Ретранслятор

- Ее состояние стабильное, но все еще критическое. Пришлось создавать реанимацию искры, перегруз был колоссальным как для всего корпуса, так и для искры. – произнес, вышедших из медотсека, Ретчет. Его фигура слегка сгорбилась от усталости после операции. Голос звучал сухо и совсем не оптимистично. - Она в стазисе? – спросил Раф, поправляя очки, выглядя одновременно взволнованным и смущенным от того, что задает свой вопрос в тотальной тишине. На вопрос Рэтчет ответил не сразу, замялся и не смотря в глаза мальчика, ответил: -Я не знаю, - огорченно произнес главный врач автоботов, сумев поднять взгляд только на старого друга, который словно все понимал и отвечал долгим взглядом голубых линз. – Перегрузка корпуса была вызвана не физическим или моральным способами, а иным. И, к несчастью, я не располагаю знаниями в сфере Ситиспикерства. Для меня эта область неизведанная и ранее я не встречал экземпляров, похожих даже отдаленно на наш случай. - Сити кто? – переспросила Мико, слегка наклонив голову в сторону, отчего ее хвостики забавно дрогнули в такт движения. - Ситиспикер - это редкая группа трансформеров, обладающая уникальной способностью мысленно общаться и управлять Титанами. – ответила Арси, выглядя слишком задумчивой для своего разгоряченного ума. Ее тонкие пальцы слегка постукивала по металлу плеча. – Только вот, наша подопечная похоже не принадлежит к этой группе. Насколько глубоки мои знания, то ситиспикеры могут связываться только с Титанами- городами. А насчет полноценного управления кораблями я ничего впредь не слышала. - Так понимаю, в этом и заключается проблема, Рэтчет? - подвел доводы Арси Уилджек, откинувшись на стул, за которым ему запаивали спинной блок. Позади стоявшая, Арси, будто хмыкнула и вновь взглянула на Рэтчата. – Таким трансформерам вообще есть название? На заданный вопрос молчали все, тихо переглядываясь между собой. Даже дети притихли, безмолвно наблюдая за реакциями роботов. Лишь Оптимус Прайм продолжал вглядываться в оптику врача, будто пытался вычислить и передать информацию не словами, а магнитным телепатическим образом. Но военный медик не спешил присоединяться в эту авантюру. - Смоукскрин, - глубоким голосом отозвал рядового лидер, и дождавшись ответной реакции со стороны молодого кона, тот продолжил: - В твоем историческом отчете упоминалось, что ты учился бок о бок с Связывателями, тебе было известно о таких случаях, где управляли кораблями? - Там, где я учился отбирались чисто те, кто мог управлять Военными Титанами, которые не имели ни разума, ни искры. Поэтому думаю, что она и связыватели совсем разное. Никогда не слышал что могут практиковать связь с шаттлами. – сбросил отчет молодой воин, быстро поглядывая с Рэтчета до Оптимуса Прайма, будто пытаясь уловить волну их мыслей. - Связыватели? – спросил Джек, поправляя на плече серую футболку, дожидаясь ответа на вопрос из которого кровоточило любопытство. – Знаю, совсем не вовремя такое спрашивать, но я не до конца понимаю связь между управлением какими-то Титанами и Городами? - Правильно и думаешь, что нет никакой связи между видами. Связыватели это просто название факультета военной подготовки, а Ситиспикеры это прирожденные телепаты, которые уже появляются с даром общаться с городами. – объяснила Арси, переменаясь с ноги на ногу. Разговор стал затягиваться в неправильные русла, отчего нейроплаты начинали и вправду путаться между собой. – Столько всего произошло, что я не знаю какую еще догадку можно внести. Может стоит передохнуть? - Арси права, - наконец- то выступил из тени Бакхед, выглядя довольно уставшим по сравнению с остальными. – Не думаю, что после затяжной битвы мы сможем придумать что-то дельное. У меня уже процессор расплавился от этих разговоров. - Хорошо, отдохните, - прошептал Оптимус, не сдвигаясь с места. Все хоть и строили безмятежный вид, но сигнатуры явно говорили о ином раскладе. Все нехотя, но расходились по своим каютам, заметно быстро освобождая центральный зал. - А нам что теперь делать? – озадаченная Мико спросила у опустевшего зала, раскидывая локти в стороны. Но стоило увидеть девочке тяжелый и многозадачный взгляд бело-красного автобота, как та тут же нашла занятие в виде ухода в дальнюю часть корпуса, где находилась небольшая комнатка для людей. Двое оставшихся парней поспешили присоединиться к своей подруге, хотя Раф печально оглянулся на старших, но говорить ничего не стал. Наступила заветная тишь, в которой проглядывался писк приборов, настроенных на определение движения вокруг базы вплоть до 5 км. Не удержавшись от порыва, Рэтчет кулаком ударил по консоли, заставляя писк заткнуться на недолгое время. Он устал и невыносимо расстроен обстоятельствами, которые гласили только об неминуемых последствиях для их команды. - Я…я не уверен, что она сможет встать на ноги. – тихо и болезненно произнес он, почти не касаясь рукой своей переносицы, будто пытался скрыть что-то глубже, чтобы никто не узнал. – С Джетрид была точно такая же история, и если я не смог спасти Джет, то ее и подавно. - Но ты долгое время держал Джетрид в стабильном состоянии, она почти встала…-запнулся Оптимус прежде, чем затмить дальнейшие воспоминания и не будоражить прошлое. – Ты не виноват, она давно была больна, и ты никак не мог предугадать такой исход. - В этом и заключается проблема, что с Шифтерами у меня были наводки с лечением, а с ней что? Ничего. Я ничего не знаю про ее вид, и что она из себя представляет. Может она вообще скрещение прототипов. – Рэтчет прикрыл глаза и отвернулся в сторону экранов, прошлое причиняло ему сильную боль, даже не смотря на столько прошедших ворн.- Ей нужны профессиональные врачи с узкими направленностями, а не я – комплексный военный врач. -Рэтчет, - откликнул старого друга автобот перед тем как на базы с громким шумом ворвался смуглый мужчина, хлопнувший по-хозяйски дверью. - Хотите, я сделаю вашу жизнь еще кислее? – на полном серьезе спросил Фоулер, выглядя очень тучным и недовольным. И тот, не дожидаясь ответа, с треском впился в железные прутья, наклоняясь вперед всем своим весом. – Из-за вашего плана десептеконский шаттл упал прямо на пригород Тихаса. Вы понимаете, что сделали?! Мне без разницы кто и у кого пошли проблемы во время миссии, но последствия остаются на ваших корпусах! Погибло более пятидесяти человек, а ранено вдвое больше. Как мне теперь начальству в глаза смотреть? - Я возьму вину за погибших на себя, Лейтенант. – склонил голову Прайм, вставая с места и возвышаясь над Фоулером, прислоняя руку к искре. –Мне очень жаль. - Соболезнования лучше говори начальству, а не мне. Скрыть, то мы скроем, только вот может произойти недовольство со стороны жителей, потому что никогда не предупреждали о метеоритном дожде посреди декабря. – сложил руки на груди мужчина, выдыхая горячий воздух изо рта. – дети где ? - Отдыхают в комнате, - коротко ответил Рэтчет, смотря на то, как Оптимус меняется в лицевой пластине, и сразу преградил ему. – я займусь, отправляйтесь, архивы сейчас не так важны, как договоренность. Оптимус задержал взгляд, но отпустил идею дальнейшего разговора. А Фоулер как заколенный, но не лишенный эмпатии военный человек наблюдал за картиной двух старых товарищей, у которых постепенно опускались руки от усталости. Но времени проводить психологические сеансы - не было, да и денег на психологов тоже. Ему бы кто оплатил качественное лечение печени. Стоило грузовику встать твердо шинами об поверхность, как Фоулер уже оказался в кабине, застегивая ремень безопасности, чтобы упасти свою денежную карточку от лишних штрафов. Забавно слышать такие мысли от самого же сотрудника секретной компании. А Рэтчет, дождавшись момента полного уезда двух лидеров, позволил себе прижать одну руку к лицу, закрывая один глаз от навязчивого света экранов, где святилось тонны информации об самых разных архивированных данных. И в отличие от бывшего библиотекаря у медика не было специального слоя, который бы защищал сетчатку от назойливых иллюзий зрения. Хотя за столько время ему стоило бы уже привыкнуть к излучению. И, к глубокому сожалению, обработка данных происходила невероятно медлительно и раздражающе даже для самого Рэтчета. Иногда приходилось жалеть о вынужденном переселении в человеческую базу из Ковчега. Будь их корабль жив, то сейчас бы все папки были готовы за 3,12 секунд, что облегчило бы их жизнь. Но иногда с такими мыслями приходили и сознательные воспоминания, от которых он бы, если бы мог, то отказался бы. И стоило ему перенести пару папок на открытие на дальнюю консоль, то под руки попался планшет. Вновь. Тот самый, на котором отслеживались данные об личностях, находящиеся как на базе, так и в истории. Но чаще всего он использовался для документации дезактивации, и вопрос встал сам по себе: Почему он здесь? Издав недовольный звук, состоящий из схлопывания поршней воздуховодов, Рэтчет откинул датпад куда подальше, уходя со своего места в другую комнату. Переход меж комнат был недолгим, и из свежего воздуха в клапаны поступали нотки санитарного раствора, которым пропитались стены. Как только дверь сзади хлопнула с очевидным писком, то перед окулярами вновь застыла картина. Слишком знакомая и болезненная, как и сам корпус на платформе. Физических ран почти не наблюдалось, все крылось в глубинах нейро-сетевого комплекса феммы, в котором были разорваны большие пазы связей и нейро-клеток. Сеть цепей процессора изрядно разорвана и требует немедленного вмешательства нейрохирургов для стабилизации психо-мозгового уровня трансформера. -Это еще что такое? – остановился медик, услышав возню в противоположном углу медотсека. И вместо того, чтобы откликнуться как «добропорядочный» гражданин Кибертрона, а о нем так не скажешь, гость лишь повел пластиной над правым окуляром, удостоив врача ленивым взглядом. – Уилджек, это место требует излишней чистоты, которой у тебя с начала активации отсутствует. - Я же ничего не трогаю, - устало закатил оптику рекер, продолжая сидеть за столом и читать что то в датпаде. – вообще то мог бы и поблагодарить за то, что я тебе помогаю искать информацию о твоей пациентке. - Мои собственные пальцы все еще на месте, - отрезал Рэтчет, сглатывая порыв нагрубить нахмурившемуся Уилджеку, который тщательно проследил траекторию движения недо-товарища. – Нашел хоть что то? - Есть пару моментов, - встряхнул плечами серый бот, начиная пересказывать информацию. - в некоторый источниках упоминается о «Старспикерах», которые обладали возможностью управлять кораблями с помощью транскабеля, но задокументированные случаи таких экземпляров настолько редки, что их процент на каждый триллион трансформенров составляет 0,02%. Говориться, что при сильных перегрузках требуется вмешательство не только в процессор, но и в саму сеть. На счет информации о самой фемке чуть больше информации. -Ее позывной Стракплинтер, активация произошла в городе **. Училась на механика кораблей и работала на кафедре, где и находился наш новобранец, Рэтчет. По нескольким источникам от других работников кафедры Смоукскрин пересекался с ней, и даже не один раз находился на одном и том же борту, что и она. – многообещающе подытожил он, совсем не стесняясь реакций Рэтчета, который на последних данных резко обернулся на самого читателя. - возраст датируется примерно на 2 ворна старше, чем Смоукскрин. Учавствовала в операциях по спасению Блокад, а также по военной сборке кораблей в условиях войны. Осталась на кибертроне вплоть до защиты главной Цитодели. Дальше данные отсутствуют. - я ж говорил, что у парня память отшибло, а вы не верили. – оперся на руку щекой Уилджек, скучающе улыбаясь. Рэтчет же пытался переварить данные о таком заявлении, пытаясь предугадать любые исходы, буквально застывая в пространстве как завороженный. - ты вообще заглядывал ему в затылочную часть? Мой тебе совет, когда мы были еще рекерами, то после плена или длинного отсутствия того или иного участника, то мы обязательно вскрывали его коробку и проверяли на сохранность… - Ты принимал участвие в таких операциях? – ледяным голосом произнес Рэтчет, выглядя пугающе тревожным. От перемены эм-поле врача, рекер быстро поменялся не только в лицо, но и в позе – сел так, будто готовился побежать. - Принимал..? – недоверчиво сказал Уилджек сильно сощуривая оптку, ощущая как волна скопления чувствительных циклов подкатывает к шейным трансляторам. Антенны неосознанно навострились, сильнее ощупывая почву вокруг медотсека. - Проходи обработку и ко мне живо! – рявкнул Рэтчет, наблюдая как Уилджек сорвался с места в сторону старого аппарата обработки, который с заядлым жужжанием окатил меха паром. И пока рекер счищал с себя бактерии, то сам полигонный врач занялся подготовкой. Он механически заученными движениями изменил доступ топлива к корпусу феммы, и изменил разные показатели, которые вводили пациентку в больший стазис. Ринувшись к полкам, Рэтчет достал специальную банку с раствором, которую он успешно с помощью притиснувшегося Уилджека установил на катетер. – Подложи ей под шейный позвонок подставку, и снимай шлем. Рекер быстро сориентировался и снимал шлем с головы новоприбывшой, аккуратно сжимая специальные защелки и защитные клапаны. Когда часть брони была снята, то на помощь подоспел хирург, который своими быстрыми движениями и скальпелем смог открыть необходимые отсеки на головном модуле. Уилджек молча придерживал сегменты головы, которые требовали чужой поддержки. Рэтчет, как главный хирург, вскрывал все дальнейшие участки, пока не дошел до назначенной цели. - Где? – спросил Рэтчет, поправляя лампу, так чтобы были видно глубинные сегменты в голове фем. - Видишь коробку? – встречно спросил Уилджек, получая в ответ двойное «вижу». – обычно слева в специальном отсеке должен быть установлен имплант. Он прям в глубине за проводами должен находиться. - Угу, - прошипел врач, перед тем как забрать из рук Уилджека длинный пинцет, на концах которых находились иглы. Он как настоящий мастер профессионально вскрыл запрятанную ячейку и достиг импланта. – Нашел. Вновь воспользовавшись инструментом, Рэтчет вытянул небольшую фигуру, от которой тянулся длинный провод. Вручив Уилджеку в руки чудо-механизм, как сам врач схватил неподалеку лежавший сканер и подключил его к компьютерной консоли. Экран тут же загорелся привычным желтым оттенком, на котором проявились все данные и коды, которые были зарегистрированы под номером пациента. Потыкав на клавиши, Рэтчету понадобилось пару минут, чтобы найти аварийную точку всех проблем – имплант подвергся массовой «интерфейсной атаке» от чужеродных источников. Максимально быстро обработав пережитый день, Рэтчет с уверенностью мог сказать, что одним источником являлся Саундвейв, который создал шоковый удар для нейросети фемки, но встал новый вопрос – а кто или что является вторым источником удара? Немезида? Вирус? Нет, ничто из догадок не могло создать такой сильный импульс, отчего частота импланта была отвергнута самим же процессором. - Ну? – любопытно выглянул Уилджек, продолжая держать фигуру, которая мигала красной лампочкой. – Что там? - Ничего хорошего, - ответил Рэтчет, сохранив все данные на консоли, возвращаясь к рекеру. – Заканчиваем. Постепенно состояние вновь выходило из тотального стазиса в глубокий, также Рэтчету пришлось вколоть пару анальгетиков фемме, чтобы нейросети не словили двойной удар по цепям. И пока он возвышался на телом молодой на вид особью, то совсем позабыл о своем «друге», который смывал с себя жидкость, выделившуюся пока он помогал с модулем. Вода текла, а Уилджек продолжал тереть руки, очищая фаланги от невидимой грязи, которая осела на его совести грузом. Он находился в реальности, но сознанием граничил в дежавю, не предвещающее ничего хорошего, кроме памяти своих верных товарищей… Рэтчет хоть и анализировал отчеты пациента, но также чувствовал, как что-то нехорошее и тяжелое садилось ему под искру, царапая защитный слой, как настоящий скраплетт. Сжав кулак, медик бросил: - перестань лить воду, - на побуждение среагировали быстро. – займись подзарядкой, чтобы я потом не тратил на тебя энергетические стимуляторы. Послышалось старое «хах» и закрытие дверей, за которыми слышны были тяжелые шаги массивного воина. Он остался один на один со своими мыслями, которые прерывались тучным присутствием чужеродного объекта – Стракплинтера. Она его изрядно напрягала. Возможно, он отвык от суеты и наличия пациентов на койке. Все таки пару сотен ворнов назад они направлялись в неизвестном направлении, находясь в подвешенном состоянии до тех пор пока не встретили Землю. Старик совсем позабыл каково быть настоящим хирургом и спасать тысячи искр в день. Да и манипуляторы уже не те, заржавели поди. Углубляться в собственные воспоминания не хотелось, но психика видимо желала разгрузки за столь долгое время небытия. И вот, совсем недавно он стоял в медотсеке, а теперь в главном зале, где горел приятный тусклый зеленый свет подсветки. В руках он сжимал датпад. Кажется он так и не внес дату Джетрид. Можно было сказать – халатность, на что Рэтчет бы согласился. Виноват. Как врач он обязан был зарегестрировать время смерти своего пациента, но по неизвестной причине – не сделал. Вновь отложив датпад, Рэтчет ободряюще похлопал по столу и направился на перезарядку. Сил больше не было терпеть. *** Оптимус отсутствовал долго, даже слишком долго для привычной беседы с правительством. Вставшие раньше самого медика солдаты уже во всю занялись играми и разговорами с людьми. Мико, как всегда пыталась подключиться к колонке, которую Рэчтет заботливо отключил от всех систем базы. Балкхед пытался успокоить гневную Мико, предлагая взамен прокатиться с горы под рок. Арси лениво опиралась об колонну и забавно наблюдала за тем, как Джек пытается починить свой мопед, у которого детали отпадали сами по себе. - Может поможешь? – огорченно отозвался подросток, вставая в позу «а хули нет». На что Арси лишь сильнее растянула улыбку, которую не часто увидишь на пластине хрупкой фемм. - Ну и чем прикажешь помочь? – так же развела руки, повторяя движение напарника. Отчего Джек фыркнул, но глаза закатывать не стал.- я не механик, если что. - Это уж точно, - заметил парень, пачкая черные волосы в масле, ручьем потекшее из топливного бака. И пока он старался найти место утечки, то в голову пришла небольшая мысль, которую он быстро озвучиd. -А кем вы были до войны? - Разве по мне не видно, что изначально была создана для разведки? – демонстративно закатила оптику голубая фемм, осматривая других товарищей. – я вообще то известная шпионка в районах Каона. Меня почти никогда не ловили во время операций. -Ого, а Клиффджампер тоже был разведчиком? – неосторожно спросил Джек, сам того не подозревая раня разведчицу. Арси заколебалась, но быстро совладала с собой и ответила с ноткой горечи: - Не, он был обычным воином, который всегда бежал в бой не смотря на обстоятельства. Это упорство его и погубило. - Прости, мне правда жаль, - чутко заметив перемену, он извинился. Ложа руку на коленный сустав напарницы в знак поддержки. - Вы бы с ним поладили...- грустно улыбнулась та, полностью прощая мальчика за нетактичный вопрос. - А как Бамбалби взяли в разведку, если он еще совсем маленький? – из конца базы раздался хриплый голосок самого младшего напарника из всех возможных. Раф, поставив игру на паузу, совсем позабыл о зрителе. Который с ярым удовольствием наблюдал за гонкой. Со стороны Бамбалби была слышна раздраженная частота, которую он обратил на Рафа. – Ой, прости! - Ну, я бы не сказала, что он совсем маленький, - замялась зрелая фемботка, явно не считая Би «маленьким». – Даже не сомтря на возраст, знаешь что он вытворял на фронте? Если нет, то попросите у Рэтчета перекинуть информацию. - А как так получилось, что Смоукскрин будучи старше Би считется новобранцем? – вновь задался вопросм Раф, за что поплатился своим чувствительным слухом, оглушенный писком, издаваемым со стороны колонок. Прикрыв свои уши ладонями, Раф зажмурился до тех пор, пока звук не исчез. -Да блин! – прокричала Мико, сердито смотря на Балкхеда который на благо слуха команды поспешил сломать колонки. – Ну и что ты сделал? Как мне теперь рок исполнять, а? - Мико, так нельзя, - озадачено оправдался рекер, пытаясь то ли успокоить, то ли застыдить маленькую пакость, которая умудряется ломать своей изобретательноcтью все законы базы и перезарядки солдат. Мико яростно развернулась и надула щеки в знак несправедливости, сосвем не обращая внимания на остальных членов команды, которые до сих пор отходили от звуковой деградации. Балкхед, услышав позади себя шаги, перенаправил свое внимание на стоявшего в проходе. В коридоре проявился силуэт Смоукскрина, который по пути остановился, и потягивался, доводя до хруста заржавевшие детали корпуса. Здание крылья содрогнулись в такт и приняли нормальное положение, пока сам молодой кон разминал руки, и слегка подпрыгивал на месте. Давно бодрствующие хоть и обратили мимолетное внимание на Смоукскрина, то так же быстро вернулись к своим привычным разговорам, будто появление нового члена команды поставило штык на их общих разговорах. Закончив разминаться, новобранец окинул взором базу. Спокойно. Все занимались своими делами и разговорами на разные темы, а он только вышел с подзарядки с новыми силами, готовый и дальше покорять врагов. Проходя мимо его откликнул знакомый скрип. Отлучившийся от гонки, Бамбалби поздоровался с другом, делясь щелчками и разными скрипами. - Не, спасибо, я откажусь. – ответил мех, приподнимая ладони к верху в знак белого флага. Би совсем не злясь, дернул плечами и возвратился к гонкам, в которых Раф с завидным неуспехом проиграл. – А Оптимус еще не вернулся? -Нет, - кинула в догонку Арси, пытаясь правильно объяснить Джеку работу механизма на его аппарате. Быстро отвлекшись от бурчания напарника, фемма сказала: -уточни у Рэтчета. - Ладно, - коротко отозвался солдат недолго наблюдая за личным конфликтом Джека и Арси, которые шипели друг на друга, как киберлисы. Запрокинув за голову манипулятор, Смоукскрин свистнул наружными клапанами и ловко обошел серенаду людей-роботов, чтобы не наступить ни на кого, и ни на что. Добравшись до медотсека, новобранец вздрогнул от громкого закрытия шлюзов, отвыкнув от автоматических дверей на Кибертроне. Перепроверив ситуацию сзади, бот вскинул свое внимание на отсек. Его встретило белое помещение, заполненные различными полками и аппаратурой. Консоли работали непрерывно, что засекая и отражая на экранах. Стоило ему пройти дальше к экранам, как на открытых панелях загорелись лампочки синих цветов. Решив откреститься, кон отошел от аппаратуры, наткнувшись спиной на пустую платформу. «Процедурный кабинет» логично воссоздалась картина, толькоо вот главного героя местности не наблюдалось. Где Рэтчет? Повертев цепями, Смоук легкими шагами добрался до реанимационного блока, в который он медленно зашел на случай, если его заметят. Но вместо упрямых возгласов врача наступил раздражающий аудиосенсоры неритмичный писк. Сразу обратив внимание на источник, мех заметил новую консоль от которой исходили кабели разных размеров. Рассмотрев экраны, бот опустил голову прямо на платформу, к которой исходили провода. Наверно впервые он смог рассмотреть гостью, которая чудом спасла их от гибели. Будучи занятым сражением, он не поверил в увиденное. Голос сзади звучал таким…хриплым и глубоким, что сенсоры не сразу соотнесли звук к живому происхождению. На миг ему показалось, что корабль содрогнулся и разнес по всему корпусу глубинные смещения шахт. Но реальность оказалась обманчивой. Его окуляры зацепили фигуру выступающую из тени коридора из которой выступало сотни кабелей и проводов, повиснувших с потолка и стен. Зрелище было жуткое, но мимолетное. Немезида накренилась в бок, отчего он смог выкрутиться из захвата и кинуться в противоположную сторону, ухватываясь свободной рукой об стену. Тогда он не смог детально рассмотреть пугающий силуэт, но теперь он в полной мере имел право накрениться над фемой, если она такой и являлась. Если бы не обращение Уилджека к обмякшей на его руках фигуре, то он бы и не понял, что видит представителя фем. В отличие от хрупкой и напряженной разведчицы, лицевая пластина выглядела довольно таки приятной. Вместо угловатых выступов на шлеме красовались длинные, но утонченные детали, создававшие образ мини-рожек вокруг всего шлема. Шейные магистрали вытянуты и защищены надбронниками поверх. Туловище хоть и крупное, но сильно истощенное, отчего казалось что конечности непропорционально длинные для такой, как она. Снова взглянув на расслабленную пластину, мех слегка заколебался, но ради любопытства все-таки дотронулся фалангами до руки. Аккуратно приподняв, ту конечность, которая не заполнена катетерами, он легонько повернул холодную ладонь, раскрывая скованные длинные пальцы фембот, чтобы рассмотреть одну необычную деталь – наросты. Они были выполнены в поочередном положении, так чтобы образовывать диагональ вдоль ладони. Не став притрагиваться, Смоукскрин обернулся назад, как только открылись створки. На удивление вошедший медик не стал ворчать на молодняк, а кивнул в сторону выхода, давая понять о возвращении Оптимуса. Навострив свои антенны, Смоук бросился на выход, огибая мощную фигуру медика, чуть не задев его своим крылом. Буквально выпрыгнув из медицинского блока, как на свету показались очертания Прайма, возвышавшегося над подчиненными. Уставши мигнув оптикой, лидер обошел всех и встал около консолей, начиная быстро что-то набирать. Понимающие соратники не стали ничего спрашивать до тех пор, пока на их поле зрения не попалась Джун Дарби в своей медицинской форме. *** Глубокая ночь восторжествовала. Датчики затихли от долговременного отсутствия какого либо движения. Дети давно уехали с базы, которых забрала мисс Дарби, выглядящая мягко говоря…недовольной. Рэтчет даже не взглянул на нее перед тем как открыть вход. Было стыдно за то, что они не смогли. Разорвали договор. Повели себя невнимательно и неаккуратно, и главное не предвидели такого исхода. Фоулера к тому времени уже не было, его след будто до сих пор витал в воздухе. Стены давили, а тишина со стороны Оптимуса – страшный предвестник неизбежного. Стоило команде расстелиться по разным уголкам базы, как Оптимус угрюмо подключил к экрану неизвестный прибор, которая стремительно включила запись. - В ночь декабря 9 числа на пригород Тихаса был обрушен космический объект, называемый шаттлом для передвижения трансформеров с планеты Кибертрон. По данным шаттл принадлежал автоботскому судну, который был пришвартован к Немезиде. В результате падения было убито 50 мирных жителей из которых 26 детей и 4 преклонных стариков. Пострадало более 150 граждан, на месте до сих пор проходит расследования и экспедиционные группы по помощи людям. – на экране проявился взрослый мужчина, одетый в военную форму с многочисленным количеством медалей на левой стороне пиджака. – В следствие переговоров с лидером автоботов Оптимусом Праймом и агентом Фоулером мы приняли решение о санкциях. Договор между людьми и расой автоботов был разорван по истечению обстоятельств. Множество пунктов контракта были разорваны со стороны автоботов. Мы не позволим тому, чтобы продолжалась серенада смертей наших граждан. - До тех пор пока мы не получим рассмотрения ответа от десептконов, мы вынуждены принять меры. Санкции будут распространяться на ВСЕХ членов команды Прайма и должны выполняться строго по протоколам, иначе мы разорвем контракт и ударим военными силами по базе. А также будем нести угрозу передачи информации, если перемирие будет согласованно с десептеконами. Отныне каждое передвижение команды или отдельного члена будет сопровождаться наблюдением американского спецназа. И вы не имеете права делать и шагу без нашего «зеленого света» и без сопровождения. Также мы будем требовать подробных отчетов о состоянии вашей команды, чье происхождение, состояние здоровья и нейросети не могут быть на 100% проверены нашими специалистами, подлежат изоляции от гражданского населения и отстранению от активных операций до завершения расследования. - Вы соглашаетесь на установку на ваших корпусах постоянных транспондеров слежения, контролируемых Пентагоном. Маяк не снимается. Кроме того, один из ваших соучастников младших из детей Раф будет официально прикреплен к программе как «офицер связи» с правом отзыва вашего статуса. Так же в течение недели вы предоставляете нам полную техническую документацию вашего медицинского отсека, мостового генератора и оружейных систем, которые были установлены без надзора. Мы должны иметь возможность создать земной аналог для самозащиты на случай, если вы…выйдете из строя. Разговор был принят тяжелым гулом базы, в котором прослушивались реакторы каждого. Арси прикрыла оптику и нервозно издала куллерами скулеж, прикрывая серебряной ладонью приемник. Говорить ей было нечего, чего не скажешь о Бамбалби, который путем переработки данных закрутил оптические диски и вызвал мощным цепным напряжением схлопывание внутренних систем, которые прогремели в тиши базы. - А Фоулер знает о новенькой, если ее так можно назвать, - совсем притих Балкхед, нервно озираясь на Рэтчета, который отвернулся от прямого контакта. Нижняя челюсть приоткрылась и также медленно закрылась, открывая команде свободу действий. - Не ожидал от людишек встретить такой низкий удар под дых. – фыркнул Уилджек, отворачивая шлем в сторону прохода, в который он старался спрятать свой раздраженный взгляд. Он хоть и не прикипел к земным напарникам, но чувствовал какая угроза для рекеров и не только стоит за словами маршала. Напряжение росло таким же темпом, как и увеличение раздражения у младшего разведчика, который разгневано вскинул прицел оптики с пола на лидера. Оптимус не смел ничего говорить, да и его состояние Эм-поля говорило само за себя – он старался, но увы, не смог. - Мы сделали одну оплошность, которая никак не зависела от наших намерений, а теперь виноваты еще и мы? – вонзился в ситуацию новобраненец , в его процессоре кишела мысль о несправедливости, но по традиции его пылкий нрав остудили резким холодным, даже ледяным утверждением. - Мы сделали достаточно, чтобы нарваться на такой исход. – пролепетала фем, отстраненно глядя на Смоукскрина, которого будто водой окатили, как и Бакхеда. Рядовой ощетинился и уже хотел внести свои пять копеек, как его возглас был прерван Оптимусом. - Я согласен с Арси, мы сделали много непоправимого и сами же подставили и себя, и наших друзей. Из-за наших действий, хоть и не намеренных, пострадала большая часть инфраструктур планеты, а также мы разрушили не малую часть городов своим присутствием и операциями. – глубоким голосом опередил Прайм, оглядывая медленным взглядом всех присутствующих, многие из которых были мягко говоря раздосадованы. Но его взгляд остановился на Бамбалби, который ни на минуту не переставал вглядываться в лидера. Раф - вот в чем заключалась проблема бессилия как и Оптимуса, так и разведчика, у которого искра была не на своем месте. - Он сказал, что есть возможность перемирия с десептеконами, - вновь взбудоражился зеленый рекер, взводя руками вверх. Страх и озадаченность встала перед ним стеной.– Они виноваты в смертях, и в итоге с ними люди будут сотрудничать? У них точно все в порядке с платами? Они считают, что мы предатели?! - Будь на их месте, я бы сделал то же самое, - через плечо кинул старый друг Прайма, от чьих слов даже антенна Оптимуса дрогнула. Постукивая пальцами по консоли, медик твердо приказал. – Поочередно заходим ко мне, будем снимать показания. Хватит разговоров. - Мы серьезно просто так согласимся на неравные условия? – застыл Смоукскрин, испуганно рассматривая обеспокоенные лица команды, игнорируя Рэтчета. - а что ты предлагаешь? – вонзилась резким перепадом Арси, впиваясь раздраженными оптиками в распахнутые окуляры спрашивателя. В ответ поступила тишина. Нет идей. Нет надежд. Нет плана – вот что читалось в поле Смоукскрина. Проследив, как все направились в сторону Рэтчета, Смоукскрин обернулся на последок на Бамбалби, проверить его, но не встретился с ним контактом. Он заметил, как над всеми одержала досада перемешанная с отголосками совести и страха. Никто не знал, что делать дальше, и как поступать в противном случае. На что ему пришлось затихнуть до лучших времен. Ото сна не осталось и следа. Все сидели как на иголках. Хоть все и были уверены в своем психическо-ментальном состоянии, но сам факт того, что Арси, Балкхеда и Би могут разделить с их прямыми напарниками давало ужаса не меньше, чем виновность в смертях соратников. Особенно отражалось напряжение Арси, которая будто окунулась в раскаленный котел масла. Сильно сгорбившись, она обнимала свои плечи и старалась не ловить на себе взгляды товарищей. За долгое время ей было не по себе. Было страшно, как за свою дальнейшую судьбу, так и за детей, которые точно никак не виноваты в действиях. Что если на Джека повесят документное «клеймо»? Признают иноагентом? Приговорят к заключению? Бакхед выглядел чуть лучше из-за того, что сам однажды висел на тонкой ниточке перед трибуналом. И ладно, если бы его самого наказали, но вот угроза над Мико, стаявшая огромным наплывающим крейсером – была чужда для него. Ведь она еще совсем ребенок, еще учиться, надеется на своих больших друзей, а тут… Бамбалби находясь на самой процедуре никак не мог сосредоточиться из-за не стабильности, вызванной страхом за своего лучшего друга. Почему именно он должен иметь привязку?! Почему не Джек, как старший из команды? Почему не Фоулер? Он злился, хотя сам понимал, что его злость ничего не решит. Но все таки..? Сам Оптимус наблюдал за Рэтчетом и не мог не волноваться. Груз тяжелым камнем, а то и трупом обрушился на широкие плечи, надавливая на зажившие шрамы. Он подвел не только команду, но и людей. Как лидеру такие последствия были бы непростительны, будучи Праймом он совершил так много ошибок, от которых зависела и судьба планеты, смерти и жизни соратников, а он просто стоял, пока события сменяли друг друга. Вина вновь грызла системы изнутри, и ему невероятно сильно требовалась поддержка друга, который демонстративно отказывался говорить с ним в присутствие посторонних. - Следовало сразу оповестить властей о нашей проблеме еще до того, как прибыл агент. – прошипел Рэтчет, поворачивая корпус к товарищу. В окулярах застыла картина, сменяющаяся бессилием. – Она навалилась на нас грузом и теперь что с ней делать? Куда девать? - Она спасла нас. - прошептал Оптимус, вновь по привычке защищая слабых. За что и поплатился. - Тем не менее из-за нее погибли люди, и теперь мы остались крайними, - прорычал мех, сжимая сосуд в руках, нервно указывая на виновницу, которая в настоящий момент мирно лежала, подключенная к обеспечению. – самое ужасное, что мы не можем гарантировать, что она солдатом является. Представь, реакцию Пентагона на то, что мы оказывается их не оповестили о появлении гражданского лица! - Ты хоть помнишь наши первые условия договора? Никаких гражданских лиц на территории планеты, даже если они под нашим наблюдением. Ситуация и так отвратительная, хуже уже быть не может. – отозвался Рэтчет, поднимая ладонь вверх, безмолвно заканчивая разговор. И Оптимус замолчал. Он знал и видел, что друг совсем не в том состоянии, чтобы мыслить мудро, но…в его словах содержалась правда, которую даже он не мог оправдать. *** - Сегодня после обеда прибудет первая группа спецназа и установит на вас датчики, - громыхнул ни в свет, ни с зари агент, поправляя сползающий пиджак. Растрепанные волосы и видные синяки под глазами вводили в ступор. Фоулеру досталось также, как и автоботам, что первым заметил его большой друг. – дети сегодня сидеть по домам будут. С ними свяжутся органы. Что? Подняв взгляд с бумаг на озадаченного Оптимуса, как мужчина закатил глаза и хлопнул себя по лбу: - Вы меня до инсульта доведете своими выходками: раз сказал, два сказал – итог один и тот же, - махнул на того рукой Фоулер, и постарался как можно быстрее снять пиджак. Холодный пот лился с него в три ручья. – я с каждым разом разочаровываюсь все больше. Кто вас просил рваться за пленными? Не могли нам доложить? - Отчеты приведены о медицинском отсеке и о содержимом? – исподлобья взглянул Фоулер, перед тем, как самостоятельно не сорваться с места. В его глазах пробежалась вспышка страха и гнева. – Только попробуй! Оптимус отвел взгляд и сжал правую руку перед тем, как вернуть внимание на Фоулера, которого на месте не оказалось. Ему даже не пришлось ничего говорить, он сам все понял, как только поднял взгляд на Прайма. Попытавшись выровнять кислородный обмен, как Оптимус окаменел, слыша как удаляются шаги мужчины. И стоило железной дверце открыться, как на всю базу прозвучал громкий возглас. - Твою мать! Что это?! – перейдя обратно в главный зал, Фоулер взорвался и без стеснения повысил голос, явно показывая ВСЕ накопившееся недовольство. Его руки встрепенулись и указывали на застекленную человеческую дверь. –Кто. Это. Такая? -Эта та, о ком я собирался рассказать тебе при первой возможности. Мы спасли ее с Немезиды. Она находиться в коме и не представляет угрозы. - ТЫ был в кабинете с президентом и не удосужился оповестить его об ЭТОМ? – медленно произнес первые слова мужчина, а после быстро проговаривал все обвинения. Ярость росла и не спешила утихать от новых известий. - ты стоял перед самим президентом Соединенных Штатов Америки, и молча кивал? Тебя совсем контузило? Перед закрытыми глазами агента пронеслась картина, когда они с Праймом только заканчивали совещание. -Агент Фоулер, есть ли у автоботов еще сюрпризы, о которых мы не знаем? – приподнял подбородок мужчина и с укором взглянул на молча стоящего Прайма. Оптимус замялся, но уверенно продолжал вести зрительный контакт, на что мужчина многообещающе хмыкнул. - Нет, сэр. – как отрезанный произнес темный мужчина, поправляя галстук, совсем не поворачиваясь на сзади стоящего робота. Он верил. Он доверял. Хотел доверять. Соврал, хоть и не по своей воле – страшное преступление, особенно когда на кону стоит все. И Фоулер, как никто другой, понимал это, и пытался просчитать любые способы и последствия данного поступка автоботов. Но все же ярость с обидой была сильнее. - Понимаешь, что я теперь лжец перед своим же правительством и народом? Что я прикрываю инопланетян, которые скрывают от моей страны возможное оружие или военную единицу? Меня снимут. Посадят. И будут правы, потому что, я, идиот, тебе верил! Договаривай уже! Как и ожидалась Оптимус выложил все карты не все, и только сейчас произнес самое страшное заявление, от которого у Фоулера кровь застыла в жилах, а волосы на руках встали дыбом: - Она – старспикер, имеет предрасположенность управлять кораблями путем неизвестного подключения к системам. Мы еще не до конца изучили этот- - Она управляет кораблями? Ты протащил на базу того, кто может взломать авианосец, спутник, систему ПВО – и ты мне сказал, что «ничего важного»?! Ты не понимаешь, что вчера я мог еще хоть как то подготовить почву или прикрыть весь этот хлам? А теперь они узнают от своих шпионов, от перехвата, от кого угодно – нам конец. – высказывал агент все, что только приходило в голову, мысленно подготавливая себя к казни. – Я ради вас жизнью рисковал! Выбивал вам ресурсы, когда все вокруг хотели вас разбомбить! А ты…ты просто промолчал. Как будто я пустое место. Как будто моя работа и шкура ничего не стоят. Ты знаешь, что подставил меня? Схватив себя за голову обоими руками, Фоулер прошелся вдоль всего коридора и обратно, пока Прайм наблюдал за ним, пытаясь стать призраком. «Вот дура-ак» - носилось в мозгу у Фоулера. Вдохнув большое количество кислорода, мужчина продолжил разговор, мечтая о ведре со льдом. Мысли летали кругом, стены базы начинали казаться тюрьмой, в которой невозможно дышать. Отдышавшись, Фоулер вновь поднял голос. -Ладно, что сделано, то сделано. Но теперь слышай меня, Прайм, и слушай внимательно. Когда- не если, а когда – наверху узнают о ней, меня вызовут и спросят почему информация была донесена не мной. И я скажу правду: потому что командование автоботов приняло решение скрыть информацию от американского правительства. После этого вас объявят враждебной стороной. И я ничего не смогу сделать. - агент Фоулер, я понимаю твой гнев, но она раненный солдат, а не оружие. Выдать ее людям, которые увидят в ней только глобальную угрозу, означало бы предать клятву защищать невинных. – отозвался Оптимус, возвращая себе дипломатические черты после яркого всплеска эмоций и совести. Только вот самого мужчину принципы уже не волновали. - Тогда у тебя есть один выход. Ты должен опередить утечку. Мы едем в Пентагон вдвоем сейчас же, и ты лично докладываешь о ней, каешься в сокрытии и предлагаешь план контроля. Маяк на нее. Протоколы изоляции. Доступ для наших медиков и ученых. Иначе – все. Ты меня понял? – и пока Оптимус незаметно кивнул, представитель командования спустился вниз под знакомый звук трансформации и вновь вернулся на мягкое сиденье в салоне грузовика. – поторопись. - Так точно, - Прайм не теряя ни минуты завел мотор и со свистом тронулся с места, подключаясь в личный вызов Рэтчету, который не смотря на работу вслушался в слова своего дорогого начальства.