Игра в угадывание

Джисон ни черта не видел, к тому же не мог пошевелиться, из-за того что его запястья и лодыжки были привязаны к четырём углам кровати. Обычно, если бы он проснулся и обнаружил себя с завязанными глазами и привязанным, он бы забеспокоился, но Хёнджин предупредил его об этом, поэтому после недолгого замешательства он успокоился. Его сердце всё ещё колотилось. С закрытыми глазами Джисону пришлось напрячь слух, чтобы понять, есть ли кто-нибудь в комнате. Однако было тихо: Хёнджин либо вёл себя бесшумно, либо вышел, дожидаясь, пока Джисон проснётся. На самом деле, он был очень удивлён, что не проснулся раньше. Он всегда спал крепко, и всё равно впечатляло, как Хёнджину удалось всё это провернуть, не разбудив его. Джисон опять обратился в слух, стараясь дышать потише, чтобы уловить хоть что-нибудь, — и он услышал. Это Хёнджин шагнул к нему, прошуршав носками по полу. — Доброе утро, Джисони, — радостно сказал он, как будто Джисон не лежал перед ним голым и связанным. Ха, да Хёнджину удалось его ещё и раздеть — ещё более впечатляюще. — Доброе, — слабо ответил Джисон. Его голос был чуть хрипловатым и более глубоким, чем обычно, потому что Джисон говорил первый раз за день. Он подёргал верёвками, но Хёнджин добротно его привязал: Джисон смог пошевелить лодыжками и запястьями лишь на дюйм или около того. Он почувствовал, как член начинает проявлять интерес к ситуации, хотя Джисон не знал, что будет дальше. Хёнджин сказал, что утром он будет связанным, и, собственно, это всё, что Джисон знал. Это возбуждало, ведь теперь ему придётся слушаться Хёнджина во всём, что он задумал, и его член снова слегка дёрнулся, когда Хёнджин подошёл ещё на шаг. — Уже возбуждаешься, Сон? Это было быстро, а ведь ты даже не знаешь, что я собираюсь сделать. — Меня связали, — начал оправдываться Джисон. — Это возбуждает. — Конечно возбуждает, — рассмеялся Хёнджин, и Джисон покраснел от дразнящих ноток в его голосе. — Сегодня мы поиграем в маленькую игру, Сони. Я придумал кое-что, что, как мне кажется, всем понравится. Всем? Джисон на мгновение задумался, а Хёнджин продолжил: — С нами в комнате есть ещё кое-кто, но я не скажу, кто именно. До того, как связать тебя, я их растягивал, и теперь они все хотят кончить, так что они будут скакать на твоём члене, пока не кончат. Твоя задача — сказать мне, кто это будет. Джисон медленно выдохнул, его кожа покрылась мурашками от предвкушения. Мысль о том, что его оседлает один из парней, но он не будет знать, кто именно, заставила его член набухнуть ещё больше, и Джисон снова прислушался, чтобы понять, будет ли ещё кого-нибудь слышно. Ему нравилось думать, что он сможет легко их узнать. Узнавал своих парней по тихим звукам, которые они издавали, даже иногда по дыханию, и Джисон был уверен, что, если бы они издали какой-нибудь шум, он сразу бы понял, кто это. Проблема заключалась в том, что многие из его парней могли быть очень тихими во время секса, если старались — он подозревал, что это могло быть связано с тем, сколько раз им сходило с рук трахаться за кулисами или в студии, — поэтому полагаться на звуки он не мог. К тому же Джисон понял, что не сможет прикоснуться к тому, кто вот-вот окажется на нём, что ещё больше осложняло ситуацию. Он чуть подпрыгнул, когда кровать погнулась рядом с ним, и понял, что это, должно быть, его таинственный парень, потому что голос Хёнджина раздался уже с другой стороны: — Ты должен сказать, кто это, до того как он кончит, Джисони. Надеюсь, ты угадаешь. — А что будет, если я не угадаю? — нервно спросил Джисон, сжимая туго стягивающую его верёвку. Хёнджин хмыкнул. — Потом узнаешь. Джисон вздрогнул, когда чья-то рука столь легко скользнула по его груди, что ему стало почти щекотно. Только по пальцам было невозможно определить, кто это, и Джисону захотелось дотронуться до них, когда они остановились на его коленях. Его мозг лихорадочно соображал, кто это может быть, но Джисон по-прежнему надеялся, что парень издаст хоть какой-нибудь звук, когда начнёт осёдлывать его, даже если просто дыхание станет тяжелее, что поможет ему разобраться. — Дай знать, когда ты поймёшь, Джисони, — сказал Хёнджин. Теперь его голос звучал ближе, и Джисон подпрыгнул, когда скользкая рука обхватила его член. Он дёрнулся от прикосновения, подавив удивление, и Хёнджин усмехнулся. — Какой нетерпеливый. Не волнуйся, скоро тебе будет очень хорошо. Я даже позволю тебе кончить, но… У Джисона перехватило дыхание, когда ощутил, как кольцо обхватывает основание члена, и он возмущённо заскулил. — …Тебе придётся это заслужить, — продолжил Хёнджин. — Хорошенько постарайся и угадай, кто на тебе сидит, и я сниму его. — Хёнджин, — начал было Джисон, но на него шикнули. — Ты переживаешь, что не сможешь этого сделать? — спросил Хёнджин. — Ты плохо нас знаешь, Джисони? — Нет, — запротестовал он и пошевелил бёдрами, чтобы подтолкнуть сидящего на нём парня. Он пытался сузить круг поиска, исходя из того, на кого такое могло быть похоже, потому что парни всё время сидели у него на коленях. Он не думал, что это был Чан, или Чанбин, или Минхо, поэтому оставались только Чонин, Феликс и Сынмин, хотя из этих троих Феликс и Сынмин определённо с большей вероятностью согласятся с планом Хёнджина. Хёнджин всё ещё держал руку на его члене. Джисон беспокойно заёрзал, и Хёнджин отпустил его, сжав член в последний раз. — Готовься, Сони, — пропел он, и Джисон уловил в его голосе, как он ухмыляется. — Ты готов? Он нетерпеливо кивнул и почувствовал, как сидящий на нём парень пошевелился и приподнял бёдра. — Вперёд, — сказал Хёнджин, и у Джисона возникло ощущение, будто теперь обращаются не к нему. — Малыш, сделай ему приятно. И постарайся вести себя тихо. Джисон вздохнул, почувствовав, как другая рука обхватила его член и прижала его кончик к влажной дырочке. Как бы ему хотелось различать своих парней по их дырочкам, но, к сожалению, такого он не умел. Его губы плотно сжались, когда парень опустился на него, а руки дёрнулись, чтобы схватить его за талию, чтобы контролировать движения, но со связанными руками он ничего не мог сделать, кроме как сжать ладони в кулаки и расслабить тело, когда задница коснулась бёдер Джисона. — Думаю, что ты не должен его жалеть, — сказал Хёнджин. — Вообще не сдерживайся, хорошо? Тот, кто был сверху, стало быть, кивнул — Джисон надеялся, что он потеряет бдительность и что-нибудь скажет, — и тут бёдра приподнялись, прежде чем грубо опуститься. Воздух с хрипом вышел из лёгких Джисона, когда его парень мгновенно взял быстрый темп. Джисон понимал, как отчаянно он хочет кончить, и знал, что Хёнджин не станет так быстро раскрывать его, потому что парень всё ещё был расслаблен, несмотря на то что стенки периодически сжимались вокруг его члена. И Джисон точно узнал, кто сейчас на нём, и почувствовал облегчение. Это должен быть Феликс. Сынмин никогда так грубо не двигал бёдрами, когда был сверху на ком-то — это само по себе было редкостью, — а Чонин ни за что бы не смог сохранять спокойствие, если бы двигался так быстро, особенно если бы Хёнджин тщательно подготовил его. Это мог быть только Феликс, и чем дольше это продолжалось, тем больше он в этом убеждался. — Феликс, — выдохнул он, приподнимая бёдра как можно выше, чтобы быстрее коснуться его. — Хёнджин, это Феликс. — Ты уверен? — поддразнил Хёнджин, но Джисон был непоколебим. Особенно когда Феликс начал учащённо дышать и он узнал его дыхание. Он знал, что так звучал Феликс, и его член запульсировал от мысли, что это его веснушчатый парень сидит на нём. Никто никогда не смог бы обвинить Феликса в том, что он плохо двигает своими бёдрами. У Джисона перехватило дыхание, и всё, что он делал, — это лежал и наслаждался моментом. Хёнджин ухмыльнулся. — Возможно. Заставь его кончить, и я скажу, угадал ли ты. Джисон попытался ещё немного подвигать бёдрами. Ему хотелось протянуть руку и подрочить Феликсу, но он сделал всё, что мог, и, судя по голосу, Феликс был уже близок к оргазму. Но затем он услышал влажный звук и бормотание Хёнджина, его голос был ближе, чем раньше. У Феликса перехватило дыхание, и Джисон решил, что это Хёнджин дрочит ему, как он и надеялся — это подтвердилось, когда через мгновение сперма забрызгала его живот, а дырочка Феликса сжалась вокруг его члена. Феликс оставался на удивление тихим, даже когда кончал, хотя он всегда умел быть тихим лучше всех, когда хотел, но Джисон всё равно был уверен в своём ответе. Его член слабо запульсировал в предвкушении оргазма, и он надеялся, что Хёнджин вскоре тоже даст ему кончить. Феликс приподнялся, и член выскользнул из него. Затем парень наклонился и покрыл влажными поцелуями грудь и шею Джисона, поднимаясь по подбородку, прежде чем найти его рот. Джисон застонал в поцелуе, когда пальцы Феликса зарылись в его волосы и потянули их. Когда Феликс целовал его, он всегда был таким нетерпеливым и жадным, и этот раз не был исключением. У Джисона перехватило дыхание, когда Феликс поглотил его и отстранился только тогда, когда им стало отчаянно не хватать воздуха. Ниточка слюны между ними разорвалась и упала Джисону на подбородок. — Отличная работа, малыш, — шепнул Феликс, и Джисон почувствовал ещё один прилив сил от подтверждения его догадки. — Ты хорошо меня знаешь, не так ли? — Я понял, что это ты, как только вошёл в тебя, — гордо сказал ему Джисон. Он ждал, когда кто-нибудь снимет с него повязку, потому что сейчас он очень сильно хотел увидеть своих парней. — Хёнджин-а, сними с меня повязку. Сидевший рядом с ним Хёнджин хохотнул и положил руку ему на голову. — Потерпи, детка. Я сниму её, когда мы все закончим. Когда мы все закончим? Джисон гадал, что ещё задумал Хёнджин, но чуть не подпрыгнул от неожиданности, когда чья-то рука обхватила его лодыжку. Это не мог быть Хёнджин, потому что его рука всё ещё была на голове и он никак не мог дотянуться до лодыжки, и это определённо не был Феликс, чьи руки теперь лежали у него на плечах. Хёнджин снова усмехнулся. — Прости, малыш. Я не всё тебе объяснил. Рука на его лодыжке медленно скользнула вверх, пока чьи-то пальцы не коснулись внутренней стороны бедра. — Вместо того чтобы угадывать только одного из нас, тебе придётся проделать это со всеми нами. Джисон прерывисто выдохнул, его бедро дёрнулось в сторону от прикосновения. Со всеми? Он уже чувствовал себя победителем, успешно узнав Феликса, но он понимал, что вероятность того, что он правильно угадает всех своих парней, определённо была ниже. — Ты сможешь это сделать, Сон, — сказал Феликс, целуя его в щёку. — Ради меня. Держу пари, что ты нас всех правильно угадаешь. — Вы, ребята, сделали ставки? — слабым голосом спросил Джисон. Он снова напрягал слух, пытаясь определить, сколько человек было в комнате. Все ли они пришли, пока он был занят Феликсом, или они будут заходить по одному? — Да, мы вдвоём поставили. — Это был голос Минхо, и Джисон повернул голову. — Хён, ты в меня не веришь? — захныкал он, выпятив нижнюю губу. — Ты будешь так оттрахан, что не сможешь нормально мыслить, детка. Думаю, твои мыслительные способности будут ухудшаться по мере того, как ты будешь проходить через всех нас. — Ни за что, — надулся Джисон, но вздрогнул, когда рука на его бедре переместилась вверх и коснулась члена. Её плотно прижимали к его животу, и он забеспокоился, что, несмотря на свой протест, ему действительно будет трудно опознать своих парней, чем больше он будет хотеть кончить. — Подождите, ребята, если вы решили ставить на то, скольких людей я угадаю, разве я не должен получить награду за то, что всех узнаю? — М-м-м, пожалуй, — сказал Хёнджин. — Хотя большинство из нас в тебя не верит, детка. Конечно, если тебе каким-то образом удастся угадать всех правильно, ты сможешь попросить у нас всё, что захочешь. Вот это была мотивация, то, к чему Джисону стоило стремиться, потому что возможность попросить о чём угодно… она была бесценна. — Кто следующий? — спросил Феликс, и Джисон услышал, как несколько человек зашевелились. Он попытался разобрать приглушённый шёпот, но Феликс быстро отвлёк его. — Только не читери, детка, — сказал он, всё ещё сидя на коленях у Джисона. На его бёдрах была смазка, часть которой вытекла из Феликса. — Думаю, они правы. Минхо-хён пообещал мне минет, если я выиграю пари. — Значит, Минхо-хён не верит в меня, — сказал Джисон. — Но, знаешь, ты всегда можешь помочь мне, если так сильно хочешь этот минет. Просто каждый раз притворяйся, что целуешь меня, и шепчи мне ответ. — Хм, как хочешь. Лучше попробуй предложить это Сынмину. Хотя он тоже поспорил, что ты угадаешь только с двумя, так что не думаю, что он примет твоё предложение. Джисон усмехнулся. Ему следовало ожидать, что этот негодник поставит против него. — Думаю, они готовы, детка, — сказал Феликс, соскользнув с его колен. — Чтобы тебе было немного легче, мы не будем повторяться, так что на сегодня я закончил. Ну, по крайней мере, с игрой в угадайку. Джисон почувствовал, как вокруг него столпились люди, и кровать прогнулась, когда кто-то забрался на неё. — О, и ещё, — сказал Феликс. — Мы не просто будем на тебе кататься, так что, пока ты пытаешься угадать следующего человека, я сделаю тебе приятно и раскрою тебя для нас, Сони. Джисон захныкал, когда произошло одновременно несколько вещей: кто-то новый забрался к нему на колени как раз в тот момент, когда его ноги были раздвинуты и два маленьких пальца Феликса коснулись его дырочки; и чей-то большой палец надавил на его нижнюю губу, чтобы он открыл рот и взял в него палец. — Дай знать, когда поймёшь, кто это, Джисони, — сказал ему Феликс. Его пальцы оторвались от дырочки, но быстро вернулись, и теперь Джисон чувствовал на них смазку. — Если ты угадаешь неправильно, то проиграешь, а если не угадаешь к тому времени, как он кончит, то тоже проиграешь. Понятно? — Да, — дрожащим голосом ответил Джисон. Он попытался сосредоточиться на том, кто сейчас сидит на нём сверху и пристраивается к его члену. Одна из рук лежала у него на плече, а другая обхватила основание его члена, чтобы он упирался во вход. Джисон открыл рот, застонав, когда кто-то опустился на него и в то же время Феликс протолкнул в него один палец. Он изо всех сил старался сосредоточиться, чтобы понять, чья задница сейчас прижимается к его бёдрам, но его разум затуманивался от того, как сильно она сжималась вокруг его члена. Парень был немного тяжелее, чем Феликс, но это единственное, что Джисон заметил, прежде чем тот начал двигаться, равномерно покачивая бёдрами взад-вперёд, отчего член быстро запульсировал. Палец Феликса покручивался внутри него, и веснушчатый парень подождал всего несколько секунд, прежде чем прижать ко входу второй смазанный палец и скользнуть им внутрь. Два пальца растягивали его, в то время как парень, сидевший на нём сверху, начал приподниматься, чтобы снова резко опуститься, и Джисон улетел в рай. Но ему нужно было выяснить, кто на нём сидит. Парень чувствовал себя уверенно, сидя на нём верхом, он положил руки на грудь Джисона, чтобы держать равновесие, а его бёдра двигались резкими отработанными движениями. Джисон прислушался к его дыханию, но он был весьма хорош в том, чтобы сохранять молчание, так что Джисону это совсем не помогло. Он представил, что просто закрыл глаза, отбросив, что они были завязанными. Как чувствовался этот человек? Это был один из его парней, которому определённо было очень удобно сидеть на нём верхом, и его бёдра не дрожали… На самом деле, когда Джисон сосредоточился на них, то понял, что они были довольно широкими. И тогда он подумал: у кого есть широкие сильные бёдра, кто умеет контролировать дыхание и может вдавить Джисона в матрас? — Минхо-хён, — выдохнул он, когда Феликс согнул пальцы внутри него, раздвинул их и растянул его стенки. — Минхо-хён! — Ты в этом уверен? — спросил Феликс, но его голос звучал довольно торжествующе — это подсказало Джисону, что он прав. — Да! — заплакал он. Его член пульсировал внутри Минхо, и казалось, будто кольцо на члене становится всё туже и туже. Он сомневался, что сможет не кончать до тех пор, пока они все не потрахаются с ним. — Такой умный, Сони, — простонал Минхо, лёжа на нём, и теперь, когда Джисон угадал его, он позволил себе тихонько мычать и постанывать. Джисон жадно впитывал звуки и пытался сдержать свои стоны, пока Феликс раздвигал его, а то иначе он бы начал кусать губы и двигать бёдрами слишком резко. — Кем ты хочешь быть оттраханным в следующий раз? — просил его Минхо, наклоняясь, чтобы осыпать поцелуями его подбородок. — Как ты думаешь, тебе будет легче догадаться, если он будет внутри тебя, а не наоборот? — Может быть, — выдавил Джисон. В его голосе было напряжение, а дыхание стало прерывистым, когда Минхо сжал его, как в тисках, так сильно, что у него закружилась голова. Его дырочка безостановочно пульсировала вокруг него, и он чувствовал, как напрягается каждый раз, когда Минхо поворачивал бедра. Губы Минхо всё ещё были на его шее, и он стонал, уткнувшись в его кожу, и покусывал её так часто, что Джисон решил, что его шея, должно быть, уже покраснела от укусов. Он вздрогнул, когда Феликс вытащил из него пальцы, и стал ждать, когда он их вернёт. Из-за этого он был вынужден полностью сосредоточиться на Минхо, который покачивался у него на бёдрах. — Чёрт, Сони, — заскулил Минхо спустя минуту или две. — Я скоро кончу. Джисон тоже был в этом уверен. Дыхание Минхо стало резким и тяжёлым, и он ещё сильнее наклонился вперёд, так что его лицо уткнулось в изгиб шеи, и из последних сил резко опустил бёдра. Он издал тихий звук, как будто задыхался, который всегда издавал перед тем, как кончить. — Кончай, хён, — сказал Джисон, сильно прикусив губу, когда Минхо снова напрягся. Он был твёрд, как скала, и натягивал Минхо до кольца на члене, зная, что чем скорее Минхо кончит, тем скорее остальные смогут с ним потрахаться и тем скорее они позволят кончить ему самому. Это казалось невыносимым, и он не знал, как с этим справиться. К счастью, Минхо снова прикусил его шею пару секунд спустя, и Джисон поморщился от боли. Когда дырочка Минхо сжалась заметно сильнее, чем раньше, он почувствовал, как его хён задрожал в сильном оргазме и опять прикусил кожу. Слюна забрызгала всю его шею. Бёдра Минхо медленно перестали дрожать, только когда он полностью кончил. Он почти лёг на Джисона, но потом, должно быть, передумал и выпрямился, положив руки на грудь Джисона, чтобы подняться. Джисон был уверен, что его лицо очаровательно покраснело, и мог ясно представить этот слегка затуманенный взгляд, который появлялся у Минхо всякий раз, когда он кончал по-настоящему сильно. — Хороший мальчик, — сказал он, пытаясь отдышаться, похлопывая Джисона по груди. — Но больше не угадывай, а то я проиграю пари. — Сколько вы, ребята, вообще поставили? — с любопытством спросил Джисон, но он не был уверен, что хочет знать ответ. — Не твоё дело, — сказал Минхо. — Но мы с тобой ещё поговорим, если из-за тебя проиграю, так что не смей выигрываать, хорошо? — Конечно. — Но Джисон был полон решимости получить свою награду, потому соврал, чтобы Минхо отсосал из-за проигрыша пари. Ему, вообще-то, следовало бы больше верить в него. — Кто следующий? — снова спросил Феликс, и Джисон услышал, как остальные едва слышно двигаются вокруг, вероятно, ведя очередную молчаливую дискуссию. Однако им не потребовалось много времени, чтобы принять решение, потому что уже через секунду кровать прогнулась и следующий человек устроился у него между ногами. Он сглотнул и сделал глубокий вдох. Очевидно, на этот раз на него никто не садился, но это всё равно мог быть любой из них. Джисон обратил внимание на то, как палец коснулся ануса и скользнул внутрь. Он был так возбуждён, из-за этого было трудно сосредоточиться, и он представить не мог, кто это был. Палец отступил, Джисон невольно потянулся за ним бёдрами, но его ждало кое-что получше — чей-то член скользнул в него, растягивая его ещё больше, чем пальцы Феликса, выбив лёгкий стон. Появилось жжение, от лёгкой боли у Джисона затуманились мысли, и он откинул голову на подушку, закрыв глаза за повязкой. Его парень парой толчков протиснулся внутрь, пока таз не прижался к его заднице. Разум лихорадочно работал, пытаясь преодолеть удовольствие и подумать о том, кто сейчас перед ним. Но это было очень сложно. Джисон думал, что без парня, лежащего на нём, это почти невозможно, потому что сейчас вообще его не чувствовал. Только руки сжимали его бедра, но это мало о чём ему говорило, так что ему пришлось попытаться определить их исключительно по ощущению их члена. И методом исключения тоже. Это был не Феликс и не Минхо, и Сынмин редко был активом с кем-либо из них — Джисон мог бы сосчитать такие разы по пальцам одной руки, — поэтому был уверен, что это был не он. Так что это мог быть Хёнджин, Чанбин, Чан или Чонин. Четыре варианта, но как выбрать? Джисон застонал и попытался поднять ноги, желая обхватить ими талию своего парня, чтобы притянуть его к себе. Однако это было невозможно, и он заскулил от разочарования, когда совсем не смог пошевелиться. Его парень молчал, и Джисон слышал только какие-то шорохи по комнате и редкие тихие стоны, которые он не мог разобрать. — Как ты себя чувствуешь, Сони? — спросил Минхо. Его голос звучал так, будто он стоял прямо над его головой. — Уже сложнее угадать, да? — Я… ха… хён, я пытаюсь разобраться. — Ты должен угадать, до того как он кончит, — напомнил ему Феликс. — Иначе ты проиграешь. — Это… это либо Чан-хён, либо Чанбин-хён, — выдохнул он. Джисон решил так основном из-за того, каким толстым казался член, когда его впервые растягивали. Это напомнило ему остальных из 3RACHA, потому что член Хёнджина был скорее длинным, чем толстым, а член Чонина определённо был толще. Тот, что был внутри него сейчас, не входил так глубоко, как мог Чонин. Значит, Чан или Чанбин. Но кто из них? Трудно было представить, насколько хорошо Джисон себя чувствовал. В голове было пусто, и он тихонько стонал, когда его трахали. То, что его руки и ноги были связаны, а глаза закрыты, только усиливало остальные ощущения, и они казались утроенными. Тот, кто был внутри него, поворачивался так, что касался его простаты при каждой паре толчков, и каждый раз по его телу пробегала дрожь. Думай, Джисон, думай. Чан или Чанбин? Они оба умели молчать, по крайней мере, когда были активами, и это могло быть связано с какими-нибудь студийными делами, которыми им, конечно, заниматься не стоило. Поэтому, даже напрягая слух, Джисон не смог расслышать ничего, что выдало бы их. — Быстрее, Джисони, — поддразнил его Минхо. — Это Чан или Чанбин? Ты должен быстро догадаться. Мысли Джисона лихорадочно метались. Единственное, что он мог придумать, — это сделать что-нибудь, что могло бы заставить парня издать звук, чтобы опознать его. Поэтому, когда он в очередной раз вошёл в Джисона, он изо всех сил подался бёдрами ему навстречу и сжал их, как в тисках, надеясь застать врасплох. — Ах! Джисон мысленно ликовал. Это был совсем тихий звук, но достаточный, чтобы Джисон его услышал. — Чанбинни-хён, — уверенно сказал он, и разочарованный стон, который он услышал от Минхо и Сынмина, подтвердил догадку. Чанбин отреагировал по-своему — он крепче сжал его бёдра и притянул Джисона к себе. — Сделай это ещё раз, детка, — буркнул Чанбин. — Ты можешь сжаться для меня? Я так близко, Сон, с тобой всегда так хорошо. Джисон снова сжался, и на этот раз Чанбин не удержался от стона. Теперь Джисон мог позволить себе немного расслабиться, когда ему не нужно было беспокоиться о догадках, но это было ещё хуже, потому что он всё отчётливее осознавал, насколько плотно кольцо обхватывает его член, который пульсировал от желания кончить, и его бёдра продолжали встречать толчки Чанбина, хотя он знал, что это не поможет ему кончить. Он попытался прислушаться к тому, что ещё происходило в комнате, чтобы отвлечься, но смог расслышать только слабые стоны, поскольку остальные явно старались не шуметь. — Хён, — простонал Джисон, желая, чтобы Чанбин избегал его простаты. Не похоже, что он целился в неё, но Чанбин был достаточно толстым, чтобы задевать её при каждом толчке, и это выводило Джисона из себя. Его кожу покалывало, ему было жарко, и он мысленно умолял Чанбина кончить. Что он и сделал примерно через две минуты. Минхо всё ещё стоял у изголовья и в какой-то момент провёл рукой по волосам, что стало приятным отвлекающим манёвром — Чанбин снова застонал, прежде чем замереть внутри него, и струйки спермы оросили его стенки. Джисон захныкал, когда Чанбин вышел, но в то же время поздравил себя с тем, что угадал ещё одного парня. Он будет так гордиться собой, если сможет заполучить их всех, особенно потому что, похоже, большинство его парней и не думали, что у него получится. И каждый раз, когда кто-то проигрывал, его шансы становились все выше и выше. — Ещё один повержен, Сони, — сказал Феликс, и рука легла ему на колено. — Ты сможешь одолеть остальных, я верю в тебя. — Я же сказал тебе не отвечать правильно, — рассердился Минхо, но Джисон проигнорировал его. Кто-то уже занял место Чанбина на кровати, и он подпрыгнул от неожиданности, когда чья-то скользкая рука обхватила его член. Джисон зашипел и попытался отодвинуться. По крайней мере, быть пассивом было немного легче, пока он не мог кончить, но прикосновения к члену были настоящей пыткой, и Джисон надеялся, что оставшиеся парни сами трахнут его. Но, может, это был Сынмин? Вроде это были его пальцы… Он сосредоточился, когда чья-то дырочка прикоснулась к головке члена и парень опустился на него. Он насадился на член только наполовину, как вдруг с его губ вырвался слабый стон. — Чонин. — Вот чёрт… Джисон хихикнул. Хёнджин выругался, а Чонин пробормотал: — Прости, хён. — И до конца сел на член Джисона. — Я должен был догадаться, что ты не сможешь быть тихим, — сказал Хёнджин, однако в его голове звучала нежность. — Сказал Хенджин, но его тон был нежным. — Детка, я думал, ты продержишься немного дольше. — Прости, ха, — снова извинился Чонин. Джисон чувствовал, как напряжены его бёдра, видимо, он пытался держать себя в руках. У него самого плохо получалось, и его член в этот момент был настолько чувствительным, что Джисон стиснул зубы от трения о стенки Чонина, сжимающиеся вокруг него. — Это я виноват, Джинни. — Это был голос Минхо. — Я ласкал его всё это время и возбудил его сильнее, чем планировал. — М-м-м, ты такой чувствительный, Чонинни, — проворковал Хёнджин. — Неужели член Джисона так хорош? Чонин только выдохнул в знак согласия и начал двигать бёдрами, и в этот момент Джисону сильнее всего на свете захотелось увидеть его лицо. Он знал, что Чонин нахмурил брови и даже, должно быть, закрыл глаза, изо всех сил трахая себя членом Джисона, стараясь не кончить сразу же. — Ты не предоставляешь, как трудно было заставить его замолчать, — сказал Минхо. — Бедняга, я всё время держал пальцы у него во рту, чтобы ты не слышал, как он стонет. Но я всё равно услышал, подумал Джисон, вспомнив чьи-то стоны на фоне в то время, пока Чанбин трахал его. Правда, об этом он тактично умолчал. Чонин явно боролся сам с собой, его движения были короткими, отрывистыми, и Джисону снова захотелось увидеть его или хотя бы прикоснуться к нему — по прерывистым стонам он понял, что тот чуть ли не растекается по его телу. — Я хочу посмотреть, — заныл Джисон, дёргая запястьями — вдруг верёвки волшебным образом развеялись. — Пожалуйста… Хочу увидеть Чонинни. — Хм-м, может, позволим ему посмотреть? — спросил Феликс, и Джисон повернул голову в его сторону. — Он сейчас не занимается угадыванием, поэтому ничего страшного. — Пожалуйста, — снова попросил он. Он хотел знать, как выглядят остальные, все ли они опять возбудились. — Ладно, — сказал Чан, и сердце Джисона замерло, когда он почувствовал, как пальцы коснулись его щёк, прежде чем они приподняли повязку — теперь Джисон мог видеть. Он прищурился, ослеплённый светом в комнате после кромешной темноты повязки, и пожалел, что не может потереть глаза руками. Через пару мгновений Джисон приоткрыл веки и увидел тяжело дышащего Чонина. Этот вид захватывал дух. Кожа его парня покрылась тонкой плёнкой пота, мыщцы его живота были напряжены, а он сам усиленно раскачивался взад-вперёд. Брови Чонина действительно были нахмурены, рот чуть приоткрыт, и с каждым движением с губ срывались тихие стоны. — Детка, ты такой красивый, — прошептал Джисон. — Я так хочу прикоснуться к тебе. Чонин застонал громче, его глаза приоткрылись и сфокусировались на Джисоне. Тот дёрнул пальцами в желании обнять Чонина, но приходилось довольствоваться тем, что есть: чтобы держать равновение, Чонин упёрся пальцами в грудь Джисона. Он не сомневался, что Минхо переборщил с подготовкой Чонина и оставил его отчаянно возбуждённым и чувствительным только для того, чтобы насадить его на член Джисона и чтобы вместе наблюдать, как он рассыпается от желания кончить. — Детка, нужна помощь? — спросил Хёнджин. Он подошёл к Чонину сзади и обнял его за талию — тот прямо растаял от прикосновения и слегка прижался к груди Хёнджина, когда он начал двигать его телом. Чонин застонал, когда Хёнджин грубо опустил его бёдра на Джисона. Тот выругался, ощутив, как Чонин сжался вокруг него, как дрожат его бёдра, и он был рад, что Чонин так быстро кончит, потому что при мысли о том, что ему придётся вставить ещё в нескольких, у Джисона кружилась голова. Ситуация была более терпимой с тем, что Чанбин — и, как он надеялся, кто-нибудь ещё — решил сам трахнуть его. Иначе его член был бы истёрт до дыр, если бы его так много использовали. — О, тебе хорошо, Айен? — проворковал Хёнджин и одной рукой потянулся к соскам Чонина, чтобы скрутить их. — Скоро кончишь и опять наведёшь беспорядок на животике Сони? Чонин застонал и попытался увернуться от его руки, но Хёнджин ещё несколько секунд покручивал сосок между пальцами, прежде чем опять обнять его за талию и начать двигать им. Рот Чонина открылся ещё шире, глаза закрылись — он казался бескостным в руках Хёнджина, и Джисон наблюдал, как у Чонина сжимается живот и сбивается дыхание. — Давай, — мурлыкнул Хёнджин. Подошёл Чан и обхватил ладонью ноющий член Чонина. Тот вскрикнул и попытался наклониться вперёд, но Чан второй рукой схватил его за плечо, не давая лечь. Прошло полминуты, и Чонин издал самый громкий за эту ночь стон, а сперма начала вытекать из его члена. Джисон был очень рад, что с него сняли повязку, потому что наблюдать за оргазмом Чонина было для него чем-то вроде религиозного ритуала. Это никогда не надоедало, и он никогда не переставал удивляться тому, насколько красивым Чонин был, когда дрожал на члене Джисона. — Хороший мальчик, Чонинни, — выдохнул он сквозь стиснутые зубы, изо всех сил стараясь не обращать внимания на пульсацию в своём члене. Ему очень хотелось кончить, но он старался не думать об этом, потому что знал: если начнёт умолять об этом, ему никогда не дадут кончить. Чонин тихонько всхлипывал в моменте оргазма, пока его тело не обмякло, и Хёнджин продолжал держать его — просто повалил Чонина на бок и позволил ему упасть на кровать рядом с Джисоном. Его член выскользнул из дырочки Чонина и больно ударился об его живот. Джисон поморщился, но Чонин обнял его за талию и сладко поцеловал в щёку. Его редких проявлений привязанности было более чем достаточно, чтобы заставить его забыть о желанном оргазме. Он потянулся к прикосновениям Чонина, но на его глаза натянули повязку, и он снова погрузился в темноту. — Вернемся к угадыванию, Сони, — сказал Чанбин откуда-то сбоку от него. — Нас осталось всего двое, и сейчас мы посмотрим, получишь ли ты свою награду. — Я получу, — уверенно сказал Джисон. — Ты же знаешь, что получу, хён, я до сих пор угадывал всех правильно. Чанбин просто невыразительно хмыкнул. — Как я и сказал, посмотрим. Джисон почувствовал, что вокруг него что-то двигается, и он загрустил от потери зрения. Он же хотел увидеть, что все делают, и узнать, кто же это раздвинул его бёдра и скользнул между ними. Чьи-то руки ласкали их, и большой палец прижался к его подрагивающей дырочке. Джисон вздрогнул от прикосновения, во рту пересохло, а бёдра раздвинулись ещё шире. Смазанный член упёрся в его вход, и он затаил дыхание, когда член скользнул внутрь него. Его мозг лихорадочно работал, пытаясь определить, кто это был, и он был благодарен, что они решили трахнуть его, потому что сейчас это только упростило ситуацию, в отличие от того, что было раньше. Остались только Хёнджин, Чан и Сынмин. Он мог бы сразу исключить Сынмина, потому что он почти наверняка предпочёл бы оседлать его, а не трахнуть, хотя это определённо сбило бы его с толку. Кроме того, этот член казался длиннее, чем у Сынмина, и всё же Джисон не думал, что он такой же толстый, как у Чана… Он подождал, чтобы убедиться, прежде чем дать свой ответ. Хотя он был уверен, что это Хёнджин, особенно когда длинные пальцы обхватили его за талию, а член внутри него начал двигаться. Звук соприкосновения кожи с кожей вскоре снова разнёсся по комнате, и Джисон застонал, когда его снова раскрыли, его внутренности начали тереться друг о друга. От удовольствия было трудно дышать. — Бедняжка, — услышал он слова Минхо. — Уверен, ты бы хотел, чтобы эта штука поскорее вышла. Чья-то рука скользнула по кольцу, всё ещё плотно обхватывающему основание его члена, и Джисон ахнул, отбрыкиваясь от прикосновения так сильно, как только мог под Хёнджином, который придавил его. У него кружилась голова, и чем больше Хёнджин трахал его, тем больше он был уверен, что это именно он, потому что он проникал так глубоко, что у Джисона перехватывало дыхание. Его рот был приоткрыт, а глаза под маской закрыты, но ему всё же удалось продержаться достаточно долго, чтобы выдавить из себя ответ. — Джинни… это Хёнджинни. Хенджин, задыхаясь, рассмеялся прямо над ним. — Хорошо, Сон. Сразу узнал меня, да? — Длинный, — прохныкал Джисон, подавившись стоном, когда Хёнджин немного ускорился. — Это мог быть только ты. — Хорошо, — сказал Хёнджин. Его голос звучал напряжённо, и Джисон надеялся, что на его талии останутся следы от того, как крепко его держат. Теперь, когда ему не нужно было вести себя тихо, Хёнджин откровенно стонал, и одна из его рук продолжала скользить по бедру Джисона и дёргать его, будто он постоянно забывал, что Джисон связан, и хотел перекинуть его ногу через плечо. — Сон, — громко простонал Хёнджин. Джисон мог представить, как пот стекает по его лицу, пока он грубо трахает его в почти животном темпе. — Давай, Хёнджинни, — подбодрил его Чанбин, и голос его звучал совсем рядом. — Ну вот, ты хочешь кончить в него? Он хорошо чувствуется? — Очень хорошо, — выдохнул Хёнджин. Его ладони вспотели, и ему было трудно держаться за талию Джисона. Его руки то и дело соскальзывали, но от этого пальцы лишь сильнее впивались в кожу, слишком сильно, что Джисон чуть не вздрогнул. Но ему нравилась тупая боль, и он был рад, что Хёнджин не был слишком нежным. — Чёрт, Джисон-а. Чёрт, я думаю, ты получишь свою награду. Такой талантливый, наш малыш такой умный, он так хорошо нас знает. Хёнджин говорил бессвязно, и Джисон понял, что он близок к оргазму. У него было смутное подозрение, что его парни подначивали друг друга, прежде чем заняться с ним сексом, доводя себя до отчаяния в попытке кончить побыстрее, чтобы у него не было времени на догадки, но он был слишком хорош для них. Он слишком хорошо их знал. — Не могу, не могу, — бормотал Хёнджин, и Джисон не совсем понял, о чём он говорит, но тут заговорил Минхо. — Кончи для нас, Хёнджин-а. Хёнджин издал сдавленный звук, который заставил Джисона заподозрить, что Минхо только что засунул ему пару пальцев в рот, и он пожалел, что не видит этого, потому что Хёнджин всегда так хорошо выглядел с набитым ртом. Ещё один или два сдавленных звука, и Хёнджин забулькал от пальцев. Его бёдра дрогнули, прежде чем толкнуться вперёд ещё несколько раз. Сперма выплеснулась из него с несколькими толчками, Хёнджин приглушённо застонал, и Джисон дёрнулся от ощущения, что он снова полон. Каждый раз это делало его еще более чувствительным, и он стиснул зубы, а его руки сжались в кулаки. Хёнджин кончал долго и слабо постанывал, пока постепенно не затих. Раздался хлюпающий звук, а затем Хёнджин шумно задышал — Минхо, вероятно, только что освободил ему рот. Он не был уверен, был ли он счастлив или опечален, когда Хёнджин вышел из него, потому что это означало, что он стал на один шаг ближе к тому, чтобы кончить. Но он ещё хотел, чтобы Хенджин просто сорвал кольцо с члена и своими руками заставил его кончить. Осталось только два человека, и тогда они, возможно, даже позволят ему кончить с последним, потому что, как только он угадает следующего, он узнает, кто из них остался. И он был очень уверен в своей способности отличить Чана от Сынмина, так что, по его мнению, он уже победил. Несколько человек зашевелились на кровати, и Джисон почувствовал, как Хёнджин отстраняется от него, прежде чем ощутил, как кто-то ещё прижался к нему. — Ещё одно предположение, Сони, — сказал Феликс. — Ты ведь хочешь, чтобы я выиграл пари, да? — Определённо, — уверенно сказал он. И его уверенность только возросла, когда кто-то раздвинул его бёдра с лёгкостью человека, который раздвигал ноги Джисона почти каждый день. Чан устроился между бёдрами и провёл пальцем по дырочке, собирая сперму, которая медленно вытекала из Джисона. Но он не побеспокоился о том, что Джисон достаточно растянут, и начал действовать, как только убрал палец. Из Джисона вырвался вздох, когда Чан начал трахать его, не теряя времени, грубо притягивая тело Джисона к себе, и всё, что он мог сделать, — это вцепиться в верёвки, связывающие его. Казалось, что его дырочка была протёрта до крови, судя по тому, сколько раз его уже трахнули и насколько он был чувствительным. Он ощущал даже самое лёгкое прикосновение члена к своим мягким внутренностям. Член у него, как у Чанбина, был достаточно толстым, чтобы каждый раз с лёгкостью доставать до простаты. Затем Чан сделал нечто такое, что выдало его. Джисон закатил глаза. Он представить не мог, что может быть очевиднее этого. Одна из рук, лежавших на его талии, скользнула вверх по его телу, нежно обхватила его шею и сжала настолько, чтобы его следующий вздох прозвучал как хрип. — Чанни хён. — М-м, как ты догадался? — подразнил Феликс. — Ты уверен, что это не Сынмин? Джисон самоуверенно посмеялся при мысли о том, что Сынмин обнимает его за шею не для того, чтобы приколоться над ним и спровоцировать сделать что-то худшее в ответ. — Чанни-хён, — вновь прохрипел он, и Чан немного сильнее сжал его шею. — Хитро, Джисон, — с трепетом проворковал его лидер. — Но неужели до тебя только дошло? Джисон обиженно заскулил: — Я сразу понял, что это ты. — Клянусь, — сказал Феликс. — нам стоило бы пройти через него по нескольку раз. — Что же, мы думали, это будет не так просто, — заметил Минхо. — Я думал, это будет намного сложнее. — Я просто… ах! — Джисон пискнул, когда Чан ускорился и начал вонзать мягкую головку своего члена прямо в его простату. — Я просто вижу тебя насквозь! — Да, так и есть, — с нежностью произнёс Чан, и Джисон услышал гордость в его голосе. — Ты можешь запросто узнать нас, детка, я знал это. — Ты… ты был уверен, хён, что я узнаю всех правильно? — Джисон продолжал задыхаться из-за того, что Чан всё ещё сдавливал его шею. — Ты верил в меня? — Ну конечно, — признался Чан. — В это верили только я и Феликс. Ставлю на то, что сейчас ты любишь нас немного больше, чем остальных, хм? — Эй. — Хёнджин усмехнулся. — Он любит нас одинаково. Джисону было не до этого спора — его неистово трахали. Его глаза были плотно закрыты под повязкой в моменты, когда член тёрся обо все его любимые места, которые Чан так хорошо знал. — Ты скоро сможешь кончить, детка, — сказал его парень. — Ты был так добр к нам, так терпеливо ждал. — Пожалуйста, — прошептал он, двигая бёдрами в такт движениям Чана. — Не волнуйся, я почти закночил, — заверил его Чан. — Я так долго ждал, пока все поимеют тебя, детка. Даже если я кончу, у меня будет достаточно энергии, чтобы продолжить трахать тебя. — Ты можешь трахнуть его и завтра, — сказал Чанбин, и Джисон заскулил от этой мысли. Он чувствовал, что Чан уже был готов кончить: его член проникал в задницу так, будто был близок к этому, Джисон знал, каково это. Конечно же, дыхание Чана вскоре стало прерывистым, он убрал руку с шеи Джисона, чтобы снова обхватить его за талию и притягивать к себе с каждым грубым толчком. Джисон застонал, и его член в кольце болезненно напрягся, но, к счастью, он почувствовал приближающееся сладкое облегчение, особенно когда Чан издал громкий стон. Его бёдра несколько мгновений колебались, прежде чем Джисон был заполнен под завязку. Чан навалился на него всем весом, когда кончил, их тела слились воедино, и он вжимался в него глубокими небрежными толчками, пока не замер и глубоко не задышал в шею Джисона. — Чёрт, детка. — Он тяжело дышал, кусая кожу Джисона достаточно сильно, от чего, вероятно, останется след. — Сними с меня повязку, — немедленно потребовал Джисон. Ему уже совсем надоело, что он не может никого видеть. Он почувствовал облегчение, когда Чан ппослушаля его и снял повязку с его глаз. Это было такое удовольствие видеть их, хотя, как и в прошлый раз, ему понадобилось некоторое время, чтобы привыкнуть к свету. Чан всё ещё был на нём, почти раздавив его до смерти. Джисон что-то проворчал, но у него не хватило сил оттолкнуть его. — Мне же тоже нужно подойти, — громко пожаловался Сынмин. — Вы ведь не забыли об этом? — Ты получишь своё, — заверил его Минхо. — Тебе достанется лучшая часть. Сони должен кончить в тебя. Он выглянул из-за плеча Чана, увидел, как Сынмин с жадностью наблюдает за ним, и тяжело сглотнул. Кончить сейчас звучало действительно заманчиво. Его член пульсировал, нуждаясь в разрядке, а его кончик стал фиолетовым от долгого пребывания в кольце. — Хочу кончить. — Он тяжело дышал, его запястья рвались из пут. — Пожалуйста. — Да, ты сможешь кончить прямо сейчас, — сказал Чан. — Думаю, ты заслужил награду, за то что угадал всех правильно. Так чего же ты хочешь? В этот момент его мозг завис, потому что, хотя он всё это время думал о вознаграждении, у него не было времени подумать о том, каким оно будет. Чего он хотел? Может быть, чего-то, что он получал нечасто? Он определённо хотел трахнуть Сынмина, определённо хотел кончить в него. Но, может быть… Что-то было в глубине его сознания, что он видел однажды и хотел увидеть снова. Что-то связанное с Сынмином, что, как он был уверен, потребует долгих уговоров, но так как ему предложили награду… — Я хочу, чтобы Сынмин надел свою юбку от Lotte Giants, — сказал он с придыханием. — Ту самую, которую он надевал для нас, когда мы устраивали ролевую игру в бейсбол. Сынмин сердито завопил, но остальные только удивлённо подняли брови. Однако никто из них не выглядел недовольным этой идеей. Совсем наоборот. Минхо широко ухмыльнулся и тут же развернулся на каблуках, без сомнений, собираясь отыскать юбку. В первую очередь, он был тем, кто купил её, и Джисон не удивился бы, если бы он повесил её в свою комнату… ради воспоминаний. Чудак. — Джисон, — умоляюще произнёс Сынмин. — Ты прикалываешься? Это то, что ты хочешь получить в награду? Ты можешь просить о чём угодно! Ежедневные минеты в течение недели от Минхо-хёна, что-то в этом роде! — Нет, — улыбнулся Джисон. — Я хочу снова увидеть тебя в юбке. Это было так горячо, Сынминни. Сынмин сильно покраснел и фыркнул, когда Минхо вернулся с юбкой в руках. Это была такая же юбка, которую носили чирлидеры Lotte Giants, симпатичная тёмно-синяя, белая и оранжевая, и у Джисона при виде неё потекли слюнки, потому что Сынмин действительно выглядел в ней таким красивым, несмотря на то, что сам он не совсем верил в это. Лучшим в юбке было то, что под ней не было трусов, так что, когда они хотели трахнуть его, всё, что им нужно было сделать, — это задрать её. — Надень это, щенок, — дразняще сказал Минхо. Что-то подсказывало ему, что для это будет такой же наградой, как и для Джисона. — Отдай Джисони его приз. Сынмин ворчал, и его лицо всё ещё горело, но он вырвал юбку из рук Минхо, потому что, в конце концов, он должен был сделать всё, что ему скажут. Он уже был обнажён, так что всё, что ему нужно было сделать, — это надеть юбку на свои красивые длинные ноги, и Джисон снова потянул его за руки. — Развяжите меня, — умоляюще произнёс Джисон. — Прямо сейчас. Я хочу прикоснуться к нему. Чан наконец сполз с него и, к счастью, потянулся, чтобы освободить запястья Джисона, в то время как Чанбин развязал его лодыжки. Он мгновенно вскочил — его член болезненно подпрыгнул — и протянул руки к Сынмину, как только тот добрался до края кровати. Джисон потянул Сынмина к себе так сильно, что тот упал, но это было к лучшему, потому что Джисон всё равно хотел, чтобы Сынмин был под ним. На его щеках всё ещё был милый румянец, а глаза были широко открыты. Его ноги были сведены вместе, как будто он пытался защититься, но Джисон схватил его за бёдра и раздвинул их, чтобы расположиться между ними. Затем он наклонился и быстро расстегнул кольцо на члене, громко застонав. Хёнджин уже был рядом с ним с бутылочкой смазки, которую предусмотрительно взял, и в рекордно короткие сроки Джисон привёл себя в порядок, после чего снова крепко сжал гладкие бёдра Сынмина и вошёл в него. Он подумывал о том, чтобы трахнуть Сынмина сзади, но не было ничего лучше, чем увидеть выражение лица своего парня, когда трахаешь его в первый разза день. Рот Сынмина приоткрылся, и его голова упала на кровать. Взгляд Джисона затуманился от удовольствия. Сынмин был таким тугим, и Джисон так отчаянно хотел кончить, после того как ему долго отказывали в этом. Но он знал, что кончит за невероятно короткое время, поэтому он хотел убедиться, что Сынмину тоже будет приятно. Для этого он положил одну руку на голову своего парня, а другую просунул между их телами, чтобы немного задрать юбку и обхватить член Сынмина рукой. Тот вскрикнул от удивления, когда Джисон начал трахать его беспорядочными, хаотичными толчками, в то время как его рука поглаживала его вверх и вниз, стремясь заставить Сынмина кончить одновременно с ним. Джисон уже чувствовал, как к нему подкрадывается оргазм, чувствовал, как его тело готово к нему, но он выбросил эти мысли из головы, чтобы продержаться ещё хотя бы минуту или две, пока не сможет увлечь Сынмина за собой. По крайней мере Сынмин тоже ждал этого момента так долго, что, вероятно, он тоже был близок к оргазму. По крайней мере, он выглядел именно так: он извивался под ним, и его рот оставался открытым, пока Джисон поглаживал его член рукой, стараясь уделять особое внимание тому самому месту прямо под головкой, которое всегда сводило Сынмина с ума. — Ты так хорош, детка, — сказал Джисон, затаив дыхание. — Ты знаешь, как хорошо выглядят твои ножки в этой юбке? У него закружилась голова, когда он посмотрел вниз, на то, как одна из ног Сынмина обвилась вокруг его руки. Его ноги казались такими длинными, тёмные цвета юбки красиво подчеркивали его кожу, и Джисон зачарованно наблюдал, как ткань с каждым движением всё больше приподнимается, открывая его сочные бёдра. — Джисон. — Сынмин захныкал, схватившись обеими руками за плечи. Джисон надеялся, что они оставят следы, на которые он сможет взглянуть позже. — Ах… помедленнее! — Ох-ох, я хочу, чтобы мы кончили одновременно! Сынмин издал ещё один лёгкий стон, когда Джисон продолжал грубо трахать его. Он знал, что это, должно быть, выглядит безумным, поспешным и неряшливым для остальных, но Сынмину было так хорошо в его объятиях, и Джисону казалось, что его мозг вот-вот расплавится и вытечет из ушей. Он был так близко, и его губы почти кровоточили от того, как сильно он прикусывал их, чтобы не кончить. Он, наверное, мог бы сделать это через две секунды после того, как вошёл в Сынмина, но ещё не время… Ещё не время. Сынмин вздрогнул, когда Джисон засунул большой палец в его дыровку и наклонил бёдра так, чтобы с каждым толчком он давил на простату. Они оба дрожали, прижимаясь друг к другу, и рука Джисона начала невольно напрягаться. — Джисон. — Сынмин снова заплакал. Румянец с его лица распространился вниз по красивой груди, а член продолжал слабо подёргиваться в ладони. — Ты близок? — спросил Джисон. Он не знал, сможет ли продержаться ещё хоть минуту, поэтому почувствовал облегчение, когда Сынмин с дрожью кивнул. — Кончи вместе со мной, детка. Пожалуйста. Я так хочу, чтобы мы кончили вместе. Джисон продолжал что-то бормотать ему, в то время как его ладонь сжималась вокруг члена Сынмина. Его толчки становились немного резче, пока они оба не начали кричать, и Джисон от возбуждения опустил голову на шею Сынмина. Когда он наконец кончил, оргазм нахлынул на него одной большой мощной волной, которая вышибла воздух из лёгких и чуть не уронила его. Его бёдра перестали двигаться, и всё, что он мог делать, — это неглубоко погружаться в тугой жар Сынмина, пока его разум был отключён в удовольствии. Это было таким облегчением, что он не мог молчать, когда кончил. Его оргазм длился дольше, чем обычно, и он едва успел ощутить, как сперма стекает по его руке, когда Сынмин тоже кончил. Джисон прикусил плечо своего парня, сам того не осознавая, но это несильно помогло ему успокоиться, и он всё ещё слабо стонал, когда удовольствие наконец начало спадать, хотя ещё почти минуту после этого он дёргался от эйфории. Его рука покинула член Сынмина, когда он задрожал от перевозбуждения, и вместо этого он переместил её на бедро Сынмина под юбкой, поглаживая большим пальцем нежную кожу. — Это лучшая награда, — пробормотал Джисон, и Сынмин устало рассмеялся. — Ты дурачок. Ты же мог попросить о чём угодно. — Чего большего я мог пожелать? — мечтательно спросил Джисон. — Тебе следует носить её почаще. — Нет, — коротко ответил Сынмин, но он снова мило покраснел, и Джисон поспорил, что сможет убедить его снова надеть юбку. Особенно если Минхо поможет. — Хорошо поработал, Джисон, — заявил Феликс. — Я куплю тебе что-нибудь на свой выигрыш. — Я думал, ты пошутил, — пробормотал Минхо. — Я вот никому ничего платить не собираюсь. Феликс закатил глаза, и Джисон понял, что Минхо блефует — он всегда открывал перед ними свой кошелек, особенно перед Феликсом. — Я хочу есть, — заныл Джисон, скатываясь с Сынмина. Раньше он вообще не замечал своего голода — в конце концов, он был немного занят, — но теперь, когда у него была секунда, чтобы перевести дух, он услышал, как заурчало в животе. Он не привык так долго бодрствовать и ничего не есть. Подошёл Чан и передал Джисону пару салфеток из коробки на прикроватной тумбочке, чтобы тот мог убрать месиво со своего живота. — Я пойду приготовлю завтрак, — сказал Чан. — Ты можешь быстро принять душ, а завтрак уже будет готов, когда ты выйдешь. — Спасибо, Чанни-хён. Ты лучший. Феликс забрался на кровать рядом с ним, и Джисон заметил, что у него снова встал. — Давай примем душ вместе, Сони? — попросил он и наклонился, чтобы поцеловать его. — Давай, — сказал, затаив дыхание, Джисон, когда Феликс отстранился. Его внезапно охватил новый прилив энергии, когда он позволил Феликсу поднять его с кровати, и его член одобрительно дёрнулся. Он с надеждой заметил, что Чонин хвостиком следует за ним. Он с трудом сглотнул. Возможно, душ пройдёт не так быстро, как предполагал Чан…