7 Elm

7 Elm Глава 1 15-16 Мая. Драко сидел за столом, перебирая бумаги, но строчки уже не складывались в слова. Часы тикали слишком медленно, кофе остыл, превратившись в горькую холодную жижу. Он провёл пальцем по краю чашки, поморщился и отодвинул её — пальцы задержались на фарфоре сильнее, чем нужно, оставляя едва заметный след. — Гарольд Харгривз подписал, — сказал он, не поднимая глаз. — Остались Грейнджер и Лонгботтом. Стерлинг сидел напротив неподвижно, сложив руки на столе. Очки сползли на кончик носа, но он даже не поправил их — только смотрел поверх стёкол, ожидая. — Грейнджер — первой, — ответил юрист. — Без её подписи Лонгботтом даже не откроет папку. Драко откинулся, хрустнув шеей, провёл рукой по лицу, чувствуя под пальцами натянутую кожу. — Удобная система, — сказал он. — Когда без одного человека ничего не двигается. — Лонгботтом может затянуть. Просто, потому что может. — Конечно. — Драко захлопнул папку и оттолкнул её. Тиснёная кожа скользнула по столу и замерла у края. — В этой системе всегда должен быть кто-то, кто тормозит. Почему бы не Лонгботтому? Он снова взял чашку, поднёс к губам — и поставил обратно, не сделав глотка. Кофе давно умер. Как и его терпение. — Если Грейнджер не подпишет, иду через европейский совет. Готовьте документы параллельно. Стерлинг резко кивнул, поправил очки — жест нервный, привычный, каждый раз, когда речь заходила о сложных переговорах, очки пытались сбежать с его носа. — Через них минимум два месяца. Личная встреча с Грейнджер сократит сроки, направлять представителя не лучший вариант. Драко смотрел на дождь за окном. Капли скатывались по стеклу, искажая очертания Лондона, превращая город в акварельные пятна. Он думал о том, как его собственные планы становятся такими же расплывчатыми, если Грейнджер решит поиграть в принципиальность. — Знаю. Он коснулся колокольчика. Тихий звон разлился по кабинету, и почти сразу в дверь постучали. Вошла помощница с блокнотом. — Да, мистер Малфой? — Свяжись с отделом Грейнджер и назначь встречу на послезавтра. Скажи, что я хочу лично представить документы для алхимического центра. Перо в её блокноте уже скользило по бумаге, оставляя след. Она кивнула и вышла, прикрыв дверь. Стерлинг поднялся, поправил манжеты. — Документы для европейского совета я подготовлю. Он вышел, и дверь за ним закрылась бесшумно. Драко остался один. Откинулся на спинку кресла, закрыл глаза. Тишина в кабинете давила на уши, как вода, в которой тонешь медленно. Если она подпишет — всё встанет на свои места. Если нет — я пойду другим путём. Но не отступлю. Интересно, она помнит, как я дразнил её в школе? Надеюсь, не злопамятная. Он покрутил в руках остывшую чашку, провёл большим пальцем по краю, где остывшая жидкость оставила тёмный след, и поставил обратно. — Но если что… — он усмехнулся, глядя на чашку, — у меня есть план Б.

***

В то же утро, в другом конце Министерства, Гермиона сидела над бумагами — отчёты сами складывались в стопки, зачарованное перо бегало по страницам, но она смотрела сквозь них, не видя ни слова. На стене тикали старые часы, отсчитывая минуты до отпуска, и каждый удар маятника отдавался в груди глухим напоминанием. Всего три дня. Она потёрла виски и снова взяла перо. Чернила на кончике дрожали — она не заметила, как сильно сжала пальцы. Раздался стук в дверь. — Войдите. Вошедшая Ирма поправила на ходу рыжую прядь, выбившуюся из-под каре. Свет магических светильников на мгновение отразился в её волосах, делая их теплее. — Гермиона, может, вылезешь из своих бумаг и наконец мы сходим пообедаем? Без обид, но на тебя смотреть грустно. Гермиона подняла голову. Ирма стояла, опершись рукой о косяк, и смотрела на неё с мягкой настойчивостью, от которой невозможно было отмахнуться. — Ирма, мне даже в туалет некогда сходить. Я бы с радостью, но чуть попозже. Она потянулась, хрустнув плечом, чувствуя, как позвонки встают на место с болезненным облегчением. — Кстати, хорошо, что зашла, я как раз хотела тебе подкинуть работёнки. Она потянулась к ящику стола — тот открылся с привычным скрипом, — достала тонкую папку с пожелтевшими краями и протянула Ирме. — Держи. Ирма взяла папку, заглянула внутрь, и бровь поползла вверх. — Это что ещё за счастье? — Список поставщиков ингредиентов. Проверь каждого по базе на нарушения за последние два года. Ирма пролистала несколько страниц, прищурилась. — Здесь двадцать четыре фамилии. Ты серьёзно? — Я бы не давала, если бы не была серьёзна. — Гермиона, — Ирма захлопнула папку и прижала к груди, — я хотела тебя вытащить из кабинета, а ты меня закапываешь в бумаги. — Ты сама пришла. — Гермиона усмехнулась, не отрываясь от бумаг. — Я тебя не звала. — Ладно. — Ирма вздохнула, но в голосе уже слышалась уступка. — Но ты мне должна будешь обед. С десертом. Она помолчала, и её лицо стало серьёзнее. — Кстати, я же не просто так пришла. На послезавтра у тебя встреча — заявитель хочет сам принести документы. Гермиона оторвалась от бумаг. — Какой ещё заявитель? — Алхимический центр сертификации. Список ингредиентов внушительный — всё редкое, требует проверки. — Хорошо, — кивнула Гермиона, делая пометку на полях. — Я посмотрю на месте. Кто инициатор? Ирма открыла рот, но дверь распахнулась, впуская взволнованного коллегу. — Мисс Грейнджер! Министр магии срочно вызывает вас! Гермиона нахмурилась. Перо выпало из пальцев, оставив на бумаге тёмную, расплывающуюся кляксу. — Сейчас? — Да. Она встала, ощутив, как внутри поднимается холодное предчувствие. На пороге обернулась: — Ирма... — и уже на ходу: — Позже. Дверь за ней закрылась с глухим, окончательным звуком. Кабинет Министра встретил запахом старого дерева, воска и затхлой бумаги — запахом власти, которая давно не проветривалась. Портреты бывших министров притворялись спящими, хотя один приоткрыл глаз, когда она вошла, и снова закрыл. Министр стоял спиной ко входу, глядя в окно. Руки сложены за спиной, плечи чуть напряжены — он явно готовился к разговору, который не хотел вести. Повернулся через плечо. — А, Грейнджер, проходите, присаживайтесь. Он уселся за свой стол и жестом указал на кресло напротив. Кожа на сиденье была потёртой, продавленной — сотни чиновников сидели здесь до неё, оставляя свой след. Гермиона села, положила руки на подлокотники, чувствуя, как холодный материал отдаёт тепло её ладоней. — Вызывали? Министр откинулся на спинку кресла, оно скрипнуло. Сцепив пальцы в замок, посмотрел на неё. — У меня к вам два вопроса, Грейнджер. Первый — доклад для французской делегации. На следующей неделе. Им нужны данные по магическим существам и регулированию. — Хорошо, — кивнула она, внутри включился привычный режим работы, холодный и собранный. — У нас есть наработки с прошлого года, я освежу данные. — Отлично. — Он выдержал паузу, и она услышала, как тикают часы на стене — Второй вопрос... Я знаю про ваш отпуск. Она сжала челюсть так, что зубы заныли. — Так и есть. — Я все понимаю. Но делегация и плюс вопросы по отчёту... Мне бы не хотелось, чтобы вы уезжали в такой момент. Три дня. Он не имеет права. — Вы просите меня сдвинуть отпуск. Не вопрос, утверждение. Она смотрела на него ровно, без улыбки, чувствуя, как внутри поднимается глухое, тягучее раздражение. Министр развёл руками, но в глазах мелькнула сталь. — Я прошу вас помочь. Всего на неделю. Вы — наш лучший специалист, французы не простят замены. Она сжала пальцы в кулак под столом, чтобы он не видел. — Я проведу переговоры. — Голос был ровным, слишком ровным. — Но после этого я ухожу в отпуск на три недели. Без права отзыва. Министр прищурился, но быстро кивнул. — Справедливо. Распоряжусь. Гермиона встала, и кресло издало облегчённый скрип, будто тоже выдохнуло. — Я подготовлю доклад к их приезду. Если это всё, Министр... — Свободны. — Он уже смотрел в бумаги. — И... Гермиона. Спасибо. Она дёрнула уголком губ и вышла, не оглядываясь. Дверь закрылась за ней, и она выдохнула — глубоко, с шумом. Сжала пальцы в кулак, разжала. На ладонях остались полумесяцы от ногтей, красные. Гермиона влетела в кабинет и с размаху хлопнула дверью. Та ударилась о косяк, стёкла в шкафу задребезжали, перо подскочило и замерло в воздухе, дрожа. Она рухнула в кресло, откинула голову назад, закрыла глаза. Дыхание было глубоким, но злость пульсировала в висках, сжимала грудь, заставляла пальцы впиваться в подлокотники, пока костяшки не побелели. Чёрт возьми. Через пару минут в дверях появилась Ирма. Вошла, прикрыла за собой дверь, оглянулась на коридор — будто проверяла, не смотрит ли кто, — и повернулась к Гермионе. — Ты в порядке? Только не говори, что он снова тебя загрузил. — Сдвинул мой отпуск. Ирма сложила руки на груди, и свет лампы упал на её лицо, делая тени глубже. — Ну, конечно. Потому что без тебя Министерство развалится. На сколько? — На неделю. Но я выторговала три недели после. — И ты повелась? — Ирма приподняла бровь. — Грейнджер, надо было требовать месяц. А лучше повышение. — В том-то и дело. Он выторговал это как одолжение, а потом добил французской делегацией. — Гермиона откинулась, проводя ладонью по лицу. — Оказывается, я лучше всех знаю тему и владею французским. Ирма присвистнула. — Мудак. — Ещё и по имени меня назвал, — добавила Гермиона с горькой усмешкой. — Ого. — Ирма подошла ближе, присела на край стола, коснулась её плеча — легко, через ткань пиджака. — И ты согласилась? — А что мне оставалось? — Ничего, — вздохнула Ирма. Гермиона опустила голову и посмотрела на подругу. Ирма смотрела с сочувствием, но без жалости. — Я так хотела в отпуск. — Я знаю, — тихо сказала Ирма. — У меня уже всё было распланировано. Книги, коктейли, тишина. Никаких бумаг. — Она замолчала, глядя в окно, где серое лондонское небо висело низко, почти касаясь крыш. — На берегу моря. Ирма мягко улыбнулась. — Море никуда не убежит. — Ирма деловито подняла палец вверх. — А твоя репутация главного эксперта по магическим существам — очень даже может, если французов встретит тот, кто не отличит русалку от феи. Гермиона усмехнулась без тепла и спрятала руки под стол — на ладонях ещё горели следы от ногтей. — Я знаю. Просто... обидно. — Обидно, — согласилась Ирма. — Зато теперь у тебя будет целых три недели, за которые успеешь меня забыть. Гермиона фыркнула. — Ага, тебя забудешь. Ты слишком громкая. — Я громкая? — Ирма театрально прижала руку к груди. — Это ты врываешься, хлопаешь дверьми и дышишь как раненный дракон. Гермиона не выдержала — рассмеялась. Впервые за весь день. Смех вырвался из груди тёплый и облегчающий, будто кто-то разжал тиски, сжимавшие рёбра. — Я не дышу как дракон. — Я слышала из коридора. Гермиона покачала головой, но улыбка уже не уходила с лица. Она провела ладонью по столу, стирая остатки злости. — Три недели. — Она потёрла руки, и в голосе впервые за день появилось что-то похожее на тепло. — Это почти месяц. — Почти, — Ирма ухмыльнулась. — Я как раз прослежу, чтобы тебя никто не дёргал. Даже если Министр будет настаивать, скажу, что ты улетела на другой континент. — Ты серьёзно? — Я даже сову припрячу, чтобы она не нашла тебя. — Не сработает, теперь у нас есть коммуникатор. — Гермиона кивнула на чёрный прямоугольник на столе. Тот тускло блеснул, и на его поверхности пробежала серебристая рябь. — Жаль, что у меня такого нет. — Ирма повертела коммуникатор в руках, он мягко засветился, потом положила обратно. — Он и за границей работает? — Везде, где есть магия владельца. — Гермиона забрала его и убрала в карман. — Ни вышек, ни сигнала. Всё на магии. — Удобно. — Ирма проводила взглядом артефакт. — Нам, простым смертным, такие технологии только во сне снятся. — Не ворчи. — Гермиона начала собирать сумку. Вещи сами укладывались в неё — годами отработанная магия, каждое движение точное, привычное. — Такое только для международников. Застегнув сумку, накинула её на плечо и посмотрела на подругу. — А теперь пошли, я же обещала тебе обед с десертом. 16 Мая. Всё утро Драко со своей командой перепроверял документы. Сертификаты, акты, списки ингредиентов — каждый лист изучен до мельчайших деталей. Подписи сверены, печати проверены. Встреча с Грейнджер должна пройти идеально — придраться было бы не к чему. Он сидел во главе длинного стола, пробегая глазами очередную страницу. Края бумаг иссечены пометками, строки подчёркнуты дважды — его рукой, резким уверенным движением. Магические лампы приглушили свет — время клонилось к вечеру, воздух стал тяжелее. — Ещё раз проверьте кровь василиска, — сказал он, не поднимая глаз. Помощник кивнул, взял папку. Остальные перешёптывались у стеллажа. Драко слышал шорох страниц, но не вслушивался. Он сжал край стола, чувствуя, как напряжение пульсирует в пальцах, отдаётся в запястьях тупой болью. Всё должно быть идеально. Иначе она найдёт, к чему придраться. Он подошёл к окну, сцепив руки за спиной. За стеклом Лондон жил своей серой, суетливой жизнью. Капли дождя скатывались по стеклу, искажая очертания города, превращая его в размытую картину. Драко смотрел, но видел другое — её лицо, каким оно было десять лет назад, и то, каким могло стать сейчас. Она изменилась? Наверняка. Последний раз он видел её больше десяти лет назад. Тогда она была заучкой с копной непослушных волос и вечно поднятой рукой. Сейчас — руководитель отдела. От её подписи зависел весь проект. Без неё он не сможет легализовать зелье и получить разрешение. Он усмехнулся. — Надеюсь, ты уже выучила все правила наизусть, Грейнджер. Это упростит нам обоим жизнь. Он взял чашку с остывшим кофе, сделал глоток и поморщился. Холодный, горький, с плёнкой на поверхности. Поставил обратно, чувствуя, как фарфор холодит пальцы, и провёл ладонью по стопке бумаг. Всё готово. Он закрыл последнюю папку, тиснёная кожа мягко коснулась стола. Усталость опускалась на плечи, тяжёлая, липкая, оседала в основании шеи. Оставалось ждать. Но ждать в тишине кабинета было невыносимо — стены давили, часы тикали слишком громко. К вечеру он отправился в боксёрский зал к Теодору. Нотт был одним из немногих, с кем он мог позволить себе быть самим собой.

***

Гермиона открыла глаза раньше будильника. Лежала неподвижно, глядя в потолок, где в сером утреннем свете проступали трещины на старой штукатурке. Минута. Две. Коммуникатор на тумбочке мягко засветился. Накинув халат, она прошла на кухню босиком — пол был прохладным, гладким. Кофеварка зашипела, наполняя квартиру густым ароматом, и на её поверхности пробежала золотистая рябь. Старый магический артефакт с Косого переулка всегда добавлял в напиток щепотку корицы, когда чувствовал, что хозяйке нужно согреться. Сегодня он, видимо, почувствовал это особенно остро. Гермиона опёрлась о столешницу и уставилась в окно. За ним было серое лондонское утро — начало лета, но погода не радовала. Воздух за стеклом казался влажным и тяжёлым, прохлада касалась рук, оставляя на коже мурашки. — Не люблю жару, — сказала она себе, радуясь, что можно накинуть любимый пиджак. Сделала глоток. Кофе обжёг горло, но она почти не заметила — голова была забита отчётами, французской делегацией, бесконечными встречами. Она попыталась опустить плечи, расслабить мышцы — но мысли не уходили. Ещё очередной заявитель. Она уже привыкла к этой рутине. Документы посмотрит на месте, как всегда. Мысленно поставила галочку «готово» и отложила эту мысль на потом. Сейчас есть дела поважнее. Выпив кофе, она стала собираться. Проходя через гостиную, задержала взгляд на кресле Луны — ярко-жёлтом, подаренном на новоселье. Оно выглядело нелепо среди аккуратных вещей, кричащим пятном цвета среди серых и бежевых тонов, но она не могла его выбросить. Подруга уехала в другую страну, но иногда приезжала и снова садилась в него, и тогда всё вставало на свои места. Гермиона коснулась спинки кресла, провела пальцами по мягкой, чуть вытертой ткани, и на мгновение ей показалось, что она слышит её смех, заполняющий комнату. Она улыбнулась чему-то своему, убрала руку и пошла дальше. Взяла сумку, ключи, очки в тёмной оправе — и вышла. Дверь захлопнулась с мягким щелчком. На улице её встретил влажный, свежий воздух. Лондон просыпался: редкие прохожие с зонтами, шум машин, свет утреннего солнца, пробивающийся сквозь облака и разливающийся по мокрому асфальту бледными пятнами. Она вдохнула полной грудью, чувствуя, как прохлада заполняет лёгкие, и последняя сонливость уходит, растворяясь в утреннем воздухе. Гермиона вошла в Министерство быстрым шагом, почти не глядя по сторонам. Каблуки звонко стучали по каменному полу, и этот звук смешивался с тихим гулом магии, витавшей в воздухе — запах старого пергамента, воска и едва уловимый электрический след от защитных чар, который щипал кожу, когда она проходила через турникеты. Портреты на стенах провожали её взглядами, кто-то даже приоткрыл рот, собираясь что-то сказать, но она привычно не обращала на них внимания. Главное — не задерживаться. Она почти прошла турникеты, когда услышала, как кто-то зовёт её. Застыла и обернулась. Ирма спешила к ней, чуть запыхавшись, с улыбкой. В руках — зачарованная папка, слабо светящаяся по краям, пульсирующая мягким золотистым светом в такт её шагам. — Мерлин, я её зову, а она не слышит, летит как Хогвартс-экспресс, — усмехнулась Ирма. Гермиона улыбнулась. Усталость чуть отпустила при виде подруги. — Привет. Я не слышала... И... Грейнджер? — она приподняла бровь, удивляясь, что подруга обратилась к ней так официально. — На имя ты не откликалась, — пожала плечами Ирма. — Пришлось ходить с козырей. Она задержала взгляд на лице подруги, будто проверяя, всё ли в порядке, но ничего не сказала. Они двинулись по коридору. — Кстати, возле моего дома недавно открылся боксёрский зал. Пошли со мной, выплеснешь стресс. Будешь бить по груше и представлять, что это Министр, — усмехнулась она. Гермиона хмыкнула. — Хм... заманчиво. — она задумалась. — Но я не могу. У меня совсем нет времени. Но схожу с тобой позже. Ирма закатила глаза. — Знаю я твоё «позже». — Тогда разведай обстановку. — Да я и так собиралась, — фыркнула Ирма. — У меня, между прочим, тоже есть жизнь. — Вот и отлично. — Гермиона остановилась у двери кабинета. Та слегка светилась по краям, реагируя на магический отпечаток. — Когда разгребу дела — обязательно схожу. Обещаю. — Ладно. — Ирма вздохнула, но беззлобно. — Договорились. Но я напомню. Гермиона усмехнулась, открыла дверь и шагнула внутрь, чувствуя, как на плечи снова ложится привычный груз. Вечером она закрыла дверь квартиры. Замок щёлкнул, в прихожей стало темно — только уличный свет падал на пол через щель между шторами, рисуя на досках бледную, дрожащую полосу. Снова задержалась на работе. Она не стала зажигать свет. Прошла в гостиную на ощупь — старые половицы поскрипывали под ногами. В углах комнаты мерцали защитные руны, бледно-голубые, почти выцветшие, но всё ещё живые, пульсирующие в такт её дыханию. Раньше её встречал Живоглот — тёрся о ноги, требовал внимания, заполняя тишину своим присутствием. Она задержала взгляд на пустом углу гостиной у дивана, где стояла его лежанка. Два года уже прошло. Она присела на корточки, провела рукой там, где когда-то было тепло. Пол был холодным, гладким, но на мгновение ей показалось, что она всё ещё чувствует его тепло — мягкое, живое. Она задержала дыхание, потом выдохнула и поднялась. Два года. А кажется, что вчера. Она мотнула головой, прогоняя чувство, и провела рукой по спинке дивана, ощущая под пальцами прохладную ткань. — Завтра буду занята, — сказала она себе. Голос прозвучал глухо, будто говорила со стеной. Скинув туфли, прошла на кухню и налила воды. Стакан был холодным — она сжала его в ладонях, чувствуя, как лёд обжигает пальцы, и уставилась в тёмное окно. Город жил своей жизнью, но здесь было тихо. Гермиона не хотела быть одной, но привыкла. И знала: если позволить себе думать об этом слишком долго, она не остановится. Поэтому поставила стакан и пошла в спальню, оставляя тишину за спиной.

***

В боксёрском зале пахло потом и кожей. Эхо ударов разносилось под высоким потолком, магические лампы мягко стелили свет по полу, заставляя тени плясать на стенах. В воздухе витал едва заметный запах озона — след от защитных чар, которыми Тео оберегал ринг. Драко переоделся, замотал руки бинтами. Ткань туго легла на запястья — привычное, почти медитативное действие. Он бил грушу с чёткими, отточенными ударами. Сильнее, чем обычно — мышцы горели, пот стекал по вискам, но он не останавливался. Хотелось сбросить напряжение, накопившееся за день. Завтра. Грейнджер. Подпись. Тео подошёл, присвистнул: — Воу, у тебя уже груша дымится. Кажется, кто-то не в духе. — Как видишь, — не останавливаясь, ответил Драко. — Ну давай, жду рассказ, кто обидел моего мальчика? Покажи пальцем, и я им всем устрою. Драко усмехнулся и, не прекращая бить, показал средний палец в сторону Тео. — Обидчик прямо передо мной. Тео прижал руку к груди. — Я?! Да я — само очарование, ты просто этого не замечаешь. — Замечаю. Поэтому и показываю. Тео хмыкнул, останавливая грушу. Та слегка мерцала после удара — зачарованная, чтобы быстрее восстанавливать форму. — Так что там у тебя? — Завтра решающая встреча в Министерстве. — А, бумажки, — Тео потянулся, хрустнув шеей. — И кто следующий на очереди? — Руководитель отдела по надзору за правами магических существ. Грейнджер. Тео присвистнул, усмехаясь: — РОПНЗПМС... Надеюсь, ты не попадёшься ей в тот день недели, когда особенно остро работает «ПМС». Драко усмехнулся, качая головой, но ничего не ответил. Тео не унимался: — Грейнджер из золотого трио... Интересно, они всегда всё делали втроём, — протянул он, игриво двигая бровями. Драко скривился. — Нотт, она в школе была та ещё зубрила. Думаешь, она на такое способна? — Ты недооцениваешь заучек, — Тео подмигнул. — Они только с виду такие правильные, а в постели могут выдавать такие американские горки... — Фу, — Драко поморщился. — Сейчас мой обед пойдёт наружу. Даже не приступив к самим горкам. Тео расхохотался. — Ты просто боишься, что она окажется горячее, чем ты думаешь. — Я боюсь только того, что она не подпишет документы, — отрезал Драко, но в голосе проскользнула усмешка. — А теперь давай спарринг, пока я не передумал. Тео усмехнулся и подошёл к скамейке. Достал бинты, начал неторопливо заматывать руки — спокойно, с ленцой, будто у него куча времени. — Давай, Нотт, шевелись. — Драко уже стоял на ринге в перчатках, постукивая одной о другую. — Нельзя быть таким нетерпеливым перед важной встречей. А как же прелюдия? — Тео затянул узел зубами. — Прелюдия будет, когда подойдешь ко мне ближе, а пока я работаю руками в одиночестве. — Уже иду. — Тео поднялся на ринг. — Что не сделаешь ради друга. Они встали друг напротив друга, подняли руки в стойку. Напряжение начало отпускать — ровно настолько, чтобы дышать стало легче. Они двигались по рингу, обмениваясь ударами. Драко чувствовал, как мышцы работают, как кровь разгоняет остатки тревоги. Остановились передохнуть, и в этот момент Тео повернул голову. Драко проследил за его взглядом. В зале стояла девушка: рыжие волосы, собранные в короткий хвост, спортивный костюм. Она озиралась, явно впервые здесь оказавшись, рассматривала бинты в руках, будто не зная, с какой стороны к ним подойти. Магические лампы чуть приглушили свет, будто тоже заинтересовались новым лицом. Драко усмехнулся. — Нотт, если ты сейчас отвлечёшься, я тебе въебу. — Только не в лицо, оно мне ещё пригодится, — ответил Тео, но взгляд задержался на девушке дольше, чем следовало. — Иди уже, — махнул рукой Драко. — Пока я не передумал. Тео усмехнулся, поправил кучерявые волосы и направился к ней. Драко проводил его взглядом, покачал головой и пошёл к скамейке за сумкой. Надеюсь, ты не будешь жалеть, что с ней познакомился. Он сел, сделал глоток воды — холодная, обожгла горло. Вытер лицо полотенцем, но краем уха слышал обрывки их разговора. Напряжение в плечах начало отпускать. Он рискнул поднять взгляд. Девушка стояла с лёгкой усмешкой — улыбкой человека, который уже всё понял и просто ждёт, когда собеседник это осознает. Она кивнула на руки Тео, потом на его кроссовки. Драко не слышал слов, но видел, как Тео на секунду замер и посмотрел вниз. Раскусила его. Драко усмехнулся в бутылку и отвернулся. Он пошёл к раздевалке, чувствуя, как на душе становится легко. Тео попался — впервые за долгое время кто-то не повёлся на его маску. Это было забавно. Грейнджер. Он сжал бутылку чуть крепче, проходя мимо ринга. Интересно, удастся ли ей раскусить меня так же легко? Подумал он и усмехнулся собственным мыслям.

***

Теодор только что закончил спарринг с Драко и стоял у края ринга, вытирая лицо полотенцем. Взгляд скользнул по залу и остановился на рыжей девушке у свободной груши. Она неуверенно рассматривала бинты в руках, будто те были написаны на незнакомом языке. Короткая стрижка, открытая тонкая шея, обтягивающий спортивный костюм — она явно была здесь впервые, и это читалось в каждом жесте. Тео усмехнулся, поправил футболку и двинулся к ней. По пути магические светильники над головой чуть изменили цвет — с тёплого янтарного на золотистый, и свет стал мягче, теплее, окутывая её фигуру. — Первый раз? — спросил он, останавливаясь в паре шагов, с самой обаятельной улыбкой. Ирма обернулась и окинула его взглядом с ног до головы — не спеша, оценивающе. Задержалась на руках, плечах, линии челюсти, потом снова на лице. Тео почувствовал, как сердце на секунду ускорилось. — В этом зале? Или вообще? — уточнила она, и в голосе послышалось что-то острое. Тео моргнул, сбитый с толку на мгновение. — В этом зале. — Тогда да, первый раз, — спокойно ответила она, возвращаясь взглядом к груше. — Но я справлюсь. — Могу помочь. — Он подошёл ближе. — Я тренер. Ирма снова посмотрела на него. Теперь дольше. Взгляд скользнул по лицу, задержался на глазах. — Тренер, значит, — в голосе послышалась усмешка. — Вон мой лучший ученик, — он кивнул на Драко. — И как долго ты уже тренер? — спросила она с притворным интересом. — О, давно. — соврал он с лёгкостью. — Бокс — моя жизнь. У меня индивидуальный подход. — Индивидуальный, — повторила она, чуть склонив голову. — И что же у тебя за подход? Сначала показать грушу, а потом член? Тео на секунду замер, потом усмехнулся. — А ты предлагаешь начать с члена? Ирма приподняла бровь, но уголок губ дрогнул, выдавая улыбку. — А я думала, у тренера должны быть бинты в руках, а не в кармане. Она кивнула на его руки, засунутые в карманы шорт. Тео опустил взгляд, усмехнулся, но не растерялся — достал руки, показывая, что они пусты. — И ещё, — добавила Ирма, кивая на кроссовки. — На тебе слишком чистые и дорогие кроссовки. Тренеры в них не тренируют, берегут для выходных. Тео рассмеялся — искренне, громко, запрокинув голову. Она была острая, быстрая, и он проигрывал с огромным удовольствием. — Ты меня раскусила, — признался он, поднимая руки в примирительном жесте. — Я Тео, владелец этого зала. Просто подошёл познакомиться. Ирма посмотрела на него, чуть прищурившись, но в глазах уже заплясали смешинки. — Познакомиться, значит, — протянула она. — Ну, допустим. Она взяла сумку, перекинула через плечо и направилась к выходу, не оглядываясь. Тео смотрел ей вслед, сжимая полотенце в руке. — Когда я могу тебя увидеть? Ирма остановилась у двери, обернулась и чуть приподняла бровь. — Когда решу дать тебе второй шанс, — сказала она с лёгкой улыбкой. Дверь за ней закрылась с мягким магическим щелчком, и светильники над головой снова стали тёплыми, будто разочарованно вздохнули. Тео остался стоять с дурацкой улыбкой, глядя на пустой проём. Он не знал, кто она, но хотел узнать.