Часть 1
13 июля 2026 г., 23:10
Примечания:
А-Цин – ласковая форма имени в моей ау, а люшени тут давно женаты
Свадьба была в самом разгаре: молодожёны стояли у алтаря, пока с толпы то и дело доносились крики.
– Горько! Горько!
– Целуйтесь наконец!
И они целовались. Шэнь Цинцю не особо вникал в суть происходящего. Невестка и жених были его старыми друзьями, даже не понятно, почему его сюда пригласили.
Он стоял в сторонке и болтал с парочкой знакомых, которые, видимо, тоже не особо пытались вовлечься в веселье.
И тут, крики стихли. Шэнь Цинцю краем глаза заметил, как что-то летит в его сторону. Он инстинктивно выставил руку чтобы прикрыться, как вдруг неожиданно поймал то что в него кинули.
Это оказался букет невесты! Увлеченный разговором, тот даже не заметил, что стоит рядом с девушками, которые готовились ловить цветы.
На несколько секунд воцарилась гробовая тишина, а после, практически каждый гость залился хохотом с нелепости всей ситуации. Кто-то из толпы крикнул, посмеиваясь:
– Шэнь Цинцю, так у тебя скоро свадьба? А муж то твой знает об этом? Пригласишь его?
Остальные также начали шутить на этот счёт. Признать честно, большая часть этих шуток действительно были смешными, так что Шэнь Цинцю и сам смеялся, отвечая на подобные нелепые вопросы.
Однако был один единственный человек, которому было уж никак не до смеху. Лю Цинге. Тот стоял где-то в сторонке и наблюдал за происходящим, нахмурившись. Никто не обращал на это внимания, все были слишком увлечены праздником.
А вот Лю Цинге молча наблюдал, как все выпивают, веселятся, но сам ни с кем не шёл на контакт. Даже когда подходил кто-то из его знакомых он отнекивался.
***
Когда на улице уже стемнело, все гости начали по малому расходится. Людей становилось всё меньше и меньше, а они никак не уходили. Шэнь Цинцю болтал с каким-то очередным старым другом, тем самым действуя на нервы Лю Цинге.
Как мило тот разговаривал с подружкой невесты, как нахваливал кольца молодожёных, просто как развлекался с другими, пока он стоит где-то в сторонке и ждёт.
Прошло немало времени, как было решено ехать домой. Они заказали такси, и в ожидании, Лю Цинге не выдержал:
– как тебе свадьба? Понравилось? – его тон был ледяным и отстраненным, словно ему было плевать на ответ, каким бы тот не был. Однако, Шэнь Цинцю будто не заметил этого.
– О, это было прекрасно! Не думал, что когда-то ещё встречу старых друзей, да и невеста с женихой отлично друг другу подходят, знаешь.. – после этих слов он начал говорить без умолку о том, как же ему понравилось на празднике. Даже если бы захотелось вставить что-то, ничего б не вышло.
В конце своего монолога, Шэнь Цинцю всё же добавил:
– а тебе как? Тоже понравилось?
Лю Цинге решил не вдаваться в подробности и лишь коротко ответил:
– нормально.
В машине Лю Цинге сразу же сел на задние сидения. Про себя Шэнь Цинцю подумал, что тот просто устал, так что прийдя к выводу не тревожить его сейчас, молча сел вперед.
***
Спустя несколько дней Лю Цинге так и не смог отпустить всю эту ситуацию. В голову то и дело врезались воспоминания о том, как Шэнь Цинцю любезничал с гостями, как специально задержался, чтобы ещё поболтать с ними. Но самое главное – букет невесты. Тот поймал его, и действительно был рад этому?..
Это уже был удар ниже пояса.
Лю Цинге всё это время держался максимально отстранённо: отвечал холодно и сам не подходил, ясно давая понять, что не хочет разговаривать.
Однако что именно не так – не говорил. Шэнь Цинцю уже на следующий день понял, что что-то тут не чисто, но всё же ждал, пока ситуаци разьяснится сама собой.
Но видимо, это задело Лю Цинге гораздо сильнее, чем можно было бы подумать.
В какой-то момент Шэнь Цинцю не выдержал и решился начать разговор первым. Он без стука вошёл в комнату и присел рядом на диван.
Лю Цинге был повернут спиной к нему, так что увидеть реакцию того было сложновато, однако, напряжённые плечи выдавали его истинные чувства. Напряжённые мышцы спины были скрыты под разсыпчастой тканью его мягких волос, которые он берег уже на протяжении нескольких лет
Шэнь Цинцю не мог упустить возможность сделать комплимент, увидев такую прелесть.
– А-Цин, у тебя так отросли волосы.. очень красиво.
Да вот только Лю Цинге не был позитивно настроен на этот разговор.
– Я как раз думал стричься.
– О.. и как же? – его тон был мягким, словно старающийся показать, что тот не имеет ввиду ничего негативного.
– под машинку. Может, даже под ноль.
Шэнь Цинцю удивлённо поднял брови.
– ты ведь уже полтора года отращиваешь. С чего бы?
Такие вопросы, кажется, только сильнее взбесили Лю Цинге.
– тебе то какое дело? Мои волосы, делаю, что захочу, – он четко отчеканил каждое слово, не пропуская и нотки обиды в голосе.
Шэнь Цинцю тяжело вздохнул, понимая, что просто так уже не отвертится.
– А-Цин, я ведь спокойно говорю. Смысл тебе язвить?
– я не язвлю. Нечего задавать настолько глупые вопросы.
После небольшой паузы, он ещё добавил, но уже тише:
– обращай ты на меня внимание, заметил бы, что за последние пару месяцев у меня волосы совсем не отрасли.
Шэнь Цинцю неловко усмехнулся, не зная, как выйти из столь неудобного положения. Он прекрасно знал, что длинна волос Лю Цинге за последнее время ни чуть не изменилась, однако никак не думал, что тот так сильно докопаеться до его слов.
– не стоит принимать мои слова так близко к сердцу. Я всего лишь хотел поговорить, но не знал, с чего начать.
– мог выбрать хотя бы не настолько глупую тему, – пробормотал он недовольно.
– А-Цин, я серьёзно, что случилось? Ты с момента, как мы пошли на свадьбу сам не свой.
– а ты ли не знаешь, в чём дело, – его голос становился жёстче.
– не знаю.. если бы знал, уже давно что-то, да сделал бы.
Лю Цинге не удержался от возможности съязвить:
– о, – он наигранно усмехнулся, – так может, спросишь у своих друзей? Они то точно помогут тебе понять, в чём проблема!
Шэнь Цинцю замер, ошарашенный. Он искренне недоумевал к чему сейчас вспоминают его друзей. Разве проблема действительно была в них?
– О чём ты? При чём здесь они?
– да при том! – его голос окончательно сорвался. Он попытался вернуть прежний холодный тон, однако, теперь вместо отсранённости слышалась чистая дрожь, как у человека, который уже по просту не может сдерживаться.
– на свадьбе ты был с кем угодно, но только не со мной! Мы задержались там до поздней ночи лишь потому что ты не мог наболтаться с ними, пока я ждал тебя! Тебя!
После этого откровения, Лю Цинге замер. Он не хотел сейчас всё это рассказывать, однако, раз уже начал.. ели слышимо, тот добавил:
– будто оно мне нужно было..
Шэнь Цинцю слушал каждое его слово, будучи сбитым с толку. Неужели он действительно будучи до такой степени увлеченным праздником, что аж позабыл о любимом муже?
– А-Цин..
Лю Цинге перебил его:
– и тот букет невесты.. когда ты поймал его, ты вместе с остальными шутил про то что у тебя скоро свадьба, а я там буду всего лишь гостем, "старым другом", как ты выразился!
– я ведь просто шутил..
– шутил?! По твоему говорить, что у тебя уже есть жених и вы скоро поженитесь правда смешно?!
Шэнь Цинцю осторожно положил ладонь ему на плечо, стараясь успокоить.
– не мог же я просто взять и оборвать всё веселье. Банальная неловкая ситуация, не бери это в голову, А-Цин.
– угу, "не бери в голову". Сказать, что такие шутки неуместны мы не можем, а как объясняться, так мы первые.
Едва различимо, он прошептал:
– совсем уж безхребетный.
Лю Цинге хоть и безумно злился, однако, руку со своего плеча сбрасывать не собирался. Всё его тело было напряжено, как струна, готовая выстрелить в любой момент. Но Шэнь Цинцю не отпускал. То что его сейчас не отталкивают – уже хороший знак, означающий, что он ещё может заслужить прощение.
– А-Цин.. – в его голосе скрывалась глубочайшая нежность, – прости, я действительно не хотел, чтобы всё так получилось.. мне невероятно жаль.
Лю Цинге не унимался:
– раньше нужно было думать, а не сейчас жалеть. Тогда ведь не подумал, что ловить букет невесты, а потом отшучиваться это невероятная лупость, так с чего бы сейчас раскаяние?
Шэнь Цинцю решил больше не тянуть время как зря. Он прекрасно осозновал, что Лю Цинге хоть и ужасно обижен, но ни за что не признает, что его задела какая-то "мелочь".
А может и не мелочью это было вовсе. Ему трудно было взглянуть на ситуацию чужими глазами, однако, если любимого мужа это не устроило, значит, нужно что-то менять.
– А-Цин.. не злись на меня глупого, прости, что сразу не признал ошибку.
Шэнь Цинцю медленно, словно пытаясь не спугнуть дикого зверя, обвил руками чужую талию. Он расслабленно выходнул тому в шею, и Лю Цинге, на удивление, хоть и замер в каменной позе, как статуя, всё же позволил себя трогать. Похоже, его гнев отступал.
– простишь дурака?
Немного помедлив, последовал ответ:
– возможно.
Это было практически равносильно к "да".
Пару минут они сидели в умиротворенной тишине, как вдруг Шэнь Цинцю решил спросить напоследок:
– Ты правда будешь состригать свои прекрасные волосы? Ты же так долго их отращивал..
Лю Цинге сперва не понял, о чём речь. Про короткую стрижку было сказано сгоряча и не подумав. Разумеется, никто не собирался почти что в ноль состригать волосы, что уже доросли до лопаток.
Едва сдерживая мягкую улыбку, он ответил:
– не буду.