Лед под кожей

Следующие десять дней были испытанием на прочность. Каждый раз, когда Миша оказывался рядом, Илья находил способ вонзить иголку. День 1. Тренировка. Миша оттачивает вращение в бильмане (своё коронное, гибкость от природы). Илья проезжает мимо и бросает: — Выглядит как беременная улитка. Ни скорости, ни центровки. Миша сбился. Но выдохнул и продолжил. День 2. Столовая. Миша ставит поднос рядом с Ильёй (хотел поговорить о музыке, ему нужен был совет). Илья отодвигает свой поднос на соседний стул: — Здесь занято. — Кем? — Моим одиночеством. Оно более приятный собеседник. Миша почувствовал, как кровь прилила к щекам. Но он заставил себя улыбнуться: — Тогда не буду мешать твоему счастью. Отошёл. Руки дрожали. Он сел в углу и минуту просто сжимал вилку, переваривая унижение. День 4. Раздевалка. Миша переодевается, и Илья заходит. Смотрит на форму сборной Казахстана на вешалке: — Твой флаг похож на голубое небо с солнцем. Очень... пасторально. А где надпись «Made in China»? Миша оделся молча. Вышел. В коридоре прислонился лбом к холодной стене и прошептал: «Не обращай внимания. Он просто грубиян. Это не про тебя». Но это было про него. Про его страну. Про его мечту. День 6. Олимпийская деревня. Миша сидит в холле с ноутбуком, показывает маме видео своего проката по видеосвязи. Илья проходит мимо, заглядывает через плечо: — Мамочке показываешь? Мило. Она хотя бы не врёт, что ты гений? Миша закрыл ноутбук. — А ты всегда такой или только на Олимпиаде? — Какой? — Бесчеловечным. Илья на секунду замер. В его глазах мелькнуло что-то — удивление? Вот так, прямо, ему редко говорили. Но он быстро вернул ледяную маску. — Бесчеловечным выигрывают. Человечными становятся легендами только в сказках. И ушёл. Миша сидел, сжимая ноутбук. В груди разрасталась тяжёлая, горячая обида. И — странное дело — восхищение. Потому что Илья был прав. Выигрывали бесчеловечные.