Небо Сан-Франциско

— Прежде чем вы начнете свои попытки «соблазнения», я хочу вас предупредить: я слышал ваш спор и прекрасно осведомлен о ваших целях… — начинает Спок ровно и холодно, желая поскорее избавиться от назойливого внимания. — А-ага, — беспардонно тянет светловолосый мужчина и ровно на 0.3 секунды касается плеча Спока своим перед тем, как сесть на соседний стул за барной стойкой. Улыбается заигрывающе, заглядывает в глаза. Удивительный оттенок голубого. Биология землян не перестает занимать. — Я в курсе. Они — нет. Так что будь добр, подыграй мне немного. Иначе тебе придется отбиваться от кого-то намного более пьяного… И менее осведомленного. Очаровательно. — Осведомленного о чем? Не могли бы вы уточнить? — Спок поворачивает голову к человеку и слегка вздергивает бровь. В ответ получает еще более довольную улыбку. Мужчина делает глоток из своего стакана и облизывает губу. Если Спок не ошибается, это является одним из приемов соблазнения. Который всегда казался особенно нелогичным. — О том, что вулканцы — телепаты контактные и прикосновения не любят. Поверь, в этих пропитых мозгах сплошной кошмар, — подмигивает, снова делает глоток из стакана. Люди имеют поразительное свойство открыто осуждать других за аналогичные своим поступки, не испытывая по этому поводу никаких моральных терзаний. — Мы просто поболтаем, пока они не напьются достаточно, чтобы отвлечься — а это будет скоро, уж поверь мне — и ты спокойно сможешь уйти. А я потом с досадой признаюсь, что рыбка соскользнула с крючка. Идет? Спок игнорирует явно неуместное выражение про «рыбку». И с уже бо́льшим вниманием рассматривает собеседника. На удивление, человек выглядит намного более трезвым, чем его спутники. Взгляд прямой, сфокусированный, размер зрачков соответствует степени освещенности помещения, оттенок кожного покрова ровный, за исключением потемнений под глазами, что, как Спок уже научился распознавать, зачастую является признаком недостатка отдыха. Исключая случаи с генетическими особенностями. Молод. Одет в простые серые потертые джинсы, куртку из черной искусственной кожи и, предположительно, футболку — тоже серую. Прическа небрежна, но длина и форма соответствует уставным стандартам Звездного Флота. Учитывая расположение заведения, это вполне может быть один из кадетов. Впрочем, данных недостаточно для такого предположения. — Я не вижу в вашем поведении никакой иной выгоды с вашей стороны, кроме как выиграть в споре. — О-о-о, полно, — человек подпирает кулаком щеку. Вид у него почти… Мечтательный? — Я потешу свое эго тем, что спас невинную душу от пьяных подкатов. Проведу время в приятной компании. Впервые в жизни поговорю с вулканцем. Сплошные плюсы. — Судя по вашему напитку, я не могу с уверенностью сказать, что вы полностью избавите меня от, как вы выразились, «пьяных подкатов», — парирует Спок. — Нет гарантий, что ваше поведение сейчас — это не изобретательный способ флирта. — Вот заодно и займешь свой прекрасный мозг этой задачкой. Будет не так скучно. Но, правда, приставать не буду никак. Даже словами. Обещаю. — Вы не учитываете вариант, что я могу просто покинуть это место. — Но ты до сих пор этого не сделал, — глаза собеседника щурятся в, по всей видимости, насмешке. Спок осознает, что ответить ему нечем. Он действительно этого не сделал. Более того, незаметно для него самого этот диалог стал… Занимательным. Скорее даже не сам диалог, а все это взаимодействие в целом. Логика не может предсказать дальнейшие события. Вероятно, мать имела в виду что-то подобное, когда настояла на посещении этого заведения в целях «отвлечения». — Джим, кстати. Если тебе вдруг интересно. Джеймс. Довольно распространенное среди землян имя. — Вы ожидаете, что я назову свое имя, — не вопрос. Утверждение. И на удивление, оно вызывает тихий, грудной смех. Бровь Спока поднимается на пару миллиметров выше. — Не, мы уже и так проскочили все правила приличия. Можешь не говорить, если не хочешь. Это же я тебя тут спасаю. Должен уважать твое желание. — Опыт социальных взаимодействий диктует, что я должен выразить благодарность. Однако мне не кажется, что в данной ситуации она уместна. Человек — Джеймс — снова смеется, но уже короче. — Ты забавный. Мне нравится, — и еще до того, как Спок успевает напомнить о данном обещании, переводит тему: — Так какая нелегкая занесла тебя сюда? Сомневаюсь, что бар, даже днем, входит в перечень подходящих для вулканцев мест. 2.7 секунды уходит на размышления, стоит ли на этот вопрос отвечать. — Один достаточно авторитетный для меня человек посоветовал это место для того, чтобы «отвлечься». Вулканцам не требуется отвлечение, однако мой отказ не был принят. — Ох, как жестоко, — в голосе Джеймса ни капли сожаления или сочувствия. — Я должен передать благодарность этому человеку. Иначе я вряд ли бы тебя вообще встретил. И мой день прошел бы в отвратной компании. — Действительно, — выдает Спок и склоняет голову вопросительно. — Но почему вы пришли сюда с такой компанией, раз она вам не интересна? Джеймс морщится и пьет еще. Несмотря на показательно широкие движения, жидкость в стакане убывает медленно. Вот почему он сильно трезвее своих спутников. — Мой друг сейчас очень занят, мне было нечем заняться. Вот и вляпался в них. Но — грех жаловаться! — снова улыбка, снова веселое выражение лица с хитрым прищуром. — Моя очередь. Как тебе Земля? В целом, по впечатлениям. «Очередь». Спока подписали на игру, на которую он не давал согласие. Впрочем… Ему все еще интересно, к чему это все приведет. — Довольно увлекательна. Земля сильно отличается от моей родной планеты. Разнообразие флоры и фауны очень занимает меня с исследовательской точки зрения, — Спок делает паузу. Джеймс понимает его и кивает, принимая ответ. — Что вы делаете здесь в такое время? Из моих наблюдений следует, что обычно в такое время люди вашего возраста заняты более продуктивными делами, а к алкоголю прибегают к концу дня. Учитывая, что по внешним признакам степень вашей алкогольной интоксикации достаточно низка, ваше нахождение здесь еще более нелогично. — Ну, — Джеймс переводит взгляд на стенд с алкоголем за стойкой. Бармен давно покинул зал за ненадобностью. Непрофессионально с его стороны. — Пытаюсь как раз «отвлечься» и отдохнуть. Утром досрочно сдал пару экзаменов, теперь надо разгрузить мозги. Если б Боунс не был на лекциях, я бы сейчас зависал с ним. — Вы — кадет Академии Звездного Флота, — предполагает Спок, опустив вопросительную интонацию. Он на 87.6 процентов уверен в своих выводах. Джеймс в ответ щурится и качает головой. — Нарушаешь очередь. Но я сегодня добрый, прощаю, — стакан поднимается над стойкой, ловкие пальцы пошатывают его, позволяя янтарной жидкости биться о стенки в странном ритме. — Ты угадал. Командование, первый год. Хотя собираюсь закончить экстерном, так что… — Данной информации достаточно, чтобы вычислить вашу личность, если я того пожелаю. — Может, я просто надеюсь, что ты это и сделаешь? — Джеймс подмигивает и возвращает стакан на стол. — На самом деле, обо мне узнать еще проще. Довольно известная мордашка, знаешь ли. Поэтому я не то чтобы скрываюсь. О тебе, скорее всего, тоже не так сложно нарыть инфу, но я не буду. Раз уж… Мы договорились. Я умею держать слово. Выбор лексики некоторых людей до сих пор оставляет Спока в недоумении. Благо, он уже научился понимать немало устойчивых выражений, ознакомился с расширенным списком значений ряда слов… Это сильно облегчает понимание склонных к образной речи людей. — Благодарю, — все-таки кивает Спок. Джеймс оставляет впечатление неглупого человека. Вулканцы на Земле — не самое частое явление, при должной сноровке в поиске информации личность раскрыть не так уж и сложно. Впрочем, это всегда может быть ложь — но никаких явных признаков не наблюдается, да и предыдущие слова, похоже, были вполне искренни. Без более тесного знакомства определить не получится. Придется верить на слово. — Да не за что. Позади раздается шум, звон стаканов, и Джеймс оживляется, наклоняется ближе, но смотрит не на Спока, а за него. — Отлично, если готов, можешь потихоньку сваливать отсюда. Я прикрою. Он встает, подхватывает стакан и направляется к прошлой компании. Спок задерживается взглядом на спине, обтянутой курткой из искусственной кожи, дольше положенного и ловит себя на мысли, что сожалеет о прерванном диалоге. Свою воду он оплатил заранее, поэтому просто уходит, старательно не прислушиваясь к голосу Джеймса, теперь громкому, показательно веселому, намного более развязному. Во всем произошедшем не было ничего, что могло бы увлечь вулканца, тем не менее даже медитация не позволяет полностью изгнать из мыслей расслабленную улыбку, светлые растрепанные волосы и поразительно синие глаза. Спок признает, что мама была права: ему удалось «отвлечься». Так эффективно, что ознакомительную лекцию по ксенолингвистике он проводит на автомате. И проводит еще не одну медитацию в попытках избавиться от тянущего сожаления, что среди слушателей так и не находится цепкого взгляда ярко-голубых, как небо над Сан-Франциско, глаз.