Три свидания

      В пятницу Оскар приехал за Норой без пяти шесть.       Она заметила его машину ещё из окна. Возле подъезда остановился большой чёрный внедорожник, который выглядел так, будто мог спокойно проехать через лес, подняться в горы и пережить небольшую снежную бурю. На фоне остальных автомобилей он казался особенно внушительным.       Нора поправила шарф, проверила, взяла ли телефон, и в последний раз посмотрела на себя в зеркало. Она последовала указаниям Оскара и оделась удобно и тепло: тёмные джинсы, мягкий свитер, непромокаемые ботинки и короткая тёплая куртка. Светлые волосы она оставила распущенными, хотя долго убеждала себя собрать их в хвост.       Телефон завибрировал.       «Я приехал. И на этот раз точно по правильному адресу».       Нора улыбнулась, но ответила:       «Большое достижение».       Она вышла из квартиры и спустилась вниз.       Оскар ждал возле машины. На нём были тёмные джинсы, серый свитер и куртка. Светлые волосы он собрал сзади, а в руках держал две бумажные кружки.       Увидев Нору, он сразу улыбнулся.       — Ты пришла.       — Ты опять говоришь это так, словно ожидал, что я сбегу.       — После месяца разлуки я стараюсь ничего не принимать как должное.       Он протянул ей одну кружку.       — Кофе?       Нора приняла её и сделала глоток.       — Ты запомнил, какой я пью.       — Я говорил, что запомнил всё.       Она посмотрела на огромный автомобиль.       — Мы едем покорять бездорожье?       — Возможно.       — Ты обещал, что гор не будет.       — Я сказал, что это не будет поход в горы.       — Это не одно и то же.       Оскар открыл перед ней пассажирскую дверь.       — Доверься мне.       Нора остановилась.       Эту фразу он произнёс без улыбки, и на мгновение между ними снова возникло напряжение утренней встречи на парковке.       Она всё ещё не была уверена, что полностью ему доверяет. Месяц молчания невозможно было стереть одним разговором. Но сегодня она приехала не для того, чтобы снова возвращаться к прошлому. Она согласилась на третье свидание и хотела дать ему шанс.       — Хорошо, — сказала Нора. — Но я оставляю за собой право задавать вопросы.       — Любое количество.       Она забралась в машину.       Салон оказался просторным и тёплым. На заднем сиденье лежали две дорожные сумки, корзина с продуктами и сложенные пледы.       Нора пристегнулась и посмотрела назад.       — Ты снова подготовился к концу света?       — Я усвоил, что свидания с тобой требуют хорошего запаса еды и тёплых вещей.       — Второе свидание устраивала я.       — Но рюкзак всё равно нёс я.       Оскар сел за руль и завёл двигатель.       — Куда мы едем? — спросила Нора.       — В одно важное для меня место.       — Это всё, что ты скажешь?       — Пока да.       Они выехали из Осло ещё до того, как городские улицы окончательно заполнились машинами. Постепенно высокие здания остались позади, дорога стала свободнее, а за окнами появились леса, озёра и небольшие населённые пункты.       Первые полчаса они разговаривали осторожно. Обсуждали работу Норы, последние матчи Оскара и погоду. Между ними больше не было прежней лёгкости, которая появилась во время похода к озеру. Месяц разлуки оставил след, и оба это чувствовали.       Оскар не пытался ускорить их сближение. Не шутил о свадьбе и не напоминал о том, что после третьего свидания ждёт ответа. Он просто вёл машину и время от времени спрашивал, не холодно ли Норе и не хочет ли она остановиться.       Через некоторое время напряжение начало исчезать.       — Мой брат всё ещё требует рассказать ему подробности, — сказала Нора.       — Какие именно?       — Все. Начиная со встречи в аэропорту.       — Ты рассказала?       — Нет.       — Почему?       — Потому что он будет напоминать мне об этом до конца жизни.       Оскар улыбнулся.       — Особенно о предложении?       — Особенно о том, что я согласилась на три свидания.       — Думаю, это было лучшее решение в твоей жизни.       — Не торопись. Третье свидание только началось.       — Я помню.       Он произнёс это спокойно, но пальцы на руле чуть сильнее сжались. Нора заметила, однако ничего не сказала.       Примерно через два часа большие дороги сменились узкими. Вокруг становилось всё меньше домов. Лес подступал почти вплотную к обочине, а между деревьями иногда мелькала тёмная вода.       Оскар свернул на дорогу, ведущую к небольшой деревне. Здесь стояли невысокие деревянные дома, окрашенные в белый, красный и тёмно-синий цвета. Возле некоторых домов лежали аккуратно сложенные дрова, на подоконниках стояли горшки с цветами, а на улицах почти не было людей.       Нора посмотрела на него.       — Мы приехали?       — Почти.       Он проехал деревню и свернул на узкую дорогу, ведущую к краю леса. Через несколько минут внедорожник остановился возле небольшого деревянного дома.       Дом был старым, но ухоженным. Тёмно-синие стены, белые рамы, маленькое крыльцо и покатая крыша. Рядом росли яблони, а за домом начинался лес. В нескольких метрах стоял сарай, а дальше виднелась узкая тропа.       Оскар выключил двигатель. Несколько секунд он не двигался. Нора посмотрела на дом, затем на него.       — Здесь жила твоя бабушка?       Оскар кивнул.       Теперь она поняла, почему он не хотел заранее рассказывать о месте.       Во время второго свидания Оскар признался, что долго не мог сюда вернуться. Этот дом был связан не только с детством, но и с чувством вины за годы отсутствия. Он привёз её туда, куда почти никого не приглашал.       — Ты всё-таки вернулся, — тихо сказала Нора.       — Несколько месяцев назад. С тех пор иногда приезжаю. Дом теперь принадлежит мне.       — Ты сохранил его таким, каким он был?       — Почти. Пришлось отремонтировать крышу и отопление. Но внутри я старался ничего не менять.       Оскар вышел из машины и открыл ей дверь.       На улице было прохладно, но почти не было ветра. Воздух пах влажной травой, древесиной и дымом из далёких печных труб. Н ора поднялась на крыльцо вслед за Оскаром. Он достал ключ и на мгновение задержал его возле замка.       — Ты волнуешься? — спросила она.       — Немного.       — Почему?       Оскар посмотрел на неё.       — Потому что привёл тебя в место, где я настоящий.       Её сердце отозвалось тёплым толчком.       — Тогда открывай.       Внутри дом оказался маленьким и уютным. В прихожей стояла деревянная скамья, на стене висели старые фотографии, а возле двери находился ряд крючков для верхней одежды.              В гостиной была печь, небольшой диван, кресло с клетчатым пледом и полки с книгами. На подоконниках лежали высушенные травы, а на стене висели старые часы.       На одной из фотографий Нора узнала Оскара. Ему было лет семь. Светловолосый, худой, с разбитыми коленями, он стоял возле футбольных ворот и держал в руках мяч, который казался огромным.       Рядом с ним находилась пожилая женщина в светлом платье.       — Твоя бабушка?       — Да.       Нора подошла ближе.       — Ты похож на неё.       — Все говорили, что я похож на отца.       — Не внешне. Вы одинаково смотрите в камеру.       Оскар встал рядом и несколько секунд рассматривал фотографию.       — Она не любила фотографироваться.       — А ты?       — Теперь уже привык.       Нора посмотрела на другие снимки. На одном маленький Оскар сидел на кухонном столе и ел тесто прямо из миски. На другом стоял в слишком большой футбольной форме. На третьем спал на диване, обнимая мяч.       — Это нужно показать твоим поклонникам, — сказала она.       — Даже не думай.       — Особенно фотографию с тестом.       — Нора.       Она рассмеялась, и напряжение окончательно исчезло.       Оскар занёс продукты на кухню. Помещение оказалось небольшим, но светлым. Посреди стоял деревянный стол, возле окна — старая раковина, а на полках располагалась посуда с синим узором.       — Я думала, ты привезёшь меня в ресторан, — сказала Нора, рассматривая продукты.       — Я решил, что после публичного обращения тебе хватит людей и камер.       — Разумное решение.       — Кроме того, сегодня мы готовим сами.       — Мы?       — Да.       — Ты умеешь готовить?       Оскар начал выкладывать продукты на стол.       — Конечно.       — Что именно?       — Макароны.       — Что-нибудь ещё?       Он задумался.       — Яичницу.       — Впечатляет.       — И бутерброды.       — Тогда сегодня ты достигнешь нового уровня.       Они решили приготовить простой перекус для прогулки: сэндвичи с сыром, овощами и копчёной рыбой, фруктовый салат и горячий чай в термосе.       Нора нарезала овощи, а Оскар пытался сделать сэндвичи ровными. Он слишком серьёзно относился к каждому слою, словно от расположения листьев салата зависел результат важного матча.       — Ты понимаешь, что мы всё равно их съедим? — спросила Нора.       — Еда должна выглядеть достойно.       — Ты собираешься её фотографировать?       — Нет.       — Тогда положи сыр и перестань измерять расстояние до края хлеба.       Оскар посмотрел на неё.       — Я не измеряю.       — Ты только что передвинул помидор на два миллиметра.       — Он лежал неровно.       Нора покачала головой и продолжила резать яблоки.       Через несколько минут Оскар потянулся за ножом одновременно с ней. Их пальцы соприкоснулись. Оба замерли. Он посмотрел на её руку, затем в глаза. Нора не отстранилась сразу. Между ними снова возникло знакомое тепло, но Оскар лишь осторожно убрал пальцы.       — Бери, — сказал он.       — Спасибо.       Она почувствовала лёгкое разочарование и тут же рассердилась на себя за это. Ещё несколько дней назад Нора не была уверена, что вообще согласится его увидеть. Теперь ей хотелось, чтобы он поцеловал её на кухне бабушкиного дома.       Это третье свидание становилось опаснее, чем она ожидала.       Когда перекус был готов, они сложили всё в небольшой рюкзак и вышли на прогулку. Оскар повёл её по тропе за домом. Она проходила между деревьями, затем спускалась к небольшому ручью и снова поднималась на холм. Отсюда открывался вид на деревню, лес и далёкие горы.       — Здесь ты проводил лето? — спросила Нора.       — Почти каждое до шестнадцати лет.       — И каждый день играл в футбол?       — Иногда ещё лазил по деревьям и падал в ручей.       — Очень разнообразное детство.       — Я старался.       Он показывал ей места, которые помнил: старую яблоню, с которой однажды упал; камень возле ручья, где прятал сладости; узкую тропу, по которой бегал на местную площадку.       Оскар рассказывал легко, но иногда его голос становился тише. Особенно когда они проходили мимо мест, связанных с бабушкой.       Нора не пыталась заполнять каждую паузу словами. Просто шла рядом. Через некоторое время они услышали крики.       За деревьями показалась небольшая футбольная площадка. Покрытие было неровным, ворота — старыми, а сетка на одном из них была закреплена разноцветными верёвками. На поле играли шестеро детей примерно десяти-двенадцати лет.       — Это то самое поле?       — Да.       Один из мальчиков первым заметил их. Он замер с мячом у ног, несколько секунд смотрел на Оскара, а затем широко раскрыл глаза.       — Это Оскар Хауг!       Остальные дети сразу обернулись. Через мгновение вся компания уже бежала к ним.       — Ты правда Оскар?       — Можно фотографию?       — Ты сыграешь с нами?       — Я видел твой гол в прошлом месяце!       — А ты можешь ударить отсюда прямо в ворота?       Вопросы посыпались со всех сторон. Оскар рассмеялся и присел, чтобы оказаться ближе к детям.       — По одному. Иначе я ничего не пойму.       Мальчик в синей куртке протянул ему мяч.              — Поиграешь?       Оскар посмотрел на Нору.       — Ты не против?       — Это твоё свидание.       — Наше.       Она улыбнулась.       — Иди. Только не забудь, что мы должны гулять.       — Пятнадцать минут.       Оскар снял куртку и передал её Норе, а затем вышел на поле. Дети разделились на команды, но почти сразу начался спор о том, кому достанется известный футболист. В итоге Оскар предложил играть против всех.       — Это нечестно! — возмутился один из мальчиков.       — Вас шестеро.       — Но ты профессионал.       — Тогда мне нужен один человек в команду.       Он посмотрел прямо на Нору. Она сразу покачала головой.       — Нет.       — Ты хорошо играешь в гольф.       — Это никак не связано с футболом.       — У тебя есть природный талант.       — Не используй мои слова против меня.       Дети дружно начали просить её присоединиться.       — Пожалуйста!       — Нам нужен ещё один игрок!       — Мы будем играть медленно!       Нора посмотрела на свои ботинки, затем на Оскара. Он протянул ей руку.       — Я буду рядом.       Эту фразу он уже говорил на скалодроме и во время дождя. Каждый раз она заставляла Нору делать шаг, которого она боялась или не планировала.       Она сняла куртку и передала её девочке, стоявшей у края поля.       — Хорошо. Но если мы проиграем, виноват будешь ты.       — Мы не проиграем.       — Самоуверенный.       Игра началась.       Первые минуты Нора в основном пыталась понять, куда ей бежать. Дети оказались быстрыми и совершенно не собирались играть медленно, несмотря на обещание. Оскар, напротив, почти не использовал скорость. Он отдавал передачи, позволял детям отбирать мяч и смеялся, когда они праздновали удачные действия.       Нора увидела его другим.       На поле перед ней был не известный спортсмен, окружённый камерами, а тот светловолосый мальчик с фотографии. Тот, который целыми днями играл возле бабушкиного дома и не хотел возвращаться к обеду.       — Нора! — крикнул он.       Мяч покатился к ней.       Она попыталась остановить его ногой, но тот прошёл немного дальше. Один из мальчиков уже бежал навстречу. Нора всё-таки догнала мяч и неожиданно для себя отправила его обратно Оскару.       — Отлично! — похвалил он.       — Я просто толкнула мяч!       — Но в правильную сторону!       Через несколько минут Нора начала чувствовать себя увереннее. Она смеялась, бегала вместе с детьми и даже несколько раз перехватила передачу.       Оскар отдал ей мяч возле ворот.       — Бей!       — Я не умею!       — Просто бей!       Нора замахнулась и ударила. Мяч пролетел мимо ворот на несколько метров. Дети рассмеялись, а она упёрла руки в бока.       — Ничего смешного!       — Почти попала, — сказал Оскар.       — Не ври.       — В нужную сторону же полетел.       — Это твой профессиональный анализ?       — Да.       Игра продолжилась.       Когда один из мальчиков снова передал Норе мяч, она решила исправиться. Сделала несколько быстрых шагов, но нога попала на небольшую неровность. Стопа резко подвернулась, и перед глазами вспыхнула боль.       Нора вскрикнула и потеряла равновесие. Она не успела упасть. Оскар оказался рядом почти мгновенно и подхватил её за талию.       — Нора!              Дети остановились.       — Всё хорошо? — спросила девочка.       Нора попыталась опереться на повреждённую ногу, но боль сразу усилилась.       — Кажется, да. Просто подвернула.       Оскар опустился перед ней на колено и осторожно коснулся ботинка.       — Где болит?       — Снаружи.       — Можешь пошевелить пальцами?       — Да.       — А наступить?       — Сейчас попробую.       Она снова попыталась перенести вес на ногу и тут же поморщилась.       — Нет.       Оскар поднялся.       — Мы возвращаемся домой.       — Я могу идти медленно.       — Не можешь.       — Оскар.       Он повернулся к детям.       — Спасибо за игру. В следующий раз закончим.       — Она сильно пострадала? — встревоженно спросил мальчик.       — Думаю, нет. Но ногу нужно осмотреть.       Оскар забрал их куртки и рюкзак, быстро надел свою, а затем повернулся к Норе спиной и слегка присел.       — Что ты делаешь?       — Залезай.       — Я не полезу тебе на спину.       — Тогда понесу на руках.       — До дома далеко.       — Несколько минут.       — Оскар, я тяжёлая.       Он медленно оглядел её с головы до ног.       — Нора, ты едва достаёшь мне до плеча.       — Это не означает, что я ничего не вешу.       — Ты можешь спорить здесь или по дороге. Но идти сама я тебе не позволю.       Нора хотела возразить, однако нога продолжала болеть, а дети наблюдали за ними с тревогой.       — Хорошо, — сдалась она. — Но если уронишь меня, третье свидание закончится сразу.       Оскар развернулся и легко поднял её на руки. Нора удивлённо ахнула и инстинктивно обхватила его за шею.       — Предупреждать нужно!       — Я сказал, что понесу тебя.       — Но не сказал когда.       — Теперь знаешь.       Он подхватил её удобнее и направился к тропе.       — Всё нормально? — крикнул один из детей.       — Нормально! — ответила Нора. — Только поле у вас опасное!       — Мы починим ямку!       Оскар рассмеялся.       — Кажется, у тебя появились поклонники.       — Они сочувствуют пострадавшей.       — Ты неплохо играла.       — Я подвернула ногу.       — Это не отменяет хорошей передачи.       Нора посмотрела на его лицо. Оскар нёс её так легко, словно она действительно ничего не весила. Его дыхание оставалось ровным, шаг — уверенным.       — Ты можешь поставить меня, — сказала она через несколько минут.       — Нет.       — Тебе тяжело.       — Нет.       — Ты всегда такой упрямый?       — Рядом с тобой — особенно.       Она почувствовала, как щёки становятся горячими, и отвернулась к лесу.       Дорога до дома заняла около десяти минут. Оскар поднялся на крыльцо, открыл дверь, не опуская Нору, и отнёс её в гостиную. Затем осторожно посадил на диван и подложил под ногу подушку.       — Не двигайся.       — Я никуда не собиралась.       Он принёс аптечку, миску с холодной водой и полотенце. Опустился на колени перед диваном и начал расшнуровывать её ботинок.       Нора наблюдала за ним.       — Ты умеешь обрабатывать такие травмы?       — Футболист, помнишь?       — Я думала, для этого у вас есть врачи.       — Есть. Но за карьеру начинаешь разбираться в растяжениях лучше, чем хотелось бы.       Он осторожно снял ботинок, затем носок. Лодыжка уже немного опухла. Оскар нахмурился.       — Больно, когда я нажимаю здесь?       — Немного.       — А здесь?       — Сильнее.       Он очень осторожно проверил движение стопы.       — Похоже на лёгкое растяжение. Но если к утру станет хуже, поедем в больницу.       — Мы?       — Я не оставлю тебя одну с травмой.       — Я могу вернуться домой.       Оскар поднял на неё взгляд.       — До Осло несколько часов. Тебе нельзя долго держать ногу опущенной, и в машине будет неудобно.       — Тогда что ты предлагаешь?       Он смочил полотенце холодной водой и приложил к лодыжке.       — Остаться здесь на ночь.       Нора замерла. Оскар сразу заметил её реакцию.       — В доме несколько комнат, — быстро добавил он. — Ты будешь спать в гостевой. Я — в своей. Ничего не изменится без твоего желания.       Она посмотрела в сторону окна. На улице уже начинало темнеть. Обратная дорога действительно заняла бы несколько часов, а нога болела даже в неподвижном состоянии. Оставаться на ночь в доме Оскара казалось слишком большим шагом. Но он не пытался использовать ситуацию. Просто предлагал наиболее разумное решение.       — Хорошо, — сказала Нора. — Я останусь.       — Ты уверена?       — Да. Но в разных комнатах.       — Конечно.       — И никаких попыток убедить меня, что твоя кровать удобнее.       Оскар улыбнулся.       — Я даже не собирался.       — Не верю.       — Тогда придётся доказать.       Он закрепил на её ноге эластичную повязку и снова положил её на подушку.       — Так лучше?       — Немного.       — Сейчас принесу что-нибудь поесть.       — Мы ведь приготовили перекус.       — Он в рюкзаке возле поля.       Нора закрыла глаза.       — Прекрасно.       — Я могу вернуться.       — Уже темнеет.       — Дорогу я знаю.       — А если снова свернёшь не туда?       Оскар посмотрел на неё с притворным возмущением.       — Это случилось один раз.       — И ты нашёл не то озеро.       — Хорошо. Приготовлю ужин здесь.       — Макароны?       — Ты недооцениваешь мои способности.       Через полчаса выяснилось, что Нора оценивала их достаточно точно.       Оскар приготовил макароны с сыром и разогрел суп, который хранился в морозильной камере. Он принёс еду в гостиную на подносе и поставил на столик перед диваном.       — Романтический ужин, — объявил он.       — С повреждённой ногой и макаронами.       — Зато без камер.       — Уже преимущество.       Они ели, слушая, как ветер шумит за окнами. В печи потрескивали дрова, и гостиная постепенно наполнялась теплом.       Оскар рассказал ещё несколько историй о детстве. О том, как однажды разбил окно футбольным мячом и пытался убедить бабушку, что виноват ветер. О том, как она каждое воскресенье пекла булочки с корицей и запрещала ему есть их до обеда.       Нора смеялась, представляя маленького Оскара, который уже тогда не умел спокойно сидеть на месте.       После ужина он убрал посуду и принёс ей чай.       — У тебя здесь очень спокойно, — сказала Нора.       — Поэтому я приезжаю сюда, когда могу.       — Тебе больше не тяжело находиться в этом доме?       Оскар задумался.       — Иногда тяжело. Но теперь это другая тяжесть. Раньше я видел только то, что потерял. Сейчас начинаю вспоминать то, что у меня было.       Нора посмотрела на фотографии на стене.       — Думаю, она была бы рада, что ты сохранил дом.       — Надеюсь.       Несколько минут они молчали.       Оскар сидел в кресле напротив, вытянув длинные ноги. Нора лежала на диване, укрытая пледом, а её повреждённая нога оставалась на подушке.       Это было совсем не похоже на свидание, которое она представляла.       Никаких дорогих ресторанов, красивых нарядов или тщательно продуманных сюрпризов. Маленький дом, простая еда, старая футбольная площадка и растянутая лодыжка.       Но именно сегодня Нора увидела Оскара таким, каким он был без стадиона и славы. Заботливым, иногда неловким, связанным с этим домом множеством невидимых нитей.       Он привёз её не просто в красивое место. Он позволил ей войти в своё прошлое.       Оскар поставил чашку на стол.       — Нора.       — Что?       Он на секунду отвёл взгляд, словно собирался задать сложный вопрос.       — Наше третье свидание почти закончилось.       Её сердце сразу забилось быстрее.       — Почти?       — Уже поздно. Мы погуляли, приготовили еду и даже сыграли в футбол. Хотя последнюю часть я планировал немного иначе.       — Я тоже.       — Поэтому я должен спросить.       Нора знала, о чём он говорит. С того момента, когда она вошла в этот дом, вопрос словно всё время находился рядом. Не произнесённый вслух, но ожидающий подходящей минуты.       Оскар смотрел на неё серьёзно.       — Ты готова дать мне ответ?       Нора опустила взгляд на свои руки.       Она думала об этом весь месяц. В первые дни после его исчезновения ответ был отрицательным. Потом она пыталась убедить себя, что сам вопрос был безумием и не заслуживал серьёзных размышлений.       Но сейчас всё стало сложнее.       Она знала Оскара лучше, чем в аэропорту. Знала его самоуверенность и терпение, чувство юмора и страх возвращаться в пустой дом. Видела, как он разговаривает с детьми, как бережно касается её повреждённой ноги и как спрашивает разрешения даже на объятие.       Но три свидания ещё не сделали их готовыми к браку.       И всё же Нора больше не хотела отвечать «нет».       Она подняла глаза.       — Сегодня пятница.       — Я знаю.       — И я остаюсь здесь на ночь.       — Да.       — Значит, третье свидание ещё не закончилось.       Он несколько секунд смотрел на неё, а затем понял.       — Ты хочешь ответить завтра?       — Завтра свидание продолжится.       На его лице появилась медленная улыбка.       — Это способ заставить меня ждать?       — Возможно.       — Жестоко.       — Ты заставил меня ждать месяц.       Улыбка Оскара стала слабее.       — Справедливо.       Нора немного смягчилась.       — Я не пытаюсь тебя наказать. Просто не хочу давать ответ потому, что подвернула ногу, лежу в доме твоей бабушки и чувствую себя слишком растроганной.       — Значит, ты растрогана?       — Не додумывай за меня.       — Первое правило.       — Именно.       Он поднялся с кресла.       — Тогда завтра.       — Завтра.       Оскар подошёл к дивану и поправил край пледа у её плеча.       — Тебе что-нибудь нужно?       — Только добраться до комнаты.       — Я отнесу тебя.       — Оскар, я могу допрыгать.       — Нет.       — Ты получаешь слишком много удовольствия от возможности носить меня на руках.       Он наклонился и осторожно поднял её.       — Возможно.       Нора обхватила его за шею.       — В гостевую комнату.       — Я помню.       Он понёс её по узкому коридору. Гостевая спальня оказалась маленькой и уютной: кровать под клетчатым покрывалом, деревянный шкаф и окно, выходящее в сад.       Оскар осторожно посадил Нору на край кровати.       — Ванная через одну дверь. Если понадобится помощь, позови.       — С чем именно ты собираешься мне помогать?       Он сразу поднял руки.       — Я имел в виду ногу.       Нора рассмеялась.       — Я справлюсь.       Оскар задержался возле двери.       — Спокойной ночи, Нора.       — Спокойной ночи.       Он уже собирался выйти, когда она окликнула его:       — Оскар.       Он обернулся.       — Спасибо за сегодня.       — Даже несмотря на травму?       — Она не входила в твой план.       — Нет.       — Тогда да. Несмотря на неё.       Он улыбнулся.       — До завтра.       — До продолжения третьего свидания.       Оскар вышел и тихо закрыл дверь.       Нора легла, устроив повреждённую ногу на подушке. За окном шумели деревья, а где-то в доме скрипнули половицы. Она знала, что Оскар находится всего в нескольких комнатах от неё.       Утром он снова задаст свой вопрос.