Мальчик, что ждёт меня у ворот

Серый школьный двор, мокрый после утреннего дождя, гудел голосами на большой перемене. Ким Докча сидел на скамейке под старым кленом, держа на коленях книгу — потрёпанный томик, который он перечитывал уже в пятый раз. Глаза бегали по строчкам, но на самом деле он ни слова не видел. Мысли были где-то далеко. — Докча, ты опять в своём мире, — раздался насмешливый голос рядом. Это была Хан Суюн. Она плюхнулась на скамейку, закинув ногу на ногу, и с любопытством уставилась на него. Рядом с ней, поправляя длинные русые волосы, уселась Ю Сана — высокая, стройная, с мягкой улыбкой и ясными глазами. Она всегда была спокойнее Суюн, но любила подшучивать над Докчей не меньше. — Оставьте меня в покое, — пробормотал Докча, поправляя очки. — У меня завтра экзамен. — Ага, — хмыкнула Суюн. — И поэтому ты читаешь не учебник, а сказки про героев? Мы тебя знаем. Ю Сана наклонилась, заглянула в книгу через плечо Докчи и тихо рассмеялась. — «Три способа выжить...», — прочитала она мягким голосом. — Докча, ты когда-нибудь прочитаешь что-то про реальную жизнь? Например, про то, как сдавать экзамены? — Это и есть реальная жизнь, — буркнул Докча, не поднимая глаз. — Только ты не поймёшь. — Ой, какие мы умные! — Хан Суюн хлопнула в ладоши и толкнула Ю Сану локтем. — Слышишь? Он говорит, мы не поймём. Наш Докча — философ. Ю Сана улыбнулась, но ничего не ответила — она привыкла к тому, что Докча вечно прячется за книгами. Вместо этого она просто сидела рядом и смотрела, как ветер шевелит его волосы, думая о том, какой он забавный, когда серьёзен. Докча хотел огрызнуться, но за спиной послышался мелкий и быстрый топот. И прежде чем он успел обернуться, кто-то схватил его за рукав пиджака. — Нашёл! Ким Докча моргнул. Перед ним стоял мальчишка — на две голову ниже, с чёрными, растрёпанными волосами, сбившимся галстуком и огромными, горящими глазами. Младшеклассник. Точно младшеклассник — на форме виден значок средней школы. Ю Джунхёк. — Чего? — растерянно выдохнул Докча, чувствуя, как на них уже смотрят со всех сторон. — Я тебя искал, — заявил мальчик, тяжело дыша. — Весь день. Ты Ким Докча? — Допустим, — осторожно ответил старшеклассник. Ю Джунхёк отпустил его рукав, но не отошёл. Вместо этого он сжал кулаки, сделал шаг ближе и сказал так громко, что даже вороны на проводах вздрогнули: — С этого дня я буду ждать тебя у ворот. После школы, каждый день. Ты понял? Ким Докча замер. Книга чуть не выскользнула из пальцев. На секунду он подумал, что ослышался. — Ты... знаешь меня? — спросил он медленно. — Нет! — отрезал мальчик, но тут же смутился, опустил взгляд и добавил тише, почти шёпотом: — Но ты... мне понравился. Ты вчера взял того котёнка с улицы. Я каждый день о нём заботился. И теперь я буду за тобой следить — хочу узнать, хороший ли ты человек. Хотя... кажется, ты хороший. По крайней мере, симпатичный. Тут в разговор вмешалась Хан Суюн. Она наклонилась, прищурилась и растянула губы в улыбке, которая могла означать только одно: она сейчас лопнет от смеха. — Ого, — протянула она, — Докча, у тебя поклонник! Да ещё какой! Маленький, но громкий. — Заткнись, — процедил Докча сквозь зубы, чувствуя, как к щекам приливает жар. Ю Сана прикрыла рот ладонью, но в глазах у неё плясали смешинки. Она мягко положила руку на плечо Суюн, призывая её быть потише, но сама не удержалась и тихо сказала: — Докча, ты только посмотри — он так серьёзно говорит. Прямо как герой из твоей книги. — Не помогай ей, — простонал Докча, чувствуя, что краснеет ещё сильнее. Ю Джунхёк нахмурился, глядя на смеющихся девушек, и снова повернулся к Докче: — Они смеются? Надо мной? — Надо мной, — устало вздохнул Докча. — Они всегда смеются надо мной. Я уже привык. Мальчик сжал кулаки и посмотрел на Хан Суюн с Ю Саной с неожиданной серьёзностью: — Не смейтесь над ним! Он хороший! Я знаю! Ю Сана моргнула, удивлённая такой горячностью, а затем улыбнулась — тепло и чуть смущённо. — Извини, — сказала она мягко, обращаясь к Джунхёку. — Мы не со зла. Просто наш Докча очень редко краснеет, а сегодня он красный, как помидор. Мы не можем не радоваться. — Ю Сана! — возмутился Докча, но в его голосе не было настоящей злости. — Что? — притворно удивилась она, хлопая длинными ресницами. — Я просто говорю правду. Джунхёк переводил взгляд с одного на другого, а потом упрямо топнул ногой: — Я всё равно буду его ждать. Каждый день. Вы не сможете меня остановить! Хан Суюн закатилась от смеха, упав на скамейку: — Ой, не могу! Докча, у тебя теперь личный телохранитель! Ю Сана мягко улыбнулась и, присев на корточки перед младшеклассником, внимательно посмотрела ему в глаза: — Джунхёк, а ты не боишься, что Докча будет слишком занят? Он у нас экзамены сдаёт, книжки читает... Он может не заметить тебя. — Заметит! — твёрдо ответил мальчик. — Я буду стоять тихо. Я не буду мешать. Я просто хочу идти рядом. Ю Сана на мгновение замерла, а потом протянула руку и легонько погладила его по голове. — Какой же ты серьёзный, — прошептала она. — Докча, ты слышишь? Этот ребёнок готов ждать тебя вечно. Ты хоть понимаешь, как тебе повезло? Докча открыл рот, закрыл, а потом просто протёр очки краем рубашки, чтобы скрыть, как у него дрожат руки. — Понимаю, — сказал он тихо, почти неслышно. Ю Джунхёк просиял. Его глаза засветились так ярко, что казалось, вокруг стало светлее. Прозвенел звонок. Мальчик вздрогнул, переступил с ноги на ногу, а потом выпалил на прощание: — Я побежал! Но я приду! После уроков! Обязательно! И он сорвался с места, мелькая пятками, только взъерошенная голова промелькнула на мгновение среди толпы. Ю Сана проводила его взглядом, поправила волосы и повернулась к Докче с мягкой, чуть насмешливой улыбкой: — Знаешь, Докча, а он ведь и правда будет ждать. Я видела таких — они своё слово держат. — Иди ты, — буркнул Докча, пряча лицо в книгу. Но Хан Суюн уже достала телефон и шептала Ю Сане: — Слушай, мы должны это снять! После уроков — обязательно! Он будет стоять и кричать у ворот, а Докча будет красный как рак! — Суюн, прекрати, — мягко одёрнула её Ю Сана, но в глазах у неё танцевали смешинки. — Хотя... ладно, я тоже хочу посмотреть. — Вы обе невыносимы, — простонал Докча, пряча покрасневшие уши. А за окном школьного двора медленно рассеивались тучи, и в осколках лужи на асфальте отражалось голубое небо — такое же чистое и тёплое, как взгляд того маленького мальчика, который обещал ждать у ворот.