Встречи и расставания

Сайран знал, что Мерлин не помнит его, но, Дара, как же было сложно держать лицо и вести с ней отвлечённую беседу, словно с незнакомкой, пока её пальцы касались его руки. Это прикосновение всколыхнуло его память и подняло со дна воспоминания о тех временах, когда он ещё не был благородным и могущественным магистром, при котором юные принцы и принцессы, а также их царственные родители выпрямляли спины и начинали говорить строго по этикету. Тогда он был просто... Собой. А она была с ним, с таким, какой он есть. Они вместе смеялись и грустили, познавали магию и получали нагоняи от профессоров. Ему мучительно хотелось разорвать контакт, чтобы привести в порядок голову, но вместе с тем он мечтал, чтобы этот танец длился как можно дольше. – Сайран, – вдруг позвала его Мерлин. – Да? – отозвался он менее холодно, чем планировал. – Вы... Крик принцессы. Проклятая нежить появилась крайне невовремя! Надо было разобраться с ними, пока был шанс… Что, если она вспомнила? Или начала вспоминать? Какой вопрос задала бы? В тот вечер Сайран допустил три оплошности. Он, планирующий все в точности до мелочей и всегда думающий на десять шагов вперед, никогда и никем не застигаемый врасплох. Во-первых, он допустил вторжение мертвых на бал. Во-вторых, вместо того, чтобы вернуться к семье эрцгерцога и защищать её, он заслонил собою Мерлин и, ведомый одним инстинктом, выпустил впереди себя волну тьмы, чтобы отбросить опасность подальше. – Магистр, я могу постоять за себя, – тихо, но уверенно прозвучало сзади, и маленькая ладонь выскользнула из его руки. – Постойте! – слова не удержались внутри и сорвались с губ быстрее, чем он успел это осознать. Она взглянула на него вопросительно. О, этот взгляд он видел множество раз. Вежливое удивление с оттенком готовности помочь... Мгновенно ощутив собственную глупость, Сайран скомкано бросил: – Нет, ничего... Защитите живых, если вас не затруднит, – и, взмахнув полой мантии, поспешил к принцессе. Ее магия несколько раз ударила по кадаврам, он ощутил это всей своей сутью. Силу света не спутать ни с чем, и никому её не подделать. Это и вправду настоящая Мерлин... Третьей оплошностью было его "знакомство" с новой "подругой" принцессы. Он и под пытками не смог бы ответить, чем думал, когда заговорил о том, что там происходит у него в груди от "схожести" подруги принцессы с его старой приятельницей. А уж то, как она улыбнулась, услышав эти слова... Нет, он решительно не хотел знать, как глупо выглядел сам в тот момент. Очень, очень бестактно и необдуманно. Что-что, а управляться со своими чувствами Сайрану всегда удавалось скверно. К его огромному сожалению. Но о чем же она хотела спросить?.. Нападение нежити было успешно отбито, и все же ночью магистр Сайран не сомкнул глаз. Он пытался устроиться в кровати, но просто лежать и ничего не делать было невыносимо. Выругавшись сквозь зубы, он принялся мерить шагами комнату, надеясь, что ветерок из приоткрытого окна хоть немного охладит кровь, без конца приливающую к его лицу. И куда эта Мерлин успела так быстро исчезнуть после боя? Снова… *** Великая волшебница Мерлин после богатого на странные события дня спала в охотничьем домике. Ей снилось прошлое. Далекое прошлое. Черноволосый мальчик, стоящий посреди брусчатой дорожки и ревущий во весь рот. А напротив него… Девочка с длинными, почти белыми косичками и упрямым выражением на лице. В руках она держала плюшевого мишку с бантиком цвета лицейской формы на шее. – Это мое, отдай! – вопил мальчишка на всю улицу. – А ты попроси вежливо, – хихикает девчонка, уворачиваясь от его неловкого рывка. Мальчик падает на брусчатку коленями и принимается рыдать пуще прежнего. – Эй, Сай, – к ним подходит парень с изящными черными кудрями и смеющимся взглядом темных глаз. – Тише. Все не так плохо. Давай, поднимайся… Нельзя так себя вести перед девочками! – воркует он, поднимая младшего на ноги. – Особенно перед такими смышлеными, – с этими словами он подмигивает ей. Она не убегает и не смущается, а смотрит на парня с вызовом, продолжая сжимать в руках игрушку его младшего брата. – Что скажешь, вернем этому впечатлительному молодому человеку его вещицу? А он взамен станет вести себя более сдержанно, – ослепительная улыбка убеждает девчонку сделать так, как ее просят. – Я не хотела его обижать, – ворчит она, скрестив на груди руки, – просто медвежонок красивый. Взяла поближе рассмотреть. Вот, забирай, – и она отдает игрушку законному владельцу. – Я Мерлин, кстати. Парень легонько касается плеча братишки и шепчет: «Представься!». – Сайран, – шмыгает носом мальчуган. Затем Мерлин видела во сне чуть повзрослевшего мальчишку с медвежонком. Вернее, уже юношу, и без медвежонка. Он стоял перед ее шестнадцатилетней версией, попеременно то бледнея до мертвецкого оттенка, то краснея до самого яркого из цветов помады профессора Дареллы, и все пытался о чем-то сказать. Но когда она улыбнулась и попыталась взять его за руку, чтобы ободрить, вдруг резко развернулся и кинулся прочь. – Стоять, Сайран! Сказал «А», говори и «Б»! Что не так с моей формой?! – юная Мерлин бросилась вслед за сокурсником по коридору. Он проявил удивительную прыть, в несколько рывков добравшись до своей комнаты, а там молнией влетел в уборную и с грохотом захлопнул за собой дверь. Едва не стукнувшись лицом о возникшую на пути древесину, девушка забарабанила было по ней, но остановилась и прислушалась, уловив по ту сторону тяжелое дыхание и еще какие-то странные звуки. «Он что, плачет там? Что уже успело случиться?..». – Сай, тебе плохо? Нужна помощь? – изменившимся тоном позвала она. Ответа не последовало, но за дверью все стихло. Через минуту прозвучало сдавленное «Уходи!». – Черта с два я уйду, когда ты так странно себя ведешь, – решительно заявила Мерлин. – Я вхожу. Сайран бросился к двери, чтобы удержать ее, но не успел. В проход уже юркнула вездесущая любопытная физиономия со вздернутым веснушчатым носом, на ходу спрашивая: – Сай, ты в поряд… Она разглядела пылающие огнем щеки, откинутые назад черные кудри и непривычно растрепанный ворот рубашки, а затем ее взгляд упал ниже, на топорщащуюся ширинку, которую так и не успели до конца расстегнуть. – Оу, извини… Не стоило мне так врываться, – пролепетала она. Впервые за все время их знакомства Мерлин хоть что-то смутило, пусть и ненадолго. Прикрыв рукой распахнутый от удивления рот, она продолжала стоять и глазеть на юношу. – Ты, может… Ну… Отвернешься? – в отчаянии просипел он. – И вообще, проваливай! – Нет, – ответила она. – Нет?! Ох, Мерлин, прошу тебя, хоть раз в жизни сделай то, о чем я прошу!.. Не смотри! Он отвернулся сам, чтобы спрятать покрасневшие от обиды глаза, но маленькая ладошка коснулась его щеки, а вторая мягко взяла за руку. Зеленовато-голубые глаза смотрели испытующе. – Что ты пытался мне сказать? – спросила она тихо, но настойчиво. Дыхание Сайрана сбилось. Он смотрел на Мерлин широко раскрытыми глазами, хлопал своими очаровательно длинными ресничками и не мог вымолвить ни слова. – Я помогу, – продолжила она полушепотом. – Раз уж мы оба здесь и ты… Ну… Такой… Ты мог бы просто сказать, что я… Нравлюсь тебе? Кончики ее ушей порозовели. Набрав в легкие воздуха, юноша единым потоком выпалил: – Д-да, очень! Уже давно! И я хотел сказать, что форма тебе очень к лицу… – А у тебя очень красивые волосы, – просто ответила она. Он ушам своим не верил. Все это время вместо насмешек и колкостей, вместо вечного соперничества они могли просто… Поговорить? Мерлин подалась немного вперед, передвинув руку с щеки на шею Сайрана, и потянула его себе навстречу, когда он в панике воскликнул: – П-подожди! Напряжение ниже пояса усилилось, заставив его сменить несколько оттенков розового и красного перед тем, как он снова смог говорить. – Я… Эм… Не дашь мне минутку наедине с собой? Пожалуйста?.. – Может лучше минутка наедине со мной? Она шагнула назад и невинно взглянула на него снизу вверх – он был самую малость выше. Взгляд Сайрана отчаянно забегал по комнате, так что говорить снова пришлось Мерлин. – Если не возражаешь, я бы продолжила разговор в комнате … – Ам… Точно? – Точно! Никогда не понимала романтику отхожих мест, на кровати гораздо удобнее. Дрожащие тонкие пальцы легли в протянутую ладошку, и он послушно пошел за ней, все еще слабо веря в происходящее и боясь даже пикнуть. *** Мерлин проснулась с легким головокружением. Туман воспоминаний, словно бы пережитых вновь, никак не давал ей полностью прийти в себя, пока не раздался обеспокоенный голос Хомми в тишине комнаты: – Магистр, у вас все хорошо? Вы выглядите растерянно. – Я… Кажется, я кое-что вспомнила. Точнее кое-кого, – пробормотала волшебница. – Вспомнили? В смысле, что-то из?.. – Моей прежней жизни. До того, как я заснула на двадцать лет. – Это же здорово! Похоже, ваша память наконец возвращается! – Да, наверное… – Магистр? – Где Фарамор? Мне нужно задать ему несколько вопросов. Мерлин тряхнула головой. Возвращение памяти – это, конечно, хорошо, но у нее и без того дел невпроворот. Нужно собрать информацию о местной нежити и узнать, есть ли среди них не обезумевшие могилорожденные, сколько их и где их найти. Та женщина на балу… Она хотела напугать принцессу или была действительно удивлена ее… живостью? Если второе, то дела тут не так уж просты. – Он пришел пару минут назад, колет дрова во дворе. – Буди Чиппи. У нас много дел. Быстро одевшись, магистр направилась расспрашивать своего нового знакомого. И все же мысли об увиденном во сне продолжали крутиться на периферии сознания. Стеснительный и ранимый юноша, которого она видела там, был совсем непохож на благородного придворного мага, что повстречался ей в Вайтридже. К тому же титул придворного мага предполагает служение королевской семье в столице. Что, в таком случае, он забыл здесь? И почему смотрел на нее так, словно… Будто ему хотелось… Наверняка Сайран из снов и магистр Сайран – один и тот же человек, пусть и сильно изменившийся. Но почему же он не сказал ей ничего при встрече, как другие старые знакомые? Он лгал или это она ошибается? Надо будет поболтать с ним при случае. *** Церемония зажжения огней на статуе героини вот-вот должна была начаться, а ее все не было видно. Сайран был как на иголках, и нервничал тем больше, чем чаще сталкивался взглядом с кем-то из присутствующих. «Нельзя терять лицо на публике,» – твердил он себе, но волнение в груди продолжало терзать его. Она вечно сует свой нос во все возможные и невозможные неприятности, всегда такой была, наверняка и потеря памяти не искоренила эту привычку. Что, если она попала в беду? Пошла по следу нежити и ее поймали? Ранили? Нет, это вряд ли возможно… Тогда где же ее бесы носят?! Ох, Мерлин… – Магистр, вы пришли! – воскликнула Йолена. – Я так рада! Знаете, я решила, что вы будете избранной и зажжете статую! А вы нашли седьмой лепесток? Сайран облегченно выдохнул: «Явилась, наконец». Безмятежно улыбаясь, она щебетала с принцессой, даже не подозревая, что происходит на самом деле. Хотя, зная ее, она могла очень долго не подавать виду, что что-то не так. Как в былые времена перед экзаменом по одному из немногих предметов, которые, по ее мнению, ей не давались. Сайран тогда всю ночь с ней просидел над билетами, чтобы не слушать нервные шаги за стеной. И угадайте, кто в итоге получил «Выше всех ожиданий»? Конечно не он. Так или иначе, мысли придворного мага улеглись, перестав лихорадочно метаться в голове, сталкиваясь друг с другом едва не до искр из глаз. Его роль в церемонии была сыграна безупречно, и он уже собирался последовать за герцогом обратно в замок, когда Мерлин вдруг украдкой коснулась его рукава и прошептала: – Магистр, можно с вами поговорить? Она привела его к цветочным руинам. Вопреки всем законам природы здесь было тепло, дул приятный мягкий ветерок, развевая ее светлые пряди. Она встала напротив него и заглянула прямо ему в глаза, но отчего-то молчала. – Так о чем пойдет речь? – тактично напомнил Сайран, успевший в уме накидать с десяток худших сценариев. – Я... Хотела вас спросить. Не поймите неправильно. Если вдруг я не права, так и скажите, но… Такое чувство, что мы встречались раньше. Видите ли, у меня небольшая амнезия и я... Иногда припоминаю лица или события… На самом деле сегодня это произошло впервые, так что… Никогда раньше Сайран не видел, чтобы Мерлин вот так комкала свою речь. Что же она вспомнила, раз так волнуется? И как он должен ответить? Тщательно подбирая слова, он проговорил: – Вы правы. Мы с вами учились вместе… Когда-то. – Правда? – она облегченно улыбнулась. – Кажется, я и впрямь видела что-то такое… Как здорово! Еще… Это прозвучит ужасно глупо, но я не могу не спросить. Мы только учились вместе, или?.. – Или?.. – нервно повторил маг. – Судя по некоторым воспоминаниям мы с вами были… Близки… То есть не как друзья, а… Могу я кое-что сделать? Судорожно вдохнув, он кивнул. Вернее, его тело кивнуло, пока разум пытался не поддаваться панике. Сколько она вспомнила? А сколько успела узнать здесь? Что она хочет сделать? Лавина мыслей остановилась, усмиренная одним движением. Ее ладонь мягко коснулась его щеки, чуть поглаживая морщинку под глазом. Затем пальцы аккуратно распутали черный локон, выбившийся из-за уха. – Мерлин, – выдохнул придворный маг. – Так мы и правда знакомы, – она вновь заглянула ему в глаза, ища там что-то давно забытое. Щеки придворного мага порозовели. Заметив это, Мерлин отдернула руку и отвела взгляд. – Ах, извините… Должно быть, вы давно женаты и все в этом роде, – протараторила она. – Нет, – тихо ответил он, беря ее ладонь своей и возвращая ее на прежнее место, едва заметно подаваясь щекой навстречу. «Сайран,» – прозвучало иначе, чем пару минут назад. Теперь она знала, что он знает. И он был этому рад, хоть все его переживания и не развеялись. – Тебя так долго не было, – прошептал он, поддаваясь чувствам. – Знаю, – с плохо скрываемой тоской ответила она. Ее руки обхватили тонкую талию магистра, и она наивным, каким-то даже детским жестом спрятала лицо у него на груди, вдыхая изменившийся, но все еще знакомый запах. – Весь мир считал, что ты погибла… – прошептал он, аккуратно накрывая ладонями ее плечи. – И ты тоже? – Я пытался искать, но… – Спасибо. Воздух вдруг похолодел. С монументального холма задул ледяной ветер, полетел снег. Резко отстранившись от Мерлин, Сайран напряженно спросил: – Где ты остановилась? – На горячих источниках, – она глядела на него непонимающе. – Вернись туда. Мне нужно идти, я найду тебя позже, пришлю кого-нибудь. Только… Постарайся не ввязываться в неприятности. – Сайран! – позвала она, но он уже скрылся в арке портала. *** Демоница с силой впечатала придворного мага в ближайшую скалу, сдавив его шею пальцами и приподняв над землей. Кожа в месте соприкосновения с ее когтями быстро замерзала, точно на ней появлялась ледяная корка. Впрочем, Сайран не сомневался, что так оно и было. – Ты не тому взялся ставить условия, наглый трусливый человечишка! Ты просил тайну власти над временем взамен на мое возвращение в мир, и ты ее получил. А теперь ты выполнишь оставшуюся часть нашего уговора, или я пополню свою коллекцию ледяных фигурок твоей смазливой мордашкой! Он что-то прохрипел в ответ, но ледяная хватка не позволила звукам сложиться в слова. Фыркнув, «принцесса» разжала пальцы. Безвольно упав вниз, Сайран, откашливаясь, прошипел: – Я не стану этого делать. Можешь забрать свою тайну назад! – Хитрый жалкий волшебник, – злобно проворковала демоница. – Назад дороги нет. Выполни работу или умри. Она занесла когти для удара, когда Сайран выплюнул: – Убей, если так хочешь. И подавись, – он снова закашлялся. – Ну-у, так неинтересно. А как же сопротивления и мольбы? Агония? Страх? Нет, так не пойдет, – она медленно зашагала вокруг мага, а спустя круг остановилась с довольным видом. – Знаю! Не исполнишь обещанное, я прихлопну твою подружку вместо тебя. Как тебе такой обмен? Сердце в груди волшебника упало. Он ощутил это почти физически. – Нет! Он изучил слишком много рукописей перед тем, как лезть в это дело, и точно знал - демоны всегда следуют договору. Что ж, придется испить до дна эту тьму. И винить в этом некого, кроме себя самого. *** От всего, что произошло после фестиваля, голова Мерлин просто кипела. Временная петля и нежить – еще куда ни шло, дела поправимые. Но смерть принцессы и демон, захвативший ее тело и почти подтянувший под себя власть в Вайтридже – уже несколько другой уровень, требующий усилий и осторожности. Интересно, кто в этом месте обладал достаточной силой, чтобы призвать нечисть такого уровня? При расследовании ритуалов в храмах она не заметила никого подходящего. Послушников едва хватало на призыв мелких бесов, и даже так цена была слишком высока для них. Был у нее на примете один любитель исследовать темные искусства, но он не стал бы взаправду пользоваться результатами своих изысканий. Во всяком случае тот он, который бережно хранился в ее подсознании и по чуть-чуть просачивался в память. В груди появилось приятное щемящее чувство от воспоминаний о разговоре на цветочном утесе, от ощущения прохлады его руки и мягкости кудрей в собственных пальцах. Нет, она не станет думать о нем плохо, пока подозрения не подтвердятся. Он – ее пока что единственная ниточка к возвращению воспоминаний, которую она не хочет обрывать. *** Магия ледяной фурии в силах отнять жизнь, но не в силах захватить власть над мертвым телом. Именно за этим ей был нужен темный волшебник. Откинув назад огненные кудри принцессы, она взглянула на Сайрана свысока и проронила: – Твоя милая подруга уже почти настигла нас… Пошевеливайся, маг, или она увидит, кто повинен во всех бедах Вайтриджа. – Проклятый демон, – прошипел он, направляя посох на герцога. Тени опутали тело Зигмунда, впиваясь в кожу, проникая под нее, захватывая власть. Герцог сопротивлялся, но что есть физическая сила перед магией? Сайран чувствовал, как тени сдавливают противника, лишая его воли. Он хотел бы это остановить, но не мог. Не был готов уплатить названную цену. Вытянув тенями нити, повелевающие разумом, и сплетя из них печать, он протянул ладонь навстречу Крионии. Перехватив метку, она хищно улыбнулась и запустила ледяные шипы в тело Зигмунда, добивая его. Прошептав напоследок имя дочери, он пал. А через мгновение поднялся вновь, но уже с совершенно другим, пустым взглядом. – Теперь ты королева. Наш уговор выполнен, – обратился маг к демонице, глядя в пока еще пустой коридор впереди. – Можешь бежать, человек. Ты мне больше не нужен, – бросила она через плечо, шагая к «герцогу». Портал уже закрывался, когда из-за угла вылетела Мерлин в сопровождении своей нестройной гвардии – двух фамильяров, могилорожденной и разбитого горем начальника стражи. Она увидела остаток пурпурной вспышки и пожалела, что не пришла сюда на миг позже, чтобы не знать… *** Сапфироцветы обрамляли бледное лицо принцессы Йолены, которая наконец обрела покой. На сердце было тяжело. Наверное, ей стоило бы выплакаться, как сэру Родриго, который совсем обессилел к похоронам. Делу слезы не помогали, но вот душе – вполне. Однако слез не было ни тогда, когда она увидела готовое к погребению тело, ни тогда, когда положила в лодку букет цветов, ни даже тогда, когда напоследок коснулась детской холодной ладошки. Лишь гнетущая тревога, не отступающая ни на миг, давящая горло и путающая мысли. Он укрылся в роще неподалеку, нервно озираясь, боясь быть обнаруженным. Смотреть на последствия своего выбора было горько. Ввергнутое в хаос герцогство, загубленная династия и… непонимающий взгляд той, что он так пытался защитить. Все безрезультатно. Она никогда не одобрит его методов. После такого уж точно. Придворный маг на мгновение прикрыл глаза, чтобы удержать рвущиеся наружу эмоции. Мерлин смотрела вслед уплывающей лодке. Вздохнув, она прошептала, доверив слова лишь летящим ввысь нежным лепесткам: – Сай, что же ты делаешь…