Сон чернокнижника

      Этой ночью родной замок отнюдь не успокаивает своей гулкой пустотой — а пугает.       Беспокойные шаги отдаются в длинных коридорах более громким эхом, чем обычно. В его мертвенно ледяной руке — теплые пальцы.       Куда он идёт?       Тени слишком долго тянутся следом за шагами. На плечах ощущаются прикосновения — быть их не может, он это прекрасно понимает, но всё же не может сдержаться. Нервно сводит лопатки.       Куда он идёт?       Тени кажутся теперь ещё гуще, нежели до этого. Шаги потеряли свой звук. Не оборачивается. Сжимает маленькую ладонь сильнее, тянет на себя, уводя — почти толкая — перед собой.       Куда он идёт?       Иррациональный ужас когтями из тени впивается сквозь спину — в самое сердце…

* * *

      …Арран открыл глаза. Перед взглядом послушно выстроилась вереница слов, покоившихся на чуть желтоватых страницах.       Неужели заснул прямо за книгой?       В груди тянуло так, будто там были чьи-то когти — метафорические, однако не менее неприятные. Мысли застилал липкий невесомый туман, и вспомнить, что же ему приснилось, никак не удавалось: ворочавшееся внутри чувство острой тревоги — единственный его спутник сейчас. Боже правый, когда он вообще в последний раз просыпался такой уставший?       Странно, конечно. Заснул. Вот так взял и, прямо посреди чтения, весь сконцентрированный, уснул настолько легко и непринужденно, что сам не помнил ни того, как так вышло, ни того, что же видел в этом самом сне. Ладно уж, будучи наполовину немертвым, он не впадал в летаргию, но чтобы как обычный человек ускользнуть из реальности вот так просто?       Странно, очень странно…       Отложил томик в сторону и поднялся на ноги. В непроницаемой тишине дома каждое движение сопровождалось почти оглушительным шорохом, что нервировало ещё больше. Слуг давным-давно и след простыл, они все приходящие. Всё как всегда. Арран в блаженном одиночестве. Он всё никак не мог понять, в чем дело. Сон закончился, каким бы тягостным ни был, так почему…       Осознание пронзило молнией от макушки до пяток — которые тут же оторвались от пола, когда их хозяин метнулся прочь от липкого, гипнотического спокойствия гостиной.       В доме ведь был ещё колдун. Человек.       По-немертвому бесшумно его шаги взбежали по лестнице, рассекли по начищенным до блеска полам с почти сверхъестественной скоростью, оставляя за собой дуновение сквозняка. С галереи свернул в коридор, ступил на мягкий ковер, продвигаясь всё дальше — не думая, ведь знал своё нынешнее обиталище как пять пальцев.       Вот только у нужной двери Арран замер как вкопанный. Из-под неё струился свет. Слабый, но тем не менее, свидетельствующий о том, что его маленький ученик не спал. Уже не спал.       Постучался — точно ритм набивал. Правда, движимый тревогой, не дождался ответа с той стороны и вошел.       Его тут же встретил напряженный взгляд голубых глаз, в которых помимо страха промелькнула искорка надежды при виде наставника. Арран отметил мысленно, что в углах комнаты ярко сияли колдовские огни. Он не учил мальчика такому заклинанию… Впрочем, даром что яркий свет не оставлял теням ни шанса на то, чтобы укрыться хоть где-нибудь, но и это, видно, не облегчало тревогу ребенка: тот продолжал сидеть, укутавшись в одеяло и обхватив руками колени. Слух вампира позволял различить даже прерывистое, сбивчивое дыхание, состязавшееся по громкости с надсадным биением сердца.       — Что-то случилось? — спросил, сделав пару шагов к кровати.       Ответом стали несколько коротких быстрых кивков.       — Кошмар приснился.       — Расскажешь? — Арран осторожно присел рядом, на самом краю.       Мальчик сперва помялся, внутренне борясь то ли с тревогой, то ли с природной скромностью. Колдун не торопил его — лишь молча подбадривал своим присутствием, расслабленной позой и внимательным взглядом, не обещавшим никакого упрека. Что бы юный ученик ни сказал…       Тот кивнул, теперь уже всего раз, тяжело, с тенью нерешительности.       — Там… — вздохнул прерывисто. — Там был какой-то замок. Огромный, пустой и весь темный, почти совсем без света. Я еле видел, куда иду, но всё равно никак не мог найти выход. Ну, его просто не было там, где обычно делают выходы. На лестницах из темноты появлялись стены прямо передо мной. Коридоры… выходили сами на себя, как круг, или шли и шли бесконечно, пока я не поворачивал назад. И я… — снова вздох, слишком похожий на зачаток всхлипа. Очевидно, напряжение оказалось для мальчика почти чрезмерным. — Я делал всё как вы учили, чтобы проснуться, но у меня ничего не получалось… я будто задыхался и… таял там.       Значит, Арран не ошибся.       Сон чернокнижника.       Удивительно. Он либо очень чувствительный, раз чужая аура так повлияла на сознание, либо… нет, не может такого быть. Спустя столько лет — тот, у кого с рождения есть хотя бы зачатки некромантии?       — И всё же ты смог проснуться, — положил ладонь на чуть подрагивающее плечо.       — Нет, не смог, — покачал головой, весь сжался под ласковыми поглаживаниями. — Меня вы разбудили.       — Я?..       — Угу. Просто… Вы там из ниоткуда появились и повели меня за собой. Куда-то… не знаю куда. И так быстро, будто мы от кого-то убегали, и от этого мне только ещё страшнее становилось… Но потом мы вышли к высокому окну. Оттуда светила луна, очень ярко. Вы подтолкнули меня на свет, я даже чуть не споткнулся, ну, просто хотел повернуться к вам, боялся отпускать, и… — обхватил себя руками. — Когда повернулся, вас забрала тень. А я проснулся.       Теперь понятно, почему Арран ничего не помнил. Это был не его сон, пускай он и попал в него… как-то. Возможно, уставший от проведенного на ногах дня, подсознательно отозвался на отчаяние ребенка и проскользнул, сам того не заметив, а может, просто так совпало — пускай полагаться на удачу он и не любил. Должно же всему быть объяснение… Однако это потом.       Сейчас намного важнее другое.       Одной рукой бережно приобнял мальчика за плечи, а тот словно только этого и ждал — не противясь, придвинулся, уткнулся в платок на груди и устроился под боком, как если бы это было для него сейчас самое безопасное в мире место. “Малыш…” — только и подумал колдун, поглаживая его по волосам. Насколько бы умнее и развитее ни были дети с даром для своих лет, любой из них всё равно оставался ребенком. И нуждался в том же, в чем нуждались обычные дети — поддержке. Защите.       Уверенности в том, что взрослые рядом точно справятся со всем, если он сам не сможет.       — Я так испугался, когда проснулся в темноте. Вдруг… — шепотом прервал тишину мальчик. — Вдруг со мной бы то же самое… что и с вами…       — Ну что ты, не переживай об этом. Я никогда не дам кому-то или чему-то тебе навредить. Прямо как в том твоем сне, — не переставал размеренно, медленно гладить ученика по голове.       — А если с вами что-то случится?..       — Не случится. Меня тяжело обидеть. Я уже очень долго живу и многое могу, — хмыкнул по-доброму. — И обязательно научу всему тебя. Обещаю.       Кажется, мальчика это правда успокоило. Что ж, хорошо.       Стараясь никак его не задеть, Арран снял с шеи серебряную цепочку с артефактом. Белый, будто кусочек луны, металл змеей ужалил кожу на пальцах, но колдун только щекой чуть дернул — едва заметно. Не важно. На каждом плавном движении звенья издавали тишайший шелест, а гладкая поверхность ловила блики от света огней по углам комнаты и луны — из-за окна. Без усилий взяв тонкое детское запястье, он ловко обмотал его цепочкой в несколько раз, сооружая своеобразный браслет, легко сидящий на руке и не сдавливающий её, а ещё — оберегающий. Восьмиугольная пластинка встала повыше кисти как циферблат наручных часов. Чудно. В конце концов, когда-то “Зеркало” он мастерил для себя, спасаясь от ухищрений демонов Астарота, пожелавших добыть его разум во что бы то ни стало. Ничем не запятнанного ребенка тем более защитит от попадания в эту трясину.       — Вот так, — отнял пальцы от жгучего серебра. — Это “Зеркало”, очень сильный артефакт. Теперь с тобой такого точно никогда не случится. Но сейчас я всё равно посижу с тобой, чтобы тебе было спокойнее.       Мальчик рассматривал украшение во все глаза, трепетно гладя переплетения цепочки и бликующую поверхность, покрытую по краям резьбой и письменами.       Подумать только, а ведь когда-то в будущем Арран сам научит его их читать… и мастерить похожие артефакты. От этой неожиданной мысли защемило где-то в сердце, но уже совсем не тревожно. Почему-то только сейчас он понял, что впервые за долгое время чувствует воодушевление, глядя на ученика. Своего ученика, какого у него не было очень, очень давно.       Укладываясь обратно в постель и расслабляясь, мальчик держал Аррана за руку. Всё ещё. Хоть опасность с тревогой давно миновали, видимо, ребенку по-детски требовалось убедиться, что с ним правда ничего не случится. Как ему пообещали.       — И, Трауготт…       — Да, учитель? — сонно посмотрел из-под одеяла.       — Ты сам зажег огни?       — Ну… просто повторил ваше заклинание. Вы его при мне читали… — зевнул, зажмурив глаза и прикрывшись ладошкой. — Пару дней назад. Наверное. Я не помню…       — Ты большой молодец, раз смог его повторить.       Кажется, мальчик смутился.       — Спасибо, учитель, — ответил тихо-тихо, пряча скромную улыбку.       А когда он, всё же истощенный нервным пробуждением, уснул, то так и не выпустил из своей руки чуть обожженные пальцы Аррана…