Судьбоносное происшествие

В этом году апрельские деньки отличались особой мягкостью, чему Андромеда была крайне рада. Если дождь и был, то только тёплый, и можно было вытащить Сириуса вместе побегать по лужам. Восьмилетние дети в целом очень любили валяться в грязи, а Сириус будто был рождён для этого. Он с удовольствием прыгал по лужам в своих жёлтых сапожках, зачарованных Вальбургой на водоотталкивание и тепло, и пускал вместе с ней кораблики из листиков. Регулуса она брала с собой редко — тот всегда держался от луж подальше, прячась за отцовским пальто. С ним она ходила в парки вместе с её питомцем собирать листики. Орион оказался крайне находчивым и научил Регулуса собирать гербарии, в также делать из листиков картинки, пусть и нелепые. Занятость в Визенгамоте делала отцов творческими людьми. Если светило солнышко, то она всё с тем же гусем шла в тот же парк, побегать. Иногда она брала с собой Альфарда, который на самодельном поводке выгуливал своего кота. Тогда они отпускали своих питомцев на свободу, и неразлучные друзья бегали за утками и другими птицами парка. Но, конечно, как и у любого человека, в жизни наступают моменты, когда хочется исключительно одиночества и чтобы ни один человек тебя не доставал. Сегодняшний апрельский день был именно таким. Андромеда собирала волосы в высокий пучок, поправляя его то влево, то вправо, недовольная ни тем, ни другим. Как всегда бывает в таких ситуациях, Меда решила найти советчика для этого вопроса. — Гоголь, как я выгляжу? — Гусь, сидевший на тумбе в прихожей только посмотрел на неё, что-то крякнул и начал чистить и без того чистые белые пёрышки. Андромеда на это могла лишь закатить глаза, как это делала Юфимия с Флимонтом, но лишь вздохнула и завязала хвост так, как могла. — Прекрасно, — Послышался тонкий детский голосок где-то сверху, и Меда подняла взгляд. Меж прутьев лестницы на неё смотрел своими серыми глазами Регулус, почти не отрываясь. — Ты выглядишь прекрасно, — После этих слов, заслышав снизу гогот Беллатрикс и Сириуса, Регулус убежал наверх, и Андромеде оставалось только слушать топот на лестнице. Она улыбнулась себе в зеркале, хмыкнула, а после, хихикая, начала натягивать сапоги. Гоголь даже не пошевелился, но злобно крякнул, когда цепкие руки девушки схватили его. Каблуки цокотали по бетонному крыльцу, а шарф лез в рот. Солнце над Лондоном было особо ярким, но скрывалось за облаками. Воздух потихоньку прогревался, и Меда могла рассчитывать на тёплое лето. Обойдя большие лужи, она опустила Гоголя на асфальт, подцепила к ошейнику наколдованный поводок и вышла из-за калитки. Фиделиус будто мягко облизал её и выпустил из своих объятий, отпуская из под надзора своих чар. Люди сновали туда-сюда, и никому не было дела до девушки с гусём на поводке. В этом было что-то приятное — маглоотталкивающие амулеты работали так, как им полагалось. Один был у неё на груди под пальто, а второй на ошейнике гуся. Когда-то давно, когда она только притащила своего будущего питомца домой, облезлого и грязного, Сигнус и Юфимия, естественно, отсмеявшись, и зачаровали им эти два значка. «Чтобы не нарушали Статус» — говорил Сигнус «Чтобы людей не шокировали и в тебя пальцами не тыкали» — говорила Юфимия. Так или иначе, вещь была действительно полезная и рабочая, пусть и с крайне сомнительными в происхождении чарами. Спустя время, когда они достигли парка, людей в нём почти не осталось, в отличие от птиц. Лишь пара маглов по непонятным причинам сновали туда-сюда. Пребывая в хорошем настроении, Меда смотрела на своего гуся, рвущегося на охоту, недолго. Возможно, а, наверное, и наверняка она была не в курсе, чем это обернётся для её судьбы. Впрочем, никто из нас не знает, когда и по чьему велению произойдёт судьбоносное решение. В случае Андромеды, судьбоносное событие настигло её полностью перепачканным, общипанным и громким, как крики портрета Финеуса Найджелуса. Гоголь, преисполненный решимостью и яростью в отношении воробья, злобно крякал, издавая свой «боевой клич» или, как это называла Друэлла, «сигнализационное известие». Он переминался с лапки на лапку, дёргая головой. — Можно. И он с оглушительным кряканьем сорвался в бой, разгоняя всё, что его слышало и видело. Андромеда лениво наблюдала за этим со скамейки, постукивая по сумочке отросшими ногтями. Воробей, заслышав это «сигнализационное известие», естественно, как можно быстрее вспорхнул со своего места. Примерно так и бывает в жизни: человек сломя голову с диким криком несётся к своей цели, тем самым отпугивая её от себя. Но не отпугивая магла, курящего сигареты и витавшего в своих мыслях. На нем было пальто в небольших складках, и с собой он нес маленький протертый дипломат. Гоголь с диким воплем врезался в мужчину; тот поскользнулся в грязи и упал в лужу. Он ошалелыми карими глазами смотрел на гуся, которого после столкновения чары скрыть уже никак не могли, и пытался осознать ситуацию. — Чт.. Ай! — Гоголь строптиво укусил его за кожу, где задрались штанины. — Отстань от меня! Фу! Сумка, которой мужчина пытался отбиться от обезумевшей птицы, Гоголя остановить не смогла, но дала Андромеде осознание произошедшего. — Гоголь! Фу! Прекрати клевать мужчину! Меда побежала к гусю так быстро, насколько это позволяли каблуки, и подхватила его на руки, поднимая высоко над собой, чтобы тот не ущипнул её за лицо. Она сидела на корточках перед мужчиной и захотела открыть рот, но слова так и не вышли. На неё крайне поражённо смотрели мягкие древесные глаза, на которые спадали каштановые волосы, а снизу их подчеркивали тени усталости. Он смотрел на неё, не проронив ни единого звука. — Извините. Это мой гусь. Гоголь. Мужчина, явно впечатлённый, медленно моргнул и уставился на вид перед ним. Сначала он посмотрел на гуся. Потом на девушку. Снова на гуся. И снова на девушку. — Это... Ваш? — Гоголь. — Резко сказала она, а после облизала высохшие губы. — Впервые вижу гуся с ошейником... Впрочем, как и девушку с гусём. Как вас зовут? — Андромеда. Блэк. А вы? — Тед. Тед Тонкс.

***

— О Господи, Меда... Нарцисса в шоке уставилась на старшую сестру, по уши грязную, но улыбающуюся. Гусь, сидящий в ее руках, издавал недовольные звуки. — Цисса, меня пригласили на свидание.