Танец. Play with fire

Джисон настолько обжился в клубе, что Минхо уже практически начал ревновать его к своим сотрудникам и друзьям. Пока он разбирался с бумагами и поставками, организацией работы, этот мелкий электровеник успевал пообщаться с доброй половиной народа. Джисон не вмешивался в управление, не влезал в рабочие взаимодействия работников и Минхо, никогда не подвергал сомнению его авторитет и мгновенно пресекал попытки получить дополнительные плюшки с его помощью. Настоящий «душа компании», Хан успевал кого-то поддержать, успокоить, с кем-то перекинуться шуткой, там поржать, тут внимательно выслушать. Он практически «склеился» с Чанбином. Оба шумные, активные, громкие, чуть неловкие, но при этом уравновешенные, стабильные и абсолютно неконфликтные. Там, где появлялась эта парочка, от хохота ходуном ходили стены, будь то кухня, танцзал или гримерки. Джисон даже повадился быть партнёром ЧанБина по стриптизу. Тот с легкой душой вытаскивал парня на сцену, с наслаждением лапал и мял, как любимую плюшевую игрушку. И это получалось ближе к комедии, чем к страсти. Но гостей более чем устраивало, и смех не стихал ни на минуту. Даже Минхо в открытую ржал за кулисами, наслаждаясь их перфомансами. Освоившись и успокоившись, Джисон мог выдавать такие перлы — и словесные, и мимические, — что устоять перед его взрывным обаянием не мог никто. Если же к этой парочке присоединялся Феликс, это превращалось уже в гастроли Cirque du Soleil на локальном уровне. Атмосфера в клубе изменилась: из сугубо профессиональной и чуть зажатой она становилась домашней, легкой. Танцоры наслаждались, кухня кайфовала и выдавала кулинарные шедевры, официанты летали, бармен творил чудеса, и поток гостей, к удивлению Минхо, только увеличивался — люди чувствовали воцарившийся комфорт и желали вкусить его снова и снова. Это и радовало, и вызывало раздражение. Свободного времени стало еще немного меньше, а значит, и время, проводимого с Джи наедине, тоже. Несмотря на то что Хан ежедневно после работы оказывался в стенах клуба и уезжал домой только одновременно с Ли, Минхо скучал. Он хотел видеть и чувствовать Джисона рядом всегда, хотел, чтобы, отрываясь от бумаг или монитора, его взгляд натыкался на валяющегося на диване Хана, чтобы после его выхода к шесту он делил с ним душ. Хотел просто быть рядом нон-стоп. Чувствовать дыхание друг друга, тепло тел, биение сердец... Однако требовать, чтобы Джи был только с ним, Минхо, по его глубокому убеждению, был не вправе, хотя внутренний собственник выл и требовал привязать чуть ли не цепями. В очередной раз проходя мимо танцзала, Минхо услышал приглушенные голоса: — ...и что мне надо будет сделать? Как вести себя? Это Джисон. Минхо улыбнулся. В ответ прозвучал более тихий голос... Чан, судя по всему. Минхо притормозил, перешел на мягкий шаг, просачиваясь в комнату, и застал милую картинку: Чан, ЧанБин и Джисон сидели на полу в дальней части у зеркал и что-то увлеченно обсуждали. Минхо окинул взглядом всех еще раз и словил себя на уколе ревности, слабом, но все же... Джисон сидел посередине и буквально в рот смотрел Чану, который что-то ему подробно втолковывал, а Чанбин привалился к Хану с другой стороны, практически лежа на его плече. Собственническая натура напряглась и зашипела... ЧанБин поднял голову и, напоровшись на обманчиво спокойный взгляд, сладко-сладко протянул: — Ооо. Минхо-хен пришел... Рты двух оставшихся парней мгновенно захлопнулись, и они уставились на него большими честными глазами. Минхо глубоко вздохнул, пытаясь подавить раздражение: — И чем вы тут трое заняты? Лица напротив стали еще глупее и честнее... — Да, так... у нас двоих с Хани, оказывается, так много общего... — протянул Бинни, притягивая Хана еще ближе к себе. Взгляд Минхо на мгновение вспыхнул, что не ускользнуло от Бинни и Чана. Чан показательно глубоко вздохнул и полез в карман за портмоне, выудил 50 баксов и протянул ЧанБину. — Окей, ты выиграл. — Потом перевел взгляд на Минхо: — Не ожидал от тебя, Минхо, не ожидал. Он же Хана на сцене лапает как хочет, а тут... а ты... эх... ЧанБин растекся в широкой улыбке, чмокнул купюру: — Мои самые легкие деньги, — Повернулся к Чану,— Люблю твою принципиальность... Стрельнул взглядом в сторону Минхо, при этом продолжая обнимать и тискать Джисона, и удовлетворенно хохотнул, заметив новую вспышку гнева в глазах друга. Тут подал голос молчавший до этого Хан: — Бинни, прекрати меня лапать, я же не чертов антистресс! — И сунул раскрытую ладонь под нос ЧанБину: — Мой процент, пожалуйста. Утрированно вытянутая физиономия ЧанБина, со вздохом вытянувшего только что спрятанную купюру, заставила Минхо прыснуть, а Чана залиться своим волчьим смехом. ХенДжин, заглянувший в танцзал, утащил Ли, все еще улыбающегося, решать какие-то срочные вопросы. И только поздно вечером, по пути домой, до Минхо дошло, что его очень удачно отвлекли от выяснения целей сборища. Однако ни на следующий день, ни через неделю он так и не выяснил ничего. Теперь он отлично понимал, как чувствовал себя Джисон, когда сам отвлекал его от неудобных вопросов о сталкере. Тот так же мастерски уходил от ответов, сиял улыбкой, ластился, как маленький котенок, обнимал, целовал и исчезал по мановению волшебной палочки, как только вопросы становились все более настойчивыми. Поняв, что прижучить своего же парня не получается, Минхо решил взяться за самое «слабое звено»... ХенДжин никогда не умел скрывать от него мысли и планы. Демонстративно защелкнув замок, он повернулся к развалившемуся с бокалом виски ХенДжину. Тот чуть заметно дернул кадыком. — Хееен, я чисто напомнить: у меня парень есть, и у тебя как бы тоже, ты лет на десять опоздал с такими подкатами. Заметив ставший убийственным взгляд и изогнутую бровь, ХенДжин подобрался и как-то судорожно начал искать сотовый. Маньячная улыбка и опасно покачивающийся над вторым стаканом виски телефон были более чем красноречивым ответом. — Мне нужен ответ всего на один вопрос, Джинни, всего на один: о чем вы все время шепчетесь с МОИМ Хани? Ммм? — Хён! Тьфу на тебя! Я перебрал все свои грехи за последнее десятилетие. Ты, блин, помнишь, что у тебя трёхлетний юбилей со дня открытия клуба на носу? Готовимся мы к празднику. Джисони и Ликси основные, мы с Бином на подхвате. Пусть молодежь развлекается. Тебя решили не беспокоить... Минхо растерянно быстро заморгал, обрабатывая информацию, уставившись в одну точку: «Три года...» Он реально забыл. ХенДжин вышел из кабинета, быстро набирая текст в группе «Достать, урыть, закопать»: — Я выжил. Как и договаривались, сказал, что дело в праздновании открытия. Хани, дыши, дальше будет чуть попроще.