Счастье там, где ты!

Максим и Женя жили в соседних квартирах многоэтажки на окраине города. Два года назад они случайно познакомились в подъезде и с тех пор существовали в параллельных мирах — близко, но не вместе. Парни работали программистами, правда, в разных компаниях. Каждый из них был приятным и уверенным в общении с другими, но стоило им оказаться рядом, как слова путались, а мысли разбегались. Когда молодые люди сталкивались в лифте, оба старательно избегали смотреть друг другу в глаза. Максим бросал взгляд на родинку на шее Жени, а тот на едва уловимую улыбку, затаившуюся в уголках губ соседа . Их молчание, казалось, было наполнено невысказанными словами и скрытым желанием быть ближе. Максим отличался улыбчивостью и спокойствием, Женя — энергией, активностью и заразительным весельем. Профессиональное сходство и едва уловимая симпатия создавали между ними особую атмосферу взаимного притяжения. Они находили любые предлоги для коротких встреч: попросить соль, обсудить ремонт в подъезде, и каждый раз, оставшись наедине с собой, размышляли об одном: «Почему я опять промолчал?» *** Сначала хотел пригласить Женю к себе на Новый год, потом подумал, что это семейный праздник, и не решился. А первого января он уехал в отпуск, и опять я остался ни с чем — всё из-за своей дурацкой стеснительности. И вот наступил Старый Новый год — странная, но уютная традиция. Решил устроить себе праздник и отметить его в одиночестве, ведь Женя ещё не вернулся, а никого другого я не желал видеть у себя дома. После работы купил коньяк, заказал пиццу и включил любимый сериал. Уже предвкушал вечер на диване, когда вдруг услышал громкий стук в дверь. — Максим! — раздался голос соседа сверху. — Ты дома? — Что случилось? —озадаченно спросил я, впуская мужчину. — Там такое дело: Женька застрял в лифте. Диспетчер не отвечает, а его телефон разрядился. Он попросил вызвать аварийную службу. Пробовал дозвониться, но линия, как всегда, занята. Сам жду важный звонок и ещё опаздываю на встречу — времени совсем нет. Помоги ему, пожалуйста, а я побежал! Оказалось, что лифт застрял между этажами. — Жень, ты как там? — крикнул, постучав по дверям кабины. — Вроде нормально, — послышался приглушённый голос. — Не паникуй, я вызвал ремонтников, сказали скоро будут. А про себя подумал: «Вот бы мы вместе застряли, романтично». Но тут же вспомнил, что наш лифт уже давно не первой свежести и пахнет в нём явно не духами из последней коллекции Dolce & Gabbana. — Ты не волнуйся. Я подожду тут с тобой. Вместе веселее. Кстати, как твой отпуск? Хорошо отдохнул? — От такого отпуска нужен ещё один отпуск. Сестра с двойняшками пяти лет, у которых шило сам знаешь где. Мама — тайфун, и отец под стать! Только представь, уже на второй день отдыха о нашей семейке шушукались по углам. Зато мама довольна — обкатала все склоны, завела кучу полезных знакомств. А у меня вся задница в синяках от катания с близнецами на тюбингах. «Бедненький мой», — подумал я, а вслух сказал: — Давай тебя сейчас спасём, ты вещи к себе закинешь, а потом ко мне. У меня пицца и коньяк. Отпразднуем и заодно перекусишь. — А что отмечаем? — послышался удивлённый голос. — Так сегодня же тринадцатое — Старый Новый год. Люди молодцы, праздников напридумывали, лишний повод выпить. — О, точно! Я только за, у меня ещё три выходных от отпуска остались — можно расслабиться и снять стресс. Пока мы разговаривали, появилась аварийная бригада. Они быстро разобрались с поломкой и освободили Женю. — Уф, как же здорово, — сказал он, потягиваясь и его куртка приподнялась. Я залип на татуировке, покрывающей поясницу искусной вязью и спускающейся, «о боже, мне кажется, на ягодицы. Я хотел это видеть, трогать, целовать.» Из мыслей меня вырвал голос парня: — Ну что ж, буду минут через десять, жди. — Ага, — кивнул я и поспешил вернуться к себе. Посмотрел в зеркало — и ужаснулся: «Во что я одет?» Растянутые на коленях штаны и домашний потёртый свитер... Раньше меня это не беспокоило — главное, чтобы было удобно. «Хорошо, что перед выходом накинул пуховик. Надеюсь, Женя не заметил мой убогий видок.» Судорожно стал выбирать одежду. Всё не то: то слишком нарядно, то официально. За пять минут довёл себя до трясучки и понял всех девушек мира, которым нечего надеть при забитом гардеробе. В результате схватил голубой спортивный костюм под цвет глаз, и тут раздался стук в дверь. Я почувствовал лёгкое волнение. Это был шанс провести время с Женей и сблизиться с ним. Дверь удалось открыть только со второго раза — ладони взмокли, а пальцы никак не хотели нормально работать. — А у меня колбаска Брауншвейгская, заграничная, — сосед потряс батоном, — и чипсы отечественные. — Проходи, чувствуй себя как дома. Извини за бардак. — Всё нормально. Не в музее живешь. А у тебя уютно, тоже люблю милые мелочи, — сказал Женя, рассматривая стеллаж с разными коробочками, свечами и всякой всячиной. — Не против, если фоном включу музыку? — поинтересовался я. — Конечно, нет. Тихо зазвучала песня Bon Jovi «Always». — А у тебя хороший вкус, — произнёс Женя, усаживаясь за стол. — Ох, — вздохнул я, открывая бутылку коньяка. — Музыка — моя слабость. Мечтал стать музыкантом, даже играл на бас-гитаре в группе, но родители запретили. Конечно, был недоволен и даже уходил из дома. Но зато сейчас им очень благодарен. У меня есть образование, отличная работа, и музыка всегда со мной. — Играешь? — спросил он. — Конечно, еще и пою, не могу без этого. — А для меня споешь? — спросил Женя с надеждой в глазах. Я покраснел, но кивнул. — А теперь выпьем за твоё спасение. О, колбаска — зачётная, — оценил я. — Давай теперь за СНГ. — Чего? — удивился он. — За Старый Новый год. Мы рассмеялись и окончательно расслабились. После очередной рюмки Женя уговорил меня что-нибудь спеть. Ничего лучше, чем «Nothing Else Matters» группы Metallica, в голову не пришло. Он смотрел так внимательно, что казалось, всё понял. Я так стремился быть ближе, а теперь… Что будет дальше? Сосед встал, подошёл, провёл пальцами по грифу гитары, а затем наклонился и вовлёк меня в горячий поцелуй. Гитара со стуком упала на пол. Его ладони скользнули по моим волосам, щекам и замерли на губах. — Я столько времени мечтал об этом, — прошептал он. Сердце вырывалось из груди и готово было разорваться от счастья. Его губы снова накрыли мои. Наше дыхание слилось воедино. Страсть заменила кровь, желание стало пульсом, а нервы оголились до предела. Нас трясло, словно от электрического разряда. — Больше не могу терпеть, — прохрипел я. — Хочу стать частью тебя. Женя поднял меня, обнял, и, не разрывая поцелуя, мы рухнули на диван. — Всё в спальне. Пойдём туда, — выдохнул, с трудом поднимаясь на ноги. Срывая одежду друг с друга, мы наконец добрались до кровати и тумбочки, где лежало всё необходимое. Эта ночь стала самой незабываемой в моей жизни. Я отдавался полностью, чувствуя, как Женя боготворил меня, вознося до облаков и даже выше. Это было удивительное ощущение: только мы, наши сердца и тела, слившиеся в одном мгновении… *** Мы смотрели друг на друга, будто впервые. Женя улыбался — той самой искренней, теплой улыбкой, которая всегда заставляла меня забывать обо всем на свете. За окном кружил пушистый снег, укрывая город мягким одеялом, а тихо падающие снежинки создавали ощущение волшебства и чистоты. — Теперь все будет иначе, — тихо сказал он, беря меня за руку. Я почувствовал, как его пальцы крепко сжали мои, словно боясь отпустить. Мы вышли на улицу, где белоснежный город сверкал множеством огней. Скрипящий под ногами снег, еловые ветки, припорошенные инеем, создавали атмосферу уютной зимней сказки. — Знаешь,— сказал я, глядя на него с улыбкой, — всегда думал, что счастье — это что-то сложное и недостижимое. Но теперь понимаю: оно там, где ты. Женя ничего не ответил. Только притянул меня ближе и тихо прошептал:— постараюсь всегда быть рядом. И в этот момент я осознал: мы действительно стали одним целым. Две искры, наконец, слились в единое пламя, которое будет согревать нас ещё очень и очень долго… Конец.