Неотделимы

В идеальных отношениях ведь не может быть третьего? Именно так принято обществом, именно так считает Рюджин. Их отношения с Юной были прекрасными. Именно так окружающие представляют себе картинку идеальной любви.  Они вместе со старшей школы, сидели за одной партой, делили один учебник на двоих и сбегали с последних уроков, чтобы целоваться на крыше, пока ветер трепал их волосы. После выпускного, где они танцевали до утра, не замечая никого вокруг, вместе поступили в один и тот же университет, но на разные факультеты, Юна на дизайнера, Рюджин на архитектора. Романтические встречи в коридорах универа мозолили глаза всех присутствующих, но в хорошем смысле, с белой завистью.  Каждый раз, когда звонок разрывал тишину аудиторий, Рюджин срывалась с места первой. Она бежала через всё крыло художественного корпуса, мимо мольбертов и гипсовых голов, чтобы первой увидеть Юну. — Рю! - звонкий крик разносился эхом под сводчатыми потолками.  Юна, бежала навстречу, расталкивая студентов, пока длинные красные волосы тянулись за ней словно шёлковые ленты, и запрыгивала на руки к Рюджин, обхватывая её ногами за талию. Рю смеялась, вдыхая запах акриловых красок и карамельного шампуня. Казалось, они могли провести так целую вечность, и никто не смел их отвлекать. Они не отлипали друг от друга и в свободное от учебы время.  Перебравшись из тесной, пропахшей чужими обедами общаги в небольшую, но уютную, залитую солнцем квартиру, они начали совместный быт. И тут им тоже можно было только завидовать. У них был свой маленький мирок. Настоящая идиллия и взаимопонимание. Совместные завтраки, которые готовила Рюджин, пока Юна сладко досыпала, обняв подушку вместо неё, пахли домом и любовью. Рюджин колдовала над омлетом, стараясь сделать его идеально золотистым, чтобы разбудить Юну не поцелуем, а ароматом свежей еды. — М-м-м, ты жаришь тосты или уже спалила кухню? - сонно бормотала Юна, шлепая босыми ногами по ламинату и обнимая Рю со спины, утыкаясь носом в ложбинку между её лопаток. — Иди сюда, соня, - Рюджин тянула её за руку, усаживая на колени. - Я приготовила твой любимый чай с бергамотом. Они громко смеялись за чашкой зеленого чая, обсуждая, чем сегодня займутся после учебы. Юна, с набитым ртом, рисовала пальцем на столе эскиз их будущей спальни, а Рюджин, профессионально щурясь, говорила, что стена не выдержит перепланировки и они разрушат весь дом. Ужин же всегда был на Юне. Она стояла у плиты, вытапливая настоящие кулинарные шедевры из простых продуктов, пока Рюджин нежно обнимала её со спины, укутываясь лицом в мягкие красные волосы. — Ты меня отвлекаешь, архитектор, - шептала Юна, но сама прижималась крепче. В свободные вечера они ныряли под мягкий плед, подаренный Юной своей любимой на Новый год, и включали фильмы, окружая себя горой вкусностей.  На комедиях они хохотали, немного хлопая друг друга по плечу, кидаясь попкорном как маленькие дети. Однажды Рюджин так увлеклась, что закинула горсть попкорна прямо в открытый рот Юны, и они смеялись до слез, пока не начали икать.  На ужасах Юна пряталась под плед, вжимаясь в тело Рюджин, дрожа от страха, словно мокрый котенок, пока та гладила её по голове и закрывала ей глаза ладонью в самых страшных моментах. — Если я умру от страха, ты будешь виновата, - пищала Юна. — Я построю тебе самый красивый мавзолей, - усмехалась Рюджин, целуя её в макушку. - С колоннами. Бесконечное количество совместных поездок запечатлялось на камеру мобильного телефона.  Десятки гигабайт дурацких селфи хранились в памяти устройств, вот они в океанариуме корчат рожи рыбам, вот строят замок из песка на пляже, а вот целуются на фоне колеса обозрения, подсвеченного розовым неоном. Рюджин чувствовала себя счастливой, лишь когда Юна была рядом. Только тогда мир обретал краски, воздух становился чистым, а сердце билось ровно.  Но в её идеальном мире, словно по тонкому стеклу, медленно шли трещины. На учебе Юна познакомилась с девушкой. Её однокурсница, Хван Йеджи.  Улыбчивая, светловолосая, с хищным, лисьим разрезом глаз и немного стервозным характером. Настоящий пример сердцеедки. Многие боялись с ней знакомиться, так как со стороны она выглядела самовлюбленной и холодной, но общительная Юна, не боясь быть отвергнутой, подошла первая.  И не прогадала. Они стали лучшими подругами. Йеджи оказалась веселой, немного резкой в суждениях, но преданной. Она была единственной, с кем Юна общалась с такой же охотой, как когда-то с Рюджин. Рю знала про их дружбу.  Они часто выходили вместе из аудитории, громко обсуждая эскизы и преподавателей.  Вместе ходили за кофе, и Юна возвращалась домой с двойным стаканом мятного латте, который покупала специально для Рюджин.  Они переписывались по вечерам, и Юна, хихикая, отмахивалась. «Это просто мемы, Рю, посмотри, какой смешной кот!».  Хоть ревность и закрадывалась в глубине души, оставляя неприятный осадок, Юна действительно была предана своей любви и ставила её на первое место. В один из светлых, наполненных летним зноем дней, во время каникул, они гуляли по парку. Вокруг шелестели зеленые кроны деревьев, отбрасывая кружевные тени на асфальт.  Головокружительный запах распустившихся пионов смешивался с ароматом сладкой ваты и крепкого кофе из лавки неподалеку.  Пальцы Рюджин скользнули в ладонь Юны. Интимные, «случайные» касания обжигали кожу, они обсуждали непринужденные планы на будущее, куда поедут следующей весной и какого котенка заведут, рыжего, в цвет волос Юны, или черного. — Мы назовем его Бетон, - смеялась Рюджин. - В честь моей архитектуры. — Только через мой труп! - возмутилась Юна, стукнув её по плечу. Но идиллию разорвал силуэт, который появился среди толпы. Блондинистые волосы отражали блики полуденного солнца, создавая вокруг головы подобие нимба. Яркая улыбка затмевала всё вокруг, длинное летнее платье цвета слоновой кости развивалось на ветру, обтягивая точёную фигуру.  Было невозможно не заметить её. Это была Йеджи. В руках у неё была бумажная подставка, а в ней, три высоких стакана холодного мятного чая, того самого, который безумно любила Юна. Это было её единственное спасение в столь жаркие дни. — Йеджи! - Юна вырвалась из объятий Рюджин, словно та стала пустым местом, и подбежала к подруге. - Какая неожиданная встреча! Подруги обнялись в знак приветствия. Юна повисла на шее у блондинки, смеясь так же звонко, как смеялась только с ней, с Рюджин. Казалось, что даже тучи на небе начали сгущаться, закрывая солнце, а воздух стал немного тяжелее. — Тебя было невозможно не заметить из толпы, - хохоча, сказала Йеджи. - Я подумала, что будет хорошей идеей угостить вас чаем. Тут такой солнцепёк, бедная Юна, наверное, уже плавится. — Ты прекрасно меня знаешь! - Юна, сияя, забрала свой стакан, и их пальцы на мгновение соприкоснулись. Йеджи и правда знала о ней всё.  Её любимый фильм, любимую сладость, чем она любит заниматься в свободное время, чего боится. Она знала даже про аллергию на пыльцу, о которой, кроме Рюджин, не знал никто. Это было естественно для двух подруг, которые часами болтают на скучных лекциях обо всем на свете, но не для Рю. Казалось, что на её лбу выступали толстые вены, которые наполнялись густой, горячей кровью злобы, когда она видела, как Юна машинально касается руки Йеджи, когда она смеется над шутками подруги так же, как делает это с ней. — Рюджин, угощайся, - с широкой, почти торжествующей улыбкой сказала Хван, протягивая ей стакан. Девушка резко пришла в чувства, моргнув, но так и не смогла выдавить из себя улыбку вежливости. Холодный пластик обжёг ладонь. — Спасибо... — Тогда прогуляемся вместе? - весело сказала Юна, чуть ли не подпрыгивая на месте и глядя то на одну, то на другую. — Отличная идея! - поддержала Йеджи, и в её голосе Рюджин послышалась скрытая насмешка. — Ага, отличная, - с ноткой раздражения выдавила Рю, с комом в горле потягивая чай.  Мятный холод пробирал до костей, но во рту оставался странный, горьковатый привкус, которого она раньше не замечала. Она плелась на полшага позади, глядя, как эти две идут плечом к плечу.  Йеджи наклонилась к самому уху Юны, что-то шепча, и та прыснула со смеху, легонько толкнув подругу локтем в бок. Рюджин смотрела на их удаляющиеся спины и чувствовала себя лишней.  Прогулка, которая должна была остаться их общим воспоминанием, теперь была нагло разбавлена чужаком. Той, кто подошла ближе, чем нужно. Но здравый смысл в голове говорил тонким, неуверенным голосом. «Они просто хорошо понимают друг друга. Просто лучшие подруги. Не будь параноиком». Вернулись они домой поздним вечером.  Закат давно погас, сменившись липкой темнотой. Юна была слишком уставшей для разговоров, быстро чмокнула Рюджин в щеку и ушла в душ. Рюджин лежала в холодной постели в бесконечном потоке мыслей, которые, словно подвальные крысы, пожирали её мозг изнутри.  В ушах до сих пор стоял звонкий смех Юны, адресованный не ей. Шум воды в ванной был похож на белый шум в её голове, монотонный, сводящий с ума. Девушка резко схватила телефон с прикроватной тумбы. Экран осветил её лицо ярким, болезненно-холодным светом, немного ослепив глаза. Пальцы сами, повинуясь какому-то больному импульсу, потянулись к иконке социальной сети.  Единственный аккаунт, который её интересовал, это аккаунт её любимой. Бесконечный поток фотографий. Селфи, где Юна кривляется, красивые фото из дорогих заведений, их общие снимки... Но теперь среди них мелькало новое лицо, и это была Йеджи.  Вот они весело сидят в аудитории, передразнивая преподавателя. Вот сидят вместе за обедом в кафетерии, и Йеджи кормит Юну с рук, касаясь пальцами её губ.  Смотреть на это было невыносимо. Рюджин пролистывала ниже, сжимая челюсть до скрежета. Под одним из фото она заметила комментарий, оставленный час назад. Йеджи написала. «Сладких снов, солнце. Завтра будет весело :)». «Солнце». Рюджин похолодела. В груди что-то болезненно сжалось, а ладони стали влажными.  Экран телефона погас, и она увидела в чёрном отражении своё искажённое лицо. Она перевернулась набок, убеждая себя, что это нормально. Они друзья. Не стоит придумывать лишнего. Но пальцы сжимали холодный корпус телефона слишком крепко, почти раздавливая его. В тишине спальни звук капель из душа превратился в ритмичный, гипнотический стук.  Кап. Кап. Кап.  Рюджин закрыла глаза, и перед внутренним взором, словно наяву, возникла яркая улыбка Йеджи, склонившейся к уху её девушки. «Солнце... - пронеслось в голове. - Она называет её солнцем».