Дорога в мой мир

“Сегодня опять снился папа. Сначала как обычно. Сказал, что любит меня, скучает, а потом начал рассказывать про места обитания тайн. Рассказал, что книги — источник прошлого и именно там хранятся ответы на множество вопросов. Поэтому, чтобы полностью погрузиться в информацию, люди идут в библиотеку, для изучения того или иного источника Ещё рассказал про чердаки, где может храниться раритет и еще один источник тайн. Но какие тайны могут быть в старом, заделанном чердаке, в котором, по словам мамы, ничего нет? Или он не это имел в виду? Рассказывал мне про лебедей. Совсем не понимаю причём тут они. Я хорошо запомнила его фразу: «Лебедь — означает жизнь, а лебедь в небе — означает исполнение желаний». Еще папа рассказывал про животных, но очень отдаленно. Посреди монолога вставлял фразы про них. То про орла, потом про лисицу. Сон запутанный, но зато с папой” Лера захлопнула дневник, вдыхая полной грудью и оглядываясь вокруг. Дома уже никого не было, ведь дверь за бабушкой и мамой закрылась еще около 15 минут назад. Готовая к выходу девочка последние десять минут решила уделить дневнику снов и попытаться уловить суть нового сновидения. Сегодня ей приснился папа, которого она плохо помнила, а в семье это запрещенная тема для разговора. Один раз Лере сказали, что папа предал и бросил семью, нагло сбежав из дома, но ей кажется это бредом. Лера помнит, как папа с ней играл и как они гуляли, бегая друг за другом, — ну не мог он предать семью. Да, она была очень маленькой, но именно эти воспоминания были у неё самыми светлыми из раннего детства. В отличие от папы, мама и бабушка не играли с Лерой. Всё детство девочка пыталась заполучить их внимание, но было бестолку. Рисунки в мусорке, цветы на улице возле дома, а чистота в доме осталась без внимания, точнее с вниманием. А если быть ещё точнее, то с придирками. Лере было обидно, но со временем она смирилась. Всё же у неё были хорошие друзья, с которыми она проводила куда больше времени, чем с семьей. Девочка выглянула в окно. Погода замечательная, солнце светит, словно до сих пор лето, но грустные и усталые люди вокруг, которые всё ещё не проснулись, портили весь вид. Лера перевела взгляд на небо. Ясное, голубое и без каких-либо намёков на облачность. Девочка, сама того не замечая, расплылась в улыбке, наблюдая за парой птиц, мимолётно летящих в их забайкальском поселке. Крупные и мелкие пернатые из разных стай летели по очереди, создавая непрерывную дистанцию, но внезапно из-за большого дерева показался отбившийся от стаи лебедь. Лера замерла от удивления, приоткрыв страничку дневника снов. Она прекрасно помнила, про что говорил ей папа, но сомнения и шок сами потянули руки к записной книжке. “Лебедь — означает жизнь, а лебедь в небе — означает исполнение желаний” Её взгляд из дневника переместился на небо, где она вновь увидела того самого лебедя. Он и не думал лететь за стаей, кружась вокруг массивных деревьев посёлка Прилюдный. Местная гордость, как-никак. Лера не знала, как правильно загадывать желания на лебеде в небе, но, оглянувшись вокруг, хоть и зная, что дома никого нет, она проговорила вслух, в упор смотря в окно: – Хочу, чтобы мы с друзьями обрели счастье и... Не успела девочка договорить, как птица полетела в сторону дома и, взмыв чуть выше, скрылась в ясном небе. Может ли это значить, что лебедь забрал её желание? Серый кот девочки по кличке Дымок запрыгнул на стол, заставив ее вспомнить и про школу, и про друзей, которые уже вовсю трезвонили в её телефон, чтобы узнать, куда она пропала. Не медля, девочка вскочила с места, покормила кота и, велев хорошо себя вести, покинула квартиру, направляясь к своим – Лера! Она улыбнулась, приближаясь к трём друзьям, взгляды которых уже устремились на неё. Маленького роста девочку с короткими чёрными волосами, карими глазами и круглым лицом звали Марта. Именно она выкрикнула её имя, как только заметила подругу на горизонте. Рыжего мальчика чуть выше ростом звали Платон. Обычно его непослушные волосы разлетались по всему лицу, смешно ложась на голове, как только заканчивался ветер, но в эту хорошую погоду волосы оставались в покое. Самого высокого из них, русоволосого мальчика, звали Кевин. Полурусский парень с внешностью, больше напоминающей северо-восточного американца, отреагировал на Леру медленней всех, судя по всему, показывая свою сонливость. Друзья действительно казались абсолютно разными. Даже её саму нельзя было назвать похожей на кого-нибудь из них. Блондинистые длинные волосы с неровно выкрашенными и уже почти отросшими синими передними прядями, которые она впервые покрасила в 12 лет, из-за чего её сильно наругала бабушка, но тем не менее она всё равно продолжала их докрашивать раз в полгода Светлые брови и голубые, как небо, глаза очень сочетаются с её вытянутой формой лица. Что же объединило настолько разных людей? Может быть, схожесть интересов или характеров? – Почему трубки не берёшь?! – с ходу спросила Марта, едва успев поздороваться. – Потом расскажу. – Ладно. Платон, время. Мальчик взглянул на наручные часы. – 7:40. – Идем же! – скомандовала Марта, и все, не торопясь, отправились в сторону школы. Первые три минуты дороги все молча шли вперед. Лера продолжала раздумывать насчёт сна, Платон явно был без настроения и немного встревожен, Кевин пытался не уснуть, а Марта с презрением оглядывала всех троих. – Вы что, не спали сегодня!? – её громкий возглас отвлек друзей от собственных мыслей, и они остановились. Платон машинально взглянул на часы. – Да что с вами?! – вновь спросила Марта. – Лер, как дела? Девочка слабо улыбнулась. – Всё в порядке. – Снилось что-нибудь? Платон повернулся в их сторону. Именно он когда-то предложил Лере завести дневник снов, поскольку сам вел такой же. Девочка замялась. С тех пор, как она стала видеть сны с папой, она рассказывала друзьям про каждый из них. Ребята были не на шутку заинтересованы этим, потому что у них есть одна важная тема для разговора. У каждого из друзей есть родственники, которых они не знают. У Леры, разумеется, это папа. Она не верит, что тут всё так просто. У Кевина это дедушка и бабушка. Он часто видел их на старых спрятанных фотографиях дома. Родители говорят, что они оборвали все связи из-за ссоры, при этом не рассказывая, что произошло. У Марты аналогично. Она, в отличие от Кевина, помнит свою тётю. Как она ее нянчила с самого маленького. Это не могло ей присниться. Однажды уже покойный отец девочки показал старую фотографию Марты с тетей, но даже после этого мать говорит, что это всё выдумки. В отличие от Марты и Кевина, у Платона, как и у Леры, пропал самый близкий родственник — мама. Отец Платона говорил, что мама умерла вскоре после родов, хотя Платон тоже помнил ее с детства. Аналогично, как и у других ребят, самым главным доказательством стали фотографии. Когда он их нашёл, отцу решил ничего не говорить. К тому же, она к нему тоже периодически приходит во снах. С тех пор друзья ведут расследование в надежде найти своих близких. – Мне снился папа... – начала Лера, сказав это чуть громче, чем хотелось бы, привлекая внимание даже сонного Кевина. – Он мне рассказывал про тайны и где они обитают. – Я же говорил, что это всё не просто так... – тихо перебил её Платон. – Да. Он говорил про библиотеки. То, что книги хранят много информации, которой не всегда найдешь в общем доступе. Говорил про старые чердаки, мм... про животных, – Лера начала вспоминать рассказ папы, как тут её вновь перебили. – У тебя есть чердак? – спросил Платон. – В деревне есть, но он запертый. – Чердак? – сонливо переспросил Кевин, переходя в противоположную от школы сторону. Лера среагировала быстрее всех, вовремя схватив его за рукав. – Ты спал сегодня? – резко остановилась Марта. – Спал... Резкий перехват Леры немного вывел его из полудрема. – Так о чём вы? – Лере снился сон про места обитания тайн, – кратко пояснила Марта. – А причём тут чердак? Марта нервно вздохнула. – Там может быть что угодно. Он же закрытый, говоришь? – переспросил у Леры Платон. – Да. Бабушка его регулярно закрашивала раньше, но сейчас там уже всё потрескалось. – Неужели тебя никогда не интересовало полотно на потолке? – спросил Кевин. – Трудно назвать полотном... Закрашены только края, а так да, интересовало. Но мне всегда запрещали трогать даже банку краски. Марта задумалась. Её нервный настрой переменился любопытством. – А краску легко будет отодрать? Лера усмехнулась. – Ты собралась лезть на этот чердак? – Ну а как по-другому? Не просто так тебе снился папа! В прошлый раз он нам помог убедиться в теории пропавших родственников, посоветовав найти фотографии, а сон Платона и вовсе натолкнул нас на эту теорию. Я считаю... – ...что нам сейчас же нужно развернуться в сторону трассы и пойти пешком до деревни, – предложил Кевин. – Да не сейчас же! Платон рядом влез в их спор, а Лера задумалась. Непросто так ей папа говорил о чердаке и тайнах. Может, стоит рискнуть? – Я попробую уговорить маму и бабушку пригласить вас на выходные в деревню. Своей резкой фразой Лера моментально привлекла внимание друзей. – С этого и нужно было начинать! – Вы же сможете? – спросила, дабы убедиться, Лера. Она сама не знала, что говорит, ведь вероятность, что выходные будут проведены в деревне, равна практически нулю. – У меня отец уехал. Я с радостью, – нервно сказал Платон. – Почему такая радость? – спросила Марта. Она, как и Лера с Кевином, прекрасно знала о том, что отец Платона — ужасный человек. – Он на неделю оставил мне двести рублей, и то из моих накоплений с последнего дня рождения от тети из Краснодара. Я вообще не представляю, чем буду питаться... Марта ужаснулась. Она сразу же заверила Платона в том, что будет регулярно приносить ему еду всю неделю, поскольку живет в соседнем от него подъезде. – Спасибо, правда, не стоит. – Что значит не стоит!? – в привычной манере воскликнула Марта. – Ты чем собрался питаться всю неделю? Святым духом? – А вы сможете? – спустя какое-то время обратилась Лера к Кевину и Марте. – Я смогу, – без раздумий ответил Кевин. – Я тоже. Если получится... – Но планов на выходные точно нет? – настойчиво пыталась убедиться Лера. – Точно! Просто не факт, что отпустят... Хотя я в последнее время более чем превзошла мамины ожидания, так что больше смогу, чем нет. – Тогда отлично! – улыбнулась Лера. Чем ближе они подходили к школе, тем больше пустели улицы. Было очевидно, что время уже приближается к восьми часам. – Сколько время? – спросила Марта. – 8:06, – слишком резко ответил Платон. Не раздумывая, друзья мигом ринулись в двери школы, даже не переговариваясь. Подойдя к кабинету литературы, на часах Платона уже было 8:10, и, судя по крикам из кабинета, дела обстоят плохо. – Чур ты стучишь, – указал Кевин на Платона. – Нет! Почему я?! Кевин нервно вздохнул, переводя взгляд на Леру. На удивление, он даже не собирался предложить Лере постучать первой. – Вы ещё не зашли?! – спросила Марта, подходя к ним ближе. Она вызвалась сдавать их верхнюю одежду в гардероб, ссылаясь на свою хорошую успеваемость и то, что она может спокойнее избежать реакции учителя. Друзья замерли, а Марта постучалась, и все четверо ввалились в кабинет, где коротковолосая учительница русского и литературы Тамара Юрьевна продолжала кричать на других учеников. Как только внимание перепало на друзей, она взвыла. – Третье опоздание на мой урок!!! ТРЕТЬЕ!!! Проблемы были неизбежны. Марта попыталась что-то сказать, но повторный вой Тамары Юрьевны её перебил. – Уваров! Где Лидия Алексеевна?! – громко обратилась она к старосте. – В учительской... Здесь, рядом, – тихонько ответил ей мальчишка с первой парты. Тамара Юрьевна перевела грозный взгляд на друзей. – Без классного руководителя не возвращаться!! – громко добавила она и выставила их за дверь. Идти за Лидией Алексеевной было стыдно. Она хороший и добрый классный руководитель, и поэтому никак не хотелось портить ей настроение. Раздался тихий стук в учительскую. – Можно войти? – в непривычной тихой манере спросила Марта. Лидия Алексеевна вопросительно выглянула из-под документов. Это была женщина 40 лет с в меру полноватым телосложением и роскошными светлыми волосами. – Можно. Вы почему не на уроке? Друзья не могли сказать и слова, а Марта виновато склонила голову. – Мы опоздали на урок Тамары Юрьевны. Она сказала без вас назад не приходить. Лидия Алексеевна грустно вздохнула. – Вы чего меня так подводите? – Извините, пожалуйста! Мы не хотели... У нас совсем не задалось утро... – добавила Лера. За её стеснительностью скрывался и весьма подвешенный язык. – Давайте больше без опозданий! А то буду по утрам прозванивать! – чуть строже, но с долей заботы проговорила Лидия Алексеевна. В принципе, у друзей, не считая успеваемости у некоторых, не было других косяков. Да, Кевин иногда мог говорить лишнего, но разбирался с этим самостоятельно. – Идите к кабинету, я сейчас приду, – велела им Лидия Алексеевна, и друзья покинули учительскую. – Немыслимо! – грустно и тихо воскликнула Марта. – Для нас так много делает Лидия Алексеевна, а мы...! – С кем не бывает. Откуда она взяла еще два опоздания? – возмутившись, спросил Кевин. – Мы же только вторую неделю учимся! – Мы же и на переменах задерживались... – виновато проговорила Марта. – На переменах?! Тебе самой не кажется, что она просто на голову больная? – Тише! – воскликнула Марта в ответ. Они уже подходили к кабинету. – Кевин прав. Она слишком принципиальна, – поддержал друга Платон. Марта неохотно согласилась и уже хотела что-то сказать, как тут на повороте Лера остановилась. Послышался чей-то разговор. – Вы представляете! Ещё проблемных учеников нам не хватало! – с кем-то эмоционально разговаривала по телефону женщина. – Какая помощь!? Эти две выплаты теперь считаются у нас чем-то щедрым? Рядом с женщиной стоял школьный охранник. Мужчина-армянин, который всю школьную жизнь друзей проработал в охране, сразу же после того как уволился из отдела полиции. – Думаете, у нее адекватный сын? Ничего подобного! Я видела этого мальчика! Такой заносчивый, ленивый и вредный... Да-да, из прошлой школы его выгнали, вы представляете? Это просто крах! Она говорила, что заплатит куда больше, но слабо верится! Нынче кризис у нас в мэрии, сами понимаете. Успеваемость? Средняя. Может, что-то и знает, но вряд ли. Лично с ним еще не виделась. Представляете, у нас и самый слабый класс переполнен! Я его определила в другой... Там двое отличников, может, они и вытянут. Если честно, вообще непонятно, кто будет с этим мальчишкой дружить. Да-да, скорее всего, и друзей сыну проплатит. Ладно, извините, что так потревожила, просто не хватало новых проблем в школе, сразу предупредила. Да-да, держу в курсе, до свидания. Женщина положила трубку и обратилась к охраннику. – Завтра опять придет Чуховенко. На этот раз не смейте ей перечить! Я предупреждаю! – Женщина не соблюдает общественный этикет, а я даже не знал, что она жена нашего мэра! – попытался оправдаться охранник. – Это не даёт вам права перечить! Всё, что я наговорила, — это мои проблемы. Ваши проблемы будут, если вы еще раз скажете ей против. Имейте в виду, Ареват, – проговорила женщина, после чего ушла обратно в свой кабинет, а охранник покинул коридор вслед за ней. – Кто это был? – спросил Платон, которому перекрыли всё поле зрения. – Зырьянова и Ареват Геворгович. – Зырьянова это кто? – Директриса. Друзья остановились, ожидая Лидию Алексеевну. – Это получается, к нам в класс определят сына нашего мэра? – уточнила Лера. – Тогда я не буду против с ним дружить, если меня проплатят, – отошёл в другую сторону Кевин. Платон отнесся к этому скептически. – Не факт. – Тоже так думаю! – воскликнула Марта. – Он может быть младше или старше нас... – Просто сказали, что там двое отличников, как и у нас, и то, что класс слабый... – выдала свои опасения Лера. Марта оглянулась, заметив Лидию Алексеевну. – Поживем — увидим, – сказала она напоследок. Лидия Алексеевна подошла к друзьям. – Заходим. Либо сейчас, либо когда я выйду. Обязательно извинитесь за опоздание! Все четверо кивнули и по очереди зашли в кабинет.