Предел прочности

Остановились часы, Полночь не бьют, Нет больше друзей, которые лгут! Траги комедии, выход на бис, Занавес медленно падает вниз. Я не играла, я прожила, Всю эту пьесу, так, как смогла. Зачем?... ( Лолита - "Раневская").

* * *

Ника проснулась в хорошем настроении. На дворе было солнечно и наконец-то наступило долгожданное лето, которого она так долго и с нетерпением ждала, чтобы проснуться от зимы и весенних похолоданий. Потянувшись на своей кровати, девушка развела руки в стороны и вдруг услышала звук вибрации своего сотового. — Да, Лора? — спросила она с неспросони и тут же округлила глаза, ведь она снова проспала на работу. Сказать по секрету, таких опозданий за последний месяц было уже уйма и ещё было чудо, что она работала до сих пор в агентстве, ведь такого бы никто не потерпел, даже она сама, если бы была начальницей. Хотя, о Господи, дай бог вообще остаться на работе после такого-то. Вещи в гардеробе она накидывала даже не задумываясь. Обычно она стояла в раздумьях — целый час, чтобы решить что надеть, но в этот раз пришлось думать жевее и быстрее, так как накану была её работа. Накинув на себя какие-то старые джинсы из старой коллекции, рубашку с дыркой под подмышкой и старые замшевые кеды, уже давным-давно потерявшие свой первоначальный цвет, брюнетка залила горячий кофе в стакан и побежала на работу, прихватив сумку с необходимыми документами. Всунув наспех ключ, чтобы закрыть дверь, Ника стала злиться от того, что замочная скважина не хотела проворачиваться, поэтому она начала её толкать всем телом. — Чёрт, да почему именно сейчас?! — сквозь зубы прошипела Силвертон, продолжая пытаться исправить положение. Дверь уже была сломана около месяца, но из-за тяжёлого напряжённого графика, у девушки никогда не было ни минуты, чтобы её починить. И сейчас она себя за это крайне корила, ведь дверь, в прямом смысле слова, задерживала её. Наконец, оттолкнувшись от двери, она пнула подошвой кроссовок в её обшивку и сложила руки на поясе от недовольства. Махнув рукой, девушка решила, что разберётся потом, а сейчас нужно бежать. Села она в свою машину также быстро, как и добежала. Сердце бешено колотилось и не прекращало сбивать ритм. Отдышка не заставила себя ждать и она стала задыхаться, схватившись одной рукой за сердце.

* * *

— Я уже на пол часа опаздываю! — прокричала в истерике Ника, посмотрев на наручные часы, пробегая мимо парка, через который она хотела срезать, ведь на дороге снова были непроглядные пробки. Поэтому, пришлось взять все свои вещи и просто бежать через сквер, попутно запивая горячий кофе. В какой-то момент девушка споткнулась о какой-то камень, лежащий по середине дороги. Мало того, что она ударилась об этот булыжник, повредив колено, так ещё и её горячий напиток разлился не только по траве, но и по рубашке, которая в ту же секунду пропиталась капучино. Стукнув себя по здоровой ноге, Силвертон поняла, что времени терять нельзя и придется соображать на месте. Схватив сумку покрепче, девушка изо всех сил побежала в агентство, хромая на правую ногу. Минут так через пять она была на месте. Уже из входа слышалась музыка их проходки. Ника подбежала к свободному пуфику и наспех, дрожащими руками нацепила, истертые ногами, каблуки. Распустив лохматые волосы по дороге на подиум, она попыталась их как-то уложить, но в итоге сделала только хуже, а потом поднялась по ступеням, уже готовясь к своей очереди в проходке. Колено всё ещё неприятно ныло, но девушка уже не обращала на это внимания. Её сотрудница — Лора Харрис — уже как раз шла ей навстречу и было в нескрываемом шоке с того, как выглядит её подруга. — Господи, святые реликвии! Силвертон, ты что, совсем что-ли поехала головой? — тихо прошептала она, провернула указательным пальцем у виска. — Маркус сегодня ходит злой с самого утра, мрычит на всех, а ты тут ещё теперь со старыми джинсами! Да он же тебя сейчас по стенке размажет! — Ну и пусть, — запыхавшись ответила Ника. — Сейчас он увидит мою проходку и обалдеет, ему уже будет не до одежды. — проговорила она равно и побежала на подиум. Лора же спустилась вниз к остальным и стала смотреть на подругу, мысленно молясь, что Маркус действительно не обратил внимание на её "лук". Хотя здесь всё заранее было обречено на провал. Маркус был их главным уже пять лет, каждая его поблажка сказывалась на зарплате, чаще всего человек лишался премии, если он вдруг что-то сделал не так, поэтому каждый левый знал, что все нужно перепроверять перед проходкой на выступлении, иначе - конец всему. И вот вышла она. Девушка с гордой, высоко поднятой головой, стала идти по подиуму. Подруги, стоящие рядом с Лорой, хохотали и шептались между собой. Девушка с беспокойством посмотрела на Нику и закрыла глаза, услышав хлопки руками. Ника шла гордо, словно она не хотела показывать свой страх, хотя, в общем-то так оно и было. Она не желала, чтобы её видели слабой или же беспомощной. Она хотела, чтобы все видели её смелость, решительность и красоту даже без этих рюшек, мишуры, которые все девочки постоянно надевали. Она не видела в этом чего-то особого весомого, ей хотелось естественности и вот, настал этот момент, чтобы показать себя. Многие бы девочки из её круга просто бы сгорали сейчас со стыда, будь они на её месте, вот только она не боялась рисковать. Она не боялась выжидать, а просто действовала, даже несмотря ни на что. Её даже не смущало это дурацкое пятно на рубашке, она просто шла, как вдруг, сделав последние шаги, девушка услышала хлопки. Она замерла, музыка остановилась и стало слышно её рваное дыхание, частое сердцебиение и видно нескрываемое волнение на лице. — Ника, скажика мне, дорогая моя девочка, ты у нас сколько работаешь? — вопросил Маркус. С виду это был мужчина средних лет, брюнет, короткие, хорошо уложенные волосы, яркая, но стильная одежда и шарфик на шее. — Пять лет. — сказала с хриптом в голосе Ника и откашлянулась, почувствовав першение в горле. Да уж, цифра не маленькая, ей ведь было всего лишь шестнадцать, как она попала сюда, и вот, ей уже двадцать один. Даже не верится. — М, а почему же тогда я не вижу ничего? — вдруг задал мужчина такой вопрос, но не стал выжидать ответа от Ники, которая уже было собиралась что-то сказать, но он перебил её, встав со своего стула, на котором он постоянно сидит, когда смотрит дифиле. — Скажи мне, — уклончиво поговорил он и встал рядом с девушкой, заглянув ей в глаза. — Почему я не вижу результата? — прошептал он. Почему я вижу это? — Ника взглянула на то, куда он указывает и увидела пятно на рубашке, которое она поспешила прикрыть рукой. — Почему я не вижу ничего? — вновь прошептала он, отчего у девушки пошёл мороз по коже, а ноги стали трястись. Мужчина цокнул и стал идти обратно на своё место, увидев неуверенность в модели. — Скажи мне, что это было только что, что ты мне показывала? — Дифиле, — тихо и сдавленно ответила девушка, рассматривая свои пальцы рук, которые она сжимала со своей силы. — Что, прости, не слышу? Повтори пожалуйста, — попросил он и встал вновь рядом, виртуозно запрыгнув к ней, приложив ухо к её рту. — Дифиле. - немного громче ответила она, голос предательски дрогнул. — Вот именно, Силвертон, дифиле! — вскрикнул мужчина громко, отчего она зажмурила глаза. — А то, что ты мне показала сейчас, это не дифиле! Это просто стриптиз какой-то! — вновь криунл громко он, округлив глаза от злости. — Дифиле должно быть вон, как у других твоих девочек. Ты видела, как они шагали до тебя? — Нет. — Нет, а почему? — театрально спросил он. — Ах, ну конечно! — воскликнул Маркус, хлопнув у ладоши. — Ты же у нас прогульщица! Чего я вообще тут удивляюсь? — усмехнулся он. — Но, Маркус, пожалуйста, послушайте меня, дело в том, что... — Нет! Ника, нет! Это ты меня послушай! — надавил мужчина, перебив модель. — У тебя два варианта сейчас. Либо ты уходишь раз и навсегда из модельного агентства, либо я тебя сам вышвыриваю отсюда, с позором в трудовой книжке! — Подождите, что не так? Это же то дифиле, которое мы с вами разучивали два дня, и вы теперь ко мне предъявляете по нему претензии? — воскликнула Ника, указывая на себя тыча в грудь. — Я тебе показывал нормальное дифиле. Короче, Ник, всё, для тебя всё кончено. — махнул он рукой на неё. — Ты и так облажалась сегодня по полной программе, как и весь месяц в принципе. Что вот это на тебе за одежда? Где платье, туфли, заготовленные вчера? Где макияж? Почему вместо этого всего я вижу какую-то... шлюху?! — последние слова разнеслись в голове эхом и девушка будто бы отключилась от внешнего мира и просто замкнулась в себе, словно нырнув под воду. Она не ответила ничего и просто молча ушла. Маркус что-то говорил ей вслед, но она не слышала. Её пустой, безжизненный взгляд зелёных глаз был опущен вниз и не подавал признаков жизни. Одна ходьма была храмой и нелепой, а спина кривой и горбатой. Вот так она и ушла из агентства. С заявлением об увольнении на руках, конвертом с последней расчеткой и коробкой её модельных вещей. Сев в свою машину, девушка с силой сжала руль и уже было хотела уехать, заведя мотор, как вдруг услышала голос подруги. — Ник! Ника, постой! — кричала Лора и подбежала к машине вплотную все в том же наряде. — Послушай, ещё не поздно всё исправить, поверь мне. Я же говорю, Маркус сегодня просто психованный, он образумится и всё будет хорошо, поэтому не вешай нос! — Лор, я устала. Прости, но, я хочу побыть одна, — хриплым голосом сказала Ника и уехала прочь, не желая видеть кого либо, даже отражение в зеркале машины.

* * *

Домой она так и не доехала. На улице уже была ночь, лил проливной дождь, тарабанщий по крыше машины, от которого веял холод и было холодно. Девушку согревала только старая рубашка, но даже она была не в силах как-то её разогреть. Слёзы потекли ручьём, которые девушка была не в силах остановить и она стала своим пустым, не сводящим взглядом, смотрел вперёд, почти не моргая. "— Вот именно, Силвертон, дифиле! — вскрикнул мужчина громко, отчего она зажмурила глаза. — А то, что ты мне показала сейчас, это не дифиле! Это просто стриптиз какой-то...". Удар. Будто раздались тарелки среди музыкальных инструментов в оркестре. "— Короче, Ник, всё, для тебя всё кончено. — махнул он рукой на неё. — Ты и так облажалась сегодня по полной программе, как и весь месяц в принципе. Что вот это на тебе за одежда? Где платье, туфли, заготовленные вчера? Где макияж? Почему вместо этого всего я вижу какую-то... шлюху?!"... И ещё один удар. Слезы вновь потекли ручьём. Внутрикак будто бы стукнул молоток о деревяшку и что-то щёолкнула. Ника выпрямилась в спине и с силой вжалась руками в руль. Ноги сами нажали на газ и она поехала. Скорость была максимальной. Деревья по сторонам от неё мелькали так быстро, как будто это киноплёнка фильма. Спидометр зашкаливал своей скоростью, но она на него даже не смотрела. Сзади слышались звуки сирены полицейской машины. Взглянув краем глаза в зеркало заднего вида, Силвертон ухмыльнулась и надавила на газ ещё сильнее, а потом просто повернула руль и врезалась в дерево.

* * *

— Что с водителем? — полицейский вышел из авто и приблизился к дымящемуся капоту машины, что недавно врезалась в дерево. Мужчина сощурил взгляд, виды окровавленное лицо водителя, прижатое к рулю. Бровь была рассечена, из неё текла кровь. — Умерла, Степ! — крикнул он, и в ту же секунду сунулся внутрь. Достав из бардачка документы, мужчина увидел паспорт. — Звони в скорую. Потерпевшую зовут: Ника Викторовна Силвертон. — Твою мать, — прошипел Степан, вжимаясь в руль. — Чего? Я тоже не люблю криминалистику, но это наша работа. — Да я не об этом, Вить. Это ж Ника. Помнишь она помогла нам раскрыть больше десяти убийств? Правда потом перестала, потому что кто-то стал судачить, будто она признаков видит. — Ебучий случай... — Виктор медленно снял свою фуражку и уже смотрел на труп с сожалением и едва сдерживаемыми слезами.