Часть 1
16 июля 2026 г., 14:32
Тобирама сидел в своей комнате, склонившись над свитками, и пытался не показывать, как сильно его трясёт. Чакра вела себя странно: будто кто-то перекрутил потоки внутри, и теперь каждый вдох отзывался колючей болью в груди. Он стискивал зубы и продолжал писать — пока перо не выпало из ослабевших пальцев.
Последнее, что он помнил, — это как перед глазами всё поплыло, а потом наступила тишина.
Хаширама ворвался в комнату, едва услышав грохот. Тобирама лежал на полу, бледный, с едва заметным дыханием. Хаширама тут же прижал пальцы к его запястью, чувствуя неровный, слабый пульс. В груди всё сжалось от страха.
— Тоби! — позвал он, но брат не отвечал.
Не теряя ни секунды, Хаширама подхватил Тобираму на руки и помчался к ближайшему медику. Но тот только развёл руками:
— Это не обычное истощение. Потоки чакры будто перекручены, как узлы на верёвке. Я не могу распутать их — у меня нет нужной чувствительности. Нужен кто-то с особой связью с чакрой… или с иным взглядом на её природу.
Хаширама знал, кого искать.
Мадара встретил его на пороге своего дома, хмурый и настороженный. Когда Хаширама коротко, сбивчиво объяснил, что случилось, лицо Мадары стало жёстким, но в глазах мелькнуло что-то похожее на тревогу.
— У нас есть один шанс, — тихо сказал он. — Изуна. У него редкий дар: он чувствует чужие потоки чакры, как будто видит их. Если кто-то и сможет распутать эти узлы, то только он.
Изуна примчался почти мгновенно, будто ждал этого зова всю жизнь. Он опустился на колени рядом с Тобирамой, который по-прежнему не приходил в себя, и осторожно положил ладони ему на грудь. Его глаза расширились.
— Я вижу, — прошептал он. — Это как клубок из чёрных нитей. Кто-то или что-то заставило его чакру сплестись в эти узлы.
Тобирама тихо застонал, и Изуна тут же наклонился ближе.
— Тише, — сказал он, хотя Тобирама его не слышал. — Я всё исправлю.
Он начал медленно, осторожно «расплетать» эти узлы — не силой, а терпением, словно распутывал тонкую паутину. Каждый узел отзывался дрожью в теле Тобирамы, но Изуна не останавливался. Пот стекал по его лицу, руки дрожали от напряжения, но он продолжал.
Время будто застыло. Хаширама и Мадара стояли в стороне, не смея мешать, но готовые в любой момент вмешаться.
Наконец, последний узел поддался. Изуна резко выдохнул и отпрянул, будто его оттолкнуло волной. Чакра Тобирамы выровнялась, стала гладкой, как река после шторма.
Тобирама открыл глаза.
— Что… — начал он, но голос сорвался.
— Ты в порядке, — быстро сказал Хаширама, опускаясь рядом. — Ты был без сознания. Изуна… он помог тебе.
Тобирама перевёл взгляд на Изуну. Тот сидел, тяжело дыша, но смотрел прямо, без тени насмешки или торжества.
— Спасибо, — тихо произнёс Тобирама. — Я не знал… что это было так серьёзно.
Изуна только кивнул.
— Главное, что теперь всё хорошо, — сказал он. — Но тебе нужно отдохнуть. И больше не пытайся тянуть всё на себе.
Тобирама хотел было возразить, но Хаширама строго на него посмотрел.
— Никаких возражений, — твёрдо сказал он. — Сегодня ты отдыхаешь. А завтра мы разберёмся, откуда взялись эти узлы.
Мадара молча положил руку на плечо Хаширамы, и в этом жесте было больше слов, чем в любых клятвах. Вражда кланов могла подождать. Сейчас было важнее другое.
И впервые за долгое время все четверо — Хаширама, Тобирама, Мадара и Изуна — оказались на одной стороне. Не как враги, а как те, кто готов защищать друг друга.
