очень уверен. — Какие догадки? У меня вырос хвост?? Как это понимать вообще?! — У тебя и глаза стали другими. Джи, я думаю, ты не просто обманул смерть. Ты буквально переродился. — И как это понимать? Я что, больше не человек? — обеспокоенно спросил Хан. Его хвост нервно вилял из стороны в сторону, выдавая жуткое волнение. “Умилительное зрелище. Это нормально, что меня это привлекает?” — сдерживая улыбку, подумал Минхо. — Полагаю, что да. Нам все же стоит проконсультироваться с нашими шаманами, но, кажется, мышонок, ты теперь лисичка. — Но как же так? Я ничего не понимаю. — Хан попытался сесть на кресло, но с непривычки так и не смог договориться с хвостом. Пришлось брать его в руки и укладывать так. — Если честно, я сам не до конца понимаю. Но у меня есть предположение. — Ну? — ему не терпелось узнать. — Знаешь, я проштудировал очень много книг за последние дни, и в одной из них наткнулся на кое-что любопытное. Там писали о том, что существует некий спящий лисий ген. Он обычно передается через поколение и чаще всего остается спящим, потому что для его активации требуются особые условия. — Какие условия? Минхо, ну не тяни-и-и! — Смерть. Джисон ту же изменился в лице. — Помнишь тот эпизод, когда ты напился, и Ян не смог стереть тебе память? — Ну, да. — У тебя внутри уже была его бусина. Она пробудила ген, поэтому гипноз не подействовал. Но для полной трансформации необходимо было умереть. Ну, по крайней мере, так написано в книге. Я не был уверен, правда это или нет, и не хотел рисковать, а потому решил перестраховаться с зельем и при этом оставить бусину в тебе как запасной план. Ты злишься? — он одарил Хана виноватым выражением лица. Возможно, следовало с ним посоветоваться об этом..? — Нет, ты что! Как я могу? Просто… немного непривычно. Спящий ген, говоришь? — он задумался, переоценивая всю свою жизнь и пытаясь примерить на себя новую сущность. — Минхо? — мгновенно загорелись глаза Джисона. — А сколько живут кумихо? — Насколько я знаю, очень и очень долго. — уже не смог сдержать улыбки пульгасари.