За углом скрывается огонь

Улицы магикса, несмотря на свою заполненность, ощущаются крайне свободными. Летающие автомобили совсем не напрягают, шум их двигателей растворяется в кронах деревьев, аккуратно высаженных в ряд. Вывески магазинов отнюдь не пестрят неоновыми красками, как это обычно показывают в фильмах о будущем. На прилавках магазинов светятся большие кристаллы, пергаменты парят, а кисти сами пишут текст. Блум идёт в компании, и, хоть это не первый его поход, всё никак не может привыкнуть к магическому миру. Он останавливается почти у каждой витрины, залипая, ведь на Земле он мог только мечтать о таком. — Ты как ребёнок в кондитерской! — Стелла закатывает глаза, но улыбается, поправляя солнечные очки. — А ты как мамочка, которая тащит ребёнка мимо конфет, — парирует Блум, подмигивая. Стелла лишь фыркает, и игриво толкает друга в бок локтем. Скай идёт рядом с Брэндоном, они обсуждают недавно увиденное оружие, а может, просто какую-то красивую безделушку. Сегодня Блум чувствует расслабленность. Впервые за несколько недель, проведённых в Алфее, когда за каждым углом могут скрываться ведьмы и маги с плохим настроением, когда нужно следить за окружением, если не хочешь оказаться заточённым в ледяную глыбу, он не чувствует нужды вслушиваться в шаги за спиной, не проверяя каждый угол. И это приятно. И тёплый воздух, окутывающий их, тоже приятен. Он проникает куда-то в грудь, в лёгкие, так незаметно и легко, как будто кто-то разжигает костёр далеко-далеко, а тепло доходит аж до них. Но внезапно огонь обжигает. Блум сначала думает, что его собственная магия разбушевалась: она иногда даёт о себе знать, когда он слишком сильно поддаётся эмоциям. Вот только он спокоен. Тогда почему жжёт? Он оглядывается через плечо, и видит улицу, обычную улицу: прохожие с детьми, несколько парочек, парень в плаще, который продаёт амулеты с лотка. Ничего подозрительного. — Блум, ты чего? — окликает его Скай, когда троица уже отошла на приличное расстояние. — Да так, — Блум пожимает плечами. — Показалось. — Что тебе показалось? Что за тобой кто-то следит? — смеётся Стелла, подхватывая друга под руку. — У тебя паранойя, дорогой. Ведьмы хоть и ленивые, но они не будут следить за каждым нашим шагом. — У меня просто богатое воображение, — поправляет Блум. Но тепло не уходит. Оно держится под кожей, и он уже не знает, так ли тепло на улице на самом деле. Около часа спустя компания заходит в крошечную лавку с зельями, но Блум решает остаться снаружи — внутри душно, а ему и так жарко. Он встаёт у витрины, разглядывая пузырьки с жидкостью, которая переливается в лучах солнца. И тут видит в отражении стекла фигуру. Высокую, широкую в плечах. Стоит в тени соседнего здания, почти сливаясь с темнотой. Блум резко оборачивается, но никого не видит, только тень шевелится там, где не было ветра. — Блум! — слышится голос Стеллы из лавки. — Иди сюда, тут такое! — Сейчас, — отвечает он, но идёт в другую сторону. Он обходит угол здания, где был узкий проход между лавкой и соседним домом, заставленный ящиками и кустами в горшках. Но снова — никого. Он уже хочет развернуться, но воздух вокруг внезапно становится тяжёлым и горячим, таким, как во вторую встречу с ним, хоть он тогда и не показал себя. — Ты слишком долго не обращал на меня внимания, — слышится голос из тени, а в нём — почти детская обида. Из сумрака выступает Доргарад. В человеческом обличие, тёмной одежде, а змеиные глаза в тени горят тусклым золотом. Он стоит, прислонившись плечом к стене, и жадно смотрит на парня. Блум замирает на секунду, а потом его лицо расплывается в улыбке. — Что, ревнуешь? — спрашивает он, скрещивая руки на груди. — Пока я тут тусуюсь с ребятами? Дракон ведёт бровью, слегка поворачивает голову в сторону. — Не смешно. — Очень смешно, — Блум делает шаг вперёд. — Ты серьёзно? Прятался за кустом и следил за мной? — Я не прятался, — отвечает он, стараясь незаметно повернуть голову ещё сильнее. — Я наблюдал. — За кустом. — За этим углом. Блум звонко смеётся, а Доргарад смотрит на него с выражением смертельной обиды, и это делает его одновременно смешным и до дрожи красивым. Но потом Дракон отрывается от стены, и идёт. Один шаг — и воздух вокруг Блум нагревается ещё сильнее, второй — в воздухе появляются искры и нити магии, третий — и Блум оказывается прижат спиной к стене здания, а перед ним — твёрдые плечи, тяжёлое дыхание и взгляд, готовый прожечь насквозь. — Ты думаешь, это смешно? — спрашивает он, понизив голос. — Конечно. Это забавно, — отвечает Блум, в его глазах пляшут бесенята. Доргарад начинает тихо рычать, звук, от которого вибрирует всё в теле. Он прижимает Блум к стене, целует, прижимая горячие ладони к талии, сминая ткань куртки. Целует жадно, его губы обжигают — в прямом смысле, горячие, будто сам Дракон пылает изнутри. Одна рука поднимается к волосам, сжимает, тянет назад, открывая шею. Блум стонет ему в рот и вцепляется пальцами в чёрную ткань на плечах. Доргарад отрывается на секунду, чтобы прорычать в ухо: — Если ты будешь так долго проводить время с друзьями, я перееду в Алфею. Буду спать в твоей кровати. Каждую Ночь. Блум хрипло смеётся, и тянется за новым поцелуем. — Только попробуй, — хитро выдыхает он. Доргарад целует снова, уже медленнее, глубже, язык скользит по нижней губе Блум. — Блу-у-ум! — голос Стеллы режет воздух. — Ты где потерялся?! Мы уходим! Блум вздрагивает, отодвигается назад. Он смотрит в сторону улицы, а потом на Дракона, у которого сейчас глаза горят ещё сильнее, и с тенью улыбки на губах. — Сейчас! — кричит Блум. Он быстро проводит рукой по волосам, одёргивает куртку, вытирает губы тыльной стороной ладони. Дракон наблюдает за ним с усмешкой. — Убегаешь? — Ну, да, — Блум смотрит на него, и в его глазах на секунду вспыхивает огонёк вызова. — Мы же гуляем тут. Он отодвигается в сторону, приближаясь к углу. Потом останавливается, замирая. — Можем и с тобой как-нибудь пройтись, — тише обычного говорит он. Он успевает заметить, как на секунду расширяются глаза Дракона от удивления, от вспыхнувшего желания. — Потом, — добавляет Блум, игриво подмигивая, и выскакивает из переулка. Компания удивлённо смотрит на него, но он улыбается и лишь машет руками, зазывая их пойти дальше. Блум не оглядывается назад, но внутри всё горит, и так жарко, что кажется, будто весь Магикс сейчас вспыхнет.