Не беременна в 16

      Голос ведущего: Париж в наши дни — город возможностей, где мирно уживаются самые разные народы, хотя истинные парижане выделяют всего два — мы и прочее отребье.              Камера выхватывает колоритную торговку рыбой.              Торговка: Понаехали тут. Париж вам не бычий пузырь! Селёдочки не желаете?              Камера показывает живописно текущие нечистоты в канаве, мальчика, дерущегося с собакой за маисовую лепёшку, трёх женщин у Крысиной норы.              Ведущий: И здесь, в этом райском уголке, расцвела прелестная история любви, которая привела к обычной в наши дни беременности в шестнадцать лет. Давайте познакомимся с нашей героиней.              Крупный кадр на танцующую Эсмеральду, которая задорно пляшет на персидском ковре, в стороне сидит мужчина в красно-жёлтом одеянии, у его ног белая коза. Камера выхватывает из толпы искажённое лицо лысого священника, потом переключение кадра на балкон ближайшего дома, там стоит девушка в богатом уборе, щёки её пылают. Цыганка продолжает плясать.              Позже Эсмеральда мечтательно: Родителей я своих не знаю, но думаю, меня похитили у графов, не меньше. Обо мне заботилась одна добрая женщина-цыганка, и она подарила мне этот талисман.              Показывает зелёную ладанку на бусах из семян лавра.              Съёмочная команда усиленно крестится и шепчет молитвы, ведущий решается на вопрос: Это какое-то колдовство?              Эсмеральда с чувством оскорблённого достоинства: Нет, это моя защита от нежелательных поклонников, очень мощная вещь, может навредить любому, кто попытается навредить мне.              Ведущий вполголоса: Запишите это отдельно для мэтра Шармолю… (теперь в полный голос) Видимо, не сработал твой талисман, раз мы здесь.              Эсмеральда с очаровательной улыбкой: Нет, ведь я люблю моего избранника…              В кадр влезла чумазая физиономия нищего с язвой на руке.              Клопен Труйльфу, король Алтынный, неопределённый возраст: Подайте Христа ради-и-и-и…              Ведущий: Убрать посторонних с площади!              Клопен тайком показывает нож.              Ведущий: Впрочем, дайте этому пройдохе парижский су!              Клопен, получив плату, подмигивает Эсмеральде и уходит.              Ведущий: Продолжай, дитя.              Эсмеральда мечтательно посмотрела на небо: Ах, мой любимый настоящий мужчина! При шпаге, шпорах и отваге. А имя у него какое! (с благоговением произносит): Феб! Прекраснейший из мужчин и храбрец притом! На Богоявление он спас меня от похищения…              В кадре появляется всклокоченная физиономия того самого лысого священника.              Клод Фролло, архидьякон, 36 лет: Вы ничего не докажете! И я не монах-привидение!              Снова в кадре прелестная Эсмеральда, поправляющая девственными руками одну из своих кос.              Ведущий: Значит, этот Феб и стал вашим избранником?              Эсмеральда с гордостью: Он дворянин и храбр, как лев! Не чета моему мужу!              Ведущий потрясённо: Муж?              Эсмеральда с вызовом: Да! Пьер, иди сюда, подтверди, что ты мой муж.              В кадре мужчина в красно-жёлтом наряде, он держит на руках белую козочку с золочёными рожками.              Пьер Гренгуар, муж, 23 года: Я, вообще-то, известный поэт. Слышали мою мистерию зимой во Дворце Правосудия? Был колоссальный успех! А с цыганами я живу, потому что поэту необходима свобода.              Клопен издали: И целая шея!              Гренгуар краснеет.              Ведущий: А может быть… Я не настаиваю, но всё же… Если двое считаются супругами, то могут меж ними и дети появиться.              Эсмеральда состроила гримаску: Только не с Пьером!              Гренгуар поспешно: У нас свободные отношения, и я весьма терпимый супруг.              Клопен издали кричит что-то оскорбительное.              Эсмеральда: Да и не было ничего с ним! Мы в Париже, здесь дурной тон рожать от законного супруга!              Ведущий: В самом деле, пардон муа. Вернёмся к Фебу.              Эсмеральда: О мой Феб! Наша встреча была незабываема!              В кадре помятое лицо Феба, он морщится от похмелья.              Феб де Шатопер, будущий отец, около 30 лет: Кто? Не кричите! Что за цыганка?.. С козой? А!.. Имя, имя… Симиляр! Да, её зовут Симиляр или Эсменарда, басурманское имя!              В кадре снова Эсмеральда: И он так красиво за мной ухаживал, подмигивал при встрече, называл своей малюткой. А однажды меня позвали в дом к его кузине, и там были все эти избалованные богатые девчонки, они на меня как стая сук набросилась. Но мой Феб меня защищал от них.              В кадре искажённое от гнева лицо Флёр-де-Лис.              Флёр-де-Лис де Гонделорье, «одна из сук», 22 года: А ничего, что она… Она пришла в мой дом! Без уважения!!! У меня был нервный срыв!              Вновь в кадре Эсмеральда: Очень злые девушки, к козе мой пристали ещё…              В кадре Джали на руках у Гренгуара: Ме-ме!!!              Эсмеральда с улыбкой: Мой Феб пригласил меня поговорить к одной милой старушке…              В кадре старуха с белыми кошачьими усами.              Фалурдель, хозяйка дома на мосту Сен-Мишель, возраст не определён: Такой забавник этот капитан! Сначала привёл какого-то мужчину в чёрном, потом пришёл с девчоночкой-красоткой, только лохматой немного и с козлом! Вот-те на! Я много чего повидала, но чтобы с козлом! Уважаю!              И вновь Эсмеральда, теперь она идёт по Двору чудес. Съёмочная группа сбилась в кучу.              Эсмеральда: Давайте я расскажу немного о Дворе чудес? Здесь замечательная архитектура, если верить моему мужу, и премилые люди.              В кадре сцепились два нищих, один из них, тот, что слепой, мухлевал в кости. Эсмеральда улыбается окружающим.              Эсмеральда: Да, они немного шумные, но ко мне добры.              В кадре Клопен сплёвывает на землю: Да, она чудная девчонка, всё песенки поёт да пляшет, но сердце золотое и денег много приносит. Мы её не трогаем. Грешно таких обижать.              Эсмеральда: И пусть меня украли у моих благородных родителей, цыгане были добры ко мне и воспитали как свою.              Клопен Труйльфу: Эй, прощелыги! Никого мы не крадём! Уяснили? И цыгане никого не крадут — это обидный стереотип, и пусть я фламандский крестьянин, но за правду всей душой!              На заднем плане какая-то оборванная старуха тащит чисто одетого и упирающегося мальчонку.              Эсмеральда: Я же говорю, прекрасное место!              Ведущий: Так что про свидание с Фебом?              В кадре Эсмеральда уже у себя дома сидит за столом, Джали с Пьером устроились на сундуке.              Эсмеральда с нежной улыбкой: Феб великолепен! Я его попросила пройтись, а потом показать свою шпагу…              Ведущий переглянулся с другими членами съёмочной команды.              Эсмеральда: А потом я эту шпагу поцеловала!              Все издают дружный восхищённый стон.              Эсмеральда: И какие прекрасные слова он мне говорил!              В кадре Феб пьёт вино прямо из кувшина.              Феб: Ну да, я это всем говорю, ещё ни разу не подвело. Сейчас, подождите… Кхм. (набирает в лёгкие воздух) Люблю ли я тебя, ангел моей жизни! Люблю ли я тебя, ангел моей жизни! Ну, каково? На всех срабатывает!              Крупный кадр на прелестном лице Эсмеральды и её сияющих глазах.              Эсмеральда: Он пообещал, что у нас, понимаете, у нас! Будет милая квартирка! И ещё он мне королевских львов покажет, и парад будет под окнами! Честно-честно!              Ведущий: Верим-верим! Значит, мессир Феб отец вашего ребёнка?              Кадр на Фебе, тот поперхнулся вином.              Феб в панике: Что, какой ребёнок? Я в конце лета вообще жениться собрался! Да и, знаете ли, бастардом больше, бастардом меньше — такова наша доля!              Кадр меняется, и показано свирепое лицо архидьякона Фролло.              Клод Фролло в сильном гневе: Откуда мог взяться ребёнок?! Я там тоже был! Никаких детей, только если от меня!              Ведущий: Вы ведь священник!              Клод Фролло: У всех свои недостатки!              Ведущий: У вас что-то было с плясуньей?              Клод Фролло: И не раз, правда, во сне! Но, знаете ли, медицина — дочь сновидений, а раз медицина реальна, то, может, и сны мои правдивы.              Ведущий: Вы сами-то в это верите?              Клод Фролло мрачно: Credo in Deum.              Ведущий: Dominum nostrum.              Клод Фролло: Amen.              Эсмеральда снова в кадре, теперь она мечтательно гладит плоский живот: Если будет мальчик, назовём его Феб, если девочка — Феба.              В кадре Феб, сидит, схватившись за голову: Хоть убейте, не помню! Помню, как пришли к этой потаскухе Фалурдель, немного поболтали, а потом ничего не помню, как отрезало!              Феб в ужасе себя ощупывает.              Феб: Вроде всё на месте! Но не помню! Какие дети? Какие цыганки?              Вновь в кадре Эсмеральда, на лице её мягкая улыбка.              Пьер Гренгуар влез в кадр: Если что, я к этому ребёнку отношения не имею!              Эсмеральда: А на тебя никто и не думал! У меня есть мой Феб! О мой Феб!              В кадре Клод Фролло: Непорочное зачатие было только у Пречистой девы! Я доверяю своим глазам и помню, что было в тот вечер.              Ведущий: Так что же было в тот вечер?              Эсмеральда: Феб внезапно уснул, я положила его на постель…              Ведущий: Йа, йа, зер гут, дастишь фантастишь, продолжай, малютка.              Эсмеральда: И ушла.              Клод в кадре: Я ведь говорил! Не было ничего, а если бы было, то я бы не допустил!!!              Смена кадра на Феба: Уф, слава богу! Я-то думал, до чёртиков допился!              Ведущий: А как же ребёнок?              Эсмеральда показывает на живот: Вот здесь он, если мужчина и женщина очень любят друг друга и крепко целуются, то она зачинает плод!              Ведущий, откашливаясь: Это не так работает.              Эсмеральда: А как? Докажи, что я неправа!              Ведущий, задумавшись: Если верить нашим медикам, то может быть ты и права, но они обычно так темно говорят.              Клод Фролло кричит за кадром: Ничего не было, Богоматерью клянусь!              Эсмеральда с беспокойством: Вы это слышали? Как будто кричал тот противный лысый, старый, грязный, уродливый, несексуальный, психованный, абьюзивный сталкер-поп.              Ведущий: КТО?              Эсмеральда: Во всём Париже меня ненавидят только двое — этот поп и старуха из Крысиной норы.              В кадре появляется лицо сестры Гудулы.              Сестра Гудула, в миру Пакетта Шантфлери, затворница, 36 лет: ЭТА тварь! Её мать сожрала мою Агнессу!!!              Ведущий съёмочной команде: Срочно, меняем сценарий, что у нас есть? Так… Мужское и неженское… Большая стирка в Сене… Пять вечеров с Анри Мюнье… А, вот! То, что надо!              Смена кадра и декораций. Эсмеральда и Гудула стоят друг напротив друга, между ними ведущий. В зале сидят Клод Фролло, Феб де Шатопер с каким-то белокурым школяром, Флёр-де-Лис с матерью. Квазимодо за кадром бьёт в колокол.              Ведущий: Сейчас мы с вами узнаем по результатам анализа крови, являются ли эти женщины матерью и дочерью.              Эсмеральда и Гудула обмениваются изумлёнными взглядами. Ведущий протыкает им безымянные пальцы кинжалом и выдавливает кровь.              Ведущий в восторге: Вот видите! И у Эсмеральды, и у сестры Гудулы, у обеих красная кровь! Это значит только одно! С вероятностью в 99,99% они мать и дочь!              Эсмеральда: Мать моя!              Гудула: Дочь моя!              Обе обнимаются, зал взрывается аплодисментами. Феб и Жеан обмениваются дружескими поцелуями, Клод Фролло с ножом крадётся к капитану. Джали и Пьер пустились в пляс. Все плачут и смеются.              Ведущий: До новых встреч, друзья!              На экране красочные титры.              КОНЕЦ