Молчаливое согласие

Грейс стояла на краю леса и смотрела на огромный замок. Снег падал на её плечи, таял на стеклах очков, и она то и дело снимала их, протирая рукавом грубой куртки. Дышать было тяжело — не от высоты, а от предчувствия. Горный воздух здесь был слишком прозрачным, слишком холодным, он обжигал легкие, как мелкое стекло. Пахло мокрым камнем, мёрзлой землей, сосновой смолой и чем-то сладким и металлическим.  Замок Димитреску стоял на скале, как скелет гигантского зверя, вросшего в утёс. Его башни терялись в низких облаках, стены были покрыты пятнами лишайника, а окна светились слабым, мёртвым светом — будто внутри теплилась чья-то жизнь, не совсем человеческая. Грейс сжала пальцами блокнот и почувствовала, как бумага хрустит под пальцами. Она знала этот замок. Она читала о нём. Она видела фотографии. Но знать о нём и стоять перед ним — разные вещи. Там, позади, Харрис, командир, уже собирал отряд. Его голос был как всегда сухим, командным, без лишних эмоций. «Проверьте оружие. Связь не работает. Если что-то пойдет не так — выживает тот, кто бежит быстрее» Грейс обернулась на его голос и увидела, как Роуз передергивает затвор, как Джим ругается на рацию, как Арчи настраивает технику. Они не знали, куда шли. Они думали, что это просто заброшенная усадьба с психами-наркоманами.  И только Грейс знала правду, она видела отчеты об этом месте. И она боялась. Не смерти. Она боялась, что ошиблась. Что все что она прочитала — лишь выдумки, и весь отдел будет над ней смеяться.  Но она сказала «Иду». И пошла. Главные ворота встретили их с раздражающим скрипом, как будто их не открывали целую вечность. Арчи толкнул створку плечом, и она поддалась с протяжным стоном, открывая чёрный зев коридора. За ним была темнота — такая плотная, что казалось, она растянулась как ткань, и её можно было потрогать. Грейс переступила порог и сразу же остановилась.  Внутри пахло старым деревом, сыростью, пылью и чем-то сладким, приторно сладким, будто переспелые фрукты. Грейс провела пальцем по стене рядом с входом — камень был холодным, как лёд. На ощупь — гладким, без трещин. «Двигаемся», — сказал Харрис за спиной. Грейс сделала шаг вперед. Её ботинки гулко ударили по каменному полу. Свет от фонариков плясал по стенам, выхватывая из тьмы старые гобелены и длинные, пустые окна. Вдоль стен, на равном расстоянии друг от друга, висели портреты. Женщины на них были красивыми — бледными, с медовыми яркими глазами и немного припухлыми губами. У них были чёрные платья и жемчужные ожерелья. Грейс остановилась у одного из портретов, ближайшего к двери. Это была Леди Димитреску. Высокая, темноглазая женщина с высокой прической. Ее глаза, казалось, двигались — Грейс сделала шаг влево, и взгляд портрета сместился за ней. Шаг вправо — то же самое. По спине пробежал холод. «Она похожа на герцогиню», — сказала Роуз, подойдя ближе. «Она и есть герцогиня», — ответила Грейс. «Только герцогство — это замок. И она никогда не была человеком» Роуз усмехнулась, не веря сказкам, и отошла. Грейс осталась стоять перед портретом. Ей казалось, что женщина смотрит на нее не просто с картины — она чувствовала этот взгляд настолько, будто её кожу пронзают. Арчи пошел первым. Он был самым громким, самым уверенным. Он шагал впереди, с автоматом наперевес, и насвистывал какую-то мелодию. Грейс слышала его свист через гул своего сердца.  Они прошли через холл, через множество комнат, через длинный коридор, на стенах которого висели оленьи головы. У некоторых оленей были пустые глазницы. У одного не хватало рогов. Грейс провела пальцами по нижней челюсти самца и почувствовала, что кость была мягкой, будто кто-то регулярно лизал её. Она брезгливо отдёрнула руку и вытерла пальцы о куртку.  Когда они вошли в следующую комнату, свет погас.  Фонарики еще горели, но общий свет — тот, что шел с потолка — вырубился мгновенно, как будто кто-то выдернул штепсель. Арчи остановился. «Эй, там кто-то электричество вырубил?» Никто не ответил. Грейс слышала, как стучит её сердце. Она повернулась к стене и прислонилась к ней лопатками — так, чтобы не было пространства за спиной. В одной руке она держала фонарик, во второй — блокнот.  И тогда она услышала жужжание. Сначала тихое, едва различимое. Потом —громче. Грейс знала этот звук. Она читала о нём. Рой. «Арчи?» — сказала она. Он не ответил. Она подняла фонарик, направила его вперёд. Луч света выхватил силуэт Арчи — он встал неподвижно, спиной к ней. Грейс шагнула ближе.  «Арчи, скажи что-нибудь» Он не шевелится, Грейс обошла его и заглянула в лицо.  Его глаза были пусты. Рот открыт, но из него не выходило ни звука. Что-то двигалось у него под кожей — на шее, на скулах. Что-то живое. Грейс отшатнулась, ударившись спиной в стену. И в этот момент Арчи рухнул на колени. Из его рта вырвался рой мух — черных, густых, блестящих. Они взвились к потолку, закружились в воздухе, а потом улетели в вентиляцию, как будто знали дорогу.  Грейс смотрела на пустое, бездыханное тело, лежащее в тёмной лужи, медленно стекающей в щели между камнями. Её очки запотели. Она сняла их, протёрла дрожащими пальцами и надела обратно. Она заставила себя дышать — медленно, глубоко, как учили в академии. «Арчи мёртв», — сказала она.  Её голос звучал ровно, хотя внутри все кричало.  Харрис подошёл, перевернул тело ногой и покачал головой. «Что это было?» «Мухи, — сказала Грейс. — Она управляет мухами. Они как её пальцы. Она может проникнуть ими внутрь человека и управлять им» «Кто она?» «Та, кто сидит в замке. Одна из дочерей Димитреску» Харрис сжал автомат и кивнул в сторону коридора. «Мы идем дальше. Она не может прятаться всегда» Грейс хотела сказать ему, что они уже проиграли. Что замок — это не крепость, которую можно взять штурмом. Это клетка. И они внутри. Но она промолчала.  Следующим исчез Джим. Он отстал от группы на пару минут, чтобы настроить рацию в пустой комнате. Грейс услышала его голос — он пытался вызвать базу. Потом — хрип. Потом — тишина. Она вернулась в комнату и увидела, как Джим стоит спиной к ней. В руках нож. Его глаза были пустыми, как у Арчи.  «Джим?», — сказала она. Он повернулся и пошел на неё. Грейс не успела отступить. Она вжалась в стену, закрывая лицо руками, и чувствовала, как его нож проходит в сантиметре от её шеи. Харрис выстрелил первым. Джим упал, и из его рта снова вылетела туча мух, растворилась в воздухе.  Роуз закричала.  Грейс стояла неподвижно, глядя на пустое тело Джима, и чувствовала, как внутри разрывается что-то важное. Она знала, что должна остановить это. Что должна была предупредить их. Она не предупредила. «Это Бела, — сказала она. — Старшая дочь. Она играет с нами» Харрис подошёл к ней, приставил дуло к её виску. «Ты знаешь больше, чем говоришь. Ты привела нас сюда» «Я привела вас сюда, чтобы уничтожить это место, — сказала Грейс, — Но я не знала, что это так» Он смотрел на неё долго, потом убрал оружие. «Мы идём в библиотеку. Там есть защита. Каменные стены. Окна на высоте». Грейс читала план замка. Библиотека была единственным местом, где можно было укрыться. Они бежали по коридорам, сжимая оружие, и Грейс слышала за спиной смех — женский, высокий, неуловимый. Смех Кассандры. Он доносился то слева, то справа, то сверху, как будто потолок был её голосом. Когда они ворвались в библиотеку, Грейс захлопнула дверь и заперла её на тяжелый засов. Она прислонилась спиной к дереву и перевела дыхание. В библиотеке было тихо. Старые книги пахли бумагой и временем. Высокие стеллажи уходили под самый потолок. Камин был погашен, но в нём ещё теплились угли, источая слабый, красный свет. Окна были узкими, стрельчатыми, почти не пропускали света. Грейс сняла очки и протёрла их краем шарфа, потом надела обратно. Роуз сидела на полу в углу, сжимая автомат. Харрис ходил вдоль стеллажей, проверяя проходы. «Мы останемся здесь до утра, — сказал он. — А потом найдем выход». Грейс знала, что выхода не будет. Дверь закрылась сама собой. Замок проглотил их. Ночью, когда все уснули, Грейс сидела у окна и смотрела в темноту, сжимая в руках толстую книгу. Она почувствовала чье-то присутствие.  Бела стояла в дверях. Грейс не услышала, как открылась дверь. Она не слышала шагов. Она просто повернулась и увидела её — высокую, бледную, в платье, которое пахло кровью и розами. Жёлтые глаза горели в темноте, как свечи.  «Ты не спишь», — сказала Бела. Грейс подскочила с каменного пола, щупая в кармане пистолет. Она направила дуло на Димитреску. «Ты знаешь, что это не поможет», — Бела подходит ближе и отводит ствол влево. Грейс сглатывает. «Я убью их всех, — сказала Бела. — Но не тебя» «Почему?» «Потому что ты смотришь на меня иначе. Ты сжимаешь блокнот и смотришь на меня, как будто я — загадка, которую надо разгадать» Шаг вперёд. Ещё шаг. Она остановилась в двух метрах от Белы и впервые за долгие часы посмотрела ей в глаза. «Ты не убила меня», — сказала она. «Нет» «Ты можешь, но не делаешь этого» «Я хочу посмотреть, что будет если я тебя не убью, это интереснее» Бела наклонила голову, и Грейс увидела её лицо — почти человеческое, почти доброе. Но на губах — тень улыбки, которая была старше, чем замок. А еще кровь. Вероятно кровь Арчи. «Ты меня не забудешь»