fuck the fuckin’ sun

хаён сидит в зале для практик, неторопливо изучая собственное и групповое расписание на предстоящий камбэк, первые несколько строк совсем не пугают, сначала мьюзик бэнк, затем радио-подкаст от лица всей группы, потом съёмки дэнс-практики. но стоит взгляду им опуститься на листок с выписанным личным расписанием, как сердце пропускает удар и падает в пол. 11.09.24/9:00 - съёмки для star magazine совместно с ким сохи. 12.09.24/12:00 - интервью для star magazine совместно с ким сохи. два дня подряд. им хаён. ким сохи. в одной студии. на одном интервью. на одной фотосессии. для одних, сраных, будь они прокляты, купальников. в голове уже всплывает вопрос, культурно смыться сейчас или умереть от стыда позже? им тупо смотрела в листок, корейские иероглифы плыли сами собой. что сказать сохи? "м, знаешь, я не горю желанием фотографироваться с тобой, нет, не потому что не хочу, не потому что мы плохо общаемся, просто я стану красной, как ебучий помидор. а так все в порядке, кто не мечтает увидеть полуобнажённую ким сохи?"

***

проходит несколько дней с этого момента, мьюзик бэнк был успешно посещен, радио-подкаст был отлично проведен, йеджин даже взяла номер у ведущего, и, как перешептывались ван и чхве, пару раз переписывалась с ним в какао-толк, хихикая, и пряча от посторонних глаз смартфон. дэнс практис девушки отсняли очень быстро, за столько лет опыта движения выходили сами собой. танцы, в принципе, стали одной из самых лёгких дисциплин для девушек. но, как это свойственно, счастье очень быстро заканчиваться. день икс начинается. злоращадный день съемок, кажется, наступает слишком быстро и неожиданно, не так как планировала хаён, привыкшая расписывать и ожидать каждую вещь, предугадывать каждый удар, уклоняться от каждого ножа. её ебучий тип личности не позволял мыслить иначе. по дороге до фотостудии им обматерила каждую вещь на своем пути. абсолютно все. ебучее солнце, решившее пробить свои яркие лучи прямиком в небольшую спальню девушки. ебучие капронки прорвавшиеся так невовремя. ебучий невроз, преследующий её на протяжении последних дней. ебучая бессонница, которой та страдает последние пару месяцев. от нее не помогали ни таблетки, ни разговоры по душам. только алкоголь, только безбожная усталость после многочасовых кардио-треноровок в зале. ебучая жизнь по одному режиму: проснуться. подумать о ким сохи. уйти умываться, думая о ким сохи. поесть, не переставая думать о ким сохи. отправиться на пробежку, размышляя о ким сохи. прийти в студию, продолжая думать о ким сохи. пообедать, представляя рядом ким сохи. доплестись до комнаты звукозаписи, не на секунду не отвлекаясь от размышлений о ким сохи. не ужинать. ночью стошнит. попытаться уснуть, думая о ким сохи - попытка номер один. провалено. попытаться уснуть, стараясь не думать о ким сохи - попытка номер три. провалено. попытаться уснуть, не думая о ким сохи - попытка номер сорок пять. провалено. ебучая ким сохи, ебучая им хаён с своей ебучей влюбленностью. ебучие двадцать шесть. ебучая карьера, выбранная ею ещё давно. ебучее агенство, составлявшее для нее это ебучее расписание. ебучие потребности, которые не отключаются. ебучее возбуждение, преследующее ён все это время, стоит лишь увидеть новые фото в профиле старшей, как белье само липнет к телу. ебучие собственные пальцы, на их месте должна быть ебучая ким сохи.

***

— хаён, все хорошо? ты очень блендая, или дело в макияже, принести воды? – хаён не разобрала ни слова, сказанного старшей. единственное что она, кажется, смогла вымовить было "да, пожалуйста", фраза, скорее, защитная, чем утвердительная, учитывая полное отсутствие представления о чем её вообще допрашивала хи. — сейчас принесу, – привычно цокая каблуками отошла ким. представить ким без каблука – сложно. представить ким полуобнажённую – невозможно. а съёмки начнутся через полчаса, на каждой уже нанесен макияж. для каждой уже подготовлена одежда. сбежать и подвести сохи – хуже, чем факт существования этого мероприятия. секунда – и появляется силуэт сохи с стаканом воды в руке. им машинально принимает предмет из чужой руки, им машинально кладет руки на ладони хи. им машинально краснеет. им машинально возбуждается. спусковой крючок опущен. теперь без шансов отвертеться. — твоя вода, ён, что ты?.. – речь обрывается на полуслове, когда хаён резко встаёт. резко вскидывает руки. резко целует. на воду всем уже наплевать. пластик незвонко треснулся о пол. никому нет дела, жидкость разлилась. всем все равно. сейчас смысл имеет только сохи, только ее руки, только ее нешироко приоткрытые ебучие губы. ебучее сердце колотиться так, словно ещё минута и хаён свалится от сердечного приступа. кажется, этот вариант звучит заманчивее, чем сейчас стоять и позориться перед старшей коллегой, держа ее за ебуче-тонкую талию, как будто мгновение и хи рассыпется в руках. но не происходит не сердечного приступа, ни позора, ни пропажи сохи. она по прежнему держит свои губы в плену губ младшей. по прежнему отвечает, по прежнему опирается о хаён, по прежнему дрожит. им отрывается от сохи, на грани истерики смотря на нее. — прости меня, онни, прости, я так отвратительна, онни. — тише, – говорит хи. — нет, не успокаивай меня... — тише, говорю, идиотка. – обрывает сохи. до младшей суть всего выше сказанного доходит лишь через десять секунд, она прикрывает рот рукой, стараясь не издать ни звука. сохи осторожно выглядывает из приоткрытых дверей, ища глазами стафф, искренне надеясь, не увидеть ни одного из них, молится, чтобы сейчас, каждый вышел покурить, пусть ким и ненавидела запах любых дымных, бездымных систем, сигарет, чего угодно, в эту минуту девушка молилась всем известным ей богам, дабы сотрудники занимались черт знает чем, но не своей работой. убедившись в отсутствии любой живой души по близости, кроме стоящей в ступоре хаён. старшая бесцеремонно набрасывается на младшую с поцелуями. всё тело охвачено пожаром, ебучее возбуждение выдает её с головой, сейчас это нестрашно, скорее важно, им стопорится, отвечает лишь тогда, когда ким тянет её все ближе, беспорядочно впутываясь руками в волосы хаён. посрать на ебучую укладку, посрать на ебучий макияж, мир сузился только до этой коморки, только до им хаён и ким сохи. — сохи... — что? тебе не нравится? я делаю тебе неприятно? – опасливо спрашивает хи. — всё отлично, но... скоро съёмки, давай не будем... — рисковать? – обрывает на полуслове ким. — а если я доведу тебя до самого крышесносящего оргазма в твоей жизни, ты позволишь мне рискнуть? – ким спрашивает надрываясь, то ли от нехватки воздуха, то ли от возбуждения и адреналина в крови, то ли от всего сразу. — тебе позволено всё... – едва слышно соглашается младшая. — я не сомневалась, – сохи накидывается на губы с новой силой, слизывая всю нежно-розовую помаду, весь ебучий контуринг губ ебучей им хаён идёт в пизду, всем уже посрать на все происходящее до этого момента. целует, резко, напористо, быстро, но до дрожащих коленок нежно. то, что нужно. ощущалось так, словно они давно в отношениях и также давно изучили все предпочтения друг друга касаемо секса, — ты потрясающая, им хаён, – продолжает свою пытку старшая. в ответ на что им плавится, течет, растекается как вода, которая все ещё на полу, все ещё прохладная. хаён резко обретает смелость, как в своих самых смелых снах, смелее, кажется, только все происходящее между ними сейчас. младшая похабно сжимает чужую грудь в руках, впивается в тонкую светлую кожу, острыми маникюренными ногтями. наспех ищет застёжку от блузки и белья старшей, также наспех стаскивает. ким пошло улыбается, не отставая тянет чужую бежевую шёлковую рубашку вниз, открывая вид на превосходные формы младшей, на её сексуальное полупрозрачное белье, стягивая и его, открывая себе вид на напряжённые, вставшие от возбуждения соски. наслаждается. — такая красивая... – у самого уха нашёптывает сохи. — ты гораздо красивее меня... – еле дыша от горячих слов и прикосновений отвечает младшая. сохи по прежнему улыбается, так солнечно-ярко, пока хаён рвано и тяжко дышит, тихо постанывая. у сохи все схвачено, она легонько скользит к хлопковым брюкам правой рукой, пока левая массирует полушарие правой груди. с губ ён срывается такой несдержанный полустон. такой возбуждающий. такой приятный бонус для старающейся старшей, кажется, за столько лет работы, так ювелирно и аккуратно хи не выполняла дела никогда прежде. старшая уже ласкает промежность им сквозь ткань штанов, хаён треться о руку ким, вымаливая продолжить движения, только без ненужного атрибута одежды. сохи, зная, чего так хочется младшей, не спеша снимает брюки, резко опускаясь и, целуя лобок сквозь ткань нижнего белья, аккуратно ведёт по его каемке и также аккуратно избавляется от него. ким опускается на коленки перед младшей, сладко целуя чужую интимную, гладко выбритую для фотосессии, зону. а через секунду не дав и поразмыслить, касается языком, целуя, младшая не сдерживает стон. хи оглаживает бедра им. — тсс, солнышко, будь тихой, слышишь? – в ответ младшая активно качает головой, моля продолжить. — вот так, – снова припадает языком сохи. — тебе хорошо? — ты не представляешь... как – подавляя стон отвечает ён. — такая нуждающаяся, такая сладкая, – не скупается на пошлости старшая, по миловидной внешности и манере никто не в жизни ни подумал, что старшая способна быть такой порнографичной. недолгих, минутных ласк языком хватает, чтобы хаён забилась в экстазе, бурном и неожиданном, как и всегда мечтала в своих влажных снах. — это было... крышесносно... как я могу тебя отблагодарить? – многозначительно смотрит ён. — м-м, только если подарить мне такой же оргазм с помощью твоих замечательных пальчиков, – ким с надеждой смотрит прямо в душу ён. прямо в сердце, пропускающее очередной ебучий удар. — всё для тебя, детка, – им поддается вперёд, целуя старшую, ведя руками от шеи – к плечам, от плечей – к груди. сохи несдержанно стонет в чужие губы, хочется, чтобы сейчас ебучая студия растворилась, чтобы сейчас не было никакой ебучей фотосессии, чтобы не было ебучего рекламного контракта, с которым они работают. — м-м, тебе нравится, онни? — о-очень, – вымученно стонет хи, в повседневной жизни она до безумия тихая, но, как теперь ясно, в постели она тот ещё монстр, во всех смыслах, а ей, к слову, скоро тридцать. — продолжай, пожалуйста, у нас буквально пятнадцать минут, умоляю. — какая нетерпеливая, а, ким сохи, – хаён не торопиться, наблюдает за реакцией. ещё ироничнее это выглядит, учитывая как это все происходит, они с размазанным макияжем, лёжа на кожаном диване бежевого цвета, кажется, ещё с мезозойских времён, на котором, судя по всему, был не один такой секс. они обе полностью обнажены, а ещё десять минут назад ён и представить не могла нагую сохи, настолько сексуальную, настолько эротичную, прямо здесь, прямо сейчас. — нравится? – им зажимает чужой сосок меж двух пальцев, поддерживая чужие неспокойные бедра, желающие получить хоть капельку трения о тело им. — да-а-а, боже, ён, умоляю... – тяжело стонет хи — извращённая версия ким сохи мне очень нравится, очень, – довольно хмыкнув, хаён опускает руку между чужих ног, на что ловит губами громкий стон. — тише, тише, мы все таки не одни, онни. — и это меня расстраивает, – тяжело дыша, откликается ким. младшая продолжает работать над телом хи, таким мягким и податливым в её руках, есть глупое желание – чтобы только она могла видеть сохи, только ей можно было смотреть на нее. но все мысли уходят на второй план, когда ким тянет руки к животу, а затем обхватывает запястье ён, моля войти в неё пальцами. — какая же нетерпеливая онни, – им резко вводит палец в маленькое лоно старшей, ответом на что отзывается полустон на ухо, после чего старшая несдержанно хватает младшую за плечи, укусить или оставить метку не выйдет – ещё съёмки, которые, хаён, естественно обматерила пятиэтажным матом, иногда, ей хотелось выучить русский, со всем его богатством, именно для этого. — господи, хаён-а, любимая, продолжай, – от слова "любимая" сердце уже было готово отказать за секунду. им вводит ещё один палец, как ким зарывается в чужие ухоженные волосы, томно дыша в шею. — блять... – младшая продолжает движения, улыбаясь, довольная собой, им припадает к губам ким. — я люблю тебя, детка, – зная, как близко к желаемому оргазму хи. хватая чужие губы, хаён ловит громкий стон сохи и томную отдышку, послевкусие яркого оргазма, хотя сама сохи определенно гораздо ярче, как солнышко, но под ней она опускается и светит в другом месте. так сказать днём работаем личиком и улыбаемся, а вечером, все также, работаем личиком, только теперь усилий нужно больше. — солнце мое, у нас съёмки через пять минут, – нависая над ким томно тянет им. — я никуда не хочу, ну нахер... я устала... — я все понимаю, но как ты объяснишь фотографу каким образом ты умудрилась устать за пятнадцать минут переодевания? — сукины дети, кому нахуй сдались эти купальники на мне как на модели? пусть ищут высокую охуительную модель с длинными ногами, модельным личиком и большой грудью! я им каким боком сдалась вообще?! я же вообще не подхожу под всю эту историю! — все, кончай свой самоуничтожительный поток, попрошу их в следующий раз позвать джун, она обожает фотосессии и полностью подходит под твое описание. и вообще, не оскорбляй мой вкус в женщинах, ты шикарна, пошли оденемся. — нас убьют визажисты, ты же это понимаешь? — ну вот и умрем в один день, детка, сплошная романтика. — подожди, так какой между нами статус отношений? — ты серьезно? будем считать, что ты туго соображаешь с утра, онни. мы буквально только что переспали, а сейчас ты спрашиваешь что между нами? — да, туповато, согласна. так мы теперь в отношениях?.. — ага, именно так. — супер... — сохи, у нас минута, – торопит им. — блять... — вот именно – блять. одевайся.

***

— наши визажисты сегодня отлично постарались, определенно. макияж идеален, то что надо, влажный, размажестый, почти интимный, обязательно передам информацию к премии, – диктует фотограф. — сохи, сядь ближе к хаён, между вами отличная химия, не стесняйтесь, – им пошло смотрит прямо в глаза старшей, на что та все также глубоко смотрит в душу. — отлично, дамы, замечательно, это однозначно будет один из лучших выпусков. – девушки продолжают переглядываться меж собой лишь довольно улыбаясь и рассматривая лица друг друга, иногда меняя позы по наставлению стаффа. — спасибо за съёмки, красавицы, с вами работать – одно удовольствие. – тепло провожает фотограф девушек к дверям раздевалки. — с вами тоже очень приятно работать, благодарим за приглашение, – лучезарно улыбается ким.

***

— это было... интересно... помечу эту дату в календаре. — определенно, – хихикает ён. — когда мы объявим о наших отношениях? или ты предпочтешь оставить это за кулисами? – идя, интересуется им — не-а, завтра, на интервью, в полдень. — онни, нас выпрут из агенства, ты же понимаешь? — я тебя умоляю, я сама кого хочешь выпру, но все же я оставлю наши отношения сюрпризом для компании так точно, а с девочками мы обязательно поделимся. — хеджун спорила с йеджин на сто тысяч вон, что мы начнем встречаться в этом месяце, а йеджин сказала, что мы напьемся и переспим. - пожимает плечами младшая. — и кто выиграл тогда? – улыбается старшая. — по видимому – никто, заберём все себе. — умно, моя девушка умная, – смеётся ким. — конечно, – искренне смеется младшая.

***

— йеджин-а, ты проиграла, тащи сотку. — ещё чего, мы обе в пролете, – грустно мямлит кан. — проебались мы обе. – смотрит сначала на ву, а потом медленно переводит взгляд на старших. — вообще, меня оскорбляет что вы поставили наши отношения на деньги, – с наигранной обидой мычит им. — ага, скажите это руно, бом и чхве, они поставили на вас ящик лучшего виски. – смеётся джин. — так себе из вас подруги, – глупо смотрит ким. — отличные. мэн, с тебя лапша, – поворачивается алин. — вы что реально всей группой поспорили на наши отношения? – грустно спрашивает ён. — вы не представляете как это было очевидно, мне кажется, директор и тот поставил на вас компанию, – хихикает алин. — такова жизнь. — вы жёстокие. сэ, неси виски, которое ты выиграла, в одинокого все равно не выпьешь, – командует старшая. — но я его законный обладатель! — а я законная жертва ваших споров, неси-и-и, – тянет сохи. — ла-а-адно. это последний раз, когда я делюсь с вами алкоголем. – бурчит рок. — угу, ага, конечно, – смеётся алин. — тебе вообще едва ли 22 стукнуло! молчи в тряпочку, лин. — молчу. мне вон в тот красивый бокал, – показывает пальцем на предмет ким младшая. — это стакан, дурочка. — да хоть что, главное, чтоб ёмкость, а откуда пить мне без разницы. — нельзя так с алкоголем, нельзя, – шепчет хе. — сомелье ву хеджун, я счастлива, что тебя и три литра не опьянят и ты обожаешь распивать шампанское, но может хватит уже? – стёбется чхве. — бубубу, сами не разбираетесь, а с меня смеетесь. — хорошо, хорошо, – обезоруживающе, в знак примирения бин поднимает руки, раскрывая их для объятий, и подходя к недотроге джун. — отстань, ты меня обидела, сегодня я не буду оплачивать тебе рамен. — сегодня же твоя очередь! – грустно протестует чхве. — меня это не интересует. – стараясь скрыть улыбку и радость, сэконмленным трем тысячам вон, тянет ву. — ты злая. — и без тебя знаю, – все ещё улыбаясь отвечает хеджун. — все, просто сядьте и выпьем за новые отношения, – успокаивает мэн. — поздравляю, девочки, я за вас несказанно рада. – тепло адресовывает тост ю. девушки синхронно выпивают по стакану виски, а потом закусывают кто чем, довольно смотря на двух воркующих хару и сэрок. видимо, новая мишень для ставок дорогого вина получена.