Лето
17 июля 2026 г., 15:07
— Эй, Чонхо-я! Подай полотенце, сил моих больше нет.
— А нечего было хвалиться перед детьми.
С ворчанием в чужое лицо полетело белое полотенце, предварительно смоченное в холодной воде. Сан со смешком поймал его и принялся тут же обтирать лицо, шею и грудь. Пот лоснился на коже, к липкому слою прицеплялось всё, что могло упасть с деревьев. Неприятный солёный привкус оседал на губах. Сан поморщился.
— Ты же сам глаза вытаращил и смотрел, — ехидничает Сан, — тебе же понравилось. Или я не прав?
— Напридумывал себе там что-то, — Чонхо невозмутимо обмахивается складным веером, — я смотрел, чтобы ты не навернулся с этой несчастной ветки. Выдержать такую тушу — она героиня.
— Ой, ну прям-таки тушу! Чего так оскорбительно, — Сан выдыхает и оставляет полотенце на своей голове, — не так уж и много я вешу.
— Да, тебя всего лишь просто так оставляют на берегу, чтобы лодку не перевесило.
— Ну я же не жирный! А спортивный!
— Я не спорю.
Солнце палило нещадно.
Сан и Чонхо сидели чуть поодаль от домиков, где сейчас на сончасе отдыхали дети. Конечно им, как вожатым, нужно было за ними следить, но хотелось хотя бы немного отдохнуть.
Им повезло, потому что досталась старшая группа. С подростками до семнадцати лет справляться было проще, чем с совсем маленькими. Отрабатывая уже третью смену подряд, Чонхо с Саном пришли к единогласному решению никогда больше школьников не брать.
Их частный лагерь назывался «Junior Camp, Cap!», в котором Сан и Чонхо планировали продолжать работать летом. Платили хорошо, условия устраивали, так еще и владелец — их хороший друг. Когда Хонджун только планировал открыть подобный бизнес, Сан был одним из первых, кто всецело поддержал эту идею. Потому что любил работать с детьми и очень хотел помочь старшему товарищу.
— Эй, Сан-а, не спи. Иначе свалишься в обморок, что я буду с тобой делать?
Голос Чонхо спокойный, как и всегда, но с лёгкой ноткой волнения приятно грел уши. Намного приятнее, чем это беспощадное солнце! Сан приоткрыл один глаз и выглянул из-под полотенца, щурясь, как наевшийся сметаны кот.
— Не переживай за меня, Чонхо-хо! Я полностью полагаюсь на твою силу и уверен, что ты донесёшь меня до медпункта, где окажешь первую помощь. А я в благодарность потом тебя ка-а-ак поцелую!..
— Тебе голову напекло, я смотрю, совсем плохо стало, — Чонхо слишком очевидно пытался скрыть улыбку, — я сейчас вылью на тебя ведро с водой и ты будешь бегать с мокрой задницей перед детьми.
— Хо-я, не будь сейчас так жарко, я бы как зажал тебя на этой лавке…
— Замолчи, Сан-а!
Громко рассмеявшись, Сан поиграл бровями, чем ещё больше смутил Чонхо. Тут же нахлынули вспоминания, когда они только-только познакомились на самой первой смене несколько лет назад. Тогда Чонхо казался таким злым и неприступным, что Сан всерьёз переживал за их дальнейшую работу. Но Хонджун успокоил и сказал, что к Чонхо просто нужно найти свой подход. И Сан нашёл.
— Эй, Чонхо. А помнишь нашу самую первую смену?
— Конечно помню, как забыть-то. Ты боялся меня и обходил за километр.
— Я выжидал подходящий момент! Чтобы ты меня не убил. Слишком суровый взгляд на таком милом лице, я был в растерянности!
— Конечно, ага…
Сан улыбнулся и закрыл глаза. Воспоминания накрыли их обоих с головой.
***
— Хонджун-хён! Ты уверен, что у меня получится с ним сработаться? Может лучше поставить меня в пару с Уёном? Он хотя бы весёлый! — Уён уже стоит в паре с Ёсаном, ничего поменять нельзя. Не переживай, Чонхо хороший и спокойный. Тебе просто нужно найти к нему подход. Он не будет доставлять проблем, я ручаюсь за него. — Ладно, если ты так говоришь… Я попробую. — Удачи. И не переживай без повода. Сан вышел из кабинета Хонджуна, поздоровался с Сонхва, который ждал возле двери, и направился в смотрительскую. Там уже собрались все, кто будет принимать первую смену в лагере. Сан знал только некоторых: с Уёном они были знакомы давно, как и с Юнхо. А вот Ёсана, Минги и Чонхо он видел в первый раз. И в целом впечатление обо всех сложилось хорошее. Более того, Сан бы никогда не стал предвзято относиться к кому-либо. Но Чонхо держался как-то обособленно остальных, мало говорил и вообще был очень тихий. Хотя иногда Сан заставал его за беседой с Ёсаном. — Ну что, ребята! Рад наконец-то всех видеть! — Уён громко поприветствовал всех, когда Сан закрыл дверь. — Мы с вами начинаем самую важную работу, которая только может быть летом! Надеюсь, что смены у нас будут лёгкие, а дети послушные! — Согласен с Уёном, — подхватил добродушный Юнхо, — коллектив у нас намечается хороший. Думаю, что проблем не возникнет. А если даже появятся трудности, то мы быстро их преодолеем. — Хорошо сказано, Юно-я, — Минги поднял импровизированный тост, в пластиковом красном стаканчике был налит лимонад, — выпьем за успешное начало сезона? — Выпьем! Выпьем! Выпьем! Сан поддался общему веселью, но украдкой всё так же поглядывал на Чонхо. Мозг упорно работал, придумывая стратегии и подходы. На сердце всё ещё было неспокойно. Сан боялся, что у них не получится найти общий язык. То первое лето в лагере выдалось не особо тёплым. Это расстраивало и вожатых, и детей. Но все из кожи вон лезли, чтобы у воспитанников остались приятные воспоминания. Сан пытался успеть во всём: поддерживал детей, помогал с адаптацией и искал пути к казалось холодному сердцу Чонхо. Это выматывало. Но каждый добрый взгляд Чонхо, каждая небольшая улыбка — всё это придавало уверенности. Но по-настоящему они сблизились в один из дней, когда непогода неожиданно накрыла их в самый неподходящий момент. В тот раз по плану была прогулка на катерах, специально арендованных у местных частников. Хонджун договорился, и им выделили пять небольших лодок, на каждом из которых находилось по два инструктора. У Сана и Чонхо в отряде тогда было около двадцати детей. Пришлось разделиться — группы самых спокойных подростков находились под присмотром инструкторов. В целом, всё проходило спокойно. Дети увлечённо рассматривали водную гладь, видневшиеся горы Пусана, побережье и даже находили рыб. Солнце спряталось, однако погода всё равно стояла тёплая. И в момент, когда уже пора было возвращаться, резко начался дождь. Инструкторы, знавшие своё дело слишком хорошо, приняли решение причалить к ближайшему берегу и переждать непогоду там. Плыть в дождь обратно не безопасно, тем более с таким количеством детей. Сан и Чонхо переглянулись, кивнули друг другу и принялись надевать на подчинённых спасательные жилеты. В мегафон Сан просил всех не паниковать, держаться организованной группой и слушать дальнейшие указания. До берега они добрались без особых проблем. Хотя начавший усиливаться ливень снижал видимость, а дети рисковали заболеть. Как только под ногами можно было почувствовать твёрдую землю, Сан и Чонхо тут же начали помогать детям выбраться из лодок и вели их в ближайший дом дежурного. Сан умело и быстро подхватывал детей, передавая их Чонхо. — Сан-а! Сан! Голос Чонхо — такой живой и взволнованный — раздался где-то рядом. Сан тут же обернулся, его напарник пересчитывал детей. — Сан-а! У меня не хватает одной… Ханыль! Где Ханыль? За стеной ливня и оглушительным громом раздался девчачий крик. Чонхо хотел было рвануть вперёд, но Сан его остановил. Он сжал чужое плечо, посмотрел решительно в глаза и прокричал: — Оставайся с детьми, я её приведу! И свяжись с нашими! — Осторожнее, Сан! Сан только ободряюще улыбнулся и побежал в сторону катеров. В одном из них как раз и сидела Ханыль, сжавшись в комочек. Видимо, девочка слишком сильно испугалась грозы, её затоптали и она не успела выбраться с остальными. Подхватив маленькую на руки, Сан мигом развернулся и побежал в сторону дома.***
— Эй, он что, спит? — Уён-и, если он снова зарядит тебе с локтя по лицу — я тебя предупреждал. Не лезь к нему. — Да даже рот открыл! Вы тут что, в шахматы играли? Сквозь дремоту Сан смутно сумел различить голоса Чонхо и Уёна. Похоже, он и правда уснул. Только он хотел открыть глаза, как почувствовал палец Уёна в своём рту. Недолго думая, Сан сомкнул челюсти. Крик Уёна оглушил и спугнул целую стаю птиц. — Чхве Сан, придурок! Отпусти мой палец! Ай-ай-ай, ну больно же! — Будешь знать, — хмыкнул Чонхо. Выпустив палец Уёна изо рта, Сан наконец открыл глаза и потянулся, издавая непонятный звук (из-за которого Чонхо часто ворчал по утрам, что сдаст Сана в зоопарк к обезьянам). Уён с плаксивым видом рассматривал свой укушенный палец. — Чем вы тут вдвоём вообще занимаетесь, а? В такое укромное место ушли. Негодники-бесстыдники! — Завидуешь, Уён-а? А ты чего здесь? — Сан засмеялся, когда Чонхо кивнул: — Небось Ёсан погнал, потому что ты ему надоел? — Вот всё вы знаете, тоже мне, сплетники, — Уён скрестил руки на груди и начал ходить по кругу, как важный попугай, — я просто захотел прогуляться. И это вовсе не из-за того, что мы с Ечаном смотрели тиктоки и мешали другим спать. — Всё с вами ясно, — Чонхо закатил глаза, — бедный Ёсан-и. Пойти что ли к нему, а вы тут вдвоём оставайтесь. — Ну не-е-ет, Чонхо-я, не оставляй меня, — тут же начал канючить Сан, — мы же так хорошо начали вспоминать былое. — О! Так вы тут действительно сплетничаете! Уён быстро прыгнул и оказался между нами. Чонхо недовольно запыхтел, а Сан снова обтёрся полотенцем. Было жарко, как никогда. — Ну давайте и я что-нибудь вспомню, хм-м… О, точно! Помните тот скандал Юнхо и Минги? Кажется, это было второе лето. — Когда какая-то девочка сделала Юнхо своим парнем, рассказала всем об этом, а потом Минги узнал и подумал, что это правда? — Вообще, там всё было немного не так!***
— Вы видели нашего вожатого?! Юно-хён такой краса-а-а-авчик! — Да-да, интересно, а у него есть девушка? Компания из пяти девушек лет пятнадцати активно обсуждала Юнхо. Уён по какому-то странному стечению обстоятельств оказался неподалёку. И решил остаться, чтобы послушать ещё. Было очень интересно. — Я думаю, что нет! Потому что иначе он бы постоянно зависал в телефоне. И звонки были бы… — Может быть ты права, но вдруг она просто уважает его работу? — Нет! Одна из них, самая яркая, громкая и выразительная выступила вперёд. Подруги с удивлением уставились на неё, как и Уён, навостривший уши ещё больше. — Его девушкой буду я! — Ты чего? Что такое говоришь? Он же сильно старше! — Не такая уж и большая разница у нас! Решено: я буду с ним встречаться! — Но как? А если он и правда уже занят? Но девушка уже не слушала подруг и, кажется, придумывала какой-то собственный план. Уён только усмехнулся, покачал головой и постарался незаметно ретироваться как можно дальше. Не дай бог ещё попасть на женскую силу. Пожалуй, только вожатые и знали, что Юнхо без ума от Минги (причём это было взаимно) и больше ему никто не был нужен. Уён весело напевал себе что-то под нос, пока не наткнулся на Ёсана. Тут же переставая витать в облаках — он полез обниматься. — Мой милый и красивый Ёсан-и-и-и-и! — Уён, прекрати ко мне липнуть, жарко же! — Я по тебе скуча-а-а-ал. А ты что, искал меня? Тоже соскучился? Я нашёл пару укромных мест, пойдём покажу! — Куда ты меня тащишь? А ну стой! Уён! Нельзя! — Ты со мной, как с собакой, — Уён цыкнул, — пошли уже! Сопротивлялся Ёсан слабо, пока Уён вёл его недавно протоптанной тропкой. Как только они вышли на небольшую полянку, Уён тут же полез к Ёсану с поцелуями, не давая насладиться открывшейся красотой природы. — Уён, а если дети увидят? Ну же… М-м-м… Вдоволь нацеловавшись, Уён с довольной улыбкой отпрянул от Ёсана и подмигнул в своей типичной манере. Скрывая смущение, Ёсан мотнул головой: — Так что ты там делал? — Да вот одна девочка твёрдо решила встречаться с Юнхо. Как думаешь, что из этого выйдет? — О нет, наша королева драмы Минги снова устроит концерт… Мне уже жаль Юнхо. — Я думаю, это будет весело! Смена уже начинается интересно. Тогда Уён ещё не знал, чем это всё обернётся. Смена шла уже несколько дней, когда однажды до Уёна дошли странные слухи. Мол, кто-то видел, как Юнхо уходил куда-то в лес с девочкой из отряда. Нахмурившись, Уён уже хотел пойти разбираться, как вспомнил тот самый разговор. Неужели, стратегией той фанатки стали слухи? Странности на этом не кончались. На следующий день Ёсан рассказал, как слышал разговор двух парней, которые жаловались друг другу на то, что «тот самый вожатый увёл самую красивую девочку в отряде». — Я конечно понимаю, что влюблённость, особенно в подростковом периоде, заставляет творить глупости. Но чтобы настолько… — Ёсан покачал головой. — Мне интересно, знает ли об этом Юнхо, — задумчиво проговорил Уён, — нам нужно что-то сделать с этой ситуацией. Иначе она выйдет из-под контроля. — Ты прав. Я поговорю с Юнхо. А ты пока постарайся узнать у детей что-нибудь ещё. Повезло, что Уён был самый лёгкий на подъём, из-за чего подростки быстро шли с ним на контакт и готовы были доверить любые свои секреты. Поэтому, затесавшись в одну из компаний, он быстро разузнал, что слухи распускает специально одна из девочек и что они, конечно же, неправдивые. Это чуть подуспокоило, но расслабляться было рано. Как раз-таки потому что одним прекрасным летним утром в общем чате разошлось сообщение, где та самая девочка напрямую отвечает, что они с Юнхо — пара. И Уён даже не успевает проснуться, как уже приходится бежать в их общую смотрительскую комнату. А там — стоящий в углу Ёсан, с ужасом наблюдающий за разворачивающейся картиной; невозмутимо спокойный Чонхо, готовый в любой момент лезть разнимать; и Сан, пытающийся хоть как-то предотвратить катастрофу. — Минги, ты чего так взъелся-то? Понимаешь же, что бред? Понимаешь же?.. Юнхо пытался как-то оправдаться, но видимо делал только хуже. Минги зло и недовольно пыхтел, держа его за грудки. — Юно, ты совсем берега попутал? Во-первых, если это слухи, почему ты не пресёк их на корню? Во-вторых, ты совсем сдурел… у меня даже слов нет! Минги был невероятно раздражён. И стоит ли смеяться над такой ревностью? Уёну стало страшно и он решил попытаться слиться со стеной, чтобы не попасть под раздачу. — Минги, ты вообще меня не слушаешь. Откуда я мог знать, что эта девочка после моей помощи совсем голову потеряет? В день заселения я помог ей отнести чемоданы, только и всего. Я часто так делаю, но она видимо решила, что особенная. Прекрати устраивать скандалы на виду у всех. Все молчали, пристально наблюдая за разворачивающейся перед ними семейной драмой. Минги будто очнулся: огляделся, фыркнул и недовольно вышел за дверь, чуть не снеся с ног несчастного Хонджуна. — Что это с Минги такое? — Да так, кэп. Смена началась с любовных интриг и семейных драм, — парировал Уён, усмехаясь. Остальные с тихим вздохом подтвердили. — Вы мне давайте бредом не занимайтесь, чтоб всё хорошо было, поняли? — Так точно, капитан!***
— Да-а-а, Минги тогда долго ещё дулся, — вспоминает Сан, — еле его успокоили. — И то бедный Юнхо ещё неделю потом таскал ему сладости, — Чонхо кивает, потягиваясь, — Минги такой капризный. — Он просто принцесса, — подхватывает Уён со смехом, — зато после этого мы провели с детьми строгую беседу и подобного больше не случалось. — Это и впрямь стоило того, — Чонхо согласно мычит, — на моей памяти это действительно было один раз. Все трое погрузились в тишину, прислушиваясь к звукам природы. Где-то вдалеке на станцию пребывал скоростной поезд. В кустах раскричались цикады, сбиваясь в кучку. Время неумолимо мчалось вперёд, напоминая, что скоро сончас закончится и придётся снова возвращаться к работе. Сан подумывал о том, как бы им с Чонхо уединиться, скинув детей на тех же Уёна с Ёсаном или Юнхо с Минги. Уён прикидывал в голове варианты извинений перед Ёсаном и пришёл к выводу, что обязательно задействует в этом Ечана. Пусанский зной ощущался всё острее. Противные комары липли к коже и норовили выпить всю кровь. Уён недовольно отмахивался от них, а потом и вовсе стащил у Сана полотенце. Наконец, устав от тишины он произнёс: — Блин, может устроить сегодня вечером что-то типа дискача? — В такую-то жару, — устало тянет Чонхо и отмахивается, — это уже без меня. — Ну хватит, Чонхо-я-а-а! Ты всегда сливаешься, как только дело касается дискотек, — Уён действительно звучал обиженно. — Да ладно тебе, Уён-а, будто у нас мало людей будет, — Сан попытался переключить внимание активного друга на себя, — Чонхо просто не нравится громкая музыка. — Пф, отговорки! — Уён решительно скрещивает руки на груди: — Или это всё из-за той ситуации? Неужели? По виду Чонхо можно было понять, что Уён затронул какую-то запретную тему. Сан почуял эту напряжённую ауру, смешанную с небольшим смущением, и вдруг понял, о чём идёт речь. Неловкий смешок с его стороны только усугубил ситуацию. — Всё с вами понятно, — Уён рассмеялся, — мне Ечан рассказывал! Сан и Чонхо переглянулись.***
Ечан сломя голову бегал из одной комнаты в другую. Сегодня был очень важный день, а особенно вечер! Именно сегодня он должен наконец-то признаться в своих чувствах Минджэ-хёну. И сделает Ечан это не абы как, а во время медляка на дискотеке! Всё уже было спланировано заранее. Уён, ответственный за музыкальный плейлист, по его сигналу подрубает медляк. И пока другие одинокие ноют, Ечан уверенно приглашает Минджэ на танец. Дальше они замечательно кружатся вдвоём, Ечан обнимает хёна за талию, после чего они убегают в небольшую комнатку рядом со смотрительской, которую по доброте душевной освободит им Минги. И там Ечан осторожно целует Минджэ с последующим признанием в чувствах. План был настолько хороший и надёжный, как швейцарские часы, что сомневаться в нём Ечану не приходилось (да и не хотелось). Оставалось только подготовиться и быть самым красивым парнем сегодня вечером! — Джиншики-шики-шики-хё-ё-ён, я пришёл! Влетев со скоростью света в одну из комнат, Ечан плюхнулся прямо на кровать Джиншика, еле удержав равновесие. Сэын, сидящий рядом, возмущённо запыхтел, стараясь спасти всю косметику, которая полетела на пол. — Ечан, ну будь осторожнее! А если бы разбил румяна? — О, Сэын-а-а-а, ты тоже здесь! Ну что, давайте начинать моё преображение! Энтузиазм в Ечане горел так ярко, что спокойно мог ослепить всех, кто находился даже на улице. Джиншик засмеялся, отмахиваясь от причитаний Сэына, сел к Ечану поближе и схватил руками его лицо, пристально рассматривая: — Ну мы не будем делать тебе что-то яркое… — Надо что-то заметное! Чтобы Минджэ-хён смотрел только на меня! — Сейчас я нарисую тебе красной помадой на лбу «лох» большими буквами, — Сэын показательно пригрозил губным косметическим средством, — тогда точно внимания не избежишь. — А вот такого мне не надо! Давай, Шики-Шики-хён, вверяю такое важное дело в твои талантливые руки! Всё остальное время (а это без малого около часа) они потратили на то, чтобы сделать Ечану лёгкий макияж с максимумом блёсток. Так ничего не будет перегружено, а в ночном свете от прожекторов мягкое сияние точно будет приковывать взгляд. Ечан радостно рассматривал себя в зеркало, пока Джиншик и Сэын дополняли свою работу последними штрихами. — Ну вот и всё, — Джиншик хлопает в ладоши, — думаю сегодня мы с вами затмим всех! И этот дурацкий Сумин наконец-то посмотрит на меня, как следует… — У него нет шансов, — Ечан кивает несколько раз, — в этом кроп-топе на тебя грех не смотреть. — Согласен, — Сэын потягивается, — я вот специально сегодня выучил пару комплиментов на тайском. — О-о-о, хочешь впечатлить того иностранца? — С любопытством поинтересовался Джиншик, подушечкой пальца растушёвывая румяна возле носа. — Ага, а то он, кажется, вообще не понимает, что я от него хочу, — фыркнул Сэын. Джиншик и Ечан рассмеялись. — Ладно, ребята! Удачи нам всем сегодня, а я побежал переодеваться! Попрощавшись ненадолго с друзьями, Ечан снова вылетел из комнаты, словно ракета. Длинные коридоры сменялись один за другим, пока не показалась нужная дверь. В комнатах никого не было, из-за жары все старались гулять на улице или сидели в беседках. Ечан распахнул огромный шкаф, нашёл свою полку и принялся вытаскивать нужную одежду. Когда все приготовления были закончены, наступило и назначенное время. Последним штрихом в дополнение к образу стал одеколон Уёна, который Ечан любезно одолжил сегодня утром (правда сам Уён об этом пока что не знает). В полной боевой готовности Ечан вышел на улицу и полетел к нужному месту. На большой поляне уже во всю играла музыка. Розовый, жёлтый и синий свет зазывал со всех сторон. Наскоро повешенная гирлянда длинной в несколько метров освещала площадку, делая атмосферу слегка интимной. Флажки слабо покачивались на лёгком летнем ветру. Ечан задумался. Было что-то особенное в этой атмосфере. Когда летний вечерний воздух настолько тёплый, что обволакивает тебя со всех сторон и ты ощущаешь себя в каком-то эфемерном облаке. Холодать начнёт только через пару часов. А пока горячий воздух томно оседает на плечах и так и норовит придавить тебя к земле. На руку садится огромный комар, и Ечан безжалостно хлопает по нему. Раздаётся звонкий всплеск. Пришлось жертвовать своим комфортом ради внешности: он не пользовался защитным спреем от комаров, чтобы не перебивать запах одеколона. Размазав кровавое пятно на руке, Ечан раздосадованно вздохнул. Делать нечего — нужно было возвращаться обратно, чтобы взять влажные салфетки или смыть всё водой. Минджэ наверняка ещё не пришёл. Он вообще не особо любил такие шумные толпы, но сегодня погода просто не позволяла остаться в комнате. Ечан был уверен, что в этот вечер всё пройдёт, как надо. Впрочем, он успел уже вернуться обратно, когда дискотека началась. Минджэ поблизости не оказалось. Слегка нахмурившись, Ечан отправился на поиски старшего хёна. В противном случае придётся идти к их вожатому Уёну, он наверняка будет точно знать, куда запропастился Минджэ. Из колонок во всю звучали песни BTS, и тело Ечана невольно двигалось в такт. Хотелось активно потанцевать, чтобы размяться и отвлечь от себя комаров. Но желание найти Минджэ пока что пересиливало два предыдущих. Долго бродить Ечану не пришлось. Минджэ нашёлся в компании Джунмина. Они активно что-то обсуждали, находясь чуть дальше от развернувшегося места праздника. Первым его заметил Джунмин, помахал и подозвал к ним. У Минджэ не получилось скрыть небольшое смущение. — Хэй, хён! Привет-привет. Вы чего все тут? Пойдёмте, там уже всё началось! Минджэ-хён, ты должен мне танец, ничего не знаю. — Ечан-а, ты куда так несёшься? Но Ечан не особо слушал Минджэ и продолжал стремительно нестись вперёд. И потом уже, оказавшись на месте, Ечан не дал опомниться старшему — сразу же увёл в самый центр и принялся танцевать. — Двигайся, хён! Не стой столбом! Как у тебя дела? — Ох, Ечан-и, — Минджэ покачал головой, — всё хорошо. Правда день тянется как-то долго слишком, подустал. — Ну ничего, вот тебе и активный отдых! — Ечан подмигивает, перехватывая руки Минджэ: — Расслабься, хён. Я так рад тебя видеть! Спустя немного времени Минджэ действительно стал чувствовать себя лучше. В теле будто появилась лёгкость, а настроение поднялось: он уже смеялся с каждой шутки Ечана, поддерживал разговор и даже немного отвечал на флирт. К моменту, когда по команде Ечана зазвучала медленная мелодия, Минджэ уже с какой-то готовностью падал в его руки. Они неторопливо кружились в немногочисленной толпе из таких же слащавых парочек. Ечан не переставал шептать на ухо Минджэ комплименты, а тот только смущённо посмеивался и отмахивался. Выждав подходящий момент, Ечан потащил Минджэ в сторону домиков. Пустая смотрительская уже ждала их, и руки у обоих потели от нетерпения и какого-то трепетного волнения. — Ечан-и, куда мы? А если нас кто-нибудь увидит? — Не увидит, не переживай. Всё схвачено уже. Минджэ ещё попытался повозмущаться для виду, но понял, что это бесполезно. Они почти слились в быстром поцелуе перед входом в смотрительскую, как услышали непонятные шорохи. Оба тут же замерли и даже перестали дышать. Неужели Уён обманул Ечана и на самом деле шутки ради кого-то здесь оставил? По лицу старшего пробежала тень ужаса. В раскрытых глазах Минджэ читалась вся суть происходящей катастрофы. Ечан представил палец к губам жестом «тихо» и осторожно подошёл ближе. Из-за двери слышалось два приглушённых голоса. Один из них точно принадлежал Сану — более резкий и громкий. А вот второй звучал спокойнее и призывал к тишине. Ечан распахнул глаза, когда понял, что в смотрительской находились Сан и Чонхо. — Сан-а. Если мы не будем аккуратными, нас услышат. Тебе нужны эти проблемы? — Да тут никого нет, все на дискотеке! Дальнейшие звуки Ечан не хотел распознавать никогда в своей жизни. Взяв за руку всё ещё остолбенелого Минджэ, он быстро направился к выходу. За сорванный момент он ещё обязательно отомстит.***
— Стыд и позор, — подытожил Чонхо. — А я потом ещё долго не понимал, почему Ечан-и так косо на меня смотрит и в столовой таскает у меня пирожки, — Сан неловко почесал затылок. — Тоже мне, обломщики! Ечан мне потом такой скандал устроил, а я знать о вас не знал! — Уён всплеснул руками: — Только подставили меня перед детьми. — Сейчас мы уже так не делаем, — в оправдание и защиту сказал Чонхо, — так что прекрати возмущаться. И вообще, нам, наверное, возвращаться пора. Дети скоро проснутся. Уён и Сан устало застонали, но кивнули, соглашаясь. Они действительно тут засиделись. Июльское солнце продолжало нещадно палить, обжигая своими ультрафиолетовыми лучами всё вокруг. Насекомые прятались по кустам, и даже комарам было лень пить кровь. Под ногами плавилась земля, заставляя периодически ступать по траве. Шум воды неподалёку так и манил к себе освежиться. На календаре было семнадцатое июля. Смена заканчивалась через неделю.
